Текст книги "Равновесие Сил (СИ)"

Автор книги: Виктор Марочкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 34 страниц)

Тран затих. Сколько же было информации в его голове, сколько мыслей! Он нес буквально всю историю, какова она была.

̶ Еще одна тайна, ̶добавил старик, ̶ пусть будет вам известна, хотя, я думаю, вы догадывались об этом. Это по моему приказу создали «Чертову сотню».

Голбус был прав, это не удивило воинов.

– Воины ордена Судей всегда были хорошими бойцами, ̶ продолжил Тран, ̶ но себе на уме. Поэтому мне требовались такие, как вы. Идеальные воины. Сотня, не больше. И поэтому мой старый добрый Таган, мой друг, взялся за это поручение. Он создал вас именно такими, как мне было необходимо. Я надеюсь, он еще жив, и я смогу пожать ему руку и поблагодарить его, да и вы тоже. Тучи сгущаются над Ущельем проклятых, и каждый день может стать для защитников этого места последним. Надеюсь, мы сможем им хоть как-то помочь.

В этих словах была печаль. За столько лет скольких же друзей потерял этот старик, скольких пережил и сколькие отдали жизни за его идею? Но наверняка он помнил каждого.

Все внимали тому, что говорил им этот мудрец. Теперь никто из них не скажет, что их миссия недостойная или же в ней нет смысла. Раз грядет великая война, то «Чертова сотня» будет на пике копья, которое ударит по врагам.

В подземелье, где нет света, трудно определить, сколько времени, день или ночь. Воины не знали усталости и поэтому шли часами без остановки, не понимая, день уже или ночь. Старик тоже был бодр. Он рассказал им всю историю и какое-то время шел молча. Потом, как будто вернувшись в реальность, волшебник продолжил:

̶ Я говорил, что нам нужен некий Лаксан, но кто он такой и кем является, не упоминал. Так вот, слушайте. Лаксан ̶ это темный принц Шиорана, великий воин подземелий, теневой убийца, каких не видел его темный народ. Но волей судьбы ему суждено было родиться под светлой звездой. Да, он много положил гномов в войнах, да, он идеальнейший диверсант, но не злобный убийца. Все, что он делал, он делал из чувства долга, но никак не по собственному желанию. Темные графства Шиорана, которые теперь правят под землей и ведут войны с Норваном, не допустили Лаксана к правлению, так как он отказался проходить кровавый ритуал становления, где он собственными руками обязан был перерезать тысячу глоток. Это еще раз доказывает, что его душа светла, хотя некоторые его деяния свидетельствуют о другом. Теперь, когда он осознал, что на его родине настроены против него, а в другом мире его никто не ждет, он уходит глубоко в подземелья и проводит там целые месяцы, оставаясь наедине с самим собой. Старый разрушенный храм, куда мы направляемся, его излюбленное место, там мы должны встретиться с ним.

̶ Но зачем он нам? Возможно, он просто не захочет идти в наш отряд, и весь этот путь, и все усилия будут напрасны, ̶ выразил свое мнение Вектор.

̶ «Чертовой сотне» нужен такой, как он. Наши враги будут настолько сильны и искусны, что нам необходимы умения Лаксана.

̶ И как ты намереваешься уговорить его? – спросил лейтенант.

̶ Он горделив, до мозга своих костей, задирист и самолюбив, он ставит всех ниже себя настолько, что даже если это не так, то все равно кажется, что он прав. На этом мы его и подловим. Мы заключим с ним сделку. Если он победит в бою, пожалуйста, пусть ступает своей дорогой. Но если же победим мы, он вступит в «Чертову сотню» и его клинки станут на страже света.

̶ То есть ты хочешь, чтобы мы сразились с ним, перед этим заключив сделку?

̶ Именно так, ̶ кивнул Тран.

̶ Какое-то безумие, ̶ прошептал Вектор.

Возможно, они продолжали свой путь сутки, а может, и больше, в этой кромешной тьме никто из «Чертовой сотни» не мог разобрать этого. Но Голбус Тран шел и шел, и силы его не заканчивались. Он продолжал рассказывать своим спутникам историю мира, за который они сражаются, обо всех его героях и предателях, о врагах. Были судьбы, которые оставались непонятными для воинов, были и те, кто, будучи мертвыми, все равно вызывали ненависть у солдат «Сотни». Но все эти рассказы Голбус подводил к тому, чтобы они осознали, какой могучий враг решил уничтожить их мир, дабы увеличить границы своего. Но все было только впереди, а сейчас отряд достиг своей цели, чтобы найти того, кто был им нужен.

Старый храм больше представлял развалины подземной крепости, чем место, где поклоняются богам, шепчут молитвы и просят помощи у всевышних. Толстые стены не устояли перед войной и временем ̶ этими двумя факторами, которые не оставляют ничего на своих местах. Но все же четкие очертания остались. Лестницы, ведущие в никуда, или же дверные проемы, выход из которых должен был быть в другое помещение, которого теперь не существовало. Возможно, во время военных действий это место служило командным пунктом, а в мирное время сюда отправлялись тысячи служителей, дабы преклониться перед своими богами и принести им жертву, тем самым показав свое почтение и уважение. Все это, правда, было очень давно, а сейчас группа людей входила в эти развалины, которые освещались яркими кристаллами, нависающими над этим местом, от чего оно казалось волшебным и притягательным.

Хоть Голбус Тран и уверил воинов «Сотни», что здесь им не стоит опасаться нападения, они все же шли настороженно, всматриваясь в каждый фрагмент стены, в каждую тень, которую отбрасывала какая-нибудь часть разрушенного храма, но все было спокойно. Здесь не было ветра или шуршания листвы, здесь не пели птицы, только тишина, и кое-где звук капель, сорвавшихся с потолка и устремившихся на камни. Более ничего.

Воины с магом приблизились к центральному входу, который выделялся только большими ступенями да полуразрушенной аркой, остальное все было уничтожено войной. Здесь Голбус остановился. Старик уже прекратил рассказывать им о сути мироздания и цели отряда в этой жизни и шел молча. В принципе, всем хватило услышанного, поэтому каждый шел со своими мыслями, не тратя силы на глупые размышления. Когда подошли к ступеням, старик произнес:

̶ Теперь будем ждать. Лаксан не станет ходить как тень, не в этом случае. Здесь ондвинется по дороге, ничего не опасаясь. Поэтому другого места для встречи быть не может, ̶ сказалТран и уселся на ступени, вытянув одну ногу и дав усталости немного воли.

̶ А если он не придет, мы здесь жить будем? – съязвил Вектор.

̶ Он придет.

Не было причины не верить словам старика, но отсутствие всех боевых братьев чуть-чуть действовало на нервы. Воины стояли у начала ступеней, тишина успокаивала, а вот предстоящий бой с неким темным принцем держал в напряжении. Но минул час, и каждый из них уселся по примеру Голбуса и просто начал ждать, тем самым давая мыслям и телу отдохнуть. Блэк Харт сидел рядом с волшебником, развалившись и вытянув обе ноги, его меч был вместе с ножнами снят с ремня и находился в руках, ждал своего часа. Вектор сидел чуть ниже, достав свой боевой нож, который он носил прикрепленным к поясничному поясу, и что-то вырезал из валявшегося здесь темно-зеленого кристалла, отдавшись своим думам. Хорс же, облокотившись на остатки колонны, что были по краям ступеней, дремал, держа руку на своем «Хранителе душ».

А ведь это было только начало пути, на который ступила «Чертова сотня», и сколько еще будет таких, никто не знал. Не зря тогда Голбус Тран на Длани Богов сказал, что не все доживут до конца. Возможно, он их оценивал чуть выше, чем остальных в отряде, возможно, просто для этой цели выбрал именно их, на это он не собирался отвечать, да и задавать такой вопрос никто не спешил. Да и вопрос уже был не к месту, на горизонте появился Лаксан.

Темный принц Шиорана выглядел весьма внушительно: высокий рост, крепкое и одновременно гибкое тело, пепельного цвета волосы, стянутые сзади красным ремнем, черный плащ, прикрывающий такие же черные обсидиановые доспехи, которые очень изящно сидели на сильном теле эльфа. У него были очень тихие шаги независимо от выбора обуви, будь то пластинчатый сапог тяжелого доспеха или же кожаные сапоги охотника, тишина его действий была у него в крови. На его ногах доспехов не было, только высокие сапоги до колен. Обе руки лежали на рукоятях его клинков. Подбородок вздернут вверх, горло прикрыто воротником плаща, глаза отливали красным цветом, без зрачков. Его вид говорил сам за себя. Дерзкий, уверенный в себе воин, который не уступит никому на своем пути.

Бойцы «Чертовой сотни» заметили его, как только он появился в поле их зрения, а он их учуял давным-давно. Но путь свой он продолжил спокойно, не обращая внимания на ожидавших его людей. Те в свою очередь все остались на своих местах, в тех же положениях, что и были, занимаясь тем, чем были заняты. В итоге темный эльф увидел старика и троих воинов, распластавшихся кто где.

Его гордая физиономия презрительно смотрела на встретившихся ему людей. Лаксан не заговорил с ними, лишь молча двинулся по ступеням вверх, внутрь разрушенного храма. Каждый его шаг был аккуратен, и опытные бойцы заметили сразу, что одно неверное движение ̶ и темный принц начнет бой. Никто не собирался нападать на него. Голбус лишь произнес:

̶ Пройдешь мимо своей судьбы, даже не спросив, какова она?

Темный принц остановился позади старца. Его взор смотрел прямо, руки все так же лежали на клинках.

̶ Я сам вершу свою судьбу, ̶ коротко произнес он.

̶ С тобой я соглашусь и одновременно не соглашусь. Ведь, может, каждый твой шаг ̶ это веление судьбы? – Голбус даже не поворачивался в сторону собеседника, тем самым показывая и свою дерзость.

̶ Твою судьбу, старик, я мог бы прервать в тот же миг, как только ты заговорил со мной, но я этого не сделал, это значит, я вершу еще и твою судьбу, не говоря уже о моей, ̶ с этими словами Лаксан повернулся к своему собеседнику. Тот же остался в своем положении, спиной к темному принцу.

̶ Но ты же этого не сделал, а значит, ты не хозяин своих действий.

̶ Ты играешь со своей смертью, старик, она может быть для тебя очень мучительной. ̶ Глаза темного эльфа сузились.

После таких слов каждый из воинов «Чертовой сотни» принял это как призыв к оружию, и они оживились. Вектор убрал нож на место, Блэк Харт встал, закрепляя меч на поясе, а Хорс спрыгнул с бокового пьедестала, дабы лучше рассмотреть лучшего воина Шиорана. Тот в свою очередь мерил взглядом своих соперников. Лишь Голбус остался на своем месте.

̶ Не часто встретишь в Шиоране людей, да еще и таких смелых, это похвально. За это я оставлю ваши жизни при вас, пусть это будет моим подарком вам, в честь моего хорошего настроения, ̶ сказал Лаксан и снова повернулся к входу в храм.

̶ А что, если сохранив твою жизнь, мы подарим тебе наш подарок? – это звучало очень дерзко по отношению к такой личности, каким являлся темный принц. Но Голбус предупреждал, что он будет играть с ним на его самолюбии.

Глаза эльфа сверкнули огнем, его кисти сжались на рукоятях его мечей. Он увидел ухмылку Вектора, который тоже положил руки на оружие. Мысль о том, что над ним сейчас смеялись, привела его в бешенство, принц Шиорана начал медленно обходить старика.

̶ Видимо, ваша судьба завела вас именно сюда, чтобы вы закончили свой жизненный путь здесь, раз ты так дерзко разговариваешь с тем, кого даже не знаешь! – Лаксан повысил голос.

̶ Не стоит так быстро делать выводы, Лаксан, никому не известный сын Терноэля, темный принц Шиорана, мрачного царства темных эльфов, отверженный своими сородичами из-за того, что отказался проходить ритуал крови, жесткий теневой воин, с мрачным прошлым, неизвестным будущим, но светлой душой. Ты бродишь по самым мрачным местам царства, которое никогда не станет твоим, пытаясь во мраке найти ответы, которых там нет, лишь мгла и тишина успокаивают твою душу, а здесь ты чувствуешь себя как никогда уютно, потому что это место ближе всего к границам земель людей, а в них ты видишь свободу, которая манит тебя.

Сказав это, Голбус Тран впервые взглянул в глаза эльфу. Тот был в недоумении, к его собственным вопросам добавились другие. В последнее время в его жизни начало возникать много загадочных моментов, этот, пожалуй, был одним из самых курьезных.

̶ Откуда ты можешь знать, какая у меня душа⁈ Ты не видел, что я делал на войне, и какими методами творил свои деяния, а высказываешься о чем-то светлом. ̶ Лаксан с отвращением скривил гримасу, было видно, что этот разговор ему противен.

̶ На войне нет спроса за деяния, такова жизнь, мы все не без греха, а тот, кто выбрал путь воина, никогда не отмоет руки от крови невинных.

̶ У меня нет желания добавлять к этому всему еще и вашу кровь. Так что проваливайте, пока я не передумал.

̶ Ты сам знаешь, что ответов тебе здесь не найти, так двигайся дальше, оставь свою мрачную родину и пустись на поиски того, что тебе так необходимо. ̶ Тран встал лицом к лицу с темным эльфом. Тот смотрел прямо в глаза.

̶ Только не надо мне этих россказней, что ты со своими людишками можешь мне помочь, вы не знаете моей силы, а ваша попытка помочь будет ничтожной.

̶ За всю свою долгую жизнь я повидал много и скажу тебе откровенно: да, ты сильный, но есть те, кому ты далеко не ровня.

Это был тот удар, который был необходим. Голбус знал, в какой момент его нанести, и потому теперь он обходил Лаксана и начал спускаться вниз. Тот стоял, усваивая услышанное.

̶ За несколько сотен лет не было ни одного соперника, кто мог бы сравниться со мной, о чем ты говоришь, старик? – Темный принц развернулся вслед за Траном.

̶ Я говорю то, что знаю, в отличие от тебя. А ты слишком самонадеян. Существуют такие силы, для которых ты всего лишь мелкая сошка.

̶ Не предоставив мне такого соперника, ты не вправе говорить обо мне так! – зарычал Лаксан.

̶ Тебе нужны соперники? Сразись с моими воинами, и ты поймешь, что слишком долго просидел под землей и забыл, что мир велик и в нем полно героев, ̶ сказал Голбус и указал в сторону бойцов «Чертовой сотни».

̶ Какой мне смысл убивать твоих людей? Чего я этим добьюсь?

̶ Добьешься понимания того, что я тебе сейчас сказал, это первое, а второе, об убийстве никто не говорил. Сразись, почувствуй силу равного, и, может, тогда до тебя дойдет осознание. Этому миру грозит уничтожение, им будет править демон, владыка Пандемония, огненного мироздания, где нет места слабым, и если ты ищешь ответы на свои вопросы и хочешь достойного противника, то я здесь именно для того, чтобы предложить тебе вступить в «Чертову сотню». Это отряд, который стоит на страже света, отряд, где все равны друг перед другом, братство, где умереть за товарища считается честью.

̶ Мне, темному принцу Шиорана, лучшему клинку подземелья, непобедимому, предлагаешь службу? – Лаксан расхохотался. После чего добавил: – Ты, видимо, и вправду дерзкий старик…

̶ Я предлагаю тебе выбор. Остаться здесь, в темноте пещер, и ждать, пока разум оставит тело, а позже присоединиться к своим темным сородичам с их кровавыми бойнями, или же стать тем, кем ты должен быть: дать бой злу и доказать, что темный клинок может служить и светлым целям. ̶ Голбус Тран был серьезен, и Лаксан уже не смеялся.

̶ Значит, выбор? Если я сражусь и проиграю, я вступаю в вашу «Сотню», если эти трое останутся здесь лежать навеки, то я поступлю так, как считаю нужным? Ты это имеешь в виду?

̶ Ты еще можешь просто отказаться от боя и уйти, это тоже твое право, ̶ пожал плечами старик.

̶ Чтобы я отказывался от поединка⁈ Готовьтесь к бою, я сражусь сразу с тремя, не хочу тратить свое время на каждого по отдельности, ̶ сказал эльф и соскочил со ступеней, повернувшись к своим соперникам.

̶ Помни о нашем уговоре, принц Шиорана: проиграешь моим людям и вступишь в «Чертову сотню», ̶ напомнил ему Тран.

̶ Лаксан еще никому не служил! – огрызнулся эльф.

В ответ он услышал:

̶ Это мы сейчас исправим…

Слова принадлежали Вектору, который хищными глазами смотрел на своего противника, изучая каждое его движение, каждый взгляд, каждый вдох. К нему подошли Хорс и Блэк Харт. У лейтенанта меч уже был наготове, у Хорса еще нет.

̶ Как начнем? – уточнил Хорс Рим.

̶ Предлагаю по одному, уж больно хочется проверить его, ̶ предложил Вектор.

̶ Начнем по одному, постепенно включая следующего, пусть попотеет, прежде чем поймет, с кем связался, ̶ ответил на вопрос Хорса лейтенант.

В тот самый момент, когда Харт закончил говорить, Лаксан резко вздернул голову, которая была опущена вниз. Возможно, он даже не слушал, о чем говорили его соперники, но клинки вылетели с такой скоростью, что, казалось, молния бьет медленнее. Серебряный обсидиан лезвия, изогнутого в стиле южных народов, проживавших за Мрачными горами, был шикарен, ширина меча была идеально подобрана, а заточен он был с обеих сторон, что было редкостью для такого вида оружия, и это говорило о великом мастерстве его владельца. Руки в черных перчатках сжимали золотистые рукояти этих двух мечей, концы которых смотрели в сторону бойцов «Чертовой сотни».

Лаксан промолвил:

̶ Начнем…

Зря, конечно, он не скинул свой плащ, ведь надежда на быструю победу растаяла именно в тот момент, когда Вектор встретил его выпад своими клинками. Оба бились двумя руками, оба были изящны в движениях, оба были скоростными бойцами. Воин «Сотни» парировал каждый натиск Лаксана, тот в свою очередь кружил над ним, как коршун над жертвой. Но вот только жертвы здесь не было. Искры и скрежет металла были такие, что летучие мыши срывались со своих мест и улетали прочь во тьму.

Отлично подтянутый доспех Вектора соответствовал его быстрым и идеальным движениям, а вот красивый плащ темного принца только мешал ему. В таком можно ходить на балы, но не сражаться с бойцом, который с малолетства тренируется, но умение эльфа делало свое дело. Каждое его движение было как будто спланировано заранее, а удар, наносимый противнику, тщательно продуман. Так или иначе, Вектор временами доставал его одним из своих мечей, тем самым отрезая кусок ткани от его черного плаща.

В один миг они стали друг напротив друга. Вектор, по привычке, держал левый меч чуть впереди, второй, для мощного удара, ближе к телу. Лаксан снова выставил острия своих клинков в сторону противника. Его глаза горели, на лбу появились испарины. Это была первая стадия усталости, и он понял, что это были не просто солдаты. В тот же миг рядом с Вектором стал Блэк Харт с обнаженным мечом в руках. Оружие у него было одно, служившее как для одной руки, так и для двух. Бой продолжился.

Теперь уже воины «Сотни» начали навязывать тактику, но Лаксан продолжал весьма успешно сражаться. Он кружился в бою с ними, не давая зацепить себя, они в свою очередь делали так, чтобы серебряный обсидиан не достал их. Пыль стояла под ногами бьющихся, черный плащ принца превратился в бесформенную тряпку, узнаваемую лишь по воротнику, до этого места эльф их не подпускал.

Лаксан перешел к своему любимому увлечению ̶ круговороту мечей. Он выписывал дуги от самых ног до вытянутой руки по всей оси, что давала длина меча, скорость при этом была чрезвычайно высокой. Блэк Харт и Вектор парировали эти удары, но уже не делали попыток нанести свои, так как Лаксан буквально волчком кружился вокруг них, и бой перешел спина к спине, от чего темному принцу пришлось потеть сильнее.

Хорс стоял, сложив руки на груди, он смотрел, как его друзья бьются, прилагая усилия, но это был не их максимум. Хорс видел это, так как знал их очень давно, по их действиям он видел и то, что они были максимально сосредоточенны. По времени он должен был вступить в бой, и тогда он услышал голос «Хранителя душ»:

̶ Пора показать свою силу…

Хорс почувствовал прилив энергии, его глаза сузились, он не заметил, как меч появился в его руке. Хотя он знал: вначале дымное облако струей возникало в ладони, после чего там образовывался «Хранитель». Его время настало.

Когда Хорс шагнул к своим друзьям, Лаксан заметил его движение. Отскочив в сторону, он отдалился на несколько шагов, его лицо блестело от пота, волосы были мокрые, но тело целое, а дыхание ровное. Это был не предел. Он скинул воротник своего изорванного плаща и встал в свою стойку, пора было заканчивать все это. Теперь их было трое. Принц не успел расправиться с одним, не говоря уже о двух, с тремя будет сложнее. Все эти мысли мгновенно пролетели в голове у теневого воина, и тут же бой снова продолжился.

Лейтенант с Вектором пошли в атаку, каждый держал свой фланг. Хорс двигался в центр. Он отчетливо видел движения эльфа, видимо, помогал «Хранитель», этот меч обострял реакцию, и мир казался медленным. Хорс сделал выпад, увидев момент, когда Блэк Харт уводил меч для удара, а клинок Лаксана шел на защиту, меч скрестился с мечом, теперь Хорс почувствовал реальность, теперь началась последняя стадия. Как и говорил принц Шиорана, он один сразу против троих.

Ему ничего не оставалось, кроме как снова пуститься в свой круговорот, но ему не давали это сделать. Они жали его, принц пятился спиной, включая всю свою скорость, чтобы отбить удары. Лаксан отметил тот факт, что ни один из них не стал заходить со спины, хотя сейчас было самое удобное положение. Бойцы «Сотни» бились честно, как и говорил Голбус, равные с равным, и неизвестно, одолел бы он их один на один.

Время шло, кожаные перчатки были стерты постоянным движением рукояти меча, но ни один не ослаблял натиск. Все четверо выкладывались как в последний раз. Лишь Хорс снова начал видеть все замедленно, его меч требовал жертвы, сила пульсировала в венах, он чувствовал, что может убить своего соперника, но этого нельзя было делать, не для того они сюда явились, чтобы убивать того, кто не виновен в том, кем он является. Тогда произошло все в одно мгновение.

Хорс увидел, когда Лаксан отбил выпад Харта, рукоять меча была в том положении, когда слабость видна, в тот же момент Вектор блокировал удар принца, дабы вторым ударом выбить оружие, и тогда «Хранитель душ» в руках воина «Чертовой сотни» устремился к сокрушительному удару. Меч двигался снизу, готовился удар, который почти невозможно было заблокировать, за «Хранителем» стлался черный дым, души убитых направляли этот удар. Волей судьбы темный принц Шиорана увидел этот удар и устремил со всей скоростью два клинка навстречу, в надежде остановить неудержимую мощь.

Шум стоял в ушах, руки пульсировали от напряжения, туман стоял в глазах. Перед глазами была тьма, по бокам свет и пыль, Лаксан лежал спиной на земле, его мечи были воткнуты в землю рядом с ним. Значит, его не стали убивать, хотя наверняка могли бы. Встав, принц осмотрелся. Противников рядом не было, они снова стояли около ступеней, поправляя свое оружие и о чем-то беседуя. В голове пульсировало. Эти люди оказались достойными соперниками, и, если рассудить честно, вряд ли бы эльф вышел живым из поединка. Это был тот случай, когда собственная самоуверенность подвела его и натолкнула на опрометчивый поступок. Но кто поверг его на землю, кто выбил мечи из рук? Магия? Или что-то более древнее?

Эти рассуждения прервал голос старика, раздавшийся сзади:

̶ Поединок закончен, темный принц, и результат называть не стоит, ты не глуп, чтобы тебе на него указывать.

Голбус сидел на одном из фрагментов храма, разбросанных вокруг.

– Теперь выбор за тобой. Я не принуждаю тебя идти на службу в «Чертову сотню», я прошу тебя направить взор на светлую сторону и творить то, к чему тебя готовила жизнь.

Лаксан поднялся, стряхивая с себя пыль, его взор был мрачен как никогда. Любой бы понял, что вести беседы у него сейчас нет никакого желания.

̶ Ты появился неизвестно откуда, унизил меня и сейчас хочешь заполучить мое расположение?

̶ Довольно болтовни, сын Терноэля, время не ждет. Мы уходим. В Шиоране наша задача выполнена. И повторяться у меня нет никакого желания. Скажу лишь одно: вырвавшись из темных лап этого мира, ты обретешь свободу и ответы на свои вопросы, оставшись здесь, ты сохранишь таинственность, но когда сюда придут войска темного повелителя, тебе не станут предлагать службу, Шиоран сгорит, если того потребуют обстоятельства, а союзников у вас уже не будет. Ты еще в силах помешать этому, и твои клинки могут стать на стражу света. Выбирай.

Это были последние слова старика темному эльфу, он встал и направился к своим воинам. После короткой паузы они двинулись туда, откуда пришли. Лаксан, в свою очередь, стоял, устремив взор в сторону своих серебряных обсидиановых клинков.

̶ Он согласился? – коротко спросил Блэк Харт, шагая рядом со старцем.

̶ Его ответ мы скоро узнаем, а пока мы должны торопиться, силы демонов явили себя, война за Гардию началась. Хватит с нас поединков чести, настало время драться по-волчьи.

Глава 14

Демоны Пандемония

Что нужно для демона, с самого раннего возраста готовящегося к войне? Правильно. Ему нужна битва, в которой он сможет стяжать славу, разить врагов своим демоническим клинком и провозглашать величие своего темного повелителя. Такими были те, кто первыми прибыли на границу мира Гардии, дабы начать свое шествие.

Казэмар стоял с развернутым свитком, что принес им вестник, и всматривался в текст. Его желтые глаза бегали слева направо и обратно. Он был назначен старшим в четверке отправившихся, а значит, ему вскрывать печать и отвечать перед повелителем, а еще именно ему отдавать приказы герцогам. Правда, это его не сильно беспокоило, Казэмар знал, что такое война, и знал лучше, чем те, которые ждали ее с нетерпением.

Герцог отложил свиток и взглянул на демонов.

̶ Повелитель требует, чтобы горные перевалы были взяты, эта земля должна принадлежать нам.

Бладас оскалил свою пасть.

̶ Наконец-то прольется кровь врага, никому не будет пощады. ̶ Его руки-лапы затрещали от силы сжимающихся кулаков.

̶ Повелитель указывает и на это: никаких пленных, необходимо явить ужас и уничтожение, ̶ подчеркнул Казэмар.

̶ В этих местах есть только одно укрепленное место, это крепость людей. К ней сложный подход, но выхода из нее нет, а значит, деваться им некуда. Остальные не представляют никакой угрозы, ̶ сделал отчет Хот-Ган.

̶ Загнанный зверь всегда бьется яростнее, ̶ напомнил Казэмар. – Мы на их земле, а значит, каждое их сопротивление будет яростным.

̶ Ты говоришь не как достойный воин и герцог Пандемония, Казэмар, ̶ съязвил Бладас. – Это всего лишь кучка людей, здесь неуместны твои речи о предосторожности.

̶ Я всегда смотрю вперед и просчитываю свои шаги, а не как ты, Бладас, убиваешь всех, а потом подсчитываешь количество трупов, своих и чужих, ̶ достойно ответил старший герцог.

̶ Результат всегда один, ̶ произнес безумец, посмотрев в глаза Казэмару.

̶ Разве мы здесь не для того, чтобы выполнять волю нашего повелителя? – шипящий голос Сумрагона несколько умерил пыл демонов. – Все мы еще успеем подраться друг с другом, ̶ сказал призрак и скосил глаза на горделиво стоящего Хот-Гана. – Но пока мы не имеем права на ошибку. Не очень-то хочется, чтобы над нами смеялись два мира, когда узнают, что мы перебили друг друга сами, даже не напав на врага.

На него все посмотрели, слова правды звучали из уст призрака, который сейчас выглядел далеко не так, как на совете. На нем красовались доспехи, два огромных шипастых наплечника поверх его черного порванного балахона. Голова была скрыта капюшоном, сзади красовался меч с навершием в виде черепа. Руки были спрятаны под мантией. Спокойный вид этого демона порождал тревожность.

̶ Казэмар, тебе повелитель велел вести нас. Каковы наши действия? – Хот-Ган был самым рассудительным из них, поэтому действовал как истинный солдат своего мира.

Опытный демон посмотрел на задавшего вопрос.

̶ Мы разделимся. Хот-Ган и Сумрагон вычистят все окрестные аванпосты и мелкие укрепления, тем самым отрезав путь подкреплению для главной крепости. Моя разведка насчитала около пятнадцати таких постов. Их численность варьируется от ста до двухсот пятидесяти воинов. Все они не представляют никакой силы, так что справиться с ними вы обязаны быстро.

Казэмар развернул карту Проклятых гор.

– Вот здесь и здесь, возможно, нам понадобятся опорные пункты для будущих переправ, так что не надо там уничтожать все.

Переведя взгляд на Бладаса, он продолжил:

– Возьмем по одной когорте и двинемся. Фронт, как всегда, за тобой, я со своими уйду в горы. Там есть небольшой лаз, мне будет достаточно, чтобы провести свои тысячи и ударить в спину. Каждый из нас знает, что надо делать на войне…

̶ Безусловно, знаем, ̶ оскалился Бладас.

̶ Когда выступаем? – осведомился Хот-Ган.

̶ Сейчас. Отдайте распоряжения своим генералам, берите командование над когортами и выдвигаемся. Все наши воины засиделись, и такие переходы по горам им нипочем. У меня все.

Бладас выпрямился во весь свой огромный рост, поправляя оружие, прорычал:

̶ Настало время демонов Пандемония.

* * *

Дариус стоял на стене крепости Несломленная. Последние несколько лет он командовал этим малочисленным гарнизоном. Иногда он про себя усмехался. Были времена, когда под его началом стояли десятки тысяч, магистр руководил военными кампаниями и звался лучшим полководцем. Сейчас количество его бойцов и войском не назовешь, всего каких-то три тысячи, да и то это сброд по сравнению с теми, кого он водил в бой когда-то. Но полководец всегда сам виноват в том, какие у него солдаты, ведь его действия приводят ко всему этому. Дариус Сцириус наладил здесь контроль, связь между постами, дисциплину, слаженность действий и чувство ответственности. За это его зауважали.

Конечно, помощь старого знакомого и закаленного в боях ветерана была как нельзя кстати. По приказу Дариуса старшину Тагана оторвали от заключительной стадии обучения его смертоносного отряда, в который он вкладывал всю свою суровую душу. Узнав об этом, старый вояка рассвирепел и был готов уничтожить товарища. Но пока он добирался до Несломленной, пыл его угас, и он принял ситуацию так, как должно. Хотя другу высказал все, что он о нем думает.

Таган приложил немало усилий, чтобы сделать из здешних бедолаг хоть что-то похожее на войско. Его не так любили, как Дариуса, но за боевые навыки уважали. Некоторые были его должниками, так как он спас им жизнь. Но не было тех, кто хотел бы сместить этих двоих. В этих суровых краях разговор был всегда короткий: либо ты, либо тебя. Оба пришедших ветерана были настолько хороши, что солдаты поняли сразу: с их приходом жизнь в этих местах поменяет курс. И она поменяла. Сначала в одну сторону, теперь в другую.

За последние несколько дней никто из отправленных посыльных не вернулся. Прекратилась всякая связь с постами, а над горами нависли черные тучи дыма, в воздухе чувствовался запах горящей плоти. Ветерану не трудно было догадаться, что творится в этих землях. Единственный вернувшийся, Таган со своим отрядом, видел, что случилось с теми, кто встретился с врагом. И поэтому сейчас магистр Империи, будучи отправленным в такую дыру для защиты родины, испытывал очень странные чувства. Хорошая экономия на профессиональном убийце.