Текст книги "Белая ведьма Азеила (СИ)"

Автор книги: Велл Матрикс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

И, пожалуй, это единственное, в чем Кларий отказывался соглашаться с отцом. Ему нравились самоходные экипажи, их агрессивная элегантность и удобство. Никогда прежде ему не доводилось видеть столько экипажей вместе, ни одно королевство не могло похвалиться такой коллекцией. Ошеломленный выбором, он не знал, что предпочесть, а потому пошел на поводу у королевы, предложившую для бегства скромную с виду самоходку.

Но экипаж и впрямь оказался достойный. Он резво мчался среди узких извилистых улочек, и Кларий наслаждался его скоростью и покорностью. А заодно смеялся над страхом королевы, зажмурившейся в своем кресле. Открыть глаза она осмелилась, только когда город остался позади, что в очередной раз убедило Клария – девчонка не отличается острым умом. За городом Вейлана заметно расслабилась, ее покинуло напряжение, и усталость проявилась в дремоте, которая смежила ее веки.

Продолжая гнать экипаж, Кларий время от времени поглядывал на дремлющую королеву, каждый раз представляя, что будет с ней делать, распаляясь все больше – пока рассвет не изгнал сумерки, а солнце не поднялось над горизонтом. Вейлана, которой отмерили жизнь до рассвета, стала его должником.

Свернув с дороги, Кларий, полный предвкушения, углубился в лес. Белая ведьма будет принадлежать ему, он не оставил ей выбора. А потому ее сопротивление злит.

Вейлана не подозревала, от какой опасности ее избавили так не вовремя появившиеся гончие.

В гневе и ярости Кларий не контролировал себя и легко мог сорваться, причиняя непоправимый вред беззащитной девушке. А големы, отправленные за ней в погоню, послужили хорошей отдушиной. И, увозя глупую девчонку с поляны, Кларий уже вполне держал себя в руках. Но хватило его ненадолго. Упрямство королевы злило его, Кларий полагал, что подобных проблем возникнуть вообще не могло. Откуда у этой правильной до кончиков волос девчонки столь противные благородной натуре мысли? Ей и в голову не должно бы прийти подвергнуть сомнению долг жизни. А она смеет сопротивляться!

И это выводит его из себя. Он не просто пугал ее – Кларий приготовился привести в исполнение свои угрозы. Он умел пытать людей; умел причинять такую боль, которая хуже смерти. И злость на упрямицу заставила отринуть любые доводы, что таким способом согласия не добиться. Он ненавидел, когда ему перечили.

На свое счастье, Вейлана одумалась. Как только слова согласия прозвучали, Кларий набросился на нее – и утонул в вязкой тьме беспамятства.

Пробуждение вышло… странным. Опальная королева не только не сбежала, бросив его в одиночестве и без сознания в лесу; она обеспечила Клария максимально возможным в движущейся самоходке комфортом. Он сам от себя этого не ждал, но его неожиданно тронула эта забота. Настолько непривычное, чуждое ему чувство, что он резко поднялся с импровизированного своего ложа и мрачно уставился на Вейлану.

3

Прошло не более получаса, когда Кларий неожиданно резко сел. Внезапное его движение заставило Вейлану затормозить, ей не хотелось врезаться в дерево, которое вполне может вырасти у нее на пути, пока она отвлекается. От мрачного взгляда Клария она поежилась и отвернулась, пусть даже знала, что бояться ей нечего. Хуже смерти с ней ничего не случится, а сейчас королева направлялась навстречу смерти. И Вейлана не думала, что юноша рядом всерьез выполнит свою угрозу, но где-то в глубине сердца чувствовала, что разочарование может подвигнуть темного рыцаря на жестокую месть.

– Куда это ты направляешься? – мрачным, под стать взгляду, голосом осведомился он.

– Мы возвращаемся во дворец, – откликнулась королева.

– Зачем? – опешил Кларий.

– Как вы могли убедиться, ваше требование невыполнимо, – равнодушно ответила она. – А потому вам нет резона рисковать собой, оберегая меня от посланников вашего отца. Вам выгодно самому вернуть меня, так что я просто отдаю вам долг жизни.

– Твоего согласия недостаточно, – задумчиво произнес Кларий и коснулся пальцами губ.

Вейлана отвела взгляд. Прежде чем он потерял сознание, она успела ощутить и запомнить тепло его губ, и это воспоминание обжигало.

– Именно это я и пыталась до вас донести, сэр Кларий, – подтвердила королева.

– Значит, нужно что-то еще, – нахмурился он.

Изумленная, Вейлана взглянула на него:

– Разве вы не собираетесь отступить от своего намерения?

Мрачная усмешка искривила его губы:

– Даже не подумаю. Что еще нужно, кроме твоего согласия? Отвечай!

– В мире не осталось ничего, что способно снять мое проклятие, – твердо взглянула она в его злые глаза.

– Значит, что-то было? – ухватился он за ее слова.

– Это больше не имеет значения…

– Не смей мне указывать, глупая девчонка, – перебил он. – Отдавай управление. В столицу мы всегда успеем, и прежде я собираюсь получить свое.

Вейлана безропотно подчинилась. Ей нравилось водить самоходки, но только по ровным прямым дорогам. Повороты наводили на нее легкую панику, пусть даже не пристало подобное королеве и белой ведьме. Но все же здесь, в густом лесу, она почувствовала заметное облегчение, избавившись от необходимости управлять экипажем.

К тому же, занятый делом, Кларий представлял для нее меньшую угрозу, чем бездельничающий.

Она не могла поверить, что темный рыцарь проявил такую настойчивость. Убедившись в ее правоте, Кларий должен был отступить. В Азеиле полно красивых юных и доступных дев. На ней, обреченной умереть королеве, свет клином не сошелся, и едва ли юноша рядом привык преодолевать трудности в поисках желанного. Откуда же взялось это упрямство?

Но выспрашивать Вейлана опасалась. Его вожделение странным образом спасало ей жизнь. Пока Кларий не готов расстаться с ней, он будет защищать жизнь королевы от любых опасностей. Другое дело, что надолго его не хватит, в чем Вейлана не сомневалась ни мгновения. Но все же не рискнула приблизить тот момент, когда ему все надоест, своими расспросами.

Экипаж вернулся на дорогу, солнце медленно приближалось к зениту, вокруг, сколько хватало глаз, простирался вековой лес. Он окружал столицу сплошной стеной, прорезанной ровными лучиками дорог, но не сумел сберечь город от захватчиков. Не его вина – магия белой ведьмы спит, и некому послать зов о помощи и защите. В который раз Вейлану охватило отчаяние от собственной беспомощности. Последняя белая ведьма, наследница невероятной силы – и она бесполезна более, чем полностью. Колдун сделал все, чтобы ее магия никогда не проснулась.

И едва ли Кларий понимает, что единственный способ обойти проклятие белых ведьм – это разбудить спящую в ней силу.

– Куда вы нас везете, сэр Кларий? – когда день перевалил за середину, все же спросила Вейлана.

Она устала и проголодалась. Королева уже и забыла, когда ей довелось поесть в последний раз, а единственный отдых, который ей перепал в эти, наполненные отчаянием и безнадежностью дни – недолгая дрема во время бегства из столицы. Но Кларий словно и не собирался останавливаться.

– В Цитадель, – отрывисто бросил он в ответ.

– Цитадель? – переспросила Вейлана потрясенно.

Никогда она не думала, что может однажды вернуться туда.

– Там ведь растят вас, белых ведьм? – насмешливо ответил Кларий. – А значит, там знают способ снять ваше проклятие.

Возможно, стоило попытаться разубедить его, объяснить, почему невозможно воспользоваться этим способом. Единственным способом; иных просто нет. Но Вейлана слишком устала, ей не доставало сил, чтобы спорить с упрямым негодяем. И новость о визите в Цитадель вовсе не добавила ей радости.

Вейлана провела там десять лет. Все детство и юность. Когда-то она ненавидела это место, но сейчас, оглядываясь назад, понимала, для чего оно. В Цитадели ее многому научили, в том числе главному для белой ведьмы – искусству самоконтроля. И пусть для нее это умение не стало жизненной необходимостью, Вейлана все равно вспоминала своих воспитателей с благодарностью. Просто благодарности недостаточно, чтобы полюбить место, где она чувствовала себя неуютно.

В Цитадели никогда не обучалось одновременно много учениц. Но Вейлане не повезло больше остальных – она была единственной. Рядом не оказалось никого, кто мог бы скрасить ее будни; ни наперсниц, ни подружек, ни даже соперниц, лишь бесконечное одиночество, которое никак не могли утешить строгие воспитатели. Вейлане не делали никаких скидок – ни на нежный возраст, ни на знатное происхождение, ее учили всему, что должна знать и уметь будущая белая ведьма, и даже больше. Ведь ей предстояло стать королевой. А потому с нее требовали вдвое строже, чем с любой из предыдущих учениц. И в то время, как ее сверстники наслаждались жизнью, беспечно играя, Вейлана училась – на грани своих физических и умственных возможностей. Вот только с каждым годом обучения для нее все меньшим секретом становилось истинное положение дел. Ей никогда не стать настоящей белой ведьмой. Сколько бы усердия, усилий и стараний не прилагала она к обучению, это все зря. Вся ее подготовка – бессмысленна, и от того все сильнее ненавидела юная Вейлана Цитадель. Глупо и по-детски, с тех пор она повзрослела и стала умнее, она поняла своих воспитательниц, отчаянно верящих в лучшее.

Но возвращаться в Цитадель все равно не хотела.

– Я голодна, – после бесконечно долгой паузы призналась Вейлана, не глядя на своего спутника.

Не жалоба и не просьба – лишь констатация факта. Кларий презрительно фыркнул, помедлил немного и проворчал:

– Терпи. Здесь негде раздобыть еду.

– Вас не учили охотиться, сэр Кларий? – осведомилась она, старательно изображая светское равнодушие.

– Я – прекрасный охотник, – самолюбиво ответил рыцарь. – Но не рискну оставить тебя в одиночестве. Ведь ты сейчас тоже дичь, и тот охотник не менее искусен, чем я.

– Весьма благородно с вашей стороны, – Вейлана скрыла насмешку.

– О, не заблуждайся, меньше всего мои намерения благородны, – осклабился Кларий. – В данный момент я просто не хочу тебя ни с кем делить. Так что терпи, мы поедим, как только доберемся до какой-нибудь деревни. Ты ведь помнишь, нам нельзя задерживаться в одном месте надолго.

Она кивнула. Темный рыцарь показал, что ему не составит труда справиться с гончими, но королеву беспокоило, что в этой схватке могут пострадать невинные люди. Столица эвакуирована, как и большинство городов на пути следования армии черного колдуна, но маленькие деревни продолжают жить своей жизнью. Авендейм – богатое королевство, здесь проживает слишком много людей, чтобы у нее хватило сил спасти их всех. А потому встреча с гончими вполне может случиться и в людном месте.

Вейлана не могла не думать об этом. О той опасности, какой подвергает свой народ, пытаясь перехитрить судьбу. Во что она позволила себя втравить? Кларий одержим своим неисполнимым желанием и сейчас готов защищать ее даже от своего отца. Но она не обольщается – рано или поздно он приведет ее прямиком в лапы черного колдуна. И ее все сильнее терзают сомнения, а стоит ли пытаться отсрочить неизбежное? Ведь так просто разом покончить со всем. Убедить Клария, что его чаяния неосуществимы, попытаться сбежать при первом же удобном случае, или же и того проще, вывести его из себя, чтобы убил на месте. Вейлана не сомневалась, что такой человек, как Кларий, легко способен на подобное.

И все же королева решила повременить с этим. Слишком устала, чтобы рассуждать здраво, а значит, велик риск ошибиться. Быть может, стоит дать судьбе шанс и посмотреть, что из всего этого выйдет.

– Ближайшая жилая деревня – в семи часах езды на северо-восток, – сообщила она. – Сэр Кларий, вы не возражаете, если я немного подремлю?

– Делай, что хочешь, – проворчал он.

– Благодарю, – вздохнула девушка и откинулась в кресле.

Глаза ее закрылись словно сами собой, и незаметно дрема обратилась в глубокий сон без сновидений, столь желанный усталому ее телу. Вот только толком отдохнуть так и не удалось. Вейлана проснулась от чувства голода, с затекшими от долгой неподвижности мышцами и тяжелой после сна головой. Первые мгновения она даже не понимала, где она и что происходит, а потом навалились воспоминания – сдавшееся без боя королевство, армия захватчиков, приговор и нежданное спасение. С трудом повернула голову и наткнулась на жадный взгляд темных глаз.

– С пробуждением, красавица моя, – промурлыкал Кларий.

Только воспитание не дало королеве вслух возмутиться, уверив спутника, что она никогда не будет его.

– Не слишком приятным, смею сказать, – негромко откликнулась Вейлана вместо этого. – Где мы?

– Где-то на просторах Авендейма, – беззаботно ответил он. – Ты спала больше полусуток, жилую деревню мы давно проехали.

Она расстроилась. В деревне имелась возможность хотя бы поесть, и теперь неизвестно, когда подвернется следующая. Вейлана прекрасно знала центральную часть своего королевства, но вот в окраинах ориентировалась куда хуже, к тому же представления не имела, где они сейчас. А потому не могла точно сказать, есть ли поблизости хоть какое-то обитаемое поселение. И невольно положила ладонь на живот, который уже подводило от голода. Есть хотелось неимоверно.

Но девушка не стала ни о чем просить своего спутника. Понимала, что он лишь посмеется над ее слабостью, попрекнет в очередной раз недостатком ума за то, что вздумала воззвать к благородству существа, даже незнакомого с этим понятием. Кларий не скрывал своих намерений, Вейлана не интересовала его ни в каком ином качестве, кроме постельной утехи. Поэтому не стоило ждать от него заботы. И покормить свою спутницу он сподобится не раньше, чем она начнет падать в голодные обмороки. И то лишь потому, что она нужна ему живой.

– На заднем сиденье сумка с припасами, – покосился на ее прижатую к животу руку темный рыцарь. – Можешь перекусить.

– Вы взяли еду для меня? – изумилась она совершенно искренне.

Кларий промолчал, лишь презрительно скривил губы. Не ожидавшая подобной заботы девушка ловко перебралась на заднее сиденье и с удовольствием вгрызлась в нехитрое угощение – белый, еще совсем свежий хлеб, домашний сыр, немного сметаны и творога, а еще молоко, неожиданно вкусное.

Вейлана не смогла с ходу припомнить, когда она ела вот так – на ходу, руками, простую пищу без изысков, забыв о приличиях и воспитании. Но ее это не беспокоило. Некому пожурить ее за отсутствие манер, ведь темный рыцарь и сам отнюдь не образец галантности. Грубый похотливый мужлан, безжалостный убийца, беспринципный и бессовестный, имеющий лишь смутное представление о манерах, достаточное, чтобы позволить первому впечатлению обмануть. Он называл себя рыцарем, словно в насмешку, но был их полной противоположностью. И какая ирония, что в мире не осталось никого, способного бросить ему вызов – сильнейшему воину Азеила. Хотя бы в этом слухи не лгали, равного ему нет. И, если прежде Вейлана полагала это результатом бесчестных приемов, то схватка с гончими убедила ее в ошибочности подобного суждения. Как воин, Кларий действительно силен и искусен.

Но настоящим рыцарем его это все равно не делало.

– Спасибо, что не забыли про меня, покупая провизию, сэр Кларий, – чинно поблагодарила королева, утолив первый голод.

Он хмыкнул:

– Должен тебя разочаровать, но я совершенно о тебе не думал. Эти жалкие селяне так испугались моего появления, что отдали все, что имели.

– Что?

– Я счел, что еда всегда пригодится, а все ненужное выкинул по дороге.

– Вы… ограбили этих людей?! – ахнула девушка.

– Чисто технически – нет. Никто не заставлял их тащить мне все это барахло. Я им даже не угрожал.

– Вы взяли чужое, ничего не заплатив. Это воровство!

– С их стороны это был дар, не возмущайся. К тому же теперь Авендейм принадлежит моему отцу, а значит, я имею право на все, что есть на этой земле.

– Пока вы не вернете меня ему, вы в опале, сэр Кларий, – напомнила Вейлана. – И едва ли можете претендовать на эту землю.

– Не выводи меня из себя, – с угрозой посоветовал он.

Королева промолчала. Хотя почувствовала почти непреодолимое желание закричать, затопать ногами и потребовать уважительного к себе отношения. Но она не истерила даже в детстве, и за годы привычка всегда держать себя в руках прочно въелась в кровь. К тому же вынужденно она признавала правоту Клария – она больше не королева. Она сама отдала свое королевство врагу и уже сутки как должна быть мертва. А потому глупо требовать к себе соответствующее ее происхождению отношение. Для Клария она – должник жизни, и он имеет право обращаться с ней, как пожелает.

Но, как бы ни понимала Вейлана положение вещей, обида не проходила, лишь копилась раздражением и гневом. А потому девушка предпочла молчание как единственный способ не впасть в бесполезную истерику. И погрузилась в непростые раздумья.

Ей, королеве, не привыкать принимать решения, руководствуясь здравыми размышлениями на основе тех сведений, какие предоставляли ей многочисленные советники. Вот только сейчас не у кого просить совета, не у темного же рыцаря, с которым лучше вообще не разговаривать. Да и что он скажет ей – лишь потребует раскрыть способ обойти ее проклятие, больше его ничто не волнует. А она по-прежнему не уверена, что поступает правильно, позволяя спасать себе жизнь. Ведь по сути, она обманывает Клария, не пытаясь разубедить его в бессмысленности его намерений. И то, что он ничего не хочет слышать, мало что меняет. Ее смерть неизбежна, но до чего же не хочется умирать! Потому она все еще колеблется, малодушно задерживаясь на этом свете…

В то время как ее подданные вынуждены ждать, когда черный колдун покинет Авендейм, и до тех пор не могут вернуться домой. Не слишком ли эгоистично с ее стороны продлевать их ожидание? Ведь черный колдун не уйдет, пока не расправится с последней белой ведьмой.

Из глубокой задумчивости ее вывел резкий поворот экипажа, едва не вылетевшего с дороги прямиком в дерево. Кларий успел выровнять самоходку и вернуться на дорогу, но Вейлана заметила, как он лихорадочно вздрогнул, будто приходя в себя. Кольнула вина – за последние сутки она нашла для себя время, чтобы поспать, а Кларий все это время глаз не смыкал. Не считать же того времени, что он провел без сознания, попытавшись ее поцеловать.

– Сэр Кларий, вам требуется отдых, – сообщила ему Вейлана.

– Обойдусь, – сквозь зубы отказался тот.

Девушка удивленно приподняла брови, окинув его внимательным взглядом:

– Вы устали. В следующий раз вы можете не успеть увернуться от препятствия.

– Я не позволю тебе управлять экипажем. Ты ведь немедленно отправишься в обратный путь, не так ли?

Вейлана не могла сказать, что не думала об этой возможности, а потому помедлила с ответом, убеждая спутника в его правоте. Но быстро опомнилась и досадливо заметила:

– Полагаете, я стремлюсь к смерти? В таком случае мне вовсе не обязательно возвращаться, вы справитесь с этим быстрее и качественнее, в вашем состоянии.

– Прекрати мне выкать, – велел он.

– Разве вашему самолюбию не льстит подобное обращение?

– Оно меня раздражает. И ты, когда молчишь, гораздо привлекательнее.

Невольно Вейлана улыбнулась, вместо того, чтобы оскорбиться – потому что удивительным образом чувствовала то же самое. Ей тоже куда больше нравилось, когда Кларий молчал.

– И все же я настаиваю, сэр Кларий. Вам необходимо отдохнуть.

– Упрямая девчонка, – пробормотал он себе под нос, но все же затормозил. – Если я обнаружу, что ты возвращаешься – тебе не поздоровится.

Но больше от отдыха не отказывался. Поменявшись с ним местами, Вейлана сосредоточилась на управлении, значительно сбросив скорость. Не будучи уверенным водителем, она старалась не отвлекаться от дороги, и все же, заметив, что дыхание спутника выровнялось, не удержалась и обернулась. Спящий, Кларий вовсе не выглядел юным и умиротворенным, как при потере сознания. Хмурая складка между бровей, поджатые губы, мрачное выражение красивого лица. Какие бы сны ему ни снились, приятными их вряд ли назовешь. Ничего удивительного, учитывая, что он за человек.

Хотя Вейлана слабо представляла, куда завез ее Кларий, в какой стороне Цитадель, она знала. И потому довольно уверенно вела экипаж вперед, старательно выглядывая указатели ближайших поселений. Не то, чтобы Вейлану действительно волновало собственное местонахождение – ей едва хватало сил осознать, что она все еще жива. Но вот провизия определенно нуждалась в пополнении. Кларий, ограбив селян, явно не позаботился о насущном, и больше доверять ему в столь важных вопросах Вейлана не собиралась.

Столичный лес остался далеко позади, уже давно вокруг расстилались возделанные поля, отделенные от дороги узкой полосой деревьев. Но густая листва мешала обзору, а потому город открылся Вейлане совершенно внезапно. Одновременно с указателем, мгновенно позволившем королеве определиться с ее местоположением.

Серам, приграничный город Авендейма, расположенный в самой северной точке королевства. Он не был эвакуирован, люди, опасавшиеся вторжения, покинули его самостоятельно, скрывшись за границей, другие отважно остались в своем городе, надеясь, что захватчики не доберутся до северных границ Авендейма. Город небольшой, но здесь наверняка можно запастись провизией перед дальней дорогой в Цитадель.

На узких улочках Серама Вейлана еще сбросила скорость, так, что экипаж еле плелся. Но в отличие от Клария девушка не любила рисковать и беспокоилась о своей безопасности. А заодно и о жизни своего спутника. Да и так проще высмотреть открытую продуктовую лавку, где Вейлана собиралась отовариться, пока Кларий не проснулся.

Обнаружить подходящий магазинчик ей удалось только в сумерках, когда Вейлана уже почти отчаялась. Остановив экипаж, девушка попыталась аккуратно выбраться из самоходки, не потревожив Клария, но замерла, испуганная его мрачным и насмешливым голосом:

– Куда собралась?

– Я хочу купить запас продовольствия на дорогу. Чтобы не отвлекаться в пути.

– Купить? – переспросил Кларий насмешливо. – Не трать зря монеты, нам дадут все необходимое бесплатно.

– Сэр Кларий, – нахмурилась девушка. – Я не намерена грабить свой народ. И буду оплачивать свои нужды, пока у меня есть такая возможность.

– А по мне, так ты решила сбежать, – прищурился он. – У тебя ничего не выйдет. Пойду я.

– Я не сбегу, сэр Кларий. А вы слишком бросаетесь в глаза, поэтому позвольте мне самой решить этот вопрос.

– Я бросаюсь в глаза? – он засмеялся и протянул руку, чтобы пропустить сквозь пальцы прядь ее волос: – Ты куда приметнее меня, королева Авендейма. Останешься здесь.

Вейлана отметила, что после пробуждения юноша не выглядит сколько-нибудь заспанным. Словно все это время бодрствовал, лишь притворяясь спящим. И взгляд, цепкий, подозрительный, злой – Кларий определенно решил, что его спутница собралась бежать.

– Как вы заметили, я больше не королева, – возразила девушка. – И как я уже говорила, мне нет смысла сбегать от вас. К тому же мне намного проще замаскироваться.

Она извлекла из сумки прихваченный именно для этой цели платок и ловко спрятала под него свои белые, действительно слишком приметные волосы. А сверху надела шляпку с широкими полями, чтобы спрятать лицо, не вызывая особых подозрений. О маскировке она подумала еще при подготовке к бегству. Не потому, что не хотела, чтобы ее узнали – она беспокоилась о тех людях, с которыми столкнет ее судьба. Они не должны пострадать лишь потому, что встретились со своей беглой королевой. За помощь белой ведьме черный колдун мог и убить, а потому не стоило открываться встречным людям. Для их же безопасности.

– Да, пожалуй, – впервые Кларий смотрел на нее без презрения или вожделения. – Неплохо придумано.

Не стоило ждать от него уважения, но, по крайней мере, теперь он знал, что его спутница не так безнадежна, как он полагал. Впрочем, мимолетное удовлетворение Вейланы быстро прошло. Меньше всего ее беспокоило, способен ли Кларий оценить в ней что-то помимо внешности.

Не дождавшись новых возражений, Вейлана вышла из экипажа, прихватив с собой заплечную сумку, припрятанную в самоходке. Она всерьез решила запастись провизией, считая, что нет смысла подвергать опасности других людей на своем пути, если можно этого избежать. И прогулочным шагом направилась к лавке.

Радушный лавочник охотно помог заполнить сумку под завязку провизией. Законсервированные овощи и высушенное мясо, сухари, крупы путешественников и приправы, все, что может понадобиться в дороге. И в довесок Вейлана выслушала все последние новости Серама. Странно оказалось слушать о событиях, непосредственной участницей которых она являлась, со стороны. Слишком отдаленный от столицы, Серам тонул в слухах, причудливо сочетавших правду и вымысел. Об исчезнувших без следа людях, о неживой армии, о смерти королевы и чудесном ее воскрешении, о сопротивлении, которое вот-вот свергнет власть черного колдуна… Лавочник от души предложил ей не торопиться покидать Авендейм, исполненный надежды на будущее. Вейлане в ответ пришлось признаться, что уезжает она не по своей воле, путь держит с юга, с обезлюдивших земель, жить на которых невозможно. Ей не нравилось лгать, но она не хотела, чтобы у доброго человека возникли лишние подозрения и проблемы из-за этого. Неспешный разговор с лавочником удивительным образом успокоил Вейлану. Все, что терзало ее последние пару дней, отступило, позволив примириться со своим положением. Она решила довериться судьбе.

И выходила девушка из лавки в приподнятом настроении.

От которого ни следа не осталось, стоило ей оказаться на улице. Потому что тут ее поджидали целых две неприятности. Вейлана не обнаружила своего экипажа на месте, но гораздо хуже этого – с трех сторон к ней приближались гончие колдуна. Медленные, как будто неторопливые, они неумолимо надвигались, не оставляя ей пути отступления.

Девушка испуганно замерла, ее взгляд заметался по улочке в поисках Клария, но ни темного рыцаря, ни экипажа она так и не увидела. Обернулась на мгновение – но тут же отбросила эту мысль. Она не имела права подвергать опасности невинного человека, а потому даже пытаться не стала сбежать от гончих через лавку. И укорила себя за лишнее время, потраченное на разговоры. Знала ведь, что нельзя надолго оставаться на одном месте, что не стоит отходить от Клария, вот и попала в ловушку.

Но куда делся темный рыцарь? Сбежал? Отказался от своих намерений? Но ему невыгодно бросать ее, беглянка должна стать искуплением рыцаря, предавшего черного колдуна.

Увы, времени ни на поиски, ни на размышления у нее не нашлось. Гончие неумолимо приближались, и Вейлана решила бежать, пока они не отняли у нее эту возможность. Метнулась в сторону и нырнула в ближайший закоулок, надеясь, что преимущество в скорости позволит ей скрыться. Легконогая и выносливая, она мчалась по тонущим в сумерках улицам незнакомого города, по памяти восстанавливая план Серама. К счастью, все окраинные города строились одинаково, и какое-то время Вейлану это спасало. Но она никогда не бывала в Сераме, что ее и подвело.

Проулок, который должен был вывести ее на задворки жилого квартала, закончился тупиком. Вейлана начала уставать, тяжелая сумка оттягивала плечи, дыхание стало прерывистым и тяжелым, но внезапная передышка ее не обрадовала. Девушка замерла, затравленно оглянувшись. Она бежала быстро, и неповоротливые големы давно должны бы отстать, но от гончих, взявших след, убежать невозможно. Вейлана слышала их тяжелую поступь и понимала, что уже не успеет выбраться из тупика.

Мелькнула отчаянная мысль попытаться позвать Клария, вот только делать это уже поздно. Вот если бы она додумалась до этого раньше, возле лавки… Сейчас она слишком далеко от него, и темный рыцарь ее точно не услышит. Вейлана привалилась к стене, ожидая неизбежного.

Но в этот момент в кажущейся монолитной стене открылась дверь, высунувшаяся из нее рука цепко впилась в локоть девушки и одним рывком втащила ее внутрь. Вейлана даже охнуть не успела, как очутилась в полнейшей темноте. Зажмурилась, чтобы не отвлекаться, и следом за неизвестным спустилась по широким ступеням в подвал. Хлопнула еще одна дверь, и стало светлее.

Вейлана открыла глаза.

Она действительно очутилась в подвале, полутемном, сыром и совершенно пустом. И помедлила, прежде чем взглянуть на своего спасителя.

То, что это не Кларий, она знала изначально. И все же почувствовала странное разочарование, увидев рядом другого мужчину.

Он тоже оказался молод. Высокий юноша, с военной выправкой, но болезненно тощий и очень бледный. Несмотря на нездоровый вид, довольно приятный, даже симпатичный, с чуть кривоватой, но искренней улыбкой. Невольно Вейлана улыбнулась в ответ:

– Благодарю. Вы спасли мне жизнь, – шепотом признала она долг жизни.

Говорить громче она не решилась. Ее исчезновение с улиц должно стать для гончих неприятным сюрпризом, и облегчать им поиск не стоило.

– Отдавай еду, и мы квиты, – предложил он.

Вейлана несколько мгновений молча смотрела на него, а затем сняла заплечную сумку и протянула ему. Когда-то долг жизни возвращался безо всяких условий и не довлел над должником. Но, похоже, эти времена давно прошли. Ей не было жаль еды, Вейлана могла купить еще столько же и не раз. Но сам факт, что юноша, пришедший ей на помощь в трудный час, сделал это, только чтобы отнять у нее еду, как-то коробил.

– Квиты, – прошептала она.

Видимо, он что-то такое прочел в ее взгляде, потому что щеки его залил яркий румянец, и парень отвел глаза, пробормотав:

– Я не собираюсь забирать все, но ведь я спас тебя и заслуживаю награды, разве нет? После того, как королева распустила армию, я остался без работы и просто не хочу опускаться до воровства.

– Тебе нет нужды оправдываться, – Вейлана улыбнулась вполне искренне. – Как ты узнал, что мне нужна помощь?

– Я следил за тобой от самой лавки. Догадался, что ты свернешь в тупик. Здесь есть еще один вход, я им воспользовался, чтобы добраться сюда первым. Я не возьму у тебя все.

Он сжимал сумку за лямки с такой силой, что пальцы побелели, и определенно не хотел отдавать ничего из ее содержимого. Изможденный его вид вполне объяснял такое поведение, но чего Вейлана не могла понять, так это почему юноша довел себя до такого состояния? Армия Авендейма не была распущена, лишь получила приказ не ввязываться в заведомо безнадежный бой с неживыми. Вейлана понимала, что честь воинов может не стерпеть такого бездействия, а потому определила всем, пожелавшим покинуть службу, чтобы не испытать позора капитуляции, щедрое пособие. Да и профессиональному воину не сложно найти работу в большом городе.

– На что ты успел потратить выходное пособие? – недоумение не позволило ей промолчать.

– Откуда ты?.. – начал было парень и усмехнулся невесело: – Да, королева Вейлана щедро откупилась от своей армии, чтобы сдать королевство без боя…