Текст книги "Белая ведьма Азеила (СИ)"

Автор книги: Велл Матрикс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

– У тебя получится? – он обеспокоен исключительно ее судьбой.

– Да.

– Вейлана, – он бы хотел разделить ее уверенность. – Я не понимаю. Как так вышло, что Гвидо Сеавендер – это я?

– Колдун надеялся, что ты погибнешь в трущобах, когда убедился, что не в силах тебя убить. Но ты… ты не только выжил, ты привлек к себе внимание. Что бы сделали с ребенком, найденным у тела преступника?

– Отправили в тюрьму? – предположил Кларий.

– Нет. Это ведь ребенок. Отдали бы в приютный дом, где ты смог бы получить свою долю заботы и любви. Вот почему колдун явился за тобой. Чтобы окружить ненавистью. Чтобы ты никогда не смог стать рыцарем. Но он просчитался. Думаю, наша встреча была предопределена точно так же, как ее последствия. Ты не мог не увлечься мной, своей белой ведьмой. Колдун допустил большую ошибку, позволив тебе увидеть меня.

– Оказался слишком самоуверен? – предположил Кларий неуверенно.

Она улыбнулась:

– Возможно.

– Зачем, в таком случае, он устроил то представление? Заставил меня пойти на убийство, зная, что у меня есть шанс воскресить тебя?

– Ты не мог этого знать. То, что мы искали второго Гвидо, убедило его в этом. Он не мог убить тебя, и понадеялся, что ты сделаешь это сам. Что не сможешь простить себе моей смерти.

– Я бы не смог… – согласился Кларий.

Вейлана прильнула к нему и нежно поцеловала, заставив задохнуться от нахлынувших чувств:

– Но я могу и ошибаться, – улыбнулась она. – И колдун сам не понимал, что и почему делал.

– Что ты имеешь в виду? – попытался сообразить Кларий.

– Не волнуйся за меня, – вместо ответа попросила Вейлана. – Со мной все будет хорошо, в любом случае.

– Погоди, – он был не в силах отпустить ее навстречу опасности, масштабы которой она, возможно, и сама толком не представляла. – Кто пытался вселиться в твое тело?..

– Думаю, там мы найдем ответы на все вопросы, – она кивнула на дверь.

И распахнула ее, потому что Кларий больше не пытался остановить девушку.

Королева, гордая и прекрасная, вошла в свой тронный зал, где на троне восседал укутанный тьмой колдун. Кларий пожалел, что не нашел времени переодеться, вдруг остро почувствовав, что на нем – форма враждебной армии. Форма, в которой он преподнес Азеил колдуну на блюдечке. И рядом с Вейланой в ее белоснежном наряде он смотрится чуждо.

Белая ведьма обернулась и одарила своего рыцаря улыбкой. Словно услышав, о чем он думает, она коротко взмахнула рукой – и его наряд преобразился в гвардейскую форму Авендейма. Странно, но Кларий сразу почувствовал себя увереннее и уже без сомнения взглянул на колдуна.

Человек на троне выглядел скучающим – один в огромной белой зале. Непроницаемо черные глаза смотрели безразлично, будто его совсем не заботит, что его враг явилась к нему в полной силе. Он казался таким уверенным в собственных силах, что невольно Кларий забеспокоился.

– До чего же неугомонная ты девчонка, королева Вейлана, – лениво заговорил колдун.

– Сегодня все закончится, – она улыбнулась все той же безмятежной улыбкой. – Я думаю, вы уже и сами устали от вашей жизни, так что поражение не сильно вас огорчит.

Человек на троне покачал головой:

– Я не сдамся без боя.

– Уверена, он не затянется, – кивнула девушка.

И в этот миг колдун преобразился, утратив всяческое сходство с человеком. Бесформенный сгусток мрака…

Тьма на троне вспухла огромной волной – и обрушилась на Вейлану. Черные вихри закрутились вокруг белой ведьмы, стремясь захватить, сломить, уничтожить. Но к высоким сводам тронного зала вознесся чистый ее голос, поющий заклинание, и вся эта тьма, вся эта огромная мощь источника дикой магии, много лет собираемая во всему Азеилу, замерла, застыла, покоренная этим заклинанием. И медленно, неохотно, но неотвратимо впитывалась в тело скрытой под ней белой ведьмы, пока не растворилась в ней целиком.

Лишь всполохи тьмы на белой коже напоминали об огромной его мощи.

Кларий уже не раз видел подобное, а потому знал, что делать. Приблизившись к девушке, он коснулся ее солнечного сплетения, ощутив знакомую волну жара, растаявшую без следа.

Вейлана вздохнула глубоко:

– Спасибо, мой рыцарь, – и улыбнулась.

– Ты… в порядке? – не поверил своим глазам Кларий, привыкший, что после уничтожения источников она падает без чувств.

– Да, – она кивнула. – Я значительно сильнее всех предыдущих белых ведьм и могу не опасаться бессилия после встреч с дикой магией.

– Так что… это все? Черного колдуна больше нет? – недоверчиво взглянул на нее Кларий.

Казалось невероятным, что человек, столько лет бывший ужасом Азеила, вот так просто исчез, без долгой выматывающей битвы, легко и просто. Да, Вейлана – могущественна, ее сила велика, вобравшая в себя все могущество последней в роду. И все же Кларий не мог поверить, что все закончилось, не успев толком начаться. Он готовился к долгому противостоянию…

– Черного колдуна больше нет, – подтвердила Вейлана и направилась к трону.

Она склонилась над сиденьем и подняла что-то.

Нет, кого-то. Сладко спящего младенца, смугленького и светловолосого.

Младенец завозился в ее руках, покряхтел, вздохнул – и продолжил спать.

– Кто это? – потрясенно уставился на него Кларий.

Девушка ласково погладила ребенка по светлому пушку на голове и улыбнулась, усаживаясь на трон:

– Позволь мне рассказать тебе одну историю, Кларий. О юном рыцаре, который мечтал о подвигах и хотел спасти мир. Вот только ведьма ему досталась самая обыкновенная. Быть может, она была слишком легкомысленной, или недостаточно красивой, или недостаточно могущественной, но рыцарь не испытывал к ней глубоких чувств. И, должно быть, это оказалось взаимным, потому что ему не удалось вернуть ведьму к жизни.

– Что? – Кларий не вполне понимал, о чем она говорит.

И все же его неприятно поразило открытие, что дар может и не сработать. Каково это – любить девушку, убить ее – и не суметь вернуть к жизни?

– Это огромное потрясение для рыцаря, – кивнула девушка. – Поэтому для таких случаев существует заклятие, которое отнимает память рыцаря. Он забывает, кем был, и живет жизнь обычного человека. Такая же судьба ждала нашего юного рыцаря. Но он испугался. Он не хотел терять себя, а потому сбежал, уверенный, что выдержит груз вины. Конечно, Цитадель отправила за ним погоню… Но случилось непредвиденное. Убегая от преследователей, он наткнулся на белую ведьму, только что погасившую источник. Она была без сознания, а ее рыцарь счел, что без труда справится с мальчишкой. Но просчитался. Или юноше просто повезло – но он сумел победить противника. Вышло ли это случайно или сознательно, но юный рыцарь убил его. А затем – белую ведьму, все еще наполненную дикой магией. Он обрел мощь, о которой всегда грезил – и решил уничтожить Цитадель, чтобы оградить себя от преследования.

– Черный колдун… был рыцарем? – неверяще уставился на нее Кларий.

– Да. Он был рожден рыцарем, но отказался от своей природы. Он позволил дикой магии захватить свою душу, ради силы и власти, пока не потерял себя. Ты спрашивал, кто пытался захватить меня. Теперь я могу ответить. То был черный колдун, рожденный из сплава дикой магии и извращенного человеческого сознания.

– А этот ребенок? – с опаской он кивнул на младенца.

– А этот ребенок – все, что осталось от юного рыцаря, – печально улыбнулась Вейлана. – Когда-то он мечтал спасти мир… И в глубине души не мог не ужаснуться тому, на что обрек Азеил. Вот та часть его души, что стремилась исправить причиненное зло. Та, что нашептывала колдуну поступать опрометчиво, заставляя не думать о последствиях. Я не была уверена, что от него действительно что-то осталось… И рада, что ошиблась.

– Почему? Ведь этот ребенок был черным колдуном!

– А ты был его сыном, – мягко напомнила Вейлана. – Кларий. Это дитя никогда не узнает, что он – рыцарь. Я отдам его в хорошую аристократическую семью, где его вырастят, как родного сына. Только мы с тобой будем знать правду о его происхождении. Он вырастет в неведении, какую сыграл роль в судьбе Азеила. Но вот его дети… Они будут рыцарями. Будут обладать даром пробуждать белых ведьм. Ты и он – последние рыцари Азеила. Вам предстоит возрождать рыцарство. От вас двоих зависит будущее нашего мира.

– И мы оба для этого не лучшие кандидаты, – Кларий усмехнулся невесело и вновь посмотрел на младенца в руках Вейланы. – Возрождать?

– В самом прямом смысле этого слова, – она улыбнулась и опустила взгляд.

Кларий никогда не задумывался о собственных детях. Он даже никогда не думал о том, что у него может появиться семья, не смея и мечтать о Вейлане еще совсем недавно. А теперь… у него просто не было времени подумать об этом. И совсем неподходящая обстановка. А возлюбленная его королева может отказаться от столь сомнительной чести. Но Кларий не медлил.

Он подошел к трону и опустился на одно колено перед Вейланой:

– Любовь моя… Ты станешь моей женой?

Ему удивительно видеть радость в ее синих глазах. Кажется, к этому невозможно привыкнуть – к тому, что его чувства взаимны. Но заподозрить ее в неискренности ему бы и в голову не пришло. Вот только ответ Кларий ждет все равно с непонятным, несвойственным ему волнением.

– Да, – звучит едва слышное.

И в этот момент ощущение нереальности происходящего окончательно оставило его. Мир обрел полноту, невозможное стало возможным. Кларий не простил себя в одночасье, но поверил, что сумеет прожить жизнь так, чтобы искупить совершенное. Что сумеет сделать Вейлану счастливой.

Что проживет жизнь с пользой для других. С пользой для Азеила.

Кларий не сумел отказать себе в удовольствии поцеловать Вейлану, ничуть не смущаясь присутствию ребенка. Страстный ответный поцелуй стал ему наградой, и время будто потеряло значение, пока Вейлана не отстранилась с сожалением:

– Прежде чем мы продолжим, я должна уладить дела в Авендейме.

– Вейлана. Не только в Авендейме. Ты будешь прекрасной императрицей. Ты принесешь в Азеил процветание, которого он заслуживает.

Вейлана поднялась с трона, глядя на своего рыцаря чуть испуганно:

– Разве я справлюсь?

Эта неуверенность юной девушки, в одиночку одолевшей черного колдуна, заставила его сердце сжаться от щемящей нежности.

– Ты справишься, любовь моя. А я всегда тебя поддержу.

Она улыбнулась – широко и радостно, до краев наполненная счастьем, которое он сумел ей подарить:

– В таком случае, приготовься. Нам предстоит очень много работы.

Эпилог

Свадьба Ее императорского Величества Вейланы Авендеймской и благородного рыцаря сэра Гвидо Сеавендера состоялась спустя почти год после поражения черного колдуна. Весь этот год белая ведьма и ее рыцарь провели в разъездах по Азеилу, силой и уговорами принуждая сдавшиеся на милость армии неживых королевства признать новую власть. Вейлана не чувствовала своей вины – в большинстве королевств правящие династии были уничтожены черным колдуном, а те, кто претендовал на опустевшие троны, имели на них меньше прав, чем королева Авендейма, освободившая мир от страшной угрозы.

И все же без Клария она бы не справилась, даже чувствуя свою правоту. Он умел быть жестким там, где она могла проявить излишнюю мягкость. Вейлана старалась не прибегать слишком часто к магической своей силе, порой и сама пугаясь тех возможностей, что та ей дарила. Белая ведьма не хотела превращаться во всемогущее, но безразличное к человеческим страстям существо. И Кларий был тем, кто помогал ей в этом ее стремлении.

Во всех стремлениях.

В день, когда черный колдун был повержен, Вейлана уничтожила все, созданное дикой магией, и вернула своих подданных из небытия. Невозможно описать то ликование, какое охватило народ Авендейма – ведь все они прощались навсегда с привычной жизнью, уходя от войны, а вернулись в мирное свое королевство, избавленное от ужасов колдовской тирании.

Вейлана без труда подобрала для младенца, бывшего черным колдуном, подходящую семью, а Клария своим подданным представила как пропавшего много лет назад, но теперь нашедшегося сына сэра Леорика, одного из благородных рыцарей Азеила. О том, что Гвидо Сеавендер и темный рыцарь Кларий – один человек, так никто никогда и не узнал. Да и кто бы заподозрил в красивом и благородном возлюбленном королевы наследника черного колдуна, ненавидимого и проклинаемого во всем Азеиле? Клария считали сгинувшим вместе с черным колдуном, а Гвидо, глядя на свое отражение, и сам не всегда узнавал в этом юноше с золотистыми глазами себя прежнего. В нем и впрямь почти ничего не осталось от Клария. Разве что умения управляться с мечом он ничуть не растерял.

И это вполне мог бы подтвердить капитан королевской гвардии, личный телохранитель Ее несравненного Величества Пэн, который и после года верной службы продолжал обращаться к бывшему темному рыцарю на ты. Но теперь имел на это полное право, подаренное ему самим Гвидо, в знак признательности за ту услугу, что он однажды оказал.

Такое же право имелось и у очаровательной его жены Трилл, которую он все-таки, как и предрекала Вейлана, простил за обман.

Ведь, если бы не Пэн и Трилл, Кларий никогда бы не узнал, кем является и какое чудо ему по силам.

Этим двоим не потребовался целый год, чтобы организовать свадьбу, но и обязанностей у них было несравнимо меньше, чем у будущей императорской четы. И, хотя Трилл не занимала при дворе никакой должности, неофициально она помогала мужу в его нелегком труде охранять Ее Величество.

Впрочем, пробужденная белая ведьма в компании своего рыцаря не особо нуждалась в охране.

Императорская свадьба прогремела на весь Азеил. Празднование ее длилось не одну неделю и надолго запомнилось жителям новообразованной империи.

И лишь один человек сохранял недовольство на этом празднике – юноша из Реульды, называющий себя Гвидо Сеавендер. Он уже забыл, как бросил королеву погибать в ловушке черного колдуна, и полагал до ужаса несправедливым, что его место подле императрицы занял какой-то самозванец. Но обсуждать свою обиду с посторонними поостерегся, потому что был осторожным и благоразумным юношей.

И все же обиду на несостоявшуюся свою королеву сохранил до конца жизни.

Подходящую жену он себе так и не нашел.

Императрица Вейлана правила долго, мудро и справедливо.

В ее правление возродился орден рыцарей, и белые ведьмы Азеила получили свой шанс на пробуждение.

А главное – Вейлана и ее рыцарь прожили счастливую жизнь, наполненную взаимной любовью. И ушли на покой, до конца исполнив свой долг перед Азеилом.

И, хотя дикая магия все еще пытается прорваться в этот мир, на страже его все так же стоят белые ведьмы, по-прежнему оберегаемые своими рыцарями, в чьих сердцах порой соседствуют тьма и свет.

Но это уже совсем другая история.