Текст книги "Оранжевое Лето (СИ)"

Автор книги: Валерия Стругова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 36 страниц)

– Мне нужно умыться.

Он повернулся ко мне спиной, как будто избегал моего взгляда.

– Любимый? – мой голос звучал хрипло. Я впервые назвала его так и мне понравилось.

Он сжал кулаки.

– Мы поедем на ужин ко мне. Как раз сможешь всё высказать Каю.

Валтер вышел из комнаты, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Сначала всё было тихо, но вскоре раздался щелчок двери ванной, и практически сразу включилась вода.

Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, хотя на улице вовсю гуляло лето.

Через несколько минут шум воды стих, дверь открылась, а затем Валтер вошёл в комнату. Выражение лица было спокойным, но в глазах вновь стал виднеться оттенок красного. В его руке что-то было. Я пригляделась и увидела, как он подошёл к столу и аккуратно положил туда… ещё одну пуговицу.

– Это тоже Киры?

Я медленно встала с кровати, полотенце так и осталось лежать там.

– Скорее всего! Это неважно. Посмотри на меня!

Валтер ещё какое-то время стоял и сверлил меня взглядом, а потом вдруг сказал:

– Я же сказал тебе одеться! Почему ты обнажена?

– Потому что не хочу...

Валтер вздохнул, глядя на меня так, словно я была упрямым ребёнком, которого невозможно переубедить. Он скрестил руки на груди, и его спокойствие начинало выводить меня из себя ещё больше.

– Пожалуйста, оденься, – повторил он, на этот раз с едва уловимой мягкостью в голосе, но его взгляд оставался таким же холодным. – Я голоден.

– Можем заказать еду, – спокойно предложила я. – И поесть в кровати.

Он сделал шаг ко мне.

Я инстинктивно отступила назад, прижимая руки к груди. Его взгляд… В нём не было злости, не было больше угрозы, но что-то в его глазах заставило всё внутри сжаться. Что в них было? Уверенность? Спокойствие? Сила власти?

Почему сегодня я чувствую страх? Кая я так не боялась. Даже когда он вёл себя как скотина и угрожал. Но Валтер…

И всё же, именно от него у меня бежали мурашки по коже.

– Почему отступила? Теперь ты меня боишься? – тихо спросил он, приближаясь.

– Ни капли, – соврала я, вздёрнув подбородок вверх.

– Ты боишься.

Его шаги были медленными, но уверенными, и прежде чем я поняла, что происходит, руки Валтера оказались на моих плечах. Он сжал пальцы, и я почувствовала боль, отчего сразу зажмурилась.

– Посмотри на меня теперь. Сейчас я настоящий.

Я открыла глаза. Этот парень был мне не знаком. Холодный и отчуждённый.

– Готова отказаться от меня?

Сердце колотилось как бешеное, но я выдавила из себя слабую улыбку, пытаясь пробиться через пелену страха.

– Отказаться? Могла бы, – я наклонила голову, как это обычно делает он. – Но я падка на рыжих, поэтому мой ответ – «Нет».

Уголки его губ едва заметно дрогнули. Валтер убрал руки с моих плеч и я чуть не упала назад, с трудом удержавшись на ногах.

– Буду ждать тебя в машине. Кстати, захвати свой рабочий ноутбук. Ты останешься у меня на неопределённое время.

Новак не добавил больше ни слова. Он вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой, словно напоминая, что это не просьба, а приказ.

Я села на кровати, пытаясь переварить произошедшее. В один день мне признались в любви, а потом попросили от этой любви отказаться.

– Во дела... – прошептала я, глядя на пуговицы, всё ещё лежащие на моём столе. – Что же его так вывело?

В висках колотило. Нервное напряжение сковывало, будто невидимые нити тянули изнутри, заставляя всё существо сопротивляться происходящему.

Несмотря на это, я поднялась. Мои ноги казались ватными, но я подошла к шкафу и начала искать одежду. Пальцы дрожали, когда я выбирала джинсы и рубашку, чтобы быстро переодеться.

Схватив рабочий рюкзак, я впихнула в него ноутбук, зарядное устройство, зубную щётку и нижнее бельё. Также на всякий случай кинула пижаму. Я так давно не оставалась у кого-то на ночь, что не сразу соображала, что брать.

«Сейчас я настоящий», – его слова всё ещё эхом отдавались в моей голове.

– А до этого каким о был? – вслух спросила я, чувствуя, как внутри всё переворачивается, но руки всё равно продолжали собирать вещи. – И почему я его слушаюсь?

Уже собираясь застегнуть сумку, я остановилась. Моя голова упала на руки, и я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить панику, разлившуюся внутри.

Валтер Новак – ходячий красный флаг, а я уже отдала ему сердце. Полностью и

безоговорочно

.

Собрав ещё влажные волосы в высокий хвост и надев лёгкие чёрные сандалии, я закрыла за собой дверь и начала спускаться вниз. Когда я вышла, мои глаза сразу нашли его автомобиль, припаркованный совсем близко к входу, что было редкостью. Валтер неподвижно сидел за рулём. Казалось, он ничего не замечал.

Я остановилась рядом, позволив себе немного понаблюдать за ним. Плечи Новака, обычно идеально прямые были поникшими, голова слегка склонилась вперёд, а глаза, как я заметила сквозь ветровое стекло, были закрыты. Губы были сжаты в тонкую линию, пальцы нервно теребили руль.

Сейчас он выглядел сломленным, словно весь его мир качнулся и угрожал вот-вот рухнуть.

Вдруг он открыл глаза. Его взгляд тут же нашёл меня, и я замерла. Валтер не двигался и, казалось, даже не моргал. Всё внутри сжалось.

Конечно, он знал, что я наблюдаю.

Молча, без единого слова, Феникс открыл дверь машины и медленно выбрался наружу. Он подошёл ко мне, протянул руку и взял рюкзак, который я держала, не сказав ни слова. Лишь на миг его пальцы коснулись моих, оставляя после себя ощущение тепла, но взгляд по-прежнему оставался холодным и отстранённым.

Он развернулся, направляясь к заднему сиденью машины, чтобы положить рюкзак. Всё выглядело так буднично, но что-то в его движениях сильно настораживало. Казалось, он старался держаться, хотя внутри бушевал ураган.

Не раздумывая, я сделала шаг вперёд. Ещё один. А потом обняла его сзади, прижавшись лицом к широкой спине. Тело Валтера тут же застыло, он явно не ожидал подобного.

– Я рядом, – тихо произнесла я и не узнала собственного голоса, который показался мне слишком спокойным, слишком низким. – Чтобы ты ни говорил, чтобы у тебя ни случилось, я всё равно буду рядом.

Какое-то время Валтер не двигался, даже не дышал.

– Белочка... – прошептал он, но в этом коротком слове было так много всего: удивление, благодарность.

Убрав мои руки, Новак медленно развернулся. Золотые глаза, встретились с моими. Несколько секунд он смотрел на меня так, словно видел впервые, а затем обнял, притянув ближе, так что я почувствовала, как его подбородок лёг на мою макушку. Не раздумывая, я обняла его в ответ, прижавшись к горячей груди.

Мир замер.

Внезапно резкий сигнал машины нарушил тишину. Мы оба вздрогнули, и Валтер, повернув голову, посмотрел в сторону звука. Я выглянула из-за груди Новака и заметила машину, припаркованную чуть дальше. Водитель раздражённо махал рукой.

– Не лучшее место для парковки.

Валтер лишь хмыкнул и, полностью оторвавшись от меня, обошёл автомобиль, открыв пассажирскую дверь.

– Садись.

Магия рассеялась.

– Спасибо, – пролепетала я, усаживаясь на мягкое чёрное сиденье. В машине было прохладно, видимо кондиционер работал на полную мощность, пока я собиралась.

– Пристегнись, – скомандовал он, уже оказавшись за рулём.

Я быстро подчинилась, и машина мягко тронулась с места. Городской шум остался позади, и я поймала себя на мысли, что не знаю, куда мы едем. Автомобиль двигался плавно, почти бесшумно, несмотря на высокую скорость. За окнами мелькали городские улицы, а затем сменились просторными зелёными лугами и полями подсолнухов.

Я опустила стекло, и тёплый ветер тут же ворвался в салон, разнося свежие ароматы природы. Было что-то умиротворяющее в этом запахе – смесь трав, влажной земли и лёгкого намёка на близость моря. Я украдкой взглянула на Валтера. Его профиль казался выточенным из камня: напряжённая челюсть, сосредоточенный взгляд, руки крепко сжимали руль. Молчание становилось невыносимым.

– Я уже бывала тут, – решила я разрядить обстановку. – Когда мы ехали на Олимп.

– Это Литохоро. Здесь близко к входу на Эгниттеру.

Я замерла, услышав знакомое название.

– К входу? Ты имеешь в виду, что одна из дверей в ваш мир на Олимпе? – спросила я, голос прозвучал громче, чем я ожидала.

– Да.

Его лаконичность начинала раздражать. Я искала способ продолжить разговор, но чувствовала, что он не настроен на общение.

Меня таким не остановить.

– Значит, вы всегда живёте рядом с проходами?

Он молчал на секунду дольше, чем было нужно, и, наконец, ответил:

– Нет.

Его тон был таким же нейтральным, как раньше, но я уловила лёгкий оттенок нетерпения. Автомобиль плавно остановился возле большого двухэтажного дома. Его стены были покрыты светлым камнем, а крыша красной черепицы смотрелась уютно и гармонично на фоне природы.

– Приехали, – сказал Валтер и, выключив двигатель, повернулся ко мне. Его глаза снова были золотыми, спокойными, но теперь в них читалось... раздражение?

Я выбралась из машины и огляделась.

Могучие зелёные горы возвышались над маленькими жёлтыми домиками. Красивое и величественное зрелище. Высокие пики выходили к облакам, стремясь к небу, а их вершины были украшены снегом, несмотря на высокую температуру. Чистый воздух сразу наполнил лёгкие свежестью и ароматами распустившихся цветов и соснового леса.

Вечерний закат привнёс магические оттенки в небо, окрашивая его в пурпурные и золотистые тона. Мне подумалось, что время здесь скорее всего течёт медленнее. Я бы смогла жить в таком месте.

Не говоря ни слова, Валтер двинулся вперёд по дорожке, ведущей к большому дому. На плечо был закинут мой рюкзак. Видимо, он достал его, пока я рассматривала всё вокруг. Шаги Новака были широкими и твёрдыми.

Я быстро последовала за ним, а затем ускорила шаг и, обогнав, загородила путь.

– Ты что-то хочешь? – спросил он, чуть приподняв бровь.

– А ты как думаешь?

Он остановился и несколько секунд изучал меня, словно пытаясь понять, к чему я клоню. Вечерний свет подчёркивал тонкие черты его лица, а лёгкий ветер трепал пряди рыжих волос.

– Я никак не думаю.

Он сделал шаг в сторону, намереваясь пройти мимо, но я быстро схватила его за руку.

– Валтер. Я ведь сказала, что люблю тебя?

Моё сердце бешено стучало, но я не отводила взгляда.

На мгновение его лицо стало неподвижным, как у статуи. Затем что-то в нём дрогнуло, взгляд смягчился, на лице появилась едва заметная улыбка.

– И я люблю тебя, Ия.

Я выдохнула.

Всё хорошо.

Горячая ладонь накрыла мою, и мы двинулись вперёд. Калитка поддалась легко, и вскоре мы оказались перед белым крыльцом, на котором уютно разместилась зелёная карликовая пальма.

Когда тяжёлая дверь открылась, я застыла, зачарованная открывшимся видом. В прихожей царил утончённый порядок: высокие потолки с изысканными подвесными светильниками, создающими мягкое, тёплое освещение, мраморные полы, на которых играли блики от света. Пространство было удивительным – старинное и современное одновременно, словно кто-то искусно смешал два временных периода.

Я сделала несколько шагов вперёд и заглянула в просторную гостиную. Она выглядела как воплощение спокойствия и уюта. Панорамные окна открывали вид на окружающую природу, будто соединяя дом с зелёным миром снаружи. Большие кожаные диваны и кресла с милыми декоративными подушками словно приглашали сесть и расслабиться. Отсюда не хотелось уходить – здесь можно было забыть о времени и просто дышать.

Гостиная плавно перетекала в кухню, которая сразу привлекла внимание. Чистота линий, идеальный порядок, и явно дорогая техника, начиная с массивной кофемашины – такие я видела только в крупных офисах – и заканчивая двухсторонней духовкой, соковыжималкой и огромным двухдверным холодильником. Всё это было выдержано в нежной бежевой гамме, которая удивительно гармонировала с остальным домом.

Невозможно было представить, что здесь живут два холостяка. Каждая деталь казалась тщательно продуманной, словно дом имел свой собственный характер.

Вдали виднелась деревянная лестница, ведущая на второй этаж, и мне сразу подумалось, что именно там я сегодня буду спать.

Стоило мне об этом подумать, как на лестнице появился Кай. Его осанка была идеальной, спина прямая, как струна, но волосы выглядели слегка растрёпанными, как у человека, который провёл слишком много времени в раздумьях или переживаниях. Его взгляд задержался на мне, и спустя мгновение он выдавил неловкую, сдержанную улыбку.

Или это был страх?

Я подозрительно прищурилась в ответ, давая понять, что ни на грош не верю в его дружелюбие.

– Ия, я так рад видеть тебя здесь! – воскликнул он и ускорился. Парень так быстро оказался рядом со мной, что дыхание перехватило от неожиданности.

– Привет... – растерянно пробормотала я, поднимая руку, чтобы остановить его порыв.

Но Кай уже обнял меня – крепко, но осторожно, словно боялся, что может причинить мне вред. Я застыла, очевидно находясь в шоковом состоянии. В этом жесте была какая-то странная смесь искренности и тревоги.

Чего это на него нашло? Новаки сегодня поменялись местами

?

Решили окончательно добить меня пугающе странным поведением?

– Так здорово, что ты наконец приехала! Валтер написал, что вы скоро будете, и я очень ждал.

От подобного поведения у меня внутри поднялась лёгкая паника. Видимо Феникс сообщил о нашем приезде, пока ждал в машине.

– Отпусти! – раздался ледяной голос Валтера за моей спиной. – Я сказал быть вежливее, а не лапать!

Кай мгновенно отступил, его руки бессильно упали вдоль тела, но на лице всё ещё играла эта безумная, слишком широкая улыбка.

– Ты здоров? – вырвалось у меня.

– Честно? – спросил Кай мученическим голосом. – Твоя подруга чуть не довела меня до безумия своими истерическими выходками. А ещё твой парень требует... – Он больше не улыбался и снова выглядел знакомо устрашающим, чему в данный момент я была безмерно рада. – Короче я не буду извиняться перед тобой за всё сказанное когда-то, но я действительно рад тебя видеть.

– Ты будешь!

– Что ж, я голодна как зверь! – поспешила я перевести тему, уловив, как Валтер сделал шаг в сторону Кая. Последнее, чего мне сейчас хотелось, – это стычки. Мне сегодня эмоций хватило с лихвой. – Когда за стол и где Кира?

Я прилагала все усилия, чтобы сделать голос нарочито весёлым и смягчить обстановку. Теперь мне не хотелось ругать синеглазого океануса. Похоже, тот уже был наказан, живя с моим рыжеволосым богом.

– Я не позволю тебе умереть с голоду, – с нарочитой добротой ответил Кай, снова надевая на лицо маску притворного веселья. – А Кира спустится с минуты на минуту. Она переодевается.

Он странно нахмурился, когда договаривал фразу, что заставило меня вновь подозрительно прищуриться.

– Кай! – очень тихо проговорил Валтер, и я поджала губы. По моему позвоночнику пробежался холод.

Лучше бы он кричал.

Кай сглотнул, его взгляд встретился с моим. Глубокая тёмно-синяя бездна глаз, обычно исполненная уверенности, сейчас казалась наполненной тенью безысходности.

– Прости. Я был груб, – стойко проговорил парень.

– И? – добавил Валтер.

Кай посмотрел на Валтера и тут же отвёл глаза, не выдержав золотого взгляда.

– И извини, что угрожал, этого не повториться.

Ещё утром я не смогла бы представить себе, что мне станет жаль океануса. Но мне стало, и прежде чем я успела подумать, что делаю, моя рука слегка коснулась его запястья.

Кай удивлённо посмотрел на меня, и его брови чуть приподнялись. В этот момент я осознала, что сделала, и быстро убрала руку, словно ничего не произошло. Странно, но я заметила, что он не дёрнулся.

Неужели в этот раз я не ударила его током?

– Эй, Валтер! – громко позвала Кира, вприпрыжку спускаясь по лестнице, словно уловив витавшее в воздухе напряжение и угрозу. Мужская чёрная рубашка прикрывала её тело до середины бёдер. Судя по взгляду Кая, он бы хотел, чтобы девушка была одета приличнее.

– Смерть мою привёл?

Конечно же, я поняла, что она пытается перетянуть внимание на себя и всё, что я могла сейчас сделать, так это подыграть.

– Думаю, я и правда твоя смерть! – прорычала я и двинулась в сторону Киры.

Тонко взвизгнув, подруга побежала назад к лестнице, но я была проворнее и успела схватить её за руку, прежде чем та успела ступить на первую ступеньку. Похмелье явно сказывалось на её скорости.

– Ах ты мой милый умирающий лебедь. Стоило отвлечься и снова сбежала к нему, даже не предупредив, – театрально прошипела я, приблизившись к её лицу и подмигнув.

– Что с этим рыжим дьяволом? – прошептала Кира. – Выглядит жутко.

Я едва заметно пожала плечами.

Приобняв подругу за плечи, я, улыбаясь, повернулась к Новакам. Парни стояли сзади и серьёзно смотрели на нас, наклонив головы вбок.

Значит они оба делают так, когда задумываются.

Конечно, нельзя прожить столько лет вместе и не стать похожими друг на друга.

– Я пойду, накрою на стол, – сухо промямлил Кай и направился к плите, на которой уже стояли кастрюля и сковорода с чем-то вкусно пахнущим. Скорее всего, это был сыр.

Кивнув в ответ, я выпустила Киру из своих рук. Мой взгляд тут же привлекло что-то на кофейном столике – футляр, оставленный открытым, и в нём – изящная скрипка – само воплощение гармонии и элегантности.

Я провела пальцем по блестящей лакированной поверхности и сразу же уловила лёгкое воспоминание из детства. Когда мне было восемь, я переключала каналы старенького дедушкиного телевизора и наткнулась на концерт симфонического оркестра. Моё внимание привлекла девушка, держащая в руках маленький инструмент, который издавал изумительно яркие, пронзительные звуки. Как заворожённая, я досмотрела весь концерт, а потом побежала к дедушке и заявила, что очень хочу играть на этом инструменте, так я узнала, что он называется скрипкой. Увы, в нашей деревушке не нашлось ни одного учителя скрипки. Играть я так и не научилась.

– Владеешь инструментом? – раздался голос Валтера позади меня.

Я отрицательно покачала головой.

– Нет, – призналась я тихо. – Но мне бы очень хотелось. Кому принадлежит эта красавица?

Он молча протянул руку, аккуратно взял скрипку и смычок, а затем прислонил инструмент к плечу.

Дом мгновенно наполнился яркими сочными звуками. Мелодия громко прокатилась по стенам гостиной, заставляя время застыть. Выразительные глаза музыканта сверкали красной искрой страсти и сосредоточенности. Казалось, что музыка была его второй природой, а он – её абсолютным хозяином.

Когда последний аккорд растворился в воздухе, я, очнувшись от этого волшебства, громко зааплодировала. Валтер осторожно отложил инструмент обратно в футляр.

– Потрясающе! – воскликнула я, не сдержав эмоций, и, поддавшись порыву, быстро чмокнула его в шею.

Его тело замерло. Валтер медленно поднял на меня взгляд – изумлённый, но всё ещё прохладный. На его щеках появился едва заметный румянец, который он тут же попытался скрыть, отвернувшись.

– Ничего особенного, – пробормотал он, закрывая футляр со скрипкой. – Пойдём есть, Кай должен был всё приготовить.

Когда мы подошли к столу, Кира уже сидела там и лениво вертела вилку в руках, с грустным выражением лица разглядывая блюдо перед собой, будто ожидала не трапезы, а чего-то неприятного. Похоже подруга уловила, что сегодня придётся ходить по лезвию ножа.

Я тоже быстро присела на стул, который с громким скрипом отодвинул для меня Валтер. Мой взгляд сразу же упал на тарелку с пастой, стоящую передо мной. Это было не просто блюдо – это произведение искусства. Нежные спагетти аккуратно уложены в форме башенки, увенчанной мясным соусом, аппетитно поблескивающим от масла. Всё это было посыпано тёртым сыром, и источало тонкий аромат специй. Свежая зелень и ломтики овощей добавляли ярких акцентов, словно художник приложил последние штрихи к своему шедевру.

– Боже, как же я могу притронуться к такому? – с придыханием спросила я.

Кай нахмурился.

– Что тебе не нравится? Ты не любишь пасту?

– Нет, нет! Я обожаю пасту, но это так красиво, что даже есть жалко. Только вот...

– Только вот что?

– Она не отравлена?

Я всё сделала, как обычно. Ляпнула тупую шутку. Но что я могла поделать?

Я в стрессе.

Кира ахнула, уронив вилку на стол.

– Ия!

– Простите. Неудачная шутка.

Кай вдруг усмехнулся, откинувшись на спинку стула. Его глаза блеснули озорным огоньком.

– Да нет, я бы на твоём месте тоже переживал.

Кира подавилась, попытавшись прожевать помидор черри.

– Раз, – послышался еле слышный голос Валтера, и я подпрыгнула на месте от неожиданности.

Что это ещё за чёрт?

– Я просто шучу, – ответил Кай побледнев. – Ия шутит и я хотел ответить тем же.

– Нет, ты похоже нарочно меня выводишь.

Кай невозмутимо улыбнулся, хотя было заметно, как его тело напряглось. Он боялся Валтера.

– Конечно. Раньше ты не доставлял мне такого удовольствия своими эмоциями. А теперь их столько, что это просто праздник. Праздник твоих будущих похорон... или её.

Он небрежно ткнул вилкой в мою сторону. Я лишь безразлично посмотрела на него.

Надеюсь, что это выглядело безразлично.

– Может выскажешь уже все, что накопилось? Мне важно знать причины твоего недовольства мной, – предложила я, накручивая пасту на вилку. – Разберёмся по-человечески, оставим обиды за бортом, так сказать.

– По-человечески, – повторил Кай с презрением и с силой воткнул вилку в свои несчастные спагетти. Кира вздрогнула от резкого звука, а я осталась на месте, наблюдая за ним. – Хорошо. Хочешь по-человечески? Да будет так. Я не знаю, кто ты такая, откуда взялась и что мой... будущий король от тебя хочет! Если ты проклятый атлант...

– Два!

Мгновенная тишина поглотила кухню. Мне показалось, что я даже перестала дышать на какое-то время, настолько стало не по себе от этого счёта.

Что же будет, когда он скажет «три»?

– Атлант? – тихо спросила я, как только пришла в себя и посмотрела на Валтера, но тот продолжал держать зрительный контакт с Левиафаном.

Казалось, воздух в комнате стал гуще, и каждый вздох давался с трудом.

– Я всё понял, – наконец ответил Кай. – Мы с Карой – твои слуги и должны быть верны каждому твоему слову. Прости, я опять забылся.

– Вы не мои слуги, – безразлично начал Валтер. – Вы мои руки – правая и левая. Вы оба крайне важны для меня. Ты знаешь это, как никто другой. Но если мои руки перестанут мне подчиняться… – он сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе, – я отрублю их и заменю протезами. Всё ясно?

Кай ничего не ответил, лишь тяжело сглотнул слюну.

– Угомонитесь все! Это слушать невозможно! Я как в дурдоме! Из-за вас голова раскалывается!

Голос Киры прозвучал высоко и громко, чего никто из присутствующих не ожидал. Тишина, наступившая после её слов, была оглушающей. Никто не говорил, никто не двигался. Все, включая меня, уставились на девушку с удивлением. Я почувствовала, как меня немного попустило.

Спасибо солнышко.

Хотя слова о головной боли вновь заставили меня заволноваться.

Нетвёрдой рукой я подняла вилку, перемешала спагетти и, наконец, положила немного в рот.

– Вы должны это попробовать! Это потрясающе! – промурчала я, делая вид, что наслаждаюсь едой, хотя каждый кусок давался с трудом.

За столом зазвенели приборы, но все по-прежнему молчали. Тишина немного напрягала, но это было гораздо лучше, чем то, что нам пришлось лицезреть ранее.

– Кай, это правда очень вкусно! Ты знал какого-то шеф-повара?

Кай посмотрел на меня и сдержанно заулыбался, как мне показалось, немного смущённо. Его напряжённые плечи слегка расслабились. Однако до этого он всё же быстро скользнул взглядом по Валтеру, словно проверяя, не убьют ли его прямо здесь, за столом за случайно брошенное, лишнее слово.

– Ты имеешь в виду, не поживился ли я чьими-то знаниями о готовке?

– Именно так, – кивнула я.

– Валтер не говорил тебе о том, что мы не можем скопировать навыки? А уж тем более я.

Я посмотрела на своего парня. Его лицо... Оно всё больше становилось похоже на маску – идеальную, бледную. Абсолютно симметричные черты, которые, казалось, не могли принадлежать живому человеку. Его взгляд был сосредоточенным на тарелке с едой, но лишённым эмоций, словно душа покинула его, оставив лишь оболочку.

Гладкая кожа без малейшего изъяна туго обтягивала скулы, а линии подбородка и челюсти выглядели настолько идеальными, что в голову закрадывалась мысль: это лицо, как у куклы, было создано для того, чтобы обманывать, чтобы вызывать восхищение, но при этом скрывать истинную природу.

Движения Валтера тоже изменились. Они стали механическими – размеренными и безукоризненно точными. Он намотал на вилку спагетти, засунул в рот и прожевал. Вполне естественно, но этот жест выглядел настолько слаженным, будто был заранее запрограммирован.

Нахмурившись, я постаралась взять себя в руки и вернуться к диалогу.

– О чём ты? Разве вы не прикасаетесь к человеку и вдруг, сим-салабим, и вот вы уже знаете то же, что знает он?

– Нееееет, – протянул Кай. – Звучит великолепно, но это не во всех случаях так работает. Даже если мы получаем чьи-то знания, это не значит, что мы сразу можем ими воспользоваться.

– Например?

– Например, я скопировал знания о плавании у всемирно известного пловца, но сам до этого никогда не плавал. Даже зная всю технику и секреты, я не смог бы мгновенно стать чемпионом, потому что моё тело не было бы к этому подготовлено. Навык требует времени и тренировок. Понимаешь?

Я серьёзно кивнула.

– Поняла. Знание и навык – разные вещи.

Значит блинчики Валтер может без проблем приготовить по моему рецепту.

– Точно! – подтвердил он, – А ты быстро схватываешь. Умница. И почему ты такая умница? Мне очень сложно тебя недолюбливать.

Валтер медленно положил вилку на стол. Его движения были подчёркнуто сдержанными, словно он вкладывал все усилия в то, чтобы контролировать себя. Я, на всякий случай, быстро положила руку ему на бедро, пытаясь успокоить, хотя больше, вероятно, для собственного ощущения безопасности.

На всякий случай. Вдруг его разозлила последняя фраза.

– Если ты попробуешь, то точно меня полюбишь. Я в свою очередь тоже постараюсь тебя не бесить, – пообещала я, подмигивая Каю.

Тот тут же похлопал меня по голове, как хлопают детей, которые впервые сходили на горшок, и я улыбнулась.

– Значит, ты сам научился играть на скрипке? – обратилась я к Валтеру, решив, что слишком долго говорю только с Каем.

– Да. Тренировался около месяца ежедневно.

Я вздохнула.

Он тренировался около месяца, а играл как профессионал с многолетним опытом.

– Вы такие молодцы! Хотела бы я так же уметь делать всё на таком высоком уровне, – похвалила я аларисов, с трудом скрывая зависть.

– Ещё бы! Конечно, они умеют многое, им же сто лет в обед, – проворчала Кира, напоминая о своём присутствии, иногда потирая затылок.

– Голова ещё болит? – тихо поинтересовалась я, и все взгляды за столом переместились к Кире.

– Всё со мной нормально. Не переживай за зря. Похоже, головные боли – это моё проклятье, которое ненадолго меня покидало и вот снова тут как тут.

– Тебе бы к врачу сходить, обследоваться, – предложила я.

– А что толку? Меня раньше тысячу раз обследовали, так ничего и не поняли. Эх... была бы у нас регенерационная камера... – подруга вдруг запнулась. – Ты же знаешь про такие? Мне можно об этом говорить?

Её взгляд метнулся к Каю, который оторвался от своей тарелки и посмотрел на неё строго.

– Ага. Валтер рассказывал, – тут же ответила я, не дожидаясь, пока океанус начнёт выговаривать ей за болтливость.

Кира облегчённо выдохнула.

– Круто! Если бы я смогла попасть в такую, мой мозг бы исцелился и больше бы никогда не болел.

– Да уж. Жаль, что нам, простым смертным, вход на Эгниттеру закрыт.

Подруга хмыкнула и, бросив быстрый взгляд на Валтера, улыбнулась:

– Ну может Его Королевское Высочество сможет нас туда как-нибудь доставить. Ну, по-дружески.

Скорее всего, она тоже хотела пошутить, но сейчас было явно не подходящее для этого время.

– Нет, нет. Мироходцы есть только среди аларисов, – ответил за Феникса Кай. – К тому же, мы никогда бы не допустили чужаков в наш мир. Так что это невозможно!

Я покачала головой. Почему-то такая категоричность меня разозлила.

– Если вы имеете право жить на Земле и пользоваться благами нашего мира, почему нам нельзя?

Кира тут же подхватила мою мысль, энергично кивая:

– Да, точно! Вы таскаете знания с Земли, делаете свой мир технологичным и совершенным. Было бы справедливо, если бы мы могли обмениваться информацией.

Сначала я не понимала, почему Кай не отвечал, но потом перевела взгляд на Валтера. Сложив руки перед собой в пирамидку, игнис безразлично обвёл глазами всех за столом по очереди, пока взгляд не остановился на мне.

– Ваш мир словно черновик, – начал он, – Оружие, войны, эпидемии – всё повторяется раз за разом. Люди творят как прекрасное и великое, так и ужасное и разрушительное. Мы забираем лучшее в свой мир и учимся на ваших ошибках, делая свой мир совершеннее, технологичнее и безопаснее. Вы же даже на своих ошибках учиться не хотите. Слишком долго мы знакомы с вашим видом, чтобы позволить вам войти в наш.

Он ненадолго замолчал, а я почувствовала, как его слова давят на меня.

– Что касается лично вас двоих, – продолжил он, и на его лице появилась тень холодной улыбки. – Ты, – подмигнул он мне, – будь моя воля, я бы притащил тебя на Эгниттеру насильно. Потому что хочу, чтобы ты принадлежала мне. Вечно.

Горячий прилив бросился к моим щекам, но я не успела ничего ответить. Его взгляд теперь перешёл к Кире.

– А ты... Ты – дефектная. Даже в качестве солдата навряд ли сгодишься, хотя как пушечное мясо я бы тебя тоже прихватил.

Быстро заморгав, я попыталась задержать слёзы, которые уже начали резать глаза.

Что случилось?

Кажется, что я просто потеряла дар речи от такого ответа. Он так легко и холодно сказал это, что сердце замёрзло от неприятного послевкусия его объяснения.

Я украдкой посмотрела на Киру. Её взгляд был опущен, плечи слегка сгорблены. Она пыталась сохранить лицо, но я видела, как напряжённо её пальцы стискивают бокал.

Почему она молчит? Почему Кай, который всегда был язвительным и острым на язык, сейчас просто сидит, будто слова Валтера его даже не коснулись?

Я поймала взгляд океануса. В его глазах блеснула странная смесь презрения и злорадства, словно он хотел сказать: «Теперь ты видишь, с кем имеешь дело». Но когда я почувствовала руку Валтера, крепко накрывшую мою под столом, всё внутри перевернулось. Его жест, почти машинальный, был словно напоминание о том, что он всё ещё здесь, рядом, и всё это для него имеет смысл. Но какой?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и вытащить свою руку из под обжигающей ладони. Отодвинув стул, я поднялась и посмотрела сверху вниз в холодные глаза Феникса.

– Извинись сейчас же!

– Извини, – ответил Валтер, так же поднявшись и встав напротив меня. Сейчас он казался больше обычного. Широкие плечи заслонили всё пространство, а янтарные, почти жёлтые глаза, затягивали в какой-то кошмарный водоворот.