Текст книги "Оранжевое Лето (СИ)"

Автор книги: Валерия Стругова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 36 страниц)

– Мы не переносим микробы, – ответил он так быстро, словно заучил эту фразу для всех случаев жизни.

– Всё так просто?

– Всё так просто, – он пожал плечами с деланным безразличием и тут же переключился на другую тему, явно не желая углубляться в подробности.

– Тебе нравятся Салоники? Не считая сегодняшнего дня, здесь довольно солнечно.

– Да, здесь здорово. Я люблю солнце. Думаю, я – человек лета.

– Уверена? – спросил он, хитро улыбнувшись.

Меня слегка удивил этот вопрос.

– Да. А что не так?

– Ты очень бледная. Будто никогда не бываешь на солнце.

Разумное замечание. Я и правда редко бываю на улице.

Минусы удалённой работы. Но меня всё устраивает.

– Ты тоже загаром не отличаешься, – парировала я.

Мой собеседник остановился, преграждая путь.

– А зачем мне загар, – произнёс он с тихой уверенностью, – когда я сам солнце?

Слова прозвучали не как самохвальство, а как некая истина.

Я недоумённо моргнула. До меня не сразу дошло, что это шутка, слишком уж убеждённо он это сказал. К тому же, он действительно был похож на огненное лето.

В конце концов я улыбнулась.

– Ну что ж. Тогда я – Альтаир!

В глазах моего собеседника промелькнула какая-то странная тень. Он покачал головой.

– Нет. Ты не звезда. Звёзды холодны, несмотря на весь свой огонь. Они горят в одиночестве. Ты – планета.

Он сделал шаг ближе, и его голос стал тише. Мои ноздри вновь уловили запах мяты.

– Планеты живые. Они дышат, меняются, на них может зародиться жизнь. К тому же, – он слегка склонил голову, – Альтаир слишком далёк от Солнца. Целых семнадцать световых лет.

Пауза затянулась, а я ловила каждое его слово.

– Ты – Меркурий, – сказал он, внимательно рассматривая моё лицо. – Самая близкая к Солнцу планета. Быстрая, непредсказуемая, и всегда рядом, даже когда кажется, что исчезла.

Он так флиртует или это его обычная манера общения?

Меня бросило в жар, а в груди разлилась тревога.

Что происходит? Мы же просто коллеги, которые только что познакомились!

Но его слова, этот взгляд, сама атмосфера разговора – всё это заходило куда-то не туда, на незнакомую опасную территорию.

Нужно срочно перевести тему. Немедленно.

Я открыла рот, чтобы сказать что-то нейтральное, безопасное, но тут мой взгляд зацепился за одинокую тёмную ресничку, лежащую на его щеке.

Рука двинулась сама собой, словно под гипнозом.

– У тебя здесь ре...

Не успела я дотронуться, как он резко отступил в сторону. Его лицо стало сердитым, улыбка исчезла, словно я попыталась пырнуть его ножом.

– У меня ещё много работы. Рад был пообщаться, – сухо отрезал он и развернулся к входу в кабинет.

Я опешила лишь на мгновение. Его голос стал ледяным, и внутри всё болезненно сжалось. Секунду назад он говорил такие красивые слова, и вот магия рассеялась.

Теперь меня бросило в холод, и я сжала кулаки.

Никогда в жизни я ни перед кем не пасовала, но этот парень...

Даже если у него серьёзная проблема с боязнью микробов, можно ведь быть вежливее!

– Стой! – громко сказала я.

Он резко остановился и посмотрел на меня без единой эмоции.

– Почему вы с братом ведёте себя так грубо?

– Прости, – безразлично ответил он и зашёл в кабинет, оставив меня стоять у двери с быстро колотящимся сердцем.

Два последующих часа тянулись очень медленно. Я постоянно чувствовала на себе взгляд Валтера, что сильно раздражало и отвлекало, поэтому когда, наконец, настало время встречи с руководством, я испытала огромное облегчение.

Конференция и вечеринка проходили в просторном зале. Сцена была подготовлена для выступления спикеров, а в конце зала располагались столы с едой и напитками. Мне искренне нравилась эта особенность компании: умение превратить даже рабочие мероприятия в комфортные и приятные события.

Зал стремительно заполнялся людьми. Почти все кресла оказались заняты, а те, кому не хватило мест, непринуждённо расположились у фуршетных столов с бокалами в руках.

Когда спикеры начали свои выступления, в воздухе витало ощущение предвкушения. Они делились амбициозными планами на ближайшие три года и с искренней благодарностью говорили обо всех, кто решился на этот смелый шаг – переезд в новый офис. Атмосфера была воодушевляющей.

Через час формальная часть завершилась, и коллеги дружно ринулись к изобильным фуршетным столам. В зале зазвучала приятная фоновая музыка, создавая атмосферу непринуждённого общения.

Среди толпы мой взгляд зацепился за Кая – он непринуждённо беседовал с топ-менеджментом, держа бокал белого вина. Безупречная белоснежная рубашка сидела на нём так идеально, что подчёркивала каждую линию атлетической фигуры. Женщины в зале откровенно пожирали его взглядами, словно он был единственным мужчиной в радиусе километра.

И лишь одна особа демонстративно игнорировала это великолепие – моя подруга. Кира оживлённо болтала с Петером, который смотрел на неё с таким обожанием, что напоминал голодного кота перед миской сливок. Глаза венгра буквально светились от счастья.

Заметив меня в толпе, Кира энергично помахала рукой. Я кивнула в сторону выхода, показывая, что мне нужно ненадолго отлучиться. Честно говоря, общество Петера не вызывало у меня энтузиазма – что-то в нём настораживало, он казался не слишком надёжным типом. Впрочем, возможно, это была всего лишь моя патологическая подозрительность ко всем мужчинам, кружащим вокруг подруги.

К тому же, мне действительно нужно было в дамскую комнату.

В туалете я повертелась перед зеркалом. Сегодня мой вид был неплох. Слегка поправив растрёпанные пряди, я направилась обратно в конференц-зал, который располагался прямо за углом.

Неожиданно мимо прошёл Валтер. Казалось, он совершенно не заметил меня, а вот я его заметила. Осторожно выглянув, я оглядела его с ног до головы.

Он замер у входа в зал, словно калибруя что-то в своих мыслях. Чёрная рубашка безупречно облегала широкие плечи, тёмно-синие джинсы сидели идеально, а руки, как всегда, скрывали перчатки. Но больше всего поражало его лицо.

Абсолютная пустота. Ни единой эмоции, ни намёка на живые чувства – только безупречные, восковые черты. Такой симметрии не бывает у обычных людей. На наших лицах всегда остаются следы смеха, грусти, размышлений, а здесь – ничего. Словно кто-то стёр все следы человечности.

И тут, как по команде, уголки его губ изогнулись в приветливую улыбку. Механически. Театрально. Будто он надевал привычную маску перед выходом на публику.

Холодок пробежал по позвоночнику. Теперь я окончательно поняла – с этим человеком что-то кардинально не так. Возможно, он настоящий психопат, мастерски имитирующий нормальность. Мой инстинкт самосохранения взвыл от тревоги, хотя его внешность, голос и даже запах притягивали как магнит.

Слова дедушки всплыли в голове: «В мире существуют те, кто только прикидывается людьми. Нежить всякая – упыри там, оборотни, черти лесные. Красота у них неземная, говорят-то как соловьи поют, и тянет к ним так, что сил нет. Но коли мурашки по шкуре побежали, коли нутром чуешь – надо драпать – так и делай, не раздумывай.»

Да уж, дед. Походу, надо драпать.

Постояв так непродолжительное время с улыбкой на лице, он зашёл в зал. Я последовала за ним через пятнадцать секунд. Не хотелось столкнуться с рыжиком прямо у входа.

Выпив бокал красного вина, я почувствовала спокойствие. Не часто мне доводилось так расслабляться. Вечер проходил приятно, за исключением моих тайных наблюдений.

Кира отделалась от Петера и теперь весело делилась со мной впечатлениями обо всех, кого она встретила.

– Представляешь, у Марты из бухгалтерии четверо детей, а Рита из команды разработчиков умудрилась перевезти с собой коня в Грецию... – казалось, она уже знала всё и всех. Под воздействием вина я осознала, что слушаю её, не вникая в суть.

Немного заторможенно я повернула голову в ту сторону, где стояли Новаки. Сейчас мне довелось лично убедиться в том, что говорил Петер о братьях ранее.

На моих глазах Валтер снял перчатку и протянул руку для рукопожатия одному из членов высшего руководства. Тот незамедлительно ответил тем же, и Новак снова надел перчатку. Никаких признаков брезгливости или дискомфорта – чистой воды спектакль.

Боязнь микробов под большим сомнением.

Через некоторое время Валтер, вежливо кивнув собеседникам, направился к выходу из зала. Он прошёл мимо меня быстро, не уловив моего взгляда. На его лице появился румянец, а улыбка медленно исчезала.

Мне показалось, что парня резко замутило, и в его глазах мелькнуло что-то красное.

– Выйду ненадолго подышать свежим воздухом, – предупредила я Киру.

– Оки, – беззаботно отозвалась она, уже прицеливаясь к новой группе потенциальных собеседников. – Только не пропадай, а то я запаникую!

Запаникует она, конечно! Никто в мире не умеет так ладить с людьми, как моя дорогая подруга.

Не знаю, зачем мне это, ведь я понимала, что от него нужно держаться подальше. Самоконтроль, очевидно, не мой конёк. Просто что-то в его болезненном виде встревожило – возможно, ему действительно нездоровилось. А людям в беде нужно помогать, верно?

Валтера не пришлось искать долго, он сидел на скамейке во внутреннем дворике и тяжело дышал, сильно зажмурив глаза. Вокруг не было никого; сюда вообще редко кто заходит.

Кажется, ему и правда плохо.

– Ты в порядке? – спросила я, приближаясь к скамейке.

Он вздрогнул и резко открыл глаза. В них было столько... боли? Карие глаза стали почти красными.

Пугающе.

– Всё нормально. Уходи, – голос звучал как сталь, отчего всё моё нутро сковал страх.

Почему он вызывает во мне такие эмоции?

Я подошла ближе.

Ия Крамер не из тех, кто уступает страху.

– Это очевидно, тебе плохо. Мигрень? У меня есть обезболивающие.

– Я сказал, уходи.

Он смотрел мне прямо в глаза, его руки дрожали. Губы побледнели до синевы. Выглядел он так, словно балансировал на грани между жизнью и смертью.

Я не могла просто уйти. Да, дедушка говорил мне бежать, когда страшно, но ещё он говорил: «Ия создана для критических ситуаций». Когда все впадают в ступор, я действую.

– Возможно, у тебя температура, – уверенно сказала я и молниеносно положила ладонь на лоб парня, чтобы проверить, горячий ли он.

Его рука быстро потянулась к моей, но затем медленно упала. Он просто закрыл глаза.

Кожа под моей ладонью пылала жаром. У него точно была температура.

– У тебя определённо жар. В моём рюкзаке есть жаропонижающее, я всегда ношу его на всякий случай. Посидишь здесь? Сейчас принесу.

Я попыталась убрать ладонь, но он быстро остановил меня, положив свою руку в перчатке на мою.

– Мне гораздо лучше. Спасибо. Можешь не убирать руку ещё немного?

Его глаза были всё ещё закрыты, но напряжение в лице спало, и он улыбнулся краем губ, которые действительно приобрели розоватый оттенок.

Постояв так в тишине ещё около минуты, я медленно вытащила свою руку из-под его. Было не по себе. Эта ситуация показалась мне слишком интимной, а я не хотела этого. Внутри всё тряслось от неловкости.

Он открыл глаза, и я заметила, что они снова стали медово-золотистыми.

Куда делся красноватый оттенок? Неужели показалось

?

– Позвать твоего брата? – спросила я, сглотнув слюну от смущения.

Валтер смотрел на меня так нежно, что хотелось провалиться сквозь землю.

– Не нужно, – голос снова стал бархатным и глубоким.

Как только он сказал это, во двор вошёл черноволосый Новак. Увидев меня, парень нахмурился, но кивнул в знак приветствия.

Я ответила тем же и стремглав ринулась в здание. Нужно было срочно найти Киру, сообщить о своём уходе и убраться отсюда. Сегодняшний день принёс слишком много эмоциональных потрясений – пора было ретироваться, пока окончательно не потеряла голову.

Глава пятая. РАЗЖИГАЯ КОСТЁР

На следующее утро, едва открыв глаза, я поняла: что-то не так. Изменился свет. Он по-прежнему был серо-зелёным, как пасмурное утро в лесу, но стал чище и прозрачнее, чем обычно. Значит, дождь закончился. Да здравствуют солнечные деньки!

Или что-то изменилось во мне?

Вскочив, я выглянула в окно и увидела ожидаемую картину: яркое солнце палило так, будто на дворе июль.

Я вышла на кухню и увидела записку: «Решила сегодня снова поработать из офиса. Не скучай.»

Поработать из офиса? Сегодня же суббота.

Я улыбнулась своим мыслям. Скорее всего, подруга придумала какое-то развлечение, может, что-то для дома купит или подарочек. Она часто так поступает, любит радовать людей, особенно меня.

Мобильник завибрировал.

Утреннее сообщение от Яра.

Разблокировав экран, я увидела потягивающегося котика и надпись: «Только бы спал и спал, и спал, и спал».

Я, в свою очередь, тоже отправила стикер зевающего котика и добавила надпись: «Хорошего дня».

Готовить не хотелось, но я всё равно положила на кухонный стол телефон и достала жидкое тесто. Оно практически всегда у меня в холодильнике, поскольку на завтрак я предпочитаю блинчики, изредка – глазунью.

Но сегодня меня накрыла странная меланхолия. Представить только – мне стало грустно, что суббота! Видимо, офисная работа действительно начинала затягивать, несмотря на все сложности с концентрацией в окружении коллег.

Безумие! И кого ты обманываешь, Ия?

Если быть предельно честной с собой, я прекрасно понимала истинную причину этой внезапной тяги к офису. И причина эта имела рыжие волосы и янтарные глаза.

Неужели я так быстро переобулась в вопросе красавчиков? Да ещё и рыжих

–

тех самых, от которых поклялась держаться подальше!

После вчерашних событий любые встречи с загадочным Валтером Новаком стоило исключить раз и навсегда.

Сколько раз я буду повторять себе эту мантру?

Его эмоциональные качели выходили за рамки моего понимания. К тому же интуиция подсказывала – каждое слово, слетающее с его идеальных губ, было неправдой.

Сказал, что боится микробов, а держал мою ладонь, на своём лице. Флиртовал на лестнице, рассуждая о звёздах и планетах

Могу ли я нравится ему? Да нет, такое невозможно. Он слишком хорош для меня. Нечего придаваться мечтаниям!

Но как перестать думать о нём?

Этот проклятый рыжеволосый демон настолько захватил мои мысли, что я даже не заметила, как машинально запихнула тесто обратно в холодильник и насыпала полную миску кукурузных хлопьев.

Какого лешего?

Прикончив хлопья, я, как всегда, решила налить чашечку кофе – утренняя традиция, которая на протяжении многих лет превратилась в неискоренимую зависимость. Но когда встряхнула заветную банку с растворимым, душа ушла в пятки. На дне жалко поскрипывали какие-то крошки – даже на чайную ложку не наскребёшь.

Как я умудрилась прозевать тот критический момент, когда жизненно важный эликсир стал подходить к концу? Катастрофа вселенского масштаба!

Не долго думая, я быстро переоделась в уличную одежду и пошла за кофе в магазин. К тому же, очень захотелось чего-то сладкого, да и хлопья у Киры скоро закончатся из-за меня, что вызовет у неё беспокойство. Подруга обожала свои кукурузные колечки уже добрых пятнадцать лет, презрительно именуя мои блинчики «жирными соблазнителями».

У каждого свои утренние привычки.

Солнце сегодня было жестоким, и я, как назло, забыла надеть очки. Пришлось просто прикрывать лицо рукой, чтобы хоть как-то смотреть вперёд. Хорошо, что до супермаркета было не более двухсот метров.

Набрав полный пакет продуктов и попрощавшись с продавцом на греческом, я, гордая собой, направилась домой. Мысли были только о горячем кофе с молоком и тростниковым сахаром, а также о блинчике со сметаной, который так и не удалось приготовить.

Переходя дорогу, я на секунду убрала ладонь от лица, чтобы поменять руки. Пакет был тяжёлым, и его ручки резали пальцы. Солнце мгновенно ослепило, и я услышала скрежет тормозов рядом.

Повернув голову, я с ужасом поняла, что на меня несётся белая машина. Быстрые подсчёты в голове подсказали, что я уже не успею уклониться.

Гадство! Судя по скорости, меня не сильно заденет, но успеет нехило толкнуть, если автомобиль затормозит прямо сейчас.

Я инстинктивно сжалась в комок, готовясь к неизбежному столкновению с железным монстром.

Но что-то массивное и горячее сбило меня с ног раньше, и машина пронеслась мимо, пытаясь затормозить.

Нет, царапинами я бы точно не отделалась.

Моя голова мягко приземлилась на что-то упругое – кажется, чью-то руку – а мощное тело накрыло меня сверху, прижимая к шершавому асфальту. Сердце колотилось как бешеное, лёгкие судорожно хватали воздух, в ушах звенело от адреналина.

Сквозь звон в голове донеслось приглушённое ругательство, и я мгновенно узнала голос.

Как он тут оказался?

Без лишних слов Валтер встал и поднял меня на руки. Его лицо пылало румянцем, а янтарные глаза метались в тревоге.

Он всё-таки не психопат. Такие эмоции подделать невозможно.

Я наконец смогла сделать глубокий вдох. К осознанию того, что меня чудом не превратили в дорожную лепёшку, добавился ещё один тревожный факт – я находилась в объятиях человека, чьё появление в нужный момент выглядело подозрительно удачным совпадением.

Возможно, мой воспалённый и напуганный мозг просто рисовал параноидальные картины. Очень хотелось в это верить. Но даже сейчас, когда Валтер буквально спас мне жизнь, от него по-прежнему исходили невидимые волны опасности, заставляя инстинкты кричать о бегстве.

С грустью я посмотрела на осколки разбитой банки кофе, которые остались лежать на дороге вместе с рассыпанным содержимым пакета. Будто только мне чудом удалось оказаться на обочине, а мой несчастный пакет принял на себя весь удар.

Присматриваясь внимательнее, у меня возникло ощущение чего-то лишнего в зоне видимости. Да, нечто ярко-красное выбивалось из композиции. Я прищурилась, пытаясь лучше разглядеть необычный предмет, но в глазах всё расплывалось от волнения. Валтер повернул голову, чтобы посмотреть, что привлекло моё внимание, и его брови сдвинулись к переносице.

В полной тишине он двинулся и куда-то понёс меня. Красное пятнышко становилось всё дальше, пока совсем не пропало. Встряхнув головой, я осознала, что мои руки намертво вцепились в мужскую шею.

Оу... Как неловко.

В момент осознания я почувствовала себя девушкой из романтического фильма. И, честно говоря, я не понимала, нравится ли мне такое положение вещей. Скорее всего, нет.

Что ни говори, а принцессой в сказке я представить себя не могла. В моей жизни рыцарем всегда была я сама.

Пока я философствовала на тему независимости, Валтер уверенно донёс меня до знакомого чёрного BMW – того самого, что я уже видела у супермаркета во время нашей первой встречи. Осторожно поставив меня на ноги, он отступил на шаг. Почему-то я почувствовала себя одиноко.

Валтер открыл дверь переднего пассажирского сиденья, его движения были быстрыми, нервными.

– Садись, – бросил он, указывая на кожаное кресло.

– К-куда мы едем? Собираешься меня похитить? – попыталась пошутить я, но в голосе звенели нотки волнения.

Адреналин всё ещё бушевал в крови, смешиваясь с каким-то странным, почти электрическим возбуждением. Ситуация пугала и одновременно... притягивала.

Валтер посмотрел на меня с прищуром, его взгляд был сосредоточенным, почти настойчивым.

– Тебе нужен врач, – спокойно ответил он, но в его голосе сквозило что-то напряжённое. – Ты ударилась лопатками, и вот здесь, – он указал на мою руку, – у тебя кровь. Это придётся зашивать.

Только теперь я заметила алые капли на коже. Видимо, поранилась об острый осколок или камень, но боль почти не ощущалась, пока он не обратил на это внимание.

Я хотела что-то сказать, но замерла, когда увидела, как Валтер быстро вытер ладонь о брюки. Его пальцы блестели от моей крови. На мгновение его лицо оставалось бесстрастным, но потом я заметила, как он резко моргнул и отвёл взгляд.

– Так забавно, я так часто раню именно руки, – задумчиво сказала я и нервно усмехнулась. – Твою же... Похоже, ты прав. Знаешь местные клиники по страховке? Я ещё не успела...

Мне не удалось договорить, потому что Валтер просто развернулся и быстрым шагом направился к машине, которая чуть не сбила меня. Она стояла у обочины и мигала аварийками.

Издали я видела, как из машины вылезла девушка со сногсшибательной фигурой в кожаных штанах и белой обтягивающей майке. После того как я смогла закрыть рот, распахнутый от восторга, смешанного со злостью, мне подумалось, что сейчас жарковато для кожаной одежды. Видимо, Новаки не единственные, кто одевается не по погоде.

Валтер что-то быстро объяснял ей, жестикулируя в мою сторону. Красотка слушала с выражением вселенской скуки на безупречном лице, словно её отвлекли от чего-то гораздо более важного.

И тут произошло то, от чего у меня внутри всё перевернулось. Незнакомка небрежно закинула руки на шею Валтеру – так естественно и непринуждённо, словно делала это тысячу раз. Затем наклонилась и что-то прошептала ему на ухо, губы почти касались его кожи.

Серьёзно? Она едва не превратила меня в фарш, даже не удосужилась выйти и извиниться, а теперь вон как мило воркует с моим спасителем!

Я раздражённо плюхнулась на сиденье и захлопнула дверь, продолжая наблюдать за происходящим через лобовое стекло.

Если у него есть такая девушка, то какого чёрта он ошивается рядом? Мне с этой «Венерой» явно не тягаться.

Односторонние объятия продолжались ещё нескольких секунд, а затем Валтер как-то слишком уж грубо оттолкнул красотку и посмотрел в мою сторону.

Девушка дёрнула плечом и быстро села в машину, громко хлопнув дверью перед ним. Автомобиль резко тронулся с места. После этого Валтер развернулся и направился ко мне, что-то бормоча себе под нос и отряхивая чёрную одежду от пыли, оставшейся после инцидента.

Сегодня на нем была белая футболка, чёрные джинсы и расстёгнутый чёрный кардиган, который всё ещё местами был покрыт серой пылью. Рыжие волосы развевались на ветру, и я могла видеть, как двигаются мышцы под обтягивающей футболкой.

– Ты в порядке? Не тошнит? – поинтересовался он, устраиваясь на водительском сиденье и окидывая меня внимательным взглядом.

– Да, всё нормально. Ты слишком переживаешь. Хотя похвально, что так заботишься о коллеге.

Я понимала, что такой фразой проявляю чрезмерное дистанцирование, но ничего не могла с собой поделать. Перед глазами всё ещё стояла картина, на которой руки белокурой красотки обвивают шею рыжика.

– Ты не ударилась головой? – ухмыляясь, спросил он, очевидно уловив моё ёрничество.

– Нет, ты подложил руку мне под голову при падении. Ох... – меня осенило, и я попыталась сгладить ситуацию: – Как твоя рука? Перчатка порвалась на костяшках, и я вижу кровь.

Только сейчас заметила тёмные пятна на разорванной ткани.

– На мне всё заживает как на собаке, – небрежно бросил он, поворачивая ключ зажигания. – В некотором смысле.

– В некотором смысле, – тихо повторила я его причудливую фразу.

Голова загудела. Неожиданный стресс взял своё.

– Всё-таки ударилась головой? – спросил Валтер, поглядывая на моё лицо.

– Нет, – откликнулась я, потирая лоб. – Мусор.

– Мусор? – не понял парень.

– Нужно собрать мои продукты, которые превратились в мусор. Их уже сильно разбросало по дороге, – пояснила я.

Валтер улыбнулся краем губы и приподнял бровь, выкрутив руль, чтобы выехать с места парковки.

– У девушки, что сбила тебя, не всё в порядке с... тормозами, – последнее слово он сказал с задержкой, намекая, что тормоза – это что-то метафорическое. – Я рекомендую заявить на неё в полицию. Пусть выплачивает компенсацию за моральный и физический ущерб.

– Нужно собрать мусор, – повторила я, пропуская мимо ушей его слова, как это сделал он.

Валтер тяжело вздохнул и затормозил прямо перед выездом на оживлённую дорогу.

– Сиди здесь!

Я покорно кивнула и тут же потянулась к ручке двери, собираясь выбраться наружу.

Ещё один вздох.

– Ты не будешь меня слушаться, так?

Я подозрительно прищурила глаза и теперь уже отрицательно покачала головой. Мне не понравилось построение данного вопроса.

– Жаль, – тихо протянул он, но я успела расслышать угрозу в голосе и стремительно выпрыгнула из машины.

Подойдя ближе к дороге, я осмотрелась. Поток автомобилей был приличный. Машины раз за разом переезжали останки моих покупок, размазывая их по асфальту и разбрасывая во все стороны.

– Всё ещё хочешь их собрать? – спросил бархатный голос позади.

– Да.

– Но ты ранена.

Услышав это, я медленно пошевелила пальцами пострадавшей руки и аккуратно сжала их в кулак. Капелька крови скатилась вниз, заставив меня закусить нижнюю губу. Неприятные ощущения были, но настоящей боли почти не чувствовалось.

– Никто не должен убирать за меня мой бардак, – твёрдо заявила я и решительно двинулась к дороге.

Поток машин остановился на светофоре, позволяя подойти ближе.

Около десяти минут мы ходили вдоль дороги, понемногу подбирая останки несостоявшегося завтрака. Всё это время Валтер молчал, периодически задумчиво поглядывая в мою сторону. Я не могла не заметить, как мрачнел его взгляд каждый раз, когда натыкался на кровоточащую царапину на моей руке. Брови сходились на переносице, а губы поджимались в тонкую линию.

– Могу я вновь отнести тебя к машине? – задал он странный вопрос, когда мы закончили своё дело.

В тот момент это показалось даже милым. Я кивнула, понимая, что, держась за него, буду напрягать руку, и остановившаяся кровь, возможно, снова пойдёт. Но мне так не хотелось ему отказывать.

Снова эти горячие руки на моём теле. Чувство опасности сменилось ощущением защищённости. Лёгкий аромат его дезодоранта окутал меня – свежий лесной букет хвои и мяты. Я невольно закрыла глаза, позволяя себе на мгновение раствориться в этом обманчивом спокойствии.

Из какой сказки ты выбрался, прекрасный принц?

– Так что, может после клиники сразу направимся в полицию? – его вопрос безжалостно вырвал меня из блаженного транса.

Валтер аккуратно поставил меня на ноги у машины

– Не хочу, – коротко ответила я.

Новак открыл передо мной дверь. Я колебалась несколько секунд, борясь с внутренними противоречиями, но в итоге всё же забралась в салон. Валтер устроился на водительском месте и снова завёл мотор.

– Уверена? Если бы я не успел... – он резко оборвал фразу.

– Но ты успел, и со мной всё в порядке. Кстати, ты довольно быстрый. Я тебя даже не заметила.

– Тебе просто повезло. Я шёл сзади.

«Сзади», – мурашки побежали по коже.

Нет, не может быть, чтобы он следил за мной. Зачем ему это? Брысь, паранойя!

– Да, я вообще везучая по жизни. Наверное, у меня крутой ангел-хранитель.

Я осторожно пошутила, но даже самой стало как-то грустно. Со мной постоянно случались какие-то непонятные истории, и все они связаны исключительно с совпадениями, ведь по жизни я очень осторожная. Серьёзно. Я попадала под машину на велосипеде, падала с моста, а однажды меня чуть не прибило огромной сосулькой, которая свалилась с крыши – она пролетела всего в двадцати сантиметрах от меня. И тот пожар в детстве, что полностью изменил мою жизнь... Так что да, меня определённо можно было назвать везучей.

– Я рад.

В машине наступила тишина, и мы просто молча ехали, пока не оказались у красивой клиники со стеклянными стенами.

Как только я оказалась в помещении, персонал забегал по коридорам, увидев Валтера.

Странно, откуда они знали, что мы приедем сейчас?

– Они нас ждали?

– Конечно! Ты пострадала, – спокойно пояснил он, но не объяснил, как они узнали обо мне.

И вот началась череда процедур, которые я терпеть не могу: осмотры, бесконечные расспросы. Я кочевала из кабинета в кабинет, словно по конвейеру. Сначала мне зашили рану на руке – всего четыре шва. Затем обработали все царапины на руках и щеке – видимо, лицо всё же было задето при падении. Позже меня проверили и прощупали всю, даже зачем-то сделали ЭКГ.

Довершил программу рентген головы. Сколько я ни убеждала медсестёр, что со мной всё в порядке – так и оказалось. Никакого сотрясения. Но без печати хирурга меня не выпускали. Таким образом, я застряла в клинике на несколько часов.

Выйдя из последнего кабинета, я встретилась взглядом с Валтером. Он терпеливо ждал в приёмной, устроившись на крохотном кожаном диванчике цвета горького шоколада.

– А вот и ты! Выглядишь сносно, – подмигнул он. – Всё цело? Ничего не отвалилось?

– Живее всех живых, но я ужасно устала. Отсюда и «сносно», а не «великолепно». Не понимаю, зачем так много проверок? – пожаловалась я. – Слушай, а почему тебя не трогают? Даже рану на костяшках не обработали.

В этот момент мои руки тряслись как сумасшедшие. Похоже, я начинала отходить от адреналина. Мне ничего не оставалось как присесть рядом.

– Ты же знаешь, ненавижу, когда кто-то касается меня, – ответил он, наблюдая за тем, как я пытаюсь унять дрожь. – Так почему не хочешь заявить в полицию?

Опять он за своё.

– Ты спас меня, не хочу вредить твоим... знакомым, – ответила я, отводя взгляд в сторону.

В памяти снова всплыла картинка, как красивая стройная девушка в коже фамильярно обнимает Валтера.

Ничего не ответив на это, он лишь хмыкнул, а затем встал и подошёл к администратору клиники. Та дала ему кучу листов – видимо, с моими анализами и рецептами.

– Не хочешь остаться в клинике на ночь? – крикнул Валтер через холл.

– Нет, нет, нет. Дома меня ждут мои два «Д» мужчины, – испуганно вскрикнула я и тут же вскочила на ноги, прежде чем увидела искорки в его глазах. Он явно подшучивал надо мной.

И как не стыдно!

– Какие мужчины? – в недоумении спросил Валтер, заставив меня хихикнуть.

– Так я называю мужчин из аниме. Люблю их.

– Аниме или мужчин?

– И то, и другое.

Валтер серьёзно кивнул, будто я сообщила ему что-то крайне важное, и вернулся к администратору. Он так бегло заговорил по-гречески, что я невольно позеленела от зависти. Конечно, я знала про лингвистические таланты братьев, но слышать это вживую... Со мной он общается по-русски, на совещаниях – по-английски, и всегда безупречно. А я десять лет мучилась с английским и до сих пор его осваиваю. В эту секунду я твёрдо решила выведать все их секреты полиглотства при первой возможности.

Спустя время мы наконец вырвались на свободу. У выхода из клиники нас поджидали Кай и Кира. Увидев меня, подруга тут же кинулась обниматься, превратившись в заботливую наседку, и принялась осматривать каждую царапину.

– Как же так? Как ты? Как можно быть такой неосторожной? С ума меня сведёшь! – причитала она, крутя меня, словно куклу на витрине.

– Зачем ты ей сказал? – спросила я у Валтера, изображая тон мученицы.

– Я сказал не ей, – ответил он сквозь зубы, явно чем-то недовольный.

– Надо поговорить, – послышался низкий голос Кая сквозь причитания Киры.

Его тон не предвещал ничего хорошего. Что-то не то было в этом парне. Инстинктивно я ощущала исходящую от него антипатию.

– Ну давай поговорим, – также напряжённо отозвался Валтер, после чего снова посмотрел на меня и уже спокойно скомандовал: – Садитесь в машину, двери открыты.