Текст книги "Оранжевое Лето (СИ)"

Автор книги: Валерия Стругова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 36 страниц)

– Нет. Она не Феникс, но я не хочу сваливать на тебя слишком много информации сегодня, – намекнул он, чтобы я остановилась с вопросами. – Можешь спросить ещё что-нибудь лично обо мне. Если хочешь.

Я мысленно усмехнулась. Ему явно хотелось, чтобы я проявила больше интереса именно к его персоне, а не к посторонним людям. Что ж, на сегодня я уступлю его тщеславию, но он обязательно расскажет мне абсолютно всё – и о себе, и об остальных.

– А про тебя неинтересно! – шутливо выпалила я, изображая показное равнодушие.

Валтер мгновенно выпрямился и прищурился.

С чувством юмора у него очевидно имеются проблемы.

Это открытие меня раззадорило.

– Тебя не интересует, опасен ли я для людей, например?

Мне показалось, или он пытается напугать меня? А может, проверяет на прочность?

– Не особо, – пожала я плечами, стараясь казаться как можно безразличнее, хотя внутри всё сжалось.

Валтер долго смотрел сквозь меня отсутствующим взглядом, явно размышляя о чём-то важном. Молчание затягивалось, и я не сразу осмелилась нарушить его.

– Не помню, чтобы Фениксы в сказках когда-либо причиняли людям вред. К тому же ты уже дважды спас мне жизнь, рискуя собственной. Для меня ты точно не опасен.

– Мы не в сказках, но я и правда дважды тебя спас, – оторвав взгляд от стены, ответил Валтер, и я приняла это за положительный ответ. – И как ты вообще можешь называть себя везучей после такого?

Он снова подтрунивает надо мной. Хороший знак.

– Ну, после встречи с тобой я и правда могу сказать, что везение мне немного изменило.

Он снова стал напрягаться и сжимать челюсти, поэтому я поспешила продолжить.

– Может, поняв, что меня всегда может спасти мускулистый рыжеволосый красавец, я подсознательно решила попадать в неприятности как можно чаще? – невинно похлопала я ресницами. – Хочется иногда побыть классической дамой в беде, знаешь ли.

Это прозвучало слишком слащаво и приторно, выдавая с головой мои истинные чувства, но, похоже, игра стоила свеч. Напряжённые плечи Валтера медленно опустились, а я успела поймать мимолётную улыбку, которую он тут же поспешно спрятал за маской серьёзности.

– Не стоит обольщаться. Я не могу спасать тебя всё время, – предупредил он. – Как бы то ни было, я не уверен, что буду рядом с тобой долго.

– Почему? Дамы в беде не в твоём вкусе? – кокетливо спросила я и поджала губы. Боль дала о себе знать. Видимо до этого я была под обезболивающим, чьё действие постепенно угасало. Либо капельница была не очень эффективна, хотя я даже понятия не имела, чем меня пичкают. – Фактически мы с тобой друзья, а друзья всегда приходят на помощь.

Валтер приподнял брови и пробежался взглядом по моему лицу, словно улавливая небольшие изменения.

– Я уже сомневаюсь, что хочу быть твоим другом, – признался он. – Меня по-настоящему пугает то, что я чувствую, находясь рядом с тобой. Кажется, что теряю себя. Мне это не нравится.

– Жалеешь, что сблизился со мной? – спросила я, надеясь, что голос не прозвучал слишком печально и разочарованно.

– В некотором смысле, – мягко, но безжалостно подтвердил он.

В

некотором смысле...

Не зная, что ответить, я безучастно смотрела на лучи заходящего солнца, пробивающиеся сквозь больничное окно. Дождь прекратился, оставив после себя лишь оранжево-алое небо вдалеке, которое отчего-то вгоняло в беспросветную тоску.

Я ведь обещала себе там, на краю смерти, что если каким-то чудом выживу – признаюсь ему в своих чувствах. Так почему же сейчас, когда он сидит в полуметре от меня живой и такой

красивый

, я не могу выдавить из себя ни единого слова? А есть ли вообще смысл в таких признаниях теперь, когда он открыто жалеет о самом факте знакомства со мной?

– Я передумала! – взмолилась я, пытаясь скрыть, как боль медленными волнами разливается по телу. – Расскажи мне что-нибудь о себе!

Неважно, что он скажет, пусть только говорит и не замыкается!

– Что ты хочешь знать? – он произнёс это как-то растерянно: мольба в моём голосе застала его врасплох.

– Откуда вы пришли? Такие как ты и Кай всегда жили среди нас?

Мне правда хотелось, чтобы он говорил. Сейчас всё это воспринималось как интересная история, только наяву.

Он протянул горячую руку и нежно погладил меня по щеке.

Так приятно.

Очевидно, он считал мои истинные чувства, скрывающиеся за показным любопытством.

– Я расстроил тебя своими словами? Чтобы я не сказал, я не уйду.

– Не уйдёшь! А если уйдёшь, я снова попаду в неприятности, – упрямо вырвалось у меня.

– Мы с тобой этого не допустим, – весело сказал Валтер, и в янтарных глазах заплясали озорные огоньки. – Кстати говоря, мы оба попадём в серьёзные неприятности, если ты немедленно не позвонишь своему брату.

– Брату? – удивилась я.

– О да, брату. Он звонил уже несколько раз и, похоже, совершенно не обрадовался, услышав мой голос.

– Ты говорил с Яром?

– Яр! Так вот как зовут того, кто при встрече может оторвать мне голову! – насмешливо сказал Валтер.

Я лишь виновато улыбнулась, придав своему лицу максимально милое выражение. Яр действительно вряд ли пришёл в восторг, обнаружив, что рядом со мной находится незнакомый мужчина. Он до сих пор упорно считал меня своей маленькой беззащитной сестрёнкой, которую никто не смеет даже пальцем тронуть.

– Это Кира рассказала ему о том, что случилось? – спросила я, внезапно вспомнив о подруге. – Кстати, где она сейчас? Как себя чувствует?

На удивление, я не переживала за подругу, понимая, что Кай точно не позволит ничему плохому с ней случиться. После того, что произошло на Олимпе, я в этом не сомневалась.

– Да, она позвонила ему сразу, как только тебя привезли в больницу. С Кирой всё в порядке, правда ей нужно время, чтобы прийти в себя. Твоя подруга не так легко всё приняла, как ты, – ответил Валтер сразу на оба вопроса.

Я понимающе кивнула. Это было ожидаемо. Мне бы тоже, по-хорошему, нужно быть в панике, только вот никто никогда не знает, как воспримутся те или иные события.

– Но мой телефон разбился, – вспомнила я.

Валтер изящным движением достал из кармана джинсов новенький смартфон в золотистом корпусе и протянул мне.

– Это что? – изумилась я, разглядывая дорогую технику.

– Я взял на себя смелость и купил тебе новый, – пояснил он. – Надеюсь, тебе нравится такой цвет?

Я приняла телефон и покрутила его в руках, ощущая холодный металл корпуса.

Ужас, это же последняя модель и я в курсе, сколько она может стоить. Больше моей месячной зарплаты.

– Спасибо! – выдохнула я, пытаясь скрыть шок от осознания, сколько придётся выложить за это. – Я не могу отдать тебе сразу такую сумму, но я обязательно верну тебе деньги со следующей зарплаты... ну, может, с двух зарплат, если ты не против. – Я болезненно поморщилась, мысленно прикидывая, сколько придётся отдавать ежемесячно за этот роскошный гаджет. На жизнь останется совсем немного.

– Не нужно ничего возвращать, это подарок.

– У меня не день рождения, и такие дорогие подарки я не принимаю...

– Теперь принимаешь, – жёстко перебил он. – Позвони Яру, пока он не оказался здесь и не убил меня.

Я фыркнула, не сдержав смеха от его преувеличенно драматичного тона.

– Неужели так боишься моего братика?

– Слышала бы ты, как холодно он со мной говорил, – ответил Валтер, наигранно поёживаясь от воспоминаний. – У меня мурашки по коже побежали.

– Ладно, сейчас позвоню. Но о смартфоне ещё поговорим позже.

Сжав телефон в руке, я поморщилась. Боль в ладонях напомнила о себе. Валтер проследил за моим движением и расстроено посмотрел на забинтованную руку. Он переживал за меня, я это видела.

– Ставь на громкую связь. У тебя капельница. Я буду вести себя тихо, обещаю.

Яр взял трубку с первого гудка, будто сидел рядом с мобильником. Голос был взволнованным, и мне стало даже жаль его.

– Как ты? Как руки? Как нога? – полился поток вопросов.

Я недовольно посмотрела на Валтера. Выходит, он рассказал все подробности моему брату?!

– Всё в полном порядке, не паникуй, – попыталась я его успокоить. – Лежу в комфортной палате под присмотром врачей. Чувствую себя бодрячком, можешь спать спокойно и не накручивать себя.

– Слава богам! – с облегчением сказал Яр. – Что ты вообще забыла в этой чаще...

– Это гора...

– Мне плевать! Давно в неприятности не попадала, как я посмотрю. Если бы не этот мужик, точно бы костей не собрала. Да, да, я в курсе, мне Кира всё рассказала.

Кира?

Я мгновенно почувствовала острый укол совести за брошенный ранее укоризненный взгляд в сторону Валтера.

Что же ещё подруга успела поведать брату?

– Прям всё?

Надеюсь, подруге хватило ума не упоминать про огромные крылья.

– Да, всё! Как ты упала с обрыва, и как этот мужик поймал тебя уже внизу. Вам что там, всем гулять негде, только по лесам шляетесь?

Я закатила глаза к потолку и многозначительно перевела взгляд на Валтера. Он сосредоточенно слушал наш семейный разговор, слегка поджав чувственные губы.

– Ты так и будешь меня отчитывать? У меня ножка болит, ручки болят и сердечко, – пролепетала я в трубку.

Валтер коротко ухмыльнулся.

– Что конкретно с сердцем? – серьёзно спросил брат, заставив меня хрюкнуть от смеха.

– Сердечко болит от тоски по брату.

– Вот бессовестная, – уже спокойным голосом отозвался он. – Всё же будь осторожнее, иначе скоро меня в могилу загонишь. В последнее время ты попадаешь в неприятности чаще обычного.

Он говорил почти теми же словами, что и Валтер, и я снова выразительно закатила глаза.

– Со всяким может случиться. Не волнуйся. Сейчас всё хорошо.

– Больше не лазай по горам, ясно?

– Да ясно, ясно.

– Надеюсь, этот твой Валтер действительно хороший, порядочный парень, – задумчиво продолжил брат. – Кто-то должен за тобой присматривать и оберегать, хоть ты и упорно хочешь считать себя сильной и независимой.

– Я тоже надеюсь, – призналась я. – Было бы здорово, если бы он иногда и правда присматривал за мной.

После этих слов я почувствовала, как щёки нещадно горят.

Мы говорили с Яром ещё несколько минут. Вроде брат успокоился и даже немного рассказал о своём новом детективном романе. Я тепло улыбнулась и украдкой перевела взгляд на Валтера.

Новак всё это время терпеливо сидел рядом с кроватью и внимательно слушал наш семейный разговор. Выражение лица у него было заинтересованное.

– А где всё-таки Кира? – обратилась я к нему, едва закончив разговор с братом. Точного ответа на этот вопрос я так и не получила ранее. И мне не понравилось, как Валтер опустил глаза вниз.

– Думаю, я был с ней слишком резок.

– Что случилось?

– Я был в ярости и, увидев её целой и невредимой, наговорил всякого. Сорвался, – признался он с горечью.

– Например чего?

– Например, что она никудышный, эгоистичный друг, – абсолютно спокойно ответил он, подняв глаза. По его тону было очевидно – он и сейчас придерживается того же мнения.

– Что?! – приподнялась я.

Это

моё солнышко никудышный друг?

В голове промелькнул образ смертельно напуганной подруги, которая перенесла самый большой шок в своей жизни.

– Лежи спокойно. Ты дёргаешься, и поэтому тебе больно! Вообще-то, у тебя капельница! – его рука властно легла на плечо и прижала меня к кровати. – Я по-прежнему считаю так же.

– Но это же...

– Хороший друг развернулся бы и отправился назад, поняв, что идти дальше опасно. – Он не давал мне защищать подругу.

– Так тебя же там не было! Как ты можешь делать такие выводы?

– Это совершенно неважно, – отмахнулся он с раздражением. – Некоторые идиотские решения нужно пресекать на корню, не дожидаясь катастрофы. Как вы вообще додумались лезть в горы во время проливного дождя? – Голос становился всё более жёстким. – Я чуть с ума не сошёл, когда узнал о вашей авантюре.

– Я тоже в шоке! – взорвалась я, одновременно закипая от вопиющей несправедливости к подруге. – Ты постоянно следил за мной?

– Конечно, я следил. Издалека. Если за тобой не наблюдать, ты и до Рождества не доживёшь.

Конечно

? Издалека? Да, теперь всё складывается.

– Ты в курсе, что это НЕ нормально? Ладно, – я подняла свободную руку. – Если ты постоянно за мной следишь, то как же умудрился упустить тот немаловажный факт, что с нами поехала ваша безумная подруга-убийца? Если бы ты перехватил Дракару на подходе, никакого падения бы не было!

Лицо Валтера стало бледнее привычного мрамора. В золотистых глазах появилась глубокая, болезненная печаль, а губы сжались в тонкую линию. Он молчал, словно не находя подходящих слов для оправдания.

Ну и как после этого на него злиться?

– Больше никогда не говори о том, что мы не должны встречаться, – заявила я, решив идти ва-банк. – Если хочешь, наблюдай за мной постоянно. Будь всегда рядом. Не отходи ни на шаг! Ты нужен мне... – Я зарделась, раскрыв свои чувства для нас обоих. – И за своей нестабильной подругой тоже понаблюдай получше, а то я действительно не доживу до Рождества именно из-за неё.

– Я же сказал, это недоразумение...

– Ты мне нравишься, – выпалила я, словно сорвав пластырь с незажившей раны.

– Искренне рад это слышать, но должен сказать, что подобные отношения ничем хорошим не кончатся.

– Но ты сам это начал!

– Да. Изначально я просто пытался сблизиться с тобой из-за интереса к твоим способностям.

– Способностям? – переспросила я.

– Да, способностям. У меня есть свой корыстный интерес на твой счёт.

Так и знала, что не могу нравится такому, как он, просто так.

– Расскажи, – еле слышно попросила я сквозь болезненный ком, застрявший в горле и мешающий дышать.

– Не хочу! – резко отрезал он, отворачивая лицо.

Я нервно дёрнулась. Никто и никогда не вызывал во мне такую бурю различных чувств, как этот парень. Он пугал меня, злил, притягивал. Меня влекло к нему с самого первого дня нашей встречи, хоть я и противилась этому.

Я закусила нижнюю губу, надеясь, что физическая боль заглушит сердечную, и машинально посмотрела на опустевший пакет капельницы. Лекарство закончилось.

Вот и сказочке конец.

Валтер проследил за направлением моего отсутствующего взгляда, поднялся с места и широкими шагами вышел из палаты, не произнеся ни слова. Через пару минут в палату влетела медсестра в белом халате, стремительно подбежала к кровати и профессионально вытащила иглу с трубкой из вены, после чего аккуратно перевязала место укола мягким бинтом. Без капельницы стало значительно комфортнее двигаться, и я осторожно села на кровати, болезненно поморщившись от резких прострелов боли в повреждённых конечностях.

Валтер, дождавшись, пока медсестра закончит процедуры и покинет палату, тихо прикрыл за ней дверь и снова неуверенно сел на самый краешек больничной кровати.

– Прости. Я снова расстроил тебя, – в его бархатном голосе слышалось глубокое раскаяние. – Боюсь, для одного дня информации слишком много.

– Не извиняйся! – уже увереннее проговорила я. – Не знаю, что там у меня за способности такие, но раз уж ты так крутишься возле меня, это должно быть что-то дикое. Я умею стирать границу между пространством и временем? Ой, нет! Я могу глотать вилки? Крутая тема.

Шутить

, чтобы не плакать. Моя идеальная тактика.

– Ты точно издеваешься! – гневно прошипел он. – Твои шуточки не к месту!

– Мои шуточки всегда к месту, – возразила я и замолчала. Если бы он знал, что без них я просто постоянно рыдала бы. Это моя естественная защитная реакция на все негативные события в этом мире. – О Господи, неужели у меня способность очаровывать ангелов? Хотя вряд ли.

Глаза Валтера сузились до опасных щёлочек.

– Ты, похоже, никогда не прекращаешь смеяться над всем вокруг. Но ты и правда очаровываешь, только не ангелов.

Он нежно улыбнулся и ласково погладил меня по растрёпанным волосам. И тут мне снова стало грустно.

– Так... Я продолжу накидывать варианты, пока ты не расскажешь мне о моих способностях.

– Валтер устало провёл рукой по лицу.

– Может ты замечала, что я могу беспрепятственно касаться лишь тебя, – начал он.

– Ты касался других...

– Не перебивай, – его строгий взгляд был пронизывающим, но почему-то ничуть меня не напугал. – Когда я прикасаюсь к другим, мне больно. С тобой иначе. Это происходит не просто так. Существуют люди, которые имеют рецессивный ген, позволяющий брать и отдавать чужие способности.

– Пение, танцы, вышивание крестиком?

– Тебя так боль веселит? Я же пытаюсь объяснить!

– Прости, – виновато пробормотала я. – Может, сейчас действительно не время для шуток. Просто я нервничаю до дрожи, и этот бесконтрольный поток чепухи остановить невероятно сложно. – Я собралась с мыслями. – Значит, я могу дотрагиваться до тебя, не причиняя боли, потому что обладаю каким-то особым геном?

– Верно. Поэтому с тобой я могу быть без перчаток.

– А что по поводу брать и отдавать?

Валтер задумался.

– Пока не уверен. Это лишь предположение, основанное на старых записях моего мира. Таких как ты мало, поэтому я и хотел тебя... изучить.

– Хм... – я медленно переваривала информацию. – Никогда бы не подумала, что во мне скрывается что-то настолько особенное. Что это вообще за ген такой? Мои родители тоже были носителями? – задумчиво спросила я, закрывая утомлённые глаза.

Столько шокирующей информации нужно было осмыслить и принять.

– Слышала о белых тиграх?

– Конечно, вид такой.

– Белые тигры – это не вид. Это тигры, родившиеся у обычных рыжих тигров. Если оба родителя имеют редкий рецессивный ген, существует вероятность, что родится белый тигрёнок.

Я понимающе кивнула, открыв глаза.

– Я – белый тигрёнок?

– Верно, – проговорил Валтер, улыбаясь. – Самый редкий, уникальный тигрёнок. Один на многие поколения.

Это прозвучало тепло и мило, но в груди всё ещё лежала тяжесть.

– Тогда мой брат...

– Нет, твой брат – обычный рыжий тигр... скорее всего. Мне нужно его увидеть, чтобы сказать наверняка, но такое явление – большая редкость.

– Ну вот. А мне всегда хотелось быть просто фоновым персонажем.

Валтер молчал, смотря в сторону окна.

– Что ж, тебе придётся смириться с фактом своей уникальности. Скажи-ка мне вот что... – перевёл он взгляд на меня.

– Да?

– О чём ты думала, когда впервые увидела меня... ну... настоящего? – в голосе слышалась осторожность, словно он боялся услышать ответ. – Ты была в состоянии шока или смертельно напугана?

– Смертельно напугана.

– Ясно.

Его лицо стало каменной маской.

Этот Феникс такой ранимый.

Видимо, он ожидал именно такой реакции – страха, ужаса перед его истинной природой.

– Пыталась понять, как вытащить тебя с этой чёртовой горы. Проклинала всё на свете. Думала, что ты умираешь, а у меня, кроме дождевика, воды и одежды, ничего толком с собой не было. Ещё и связь не ловила, да и телефон разбился. Мыслей было слишком много, но все они крутились вокруг одного – как тебя спасти.

Валтер быстро заморгал, удивлённо глядя на меня.

– Неужели тебя совсем не смутили крылья? Почему не попыталась выбраться сама? Из-за дождя?

– Так и не было такой мысли, – неохотно призналась я. – Казалось, ты умираешь.

– Ты могла закричать, позвать на помощь! – воскликнул он с недоверием.

– Никто бы не услышал, и, если честно, я тогда... рыдала. Было не до того.

Мне было сложно признавать свою слабость, но это была правда, хоть и горькая.

Он покачал головой.

– Это исключительно моя вина, – тихо проговорил он. – Если бы я был более внимательным и предусмотрительным, ничего такого не произошло бы. Ты могла погибнуть из-за моей беспечности.

– Никогда не знаешь, что может случиться, – я повторила то же, что сказала брату. – Как я уже говорила ранее, я часто попадаю в неприятности, но мне всегда везёт. Кира даже трёт мою руку на удачу. Так что это просто маленькая случайность.

– Да, очень маленькая. Всего лишь чуть не погибла.

Я устало вздохнула, ощущая, как накопившаяся усталость тяжёлым грузом давит на плечи и веки.

За окном солнце медленно клонилось к горизонту, заливая стерильную палату мягким золотистым светом, который превращал белые стены в тёплые янтарные поверхности. Боль в изломанном теле уже стала перманентной, и я потихоньку начинала к ней привыкать, как к неприятному, но неизбежному спутнику.

– Что-то ты совсем побледнела, – обеспокоенно заметил Валтер, внимательно изучая моё лицо острым взглядом.

– Терпимо. Всё в порядке.

– Я за медсестрой, – недовольно проговорил он, поднимаясь с кровати.

– Всё в порядке, – повторила я. С меня же совсем недавно сняли капельницу.

– Ия, тебе больно, я же вижу. Вторую капельницу вряд ли поставят, – будто прочитав мои мысли, сказал он.

– Я не капельниц боюсь, – пробормотала я. – Просто не хочу отвлекаться от тебя. Вдруг ты растворишься, как дым, так и не рассказав мне о своём происхождении и сородичах. А я очень любопытная, и сказки люблю.

Он коснулся пальцем кончика моего носа.

– Я никуда не уйду, ma chérie. Мы с тобой ещё о многом поговорим.

Собравшись с силами, я заставила себя улыбнуться.

Он действительно встал и быстро вышел за медсестрой, оставив палату наполненной запахом его присутствия – смесью мяты, дерева и чего-то необъяснимо тёплого.

– Ваш молодой человек сказал, что у вас боли. Это нормально, всё-таки вы пострадали, – заговорила медсестра по-английски, делая инъекцию. – Сейчас станет значительно легче.

Мой

молодой человек...

– Спасибо.

Лекарство подействовало довольно быстро, и я тут же почувствовала сонливость.

Медсестра довольно кивнула и вышла из палаты.

Я закрыла глаза. Горячая, большая ладонь накрыла мою руку и моё сердце.

Он рядом.

– Не уходи, – сквозь наползающий сон пробормотала я.

– Не уйду.

– Если куда-то пойдёшь, пока я буду спать, – еле связно пролепетала я, проваливаясь в забытье. – Захвати Киру, когда будешь возвращаться.

– Зачем? – насмешливо спросил бархатный голос.

– Мне нужно узнать, не потеряла ли она рассудок, когда увидела летающего Кая.