Текст книги "Время воина (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 29 страниц)

Глава 5

Петербург

Никита, Олег

Полковник в отставке Шишин обладал запоминающейся внешностью. К его круглой и лысой как бильярдный шар голове удивительно шел клетчатый костюм из недорогого качественного шевиота, под которым виднелась бордовая рубашка с экстравагантным ковбойским галстуком желтого цвета. Гладко выбритый, с жесткой щеточкой аккуратных усиков, он благоухал недешевым «Брокаром» (наличие в доме двух любимых жен и нескольких симпатичных барышень сделали Никиту специалистом в области парфюмерии). «Капитан Безопасность», сидя вполоборота от стола, неторопливо попивал кофе, через каждые два глотка прикладываясь к толстенной сигаре, которая лежала в массивной стеклянной пепельнице по соседству с кофейником. Закинув ногу на ногу, и покачивая ею, он внимательно читал «Биржевые ведомости», надо полагать, изыскивая в ровных строчках статей нужную ему информацию.

– Здравствуйте, Юрий Алексеевич, – дружелюбно произнес Никита, неторопливо расстегивая пуговицы на пальто. – Спасибо, что уделили мне свое драгоценное время.

Шишин посмотрел на Никиту и Олега поверх газеты, аккуратно сложил ее и бросил на стол, после чего чинно встал и по-военному четко кивнул.

– Рад встрече, Никита Анатольевич, – густым и хрипловатым голосом ответил безопасник после этого и крепко пожал протянутую руку. – Не стоит так переживать из-за моего времени. Я нахожусь на работе в режиме хомячка, бегающего в колесе. Сравнение грубое, но точно отражает суть моей жизни последние десять лет.

– Тогда позвольте представить вам моего товарища по вопросам безопасности, – Никита показал на Полозова и назвал его имя.

– Коллега, – Шишин энергично обменялся рукопожатием с Олегом. – Очень приятно. Присаживайтесь, господа. Не угодно ли кофе? Тогда советую заказать отдельно. Дело в том, что этот замечательный кофейник я уничтожаю в одиночку. Люблю хороший и бодрый напиток в перерыве рабочего дня.

– Не беспокойтесь, Юрий Алексеевич, – улыбнулся Никита, снимая пальто и перекидывая его через спинку свободного стула. – Мы тоже не откажемся от чашки крепкого «мокко».

Полозов, который не особо жаловал терпкий и густой напиток, предпочел легкий капучино с пышной кремовой шапкой. Пока официант выполнял заказ, Шишин затянулся сигарой, окутываясь клубами ароматного дыма, пригубил кофе и только потом нарушил молчание. У Никиты создалось впечатление, что бывший офицер намеренно испытывает их терпение, и бесстрастно ждал начала разговора.

– Трейтер рассказал мне по телефону о вашей просьбе по Новохолмогорску. Я, откровенно признаюсь, не совсем понял, отчего такой интерес к иностранцам, посещавшим портовый город? Сразу выскажусь, что вы ошиблись с моей компетенцией. У меня нет доступа к большей части информации. Через таможню узнаете гораздо больше.

Теперь на губах Никиты промелькнула улыбка и тут же исчезла.

– Неверный ответ, Юрий Алексеевич, – ответил он с невероятным спокойствием. – Вы должны были сказать, что большая часть информации не является для вас интересной. Списки иностранных подданных есть не только на таможне, но и в новохолмогорском филиале Торговой Корпорации. Все грузы имеют своего хозяина, отправителя, посредника и исполнителя заказа. Не будете этого отрицать?

– Было бы глупо, – пожал плечами Шишин и аккуратно сбил с кончика сигары пепел.

– Тогда кто мешает вам подать запрос на эти списки? – продолжал давить Никита. – Я буду очень благодарен, если они появятся у меня. Даю слово дворянина, что дальше моего сейфа они никуда не уйдут.

– И в чем будет выражаться ваша благодарность? – Шишин проявил себя не как офицер, который, как известно, даже в отставке всегда остается таковым; в нем говорил прагматичный делец, почуявший выгоду. – Я с большой осторожностью отношусь к разного рода обещаниям, а вас и вовсе не знаю. Только в общих чертах, и то благодаря столичным сплетням.

– Но справки обо мне навели? – уточнил Никита.

– Не без этого. Надо же знать, чем вы знамениты помимо удачного управления «Изумрудом». «Звезда Сварога», которую вам вручил лично император, сказала мне о многом… Я готов провести сделку, но с гарантиями.

– Что ж, насчет благодарности, – задумался Никита и отхлебнул «мокко», который уже стоял перед ним на блюдце. Он даже не заметил, как официант принес заказ. – Эксклюзивный свиток должен очень помочь вам выправить серьезную болезнь колена. Вы получили осколочное ранение под Карсом и уже пятнадцать лет мучаетесь с ним. К Целителям не обращаетесь из-за высоких цен за один курс. А нужно не меньше трех-четырех. Поэтому и приняли предложение Трейтера. Однако к тому времени, когда нужно было решаться на операцию, у вас подросли две дочери, которых вы не захотели оставлять без приличного приданого.

– Кто же так отлично поработал над моим досье? – усмехнулся Шишин и чересчур резко запыхтел сигарой. Нервничал.

– Неважно, Юрий Алексеевич. Любые сведения о вас не уйдут на сторону, я гарантирую. Так что скажете о свитке в знак моей благодарности?

– Наслышан, наслышан о чудодейственных артефактах, – безопасник из ТК налил из кофейника в опустевшую чашку, беря время на раздумье. – Насколько я понимаю, дело ведь не в самом свитке?

– Нет, – признал Никита. – Вы пользуетесь лекарственными мазями, и именно они дают определенный эффект. Воздействие свитка на них – и есть то самое волшебство.

– Если мы с вами определимся с целями и возможностями, я могу помочь куда существеннее, чем огромные списки прибывающих в Новохолмогорск людей, – решив что-то для себя, неожиданно предложил Шишин. – Кто вам нужен? Назовите фамилии, и через два дня (думаю, управлюсь) я предоставлю вам их.

– Хорошо, – Никита допил кофе, поставил чашку на блюдце, прокрутил ее по часовой стрелке, выставляя ручку напротив собеседника. – Запомните или записать?

– Говорите, на память не жалуюсь, – приготовился слушать Шишин.

– Пока меня интересуют двое. Один из них англичанин, зовут Арчибальдом. Вероятно, имя подложное. Периодически появляется в Новохолмогорске, ходит на контейнеровозе «Сьюзен». Второй, скорее всего, русский подданный. Ефим Гольц. Не установлено, проживает ли он в городе или является членом экипажа какого-нибудь корабля.

– Негусто, господин барон, – усмехнулся безопасник. – В два дня не управлюсь, увы. Беру свои слова обратно. Хотя двое – это не десять. Нужно будет провести некоторые мероприятия. Есть у меня в Новохолмогорске молодой и прыткий сотрудник. Все на лету схватывает. Вот и проверю, заодно, как он справится с нетривиальной задачей. Предложите еще что-нибудь интересное?

Никита наклонился вперед, показывая особую степень доверия, и негромко проговорил:

– Буду признателен, если вашему сотруднику удастся выяснить, появлялись ли в порту люди с Устюга или Вычегды, с кем из иностранцев контактировали. Да, это уже работа СИБ и контрразведки, – Никита открыто улыбнулся, смягчая излишнюю требовательность, – но вдруг что-то да всплывет.

– Если мальчишке удастся размотать этот клубок, вознаграждение не помешало бы, – Шишин не упустил шанса выбить преференции.

– Для вашего сотрудника? Несомненно, он получит хорошее вознаграждение, – подтвердил Никита. – Сколько времени понадобится?

– Пять дней достаточно, – уверенно ответил мужчина, кинув взгляд на сигару, словно раздумывая о еще одной затяжке. – Как с вами связаться?

Никита протянул ему свою визитку, после чего неторопливо выпил принесенный кофе, и о деле уже ничего не говорил. Легкий пустяшный разговор, когда уже все нужное сказано, давал лишь видимость приличия, чтобы сразу не обидеть собеседника своим уходом. Волхв встал, надел пальто и попрощался с Шишиным. Выйдя на свежий воздух, с легкой усмешкой обратился к Полозову:

– Интересный господин, не находишь, Олег? Каким образом отставной пехотный офицер убедил прижимистых купцов создать систему контроля и безопасности? Может, Шишина намеренно внедрили в Торговую Корпорацию?

Он ткнул пальцем в серое небо, затянутое облаками.

– У меня создалось именно такое впечатление, – подтвердил Полозов. – И легенду подобрали нужную, чтобы гильдейская верхушка не страдала подозрениями.

– Этак мы погрузимся в теорию заговоров, – рассмеялся Никита, неторопливо шагая к длинному «карману» протянувшемуся по Садовой чуть наискось от «Летучей мыши». – Торговая Корпорация всего лишь частная купеческая компания, извлекающая прибыль из всего, что можно.

– А разве это мешает имперской безопасности контролировать ее деятельность? – Полозов задумчиво глядел на грузовик, отъезжавший от стоянки, где находился «бриллиант» Никиты, на котором они приехали. Двое работников городских коммунальных служб в желтых жилетках торопливо побросали лопаты в кузов, где высились грязные кучи снега, и ловко вскочили на подножки автомобиля со стороны водителя и пассажира. Фырча и завывая, грузовик ловко сманеврировал на проезжей части, не задев возмущенно загудевших «рено-соболь» и белый «даймлер», доехал до ближайшего перекрестка и скрылся за углом четырехэтажного кирпичного дома с темно-красной крышей из металлопрофиля.

– Логично предположить, что интерес к подобным организациям у наших спецслужб должен был появиться, – Никита с улыбкой пропустил двух молоденьких барышень, только что спустившихся с низкого крыльца магазинчика модной одежды. Держа друг друга за руки, чтобы не поскользнуться и не упасть, те сбивчиво поблагодарили его и стрельнули глазками на привлекательных мужчин, и чему-то засмеявшись, быстро зашагали по вычищенному от снега тротуару, цокая каблуками сапожек. – Но конспиративная игра? И ради чего? – продолжил он размышлять

– Что будем делать, если Шишин разыщет следы этих людей? – поинтересовался Полозов.

– Пока точно не могу сказать, – пожал плечами Никита. – В первую очередь нам нужно в Мезень. Я заказал частный рейс на послезавтра. Полетим одни, без телохранителей.

– Отсюда? – уточнил Олег.

– Да. Придется сделать две промежуточные посадки для дозаправки, но я не хочу, чтобы об этой поездке знали жены, а значит, и Меньшиковы.

– Раз надо – сохраним в тайне твою поездку, – пожал плечами Полозов и остановился. Они как раз подошли к пешеходному переходу и остановились, ожидая разрешающего сигнала. – Я могу за телохранителя побыть, но хотя бы Слона возьми…

Мощный взрыв в «кармане» стоянки разнес серебристую машину и раскидал искореженные куски того, что раньше называлось «бриллиантом». Острые осколки сбривали ветки деревьев, удачно защитивших фасады домов; более тяжелые детали падали на дорогу с противным скрежетом. За спиной Никиты и Олега зазвенели осыпающиеся на тротуар куски витрины, истошно завопили сигнализации незатронутых взрывом машин, завизжали тормоза. Образовавшуюся пробку более шустрые водители пытались объехать по тротуару, но еще больше создавали хаос. Горячая воздушная волна пахнула запахом тротила, сгоревшего пороха и горящего бензина.

В тот момент, когда только яркий огненный цветок вспух над «бриллиантом», Никита уже сбил с ног Полозова и раскрыл «сферу». Сработала даже не выучка действовать мгновенно при любой нештатной ситуации, а предчувствие, поселившееся в сердце после слов Олега об игре спецслужб с Торговой Корпорацией.

Когда первая суматоха и паника среди прохожих улеглась, Никита поднялся и с сожалением поглядел на измазанное пальто. Левый рукав ниже локтя являл собой печальное зрелище. Его словно разодрали клыки злобного пса.

– Неудачно упал, – констатировал Никита, разглядывая клочки ткани.

– Или у тебя нервы стальные, или ты их вообще не имеешь, – Полозов выпрямился, обтряхивая перчатки от влажного снега. – Твою машину разнесло на кусочки, а ты о пальто думаешь!

Никита задумчиво смотрел на стоянку, где помимо горящего остова его любимого «бриллианта» полыхали еще две несчастных машины, попавших под взрыв, и ничего не говорил. Завывая сиреной, примчался пожарный расчет. Через несколько минут пенные столбы обрушились на огонь, заливая не только автомобили, но и асфальт. Грязно-белесые потоки стекали на дорогу и размазывались колесами проезжающих машин в жидкую кашицу.

– Рано или поздно это должно было случиться, – хладнокровно ответил Никита, и вскинув обе руки, быстро прочертил пальцами какие-то невидимые для простого глаза линии. Активированные скрипты воды, призванные бороться с магическим огнем, обрушились на остаточные черно-оранжевые языки пламени и мгновенно затушили их. Белесый пар поднялся в воздух, окутывая близлежащие дома с выбитыми стеклами. Огнеборцы недоуменно завертели головами, заметили Никиту и жестами поблагодарили за помощь.

К этому времени подъехала еще одна пожарная машина, вместе с ней карета скорой помощи, а через минуту – четыре «рено-соболя». Три из них принадлежали патрульным службам, а вот второй был болезненно знаком Никите по голубому окрасу бортов.

– Кажется, мой старый знакомый, – усмехнулся Никита, разглядев вышедшего из этого авто мужчину в небрежно распахнутом кожаном плаще и без шапки, словно демонстративно показывая голову с седыми нитями волос. Старательно обойдя сматывающих брезентовый рукав огнеборцев, он постоял возле чадящего и развороченного «бриллианта», зачем-то присел на корточки, разглядывая его останки, а потом, задрав голову, сказал несколько слов застывшего возле него полицейскому.

Хованский, видимо, имел задатки эмпата, потому что резко повернулся, когда Никита еще даже не дошел до него.

– Рад вас видеть, Анислав Радиславич, – поздоровался Никита, с улыбкой человека, радующегося хорошему дню. Хорошо, что Полозова оставил на другой стороне улицы, чтобы не светить потайника. А то мало ли, как отреагирует дядюшка цесаревны.

– И почему я не удивлен? – старший волхв отдела «М» с каменным лицом оценил степень повреждения дорогого пальто из кашемира, надетого на волхве, встал во весь свой рост. – Конечно же, барон Назаров. Разочаруйте меня, пожалуйста. Скажите, что это не ваша машина разлетелась на кусочки?

– Увы, не получится, – развел руками Никита и поглядел на «бриллиант». Аура погибшей машины истончалась и таяла в магическом поле. Что-то мягкое и нежное коснулось щеки волхва, словно душа верного друга прощалась навсегда. Сердце сжало грустью. – Машина именно что моя.

– Великолепно, – пожевал губами Хованский. – Уже второй случай, связанный с вами, за год. Сначала родственница… эта симпатичная восточная девушка с наивно-восторженными глазами, а теперь и вы собственной персоной. За что вас взорвать-то хотели? И кто в роли изверга?

– Не знаю, – пожал плечами Никита. – Вся надежда на вас, Анислав Радиславич.

– На меня, конечно же, – старший волхв магического отдела поиграл желваками. – Представляете, в какое положение я попал? Император обязательно возьмет это дело под особый контроль.

– А вы здесь при чем? – непритворно удивился молодой волхв. – Взрыв был обычный, без магических следов. Заложили взрывчатку и рванули.

Хованский показал жестом, что ему понятно о происхождении взрывного устройства, но стал задавать вопросы, отведя в сторону, чтобы не мешать работающим полицейским. Дым от потушенных машин, стелющийся над мостовой, вызывал раздражение в глазах и носу.

– Кто? Зачем? Какой был повод? Враги?

– Не знаю. Мотивы пока неизвестны. Возможно, взрыв был связан с недавним покушением на моих жен, – так же коротко и емко отвечал Никита.

– Так-так, – нахмурился Анислав Радиславич. – Я наслышан о том, что произошло в Вологде… По своим каналам, Никита Анатольевич… не глядите на меня подозрительно. Давайте поступим так. Раз магическая составляющая взрыва отсутствует, мне здесь остается лишь проверить аурные следы исполнителей. Вот они-то как раз и есть. Я тогда вызову вас для беседы попозже или можно встретиться наедине в ином месте, а сейчас придется дать показания следователю из местного отделения. Но прежде всего…

Хованский понизил голос, наклонившись к его уху:

– Вы сами-то что видели?

– Ничего подозрительного, кроме грузовика муниципальных служб, – ответил Никита. – Двое рабочих как раз закончили уборку вдоль стоянки.

– Вы запомнили их? – вцепился в многострадальный рукав пальто волхв-следователь.

– Они были далековато, и лиц не видел. Номер машины скажу…

– Отлично, – записав нужные данные, Хованский повеселел. – Авось и раскопаем что-нибудь.

Через четверть часа, выяснив обстоятельства происшествия, Анислав Радиславич попрощался, сел в свой голубой «рено-соболь» и умчался по заблокированной Садовой, не обращая внимания на прибывающие полицейские экипажи. Никита дал показания раздувающемуся от осознания собственной важности молодому следователю в форменном темно-синем пальто с серебряными позументами на рукавах. Узнав фамилию Никиты, оживился и словно ненароком обронил, что видел в Сети записи его дуэли с княжичем Шереметевым. Восхищен, ошеломлен и очарован волшебством боевого искусства.

Все же государев человек соображал быстро. Он тщательно выспрашивал, с кем барон Назаров в последнее время конфликтовал, нет ли у него версий, кто мог этой демонстрацией взрыва запугать Никиту. Имена недоброжелателей, а может, и врагов.

– Не имею понятия, – пожал плечами волхв, разглядывая суету на улице. Ему было интересно, где сейчас Шишин. Неужели тому претило любопытство, что здесь произошло? Или заранее знал? Проконтролировал исполнение, и пользуясь паникой, тихо ушел? Ага, Олег подумал о том же, находится неподалеку от «Летучей мыши», совершенно не пострадавшей от взрыва. Его синяя куртка мелькает между деревьями. Потайник знает свое дело туго. Да и не нужен он сейчас здесь.

– Но такого не бывает, – едва ли не обиженно произнес следователь. – У любого преступления есть мотив. Даже у бытового. На глазах десятков прохожих демонстративно взорвали машину, принадлежащую дворянину, барону. Происшествие всяко-разно возьмут на контроль. Нам придется плотно общаться.

– Господин…

– Буянов Козьма Иванович, – представился молодой чиновник.

– Господин Буянов, я сейчас не в состоянии что-либо сказать, – Никита с сожалеющей улыбкой развел руками. – Сами понимаете, что я чувствую. Машину разнесло вдребезги. Сядь я в нее парой минут раньше… Дрожь по телу пробегает.

– Понимаю, господин барон. Может, вы заглянете в следственный отдел завтра, когда отдохнете и придете в себя? Вдруг что-то вспомните в спокойной обстановке, всплывут какие-то имена.

– Обязательно. Так и сделаю, – Никита распрощался с Буяновым и пересек дорогу, которая усилиями полиции стала постепенно пустеть. Жертв не было, и обыватели поспешили поскорее разойтись, чтобы не попасть под бдительное око правоохранительного механизма.

Полозов ждал его за углом дома, выходящего на перекресток. Одна из улиц вела к особняку Воронцовых, и Никита подумал, не заглянуть ли в гости, но потом отбросил эту мысль. Он достал телефон и набрал номер Слона.

– Бери внедорожник и живо дуй ко мне, – приказал Никита. Посмотрел на табличку с указанием улицы и назвал адрес. – Давай, не задерживайся.

Аппарат исчез в кармане испорченного пальто.

– Что скажешь? – поинтересовался он у Полозова.

– Шишина я не увидел, – ответил Олег. – Видать, ушел в момент паники. Говорю же, странный тип. Может, это все-таки Трейтер? Больно уж метод нарочито показательный, дерзкий и безобразный.

Никита покачал головой. Он не думал, что откровенная демонстрация покушения на его жизнь поднимет в его душе разноречивую бурю чувств. Впервые удар оказался столь акцентированным, и вряд ли неизвестный враг ограничится взорванной машиной. Страшно не было, но в животе образовался неприятный ледяной ком и мешал дышать полной грудью. Чтобы сбросить это наваждение, Никита сказал, глядя на мелькающие мимо них машины и прохожих:

– Торгашей исключать не будем, хотя мотив совершенно не понятен. Больше подозреваю Бельских. Князь Олег мог испугаться, что я нарыл компрометирующие материалы на их делишки в Новохолмогорске. А Бельские связаны с Шереметевыми.

– Полагаешь, заказчик – князь Шереметев?

– Нет у него явных причин для моего устранения. Остается Ордо Маллеус. Паучье гнездо не выжгли дотла, вот и ожили, вспомнили, кто является виновником всех их бед.

По Садовой, отчаянно сигналя и лавируя между плетущимися автомобилями – возле места взрыва до сих пор наблюдался затор – промчался черный микроавтобус с броской красной надписью «Столичные новости 24».

– Стервятники прилетели, – усмехнулся Полозов.

– Запоздали ребята, – отрешенно ответил Никита, не обращая внимания на взгляды прохожих. Он даже забыл про испорченное пальто, глубоко погрузившись в свои мысли.

– Ты как? – Олег заволновался. Таким он никогда парня не видел.

– В порядке, – кивнул Никита, оживая. – Надо девчонкам позвонить, чтобы первыми от меня узнали, что произошло. А то наслушаются новостей, сюда примчатся. Вот я всегда поражался, откуда борзописцы узнают детали, о которых полиция не распространяется. Зуб даю, через час моя фамилия уже будет мелькать на первых полосах.

– Журналист сродни разведчику, – усмехнулся Полозов. – Только одна существенная разница. Разведчик пять раз перепроверит данные, а щелкоперы мгновенно стараются тиснуть полученную информацию ради прибыли.

– Разумно, – Никита усмехнулся, вспомнив одного газетчика, публиковавшего фотографии, взбесившие Меньшиковых. Тогда пришлось провести профилактическую беседу, чтобы угомонился. – Нужно найти спокойное место, чтобы позвонить.

На другой стороне улицы сверкал витринами торговый центр, занявший весь первый этаж жилого дома. Оттуда можно было легко наблюдать за разворачивающимися событиями на Садовой, так как дом плавно закруглялся и часть его шла именно по этой улице.

В гулком и огромном холле торгового центра хватало уединенных мест для отдыха, несмотря на суету среди посетителей, встревоженных взрывом. Оставив Олега встречать Слона, Никита прошел мимо миниатюрного фонтанчика в дальний угол, сел на мягкую банкетку и еще раз прокрутил в голове версии, которые должны были хоть как-то объяснить случившееся. Потом вздохнул, собираясь с мыслями, и нажал на номер Тамары. Жена откликнулась сразу же, как будто ожидала его звонка.

– Привет, солнышко! – бодро произнес Никита. – Как у вас дела? Не скучаете?

– Я всегда скучаю, когда тебя нет дома, – вздохнула Тамара. – Боюсь, придется ждать старости, чтобы ты никуда больше не бегал от нас.

– Зачем так пессимистично? – рассмеялся волхв. – Это произойдет гораздо раньше.

– Буду надеяться, – последовал новый вздох.

– Отец из Устюга не звонил?

– Звонил. Рассказал, что беседовал с Иваном Бельским, и пришел к выводу о его непричастности к покушению на меня с Дашей.

– Ну… Об этом я догадывался уже давно. Борецкого поймали?

– Да, – неожиданно для него ответила Тамара. – Только я не знаю всех подробностей. Папа был очень обрадован, но посвящать меня в детали не стал. Сказал, вернется в Вологду, все расскажет.

– О, как! Быстро сработали! – не удивился Никита.

Хм, все-таки у Меньшиковых хваткие волкодавы. Сумели найти атамана и повязать его. Никита просчитывал такой вариант и подготовился к нему загодя. Борецкий расскажет только то, что хочет знать Великий князь. Со стертой памятью, которая вместила в себя встречу и беседу с Никитой, много не наговоришь. И даже ментальное воздействие не сможет восстановить причинно-следственные связи в «заснувших» клетках головного мозга.

– Что ж, поздравь Константина Михайловича с успехом. Только передай ему, чтобы до смерти Борецкого не запытал.

– Никита! – возмущенно воскликнула жена. – Ты иногда несносен! Слушай, у тебя ведь что-то случилось! Я по твоему голосу чувствую.

– Милая, – теперь пришла очередь Никиты вздыхать. – Несколько минут назад я потерял «бриллиант». Машину взорвали на стоянке, когда я встречался с человеком Трейтера.

– Взорвали… Что? О, боги! Никита, дорогой, ты в порядке? – из динамика ощутимо дыхнуло магическими завихрениями. Даже здесь волхв почувствовал вспыхнувшую тревогу супруги. «Кольчужка» завибрировала, уловив тревогу человека, ставившего ее.

– Жив-здоров благодаря тебе, моя валькирия. Как будто что-то удержало на месте; а вот пальто испортил, когда падал на асфальт. Сядь я на пару минут раньше в машину, уже с родными в Небесных Чертогах встречался бы.

– Никита, милый! Никогда не говори мне больше такого! – вдруг всхлипнула Тамара. – Иначе… иначе не знаю, что с тобой сделаю! Если погибнешь – домой не возвращайся!

– Ну вот, твоя безупречная логика начала хромать, – пошутил волхв и услышал сердитое сопение. Улыбнулся. – Все нормально. Придется, конечно, побеседовать с полицией, кое-что выяснить.

– Тебя сегодня ждать дома?

– Не знаю, солнышко. Если господин Хмеловский найдет что-нибудь интересное, придется плотно поработать, оставаясь в Петербурге.

– Получается, нас решили уничтожить? – напряженным голосом спросила Тамара. – Это война?

– Не делай поспешных выводов, – предупредил Никита. – Если и война, то с кем? Не вижу заказчика. Сплошной туман. Ну все, заканчиваю. Сейчас позвоню Антону и дам указания. Не высовывайте из дому свои прелестные носики. Сидеть тихо, но быть готовым к любому повороту. При критической ситуации знаешь, что делать.

– Поняла, – голос Тамары окреп. – Детей через портал в первую очередь…

– И не геройствуйте. В «Гнезде» есть люди, которые займутся этим лучше, чем вы.

Они попрощались друг с другом, и Никита тут же переключился на Шубина. Коротко обрисовал ситуацию и приказал перевести имение и поселок на усиленный режим охраны, подготовить семью и персонал к эвакуации в Петербург. Понимая, что Великий князь по возвращении захочет взять на себя ответственность и командовать чужими людьми, волхв попросил Антона не лезть в бутылку, но сразу же известить его.

Закинув телефон в карман пальто, Никита обратил внимание на подающего сигналы Полозова. Оказывается, подъехал Слон. Внедорожник стоял сразу у выхода, нервируя местного охранника, вздумавшего препираться с телохранителем. Оценив его габариты, решил не усугублять конфликт и предупредил о штрафе.

Никита с Олегом стремительно вышли из торгового центра, запрыгнули в машину.

– Трогай, – приказал волхв. – Езжай в сторону особняка Воронцовых, и прямо по Чернышеву переулку до набережной Фонтанки.

– Что случилось, Никита Анатольевич? – нахально вклиниваясь в автомобильный ряд, встревоженно спросил Слон. Его цепкий взгляд выхватил разорванный рукав дорогого пальто и мрачное лицо Полозова. – И где ваш «бриллиант»?

– Взорвали, – не скрывая от своего телохранителя произошедшее, бросил Никита, откинувшись на спинку заднего дивана. Не знающий его человек подумал бы, что молодой волхв замкнулся в себе, чудом избежав смерти, и теперь переживает. Он же пытался анализировать ситуацию, в голове мелькали десятки серьезных фамилий, которые могли ему помочь пролить свет на сложившуюся ситуацию. Уезжать в Мезень, когда за спиной зреет опасность, было крайне преждевременно. И столь же необходимо. Вот такой парадокс в выборе приоритетов.

– Взрыв на Садовой? – ошарашенно воскликнул Слон, не отвлекаясь от дороги, и даже притопил педаль газа. – То-то местное радио захлебывается сплошным потоком! Дескать, опять какие-то криминальные элементы занялись выяснением отношений.

– Мою фамилию не называли?

– Нет, хозяин.

Когда внедорожник выехал на набережную Фонтанки, запиликала мелодия звонка. Это был Хованский.

– Барон, – голос у следователя-мага был сухим и деловитым. – Я обещал вас держать в курсе дела. Вдруг поможете зацепиться за какую-нибудь ниточку. Только что обнаружили грузовик, который вы видели незадолго до взрыва. В муниципальном хозяйстве города он не числится. Номер поддельный, однако выяснить, чей это транспорт, не составило труда. В общем, его приобрели в Гатчине через фиктивного покупателя. Номер поменяли, вероятнее всего, незадолго до взрыва. Обычная предосторожность злодеев.

– А исполнители?

– Пока не нашли. Получается, их трое. Камеры на Садовой дали не самый лучший результат. Лица размыты, но все равно пытаемся улучшить изображение. Появились у вас версии?

– Ордо Маллеус, – честно ответил Никита. – На них думаю, но это не окончательно.

– Хм, папская магическая инквизиция? Неожиданно. А какой мотив?

– Вам придется обратиться к Житину.

– А Самуил Петрович здесь при чем?

– Анислав Радиславич, это засекреченная информация, ничего не могу сказать. Но в вашем случае Житин пойдет навстречу.

– Хорошо, постараюсь уже сегодня с ним встретиться. Подкиньте еще идей, Никита Анатольевич.

Говорить про встречу с безопасником Трейтера Никита не хотел. Пока. Ему нужно первому выйти на след исполнителей, иначе потом Меньшиковы просто отодвинут его в сторону и загубят дело. Увы, государственная машина работает по иным лекалам, а Никита хочет покарать противника одним ударом. По кону, как и положено. Кровь за кровь.

– Сожалею, иных пока нет. Я сейчас в дороге, не могу сосредоточиться. Что с моей машиной?

– Ее заберут на криминалистическую и магическую экспертизу. Результат будет через несколько дней, не раньше. Но уже известно, что под машину заложили обыкновенную взрывчатку. Магией и не пахнет. Скорее всего, заказчик хорошо знает ваши возможности, господин барон, и предпочел не рисковать. Остается вопрос: взрывали намеренно без вас или вышла ошибка в расчетах? И почему вы были без сопровождения? В вашем статусе нельзя так безответственно относиться к собственной безопасности. Находись в машине водитель, никто бы к ней и близко не подошел.

Никита признался, что Хованский прав. Нельзя оставлять машину в одиночестве, но это всего лишь осторожность, не более. Вопрос в другом. Почему именно сейчас пошли акции одна за другой? Уже на более высоком уровне, направленные на него и жен. Причем, без похищений и угроз. Может, «Лотос» под шумок активизировался?

– Анислав Радиславич, пока мы беседовали, мысль в голову пришла. Нужно прощупать каналы по китайским триадам.

– Ну вот, а говорите – нет версий, – усмехнулся Хованский. – А я ведь недаром историю с вашей молодой родственницей вспомнил. Манера исполнения схожая. Дерзко, нахально, с полным пренебрежением к жизням обывателей. Будем работать.

– Я с китайцами заключил негласный договор, они его не нарушат, – предупредил Никита.

– Вы так верите в азиатское слово? – усмехнулся следователь. – Они же ваши враги.

– С врагом тоже можно заключить перемирие на особых условиях. Мы дали друг другу слово, и поверьте, триада не нарушит его.

– Мне бы вашу уверенность.

– Понимаете, Анислав Радиславич, я продемонстрировал аргументы, которые серьезно осложнят жизнь верхушке «Лотоса», если они меня обманут. Да и я тоже не бессмертный, дали мне понять. Зачем нам нарушать паритет? Разошлись довольные друг другом.