Текст книги "Стратагемы заговорщика (СИ)"

Автор книги: Тимофей Щербинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 25 страниц)

Горький пепел победы

Ледяная Цитадель, самая древняя твердыня Ордена Стражей, пала за три дня. Стоя на гребне закопчённой стены, сложенной из обсидиановых блоков, Айсин Тукуур угрюмо глядел, как во внутренний двор верхом на каменном льве въезжает генерал Тагар. Гладкое белое тело волшебного зверя, покрытое затейливыми голубыми узорами, напоминало хрупкую фарфоровую статуэтку, но шаман знал, что оно крепче стали. С тех пор, как на древнем Святилище засиял звёздный огонь, древние боевые звери вновь стали послушны людям, и всё больше их выходило из лесов, чтобы присоединиться к победоносной армии Лазурного Дракона.

Возвращение Смотрящего-в-ночь в горную столицу не было похоже на триумфальное шествие, но, благодаря предусмотрительности сякюсэнского тысяченачальника и командиров крепостей на перевалах, не стало оно и ожесточённой схваткой. Вести о баянгольском разгроме достигли Ледяной Цитадели слишком поздно, чтобы Стражи успели перехватить кортеж Прозорливого, да и Изумрудное Плато мало походило на заросшее джунглями побережье. Изрезанные оврагами и ущельями альпийские луга давали простор и укрытие, а верные правителю горцы-проводники знали, как обмануть соглядатаев Ордена. И пусть привыкшим к роскоши и покою наместникам прибрежных городов тяжело давались ночёвки в войлочных юртах, им всем придавало сил ожидание чуда. Впервые за девять воплощений Смотрящий-в-ночь намеревался войти в древнее Святилище, чтобы говорить с Драконом лицом к лицу.

В тот день Тукуур так и не решился вступить под своды рукотворной скалы. Стоя на стене внутреннего города в том самом месте, где когда-то Дарсен Тагар любовался закатом, шаман смотрел в подзорную трубу, как раскрываются узорчатые двери перед Иланой. Расчёт знатока церемоний оказался верен. Святилище узнало древнюю кровь жрецов Толона, а голос светоча заставил его двери открыться. С замиранием сердца Айсин Тукуур глядел, как тоненькой струйкой вползает в ворота свита Прозорливого. Он мог лишь воображать великолепие сияющих коридоров. Рисовать в уме, как растворяется в янтарной колонне шар-светоч, и из его сапфировой сердцевины появляется росток. Как этот росток пронзает тело колонны, встречается с оплавленной громадой Упавшей Звезды, и слепящий свет нерва Безликого меркнет. Глубокая синева заполняет колонну, и в ней, как в небе после заката, одна за другой зажигаются незнакомые звёзды.

Потом, слушая рассказы других, шаман мог удивляться точности своих мыслей, но воображаемое не становилось реальным. Он не видел картины. Но в тот момент, когда рухнули оковы Дракона, Тукуур и его соратники услышали Голос. Голос, дарящий надежду, зовущий к новым открытиям и новым битвам. Одним своим звуком вознаграждающий верных и карающий нечестивых. И когда от Голоса осталось лишь эхо, три сотни Совиных Масок, две сотни Снежных Барсов и сотня Сокольничих, не сговариваясь и не ожидая приказа выступили на штурм Ледяной Цитадели. Их вёл на священную битву сам Последний Судья, и Тукуур, Его верный пристав, шёл во главе колонны. Он не чувствовал ни страха, ни жалости – только цель. Голос Дракона согревал сердца его воинов, а души врагов наполнял леденящим ужасом.

Теперь в сердце Айсин Тукуура осталась только звенящая пустота и смертельная усталость. Вместо того, чтобы спешить навстречу командующему, он тупо разглядывал тонкий порез на правом плече. Пустячная рана, из которой едва сочилась кровь. Но короткий меч, которым её нанесли, сиял янтарным светом Безликого, и он лишил жизни обоих питомцев-связных так же бесповоротно, как сам Тукуур меньше месяца назад убил Улан Холома.

"Знайте, что вы разрушили будущее своих детей, и детей их детей".

Тукуур тряхнул головой и медленно побрёл вниз по ступеням, осторожно касаясь правой ладонью гладкой стены. Дарсен Тагар уже спешился, его лев пронзал шаман взглядом льдисто-голубых глаз.

– Прорицатель, – приветствовал шамана генерал.

– Нохор Тагар, – слабым голосом отозвался преемник Улагай Дамдина.

Обновлённое Светило вставало из-за спины командующего. Тукуур зажмурился, подставив утренним лучам измождённое лицо.

– Всё самоуправствуете, прорицатель, – доброжелательно усмехнулся Дарсен Тагар. – Как Вы там говорили? Не успокоитесь, пока не повергнете в пыль врагов справедливости? Могли бы ради приличия дождаться приказа!

– Простите, командующий, – устало ответил шаман. – Я слышал Голос, как и все эти воины. Если бы я промедлил, они ушли бы без меня.

Генерал рассмеялся.

– Вы меня удивили, прорицатель! Ожидал от Вас чего угодно кроме извинений! Ведь, как говорится, победителей не судят! Такой короткий срок, такие малые потери… Как Вам удалось?

"Тогда Святилище станет ярким маяком во мраке неведения, и способные ясно услышат волю Дракона, а прочим откроется путь в земли, ранее недоступные человеку".

– Всё просто, нохор Тагар. Они тоже слышали Голос и восстали. Ученики против мастеров, солдаты против офицеров. Когда мы пришли к стенам крепости, она уже горела. Нам осталось только довершить начатое. Это крах Ордена, генерал. Я ждал, что восстанут скованные незримыми веригами, но Голос Дракона оказался намного громче. Намного, намного громче…

Шаман умолк, погрузившись в раздумья.

– Могло ли это коснуться хамелеонов? – спросил Тагар.

– Пути народа волн мне неизвестны, – покачал головой Тукуур.

– В любом случае, – воодушевлённо сказал генерал, – это поможет нам вернуть утраченные земли! Я уверен, билгэ Илана сможет к середине засухи освободить Бириистэн. Она ведь обещала спасти Ваших родителей из рук Ордена!

"Хорошо, что твои родители не видят, чем ты стал…"

– Я… буду молиться за её успех, – пробормотал знаток церемоний.

– Сыновняя почтительность творит чудеса, билгор Тукуур! – ободряюще воскликнул Тагар. – Посмотрите, как много Вы сделали: сокрушили Орден, дали нам слышать волю Дракона… И всё из любви к родителям! Просто невероятно!

Тукуур молча смотрел на командующего гвардией, недоумевая, куда делся суровый, вечно недовольный, не скупящийся на едкий сарказм Дарсен Тагар. Неужели Голос преобразил его так же, как факельщиков Ордена? Или, вдруг догадался шаман, генерал попросту боится его, человека, приведшего в движение колесо истории. Колдуна, повелевающего смертоносными клинками. Командира, за три дня спалившего дотла неприступную Ледяную Цитадель. Ведь только сам шаман понимал, что он – всего лишь щепка, попавшая в бурный поток, от которой теперь не зависит ровным счётом ничего. Для приближённых Прозорливого он был человеком, вернувшим страну в эпоху легенд. Подлинным избранником и пророком Дракона, который в любой момент мог бросить вызов власти Смотрящего-в-ночь. Тукуур был опасен, и поэтому ему дружелюбно, на грани подобострастия, улыбались в лицо, лихорадочно соображая, где взять подходящий кинжал. Жизнь Дамдина оборвало горное стекло. Что убьёт его преемника? Синяя киноварь? Смерть-меч? Полсотни бочек пороха? Может, Тукуура сдержит шёлковый шнур, готовый в любой момент сдавить горло его отца или матери?

"Всё из любви к родителям", – повторил про себя Тукуур, сдерживая горький смех. Перед его глазами сами собой всплыли строки орденской летописи:

Мы вернулись к тому, с чего начали,

В стенах крепости, сложенной изо льда,

Рядом с проклятой святыней,

Где бьются в вечном диссонансе сердца двух богов.

Его жизнь описала полный круг и вернулась в исходную точку. Неужели он должен будет повторить всё это, теряя друзей и врагов, знакомых и незнакомых? Или, всё же, есть выход? Шаман снова вспомнил тёплую ночь в Баянголе, далёкие звёзды над головой и голос посланницы. «Пусть дорога сновидений приведёт тебя к мечте».

– Дар Алам, Врата Мира, – едва слышно прошептал он.

– Что, простите? – нахмурился генерал.

Прежний Дарсен Тагар на мгновение вынырнул из-за слащавой маски, словно черепаха из покрытого ряской озера. Вынырнул, вдохнул, и спрятался обратно.

– Сегодня Голос вдохновляет нас, и мы думаем, что победили, – громче ответил Тукуур. – Но это не так. Мы только выбрали сторону, но почти ничего не знаем о других сторонах. Кто наши враги и есть ли у нас друзья? Как устроен этот мир? Чего нам бояться и к чему готовиться? Орден уничтожил все записи, которые могли бы нам помочь, а переписанные им священные книги бесполезны.

Командующий гвардией удивлённо посмотрел на прорицателя. Похоже, он рано записал Тукуура в обширную когорту мистиков, способных думать только о древних тайнах.

– Я полагал, что, услышав подобные слова из моих уст, Вы назвали бы их ересью, – проворчал он. – И вот, вы произносите их сами. Я не дерзну осуждать избранника Дракона, и поэтому спрашиваю: что Вы предлагаете?

– Перед пробуждением духов в Баянголе посланница открыла мне тайну. Каждый осколок Дракона или нерв Безликого в определённом смысле подобен свече. Там, куда достигает их свет, могут жить люди. Вне этого круга выживают только хамелеоны и, возможно, какие-то существа, о которых они нам не рассказывают. Разрушив оковы Дракона в Святилище мы позволили его осколку сиять так, что это видно даже человеческому взгляду.

– Значит, сделав свет ярче, мы расширили круг, – быстро понял генерал.

– Верно. Теперь появляется шанс, что этот круг сомкнётся с другим кругом. И раз уж Святилище стоит на западной границе Удела Духов, нам следует искать точку пересечения на западе, за Гребнем Дракона. Я буду просить у Прозорливого разрешения отправиться в экспедицию. Перейдя через горы, мы, как минимум, откроем пригодные для жизни области размером чуть меньше нашей страны. Если же нам повезёт…

Взгляд прорицателя затуманился, и на его губах промелькнула грустная улыбка.

– Вы не просто оцениваете шансы, – догадался генерал. – Вы хотите найти что-то определённое.

Улыбка Тукуура стала ярче.

– Белый город с мозаичными куполами, – тихо ответил он. – Последний подарок посланницы. Имя, которое сохраняет мой рассудок во сне. Дар Алам.

Глоссарий

Безликий – уничижительное имя древнего божества, которому полонялись люди Толона и подчинённых ему городов до завоевания этих земель Смотрящим-в-ночь. Сами Толонцы называют его Великим Певцом. Ассоциируется с культами священных деревьев, охоты и плодородия.

Билгор – горск. «мудрец», вежливое обращение к гражданскому шаману-чиновнику.

Великий Дракон, он же Лазурный Дракон, Последний Судья – божество жителей Баянгола и горцев Изумрудного Плато, вечный враг Безликого. В мифологии горцев повелевает ледниками и снегопадами, устанавливая времена года и даря своим почитателям мягкую зиму и обилие воды летом. Под влиянием проповедника из Баянгола, известного как Тринадцатый Смотрящий-в-ночь, приобрёл черты покровителя государственной власти и судьи загробного мира.

Васанг – лиственное растение со смолистой древесиной, из которой изготавливают ритуальные благовония, лекарства. Дымом васанговых лучин окуривают коконы шелкопрядов, чтобы защитить их от паразитов. Из-за большой ценности дощечки из васанговой древесины с клеймом Смотрящего-в-ночь выполняют роль монет. Клеймление дощечек является привилегией баянгольского Святилища. Самовольное выращивание и ввоз дикорастущего васанга с островов караются смертью.

Вака – крупные птицы с разноцветным оперением и большими клювами, которыми они разгрызают твёрдые семена. Прекрасно ориентируются на местности и привязываются к месту постоянного гнездовья, благодаря чему хороши в качестве почтовых птиц.

Гранильщики – учителя в школах шаманов-чиновников, преподающие «дисциплины мудрости», т. е. науки, не связанные с войной.

Громовержец – гневный покровитель воинов в пантеоне мохнатых островитян. После завоевания островов Смотрящим-в-ночь был введен в пантеон Удела Духов. По легендам островитян, Громовержец с грохотом колотит своей алмазной палицей по облакам, выбивая из них дождь. Богословы Прозорливого смогли увязать это с краткой строчкой «четвёртый же повелевал молниями», назвав Громовержца одним из четырёх Посланников Дракона.

Добдобы – храмовые стражи, следящие также за общественным порядком в подчинённом их Святилищу городе. Подчиняются духовному наставнику Святилища.

Добан – раскидистое дерево, дающее хорошую тень. Часто используется в декоративных целях.

Законоучитель – правитель провинции, духовный наставник главного Святилища и глава школы чиновников.

Залгиур – мера длины, примерно равная длине средней фаланги указательного пальца – 1 китайский цунь или 3,3 сантиметра.

Звёздный Купол – главный храм Толона, превращённый Орденом в библиотеку и хранилище редкостей. Иногда также именуется Срединной Цитаделью.

Зеркало души – пластина из дерева, кости, металла или поделочного камня (в зависимости от ранга чиновника), на которой испытанный властями мастер вырезает портрет и краткую информацию о владельце – имя, ранг, титул и должность чиновника. Является основным документом, подтверждающим личность и полномочия соратника Прозорливого. Дополнительные знаки власти – перстни и обреги – не действительны без предъявления «зеркала души». Название восходит к трудному для понимания пассажу «Воли Дракона»: «Кто стремится быть слугой Последнего Судьи, да будет введён в место тайны, и там увидит отражение собственной души и узнает свой путь. Идущий по пути справедливости обретёт там бессмертного наставника…»

Избранники Дракона – четыре выпускника школы шаманов-чиновников (по числу Посланников Дракона и сторон света), набравших высшие баллы на экзамене. Такие люди становятся на ранг выше своих соучеников и направляются для службы в столицы других провинций. Прочие ученики могут выбрать город или посёлок собственной провинции, но не свой родной город. Служить в своём городе могут только чиновники, удержанные в чрезвычайном порядке наместником провинции. Обычно право удержания применяется во время осады или эпидемии при критической нехватке кадров.

Кабкабы – деревянная подошва-платформа, которую в сезон дождей подвязывают к плетёным сандалиям, чтобы не промочить ноги.

Книгохранитель – служитель Ордена Стражей, обученный обращению с древними манускриптами и другими носителями информации. Не следует путать с мастером-книгохранителем – членом совета Цитадели, ответственным за соблюдение тайны, разведку и обучение новых братьев Ордена.

Незримые вериги – симбионты человека, похожие на полоску чешуйчатой кожи. Способны срастаться с телом человека, объединяясь с его нервной системой. Образуют устойчивые пары. Если пару разделить между двумя людьми, можно добиться эмоциональной и волевой связи между ними. Используются Орденом для контроля и индоктринации воспитанников, их существование сохраняется Стражами в строгой тайне.

Нохор – горск. «воин», вежливое обращение к военному шаману-чиновнику.

Орден Стражей – военно-политическая организация, традиции которой уходят в эпоху до Падения Звёзд. Став в удачный момент опорой власти Прозорливого, Орден быстро взял на себя функции просвещения и вероучительного надзора, искореняя как приверженцев культа Безликого, так и недовольных его усилением жрецов Дракона. Романтический ореол защитников народа от колдовства и древних боевых чудовищ дал Ордену немало сторонников среди жителей джунглей и нагорья.

Островитяне, также мохнатые, народ листвы – человекоподобные обитатели ближнего архипелага. Покрыты рыжей шерстью, отлично лазают по деревьям. Лица широкие, безволосые, с развитыми щёчными мешками. Есть также горловой мешок, с помощью которого островитяне издают сложные трели для общения на расстоянии. При близком общении предпочитают язык жестов. После захвата островов многие мохнатые попали в рабство к людям. Некоторые из новых хозяев сумели заслужить уважение и преданность этих существ. Телохранители-вольноотпущенники, преданные новой человеческой семье, нередко встречаются в городах побережья.

Пернатый бегун – крупная нелетающая птица, которую используют в курьерской почте. С лёгким наездником на ровной дороге птица может поддерживать скорость до 80 км/ч в течение почти трёх часов.

Плавильщики – учителя в школах шаманов-чиновников, преподающие «дисциплины доблести», т. е. боевые искусства, тактику и военные прорицания.

Соратники – сокращённое от «соратники Прозорливого», общее название шаманов-чиновников Удела Духов.

Сургуль – школа для шаманов-чиновников. Учителя школ и их программы регулярно проверяются Орденом Стражей.

Таванг – лекарственное растение, порошок листьев которого оказывает тонизирующее действие на организм и обостряет чувства.

Факельщики – боевое крыло Ордена Стражей. Дисциплинированные бойцы, помогающие испытанным братьям проводить дознание и сражаться с боевыми чудовищами.

Хамелеоны – разговорное название похожих на людей разумных существ, способных надолго задерживать дыхание под водой. В этом им помогают кожистые заслонки, закрывающие ноздри между вдохом и выдохом, как у тюленей. Люди волн высокие, худые, лишённые волос, с перепонками между пальцев. Их кожа способна менять цвет, подстраиваясь под окружающую местность, отсюда и название.

Цитадели – укреплённые опорные пункты Ордена Стражей, где проходят подготовку его воспитанники. Всего цитаделей три – Ледяная в горах недалеко от столицы, Срединная в Толоне и Прибрежная на острове Гэрэл.

Шаманы – чиновники Прозорливого называют себя так по старой традиции, хотя давно представляют собой институционализированное жречество, отправляющее множество сложных ритуалов, действенность которых не зависит от личности исполнителя. Те, кто настаивает на личном общении с духами, усилиями Ордена получили клеймо опасных радикалов. Те, кто общается с ними на деле, рискуют привлечь внимание факельщиков.

Яган – струнный инструмент, подобный цитре или гуциню.

Пять четвёрок

(наименования лет по группам первоэлементов):

Земля: Мышь, Свинья, Буйвол, Бегун.

Огонь: Обезьяна, Лис, Тигр, Вака.

Металл: Броненосец, Панголин, Крокодил, Феникс.

Воздух: Белка-летяга, Шерстокрыл, Стрекоза, Сокол.

Вода: Дельфин, Черепаха, Краб, Чайка.

Кратко о государственном устройстве

Удел Духов на первый взгляд кажется теократической монархией, во главе которой стоит окружённая ореолом мифов фигура Смотрящего-в-ночь – великого шамана, избранника духов. Однако формально правителем Удела является Великий Лазурный Дракон – повелитель Верхнего Мира, самый могущественный из благих духов-защитников людей. Смотрящий-в-ночь обладает полнотой власти на земле лишь постольку, поскольку с ним говорит Дракон. Способности Жамцена, первого Смотрящего-в-ночь, согласно преданиям, были настолько очевидными и впечатляющими, что ни у кого не возникало сомнений и разногласий. Но перед смертью Жамцен пообещал возвращаться из мира духов «до тех пор, пока люди не станут в мудрости равны духам». Искать ребёнка, в котором он воплотится, Первый завещал троим ближайшим соратникам. Им же он сообщил тайные признаки, которыми они должны руководствоваться.

По причинам, которые остаются предметом теологических споров, со времени Жамцена ни один из шаманов не мог явным образом установить контакт с тем Миром Духов, о котором говорил Первый. Всё, что было у троих старших соратников (со временем они получили титулы «хранители заветов» и «три украшения престола») – довольно туманный перечень качеств, записанный со слов умирающего. От избытка честности или как результат политического расчёта, трое советников сразу же заявили о своём несовершенстве и способности ошибаться. Это дало им пространство для манёвра.

Хранители заветов находят ребёнка, обладающего нужными качествами. Они интерпретируют список Первого в силу своей мудрости. Они же обучают ребёнка и готовят его к роли правителя. Формально он будет обладать полнотой власти как воплощение Жамцена. Фактически же, если он захочет кардинально изменить что-то в устройстве страны или пойдёт против Хранителей, они тут же публично объявят о том, что ошиблись и свергнут «лже-шамана».

Шаманы, говорящие от имени младших духов, слуг и союзников Дракона, называются соратниками Прозорливого и помогают ему в управлении государством. Закон позволяет любому человеку пройти обучение в сургуле – школе для шаманов-чиновников. На практике только достаточно богатые или хорошо образованные родители могут подготовить своих детей ко вступительным экзаменам и привезти их в столицу своей провинции.

Ученики сургуля на третьем году обучения выбирают путь. На пути доблести наставники, именуемые плавильщиками, готовят будущих офицеров армии Дракона. Те, кто выбрал этот путь, могут стать оружейными наставниками (специалистами по тактике и применению вооружений) или военными прорицателями (логистика, снабжение, планирование сражений). На пути мудрости учителя-гранильщики готовят гражданских чиновников. Идущие по нему становятся знатоками церемоний (ритуалы, история, законы духовные и светские, суд и следствие), внешней гармонии (архитектура, финансы, инженерное дело) или внутренней гармонии (медицина).

Кандидатов в шаманы тщательно проверяют воинствующие монахи из Ордена Стражей, призванные защищать страну от древних боевых чудовищ и колдунов, способных их пробуждать. Если ребёнок проявляет колдовские способности, но искренне верит Смотрящему-в-ночь, ему могут разрешить обучение, но после выпускного экзамена он обязан присоединиться к Ордену. Многие знатные шаманы сами выявляют такие признаки у своих детей и заранее отдают их в цитадели Ордена на воспитание.