Текст книги "Многоликий Янус (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 44 страниц)

Глава 14. Упс!

Едва оказавшись во дворе барской усадьбы, меня окружили всевозможные запахи и звуки деревенской жизни. Левее, из дощатого сарая, до меня доносилось деловитое квохтание курочек и клёкот индюков. С правой стороны от ворот, блестела под лучами солнца гладь небольшого пруда, заросшего камышом и рогозом, оттуда доносилось довольное кряканье. Но громче всего, было слышно ржание коней. Создавалось впечатление, что мы приехали на конезавод. На этот звук мы с Вильямом и ехали.

Но вот, закончились хозяйственные постройки, и перед нами открылся вид на большой сад, чем-то напоминавший, сад около замка. Так и казалось, что сейчас деревья расступятся, и я увижу деревянный дом Вильяма. Но, когда мы доехали до конца сада, то я просто ахнула! Настолько красив, оказался этот дом вблизи.

Когда я была маленькой, кто-то из маминых друзей, подарил мне кукольный домик. Не помню, сколько у него было этажей, но своим нежно розовым с белым, цветом, большими окнами с тонкими резными наличниками, и изящной фигурной крышей, он очень походил на этот настоящий большой дом.

Конь Вильяма остановился, парень ловко спрыгнул вниз и поднял руки вверх, готовый меня ловить. Я зажмурилась, и сползла с лошади прямо ему в объятия. Мысленно ойкнув, я прислушалась к своим ощущениям в голове. Тишина. Видимо, этот невольный контакт с её женихом, Ядвига не посчитала непристойным.

– Ядвига, – обратился ко мне мужчина.

Я же рассеянно заморгала, пытаясь разобраться, к кому именно он обращается. И, честно говоря, даже подумала, не грозит ли всё это мне в будущем, раздвоением личности.

– Пойдём в дом, я тебя пока оставлю с Глашей, а как закончу здесь свои дела, зайду за тобой.

– А это удобно? – усомнилась я, – графиня не заругает?

Вильям, откинув голову назад, громко засмеялся. Я невольно засмотрелась на этого яркого, плечистого и высокого красавца.

– Так, Яна, стоп! – мысленно осадила я себя. – Ты же вроде влюблена в князя Оливера Райли! Хотя, что в том, что в этом случае, тебе ни чего не светит! Конечно, я понимала, что Вильям любит Ядвигу и что он готов на ней хоть завтра жениться, но в тоже время, я знала, что не имею, ни какого морального права претендовать на её жениха. Тем более что сама Ядвига жива. Правда, об этом знала только я, и у нас с ней было одно тело на двоих. Так что в некотором роде, мы с ней были что-то вроде саамских близнецов, только сросшиеся не телами, а душами.

Моё самокопание, перебил звонкий женский голос:

– Вильям! Мальчик мой! Я ужо, заждалась тебя! Как же можно заставлять женщину ждать себя? – игриво пожурила моего спутника, довольно моложавая, фигуристая женщина. Про таких обычно говорят, «кровь с молоком». – Дорогой! Ну, что же ты, поспеши! Нельзя заставлять женщину так долго ждать! – И, подойдя к Вильяму вплотную, буквально упёрлась в него своей высокой, не менее пятого размера грудью.

Мгновенно, я почувствовала жгучую ревность. Кулаки не произвольно сжались, и я уж хотела, в привычной для себя манере, женщины двадцать первого века, высказать в глаза нахалке всё, что я думаю, о подобных ей переспелых красотках. Но тут, в моей голове пронеслось:

– Гадина! Она давно глаз положила на моего Вильяма! – прошипел голос Ядвиги.

– Кто это? – спросила я.

– Графиня Виктория Овердрайв, хозяйка этого имения.

Я внимательно посмотрела на женщину, продолжающую, как ни в чём не бывало, флиртовать с женихом Ядвиги.

И увидела высокую, фигуристую статную женщину, с внушительным бюстом, который практически вываливался из тесного лифа, пышного, красного с белой отделкой платья.

Лицо её носившее следы бурной молодости, в настоящее время, было сильно припудрено и нарумянено. Её карие глаза, были слегка раскосыми, что добавляло бы ей сходства с нежной ланью, если бы не их хищный блеск и похотливое выражение лица. Губы графини, были подведены розовым. Пышные, пергидрольно белые волосы, собранные в высокую причёску, дополняли облик хозяйки этого имения.

– И ведь ни чего и сделать, нельзя!

Вывел меня из задумчивости, грустный голос Ядвиги.

– Ну, как же так!? – также мысленно возмутилась я, прожигая дырку в затылке соблазнительницы. – А почему Вильям её на место не поставит?

– На место? Не поставит? Это как?

– Ну, не выскажет ей всё, и не напомнит, что он почти женат?

Голос в моей голове, грустно вздохнул. – Ты же знаешь, какие женщины бывают мстительные! А графиня…, женщина очень себялюбивая и она не простит того, что ею пренебрегли, посмели отказать. Она обязательно пожалуется графу Лариону Саян. Наговорит, что Вильям пытался её соблазнить, воспользоваться ею, беспомощной женщиной! И граф поверит именно ей! Так как давно влюблён в неё и уже не раз делал ей предложение.

– Дела…, – протянула я задумчиво.

А между тем, графиня, подхватив нашего с Ядвигой жениха, тянула его в направлении конюшни.

Перед глазами у меня, немедленно всплыли бесстыжие фрагменты из просмотренных в моей прошлой жизни фильмов, в которых имели место быть постельные сцены в конюшне, в стогу сена… Я помотала головой, отгоняя непрошеные видения. И, мысленно сказав, не то самой себе, не то Ядвиге, что мы всё равно не можем сейчас ни чего поделать, направилась в сторону крыльца господского дома. В данный момент, моей целью, было, найти таинственную девушку Глашу, и, осуществить, наконец, мой тайный план!

Зайдя в просторный холл, я огляделась. Много свободного места, широкие светлые окна, пара скамеечек на витых ножках, по всей видимости, в венецианском стиле и, широкая красная ковровая дорожка, ведущая вверх, по широкой лестнице, начинающейся по центру холла. Ну, так себе, просторно, светло, но пусто, без уюта. И, что самое интересное, ни-ко-го!

В моём представлении, в аристократических домах, у входной двери, подобно бессменному часовому, должен маячить пышно разодетый и важный швейцар. Но в этом доме, видимо, такими мелочами, как встреча гостей, не заморачивались. Не смотря на разные внешне дома, внутри, по всей видимости, они имели схожую планировку. Во всяком случае, пока мне показалось, именно так.

Посмотрев направо и налево, я увидела два коридора. Я задумалась, куда мне сначала пойти? Как вдруг, я поняла, что просто не могу оставить это просто так. Даже, если Вильям и не мой жених, то я просто обязана блюсти его для Ядвиги! Она на меня рассчитывает! Ведь если бы сейчас в этом теле, была она, а не я, вряд ли бы она так просто ушла, оставив своего мужчину с этой вертихвосткой! Круто развернувшись на пятках, я вылетела из дома, и, подобрав повыше юбку, помчалась в сторону конюшни.

Подбежав к широким деревянным воротам, я притормозила. Сердце билось, где-то в районе горла, а в правом боку сильно кололо. Первым моим порывом было открыть створку и ворваться внутрь, застав изменщика, с поличным. Но, рациональный ум женщины, всё, же допускал возможность моей ошибки, поэтому, чтобы не попасть в глупое положение, действовать нужно было осмотрительно и с холодной головой! А ну, как, я ошиблась!? Поэтому, невидимость и неслышимость, наше всё в деле шпионажа. Но, так как я сейчас дышала на манер, загнанной лошади, о неслышимости можно было бы забыть. Посмотрев на неплотно прикрытые ворота, я убедилась, что легко проскользну между створками.

Я отошла, в пышно цветущие кусты сирени, в изобилии росшие рядом с конюшней, я принялась медленно прохаживаться между ними, в ожидании, пока дыхание успокоится. Меду делом, вдыхая, просто божественный аромат этого чудесного кустарника! Краем сознания, удивляясь, почему такую красоту, не догадались посадить, например, под окнами спальни графини. А здесь она для чего? Чтобы запах конюшни маскировать?

Убедившись, что моё дыхание выровнялось, я высунула голову из кустов, огляделась. Вроде бы никого в зоне видимости не наблюдалось. Только собралась я сделать шаг, как почувствовала, как по моим ногам кто-то ползёт, вслед за этим, ощутила болезненный укус в ногу, потом ещё и ещё один. Тоненько взвизгнув, снова нырнула в кусты и, посмотрев вниз, увидела, как по юбке ползёт несколько муравьёв. Стряхнув насекомышей вниз, я приподняла подол платья и также стряхнула их со своих ног. Вернувшись, в предполагаемое место покушения, заметила между двумя кустами сирени, там, где я недавно потопталась, разворошённый муравейник. Обругав себя за невнимательность и потерянное время, поспешила к воротам конюшни, справедливо опасаясь, что могла уже сто раз опоздать.

Перед самыми воротами, я резко притормозила, с удивлением рассматривая плотно прикрытые створки! Судя по всему, я поспела как раз к самому интересному моменту. Сомнения вызывала лишь возможность, незаметно проникнуть внутрь, если вдруг створка ворот скрипнет в самый неподходящий момент. Тогда, я решила, не попадая в зону видимости, аккуратно приоткрыть ворота, и если вдруг, они издадут звук, смело драпать в уже проверенное цветочное убежище.

Ворота открылись тихо. Я осторожно, на цыпочках, проскользнула внутрь пахнущего сеном и лошадьми помещения. Во внутреннем длинном прямом коридоре, ни кого не было. Справа и слева вдоль коридора, находились стойла для лошадей, закрытые низкими дверцами. Над ними, возвышались лишь головы породистых скакунов, меланхолично жующих сено. Время от времени, кони довольно пофыркивали и переминались с ноги на ногу, постукивая копытами о деревянный настил.

– Блин! Похоже, все эти шпионские страсти были зря, – с досадой подумала я, жалея о потраченном времени. – Хотя, нет, не зря! Зато, я теперь не буду мучиться сомнениями по поводу возможной измены Вильяма! Довольно кивнула я самой себе, и, уже было, направила свои стопы на выход, как в конце коридора услышала какой-то посторонний звук. Я замерла, звук повторился. И он мне напомнил… стон!

Быстро, как фурия и бесшумно, как дикая кошка, я промчалась в самый конец коридора, краем сознания успев порадоваться таким мягким, похожим на балетки, туфелькам на моих ногах. Остановившись около того места, откуда мне послышались подозрительные звуки, я замерла. Слух меня не подвёл. Из-за низкой дверцы ближайшего ко мне стойла, послышался страстный шёпот и серия новых стонов! Заглянув, сквозь довольно большую щель в дверце, в стойло, я увидела вполне ожидаемую картину.

Прямо посередине, на большой охапке сена, лежал мужчина. А на нем, подобно всаднице, скакала сама графиня, собственной персоной! Невольно, в моей памяти всплыла её фамилия, – Овердрайв. И опять же, моя энциклопедическая память на языки, услужливо предоставила мне перевод этого слова. Оно означало: «ускоряющая езда», «сверх», «над». Ну, надо же! Вот что значит, «говорящая фамилия»!

Женщина была практически раздета! Верхняя часть её тела, была оголена, и мне, в основном, была видна только её спина. Но и то, время от времени, во время её особо страстных телодвижений, то и дело мелькала её высоко подпрыгивающая большая грудь. Белая юбка женщины, высоко задравшись, оголила её бёдра.

Несколько секунд, я, словно завороженная, наблюдала за столь интимной сценой. Затем, в моём мозгу словно щёлкнуло «белая юбка»? Оголённый верх? И поняла, что графиня сняла платье, оставшись в одних нижних юбках. Я снова посмотрела в щель, стараясь разглядеть в полутьме на полу, платье графини. Ура! Её яркое, красное с белым платье, лежало практически у самой дверцы. В моей голове, мгновенно созрел коварный план! Оставаясь женщиной взрослой и здравомыслящей, несмотря на молодое тело, я прекрасно понимала, что обнаружь я себя сейчас, то, скорее всего, ждали бы меня потом, как известного котёнка из мультфильма, – большие неприятности! Но, в тоже время, и оставить это всё просто так, я тоже не могла! Нужно было проучить обоих! И коварную соблазнительницу, покушающуюся на не свободного мужчину и «моего» жениха, давшего так легко себя окрутить!

В мгновение ока, я метнулась в уже ставшие мне родными, сиреневые кусты. Внимательно оглядев находящийся в состоянии эвакуации муравейник, увидела, как по надломленной ветке куста, марширует достаточное количество защитников разгромленного жилища. Осторожно доломав ветку, я взяла её двумя пальцами, и также молниеносно вернулась назад.

По раздававшимся из укромного уголка звукам, я поняла, что кульминация уже близко и мне стоит поспешить! Осторожно приоткрыв дверцу, до образования щели, достаточной для того, чтобы ветка свободно прошла в неё, я бросила своё орудие на платье высокородной бесстыдницы! И, не дожидаясь окончания представления, буквально вылетела из конюшни.

Уже за воротами я облегчённо вздохнула, мысленно ругая себя за то, что выскочила наружу, не убедившись, что рядом ни кого нет. И, прогулочным шагом, направилась к дому графини. Стараясь изо всех сил, казаться беззаботно прогуливающейся, и мысленно насвистывая приятную мелодию, я незаметно косила глазами по сторонам, забыв о необходимости смотреть вперёд. О чём вспомнила, лишь налетев на какого-то громилу. В ожидании разноса от протараненного мною мужчины, я медленно подняла голову, и увидела, насмешливо на меня смотрящие, васильковые глаза.

Невольно скосив глаза в направлении конюшни, я смогла выдавить из себя только одно слово:

– Упс!

Глава 15. Коварный план

Завтрак прошёл в полном молчании. Оба мужчины вряд ли почувствовали вкус еды, занятые мыслями о невероятной возможности переноса души Авроры в тело другого человека.

Промокнув губы кружевной салфеткой, граф Саян, встал из-за стола, и, оставив манеры, просто махнул гостю рукой, приглашая его идти вместе с ним. Оливер без слов понял хозяина дома, молча последовав за ним в комнату Авторы.

***

Они долго стояли у постели девушки, не зная, что сказать и что предпринять. Затем, Ларион Саян, погладил дочь по руке, и несколько раз позвал по имени.

Аврора, лежала в кружевных подушках, разметав свои рыжие, как хвост лисицы, волосы, и была похожа на прекрасную, безмолвную статую.

Оливер же, глядя на девушку, вспоминал те моменты, когда она была ещё здорова и полна сил. Когда, словно ураган носилась по дому, раздавая прислуге указания, а потом чуть позже отменяя их. Причём, в том, что она передумала, оказывались виноваты бедные горничные, конюхи, повара и прочая челядь. За что Аврора, тут же придумывала беднягам глупые и унизительные наказания.

А смеялась девушка, исключительно в двух случаях: когда получала от отца очередной дорогой подарок, и когда кого-то обижала или унижала. Оливер не переставал удивляться, как в такой красивой оболочке, может находиться настолько жестокая и злобная душа. Если бы не его материальные проблемы, он бы не за что не согласился жениться на Авроре. Если ещё в детстве он не замечал её злобного нрава, то по мере взросления, его глаза всё больше открывались и однажды, он увидел когда-то любимую им девушку, в её истинном свете. Увидел и содрогнулся.

Ещё до болезни Авроры, когда объявили их помолвку, мужчина уже решил для себя, что отделит для проживания жены, отдельное крыло в доме. А сам будет жить так, как посчитает нужным. У него много дел! Нужно восстанавливать пришедшее в упадок хозяйство. Хорошо, что хоть отец не успел наделать долгов! А с остальным он справится.

Оливер словно очнулся, и посмотрел на Аврору. – А если она не очнётся? – подумал он. И тут же вспомнил про эту дикую историю с переселением душ и посмотрел на хозяина замка. Граф был далеко отсюда, по всей видимости, так же, как Оливер недавно, вспоминал разные моменты из жизни дочери. Только мужчина готов был поклясться, что в памяти отца, Аврора была нежной и любящей дочерью. Как часто бывает слепо любящее сердце.

Граф почувствовал на себе взгляд гостя, и поднял на него глаза.

– Да, нужно идти, – шепотом сказал он. – Нам нужно разобраться с тем, что сказала экономка. Я знаю Гарнию сорок пять лет, с самого её детства. Она росла в замке. Причём, даже ребёнком она была очень серьёзной и ответственной, на пустом месте, она бы не стала такого говорить. Пойдём.

Пожав легонько дочери руку, граф тяжело поднялся с кресла и направился к двери.

***

Библиотека была самым любимым местом отдыха графа. Жарко натопленный камин, глубокое мягкое кресло, запах старинных манускриптов и покой. Сейчас Ларион не ощущал покоя, он даже не опустился в своё любимое кресло, продолжая мерить шагами помещение. Князь также из вежливости не садился, ожидая, когда граф заговорит.

Нервно потирая руки, Ларион произнёс:

– Что бы там ни было, мы должны в этом разобраться. Необходимо увидеть служанку и поговорить с ней! Пусть докажет, что она – это Аврора! Пусть… – граф растерянно замолчал.

– Если позволите, граф. Дело в том, что девушка может много чего рассказать о жизни вашей дочери. Она живёт в этом доме, и была свидетельницей многих событий, в том числе, очень интимных. Наша беда в том, что мы со временем перестаём думать о слугах, как о живых людях. А ведь они могут слушать, слышать и делать выводы. А ещё, они общаются между собой! И, конечно, самая любимая тема для разговоров, это обсуждение собственных хозяев!

Граф растерянно посмотрел на Оливера.

– А что же тогда делать? Как мы узнаем правду?

Князь усмехнулся. – Да ни чего особенного, вы просто пригласите её с нами отобедать!

– Чтооо!? – Граф остановился, словно споткнулся и ошарашено посмотрел на молодого мужчину. – Пригласить служанку за наш стол?

– Граф, присядьте! Успокойтесь и выслушайте меня, прошу вас!

Пожилой мужчина тяжело опустился в своё кресло. Его спина была напряжена. Он пождал губы и выжидающе посмотрел на князя.

– С вашего позволения! – произнёс Оливер, и тоже сел. После незначительной паузы, мужчина спросил:

– Граф, а скажите мне, пожалуйста, как давно вы знаете эту… как бишь, её?

– Ядвига. Девушку зовут Ядвига.

– Хорошо. Как давно вы знаете Ядвигу?

– С детства. Как сейчас помню, ко мне подходит Гарния и просит за двух сироток, оставшихся без матери. Это были две девочки, лет этак, семи. Экономка сказала, что взяла их в обучение различной домашней работе, чтобы потом они остались взамен двух старых служанок, которым уже было тяжело работать. Так что да, я знаю её с самого детства.

Князь удовлетворённо кивнул.

– А где она питалась всё это время?

Граф поднял удивлённые глаза. Князь улыбнулся, увидев на лице графа сомнение в дееспособности его, Оливера.

– И всё же, прошу мне ответить на этот вопрос! – настаивал мужчина.

– На кухне! Конечно же, на кухне со всей остальной челядью, – пожал плечами граф.

– Значит, если вы, пригласите за ваш стол служанку, она не будет знать, как правильно вести себя за столом и как пользоваться приборами? Я правильно понимаю? – вкрадчиво произнёс князь.

В глазах графа зажглось понимание, и он мгновенно просветлел лицом!

Между тем, Оливер продолжал:

– Девушка ни чего не знает о манерах. Она не сможет естественно держаться за столом! Не сможет, поддержать светскую беседу! Она будет стесняться, теряться и краснеть, … Если это самозванка, она так или иначе выдаст себя! – припечатал князь, и с довольным видом откинулся на спинку кресла.

Граф ни чего не ответил, лишь протянул руку к журнальному столику, и, взяв колокольчик, позвонил в него.

Практически сразу, вошёл дворецкий. Слегка поклонился и приготовился слушать хозяина.

– Виктор, распорядись найти горничную Ядвигу и пригласить её к нам на обед. – Ровным голосом, словно всю жизнь только этим и занимался, что приглашал прислугу за свой стол, произнёс граф.

На преисполненном важности лице дворецкого, не дрогнул ни один мускул. Он с достоинством поклонился и вышел из библиотеки.

– Браво! – невольно воскликнул Оливер. – Если бы я был начальником тайной королевской службы, то набирал бы шпионов исключительно из дворецких! Это надо же! Ни единым мускулом, ни взглядом… Просто фантастическая невозмутимость!

Не успел князь закончить фразу, как в дверь постучались.

– Войдите!

В библиотеку снова вошёл дворецкий.

– Ваша светлость, – поклонившись, произнёс он. – Ядвиги в доме нет. Садовник видел, как девушка отправилась на прогулку по яблоневому саду.

– На прогулку? Служанка? – граф привстал с кресла и снова в него упал, ошарашено посмотрев на Оливера.

– Граф, давайте отпустим Виктора, у него наверняка много дел, – со значением посмотрев на графа, произнёс князь.

– Ах, да, конечно. – Взял себя в руки старый граф. – Можешь быть свободен. Хотя, нет, стой! Как только Ядвига вернётся с прогулки, – граф голосом выделил последнее слово, – доложи мне! Надеюсь, это будет ещё до обеда. – Посмотрев на большие настенные часы, граф добавил, – Часа за два, я думаю, можно вполне нагуляться по саду! – И, махнув рукой, отпустил дворецкого.

– Ну, что вы обо всём этом думаете? – улыбаясь, спросил Оливер.

– А что тут можно думать? – Возмущённо пыхтя, ответил граф. – Наглая служанка, вместо того, чтобы работать, пошла, прогуляться средь бела дня! Это где ж такое видано!?

– Дорогой граф! Вы думаете не в том направлении! Это её поведение, лишний раз доказывает, что что-то здесь не чисто! Не знаю, как вам, но мне ещё больше захотелось разобраться в этой загадочной истории! Не могу сказать, что я верю, что душа вашей дочери, каким-то загадочным образом, могла переселиться в другое тело. Ваша дочь ведь жива! С какой стати её душе покидать его? Впрочем, давайте дождёмся обеда. И, с вашего позволения, я хотел бы осмотреть лесопилку, мне в ближайшее время понадобится много леса, столько нужно всего отстроить! Если не возражаете, прикажите запрячь двуколку! Надеюсь, до обеда мы успеем вернуться?

Граф, в задумчивости кивнул и снова взялся за колокольчик.

***

Мужчины вернулись из поездки уставшие, но в хорошем настроении. Все деловые вопросы были решены к взаимному удовольствию.

Оливер Райли поднялся к себе в комнату, чтобы переодеться к обеду. Часы показывали без четверти два.

– Интересно, – подумал мужчина, вернулась ли с прогулки эта служанка, как там её, Ядвига, кажется. – И как она будет выкручиваться во время обеда!? То, что действительно имеет место быть перенос души в другое тело, Оливер не верил ни секунды. – Тут что-то другое, – подумал он. Вот и посмотрим, что именно.

***

Граф, приказал подать выходной камзол и обратился к дворецкому:

– Ну, Виктор, что там с нашей… горничной? Нагулялась?

– Нагулялась, ваше сиятельство, – невозмутимо ответил дворецкий.

– Ну, и как? Передали ей моё приглашение?

– Передал, ваше сиятельство.

– И? – застёгивая жилет, заинтересованно покосился граф на своего слугу.

– Она приняла его, ваше сиятельство!

– Вот просто так и приняла? – удивлённо воскликнул граф. – И ни какого смущения, ну, или что там бывает у девиц?

– Нет, – ваше сиятельство.

– Забавно, забавно! Да, уж, обед обещает быть не скучным! – пробормотал мужчина себе под нос. – Ну, что же мне из тебя каждое слово вытаскивать нужно!? – нахмурился граф. – Перескажи весь разговор дословно!

– Слушаюсь, ваше сиятельство! – ответил дворецкий и на секунду задумавшись, начал в лицах:

– Ядвига!

– Да, Виктор, слушаю вас!

– Его сиятельство, граф Ларион Саян, изволили пригласить вас сегодня, отобедать с ними.

– Да? Спасибо, Виктор! А в каком часу обед?

– В два часа пополудни.

– Спасибо! Передайте графу, мою искреннюю благодарность! Буду непременно.

Дворецкий замолчал и приступил к завязыванию графу галстука на аглицкий манер.

Граф, минуту пребывал в прострации. Затем, подняв глаза на непроницаемое лицо дворецкого, переспросил:

– Ты уверен, что разговаривал с горничной Ядвигой?

На обычно не проницаемом лице дворецкого, промелькнуло что-то похожее на обиду.

– Да, ваше сиятельство! Уверен. Вот только…

Граф напрягся, и резко спросил:

– Что, только?

– Гарния сегодня, сама не своя. Я бы может и не обратил внимания, но она весь день очень рассеянна, на себя не похожа. И постоянно твердит, что-то про переселение душ. А когда недавно вернулась эта горничная, Гарния прямо побледнела сильно и, замахав на служанку рукой, быстро ушла.

– Дааа, задумчиво протянул граф, – на Гарнию, это действительно совсем не похоже. Давай, быстрее застёгивай запонки.