Текст книги "Многоликий Янус (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 44 страниц)

Глава 66. Янус не сдается

Вот уже несколько часов я сидела в опостылевшей мне тюрьме на колесах. Дождь все также хлестал по крыше экипажа, сопровождаемый громовыми раскатами. Очень хотелось спать, но уснуть не давал холод. Когда меня грубо водворили назад, то просто заперли за мной дверь, а я осталась сидеть в насквозь мокрой одежде. Единственное, что я смогла сделать, это быстро раздеться и выжать платье, снова одев его на себя.

Стуча зубами от холода, я принялась подпрыгивать на месте и делать наклоны и приседания. Через некоторое время, мне действительно стало лучше, хотя одежда по-прежнему неприятно холодила тело.

Лишь одно обстоятельство немного грело мне душу и добавляло оптимизма. Когда меня обнаружили в сенях, я, в панике сделав шаг назад, обо что-то споткнулась и растянулась на грязном полу, мое левое бедро, обожгло острой болью, словно чем-то укололо. Я сунула под себя руку, и с замиранием сердца, сжала в кулаке большой, грубо выкованный гвоздь. Теперь, у меня было хоть какое-то оружие!

Когда меня, подталкивая, вели назад к экипажу, я шла смирно, понурив голову, и боялась, что меня решат обыскать. Но, видимо, от глупой аристократки не ожидали каких-либо поступков, требующих умственной активности, поэтому гвоздь благополучно остался со мной.

Довольно долгое время я сидела и смотрела в темноту. Мысли лихорадочно метались в моей голове, ища выход из сложившейся ситуации, но, увы, не находили.

Я смутно, словно сквозь подушку, слышала голоса людей и конское ржание. Затем, до моего носа донесся соблазнительный аромат, свежеиспеченного хлеба. А когда, слева от меня заскрежетала щеколда, я проснулась окончательно. Оказывается, я и вправду умудрилась уснуть и сейчас, села на диване, сонно хлопая глазами и зевая.

Дверь экипажа открылась, и в предрассветном сумраке, я увидела одного из моих похитителей. Растрепанные, без завитых в букли прядей у висков, волосы, были просто завязаны в низкий хвост. А бледное, без видимых следов пудры лицо, имело довольно отечный вид, впрочем, как и веки. Судя по всему, господа полночи обмывали свое скорое обогащение.

– Есть хочешь? – без приветствия буркнул мой тюремщик.

А мне оставалось лишь радоваться, хорошо, что о моих нуждах вообще вспомнили!

– Хочу! – быстро ответила я. – А еще пить, в туалет и мне холодно! Одеяло хочу!

Мужчина болезненно поморщился и замахал на меня рукой.

– Не так громко, голова раскалывается! Повтори тише.

Я повторила.

– Хорошо, еду, питье и теплую одежду, тебе сейчас принесут. А вот что на счет… последнего…

– Ну, уж нет, помойное ведро сами нюхайте! – прошипела я. И добавила, – не бойтесь, не сбегу!

Мужчина недоверчиво хмыкнул и, повернув голову вправо, махнул рукой. В проеме двери нарисовалась та самая девушка, что приносила мне еду и вонючее ведро. Я напряглась. Но, увидев, что ее талия обвязана веревкой, конец которой она держит в руках, успокоилась. Где-то я это уже видела!

Когда меня на привязи сводили в туалет, я с радостью вернулась в сухое нутро своего временного дома. Меня уже ждала корзина с едой, из которой зазывно выглядывало горлышко бутылки. Также, на сиденье я обнаружила старый потрепанный тулуп. Или как в этом времени называлась теплая верхняя мужская одежда? Зипун, телогрейка? Не важно, главное, что теперь я согреюсь!

По счастью, напиток в бутылке оказался тоже теплым. Это было что-то вроде компота, и я блаженно закрыла глаза, смакуя его приятный кисловатый вкус. Когда закупоривала бутылку пробкой, экипаж дернулся, мы поехали.

Хотя, я вполне логично предполагала, что после ночного ливня, дорога будет мало пригодна для передвижения. И все же, пусть и медленней чем вчера, но мы двигались вперед.

Я с аппетитом позавтракала теплым ароматным хлебом, вареными яичками и салом. Всегда любила такую еду, простую и сытную. Затем, свернулась калачиком на мягком сидении и накрылась теплой одеждой. Если не задумываться о том, куда везут и что меня ждет, то в данный момент, мне было хорошо.

Снова я проснулась, когда внутри экипажа уже было довольно светло. Сквозь занавески пробивался тусклый свет раннего утра. Мне срочно захотелось посмотреть, где же мы сейчас проезжаем, сон, как рукою сняло. Я вскочила, и, сунув руку между сиденьем и стенкой экипажа, достала свой недавний трофей. Придвинувшись к левой двери с надорванной занавеской, я принялась гвоздем расширять отверстие, благо, шляпка гвоздя имела неровные, местами угловатые края.

Спустя минуту, я прильнула к получившемуся «окошку». Увиденное не обрадовало. Мы ехали по наезженной грунтовой дороге, вдоль редких деревьев, ни жилья, ни чего-то приметного, что могло бы послужить мне в будущем ориентиром, я не видела. Оставалась надежда, что с другой стороны экипажа, мне повезет больше. Уже не стараясь особо осторожничать, я проделала вертикальную щель в правой занавеске и, расширив ее, с жадностью принялась разглядывать, проплывающий пейзаж. Все та же редкая молодая поросль деревьев, переходящая вдали в густой лес и никакого намека на цивилизацию.

Удивительно, но дорога хоть и была мокрой, грязи на ней особо не было. Напротив, луж встречалось мало. Потом, уже приглядевшись, я обратила внимание, что дорога желтоватого цвета, а это значит, что в почве преобладает песок, отлично впитывающий воду. А что, не намного хуже асфальта и ремонтировать не нужно.

Мимо двери промелькнула фигура всадника в военном мундире темно-зеленого цвета с воротником, лацканами и обшлагами рукавов, красного цвета. И это, точно был ни один из похитителей. Я призадумалась. В памяти всплыло воспоминание, что очень похоже, выглядела форма солдат, сопровождавших императора, только воротники, лацканы и обшлаги рукавов, у них были белого цвета. Переметнувшись на другую сторону, я увидела еще одного всадника в темно-зеленом мундире. Надо же, как охраняют! Интересно, когда именно они присоединились к моему кортежу? Может, на последнем хуторе?

Мне показалось, что стало темнее. В этот момент, низко нависающая над дорогой ветка, чиркнула по крыше экипажа, и я вздрогнула от этого звука. Только сейчас я обратила внимание, что лес стал гуще, практически скрывая под своей листвой, солнечный свет.

Я вспомнила слова из подслушанного разговора о том, что меня повезут в Охотничий домик. Пока, все сходилось, ведь где быть Охотничьему домику, как ни в лесу!? Но потом, вдруг стало страшно! К чему такая секретность? Если император, как я поняла, от меня не отказался, то какая была необходимость, прятать меня в лесу?

Я постаралась затолкать подальше, очень пессимистичные мысли, которые роились в моей голове, и я невольно сильнее стиснула гвоздь, зажатый у меня в кулаке, и вскрикнула от боли. Разжав пальцы, я увидела каплю крови, выступившую у большого пальца. Страх тут же пропал, но появилась мрачная решимость. Эти господа не знают, что везут не рафинированную кисейную барышню, а довольно продвинутую, самостоятельную и изобретательную взрослую женщину! Так что, как говорится, – повоюем!

В любом случае, я решила доставить своим похитителям и будущему «хозяину», как можно больше неудобств, чтобы потом, вспоминая обо мне, им икалось, и глаз дергался! Единственное, что было для меня сложно, это на время притвориться паинькой, этакой испуганной и чуть что, падающей в обморок, барышней. Как бы дальше не развивались события, мне необходимо, чтобы похитители потеряли бдительность и не ожидали от меня проблем. Это им потом, сюрприз будет!

Определившись с линией поведения, я заскучала. Периодически выглядывая в проделанные в занавесках «окошки», я убеждалась, что лес становится гуще, но, сколько осталось ехать, этого я не знала. Поэтому, пока есть возможность, решила поспать. Свернувшись в свою любимую позу эмбриона, накрылась старым зипуном и закрыла глаза. Тихо поскрипывали рессоры экипажа, чавкали под колесами редкие лужи, иногда слышалась частая дробь дятла. Очень захотелось открыть окно и вдохнуть полной грудью запах леса после дождя, но, увы, ехать мне запечатанной до самого места назначения.

Не успела я об этом подумать, как экипаж резко остановился, потом снова дернулся. Паникой накрыла мысль, что на нас напали разбойники. От них, мне вряд ли придется ожидать джентльменского поведения, Робин Гуды только в книжках бывают!

Я метнулась к ближайшей занавеске и осторожно выглянула в свой «глазок». Худшие подозрения, ура, не оправдались! Мы, наконец, приехали!

Я во все глаза смотрела на довольно высокий, в три этажа, очень симпатичный, словно кукольный, замок.

Ну, ничего себе, «Охотничий домик»! Прям дворец в миниатюре. Настоящий то я не видела, но по книгам, фильмам и фотографиям, примерное представление имела. Так вот, то строение, что я увидела, сильно походило на уменьшенную копию настоящего замка. Только замка, построенного не из камня, а из цельных стволов деревьев. Вообще, добротно так выглядело и очень красиво!

Миниатюрный трехэтажный дворец с остроконечными башенками, был огорожен частоколом заточенных сверху бревен. Такие же массивные, в настоящее время распахнутые ворота, завершали очень необычную композицию этакого лесного терема из сказки.

Тем временем, люди на воротах о чем-то переговорили и наконец, моя тюрьма на колесах, въехала во двор Охотничьего домика.

Не успела я рассмотреть его изнутри, как к двери кто-то подошел, и я резко отпрянула вглубь экипажа, машинально выхватив из тайника гвоздь, зажала его в левой руке. Загремел засов и внутрь хлынул яркий свет и неповторимый аромат леса после дождя. На мгновение закружилась голова, и я не сразу увидела протянутую мне руку. Машинально подав свою, я вышла наружу.

Непроизвольно глубоко вдохнув свежий лесной воздух, я на мгновение прикрыла глаза.

– Как прошло ваше путешествие? – услышала я знакомый голос и, вздрогнув, открыла глаза. Павел первый император Всероссийский, стоял передо мной и насмешливо улыбался.

Я резко выдернула свою руку из его, и промолчала. И впрямь, на этот издевательский вопрос, ответа и не требовалось. Император, думаю, был прекрасно осведомлен, о далеких от комфорта, условиях моего путешествия.

– Ну, что ж, – задумчиво продолжил он, не дождавшись от меня ответа, – полагаю, вам, Аврора, необходимо отдохнуть с дороги. Позже мы с вами еще увидимся! – многозначительно пообещал император, а я внутренне содрогнулась, лихорадочно пытаясь вспомнить, что я о нем читала в учебниках по истории. Вроде бы ничего ужасного о его отношении к женщинам, там не было. Но, с другой стороны, разве о таком напишут в школьных учебниках!?

К нам подошла женщина лет сорока, в строгом, темно бежевом платье и присев перед императором в глубоком книксене, вопросительно на него посмотрела.

– Вот, прими под свое попечение, Марта, – бросил Павел первый, не глядя на женщину. – И, да, наша гостья сильно утомилась в дороге, поэтому, сделай все как надо!

Женщина, также молча, присела в книксене и, бросив на меня заинтересованный взгляд, показала рукой, следовать за ней.

Я шла к крыльцу этого игрушечного замка и чувствовала между лопаток тяжелый взгляд императора.

Внутренность двора я особо не успела осмотреть, лишь заметила в глубине этой огромной территории, низкое длинное строение, огороженное частоколом тонких жердей. Оттуда слышался разноголосый лай множества собак. Псарня, – догадалась я и почувствовала, как по спине табуном побежали мурашки. Да, сбежать отсюда, это еще та задачка! По моему следу тут же пустят всю свору. На мгновение я почувствовала, как тоска, словно тисками, сжала мое сердце. Но, взгляд вправо и мое лицо озарила коварная усмешка, – нет, Ваше Императорское Величество, вы еще не знаете, с кем связались, Многоликий Янус и вам и вашим собачкам не по зубам окажется! И я с высоко поднятой головой взошла на крыльцо Охотничьего домика.

Глава 67. В Охотничьем домике

Да, именно о таком доме я мечтала! Я родилась в городе и всю жизнь в нем и прожила, но старалась почаще выезжать на природу, но если перерывы были больше месяца, то меня начинала грызть тоска. Очень сильно хотелось оказаться в лесу, особенно сосновом! Вдохнуть, ни с чем, ни сравнимый запах хвои, провести рукой по шершавому стволу. А лучше, построить дом в этом самом лесу и никуда не уезжать. Ну, если только в магазин за продуктами.

И вот сейчас, я оказалась именно в доме своей мечты! Бревенчатые, ничем не окрашенные стены и дощатый пол, застеленный плетеными циновками. В прихожей, вдоль стен стоят деревянные, грубо сколоченные, но идеально отполированные скамейки, у окон с широкими подоконниками, удобные кресла и маленькие столики. Как говорится, все для отдыха!

Единственное, что мне не понравилось, но что ожидаемо, присутствовало в доме, так это охотничьи трофеи. Множество чучел голов различных животных на деревянных подставках, а также просто рогов с табличками имен и датами, застреливших их охотников, было развешано по всем стенам, но особенно их оказалось много в самом большом зале на первом этаже, через который провела меня Марта.

Этот зал был явно предназначен для отдыха большого количества народа. Длинное прямоугольное помещение, во всю длину которого, вдоль стен, стояли массивные скамьи, перед ними, такие же столы из темного дерева. Посередине дальней стены, находился огромный камин, выложенный из грубо обработанного камня. В нем ярко пылал огонь. А перед ним, посередине зала, друг за другом, стояли два бильярдных стола. Потолок был высокий, а под ним, с толстых балок, на цепях, висели массивные канделябры. Впечатляюще!

Пройдя эту комнату по диагонали, мы вышли в дверь, сразу за которой, начиналась узкая лестница, ведущая на второй, а затем, на третий этажи. Что было на третьем этаже, мне узнать не удалось, так как женщина повернула с лестничной площадки налево, и мы вышли в небольшой светлый коридор второго этажа, освещаемый большим окном в самом его конце.

Женщина толкнула дверь в крайнюю правую от лестницы комнату и посторонилась, пропуская меня.

Я огляделась. А что, вполне себе уютно! Кругом, те же деревянные стены и простая, добротная и самая необходимая мебель с массивной широкой кроватью на толстых ножках. Почему-то подумалось, для каких именно утех она могла предназначаться. Прежде чем я поняла что делаю, шагнула к кровати, и, откинув покрывало из некрашеного льна, приподняла край одеяла и понюхала. Сзади послышалось недовольное фырчание. Я испуганно обернулась. Но это оказалась Марта. Женщина гневно сдвинула брови и что-то невнятно пробурчала.

– Вы что-то сказали? – оставив в покое одеяло, я шагнула к ней, ожидая, что та повторит сказанное, но Марта испуганно шарахнулась в сторону и быстро вышла из комнаты.

Я удивленно пожала плечами и подошла к окну. Оно оказалось, как раз на стороне псарни, где в небольших деревянных домиках, огороженных частоколом из тонких жердей, лежали, или бегали охотничьи собаки. Лай был слышен довольно хорошо, оставалось лишь надеяться, что ночью они ведут себя тише. Хотя, еще больше я надеялась, что долго здесь не задержусь.

Я оглянулась, захотелось посмотреть на себя в зеркало, ведь наверняка, после такой дороги, да еще по грязи, выгляжу как замарашка. Но, как оказалось, что в этой, чисто мужской берлоге, не было даже самого маленького зеркальца! Я пригорюнилась.

В дверь громко постучали. Я вскочила с кровати, на которую, не помню когда успела усесться. Во рту пересохло, а сердце гулко застучало о ребра. Ну, кто еще может так уверенно ломиться в комнату к девушке, как не Его Императорское Величество!?

– Войдите! – чуть дрогнувшим голосом, но довольно громко, ответила я.

Дверь широко распахнулась, и в мою комнату мгновенно набилась целая куча народа.

Плечистый деревенский мужик в пропахшей потом рубахе, кряхтя, внес и поставил посередине комнаты, глубокое деревянное корыто. Следом за ним, двое подростков, лет четырнадцати, занесли по два ведра с водой. Из двух из них, сильно парило, отчего я поняла, что вода в них горячая.

Вылив в ванную два ведра горячей и два холодной, мужик заглянул в нее, и, почесав под матерчатой шапкой голову, буркнул мальчишкам:

– Еще по два раза принесете, – и, не глядя на меня, вышел.

Едва мальчишки, подхватив тяжелые деревянные ведра, удалились вслед за своим строгим начальником, в комнату юркнули две совсем юные девушки. По виду, мне показалось, что им лет по шестнадцать, не больше. Они были одеты в серые платья длиной до лодыжек, и белые передники. На головах девушек, красовались белоснежные чепчики, которые очень мне напомнили своим кроем, шапочку внучки из сказки «Красная шапочка». Миленько так смотрелись!

Девчушки, стреляя в меня любопытными взглядами, положили на постель две стопки каких-то вещей и уже собирались улизнуть, когда я их задержала:

– Стойте!

Горничные замерли на месте.

Я подошла к кровати и рассмотрела, что же именно они мне принесли. А принесли они: два больших пушистых белых полотенца, один не то банный халат, не то пеньюар и три платья. На последние, я обратила особо пристальное внимание. Но, увы, это были наряды А’ля Аврора, посмотрев на которые, мужчинам остается ой как мало простора для фантазии.

– А нарядов поскромнее, не найдется? – без особой надежды спросила у замерших рядом с кроватью, девушек.

Вылупив на меня круглые от удивления, глаза, обе отрицательно покачали головами.

– Все с вами ясно, – прошептала я себе под нос. Но девушки услышали, и в испуге бухнулись на колени, причитая, что именно Марта велела им выбрать для меня платья пооткровенней. – Да уж, вот такая ты, значит, молчунья, – подумала я про женщину, которая видимо, здесь всем заправляла. И, похоже, готовила меня к визиту императора.

Я застыла у вороха одежды, в задумчивости кусая губы. Затем, обернулась к девушкам и попросила принести мне легкую кружевную шаль. Желательно, белого цвета. Я пока еще не выбрала платье, которое надену на ужин, но белый, он ко всему подойдет!

Девушки синхронно кивнули и пошли на выход.

– И зеркало принесите! – крикнула я им вдогонку.

– Принесем! – послышалось из коридора.

И, почти сразу вошли парни с водой для моей ванны. Это уже был их третий рейс. Я попросила их оставить половину ведра с горячей водой и половину с холодной и слив все в одну емкость, поставить на пол у деревянной лохани. Выполнив мое пожелание, они, захватив три ведра, ушли, напоследок окинув меня заинтересованными взглядами. Еще бы, совсем юные, гормоны гуляют, а тут, молодая красивая девушка купаться будет!

Не успела я закрыть изнутри дверь, как вошла Марта. На мой удивленный взгляд, она показала жестами, как будет натирать мне спину.

– Нет, Марта, спасибо! Я и сама прекрасно справлюсь! – улыбнулась я ей, размышляя между тем, как все это необычно, девушкам приказы раздает, а со мной она немую изображает. Наверное, не хочет от шквала моих вопросов отбиваться.

Округлив от удивления глаза, женщина вышла из комнаты, а я поспешила закрыть за ней дверь. И еще подумала, что очень уж похожие выражения на лицах девушек и экономки, когда они удивляются, ну, прямо будто родственницы.

Быстро раздевшись, я со стоном погрузилась в приятно горячую воду и постаралась просто расслабиться, выкинув все мысли из головы. На удивление, мне это быстро удалось, даже не мешал разноголосый собачий лай, который не прекращался ни на минуту.

Проснулась я, от стука в дверь, удивившись, что умудрилась уснуть в ванной.

– Придите чуть позже! – крикнула я.

В дверь больше не стучали. Но я и вправду засиделась в воде. Она уже остыла, а кожа на пальцах рук, некрасиво съежилась. Рядом с ванной, девушки оставили небольшую бутылочку с ароматным мылом и маленькую плетеную мочалку. Тщательно промыв запылившиеся в дороге волосы, хорошенько растерла себя мочалкой, и, ополоснувшись водой из ведра, ступила на пол.

Оставляя за собой лужи, взяла с кровати одно полотенце, на волосы ушло второе. Грустно посмотрев на полюбившееся мне платье, взятое в доме отца Авроры, подумала, а почему, собственно, нет, и опустила его в ванну.

Жидкого мыла я не жалела! Авось, император не обеднеет. Выстиранный и хорошенько отжатый наряд, я повесила на спинку кровати, и практически сразу в дверь постучали.

Отперев ее, обнаружила молоденьких горничных.

– Вот, госпожа, принесли вам шаль и зеркало, – пропищала одна из них. Забрав и то и другое, я спросила:

– У платьев крючки на спине?

Получив в ответ дружный кивок, я поморщилась:

– Входите!

Снова заперев дверь, я обернулась и наткнулась на удивленные взгляды девушек, разглядывающих мое банное одеяние, состоящее из полотенца, намотанного на голову в виде тюрбана и второго такого же, держащегося на честном слове на моей груди.

– Аааа, как же…, – одна из девушек нервно сглотнула, указывая на банный халат тире пеньюар, наряд.

Я лишь отмахнулась.

Подошла еще раз к кровати, и со вздохом выбрала темно синее платье. Не очень люблю этот цвет, но оно оказалось самым скромным и не настолько вызывающим, как белоснежное и ярко алое.

От прически я отказалась, велев, просто расчесать мне волосы.

В дверь снова постучали, кивнув одной из девушек, чтобы пошла, открыть, я опять повернулась к зеркалу, оглядывая свой наряд, и прикидывая как бы половчее приладить к нему шаль. Мне хотелось получить эффект легкой небрежности, а не плотного чехла.

Обернувшись к приоткрывшейся двери, успела уловить несколько быстрых движений руками, напоминающих мне язык жестов глухонемых в моем прошлом мире. Едва одна из горничных кивнула, дверь закрылась.

Девчушка повернулась ко мне, присела в быстром книксене и прочирикала:

– Госпожа, Его Императорское Величество, изволят ждать вас на ужин в тенистой беседке.

Ну, в беседке, так в беседке, – пробормотала я себе под нос, с довольным видом завершая ажурную композицию. Благодаря моей задумке, на плечах покоилось нечто напоминающее воротник-стойку на платье королевы и одновременно, лежащий красивыми складками, капюшон. Но самое главное, была выполнена основная задача, я и плечи прикрыла и глубокий вырез задрапировала. Да, однако, красивое получилось сочетание! На темном бархате платья, эдакая воздушная белоснежная конструкция. Еще раз, оглядев себя в зеркале, осталась, вполне довольна своим отражением.

Посмотрев по сторонам, я поняла, что об обуви для меня, очевидно забыли. Ну, и ладно, обую свои мягкие и удобные туфельки-лодочки. Все равно их не будет видно под длинным подолом платья!

Подумав о том, что сейчас снова окажусь наедине с Павлом первым, да еще на его территории и по его правилам, вдоль позвоночника пробежал табун противных мурашек, а руки стали холодными, в отличие, от горевшего лица.

Прижав к щекам прохладные ладони, я закрыла глаза. Аутотренингом никогда не занималась, элементарно терпения не хватало, но сейчас, мне как никогда было необходимо успокоиться.

Снова посмотрев на себя в зеркало, увидела в нем очень красивую молодую девушку, и решение пришло само собой! Внешность, как говорят, может быть обманчива! Кто бы мог догадаться, что внутри этого юного создания, скрывается душа взрослой и умудренной жизненным опытом, женщины!? Поэтому, я решила сыграть именно на своей невинной внешности и кажущейся беззащитности! Резко выдохнув, я повернулась я к девушкам.

– Ну, что, я готова! Ведите меня в беседку!

Судя по заигравшим на их щечкам ямочкам, выглядела я хорошо!

– Ах, да! Чуть не забыла! Повесьте где-нибудь на сквознячке мое платье. Чтобы быстрее просохло!

Довольные мордашки, удивленно вытянулись, когда они узрели на грядушке моей кровати, мокрое и явно стираное платье. Синхронно перевели взгляд на мои руки и, сглотнув, кивнули.

Пока одна из горничных упорхнула с моим платьем, другая, указывала мне путь к беседке. К выходу на улицу, мы проследовали тем же путем: по лестнице вниз, через зал с бильярдом, прихожую и крыльцо. А вот дальше, я старалась все тщательным образом запомнить. Хотя, и собственно запоминать то было нечего.

Слева от крыльца, со стороны окна моей комнаты, располагалась псарня. Но девушка, завернула за правый угол и повела меня с противоположной стороны Охотничьего домика. Там я еще раз обратила внимание на длинное помещение конюшни. Ее ворота, оказались открыты нараспашку, но судя по царившей внутри тишине, все животные были на выпасе. О том, что я не ошиблась на счет назначения этого строения, говорил специфический запах.

Дальше конюшни, находилась кузня, о чем с уверенностью можно было судить по характерным звукам молота, бьющего по наковальне. Позади кузницы, шло заграждение из частокола заостренных бревен.

Меня окликнули. Служанка показывала идти левее.

С противоположного торца Охотничьего домика, в небольшой уютной рощице из деревьев, спряталась тенистая беседка, сплошь заросшая диким виноградом, а прямо за ней, судя по всему, находилась баня. Из трубы вился белый дымок, а у крыльца, на веревках, висело множество банных веников.

Оставив меня у беседки, девушка поспешно присела в книксене и убежала.

Я же повернулась к входу и различила, как светлое пятно в ее глубине шевельнулось, и мне навстречу вышел сам император.