Текст книги "Многоликий Янус (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 44 страниц)

Глава 81. Яга

Его черные как ночь глаза, нежно и в тоже время, жадно, смотрели на меня. Они были так близко, что мне казалось, что я вижу в их глубине, яркие лукавые искорки. Оливер легонько провел рукой по моим волосам, и табун мурашек радостно устремился вдоль моего позвоночника, вниз.

Мужчина моей мечты, наконец-то был рядом со мной, и, судя по его пылающему взгляду, он любил меня также, как и я его. Он снова и снова ласково гладил меня, а я таяла и растеклась лужицей от нежности и предвкушения.

Лицо Оливера склонилось надо мной, а я закрыла глаза и замерла в ожидании первого поцелуя. Но вдруг почувствовала, как мой муж быстро лизнул меня в щеку, затем еще и еще раз. Его язык оказался неожиданно шершавым, довольно чувствительно поцарапав мою кожу. Я несколько напряглась, но мужчина, наклонившись к моему уху, страстно задышал в него, а затем, хрипло произнес… мяу!

Я открыла глаза и заорала.

Прямо над моим лицом, нависла широкая морда черного пушистого кота. Нет, не так, КОТА!

Резко сев в постели, с опаской покосилась на котообразное чудовище! Сразу же вспомнился фильм «Мастер и Маргарита».

– Бегемот? – спросила я неуверенно, непонятно к кому обращаясь.

Умывающийся лапой в этот момент, котяра, прервал свое важное занятие и застыл с высунутым кончиком языка, глядя на меня, своими огромными как плошки, янтарного цвета глазами.

– Почему, бегемот? Это кот, – послышалось сзади меня, и я поспешно обернулась.

За деревянным, набело выскобленным столом, сидела статная красавица, лет тридцати пяти. Про таких, в старину говорили «кровь с молоком».

– Конечно, кот, – машинально повторила я, во все глаза, уставившись на незнакомку.

Миловидное лицо с аккуратным носиком и алыми губами, длинные ресницы с черными бровями вразлет и светло русая коса, перекинутая через плечо.

Так как красавица сидела, ее фигуру я толком не смогла рассмотреть, но судя, по пышной груди, посмотреть было на что.

Женщина, протягивая поочередно руки то к одному, то к другому пучку высушенных трав, свисающих с натянутой веревки, выдергивала из них по веточке и складывала перед собой в кучку.

– А вы, кто? Дочка Бабы Яги? – поинтересовалась я, усаживаясь поудобней, и по-прежнему держа в поле зрения огромного кота.

– Ну, что тебе сказать? – задумчиво произнесла красавица, вставая из-за стола. И, да, фигура у нее оказалась, просто на зависть, где надо округлая, но стройная в талии.

Женщина взяла в горсть набранные веточки и, подошла к большой печи. Там, на огне, в небольшом горшке, весело кипела вода. Незнакомка прошептала что-то над ней и бросила в кипяток травы. Последовавшие после этого спецэффекты, в виде клубов белого плотного пара, поваливших из котелка, казались само-собой разумеющимся.

– Я и есть, Баба-Яга! – поворачиваясь ко мне, произнесла незнакомка.

– Да нет! Не может этого быть! – машинально заспорила я, в душе, совершенно веря в то, что сказала мне, незнакомка. – Вы же были… совсем другая! – боясь обидеть женщину напоминанием о возрасте, – вовремя поправилась я.

Видимо, оценив мою деликатность, женщина улыбнулась.

– Все относительно, моя дорогая! Каждый видит меня такой, какой изначально представлял.

Тем временем, изрядно помолодевшая и похорошевшая Яга, помешала деревянной ложкой травяной отвар, и, удовлетворенно кивнув, с помощью ухвата, ловко вытащила котелок из печи и водрузила его на стол. Затем она взяла с полки пузатую глиняную крынку и что-то зачерпнула из нее ложкой. Судя по консистенции и поплывшему по дому ни с чем, ни сравнимому аромату, это был мед.

Словно забыв о моем присутствии, женщина добавила его в котелок с отваром и чистым сильным голосом, затянула какую-то странную песню. Слов в ней было не разобрать, но от этой тягучей мелодии и гортанным голосом произносимых слов, веяло чем-то древним и очень могущественным.

По моей коже пробежали мурашки, и я потянула на себя одеяло, желая спрятаться не то от холода, не то от этой странной песни, вызывающей в глубине души, самые древние страхи.

– Не бойся! – сверкнула синими глазами красавица и, ловким движением, налила в кружку отвар и протянула ее мне. – Пей! Пей и ничего не бойся! В нужный час ты попала ко мне, поэтому теперь ты все узнаешь, время пришло.

Я взяла кружку и сделала из нее маленький глоток. А что, очень даже себе не плохое лекарство, приятный вкус! Блаженно зажмурив глаза, я медленно пила травяной отвар с медом, и чувствовала, что на меня волнами накатывает тепло, забирая слабость, головокружение и тревогу, но даря при этом бодрость и уверенность, что все будет хорошо!

Я улыбнулась, и, ставя опустевшую кружку на стол, только хотела поблагодарить Хозяйку, как услышала донесшийся снаружи, многоголосый собачий лай. Мое сердце мгновенно сжалось от страха, а руки похолодели.

– Спокойно! – тихо сказала женщина, и, накидывая на плечи белую пушистую шаль крупной вязки, посетовала вслух: – третий день глаза отвожу от своего дома, а они снова возвращаются.

– Кто, они? – чуть ли не стуча зубами, тихо спросила я, но Яга уже выскользнула наружу, оставив меня в тревожном ожидании.

Я укуталась в одеяло, и пододвинулась к грядушке кровати, опершись об нее. Слева от меня, громко мяукнул кот, и прислонился к моему боку, глядя на меня своими большими умными глазами, и словно пытаясь успокоить. Как ни странно, мне и вправду стало легче, я на время позабыла о том, что меня ищут, и обратила внимание на внутреннее убранство домика лесной колдуньи. Или кем она здесь считается?

Сам дом мне напомнил тот, где меня держал Иван, он был также построен из цельных стволов деревьев. Щели между ними, заткнули клочками сухого мха. Посередине единственной комнаты, стоит огромная печь, от которой, по дому распространяется приятное тепло, но, самой мебели в доме очень мало, – стол, два стула, кровать, на которой я спала, да сзади печи, виднеется светлая занавеска, отгораживающая небольшой закуток. Как я решила, там, скорее всего, находится туалет. Второй кровати я не увидела, поэтому, мне сразу стало жуть как неудобно. Ведь если я спала здесь все эти два, да пожалуй, уже и три дня, то где спала сама хозяйка дома?

Решив разобраться с этим вопросом, как только Яга вернется, я принялась дальше разглядывать убранство дома. Хотя, убранством это было, и назвать трудно. Несколько деревянных полок с домашней утварью, небольшой столик у окна, похожий больше на тумбочку, на котором в идеальном порядке стояли всевозможные емкости с порошками разного цвета и надписями на неизвестном языке. И последним штрихом к внутреннему убранству, были многочисленные веники из лекарственных трав, стройными рядами развешенные по всему помещению.

Едва мои глаза окончили беглый осмотр дома, дверь открылась, и вошла коренастая женщина лет шестидесяти. Седые длинные волосы разметались по плечам, укрытым коричневым пуховым платком.

Увидев незнакомку, я тихо охнула, и невольно шарахнулась в сторону кота, словно ища у него защиты.

Мой резонный вопрос: «Кто вы?», так и остался не заданным, не успев сорваться с моих губ, так как незнакомка стала меняться на глазах, превращаясь в недавнюю, пышущую здоровьем красивую молодую женщину.

Я, как сидела, так и замерла с открытым ртом, глядя на эту метаморфозу.

– Это просто морок сошел, – пожав красивым округлым плечиком, усмехнулась Яга, скидывая на стул, свою белую шаль. Видимо поняв по моему лицу, что я ничего не поняла, вздохнула.

– Ну, иди сюда, за стол, обедать будешь. А я тебе все объясню.

Меня же, дважды звать не пришлось, я давно уже чувствовала сосущее чувство голода.

Яга, как по волшебству, извлекла из печи горшок щей и еще один, с тушеной картошкой с мясом. Выставив на стол тарелку со свежим хлебом, плошку со сметаной и крынку с молоком, женщина сказала, улыбаясь, – ешь! – А сама, начала свой рассказ.

Надо сказать, что, несмотря на мой голод и очень вкусный обед, я иногда, словно выпадала из реальности, переставая чувствовать вкус еды, настолько нереальным мне показалось то, что она мне рассказывала.

Оказывается, Яга, это общее обозначение женщины, чьей специальностью является ведовство. То есть, она ведает как: лечить травами, принимать роды, предсказывать погоду, и, кажется что-то еще. Но это, самое обычное, что может простая ведунья-травница.

Яга же, оказывается, является, кем-то вроде проводника между мирами, что-то вроде звена, объединяющего прошлое, будущее и настоящее. Она та, что ведает обо всем!

А видят ее, все по-разному, такой, какой мысленно ее представляют. И лишь ее избушка, единственное место, где морок спадает и все видится в истинном свете.

Тут я не выдержала, и с набитым ртом, спросила:

– Яга, не обижайся, но я, видела тебя… старой горбуньей, с длинным носом и бородавкой на нем, с единственным зубом во рту, торчащими в разные стороны седыми волосами, и… одной ногой, где от колена шел протез из настоящей кости! В моем времени, тебя звали: «Баба-Яга костяная нога». Это что значит, что когда-то жила именно такая ведунья, и люди запомнив ее облик, передавали его описание из поколения в поколение, рассказывая о ней сказки?

Яга задумчиво подперла рукой щеку, и, рисуя на столе, видимые только ей, узоры, ответила:

– Может да, а может, и нет. Людям свойственно сочинять и приукрашать, особенно, если они чего-то боятся, ведь недаром говорят, что «у страха глаза велики». Мне кажется, что это, скорее всего, собирательный образ. Вот Иван, как ты успела заметить, меня видел совсем другой.

Иван! Как я могла забыть о том, что меня до сих пор разыскивают! Как же я теперь домой пойду? – Видимо мои мысли, очень явно отразились на моем лице, что ведунья усмехнулась и поспешила меня успокоить:

– Да, он до сих пор тебя ищет. Для себя, не для императора. Павел первый два дня назад отбыл в столицу, позабыв о тебе, так как Иван сам ему доложил, что собаки нашли в лесу твои обглоданные косточки.

Представив подобное, меня аж передернуло от ужаса.

– Крепко ты ему в душу запала, девочка, – усмехнулась женщина. – Но не беспокойся, не по судьбе он тебе, да и ты ему, не найдет он тебя. А ищет он тебя в этом месте, просто из упрямства. Почти уверен, что ты сгинула на болоте, но не теряет надежду, надеется на чудо.

На миг, мне даже жалко стало псаря, а потом я вспомнила, как он угрожал меня запереть навсегда в дремучем лесу, и жалость сама собой прошла.

– Знаешь, Яга, – усмехнулась я, вспомнив еще одну примету сказочной бабки-Ёжки, – у нашей Яги, была избушка на курьих ножках! Это чистая фантазия или преувеличение?

– Думаю, преувеличение, – уверенно кивнула ведунья, и добавила, – пойдем, я, что-то тебе покажу!

Я накинула свой подбитый мехом плащ, и вышла вслед за женщиной.

Не знаю, что именно я ожидала увидеть, но Яге удалось меня удивить! Оказывается, мы до сих пор находились на болоте, вот только домик ведуньи, стоял на единственном возвышении посреди вязкой топи. Да, это был обыкновенный сруб крестьянской избы, которых я уже множество повидала, НО, он стоял на «курьих ножках»! Увидев это, я почувствовала, что волосы на моей голове, зашевелились! Но присмотревшись внимательней, я с облегчением поняла, что это всего лишь пеньки от двух сосен! Их фактурная кора, очень напоминала чешуйки на ножках у курицы, а расходившиеся от них, в разные стороны корни, наполовину торчащие наружу из земли, были похожи на пальцы куриной ноги. С облегчением выдохнув, я с улыбкой обернулась к женщине.

– «У страха глаза велики» плюс преувеличение?

Ведунья улыбнулась мне в ответ и хитро подмигнула.

Вздохнув, я продолжила осмотр владений Яги.

Все ее постройки, находились на возвышенности в виде небольшого пологого холма, на котором компактно расположился сам дом, сарай с белой козой, небольшой огородик с зеленью и, узкая кабина деревянного туалета, такого привычного, словно перенесенного из моего времени.

Увидев это важное строение, мне немедленно захотелось его посетить, о чем я скромно и намекнула ведунье.

В домике задумчивости, подумалось мне, что не очень хорошо травить местную флору ну, вы понимаете, чем, и заглянула в дыру…

Выходила я оттуда, со слегка подергивающимся глазом. С трудом сформулировав вопрос, я поинтересовалась у женщины, что делает в дырке туалета, космос с вертящейся посередине черной, воронкообразной штуковиной.

– Это просто «черная дыра», – пожала плечами женщина, словно говоря о чем-то совершенно обычном. Хотя, конечно, кому как. – Не знаю, как она истолковала мое выражение лица, но поспешила пояснить:

– Просто в «черной дыре» любая материя перестает существовать, превращаясь в энергию, которая искривляет пространство-время, по сути, являясь своего рода, утилизатором.

Я нервно захихикала.

– Вы и такое, знаете?

– Я знаю все, – спокойно ответила ведунья, внимательно глядя на меня своими ярко синими глазами, а мне стало жутковато от этого всезнающего взгляда. А затем, она тихо добавила:

– А теперь, тебе пришла пора узнать, кто ты и какова твоя роль в этом обмене телами.

Глава 82. Путь домой

Я блаженно откинулась на шершавый ствол сосны и закрыла глаза. От долгой ходьбы, с непривычки гудели ноги, но в целом, я хорошо себя чувствовала. Вот только бы не заснуть сейчас, так как до темноты, я планировала пройти как можно дальше, поэтому время терять не хотела.

Вздохнув, я с усилием отлепила себя от дерева, и с тяжким стоном поднялась на ноги. Вот все же, разные у моего старого тела и тела Авроры, привычки. Живя в своем времени, я, поев, тут же чувствовала бодрость и желание что-то делать, словно меня хорошенько подзарядили. В этом же теле, после еды меня сразу начинает клонить в сон, вот, как сейчас, например.

Спасибо Яге, подлечила, накормила, да с собой еды вдоволь дала! Но, самое главное, она не только указала мне дорогу домой, но и дала проводника! Кстати, а где он? Я взволнованно огляделась по сторонам, но Бобика и след простыл. Неужели к Яге вернулся!? Вздохнув, я принялась сворачивать свой маленький пикничок.

Уложив продукты в рюкзак, положила туда и плащ, в котором еще на рассвете по холодку, тронулась в путь. Но сейчас, судя по солнцу, был почти полдень и температура воздуха, стала вполне комфортной, тем более, что я была в движении.

Еще раз, оглядевшись по сторонам, я на всякий случай позвала:

– Бобик! – а в ответ, тишина! Только слышно, как верхушки сосен тихо поскрипывают в вышине, да деловито стучат дятлы.

– Бе-ге-мооот! – позвала я снова.

И тут же, позади меня, послышался громкий хруст опавших сухих веточек под чьими-то ногами, в данном случае, лапами. Оглянувшись, я непроизвольно вздрогнула. Ни как не могу привыкнуть к этакой псине! Умные глаза янтарного цвета, укоризненно уставились на меня, словно отчитывая за излишнюю суету.

– Ну, что, Бегемотик, пойдем уж. Веди!

Что поделать, не могу я называть зачарованного кота, – Бобиком!

Да, в проводники Яга дала мне кота, – Бегемота, но сначала, она наложила на него морок, так что все, кто будет его видеть, станут принимать за собаку, чтобы кот не только дорогу мне указывал, но и лихих людей своим видом отпугивал! Правда, ведунья меня же и предупредила, что в случае опасности, кот не сможет меня защитить, придется самой выпутываться. Именно поэтому, я старалась передвигаться не людным трактом, а лесом.

С момента моего побега, погода стала лучше, началось, похоже, второе «бабье лето». Поэтому, идти по дороге, одетой в теплый плащ с капюшоном, я не могла, зная, что это будет выглядеть довольно подозрительно, а без плаща, меня сразу выдадут мои яркие, практические красные, волосы.

Итак, я снова двинулась в путь, словно тень, скользя от дерева к дереву и зорко следя за дорогой, вдоль которой пока пролегал мой маршрут.

Едва завидев крестьянскую подводу или пешего путника, я пряталась за толстым стволом дерева и пережидала, пока тракт снова опустеет.

Не припомню, когда еще в своей жизни, я чувствовала себя настолько одинокой и беспомощной и лишь разговорами с котом, который в виде большой собаки бесшумно бежал впереди меня, я поддерживала в себе боевой дух.

До самой темноты я шла, лишь изредка останавливаясь, чтобы отдохнуть и скромно перекусить. Мой мохнатый спутник, гордо отказывался от предлагаемой ему еды, но иногда, он на некоторое время бесшумно скрывался в лесу, и возвращался довольно облизываясь.

Предстояла ночевка в лесу, а затем, мне на некоторое время придется покинуть уютные заросли, и, перейдя на противоположную сторону тракта, пройти через деревню, по другую сторону которой, снова углубиться в лес.

Вот этот самый путь, я планировала преодолеть рано утром, практически на рассвете, когда жители деревеньки будут спать, а я смогу проскользнуть незамеченной.

Но вот, стало слишком темно, чтобы продолжать идти по лесу. Я огляделась, пытаясь найти хоть одно дерево, с низко расположенными ветвями и пожалела, что так поздно опомнилась, так как под густыми кронами, тьма сгущалась намного быстрее.

К счастью, уже некоторое время назад, сосновый бор сменился смешанным лесом. Осины и березы, были слишком тонкими, у лип, ветки начинались довольно высоко, чтобы можно было залезть на них, а вот дубы встречались редко, и все же, это был мой шанс.

Наконец, удача мне улыбнулась и в сгустившейся тьме, я увидела раскидистый дуб, с низко нависающими над землей, толстыми ветвями. Радостно охнув, я принялась кружиться около него, выискивая, на какую ветку, сначала, удобней будет взобраться.

Внезапно, тишину леса прорезал тоскливый, берущий за душу волчий вой. Совсем неподалеку от меня, ему вторил второй, а затем, со всех сторон понеслась перекличка серых разбойников. Надо ли говорить, что уже при первых звуках волчьего воя, меня вознесло на довольно большую высоту. Едва восстановив, сбившееся от страха и карабканья вверх, дыханье, я принялась выискивать ветку поудобней.

И мне повезло! Одна из них, по какой-то причине, как бы частично отщепилась от основного ствола, образуя небольшую плоскую платформу, на которой я с удобством расположилась.

Достала из рюкзака плащ, надела, завернувшись в него поплотнее, и накинула на голову теплый капюшон. Рюкзак повесила на соседнюю ветку. Затем, уже привычно привязала себя к стволу, и, беспокойно оглядевшись в поисках Бегемота, позвала его.

Снизу раздался шорох, царапанье когтей по дереву, и на соседнюю ветку, ловко вскарабкался пес. Я вздрогнула. Пусть я и знала, что под личиной собаки скрывается кот, но все равно, необычно было видеть пса, с легкостью прогуливающегося по тонкой ветке.

Некоторое время я слушала волчий вой, прислушиваясь к успокаивающему мурчанию кота. Через некоторое время, я почувствовала, как его мягкие лапы, осторожно ступили мне на колени, накрыв мои ноги пушистым теплом. Не заметив как, я уснула.

Да, спать сидя на жесткой ветке, это не на перине нежиться в удобной кровати! Поэтому, чтобы проснуться с первыми робкими лучами солнца, мне никакой будильник не понадобился. Некоторое время, послушав пение жаворонка и еще трех, неизвестных мне пташек, я поспешила спуститься на землю.

Не обнаружив поблизости кота, догадалась, что пушистик наверняка, отправился на утреннюю охоту.

Некоторое время мне пришлось походить, шипя от покалывающих мои ноги и пятую точку, иголочек, в затекших мышцах. Совершив важные гигиенические процедуры, закончившиеся умыванием росой с листьев приютившего меня дуба, я, поеживаясь, принялась одеваться.

Достав из рюкзака длинную юбку, я сменила на нее, брюки, вновь превратившись в барышню. Свои волосы, тщательно заплела в тугую косу, постаравшись, чтобы яркие пряди не падали мне на лицо и случайно не выдали ищейкам императора. Надела рюкзак, плащ, надвинула посильнее на глаза капюшон, и, крикнув Бегемота, отправилась в путь.

Выходя из леса на открытую местность, я чувствовала себя, чуть ли не партизаном посреди минного поля. С бешено колотящимся сердцем, пересекла пыльный тракт, и вскоре, вошла в бедную деревушку, раскинувшуюся далеко вширь, в обе стороны от проходившей сквозь нее, узкой дороги.

Несмотря на бедные домишки, огороды у крестьян были очень большими. Сквозь чисто символическую ограду из тонкого штакетника, были видны еще не полностью убранные грядки с вялыми зелеными верхушками каких-то овощей. Из них, я узнала, пожалуй, только морковь, да тугие белые кочаны капусты.

Я, торопилась быстро пройти сквозь эту деревушку, надеясь не наткнуться на кого-то из жителей. Ведь новый человек в таком месте, где все друг друга знают, обязательно вызовет интерес. А там глядишь, и выдадут меня тем, кто будет спрашивать, и обещать звонкую монету за информацию.

Со всех сторон, началась задорная перекличка местных петухов, приветствующих уже поднявшееся над горизонтом дневное светило.

Неподалеку, стукнула калитка. Я, невольно вжала голову в плечи и ускорила шаг, но пройти незамеченной, шансов оставалось все меньше и меньше. Так как дворовые собаки, учуяв мой запах, и, видимо, кота, принялись неистово брехать, вынуждая своих хозяев, покинуть нагретые постели и выйти посмотреть, какого чужака занесло к ним в село в такую рань.

– Бабушка! – послышался окрик позади меня. Кого бы там ни звали, но меня от волнения, буквально в пот бросило, и я лишь ускорила, шаг.

– Бабушка, да погоди же! – послышалось уже ближе, и во рту немедленно стало сухо, а стучащее, словно молот, сердце, переместилось к горлу.

Не знаю, по какой причине, но видимо, именно меня почему-то приняли за старушку.

Когда сзади послышалось тяжелое дыхание, и чья-то рука легла мне на плечо, сердце пропустило удар.

– Бабушка! Я тебя зову-зову! – обиженный голос того, кто меня догнал, показался мне детским.

Я медленно повернулась к незнакомцу, и, не поднимая высоко головы, бросила взгляд исподлобья.

– Ой! – подпрыгнул паренек, лет двенадцати. – Матушка обозналась! Она приняла вас за знахарку из соседней деревни. Извините! – и, мальчонка, сверкая босыми грязными пятками, убежал к матери.

А я, глубоко задумавшись, пошла своей дорогой. Интересно, почему меня приняли за бабушку? Неужели, только из-за черного плаща?

Вскоре, показалась околица деревеньки, за ней, на большом поле, стадо коров. Через поле, вела дорога, прямиком к следующему лесочку и я в предвкушении ускорила шаг, торопясь поскорее скрыться под его сенью и наконец, позавтракать.

Мой призрачный пес, уверенно бежал впереди меня, указывая дорогу, а значит, я на верном пути, и пока правильно сама отыскиваю дорогу, следуя объяснениям Яги.

Судя по всему, мне предстоит еще две или три ночевки в лесу. И все же, скорее три. А все потому, что идти по лесу, перешагивая через поломанные ветви, поваленные деревья и переходя небольшие овражки, было куда медленней и утомительней, чем по ровной дороге.

Уже начало припекать солнце, и я, мысленно кляня свою неудачливость, усиленно потела в жарком плаще, не решаясь его сбросить. Я находилась посреди дороги, хорошо видимая в оба ее конца, потому меня, с моими приметными волосами, могли разглядеть издалека.

Я шла, обливаясь потом и сокрушаясь, что только из-за холодной дождливой погоды, заставшей меня в «Охотничьем домике», мне пришлось шить себе очень теплый плащ, а затем, погода резко поменялась в лучшую сторону, но, увы, не для меня.

А еще, я в который раз, мучительно пыталась вспомнить, что же мне говорила Яга по поводу моего предназначения!? Зачем я оказалась в этом времени? Почему моя душа «прыгала» по нескольким телам и почему задержалась в теле Авроры? Я ведь точно помню, что она мне все объяснила. И до сих пор, словно вижу перед собой, ее серьезные синие глаза, смотрящие на меня с вселенской мудростью, но, никак не могу понять, почему я все забыла.

Хотя, соображение на этот счет у меня появилось. Возможно, ведунья решила, что эти знания мне станут мешать в пути, и я не смогу сосредоточиться и буду не внимательна.

Наконец-то, я вступила под спасительную сень леса, на этот раз, лиственного. Так необычно было видеть после темно-зеленых ветвей сосен, желтые и красные листья, частично облетевшие с деревьев и устилавшие землю, отчего лес казался куда светлее и прозрачнее.

Опасаясь именно последнего, я поспешила углубиться в него, торопясь совершенно затеряться среди деревьев. Заблудиться я не боялась, так как была уверена, что ведьмовской кот обязательно выведет меня на верную дорогу.

С облегчением скинув плащ, я почувствовала, что если сейчас же не искупаюсь, или, хотя бы, не оботрусь влажной тканью, то просто с ума сойду!

– Бегемотик! Случайно, неподалеку нет речки или ручья, какого?

Огромный пес утвердительно мявкнул, что выглядело довольно дико, и то и дело, оглядываясь на меня, уверенно побежал вперед. Я, держа в руках плащ, и перепрыгивая через валежник, поспешила за ним.

Петляя между камней по узкой низине, протекал небольшой звонкий ручей. Я радостно вскрикнула и начала к нему спускаться. Решив убрать плащ в рюкзак, я скатала его в рулон, и, замерла.

От ощущения потери, меня прошиб холодный пот. Я помнила, как снимала с себя плащ, но как сначала сняла и куда положила потом рюкзак, не помнила совершенно! Получается, я осталась без еды и без воды!?

Мои руки буквально опустились, небрежно бросив на плащ на землю. Вот тебе и позавтракала! Ну, хоть напьюсь. Мысль, что мне все же придется обращаться к людям, чтобы попросить воды или кусок хлеба, претила мне, ведь я понимала, что и без того бедные люди, чаще всего будут мне отказывать, а то и гнать прочь, словно нищенку!

С тяжелым сердцем, я, придерживая юбку, спустилась к ручью напиться, наклонилась, да так и замерла, ошарашено глядя на свое отражение в воде. Пропавший и уже оплаканный мной, рюкзак, преспокойненько висел на своем законном месте, а именно, за моей спиной!

Пока я думала, разозлиться ли на себя или истерически засмеяться, до меня дошло, что утром, спросонья, я сначала надела на себя рюкзак, а уже сверху на него, плащ! Рюкзак топорщился под плащом, отчего, издалека, я была похожа на горбатую женщину! И, видимо, именно поэтому, мать мальчика, меня с кем-то спутала!

А что, это идея! Похоже, я теперь знаю, как мне безбоязненно идти днем по тракту, не переживая, что меня узнают, или прицепятся какие молодчики! Вот только, придется терпеть жару. Но, ради того, чтобы как можно скорее оказаться дома, я решила, что это не большая жертва!