Текст книги "Многоликий Янус (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 44 страниц)

Глава 27. Чёрное и белое

Оливер Райли

Слишком поздно я понял, что обычно все радужные надежды, оборачиваются полным и бьющим под дых, крахом. Тем более этот эффект будет заметен, чем сильнее волнует сердце преждевременная радость и предвкушение возможного счастья, что на сей раз со мной и случилось.

Дожив до тридцати двух лет, я лишь единожды был сильно влюблен, что закончилось для меня огромным разочарованием. Но, по иронии судьбы, вынужден жениться именно на той, которая разбила мне сердце. На той, что лишила всяческих иллюзий, на счёт самой возможности особых отношений между мужем и женой. В этом браке, будет лишь холодный расчёт, или в лучшем случае, терпимое сосуществование двух, совершенно чужих друг другу людей.

Я почти всю ночь не спал, переживая предательство Ядвиги. Да, я прекрасно понимал, что, по сути, его и не было! Что мы с девушкой, нормально общались лишь однажды! И в том, что я себе нафантазировал, ее вины нет! Но сердце рвалось на части, стоило мне только вспомнить тот злосчастный поцелуй! И дело даже не в нем самом, а в том, как она его целовала! Со всей страстью влюбленной девушки. Я понял, что шансов у меня никаких!

Но едва, у меня получилось, хоть как-то себя успокоить, и буквально пару часов поспать, как гром среди ясного неба, еще одна новость! Пришла в себя, моя невеста!

Всё это, промелькнуло в моей голове, когда вместе с будущим тестем, мы шли в гостиную. Принимать в своей комнате мужчин, было верхом неприличия для незамужней девушки. Мои посещения Авроры в ее спальне, во время болезни, были не в счет.

– Граф, неужели Аврора настолько хорошо себя чувствует, после столь долгой болезни, что уже сама спустится к завтраку? – задал я мучивший меня вопрос, как только мы прошли мимо комнаты моей невесты, к лестнице.

– Да, князь, – полуобернувшись, ответил Ларион Саян, – сам удивляюсь! Моя дочь встала с постели так, словно одну ночь только провела в ней! Никогда прежде мне подобного не приходилось встречать, – озадаченно хмыкнув, ответил граф.

– Да вот, да вот. – Только и нашелся я, что пробурчать.

В гостиной наш ждал лишь накрытый к завтраку стол, и ожидаемо, стул Авроры был пуст. Тут же нахлынули воспоминания, как совсем недавно, на этом месте сидела самая восхитительная девушка из всех, кого я, когда либо, знал.

Сев на свое место, вопросительно посмотрел на графа.

– Давайте, начнём завтракать, князь! – ответил он на мой невысказанный вопрос. – Боюсь, Аврора будет еще долго прихорашиваться, чтобы поразить своего жениха в самое сердце! – немного наигранно пошутил граф и засмеялся, сделав знак лакею, положить ему каши.

– Да уж куда больше! Я и так поражен, дальше некуда! – ответил я с некоторой долей сарказма. Но окрыленный радостью от выздоровления единственной дочери, граф, этого не заметил.

Тот час, двери широко распахнулись, и в гостиную царственной походкой вплыла Аврора. Одетая в парчу и в шелка, ее сиятельство, Гордыня и Высокомерие! И мгновенно меня осенило прозрение и удивление! Как я вообще мог даже допустить мысль, что в простую девушку, могла переселиться душа Авроры! У них совершенно разный вкус к одежде, украшениям и прическе, они по-разному, общаются и относятся к людям, да, у них характеры абсолютно разные! Эти две девушки, как чёрное и белое! Чёрное, как раз, сейчас важно шествовало, к столу.

Мы с графом встали, приветствуя входящую даму. Лицо отца при этом осветилось счастливой улыбкой любящего родителя. Его дочь, чопорно кивнув отцу, меня удостоила лишь мимолетным взглядом. Проглотив обиду, я откашлялся и сказал:

– Аврора, я несказанно рад вашему выздоровлению! Как только вы окрепните после болезни, мы тут же объявим дату нашей свадьбы.

«Счастливая» невеста, после моих слов, недовольно сморщила свой аккуратный носик, и, качнув прической-башней, капризно проговорила:

– К чему спешить, князь!? После объявления о помолвке, до свадьбы, ради приличия, должно пройти, хотя бы полгода!

Мне стало смешно, и я ответил: – Графиня, со дня нашей помолвки, прошло почти шесть месяцев! И еще месяц уйдет на подготовку. Все приличия соблюдены! Или вы еще надеетесь встретить более подходящую партию!? – не удержался я от колкости.

Девушка зло поджала губы. Пару минут, в гостиной царило гнетущее молчание, слышался лишь легкий звон приборов. Затем, Аврора, гордо подняв подбородок, повернулась ко мне и, брызжа ядом, процедила:

– Какую бы я не выбрала партию, все было бы куда лучше, чем вы, князь! Что толку бахвалиться своим титулом, если сами бедны, словно церковная мышь!? – фыркнула красотка.

А у меня возникло непреодолимое желание, схватить её рукой за идеально уложенную прическу и несколько раз, макнуть головой в салат, что она сейчас ела. Вернее будет сказать, что слегка клевала, изображая еду. То ли дело, здоровый аппетит Ядвиги! И ни капли жеманства и позерства! Снова против своей воли, вспомнив эту девушку, вспомнил и ее страстный поцелуй с Оливером! Немедленно в груди поднялась и заклокотала ярость. Ведь она говорила, что не помнит его! Неужели вспомнила!? Нет у меня ни малейшего шанса. Не успел! Упустил!

Почувствовав на себе чей-то взгляд, я поднял голову и увидел с интересом смотрящие на меня глаза Авроры. Лицо у девушки было задумчивое и немного удивленное.

– Князь, я вас не узнаю! – томно пропела она. – Что-то вы за эти четыре месяца, совсем растеряли хватку и умение пикироваться! Вот что значит, вам не с кем было тренироваться! Вести светскую беседу, это вам не хвосты свиньям крутить! Или кто у вас там, в усадьбе, есть? – добавила Аврора, и улыбнулась язвительной улыбкой.

– Ну, свиньи или кто там у меня ещё есть, вы вскоре узнаете сами! Я вас, лично со всеми познакомлю! – коварно улыбнувшись, ответил я. – Как говорится: «И в горе и в радости!» Так что, вместе крутить хвосты будем! Да и вообще, все делать, что понадобится. Нужно же хозяйство поднимать!

Девушка буквально захлебнулась от возмущения и со звоном, отбросила от себя столовые приборы.

– Ну, знаете ли! Это переходит всякие границы! Хам! Хам и мужлан! И, даже титул не скроет вашего невежества! – выкрикнула красотка и нервно сдула, упавший ей на лицо локон. Резко встав, она не удержалась на ногах, и, схватившись за скатерть, потянула ее на себя. Краткий миг ощущения, что Аврора, еще, быть может, устроит на ногах, и, вот, девушка с визгом падает на пол, увлекая за собой лакея, пытавшегося в последнюю секунду удержать молодую хозяйку, а также скатерть со всей посудой и блюдами, стоявшими на столе. Все это, со звоном посыпалось на виновницу сего безобразия. Повторный пронзительный визг, вывел нас с графом из ступора и мы подбежали к Авроре, чтобы помочь подняться с пола, этому чумазому недоразумению в заляпанных вареньем, кружевах.

Оттолкнув наши руки, моя невеста самостоятельно встала, и, пнув ногой лакея, завывая, бросилась вон из зала.

– Вот и поговорили, – грустно произнес граф. – А я хотел порадовать Аврору, сказав, что в честь ее выздоровления, через три дня, у нас будет прием! Приглашены все наши соседи!

– Ничего, успокоится, еще успеете ее обрадовать, – поддержал я разговор и ухмыльнулся, вспоминая, в каком виде Аврора выскочила из зала. – Ничего, – подумал я, – поженимся, начну перевоспитывать. Я такие, фортели терпеть в своем доме не намерен! Тем более, не дам унижать и обижать прислугу! Эти люди много лет служат моей семье, и уже давно стали ее частью. А своих, я в обиду не даю!

Вытерев руки о край стянутой на пол скатерти, мы, с графом перешагивая через разлетевшиеся по полу кушанья, направились к выходу.

– Князь, вы хоть поесть успели? – обратился ко мне Ларион Саян.

– Да, знаете ли… – начал мямлить я, стесняясь сказать, что голоден, как волк!

– Ясно. – Кивнул мой будущий тесть. – Поднимайтесь в библиотеку! Прикажу, чтобы нам с вами туда подали завтрак. Надеюсь, на кухне хоть что нибудь, да осталось! – хмыкнул он.

В этот момент, входная дверь хлопнула и, неся с собою с улицы, запах травы и цветов, сияя широкой улыбкой, вошла Ядвига.

Тотчас, мое сердце сладко замерло, но вспомнив ее поцелуй с женихом, болезненно сжалось.

Едва завидев нас, девушка поприветствовала графа и меня быстрым книксеном и поспешно взбежала на второй этаж.

Мы с графом тревожно переглянулись. Суетливость девушки и ее испуганный, настороженный взгляд, брошенный в нашу сторону, немало озадачил. А где ее манеры? Спокойствие и уверенность при общении с людьми, независимо от ранга!?

– Пойду, зайду к Ядвиге, – пряча глаза, сказал граф. А вы, князь, проходите в библиотеку, я скоро вернусь.

– Граф, что-то случилось? – невольно вырвалось у меня.

Ларион Саян, несколько секунд стоял ко мне спиной, затем, как-то нервно и решительно обернувшись, произнес:

– Оливер, как мне быть!? Аврора требует выгнать Ядвигу не только из обещанной ей, мною, комнаты, но и из замка! Как мне быть!?

Я почувствовал, что моя ненависть к будущей женушке, пухнет, как тесто на дрожжах! Пальцы невольно сжались в кулаки, а из груди вырвался звериный рык. Сделав несколько глубоких вздохов, я хрипло сказал:

– Она же спасла вам жизнь, граф!

– Да, Оливер, я это помню! Но, Аврора не хочет и слышать, чтобы служанка жила в гостевой комнате!

– Заранее, приношу извинения, граф, но осмелюсь напомнить, что хозяин замка, именно вы! И ваше слово здесь, решающее! А Аврора лишь ваша дочь!

– Да-да! Конечно! – рассеянно ответил мне граф. – Ядвига умная девушка! Я надеюсь, она меня поймет! – суетливо добавил он и пошел на второй этаж.

Я нервно оглянулся по сторонам, ища, куда бы ударить. Аврора только пришла в себя, а мне уже хочется, стать вдовцом, еще не женившись. Ненавижу!

Глава 28. Кому конец, кому начало

Так вот ты какая, – Смерть. Изнутри ты черная, с темно серыми просветами. Оказывается и серый цвет может казаться светлым! Смотря с чем его сравнивать.

Я перемещалась в этом, чёрно-сером «нигде», пролетая по узким извилистым коридорам, изредка попадая в тупики или округлые комнатки, с произвольно нагроможденными стопками чего-то. В темноте было трудно разобрать, что именно я вижу. Неужели так будет всегда!? Мелькнула заполошная мысль.

Мысль. – За это слово я вцепилась, словно клещами, боясь упустить его и забыть. Мысль. Я вспомнила! «Я мыслю, следовательно, я существую»! Это же изречение философа Рене Декарта!

Оказывается, я что-то помню! И могу даже оформить в слова и проанализировать! Итак, следуя вышеозначенному жизнеутверждающему изречению, делаю вывод, что я вовсе не совсем уж и умерла! А это значит, еще поборемся!

И вдруг, я вспомнила разговор с Ядвигой! Когда она рассказывала мне, как оно там, в голове! И как раз она говорила про темные коридоры и маленькие комнатки, со стеллажами, забитыми фотоальбомами и книгами, в которых хранятся воспоминания человека!

Но как, же там можно что-то вообще рассмотреть, в полной темноте!?

И, словно в ответ на мой вопрос, немедленно стало светлее! Значительно светлее! В тот момент, я как раз находилась в одном из коридоров, когда прямо передо мной, вспыхнул свет в самом его конце. Я зажмурилась.

Или я ошибаюсь!? Или этот свет в конце тоннеля, для меня приглашение на ТОТ СВЕТ!? Как бы то ни было, а это куда лучше полной темноты и пустоты! И, вообще, зовут, значит нужно идти! И я, полетела! Только сейчас, обратив внимание на это обстоятельство, я постаралась скосить глаза вниз, но своего тела не увидела! Совсем! Стало как-то не по себе. Но, с другой стороны, душе тело не положено. Или духу? Как я теперь, правильно называюсь?

За этими суетливыми и бестолковыми мыслями, я подлетела к манящему источнику света. И оказалась перед двумя одинаковыми овальными экранами.

О! Так я же в голове у Ядвиги! Ну, держись, «подружка»! Теперь я буду тебе жизнь портить! Хотя. Да ничего я не буду такого делать! – Грустно подумала я. – Меня никто не заставлял, я сама уступила место законной хозяйке тела! Пусть она будет счастлива! А я, хотя бы в «окошко» на мир, иногда стану посматривать.

С этой мыслью, я подлетела к одному из «окон». Как я уже догадалась, это были глаза.

Посмотрела, и мысленно хмыкнула. Мы находились, в какой-то странной комнате. Ну, пусть и не очень странной, но уж точно не знакомой. И это явно были не мои шикарные апартаменты, в которых мне разрешил поселиться граф!

***

Ларион Саян, спешно поднялся на второй этаж и нерешительно остановился у двери Ядвиги. Чуть помявшись у порога, он выдохнул и громко постучал.

За дверью послышались легкие шаги, и девушка сама ему открыла. Ах да! Вспомнил граф, камеристка Марта ведь вернулась прислуживать Авроре! Смущенно улыбаясь, Ядвига присела в реверансе и посторонилась, пропуская мужчину в комнату.

Ларион Саян вошел и осмотрелся. Около большой кровати, стояли подаренные им сундуки с вещами Авроры, которые он когда-то с такой любовью выбирал для дочери и которые та, не пожелала носить! Сердце кольнула запоздалая обида. Но мужчина тряхнул головой, отгоняя непрошенные воспоминания.

Сундуки были раскрыты, и почти все вещи из них, извлечены на свет божий и разложены на кровати.

Щеки Ядвиги смущенно запылали.

– Ваше сиятельство! Благодарю вас за эти чудесные наряды! – улыбнувшись, сказала девушка. – Они все, такие красивые! И туфельки! И все моего размера, как на заказ! – И ее лицо, снова озарила искренняя улыбка.

– Не стоит благодарности! – ответил граф, и почувствовал себя неловко, тем более в свете того, зачем он явился к своей спасительнице. Заложив руки за спину, мужчина нервно прошелся до окна. И, резко развернувшись, заговорил:

– Ядвига! Я очень благодарен тебе за свое спасение, и, клянусь, что не забуду этого! Выслушаю любую твою просьбу, и постараюсь ее выполнить! Но, дело в том…, – граф замялся, теребя рукой кружевной манжет батистовой рубашки, и, бросив на девушку короткий взгляд, продолжил:

– Сегодня утром, моя дочь очнулась! – на лице мужчины, робко промелькнула светлая улыбка. – И, понимаешь, она сейчас очень плохо себя чувствует и поэтому, нервничает. – Граф снова замолчал, нервно кусая губы.

В комнате повисла неловкая пауза.

– Ваше сиятельство! – Так же смущаясь, заговорила девушка. – Я очень признательна вам за такую чудесную комнату и просто шикарные вещи! Но, случилось чудо! Я все вспомнила! – Просияла она улыбкой. – Я вспомнила своего жениха, Вильяма! И, он сделал мне предложение! Мы хотели бы через месяц, пожениться! Прошу вас, дать нам на это разрешение! – сказала Ядвига, и выжидающе посмотрела на графа Саяна.

– Это просто чудесная новость! – просиял тот. – Поздравляю тебя, дитя мое! А в честь вашего с моим воспитанником, бракосочетания, я дарю вам дом! Сегодня же пошлю в имение Вильяма, своих самых лучших строителей! И, когда-то, сгоревший родительский дом, будет отстроен ко дню вашего бракосочетания! А пока, до свадьбы, ты можешь жить в этой комнате!

– О! Благодарю вас, граф! – радостно захлопала девушка в ладоши. – Это просто царский подарок! И дом, и дозволение пожить в такой чудесной комнате, и платья! – милое личико Ядвиги, буквально сияло.

На этой позитивной ноте, граф покинул покои своей гостьи, так и не решившись отказать ей от дома. Направляясь к Авроре, он надеялся смягчить ее гнев, пообещав, что Ядвига скоро выйдет замуж и уедет из замка.

Но дойдя до комнаты дочери, он услышал, как та отчитывает свою камеристку и решил, зайти к ней позже, когда Аврора выпустит пар и будет находиться, в более благодушном настроении. Вообще, ведь совсем не обязательно спешить с плохими новостями. Не правда ли!?

Мужчине не хотелось идти ни в свои покои, ни в библиотеку, ни в кабинет. Как никогда его потянуло выйти на свежий воздух, пройтись по саду, поразмышлять…

А подумать было о чем! Его никак не оставляло смутное беспокойство. Что-то не так было с Ядвигой. Куда только делось ее уверенное спокойствие, прямой взгляд мудрой женщины и грамотная речь?

В этой новой Ядвиге, вернувшей свою память, появилось заискивающее почитание, так свойственное челяди, затаенный страх в глазах, неуверенность в речи и слишком детская восторженность. Граф вздохнул. Ему очень будет не хватать разговоров с очаровательной, умной и смелой собеседницей!

Выйдя на улицу, Ларион Саян направился к любимым качелям своей дочери. По большому двору, суетливо сновала прислуга, занимаясь своими ежедневными делами. Проходя мимо хозяина, работники быстро кланялись и спешили убраться с глаз долой, как говорится, спокойствия ради и во избежание.

Погода радовала. После вчерашнего сильного ливня, воздух был чист и свеж. Запах мокрой земли и травы, приятно щекотал обоняние. Аккуратно идя по узкой тропинке, стараясь не зацепить мокрые ветви деревьев, граф вышел на поляну с качелями. Но на удивление, они были заняты, низко опустив голову, на них ссутулившись, сидел, его будущий зять. Судя по его понурому виду, Оливера обуревали отнюдь ни счастливые мысли о выздоровлении невесты и скорой женитьбе.

Граф нахмурился. Он, конечно, прекрасно понимал, что его дочь, далеко не подарок! Она хороша только, когда спит или молчит. Но, ни то, ни другое, не может длиться всю супружескую жизнь. И всё же он, как отец, переживал за будущее Авроры и хотел обеспечить ей надёжный тыл и безбедное существование. Ларион Саян не считал Оливера хорошим дельцом, но был абсолютно уверен, что зять, хотя бы, не растранжирит его состояние. А ведь так часто делает большинство молодых повес, едва получив в свое пользование, состояние родителей или супруги.

Граф был далеко не глупым человеком, и он сразу заметил, как Оливер смотрит на Ядвигу! И хотя, сейчас, он уже знал, что девушка точно не ответит князю взаимностью, рисковать не хотел.

– Зачем ждать целый месяц? – размышлял он. – Через три дня бал, в честь выздоровления Авроры, а через две недели, – свадьба! Ведь могут же молодые, совместить свадебное путешествие и отдых на целебных водах!? Конечно, могут! Ведь его дочери просто необходимо укрепить свое здоровье после долгой болезни! Да вот хоть, к примеру, они поедут в знаменитый бельгийский городок Спа! Авроре очень пойдёт на пользу, чистый воздух Арденнских гор, животворящие термальные источники и запах лесной свежести! Решено! Свадьба состоится через две недели! Благодушное настроение от принятого, наконец, решения, нарушил душераздирающий крик экономки Гарнии.

Глава 29. Новое тело

Я внимательно осмотрела комнату, в которой сейчас находилась Ядвига, сначала было, решив, что девушка приступила к выполнению своих прямых обязанностей, работе горничной. Но уж очень эта комната, выглядела… как бы помягче, ее назвать, не презентабельной, что ли!? Ну, никак она не тянула на апартаменты хозяина замка, да и на гостевую комнату тоже! Я же прекрасно помню, в какую светелку, меня поселил граф! А эта …

Прямоугольное помещение, в дальнем своем конце, заканчивалось одним окном, частично завешенным простой шторой, сшитой из, … Хотя, я бы сказала, что шторка, в своем прошлом, успела побывать платьем или халатом, от которого отрезали рукава, и обрезали все неровности, изобразив кривоватый прямоугольник. Не очень веселая расцветка, больше напоминающая сильно линялую синеву, нагоняла скорее, тоску, чем украшала помещение.

Перед моими «глазами», быстро мелькали предметы скудной меблировки, не давая нормально осмотреться. Да, очень неудобно не быть хозяйкой тела. В данный момент, я себя, скорее всего, ощущала, оператором башенного крана, управление которым, я потеряла. А теперь сижу на верхотуре, беспомощно наблюдая, как взбесившаяся техника мечется туда-сюда без особой цели и с неясными последствиями.

Перед моим взором, промелькнула простая деревянная кровать, какая стояла в моей комнате-кладовке, но застелена она была не в пример, лучше. Тюфяк, скорее всего, набит перьями, так как солома из него не торчала. На кровати также имелась такая роскошь, как подушка! И даже, довольно приличного вида, одеяло.

Ядвига суетливо что-то искала. Вот она подошла к грубо сколоченному деревянному шкафу, и открыла дверцу. В нем, сиротливо жались друг к другу, три вешалки, с похожими друг на друга, как сестры-близнецы, форменными черными платьями.

Ужас! Неужели граф отказал Ядвиге в комнате и отнял все подаренные вещи? – мелькнула предательская мысль, в то время, пока уже не мое тело, опасно наклоняясь, одевало на себя одно из этих безобразий. – Такого не может быть! Такой ведь весь из себя приятный старичок, хоть и аристократ! Хотя, так ли я его хорошо успела узнать!? Ведь аристократов учат искусству дипломатии, а простым языком, говоря, искусству скрывать свои мысли и чувства, уже с детства! Хотя, ради чего бы это ему распинаться и расшаркиваться перед простой служанкой?

Тем временем, девушка резко наклонилась к полу, а я почувствовала, как к горлу подкатил комок и меня затошнило. С детства недолюбливаю, карусели и весь транспорт, на котором может укачать. Хотя, как меня может тошнить, если у меня нет тела!? Если я не чувствую рук и ног, то и всего остального тоже не могу ощущать! Как бишь этот эффект называется? Вспомнила! Фантомные боли!

Пока я объясняла самой себе, что тошноту я теперь ощущать, по определению не могу, Ядвига уже переобулась в мягкие, но тоже черные, туфельки и вышла из комнаты. Судя по всему, она находится на втором этаже, но в крыле, противоположном хозяйскому, в самом конце коридора. Ядвига дошла до бывшей «моей» шикарной комнаты, и… постучала. В моем не существующем мозгу, что-то зашумело, и я почувствовала себя на грани обморока, из-за абсурдности самой ситуации. Ну, кому взбредет в голову, стучать в собственную комнату!?

Но тут, дверь открылась, и я увидела… Ядвигу!

Согласитесь, смотреть на саму себя со стороны, довольно сильное потрясение! А я уже успела привыкнуть считать лицо этой девушки, – своим! Поэтому, я чисто рефлекторно завизжала. И, видимо, очень громко.

Мой персональный башенный кран, резко наклонился и обоими «окнами», пошел на сближение с полом.

***

Еще совсем недавно, тихий и молчаливый замок, наполнился шумом и гамом. На постоянной основе, то тут, то там, слышался недовольный визгливый голос Авроры, ругающий всё и вся!

Большой замок, стал походить на разоренный муравейник. По коридорам и лестницам, с различными поручениями, бегали слуги, лакеи и горничные. В комнату Авроры, прошествовала важная дама, сзади которой, семенили четыре её помощницы, неся в руках корзинки с кружевами, нитками и иглами. Следом за ними, три дюжих молодца, поднесли множество отрезов различных тканей.

Это прибыла, специально вызванная из столицы, известная портниха Агнесса Илларионовна Трубецкая. Фигуристая женщина сорока-сорока пяти лет, с царственной осанкой и высокой благообразной прической из черных, чуть тронутых сединой, волос. Имея легкий добродушный характер, женщина запросто находила общий язык, даже с самой капризной заказчицей, исключение составляла, только дочь графа Саяна. Аврора могла вывести из себя и святого. Агнесса Илларионовна, могла бы запросто отказаться обшивать столь капризную и взбалмошную клиентку, у неё не было недостатка в заказах.

Терпеть истерики Авроры, она была согласна только по двум причинам. Первая состояла в том, что мадам Трубецкая, была весьма неравнодушна к хозяину замка, лелея надежду, рано или поздно, стать графиней Саян. Вторая же причина, была довольно очевидна. Граф не торгуясь, платил за многочисленные наряды своей дочери и сверху давал такую же цену, компенсируя подорванное нервное здоровье известной портнихи.

В этот же раз, требовались не просто новые наряды, а самые лучшие! Граф желал с большим размахом отпраздновать выздоровление своей дочери, а особенно, ее свадьбу!

***

Я открыла глаза, и поняла, что какое-то время, находилась без чувств. Но как такое возможно!? Как дух, может потерять сознание? Какой стресс или потрясение, вообще может быть у бесплотного духа? Но, так или иначе, это произошло. Я прекрасно помнила, от чего случился мой обморок! Согласитесь, жутковато видеть тело, которое ты считал своим, со стороны и живущим своей, самостоятельной жизнью! Так что я теперь находилась, в чьём-то другом теле. А вот в чьём именно, надеюсь, мне скоро предстоит узнать.

Посмотрев в глаза – окна, я увидела, что мой носитель, навис над молоденькой горничной и резким, визгливым голосом, отчитывает ее за какую-то мелкую провинность. Я призадумалась, вспоминая, где могла слышать этот противный, резкий как бензопила, женский голос. Практически сразу я поняла, что попала в тело экономки Гарнии. Ну, что ж, соседство так себе, но выбирать не приходится. Пожалуй, это может оказаться даже интересным!

Затем, я едва успевала следить за стремительными маневрами своего тела-носителя. Эта железная женщина, словно метеор, была везде и практически, одновременно! И выдать разнарядку на уборку комнат, и послать служанку с тачкой постельного белья к прачке, и отправить посыльного в местную лавку при селе, с целым списком необходимых мелочей для приема гостей…

Даже на кухню к Миле, сунула свой нос, потребовав у неё одобренное графом меню и проверив количество и качество, только что завезенных продуктов.

Даже в ледник под кухней спустилась, чтобы самолично, ощупать и обнюхать вывешенные на крюках свиные туши и различные копченые колбасы! Глядя на злющее, лицо Милы, когда Гарния спускалась в погреб, я аж забеспокоилась, что сейчас за экономкой с треском захлопнется люк, и я останусь с воющей от страха женщиной, а потом, мне придется выносить и общество её вредного духа.

Но, к счастью обошлось! Повариха смогла удержать себя в руках, и мы с Гарнией, целыми и невредимыми, вылезли на свет божий. Прямо с кухни, экономка направилась к себе в комнату. Я уж было подумала, что женщина притомилась, от трудов праведных и хочет отдохнуть или переодеться. Но, это оказалось, не так. Едва Гарния закрыла за собой дверь, как извлекла из глубокого кармана, своего незаметного мрачного платья, большую котелку копченой колбасы!

Я, от неожиданности присвистнула и вслух сказала:

– Ну, ни чего себе, сходила с проверочкой! А бедной поварихе теперь что, отчитываться за недостачу!?

– Кто здесь!? – испуганно выдохнула Гарния.

– Кто-кто. Я, – твоя Совесть! – буркнула я в ответ. И чуть не оглохла от жуткого визга экономки.