Текст книги "Змий из 70 IV (СИ)"

Автор книги: Сим Симович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 23 страниц)

Змий откинул голову назад и искренне, раскатисто расхохотался. Звук его смеха заставил водителя-гвардейца нервно дернуться. Абсурдность ситуации просто зашкаливала.

– Твою мать, рогатый! – отсмеявшись, простонал москвич. – Да мы с тобой, оказывается, братья по разуму! Ты сейчас практически один в один описал работу нашего советского Минздрава! Только у нас вместо Департамента Страданий – Госплан и Центральный Комитет, а вместо смоляных озер отправляют участковым терапевтом в какую-нибудь глухую Сызрань.

Альфонсо смахнул пепел за борт джипа, чувствуя невероятное, парадоксальное родство с этим существом из другого измерения.

– А начальники? – хирург заговорщицки понизил голос. – У вас там есть бессмертные кураторы в драповых пальто, которые любят появляться из ниоткуда и капать на мозги, требуя дестабилизации региона?

Адельхард понимающе, тонко улыбнулся, и на секунду сквозь человеческую маску проступил хищный, клыкастый оскал.

– Архидемоны, – со смаком произнес тиун. – Сидят в своих базальтовых башнях, пьют выдержанную агонию и спускают директивы одну абсурднее другой. Требуют внедрять инновации в пыточные процессы, экономить селитру и оптимизировать логистику проклятий. А бюджеты при этом пилят так, что на границе Стикса контрабанда чистых душ идет целыми баржами. Откаты владыкам перекрестков – это вообще святое. Без заноса нужной суммы в канцелярию ни один контракт на вызов в мир смертных не утвердят. Я, чтобы попасть в Элитный раздел вашего магазина, отвалил местным клеркам такую взятку, что на нее можно было купить небольшую луну.

– Идеально, – восхищенно выдохнул Трикстер, хлопнув демона по плечу. Инфернальный маг поморщился, но стерпел фамильярность нанимателя. – Система едина везде. В Москве, на Мадагаскаре, в Бездне… Везде правят бал план, блат и воровство бюджетов. Знаешь, Адельхард, мы с тобой точно сработаемся. Мы тут сейчас такую внеплановую инвентаризацию алмазных копей проведем – ни один Архидемон не докопается. Спишем всё на усушку, утруску и боевые потери карманного диктатора.

– И проведем излишки мимо основной кассы, – изящно закончил мысль выходец из Пекла, и его янтарные глаза довольно блеснули. – Прагматичный подход, господин. Одобряю.

Интеллектуальная беседа двух закоренелых циников, нашедших столько общего в устройстве советской номенклатуры и демонической иерархии, могла бы продолжаться еще долго. Но внезапно колонна со скрежетом тормозов начала останавливаться.

Рация на приборной панели джипа истерично затрещала, выплевывая помехи и ругань на суахили вперемешку с французским матом.

Змиенко подобрался, мгновенно сбрасывая расслабленную маску. Фиалковые глаза сузились, сканируя пространство впереди. Джунгли расступались, открывая вид на широкую просеку, перегороженную массивными спиралями колючей проволоки. За ними, среди поваленных вековых деревьев, хищно скалились амбразуры бетонных дотов, а на флангах угадывались приземистые, плоские башни легких танков западного производства.

Корпоративные наемники выстроили рубеж обороны, и теперь мадагаскарский авангард, опьяненный химией, готовился расшибить себе лоб об эту непреодолимую, залитую бетоном и свинцом стену.

– Кажется, квартальный отчет придется сдавать с боем, повелитель, – тихо заметил Адельхард, поправляя манжеты. Морок на его лице едва заметно пошел рябью, предвкушая хорошую драку.

– Ничего, – холодно отозвался хирург, открывая свой саквояж. – Сейчас мы выпишем этим капиталистам такой больничный, что они его до самого Страшного суда не закроют.

Первый грузовик авангарда даже не успел затормозить, когда дорога под его колесами вздыбилась ослепительным гейзером огня и разорванной в клочья земли. Противотанковая мина швырнула многотонную машину в воздух, словно детскую игрушку, перевернула в полете и с тошнотворным хрустом впечатала в стволы вековых баобабов.

Джунгли, до этого оглашаемые лишь ревом дизелей, мгновенно потонули в оглушительной, монотонной трескотне крупнокалиберных пулеметов. Корпоративные наемники устроили классическую, хрестоматийную огневую засаду. Идеальный сектор обстрела, пристрелянные ориентиры и надежные укрытия из армированного бетона, хитро замаскированные под холмы, поросшие лианами.

Выжившие гвардейцы Мбасы посыпались из кузовов следующих машин. Для обычных солдат такой шквальный огонь стал бы приговором: они залегли бы в грязь, вжимаясь в колеи, молясь всем богам и тщетно пытаясь вызвать поддержку. Но по венам островного спецназа гулял «Авангард-4».

Химия Двадцать восьмого отдела сыграла с бойцами злую шутку. Лишенные страха и боли, одурманенные синтетической яростью, они не стали искать укрытия. Гвардейцы с безумным, звериным хохотом бросились в лобовую атаку прямо на пулеметные гнезда.

Это было жуткое, иррациональное зрелище. Солдаты наступали на противопехотные мины-«лягушки», теряли ноги в кровавых ошметках, падали, но продолжали ползти вперед, цепляясь пальцами за корни деревьев и поливая джунгли слепыми очередями из автоматов. Они не чувствовали, как свинцовый ливень калибра 12,7 миллиметра рвет их плоть на куски.

Однако против законов физики любая, даже самая передовая советская фармацевтика была бессильна. Голое мясо, пусть и не чувствующее боли, не могло пробить бетон.

А затем из замаскированных капониров на флангах с хищным лязгом гусениц выкатились два французских легких танка AMX-13. Их длинноствольные пушки рявкнули, выплевывая осколочно-фугасные снаряды прямо в гущу наступающих безумцев. Очередной грузовик разлетелся на горящие фрагменты, щедро осыпав обочину кровавыми ошметками того, что еще минуту назад было элитным взводом мадагаскарской армии. Атака захлебнулась в собственной крови и перемешанном с грязью свинце.

Диктатор находился в трех сотнях метров от мясорубки, в командирском броневике. Бывший полковник, а ныне самопровозглашенный император, в бешенстве колотил пудовым кулаком по раме лобового стекла, глядя в бинокль на то, как его лучшую гвардию методично, по-бухгалтерски сухо перемалывают в фарш.

– Отходите! Мать вашу, назад! – орал Мбаса в тангенту тяжелой армейской рации, брызгая слюной. Рация в ответ лишь шипела помехами и предсмертными хрипами командиров передовых отделений.

Плутониевое сердце в груди киборга колотилось с такой силой, что, казалось, вот-вот проломит ребра. Африканец был тираном, мясником, но он был профессиональным военным. Он прекрасно понимал, что без тяжелой артиллерии или поддержки с воздуха этот рубеж не взять. Оставлять здесь всю армию из-за горстки алмазов и упрямства столичного эскулапа он не собирался.

Дверца броневика резко распахнулась. На подножку, совершенно не обращая внимания на свистящие в ветвях шальные пули и осколки, грациозно запрыгнул Змиенко. Врач придерживал левой рукой полы своего белоснежного халата, а в правой меланхолично сжимал неизменную папиросу.

Вслед за ним, не издав ни единого звука, из теней джунглей вынырнул Адельхард. Демон в строгом костюме-тройке остановился у бампера, брезгливо стряхивая с плеча какую-то тропическую гусеницу.

– Чего шумим, вождь? – весело поинтересовался Трикстер, заглядывая в кабину. – У тебя там парни так задорно бегут, аж душа радуется. Отличная кардионагрузка!

– Кардионагрузка⁈ – взревел Мбаса, поворачивая к хирургу перекошенное от ярости лицо. Его пустые глаза сейчас полыхали настоящим первобытным гневом. – Твоя гребаная химия сделала из них бесстрашных идиотов! Они прут на крупнокалиберные пулеметы с голыми руками! Мою гвардию сейчас перемажут по тракам французских танков, а нам даже нечем ответить! У меня нет пушек, чтобы вскрыть эти доты, лепила!

Киборг в сердцах швырнул бесполезную рацию на рифленый пол кабины.

– Мы отступаем, Альфонсо. Я не положу здесь половину армии из-за корпоративных камушков. Перегруппируемся, вызовем вертушки, запросим у твоего Центра гранатометы…

– Отставить панику, Поль, – голос москвича мгновенно потерял насмешливые интонации, став холодным и жестким, как скальпель. – Никаких отступлений. Мы не для того перлись в эти комариные болота, чтобы разворачиваться перед первой же бетонной стенкой.

Ал спрыгнул с подножки и активировал «Око Бездны», глядя в сторону линии фронта. Там, над развороченной землей, густо поднимались серые искры погибших солдат. Товар пропадал зря. Обычные душонки, конечно, но их было слишком много, чтобы просто списать в убыток. И уж тем более он не собирался упускать жирный куш в виде наемников и их ручного божества, запертых за этим периметром.

– Они зарылись в бетон, доктор! – рявкнул африканец, высовываясь из машины. – Ты предлагаешь мне закидать их танки шприцами с твоим стимулятором⁈ Чем ты собираешься пробивать броню? Медицинскими утками⁈

Столичный светило медленно затянулся, выпустил густое облако дыма прямо в потное лицо диктатора и хищно, недобро улыбнулся. Его фиалковые глаза сверкнули в полумраке джунглей абсолютной, непоколебимой уверенностью существа, в чьем кармане лежали козыри из совершенно другой реальности.

– Я предлагаю тебе просто заткнуться, Поль, и наслаждаться сервисом высшего класса, – ласково произнес врач. – Ты жаловался на отсутствие тяжелой артиллерии? Так вот, у советской науки всегда есть асимметричный ответ на агрессию капитала.

Змиенко повернул голову к стоящему рядом невозмутимому демону. Адельхард ди Васи ван Гот стоял, идеально выпрямив спину, и с легким, почти научным интересом наблюдал за разрывами танковых снарядов. В его янтарных глазах не было ни капли страха – только профессиональная, холодная оценка чужих укреплений.

– Адельхард Васильевич, – Трикстер элегантно указал рукой с зажатой папиросой в сторону изрыгающих огонь бетонных дотов. – Кажется, наши западные партнеры нарушают правила дорожного движения и мешают проезду скорой помощи. Вы не могли бы провести небольшую… инспекцию их фортификационных сооружений? Желательно с летальным исходом для проверяемых.

Маг-рыцарь медленно перевел взгляд на своего нанимателя. Тонкие губы тиуна растянулись в безупречной, вежливой улыбке, за которой скрывался многовековой садистский опыт офицера Пекла. Демон плавно поднял правую руку и показательно поправил запонку на белоснежном манжете.

– С превеликим удовольствием, товарищ главврач, – бархатный голос выходца из Бездны прозвучал тихо, но заставил Мбасу инстинктивно вжаться в сиденье броневика. – Обожаю демонтировать незаконные постройки. Позвольте мне показать этим господам, как работает настоящая, нелицензированная архитектура Разрушения.

Адельхард ди Васи ван Гот неторопливо покинул относительное укрытие за бронированным бортом командирской машины. Элегантный мужчина в строгом сером костюме-тройке шагнул прямо на раскисшую грунтовую дорогу, щедро перепаханную гусеницами и залитую кровью авангарда.

Воздух вокруг гудел от свинцового шторма. Трассирующие пули прошивали листву, срезая толстые ветки баобабов, словно бритвой. Однако ни один снаряд так и не коснулся фигуры невозмутимого консультанта. Пространство в полуметре от тиуна едва заметно искажалось, преломляя свет, и смертоносный металл просто огибал демона по дуге, с глухим чавканьем уходя в грязь.

Маг-рыцарь остановился посреди просеки, поднял лицо к пробивающимся сквозь кроны деревьев лучам солнца и с наслаждением втянул носом запах пороховой гари.

Диктатор в броневике забыл, как дышать. Плутониевое сердце Мбасы пропустило удар, когда бывший полковник увидел, что странный москвич даже не пытается достать оружие.

– Вы просили асимметричный ответ, товарищи? – бархатный баритон выходца из Бездны без труда перекрыл грохот французских танковых орудий. – Извольте получить.

Адельхард не стал тратить время на долгие шаманские пляски, чтение древних гримуаров на латыни или рисование пентаграмм в дорожной пыли. Офицер Пекла ценил свое время и уважал эффективность. Маг просто поднял руки, элегантно поправил безупречно повязанный галстук и легонько, почти небрежно щелкнул пальцами.

Звук этого щелчка не мог быть громким, но он почему-то отдался звоном в ушах каждого живого существа на несколько километров вокруг.

Реальность над полем боя жалобно треснула. Прямо над бронированными башнями двух изрыгающих огонь легких танков AMX-13 распахнулись абсолютно черные, пульсирующие пространственные разломы с рваными, кровоточащими краями. Это были не порталы для перемещения, а прямые, ничем не фильтруемые окна в самые жаркие кузни Седьмого Круга.

Из провалов, игнорируя гравитацию и законы термодинамики, хлынули густые потоки черного, с багровым отливом пламени Разрушения. Инфернальный огонь лился прямо сквозь открытые люки и командирские башенки бронемашин, не встречая никакого сопротивления.

Танки даже не успели выстрелить в ответ. Спустя секунду многотонные стальные коробки раскалились до вишневого свечения. Внутри с чудовищным грохотом сдетонировал боекомплект, и сорванные башни, крутясь в воздухе, улетели куда-то в заросли папоротника. Экипажи корпоративных наемников испарились, не успев даже осознать причину своей гибели.

– Красота, – искренне восхитился Змиенко, прислонившись плечом к крылу джипа и затягиваясь папиросой. – Никакой бумажной волокиты с актами списания техники. Сразу в утиль.

Но на этом демонстрация квалификации баснословно дорогого приобретения не закончилась.

Тяжелые пулеметы в бетонных дотах на мгновение заткнулись – стрелки пребывали в абсолютном шоке от мгновенного уничтожения бронеподдержки. Эту секундную заминку тиун использовал с максимальной эффективностью.

Адельхард сделал плавный пас рукой, словно дирижер, вступающий в кульминационную часть симфонии. Земля перед укрепленными окопами наемников пошла волнами, вспучилась и лопнула. Из зловонных провалов, с лязгом стальных когтей и леденящим душу рычанием, на свет божий вырвалась свора гончих Бездны.

Твари размером с хорошего теленка были сотканы из переплетенных мышц, выпирающих наружу костяных шипов и чистой, концентрированной ярости. Вместо глаз на их уродливых мордах пылали угли, а с клыков капала слюна, прожигающая бетон. Инфернальные псы, изголодавшиеся по свежему мясу в своих вольерах, с радостным визгом бросились прямо в траншеи противника.

Оборонительный рубеж корпоратов превратился в филиал бойни.

Западные наемники, ветераны десятков локальных конфликтов, не были готовы к такому повороту событий. Автоматные очереди в упор лишь отрывали от гончих куски гнилой плоти, нисколько не замедляя хищников. Твари рвали людей на части, прокусывали кевларовые бронежилеты как картон и забрасывали в амбразуры дотов сгустки адского пламени. Воздух наполнился истошными, нечеловеческими криками заживо сгорающих и разрываемых на куски солдат удачи.

Мадагаскарский авангард, все еще находящийся под действием стимуляторов, радостно заулюлюкал и снова рванул вперед, добивая тех, кто пытался вырваться из зубов гончих.

Столичный светило отлепился от джипа, поправил воротник халата и неспешным, прогулочным шагом направился прямиком в этот кипящий котел боли и смерти.

Змий активировал «Око Бездны» на полную мощность. Джунгли перед ним расцвели тысячами призрачных оттенков. И над растерзанным рубежом обороны сейчас поднимался самый роскошный, самый густой урожай за всю историю его пребывания на этом континенте.

Искры корпоративных бойцов были не чета блеклым душонкам местных повстанцев. Густые, насыщенные кровью и многолетним опытом убийств багровые сгустки энергии метались над окопами, не в силах покинуть проклятое место.

Врач шел сквозь дым и пламя, словно заботливый садовник, собирающий поспевшие плоды. Черная паутина симбиота под кожей запястий пульсировала в экстазе. Души десятками втягивались в ауру хирурга, заставляя счетчик инфернального баланса крутиться с бешеной скоростью. Золото системы снова начало скапливаться в бездонных виртуальных карманах, обещая новые, еще более чудовищные возможности.

Адельхард ди Васи ван Гот дождался своего нанимателя у догорающего остова французского танка. Демон достал из кармана белоснежный платок, брезгливо промокнул им лоб, на котором не было ни капли пота, и учтиво склонил голову.

– Огневые точки подавлены, дорога свободна, господин Змиенко, – доложил маг-рыцарь с интонацией идеального британского дворецкого. – Мои питомцы немного увлеклись в траншеях, но я проследил, чтобы они не попортили ваш… энергетический урожай. Надеюсь, товарищ полковник оценит качество советских генетических модификаций?

– Оценит, не сомневайся, – Ал хищно улыбнулся, глядя на то, как последние багровые искры растворяются в его ладонях. Баланс приятно тяжелил душу. – Он сейчас там, в броневике, судорожно пытается подобрать челюсть с пола. Отличная работа, Адельхард. Теперь капиталисты знают, что мы идем.

Трикстер перевел взгляд на уходящую вглубь джунглей дорогу. Там, за зеленой стеной, находились алмазные копи и зажравшийся хтонический божок, который пока еще не догадывался, что за его головой явился лучший хирург Москвы в компании аристократа из Бездны.

Колонна прорвала последнее кольцо густых экваториальных зарослей, и джунгли резко, словно отсеченные гигантским мачете, расступились. Тяжелые армейские грузовики с лязгом выкатились на широкую, залитую безжалостным полуденным солнцем пустошь.

Зрелище, открывшееся перед мадагаскарским авангардом, заставило бы перекреститься даже самого убежденного атеиста из Политбюро.

Колоссальный, уходящий глубоко в породу карьер алмазных копей квадрата С-12 напоминал рану на теле планеты. Западная корпорация вгрызлась в африканскую землю с поистине индустриальным размахом. На террасах циклопической воронки застыли желтые громадины экскаваторов «Катерпиллер» и пузатые карьерные самосвалы. Периметр был огорожен тройным кольцом колючей проволоки, вышками с прожекторами и бетонными огневыми точками, на фоне которых уничтоженный блокпост казался детской песочницей.

Но самым жутким здесь была не военная или промышленная мощь.

Прямо в центре выработанного кратера, между высокотехнологичными буровыми установками и конвейерными лентами, возвышался ступенчатый зиккурат. Постройка была сложена не из кирпича или бетона, а из тысяч потемневших человеческих костей, скрепленных засохшей бурой глиной и чем-то подозрительно напоминающим смолу. Вокруг этого алтаря первобытного ужаса суетились люди в строгих корпоративных бронежилетах поверх рубашек с закатанными рукавами. Технократия и древний кровавый культ слились здесь в абсолютно немыслимом, тошнотворном экстазе.

Водитель броневика ударил по тормозам, не доезжая километра до внешнего периметра. Следом, поднимая тучи рыжей пыли, остановилась вся немногочисленная, но предельно злая после бойни на дороге гвардия Мбасы.

Диктатор грузно вывалился из кабины, сжимая в руке бинокль. Плутониевое сердце в его груди застучало быстрее, разгоняя по венам жадность пополам с восхищением.

– Матерь божья… – хрипло выдохнул африканец, вглядываясь в линзы. – Сколько железа. Одни только эти желтые экскаваторы стоят больше, чем весь годовой бюджет моей республики. А генераторы? Вы посмотрите на эти дизель-генераторы! Да тут электричества хватит, чтобы осветить весь Мадагаскар!

– Типичный комплекс неполноценности периферийного правителя, – бархатисто, с легким оттенком брезгливости произнес Адельхард, плавно покидая джип.

Демон одернул лацканы своего серого костюма и скептически окинул взглядом открывшуюся панораму. Золотые глаза мага-рыцаря презрительно сузились, сканируя не технику, а густые, гнилостные потоки энергии, стекающиеся к костяному зиккурату в центре карьера.

– Абсолютная безвкусица, – вынес вердикт тиун, доставая белоснежный платок и прикладывая его к носу. – Совместить передовую инженерию со столь примитивным алтарем… Даже у нас на Нижних Уровнях, где работают наименее интеллектуально одаренные демоны-прорабы, стараются соблюдать хоть какую-то архитектурную гармонию. Эта западная корпорация совершенно не имеет понятия о стиле.

Трикстер неторопливо спрыгнул на горячую пыль следом за своим консультантом. Белоснежный халат москвича слегка запылился, но сам столичный светило излучал такую волну холодного, расчетливого энтузиазма, что стоящие рядом гвардейцы инстинктивно делали шаг назад.

Ал достал из кармана портсигар, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся, наслаждаясь моментом. «Око Бездны» уже работало на полную мощность. Для хирурга карьер выглядел как гигантская, переполненная чаша с деликатесами. Сотни вооруженных наемников за периметром фонили густым, вкусным страхом – они уже получили по рации вести о том, что случилось с их передовым блокпостом, и теперь до одури боялись тех, кто вышел из джунглей. А внутри костяного зиккурата тяжело, с хлюпающим звуком пульсировала багровая, древняя матрица местного божества.

Кровавый Дух просыпался, почуяв грандиозную жатву.

– Стиль – дело наживное, Адельхард Васильевич, – весело хмыкнул Змиенко, выпуская в раскаленный воздух сизое облачко дыма. – Главное, что пациент подготовился к операции. Операционная освещена, инструменты на месте, анестезия… ну, анестезию они нам сами обеспечат, судя по количеству стволов на вышках.

Внезапно над карьером раздался оглушительный треск статических помех. Корпораты включили систему громкой связи, обычно используемую для оповещения шахтеров при взрывных работах. Эхо многократно отразилось от скалистых террас, превращая человеческий голос в раскатистый бас.

– Говорит начальник службы безопасности объекта «Орион»! – голос с сильным французским акцентом звучал напряженно, но пытался казаться стальным. – Вы вторглись на частную территорию, охраняемую международным мандатом! Ваше продвижение незаконно! Любое пересечение красной линии у колючей проволоки будет расцениваться как акт терроризма. Немедленно разворачивайте машины и уходите в джунгли! Мы задействовали протокол «Эгида», повторяю…

Африканский киборг злобно сплюнул под ноги.

– Международным мандатом они прикрываются, крысы офисные, – прорычал Мбаса, передергивая затвор трофейного пистолета-пулемета. – Мои парни сейчас этот мандат им в глотки запихают. Доктор, химия еще действует? Сможем прорвать периметр так же, как на блокпосту?

Москвич стряхнул пепел, задумчиво разглядывая укрепления.

– Химия работает, вождь. Но пускать твое мясо в лобовую атаку на эти минные поля – значит просто испортить мне статистику. К тому же, у них там, кажется, намечается какая-то оккультная самодеятельность.

Змий указал мундштуком папиросы в центр карьера.

Вокруг костяного зиккурата началось нездоровое оживление. Наемники в бронежилетах силком тащили к основанию алтаря несколько десятков связанных пленников – судя по изможденным лицам и рваной одежде, это были те самые отработанные шахтеры и местные бунтовщики, которых корпорация держала на убой. Капиталисты, осознав, что пулеметы могут не справиться с одурманенной армией, решили срочно активировать свой главный, сверхъестественный козырь и внести авансовый платеж по контракту с Кровавым Духом.

– О, процедура экстренной стимуляции иммунитета, – издевательски протянул врач, наблюдая, как пленников ставят на колени перед древним строением. – Пытаются разбудить свою карманную собачку. Какая прелесть.

Адельхард презрительно скривил губы.

– Примитивная магия крови. Грубая, грязная и абсолютно неэффективная, – тиун элегантно поправил запонки. – Они хотят напитать тварь свежими смертями, чтобы она накрыла карьер непроницаемым защитным куполом и свела с ума нападающих. Позволите мне прервать этот фарс, повелитель? Пара точечных пространственных разломов в центре алтаря, и их божок подавится собственным бетоном.

Змиенко отрицательно покачал головой. В его фиалковых глазах загорелся тот самый фанатичный, хирургический азарт, который заставлял обитателей даркнета почтительно склонять головы перед смертным.

– Отставить, Адельхард. Не будем портить им праздник. Пусть будят. Пусть раскармливают эту тварь до предела, – москвич широко, хищно улыбнулся, предвкушая грядущий деликатес. – Чем больше душ они в него вольют, тем сочнее будет вырезка. К тому же, я хочу проверить, как моя Теневая Хирургия справится со вскрытием пациента, накачанного местными стероидами.

Ал бросил окурок в пыль, растер его носком начищенного ботинка и обернулся к тяжело дышащему диктатору.

– Поль, командуй своим ребятам привал. Раздай им по второй порции «Авангарда», пусть готовятся к зачистке. И скажи, чтобы стволы на зиккурат не наводили.

Мбаса нахмурился, не понимая самоубийственной логики столичного эскулапа.

– Ты сдурел, лепила? Они сейчас вызовут какую-то местную дрянь! Мои шаманы на острове от одних слухов об этом Кровавом Духе в обморок падали! Если эта штука вырвется, она нас всех сожрет!

– Успокойся, вождь, – Трикстер похлопал киборга по напряженному плечу, и в этом жесте было столько снисходительного превосходства, что африканец невольно скрипнул зубами. – Советская медицина лечит абсолютно всё. Даже острые приступы языческого мистицизма. А пока пациент на операционном столе готовится к наркозу, мы с Адельхардом Васильевичем пойдем поздороваемся с главврачом этого санатория.

Хирург подхватил свой медицинский саквояж и, насвистывая легкомысленный мотивчик, неспешно зашагал прямо по открытой дороге к ощетинившемуся пулеметами периметру корпоративной базы. Демон в строгом костюме, ни на секунду не теряя идеальной осанки, скользнул следом, словно безупречная, смертоносная тень. Настоящая, элитная жатва только начиналась.