Текст книги "Огонь, пепел и ветер (СИ)"

Автор книги: Северина Мар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 31 страниц)

Вместо площади, где стояла плаха, ее доставили на Лунный остров. На палубе корабля, с ее головы стянули мешок и она увидела очертания дворца, поднимавшегося уступами цветущих садов и галерей, и венчавшегося острыми шпилями и золоченными крышами.

Ее снова бросили в темницу. На этот раз Селена оказалась не в одиночестве в тесной каморке, в которой едва можно было выпрямиться и вытянуть ноги, а в огромном подземном зале, лишенном окон. Длинными рядами тянулись разложенные на полу тюфяки.

Здесь собрали десятки девушек: измученных, отчаявшихся и голодных. Все они оказались здесь по разным причинам, одни, как Селена – были схвачены за участие в ополчении, другие за воровство, убийство или просто за то, что отказали тому – кому не следовало, или разозлили, кого-то имеющего власть.

Среди них были простые крестьянки, и мещанки, вроде самой Селены, отпетые негодяйки с самого дна трущоб, купеческие дочки, послушницы обителей семи сестер, целительницы и даже одна златоволосая прекрасная княжна, чья семья впала в опалу у Капуцеров.

С каждым днем число девушек в подземной темнице только увеличивалось, вскоре они уже буквально сидели друг на другие и спали по двое или по трое на одном тюфяке или вовсе на полу. Еды им также недоставало, и каждый день, когда тюремщики приносили трапезу, им приходилось драться за кусок хлеба и глоток воды.

Селена проводила дни одна, забившись в дальний угол темницы. Она не стремилась ни с кем сдружиться или выстроить альянс. Ей всего лишь хотелось, чтобы все это скорее закончилось. Она давно сдалась, поняв, как глупа и бессмысленна была ее борьба. Лучше бы она никогда не связывалась с Сопротивлением и все также работала бы прислужницей за пару медных монет.

Вечерами, она сидела всматриваясь в висевшие вдоль стен вещательные кристаллы в медных оправах. Их трепещущий розовый свет, был их единственной защитой от мрака. Раз в несколько дней тюремщики их уносили, заменяя на новые и каждый раз Селена гадала о том, кто смотрит эти запечатления, наблюдая и потешаясь над сидящими в заточении, обреченными девушками.

Глава 12. Темница и Отбор

Когда их, наконец, вывели наружу уже стояло начало лета, с жаркими, засушливыми днями и холодными ночами, пронизанными дувшим с моря ветром.

Девушек затолкали в крытые повозки, так плотно словно они были не людьми, а свиньями, которых везли на убой. Селена не могла даже сесть, стиснутая со всех сторон чужими телами.

Перед отправкой тюремщики загнали их в купальню. Затем им дали чистые платья – алого цвета – цвета невест и даже заколки, чтобы убрать волосы. На шеи им надели железные колье, напоминавшие ошейники с вставленными в них вещательными кристаллами. Теперь их тела пахли розовой водой и персиковым маслом, но от этого благоухания Селену тошнило сильней, чем от запаха пота и немытых тел.

Одни рыдали и выли, уверенные, что их везут на казнь, другие злились и ссорились, а третьи, как и она сама замерли, словно змеи, почувствовавшие опасность.

Их привезли на широкое, открытое пространство, зиявшее дырой среди густого леса. Земля здесь была черной и плотной, словно камень. Казалось, что много лет назад здесь бушевал пожар и почва после него так и не восстановилась, оставшись мертвой и пустой. Из земли вырастали острыми зубьями каменные стелы, выстроенные в виде вдетых друг в друга колец. Между ними стояли шелковые шатры белого и синего цвета. На ветру полоскались штандарты. Слышался лай гончих псов и клекот ферналей.

Здесь собралось множество народу – придворные дамы в роскошных платьях, покрытых тонкой вышивкой, вельможи в высоких охотничьих сапогах и струящихся за спиной плащах. Вокруг сновало множество слуг, птичников, псарей, евнухов и наложниц. Подобно каменным изваяниям стояли легионеры императорских войск, их черные плащи развевались на ветру, а лица скрытые за забралами, делали их похожими не на живых людей, а на выполненных в человеческих рост кукол.

Девушек выстроили перед всеми, расставив рядами. Перед ними на низком и широком, обитом бархатом золоченом кресле сидел юноша с красивым и точеным лицом, томным взглядом, и убранными в длинный хвост светлыми волосами. Он был одет в синие одежды, расшитые золотыми нитями и сияющими на солнце каменьями.

Его лицо казалось столь знакомым, словно Селена знала его всю свою жизнь, хотя, на самом деле, она видела его впервые наяву. Это был наследный принц Юлиан – тот самый, которого она должна была отравить укусом змеи. Фрески с его изображением украшали всю Альтору, золоченые статуи стояли на каждом углу, хотя ничего стоящего он еще не совершил.

Принц Юлиан ел ягоды винограда, подаваемые прекрасной почти обнаженной наложницей, сидевшей у его ног, и поглаживал крупного черного пса, положившего голову ему на колени.

Вокруг уже собрались вельможи и придворные дамы. Они поглядывали на выставленных перед ними девушек с гадким любопытством и надменным презрением, так словно те и вовсе не были больше людьми, а превратились в причудливых насекомых, пойманных и нанизанных на булавку.

– А вот и гости, которых я обещал вам позвать, – сообщил принц Юлиан. – Скоро начнется самое веселье, но сперва надо избавиться от всех уродин.

Селена не сразу поняла, что он говорит о них.

Поднявшись он вышел вперед, и принялся ходить между рядами, разглядывая девушек.

Пока они были в темнице их места силы не протыкали иглами, вместо этого им подмешивали в еду травы от которых сознание становилось мутным, словно вода на болоте, и не было никаких сил, чтобы колдовать. Сейчас туман в голове понемногу рассеивался, и Селена чувствовала, что вскоре снова сможет применить свой дар.

– Фу, какая уродина. Уберите ее, – протянул принц Юлиан разглядывая худенькую и невысокую купеческую дочку.

Она была очаровательна и прелестна, когда только прибыла в темницу с месяц тому назад. Однако, череда лишений и страданий отпечатались на ее лице, также, как и шрамы оставшиеся после одной из драк, частенько вспыхивавших в переполненном подземном зале. Кто-то расцарапал ногтями ее лицо, и глубокие борозды так до конца и не зажили.

Селена думала, что ее просто уведут прочь и кинут обратно в темницу, но со свистом пролетел кинжал. Клинок, отправленный легионером, попал купеческой дочке прямо в голову. Она упала на землю, не успев даже вздохнуть. Собравшиеся вокруг вельможи и придворные дамы, захлопали, ликующе закричали, словно, случившееся было частью их развлечения.

Дрожь, охватившая Селену и слабость в ногах стали такими сильными, что она едва не упала. Кто-то из девушек, все же, не выдержал. Несколько из них попадали, лишившись чувств.

– Этих тоже убрать! – махнул рукой на них принц Юлиан.

Вперед вышли несколько легионеров. Встав над лежавшими без сознания девушками, они обнажили мечи. Блеснула сталь, кровь брызнула на алую ткань.

Принц Юлиан продолжал сновать среди девушек, разглядывая их, и презрительно комментируя их внешность. Тех, кого он называл уродливыми убивали и их тела так и оставались лежать на черной земле, приманивая мух.

Одна из девушек, кажется опальная княжна, когда принц оказался рядом с ней, закричала и выскочила вперед, из ее рук взметнуло пламя. Оно не успело опалить его, как земля под ее ногами разверзлась и она провалилась вниз. Почва над ее головой тут же стянулась так, словно ничего и не было.

Принц Юлиан был каменным колдуном и, как и все Капуцеры невероятно сильным. Скорее всего, ему бы хватило одного взмаха ресниц, чтобы обрушить землю из под их ног, или вырастить гору.

Селена сжала зубы, стучавшие так сильно, что ничего кругом не было слышно. Выходило, что принц Юлиан отбирал красавиц. Некрасивые и слабые были ему не нужны, но что он будет делать с остальными? Вряд ли что-то приятное.

Она стояла опустив взгляд, не в силах смотреть на то, что происходит. Когда за ее спиной раздался звук шагов, она вздрогнула и едва не лишилась чувств.

Принц Юлиан обошел ее по кругу и остановился рядом. Он был выше ее не меньше, чем на голову и ее взгляд уткнулся в его грудь, увешанную золотыми цепями и кулонами.

Протянув руку и больно ухватив ее за подбородок, он поднял ее лицо. На мгновение их взгляды встретились и ее обдало ужасом и холодом. Его глаза были равнодушными и скучающими. В них не было даже жестокости, которую она ожидала увидеть. Ему было всего лишь скучно и он разнообразил жизнь, убивая беззащитных людей.

– Что же, нос, как у свиньи, грудей нет, – сообщил принц, осматривая ее. – Впрочем, глаза весьма большие, а волосы… я таких еще не видал.

Он ухватил ее за локон и потянул, едва не вырвав его с куском скальпа.

Селена забыла, как дышать. На мгновение она подумала, что, может быть, и хорошо, если сейчас все закончится для нее.

Принц Юлиан огляделся, рассматривая немногих оставшихся стоять девушек и разбросанные вокруг них мертвые тела.

– Ладно уж, пусть будет, – протянул он. – Если вас будет слишком мало, станет скучно, – доверительно сообщил он Селене и щелкнув ее по носу, двинулся прочь.

Вскоре, осмотрев всех девушек, он вновь вернулся к своему креслу.

– Теперь, когда среди вас больше нет уродин, думаю, можно поговорить о том, что вас ждет, – сообщил принц Юлиан, закидывая ногу на ногу. – Вы все – негодяйки и преступницы, обреченные на смертную казнь.

Селена не смогла удержаться от того, чтобы не вскинуть брови. Да, может быть, сама она и была схвачена за дело – участие в сопротивлении, шпионаж и попытку покушения. Однако, она знала это точно, многие из девушек, стоявших вокруг нее не были ни в чем виновны. Кто-то был схвачен за то, что украл хлеб, чтобы младшие братья не умерли от голода, кто-то за то, что сказал, нечто, показавшееся дерзким легионеру на улице, кто-то за отказ разделить с влиятельным мужчиной постель. А одна из девушек всего лишь наступила случайно на шлейф знатной дамы. Да, среди них были и настоящие убийцы и воровки, но куда больше здесь собралось невинных и чистых несчастных сердец.

– В своей невероятной доброте и милосердии, я принял решение дать вам возможность искупить совершенные злодеяния и спасти собственные жизни, – продолжал принц Юлиан. – Чтобы понять, кто из вас достоин такой милости, я решил устроить Отбор. Та из вас, кто его пройдет – будет помилована и получит целую гору золота.

Сердце пустилось вскачь, словно резвая ферналь. Селена не верила своим ушам. Среди непроглядной тьмы забрезжил свет. Неужели, не все кончено и у нее есть надежда, на то, чтобы спастись?

Поднявшись с кресла, принц Юлиан вышел вперед.

– Сейчас вас отпустят и вам будет дозволено уйти, – сообщил он. – Вы должны будете добраться до Иренеусовой скалы. Она находится на западе Лунного острова, а мы сейчас – находимся на востоке. Вы сразу ее узнаете, когда увидите, это одиноко стоящая скала, похожая на огромный палец, торчащий из земли. Возле нее протекает Серебряный ручей и находится дворец, вырубленный в скале. Вам придется поторопиться – помилование будет даровано лишь одной, явившейся первой, и чтобы вы не скучали, следом за вами двинусь я в сопровождении свиты, – он обвел рукой вельмож, чьи глаза уже горели в жестоком предвкушении. – Те, кого мы нагоним – станут нашей законной добычей.

Сердце Селены стукнув в последний раз, остановились. Она распахнула веки так сильно, что стало больно глазам.

Разумеется, никакого спасения не было. Их всех убьют, только сделают это еще более мучительным и жутким образом, чем просто казнь. И только одна счастливица сможет этого избежать, получить свободу и даже золото, но едва ли Селена могла надеяться на то, что это будет она.

Принц Юлиан громко хлопнул в ладоши:

– Что вы стоите? – спросил он. – Время пошло!

Спотыкаясь и путаясь в юбках, девушки бросились врассыпную стремясь, как можно скорее добраться до кромки леса.

Лунный остров был обширен. Пять дней ушло у Селены, чтобы добраться с запада на восток.

Она была осторожна и осмотрительна. Как и всегда, ей помогали ее единственные друзья и соратники – змеи. Они подсказывали, где найти убежище и еду, от каких мест стоит держаться подальше и предупреждали об опасности.

За девушками следовали охотники и вельможи во главе с принцем Юлианом. Они загоняли их, как диких зверей, убивая ослабевших и раненых, недостаточно выносливых и крепких, чтобы продолжить путь. Кроме того, понимая, что спастись сможет лишь одна из них, девушки принялись нападать друг на друга, вовсе забыв о сострадании и доброте.

Принц Юлиан был прав и когда Селена добралась до Иренеусовой скалы, то тут же ее узнала. Острым когтем, скала пронзала небеса. Возле нее тек ручей, чьи воды искрились на солнце. Рядом вырастал прямо из скалы причудливый дворец с широкими террасами, нависающими над землей, воздушными галереями и тонкими башнями.

Селена упала на колени, не веря своим глазам. Ей казалось, что все это сон или видение, созданное ее больным и измученным умом. Это не могло быть правдой, она не могла обойти всех прочих и прийти к Иренеусовой скале первой.

К ней подбежали двое евнухов и подхватив ее под руки потащили к дворцу. Ее отвели в купальню, где служанки помогли ей омыть тело и волосы, смыть пот и запекшуюся кровь. Целитель излечил раны и травмы, полученные за время пути.

Селена плакала все это время, не веря тому, что ей все-таки удалось спастись. Когда ее проводили к принцу Юлиану, слезы из ее глаз больше не текли, а лицо было белым и чистым.

В ее честь закатили целый пир. Она сидела подле принца за длинным столом, уставленным золотыми блюдами с множеством яств. Музыканты играли на флейтах и скрипках. Вельможи и придворные дамы, одетые в расшитые золотом и серебром наряды из шелка и парчи, походили на прекрасных птиц, по ошибке опустившихся на землю. Перед ними выступали танцовщицы, облаченные в одни лишь звенящие и сверкающие украшения, акробаты и иллюзионисты.

Слуги то и дело подносили новые кушанья: жареное мясо пустынных львов, тушеных дельфинов в подливе из морских коньков, черепаховый суп и филе акул, в середине пира торжественно вынесли запеченного на вертеле руха.

Никогда еще Селена не ела так обильно и так вкусно. Принц приказал слугам, следить, чтобы ее тарелка не была пустой, и она ела не переставая, боясь отказаться и разгневать его. Вскоре у нее заболел живот и происходящее все больше напоминало пытку, а не увеселение.

Они пировали до самого рассвета, и когда принц Юлиан, взяв ее за руку вывел из дворца и повел к Иренеусовой скале, Селена едва могла идти из-за усталости и тяжести переполненного живота.

За ними тянулась процессия из вельмож и придворных дам. Слуги несли ярко горевшие огненные камни. Музыканты били в барабаны, отсчитывая, каждый их шаг.

– Настало время вручить тебе груду золота, – сообщил ей принц, когда они подошли к скале.

Сопровождавшие сгрудились вокруг них, образуя плотный круг.

– Держись крепче, – посоветовал Селене принц.

Внезапно, земля под ними стремительно понеслась вниз. Оказалось, что все это время они стояли на огромной каменной платформе, которую принц, силой своего дара заставил опуститься.

Селена невольно охнула, ухватившись крепче за его руку. На мгновение ей показалось, что внутренности вот вот выпрыгнут через горло наружу, но спустя пару ударов сердца платформа замерла.

Некоторые вельможи и придворные дамы попадали, не сумев удержать на ногах, и теперь, смеясь, пытались встать. Не обращая на них внимания, принц Юлиан потянул Селену за собой. Иногда они шли прямо по чьим-то одеждам или даже распростертым телам. Селене было неловко, тогда как принцу Юлиану все равно. На ее глазах, он наступил кому-то на голову.

Оглядевшись она поняла, что они очутились в огромном подземном зале, освещенном розовым сиянием вещательных кристаллов. Его своды поддерживали резные колонны, а стены украшали мозаики и росписи. Вместо одной из стен, зал завершался открытой террасой, под которым распростерлось еще большее открытое пространство.

Принц Юлиан подвел Селену туда и заставил посмотреть вниз.

– Вот она, груда золота, которую я тебе обещал, – прошептал он, и привычное равнодушие и скука на его лице, сменились чем-то странным – смесью алчности, страха и восхищения.

Селена взглянула вниз и ее сердце едва не остановилось. Сперва, она и правда приняла лежавшее внизу нечто за гигантскую груду монет, размером в целый дворец, но внезапно оно потянулось, разворачиваясь и вытягивая шеи, пытаясь расправить сложенные за спиной крылья и длинный хвост.

Вельможи, собравшиеся вокруг, засвистели и завизжали. Открывшаяся им картина действительно захватывала дух.

Внизу в исполинских размеров пещере находился трехголовый дракон.

Все знали, что на службе у Капуцеров есть огнедышащий крылатый змей, способный за один удар сердца обернуть в пепел целый город, как он сделал пару лет назад с взбунтовавшимся Хурином.

– Это… это дракон, – прошептала Селена, постепенно понимая, что происходит.

Она дернула рукой, желая вырваться из хватки принца Юлиана, но тот сжал ее ладонь лишь сильнее.

– Ты крайне наблюдательна. Это действительно дракон, трехголовая огнедышащая тварь, служащая императору. Он омерзителен и в то же время… восхитителен, не так ли? Разве не поразительно, что нечто подобное существует на свете? Перед такой силой и мощью, когда-то склоняли головы целые народы, и вся она принадлежит моему отцу… пока что.

– Вы обещали, что помилуете, ту кто доберется к Иренеусовой скале первой! – завопила Селена. – Вы обещали помиловать меня!

– Да, и я не нарушу своего обещания, – согласился принц. – Я и пальцем тебя не трону, но ведь дракон тебе ничего не обещал, не так ли?

Принц Юлиан разжал пальцы, и Селена упала, не удержавшись на ногах, когда он вдруг ее отпустил. Он смерил ее последним, полным презрения и скуки взглядом и тут пол под ней дрогнул и платформа, на на которой она очутилась резко понеслась вниз.

Глава 13. Селена и дракон

Платформа с грохотом опустилась вниз. Селена словно окаменела. От жесткого приземления она упала на колени, разбив их до крови. Она была слишком напугана, чтобы дышать, не то, чтобы спасаться.

Да и бежать ей было некуда. Поблизости не оказалось ничего хоть отдаленно напоминавшего укрытие. Лишь полированный гладкий камень и холодный розовый свет вещательных кристаллов.

С галереи наверху доносился свист и хохот. Вельможи глумились над ней.

Дракон уже давно ее заметил. Он знал, что она здесь, видел, как прибывали на галерею люди, и как платформа, на которой она стояла, опускалась вниз.

Теперь Селена могла разглядеть дракона куда лучше. Он показался ей тощим, с торчащими под кожей ребрами и позвонками. У него были короткие и массивные лапы, тонкие шеи и три крупные головы с завитыми, как у горного козла рогами. Хвост обвившийся между лап, казался куцым и коротким. Чешуя потускнела и покрылась патиной, напоминая больше старую медь, а не золото.

Все три шеи и также грудь были закованы в железные кольца, тянувшиеся от них цепи крепились к каменным сводам. Они опутывали все его тело, как речные сети неудачливую форель.

Пока Селена смотрела на дракона, тот разглядывал ее, опустив головы и изогнув шеи. Казалось, он не торопился нападать и сам будто присматривался к ней.

– Глядите-ка нам принесли новую игрушечку, – прошелестела вдруг правая голова, и заскребла когтистой лапой по каменному полу, словно бы в нетерпении.

Селена не верила себе. Это было невозможно. От страха она выжила из ума.

Не могло быть так, чтобы дракон говорил на змеином языке и она его понимала.

– Ты опять ее быстро поломаешь, – заметила средняя голова.

– А вот и нет!

Пока средняя и правая голова пререкались между собой и разглядывали Селену, левая голова будто вовсе о ней забыла. Вместо этого та вытянула шею к галерее и распахнув пасть заревела.

– Умри, умри, умри! – повторяла левая голова.

– Не позорься. Ты же знаешь, что мы не можем использовать здесь огонь, и убивать тех, кто стоит там, тоже не можем. Нам запретили, – попыталась урезонить ее средняя голова, но левая не обращала на нее внимания.

Рассвирепев средняя голова вцепилась в шею левой, рыча и трепля ее, как щенок, найденную где-то палку.

Тем временем правая голова, не переставая канючила, царапая лапой пол, и тянулась к Селене:

– Игрушечка… глядите какая… красненькая. Давайте играть…

Вельможи продолжали орать и свистеть науськивая дракона. Селена же успела слегка прийти в себя. То, что дракон не мог призвать здесь пламя давало ей неожиданное преимущество.

Приметив густое скопление сталагмитов, Селена бросилась к нему. Она бежала так быстро, как никогда в жизни, путаясь в юбках и проклиная еду, которую принц Юлиан заставил ее съесть.

– Игрушечка убегает! Вот… мы ее потеряем! – завыла правая голова.

Дракон понесся за ней, при этом средняя и левая голова продолжали грызться между собой, как дворовые щенки. Дракон споткнулся, запутавшись лапами в цепях, и рухнул.

От его падения содрогнулась земля. Селену подбросило в воздух и ударило так сильно о каменный пол, что из груди выбило воздух, и на мгновение она лишилась чувств.

Падая дракон ударилась всеми тремя головами. Левая заревела, испуская одну лишь чистую ярость, средняя злобно зашипела от боли, а правая завыла, как обиженный ребенок.

Со сводов сыпался песок, падали камни и целые куски горных пород. Словно сквозь толщу воды Селена слышала, как в панике кричат вельможи и визжат придворные дамы. Повернув голову, она увидела, как они мечутся по галерее. Несколько колонн обвалилось и сама галерея, казалось, в любое мгновение может обрушиться вниз. Несмотря на это, принц Юлиан стоял у ограждения и смотрел вниз.

Селена пыталась встать, но тело ее не слушалось. У нее кружилась голова и перед глазами все плыло.

Внезапно, над ней нависла тень. Она уже не знала, какая голова это была. Все, что она видела, это два горящих зеленых глаза и идущий из ноздрей дым.

– Прошу вас не ешьте меня! – взмолилась она, обращаясь к дракону на змеином языке. – Пожалуйста, пощадите!

Стремительно, как кобра в броске, дракон ринулся к ней и распахнув пасть заглотил ее.

Селена оказалась в влажной и мягкой черноте драконьей пасти. Она забилась было в панике, но большой и мягкий язык прижал ее к небу. Селена пыталась ухватиться за длинный и острый клык, но не могла даже сдвинуться с места. Ей казалось, что дракон куда идет. Она чувствовала, как напрягаются и движутся его мышцы.

Внезапно, пасть распахнулась, и язык мягко толкнул ее наружу. Она упала на отполированный столетиями каменный пол. Тут же встала на четвереньки, и затем села задрав голову. Ее сердце колотилось так сильно, что было больно дышать.

Она оказалась в другой пещере. Вещательных кристаллов тут было меньше. Они давали рассеянный розовый свет, заставляя все кругом тонуть в полумраке.

Дракон лежал подле нее, подоткнув лапы под грудь, словно кот. Его шеи изогнулись, а головы опустились так низко, что она видела, как расширились зрачки в его зеленых глазах.

– Не ешьте меня, пожалуйста! – вновь взмолилась Селена.

– Ой, глядите-ка, какая глупенькая, думает, что мы будем ее есть. Так то ты на вид вообще не вкусненькая, – заметила правая голова.

Средняя же опустилась еще ближе к Селене, так что она ощутила, как теплый пар от его дыхания прошелся по ее лицу.

– Откуда ты знаешь наш язык?

– Я… я не знаю, – растерявшись пролепетала Селена. – Я всегда на нем говорила, это мой дар. Раньше я думала, что только змеи меня понимают, но выходит, что… еще и вы.

– Как любопытно, и какие горизонты это нам открывает, – протянула средняя голова.

Левая голова все это время молчала.

– Ты умеешь плясать? – спросила вдруг правая голова.

– Не… немного.

– Тогда спляши для нас!

Селена неловко поднялась на дрожащие ноги. Без музыки танцевать было тяжело, да и с музыкой, ей это всегда удавалось не очень хорошо. Она неловко переступала с ноги на ногу, кружилась и двигала руками, как учили ее когда-то тетушки.

– Быстрее! – потребовала правая голова, стукнув по полу лапой и подняв клубы пыли и песка.

Селена ускорила темп.

– Быстрее, еще быстрее! – требовал от нее дракон.

Она двигалась так быстро, как только могла, понимая, что от этого зависит ее жизнь. Все ее мышцы напряглись, пересохшее горло сжалось, а дышать становилось больно и тяжело.

– Достаточно! – приказала средняя голова, остановив ее мучения. – Я же говорил, что ты сломаешь ее.

– А вот и не сломаю, – насупилась правая голова. – Пусть танцует!

Упавшая на колени Селена, принялась вставать, чувствуя, как болят и не слушаются ее ноги. Неужели же эта пытка будет вечной? Может лучше было бы если бы дракон ее съел?

– Нет, хватит! – вмешалась вдруг левая голова и правой пришлось уступить.

– Но… но это же, что же, нельзя даже, чтобы она поплясала для нас? Я сто лет не видел танцев, и теперь, что? Еще сто лет не посмотрю? – обиженно лепетала правая голова, царапая лапой пол и оставляя на нем глубокие борозды. – И игрушечек нам давно не приносили, да еще таких забавненьких.

– Потом посмотришь, чуть чуть, – отрезала средняя голова, прежде, чем вновь нависнуть над Селеной. – Ты же пришла из верхнего мира? Расскажи нам, как сейчас живут люди. Что происходит снаружи?

Сперва Селену удивила его просьба, но в любом случае это было лучше, чем танцевать до изнеможения или быть съеденной. Усевшись поудобнее, она принялась рассказывать.

Что говорить она не знала, и принялась болтать о себе. О том, как родилась в крохотной деревушке, где было почти совсем нечего есть, а все крохи, которые им удалось вырастить забирали, как налог. Как уехала в Альтору, чтобы работать, и почти все полученные монеты отправляла домой родным. Несмотря на нищету и бедственное положение, ей нравилась столица – ее белые дома, медные крыши, статуи, фрески, фонтаны и цветущие сады за медными решетками оград. Шелка и парча нарядных платьев богатых госпожей, которыми она украдкой любовалась издалека.

Рассказала Селена и об сопротивление. О том, как она вступила в ряды повстанцев, и была в итоге схвачена. Эта часть заинтересовала дракона больше всего.

– Ха! Люди борются с Капуцерами! Того и гляди свергнут их! – обрадовалась левая голова.

– Сколько мы живем, кто-то с кем-то борется, но побеждают-то всегда Капуцеры, – не согласилась правая.

– Когда-нибудь все заканчивается, уйдет и время Капуцеров, – медленно протянула средняя.

Селена слушала их с нарастающим удивлением. Признаться, она никогда раньше не думала о том, что дракон был разумен. Он всегда казался ей зверем, вроде ферналей, рухов, или сторожевых псов – безмолвным орудием в руках человека.

Однако, выходило, что дракон обладал умом не менее развитым, чем людской. Отчасти это осознание пугало ее.

Змеиный язык очень сложно было соотнести с человеческой речью. Змеи общались чувствами и образами. Простая змея могла указать на опасность, или выполнить простое поручение, если взамен ей была обещана награда.

– Естььь, спатььь, холоднооо, голоднооо, там едааа, а там бедааа, – так могли бы звучать змеи если перевести их язык на человеческую речь.

Разум дракона был куда более острым и сложным. Нет, он был определенно ничуть не глупее, чем человек. Что-то казалось ей в нем странным, но пока она не могла понять, что.

Вторым неожиданным открытием стало то, что дракон, похоже, вовсе не был на стороне Капуцеров. И не удивительно, зная теперь, как он жил – запертый в подземелье без света, воздуха и возможности даже расправить в полную длину крылья. Похоже, что для него это была темница ничуть не отличавшаяся от той, где держали так долго Селену.

Удивительно было и то, почему тогда дракон не выступил против Капуцеров сам. Ведь в конечном счете, они были всего лишь людьми, пусть и очень могущественными колдунами. Выходило, что то-то удерживало его от этого, но вот что?

Вдалеке прозвенел колокол.

– Кушать, кушать, кушать!!! – завопила правая голова.

Средняя же дернулась к Селене и, прежде, чем она успела опомниться, ее вновь поглотила драконья пасть.

Дракон снова выплюнул в новой пещере.

Путаясь в юбках и пытаясь встать, Селена размышляла о том, насколько обширны его подземные владения и как же так ловко он умудряется перемещаться по ним, несмотря на цепь? Подняв глаза к далеким сводам теряющимся в полумраке, она поняла, что его цепи вовсе не были вделаны в стены, как ей это изначально показалось. Они двигались по сложной системе рельсов и шин. Дух захватывало при мысли о том, что эти исполинские цепи, кто-то когда-то выковал и установил таким образом. Без могущественного колдовства Капуцеров тут явно не обошлось.

Колокол перестал звонить. Забыв про цепи, Селена огляделась кругом. Пещера в которой они оказались, была изрыта круглыми дырами, словно головка сыра. Часть из них уходила наверх, а часть вниз в непроглядную тьму.

Сверху послышался шорох и вскоре из отверстий в сводах вниз посыпалась еда. Здесь были и обглоданные кости и почти целые тушки поросят и баранов, хлеб, лепешки, надкусанные фрукты, и помятые овощи. Последним упало крыло руха, и она поняла, что все это были объедки с пира в ее честь.

– Можешь взять чего-нибудь покушать, – сообщила ей правая голова.

Селена не стала отказываться и набрала в подол столько лепешек, медовых колец, яблок и кусков сыра, сколько могла унести.

Дракон тем временем тоже ел. Правая голова громко чавкала, средняя долго принюхивалась и выбирала, прежде, чем откусить, а левая заглатывала почти не жуя, точно дворовой пес.

Устроившись чуть поодаль в укромному углу, поросшем сталагмитами, Селена жевала лепешки. Похоже, что объедки им скидывали из Приюта Цицелии – дворца расположенного возле Иренеусовой скалы, в котором она недавно пировала.

Ходили слухи, что этот дворец был построен много столетий назад, для фаворитки одного императора, желавшего держать возлюбленную подальше от законной жены, но достаточно близко, чтобы не утруждать себя длинными перелетами на рухе.

Сейчас же Приют Цицелии занимал принц Юлиан. Поговаривали, что он устроил из него такой вертеп, что Дом наслаждений, в котором прислуживала Селена, показался бы по сравнению с ним приличным и достопочтенным местом. Вся Альтора перешептывалась о том, какие балы, маскарады, оргии и разнузданные празднества устраивал у себя принц Юлиан.

Выходило, что объедки от его пиров шли на корм дракону. Удивительно, что несмотря на такое питание, тот выглядел таким тощим.

Дракон закончил есть и средняя голова вновь потянулась к Селене.

– Пожалуйста, можно… можно я сама пойду за вами? – попросила она. – Я не сбегу, обещаю. Только не надо совать меня больше в рот.

– Сбежать, не сбежишь, но сотрешь ноженьки до колен, – пробубнила правая голова.

– И правда, для человека тут далеко идти, – подтвердила средняя.