Текст книги "Печенье судьбы. Соблазнить ректора (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 27 страниц)

Глава 49. Нати и Вал.

Натания.

Матиас и Ариадет покинули Шалот, отправляясь отдыхать на Юг. Малика и Тобиас улетели в Ладанию разбираться с Огюстом и собирать вещи.

Теперь я свободна. Наконец можно выдохнуть и вернуться в посёлок. К своей привычной, скучной и размеренной жизни старой знахарки.

Упав на широкое ложе выделенных покоев, я не сразу заметила, что не одна. А когда ощутила знакомую магию, тихо застонала.

– Поди прочь, я не настроена на скандал, – сползла с кровати и принялась расшнуровывать платье.

Плевать, что он увидит. Может, остатки совести заставят его быстрее уйти.

Да и что я могла предложить предателю.

Сморщенное старое тело?

У его жены без тяжелой работы и родов кожа такая же, как была сорок лет назад. Гладкая, шелковистая и без единого изъяна. Не тронутая палящим южным солнцем. Не сморщенная от соленого воздуха. Без шрамов от мелких царапин после кустарников и деревьев в лесу. Не отдающая разнотравьем и лечебными настойками.

Словно желая убедить саму себя в том, что смотреть не на что, я встала напротив зеркала и сняла платье, оставшись в одной тонкой сорочке.

– Можешь радоваться и ещё раз убедиться, что сделал правильный выбор когда-то, – уловила движение за спиной.

На фоне пожилой женщины молодое лицо Валериана и его массивная строгая фигура выглядели особенно удручающе.

Он красив, молод и полон сил. И старуха, которой он предпочел драконицу.

Отводя взгляд от своего отражения, я хотела отойти, но на плечи опустились руки пока ещё короля.

– Ты всё так же красива, Натания. Возраст сделал тебя ещё более прекрасной, – тихо прошептал он.

– Врёшь. Как обычно, – грустно улыбнулась.

Валериан хмыкнул, достал из кармана знакомый амулет и надел его на мою шею.

– Сама посмотри, – прошептал он, намеренно касаясь моего уха губами.

Знакомая магия окутала тело, воздух вокруг стал сладковатым на вкус, а спину обжег жар чужой груди.

– Ты стала ещё красивее, Нати. Только глаза полны тоски, – прошептал он, проводя пальцами по моим плечам.

Отзываясь на магию кулона, кожа под его пальцами становилась гладкой, мягкой, совсем как двадцать лет назад.

Я снова посмотрела в отражение.

Картина больно кольнула воспоминаниями.

Молодой принц и юная заклинательница. Я помнила вкус его поцелуев. Помнила, как ощущаются его руки на моей коже.

А потом вспомнила, как стонала под ним черноволосая драконица.

Внутри вспыхнул почти потухший огонь ярости, и, не сдержав нахлынувшую магию, я оттолкнула предателя.

Валериан упал на пол, а потом тихо засмеялся.

– Характер у тебя стал еще более вспыльчивым, Нати. Но мне так даже больше нравится, – потирая затылок, сообщил он.

– Валериан, если ты ещё раз ко мне прикоснешься, – зашипела я, сверкая глазами, – я не посмотрю на то, что ты король. Плевать, что скажет Ариадет. Я отпинаю тебя магией в твоём собственном дворце. Я, может, и старая, но не беспомощная!

– Пока еще король, Нати. Потерпи несколько месяцев. Потом можешь пинать меня магией сколько захочешь, – улыбнулся этот предатель.

Слова Валериана прозвучали странно. И вел он себя слишком странно.

– Чего ты хочешь?

– Тебя, моя пара. Я всегда хотел только тебя. Но ты так быстро отдалась тому чародею. Потом назло мне родила от него ребёнка. А я пытался справиться с желанием убить его. Потом – не ненавидеть твою дочь, понимая, что она должна была быть моей.

– Ты сам пустил Невену в свою постель, и мне плевать на инстинкты. Матиас показал, что значит любить свою пару. А ты… – я замялась, обводя его фигуру жестом.

Да, красивый. Но внешность – не главное.

Вместо того чтобы ловить мужа в постелях тех, к кому его привели инстинкты, я когда-то выбрала невзрачного Мишеля. Он носил на руках и меня, и Малику.

Жаль, из-за роковой случайности и упавшего в горах дирижабля Ариадет так и не узнала, каким замечательным был ее дедушка.

– Ты и мизинца его не стоишь, – сказала я скорее себе, чем Валериану.

Тот грустно улыбнулся. Словно понял, что я имела в виду вовсе не Матиаса.

– Я знаю, Нати. Я был эгоистичным дураком. Но за сорок лет мы оба изменились. Просто мне нужно было потерять тебя, чтобы понять, что именно я потерял, – произнёс он и шагнул ближе.

– Не зли меня, Вал! Сними кулон и убирайся к своей ящерице. Время упущено. Мне не двадцать, а ты слишком поздно решил покаяться.

Сверкая магией, я угрожающе посмотрела бывшему возлюбленному в лицо. Но он совсем не боялся и отступать не собирался.

– А я пришёл не каяться, Нати, а взять то, что по праву моё. Артефакт твоей внучки сработал немного не так, как ожидалось. Печенье судьбы привело меня к моей судьбе. Пусть и сорок лет спустя.

Я не понимала, о чём говорит наглый ящер, и даже не заметила, в какой момент оказалась на кровати, прижатая его огромным телом.

– Ты что, озверина напился? Я же могу тебя зашибить. Ари мне не простит, что им придется менять планы и вместо отдыха на юге заниматься проблемами королевства.

– Попробуй, моя королева. Такие игры могут быть даже забавными и разжигать страсть. Судя по запаху, у тебя давно не было мужчины.

Понимая, что с Валерианом явно что-то не так, я попыталась оттолкнуть его магией.

Руку тут же прижали к изголовью, а горячие губы коснулись шеи.

– Старайся лучше, моя старушка. Ты совсем разучилась играть в сопротивление, – прорычал этот старый наглец, покрывая шею поцелуями.

Слово “старушка” заставило растерянность уступить место злости.

Новая порция магии пронзила тело ящера, и тот тихо застонал.

– Уже лучше, Нати. Теперь моя очередь. Можешь стонать – это крыло пустует. Все гости уже разъехались и прихватили мою бывшую королеву.

– Невена покинула Версалию? – от удивления голос сорвался на писк.

Валериан хмыкнул и ослабил хватку.

– Уже давно, сразу после совета. Даже брак аннулировала. Я не касался её все эти годы. Она получила свою ночь, разрушив мою судьбу. Остальное время ее постель согревали стражники, а мою – фаворитки. Для этого и нужен был артефакт Ариадет. Слабые чародейки не могли подарить мне ребенка.

– Но почему она не ушла раньше?

– Она была королевой. А теперь… – он улыбнулся и тряхнул волосами. – Зачем ждать, когда Матиас вернётся и возьмёт то, что уже принадлежит ему? Она всё ещё в расцвете, может очаровать богатого дракона в Юславии, – устало рассказал он.

Вот такого я совсем не ждала. Смотрела на этого старого ловеласа и не нашла даже, как уколоть.

Все это время? Нет. Я слишком стара, чтобы верить в детские легенды.

– От меня что ты хочешь? Иди утешься в объятиях придворных распутниц, – наконец определилась с ответом.

Валериан хрипло рассмеялся.

– Мне больше не нужны фаворитки, моя злюка. Теперь я официально холост. Стар. И скоро буду беднее своих советников.

– И ты решил, что я должна подобрать тебя, простить и принять обратно?

Криво улыбнулась, поражаясь наглости этого дракона.

Как ни странно, он отрицательно покачал головой и наклонился почти к самому моему лицу.

– Нет. Я решил, что теперь мне нечего терять и я никому ничего не должен. Теперь я могу делать то, что захочу, когда захочу и с той, кого хочу.

Взгляд Валериана снова опустился к моим губам.

– Брось, Нати. Неужели тебе самой не интересно? Наша первая ночь так и не случилась. Мы не дети, мы свободны. Почему нет, моя упрямая пара? Я же чувствую, как откликается твоё тело.

– Это всё магия артефакта, – соврала я.

Я сама ощущала, как тело откликается на близость дракона, на слабые отголоски магии, желая большего.

Валериан был прав. Мне и правда было интересно. К тому же мы не дети. И раз уж из короля он превратился в обычного старого дурака, почему бы не проверить, так ли он хорош, как гласят слухи, наполняющие Шалот?

– Одна ночь, – строго предупредила я. – И попробуй только кому-то рассказать.

Валериан улыбнулся, отпустил мои руки, а затем стянул рубашку.

– Одна ночь, моя упрямица. Но если тебе понравится, не стесняйся попросить ещё, – самодовольно заявил дракон, а потом открыл амулет, выпуская скрытую нить. – Когда ты не оборвала её, а спрятала, я понял – это ещё не конец, – прошептал он, окутывая меня своей силой.

В тот момент я не думала, как объяснить Малике и Ариадет их помолодевшую родственницу. Как это будет выглядеть или что с этим делать.

Впервые за несколько десятилетий я вообще ни о чём не думала.

Я наслаждалась пробудившимся телом, магией дракона и тем, как ловко он лишил меня рубашки.

Валериан не ошибся, утверждая, что у меня давно не было мужчины. Слишком давно, и, возможно, поэтому всё, что он делал, казалось невероятным.

Годы слетели с меня вместе с бельём. Волосы рассыпались по подушке, а вместо слов звучали громкие стоны.

Неприличные, совсем не достойные строгой заклинательницы. Но сегодня я не была заклинательницей.

Я была просто Нати.

Снова молодой, желанной и беззаботной.

***

Утро наступило раньше, чем я была готова.

Постель оказалась пуста, а я – совершенно обнаженной.

Отголоски страстной ночи всё ещё бродили по телу, а в голове царила дымка драконьей магии. Всё как в юности.

Валериан не рассчитал силу и пытался связать нас магией, выплеснув на меня всё, что успел.

Укутавшись в простыню, я направилась к уборной, но замерла, проходя мимо зеркала.

– Это что за новости? – развернулась, потерла глаза и снова посмотрела в отражение.

Волосы стали ярко-рыжими, а выглядела я не старше сорока.

Я знала, что магия дракона продлевает жизнь его пары, но мы не проводили ритуал. Валериан ушел, кулона на мне больше не было, и к утру чары должны были ослабнуть.

Но отражение упрямо показывало не шестидесятипятилетнюю женщину, а меня – той, какой я была десятилетия назад.

Еще большим сюрпризом стал рисунок, проступивший на плече.

– Ну подлый ящер, – выдохнула я, понимая, что именно сделал старый пройдоха.

Неудивительно, что рядом лежала пустая подушка. Валериан понял, что натворил, и, как всегда, сбежал.

Сообразительность короля я явно переоценила.

Дверь распахнулась, и в спальню вошел довольный собой дракон.

– Доброе утро, любовь моя. Вижу, ты уже заметила плоды наших ночных стараний, – с улыбкой заявил этот наглец.

Поставив поднос с завтраком, он с явным удовольствием встал позади меня и начал рассматривать наше отражение.

Сегодня в зеркале не было старухи и молодого мужчины. Там была пара.

Примерно одного возраста. Валериан выглядел не старше сорока пяти, а я – ещё моложе. Лишь редкие морщинки напоминали, что нам давно не по двадцать.

– Как? – спросила я, указывая на его потускневшие волосы. – Зачем? – коснулась своего плеча.

Распахнув халат, Валериан указал на свою метку.

Знак на его груди тускло мерцал, словно ещё не до конца приняв новую реальность.

– Затем, что мы заслужили второй шанс. На равных.

Я провела пальцами по линии метки, чувствуя под кожей живое тепло магии.

– Ты отдал мне не просто годы. Чтобы магия сработала, ты пожертвовал вдвое больше, чем положено, – я коснулась его волос, и он сразу перехватил мою руку, прижимая к губам.

– Я отдал меньше, чем был готов за этот шанс, моя Нати. Ради нескольких десятилетий с тобой я бы пожертвовал и столетиями.

Его пальцы сомкнулись крепче, будто боялись, что я исчезну вместе с утренней дымкой.

– И сделал это зря, Вал, – тихо ответила я, высвобождая ладонь. – Время не повернуть вспять. Да, эта ночь была… занимательной, но на этом всё.

Я отступила на шаг, натягивая простыню выше плеч.

– Я возвращаюсь в Маржоран, а ты – к своей привычной жизни и фавориткам.

Развернувшись, я хотела отойти от зеркала, но наглый дракон не позволил. Он прижал меня к себе и скользнул рукой под простыню.

– Твои губы врут, моя заклинательница, а тело – никогда, – прошёлся пальцами по животу и коснулся губами уха.

Предательское тело отозвалось мягким жаром, позволяя мыслям раствориться под ласками дракона.

– Даже не думай, наглый ящер, – застонала я, цепляясь за его руку.

Ту самую, что уже опустилась слишком низко и заставляла выгибаться и шумно дышать.

– Ты уже готова повторить, Нати. Твоё вновь молодое тело жаждет моих прикосновений, как цветок, оставленный чахнуть в пустыне. Нам не нужны игры. Просто признай это и перестань отказывать себе в удовольствии, – шептал Валериан, покрывая плечи поцелуями.

Простыня упала на пол, и я оказалась в его сильных руках. Голая, возбуждённая и злая.

Я злилась на себя. На дракона, которому не могла противостоять. На тело, откликавшееся на каждое прикосновение.

– Ненавижу тебя, – прошептала прежде, чем потянуться за поцелуем.

– Ничего, Нати. Моей любви хватит на нас двоих, – ответил он…

Глава 50. Семья.

Ариадет.

Два месяца на юге пролетели почти незаметно.

Палящее солнце, жаркие ночи с ненасытным драконом.

Когда Матиас говорил, что мы будем изучать мир, он забыл уточнить, что это окажется мир страсти и наслаждений.

Мы почти не выбирались за пределы замка. Максимум – до грота, где скрывались от слуг и наслаждались друг другом, когда спальня начинала казаться слишком тесной.

И вот пришло время возвращаться в Шалот.

Коронация. Встреча с родственниками. Знакомство с братом.

Пожалуй, перед встречей с Фавьеном я волновалась сильнее, чем перед ролью, которую мне предстояло играть.

– Как думаешь, я ему понравлюсь? А если он будет разочарован? Или рассердится, что вынужден оставить свою жизнь в Ладании и переехать в Шалот? – сыпала я вопросами, глядя на Матиаса.

Довольный дракон лишь улыбался, целовал меня в висок и повторял одно и то же:

– Тебя невозможно не любить, малыш. И Фавьен будет любить тебя не меньше, чем все мы.

Я не слишком верила этим заверениям и уже в воздушном порту Шалота была готова умолять вернуть меня обратно.

– Платье готово, корону переплавили и украсили изумрудами, второй трон установлен в зале. Все гости подтвердили прибытие и начнут съезжаться завтра, – тараторил пожилой маг, помогавший с подготовкой коронации.

Я же цеплялась дрожащими пальцами за руку Матиаса и, почти не дыша, шагала по длинному коридору.

За несколько дней до торжества отец, мама и брат временно переехали во дворец. Именно с ними нам предстоял первый семейный обед.

Я ожидала, что главным сюрпризом станет встреча с братом. Но у входа в трапезную меня поджидало нечто иное.

Дама, которую язык уже не поворачивался назвать “бабулей”.

– Это как? – тихо пискнула я, глядя на ту самую мадам с портрета в особняке Вуд.

Величественную, холодно-надменную, с гордо вскинутым подбородком. Лет на двадцать моложе моей любимой, глубоко пожилой бабушки.

– Значит, вы всё же распечатали связь, – спокойно заметил Матиас.

Женщина смутилась, поправила седую прядь, выбившуюся снежной нитью из копны ярко-рыжих волос, и указала в сторону зала.

– Пойдемте. Мы с Валом всё объясним за обедом. Малика с Тобиасом тоже до сих пор не могут смириться, – прошелестела Натания.

От неожиданности я даже забыла о собственном волнении.

А когда увидела у своего места короля Валериана, растерялась еще сильнее.

В отличие от бабули, он постарел лет на двадцать. На висках проступила седина, волосы потускнели, лицо прорезали морщины.

– Мы что, летели обратно несколько десятилетий? – прошептала я Матиасу и опустилась напротив бывшего короля.

– Рад, что вы хорошо отдохнули, Ариадет. Ввиду новых обстоятельств, думаю, можно обойтись без формальностей. Мы с Натанией решили наладить… – король запнулся и посмотрел на сидящую рядом женщину.

– Общение, Валериан. Пока что это только общение, – уверенно произнесла она, глядя в стол.

Не знай я бабулю, решила бы, что она смущена.

По едва заметной усмешке Матиаса стало ясно: причина у этого смущения вполне конкретная.

Дракон ощущал и понимал куда больше, чем доступно обычному чародею. И, кажется, впервые мне совсем не хотелось знать, что именно его так позабавило.

Толкнув слишком уж потешающегося над ситуацией мужа, я посмотрела на помолодевшую родственницу.

– Я думала, ты порвала струну, – произнесла я первое, чем вообще могла объяснить такие кардинальные изменения.

Из того, что я успела узнать от Матиаса, после Ритуала жизненные циклы чародея и связанного с ним дракона выравниваются.

Проще говоря, дракон отдает часть своих лет, и теперь мы будем жить меньше, чем одинокий дракон, которому отмерены столетия, но дольше, чем обычный маг.

Столь резкое омоложение Натании Вуд можно было объяснить только проведенным Ритуалом. И, судя по улыбке короля Валериана, именно его они и совершили, пока мы отдыхали на юге.

– Твоя бабуля решила, что порвать струну будет слишком просто. Она сохранила связь, но заключила нить в артефакт и подарила его мне на свадьбе с Невеной. Тот самый кулон, который я носил с собой как знак предательства, – спокойно объяснил он.

– Ты заслужил, – тихо буркнула бабуля.

– Заслужил, – с мягкой улыбкой согласился бывший король.

Он обхватил её ладонь и коснулся губами пальцев. От того, как он смотрел на неё, покраснела даже я.

– Для меня это уже слишком, – пробормотала я, покосившись на довольного Матиаса.

Тот едва сдержал смешок, скрыв улыбку за бокалом. Но на этом сюрпризы не закончились. В Шалоте они возникали так же внезапно, как снежная буря.

– Если они ещё и братика маме решат подарить, я уеду обратно в Ладанию, – раздалось со стороны входа.

В трапезную вошел светловолосый парень.

Даже не зная, кто он, я сразу узнала брата. Он был точной копией отца. Только глаза – зелёные, как у меня и у мамы.

Вместо мальчика с рисунков передо мной стоял юноша лет четырнадцати. Высокий, улыбчивый, с той неловкой силой, что появляется перед настоящей зрелостью.

– Фавьен… – выдохнула я, сдерживая порыв вскочить и броситься к нему.

Хотелось обнять его, прижать к себе так, словно между нами не было этих лет и чужих городов.

Но в последний момент замерла. Мы ведь почти незнакомцы. Письма и рассказы мамы – не то же самое, что детство рядом.

Вдруг ему это покажется странным. Или неловким.

В отличие от меня, парень не растерялся. С видом старшего брата он подошёл к моему стулу и потрепал по голове, словно неразумного ребёнка.

– Ну привет, сестрица-королева. Наконец познакомились, – усмехнулся он.

– Фавьен, манеры! – прогремел рык отца из коридора.

– Сам манеры! Не кричи на ребенка! – тут же огрызнулась мама, влетая следом.

Обед вышел занятным.

Мама с отцом препирались, споря о методах воспитания подростков.

Фавьен подшучивал над слугами, которые, по его словам, “будто швабру проглотили”.

А я сидела, сжимая руку Матиаса, и пыталась осознать, что всё это не сон.

Это больше напоминало обычную встречу родственников, а не королевский прием накануне коронации. Простая семейная трапеза – с шутками, спорами и нравоучениями.

Лишь ближе к вечеру, обойдя библиотеку и королевский сад, мы с Матиасом вернулись в покои.

Теперь уже в наши, королевские покои.

– А ты боялась, – прошептал дракон мне в плечо, медленно расшнуровывая платье.

– Бабуля, – только и выдохнула я.

Матиас тихо хмыкнул, проводя ладонью по моей спине.

– Твоя бабуля достаточно пережила, чтобы пожить для себя. Пусть наслаждается второй молодостью и мужчиной, который будет носить её на руках до последнего вздоха.

Я чуть сильнее прижалась к его плечу.

– И всё же странно, что она его простила.

– Она простила не его, Ариадет, – мягко возразил Матиас, скользнув пальцами по моему запястью. – Она просто не стала винить взрослого дракона за грехи юности. Он заплатил за свою ошибку слишком высокую цену.

Я задумчиво провела пальцами по сияющей метке на груди мужа.

– Если они с бабушкой… – так и не смогла договорить. – Это значит, что у короля Валериана так и не будет наследников.

Матиас даже не стал отрицать. Откинул моё платье в сторону и неторопливо стянул рубашку.

– Такова его судьба. Он сам сделал этот выбор.

Похоже, подобная участь кузена его совсем не тревожила. Ни то, что Артефакт судьбы сработал иначе, чем рассчитывал бывший король.

Впрочем, несчастным Валериан точно не выглядел. Скорее – влюблённым. И, как ни странно, мрачный и высокомерный, он готов был сдувать с своей возлюбленной пылинки.

А вот она…

– Кажется, она всё ещё не определилась. Или просто стесняется меня и маму.

Тёплое дыхание коснулось моих волос. Матиас тихо усмехнулся.

– Неловко, малыш. И непривычно. Выглядеть ровесницей собственной дочери. Снова быть не только строгой главой рода, но и женщиной… которая помнит, что такое страсть.

Он говорил спокойно, почти буднично. Словно помолодеть на двадцать лет и начать всё заново было самым естественным решением. И всё же я поежилась.

Конечно, я желала бабуле счастья. Радовалась, что она не осталась одна. Но “страсть” и “моя бабушка” – это два слова, которые я пока не могла спокойно поставить в одно предложение.

– Фавьен кажется неплохим, – поспешила сменить тему.

А вот теперь улыбка Матиаса стала лукавой.

– Юный дракон, как есть, – с напускной невозмутимостью произнес он. – Тобиаса и Малику ждёт сюрприз через годик-другой. Дар уже начал пробуждаться. Когда окрепнет, я помогу ему обуздать инстинкты.

Я резко замерла.

– Как… дракон?

Пристально вгляделась в сияющие золотыми бликами глаза. Это что, не шутка?

– Ваш род – потомки драконов и чародеев, – всё так же буднично рассуждал этот хитрец. – В тебе тоже есть кровь первого короля. Но дар заклинательницы не позволяет ей взять верх. А Фавьен будет слабым, но всё же драконом. Он родился не здесь, поэтому его сила спала. После возвращения она начала пробуждаться.

Я знала, что пески Ладании гасят искру в чародеях. Делают её слабой, почти незаметной. Бабуля давно предполагала, что после возвращения в Версалию в младшем внуке может проявиться Дар.

Но дракон…

Матиас довольно улыбнулся.

– Если бы он прожил в Ладании до старости, остался бы обычным человеком. Но здесь сила оживает. Чем чаще он рядом с моим зверем, тем быстрее проснется кровь. Инстинкты, – невинно пожал плечами.

Кажется, я начинала понимать, почему бабуля кривилась каждый раз, когда слышала это слово – “инстинкты”. Эти хитрые манипуляторы могли объяснить им всё что угодно, даже то, как ребёнок без капли дара внезапно оказался драконом.

Только вот почему об этом всё ещё не знают родители? Они провели в Версалии уже несколько недель.

– А король Валериан? Он ведь тоже дракон. Почему ничего не сказал родителям? – тут же поинтересовалась я у Матиаса.

Улыбка моего супруга растянулась еще шире.

– У Валериана нет зверя. А мой сразу учуял слабого детёныша. Только шшш, это секрет, – он подмигнул и приложил палец к губам. – Не стоит пугать мальчика. Возможно, мои инстинкты всё-таки ошиблись.

Я не нашла, что на это ответить, молча кивнула, устало опуская взгляд на кровать.

Для одного дня открытий было слишком.

Игнорируя платье, которое лужицей валялось под ногами, я перешагнула его и забралась под одеяло.

Усталость и избыток впечатлений медленно туманили голову.

– Надеюсь, утро будет спокойнее. Я только вернулась и уже хочу обратно, – пробормотала я, подвигаясь к устроившемуся рядом дракону.

Матиас вздохнул и коснулся губами моих волос.

– Это маловероятно, малыш. Зато ночью никаких сюрпризов не будет. Ты спи, а я буду беречь твой сон, – прошептал он прямо в моё ухо, едва касаясь губами.

Горячие руки сомкнулись вокруг меня, напоминая крылья, а широкая грудь обдала спину жаром. Спать в его объятиях было так же тепло, как у камина.

Только, в отличие от огня, жар Матиаса не обжигал. Он согревал, успокаивал и обещал защиту.

Дикий зверь с неконтролируемыми инстинктами для других и мой верный страж, который бережёт своё сокровище.

***

Два года спустя.

Арадет.

Две чёрные тени кружили над городом, рассекая облака.

Сирена привычно разлилась по улицам, призывая жителей любоваться танцем двух драконов. Крики, смех, хлопки магических фейерверков долетали даже до вершины башни.

И в следующее мгновение рядом со мной оказался красивый обнаженный мужчина, пахнущий ветром и дымом.

– Закрой глаза, малыш. Твой брат попробует сесть на башню, – хрипло приказал Матиас.

Не дождавшись реакции, он быстро притянул меня ближе, прижимая к обнаженной груди.

В следующее мгновение пол завибрировал, заметно дрогнул, а потом по камню заскребли острые когти.

Мой дракон недовольно зарычал.

– Фавьен, если ты ещё раз так приземлишься, будешь помогать рабочим отстраивать дворец, – прогремел голос короля прямо у моего уха.

– Прости, Величество. Ты сам едва купол не снёс, – огрызнулся брат.

За два года Фавьен уже не выглядел подростком. В нем проступила мужская стать: плечи раздались, черты лица огрубели, взгляд стал серьёзнее.

Я вынырнула из покрывала, в которое меня заботливо завернул муж, и улыбнулась брату.

– Ну как?

– Сегодня я почти обогнал его на подлёте к горе, – довольно заявил он, встряхивая светлыми волосами.

– Мг. Только маме не хвастайся. Они завтра вернутся, и если узнают, как вы тут развлекаетесь, их не остановит даже Матиас.

– Да-да, мальчик ещё совсем юный, пусть тренирует магию, а не инстинкты, – фыркнул Фавьен. – Иногда мне кажется, что они с бабулей просто поменялись местами.

Мне тоже так казалось.

После того как бабуля и король Валериан уехали “налаживать общение” где-то на юге, мама заняла место главы рода Вуд.

Меня от бесконечных наставлений спасал мой дракон и корона. А вот внезапно пробудившийся Дар Фавьена стал для родителей настоящим испытанием.

Учебники, зелья, занятия с Матиасом.

В то время как мой король считал, что пары полётов и разрушенной скалы вполне достаточно для установления связи со зверем. Мама и отец взялись за воспитание всерьёз.

Причём за воспитание обоих – и юноши, и его очнувшегося ящера.

Первые месяцы крылатая сущность спасала брата от уроков по контролю чар. Потом мама поняла, что зверь не трогает своих, и взялась воспитывать уже его.

Однажды я застала Фавьена у Дюваля.

Мой измученный опекой брат всерьёз интересовался, какое зелье способствует появлению детей.

А вскоре после того, как я пересказала этот занимательный эпизод мужу, моего отца, первого советника короля, внезапно направили в Ладанию с важной миссией.

Налаживать дипломатические связи.

Разумеется, вместе с мамой. И, разумеется, на целый месяц.

Подозреваю, мысль о том, что моим родителям срочно нужен внук, чтобы отвлечься от сына, обеспокоила уже моего грозного короля. Или же от постоянных тренировок устал не только молодой дракон, но и его наставник.

Так или иначе, Матиас поспособствовал тому, чтобы мама ненадолго переключилась. Заодно спас меня от попыток ускорить появление потомства.

Месяц выдался почти подозрительно спокойным.

Но покой не бывает вечным. Родители скоро вернутся, и дворец вновь наполнится суетой.

– Может, вы уже займётесь внуками? Два года правите. Пора подумать о наследнике, – завёл свою любимую песню мой чрезмерно заботливый брат.

Матиас угрожающе зарычал. Так, что по перилам прошла едва ощутимая дрожь. Я едва не оступилась от возмутительной наглости братца.

А Фавьен невинно улыбнулся.

Не дожидаясь ответа, но явно учуяв неладное, он понесся вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступени сразу.

– Только попробуй что-то подсыпать Ариадет! Я сам лично тебе крылья отгрызу! – прогремела вслед угроза короля.

Голос прокатился по каменным сводам, и где-то внизу раздался поспешный топот слуг.

Король не в духе – значит, всем срочно следует изобразить бурную деятельность и безупречную покорность.

Но подобное настроение у него случалось редко. И я знала: чаще всего за этим скрывалась вовсе не злость и не усталость, а всего лишь удобный предлог утащить меня в спальню и на время скрыться от слуг.

Взгляд Матиаса вспыхнул золотом, а затем меня крепко сжали в объятиях и медленно повели в сторону комнаты.

– Малыш, как ты смотришь на то, чтобы пообедать в покоях? – с лукавой улыбкой поинтересовался супруг, касаясь губами моего виска.

Я провела пальцами по сияющей метке на его груди, ощущая под кожей тёплый отклик магии.

– Думаю, это убережет крылья Фавьена, пока не вернутся родители. А мне всё же стоит поговорить с мамой, – согласилась я, позволяя увлечь себя дальше по коридору.

Не то чтобы мы с Матиасом совсем не думали о детях.

Но точно не так. И не сейчас.

Как и обещал когда-то, бывший ректор позволял мне знакомиться с миром. Только теперь – за пределами страсти и нашей спальни.

На драконе изучать Версалию оказалось быстрее и интереснее.

Мы поднимались над городами, скользили вдоль рек и крыш, приземлялись у Академий, в портовых кварталах, на рыночных площадях. Под видом обычных торговцев бродили по лавкам, слушали разговоры, смотрели, чем живёт королевство.

А потом возвращались во дворец и меняли законы, налоги, распоряжения так, чтобы Версалия была домом не только для аристократов. Чтобы простые буржуа могли жить достойно, а не выживать на жалкие десять золотых.

И в своём желании показать мне больше, Матиас не собирался ограничиваться одним королевством.

Отношения с Ладанией и Юславией постепенно налаживались.

Точнее, начали налаживаться сразу после того, как обернулся Фавьен.

Для драконов появление второго истинного дракона стало знаком того, что проклятие первой заклинательницы ослабло. А для магов – доказательством того, что зверь не только угроза, но и дар.

Мой брат сделал то, чего не сумели дипломаты.

Он показал, что обрести зверя способен не тот, кто прошел через отчаяние и готов пожертвовать рассудком ради ярости, а тот, кто действительно достоин силы.

То, что Огюст Деторн и Гравиус Драквор лично прибыли приветствовать юного истинного дракона, позволило Матиасу скорректировать наши планы.

– Как только я убедюсь, что это безопасно, мы изучим горы Юславии, – тихо сказал он, опуская меня на край кровати и проводя ладонью по волосам. – А потом наведаемся в пустыню Ладании. Твой дар окреп. Красные пески не навредят, лишь временно ослабят магию.

В его голосе звучала уверенность, а в прикосновениях – обещание.

Поэтому, как бы Фавьен ни пытался отвлечь маму идеей о внуке, придется ему потерпеть ещё год или два.

Я слишком долго пряталась от жизни.

И только рядом со своим драконом наконец обрела крылья.

КОНЕЦ.