Текст книги "Печенье судьбы. Соблазнить ректора (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)

Глава 22. Тайная невеста.

Ариадет.

До выхода с карнавала мы с Люсьеном добрались быстро.

В отличие от меня, чародей уверенно шагал, ловко уклоняясь от детворы и прохожих, а затем остановился, указывая пальцем на палатку.

– Торнвуд предупредил, что ты не хочешь светить меня перед подругами. Вот лабиринт кривых зеркал. Надеюсь, дальше обойдётся без приключений, – процедил он, снова пряча лицо за шарфом.

Хотелось ответить в той же едкой манере, но я не стала. Если бы не он, блуждала бы по улочкам Шалота до утра.

– Спасибо, – выдавила я, поправила шапку и пошла к торговцу билетами.

Внутри лабиринта кривых зеркал оказалась только Мари.

Она сияла, прижимая к груди магический швейный набор, и с той же радостной улыбкой подбежала ко мне.

– Смотри, Ари! Я нашла место, где за десять золотых можно купить целый набор! – тараторила она, демонстрируя свою добычу.

Оказалось, моя прогулка затянулась.

Камиль и Жюльен, не обнаружив меня в лабиринте, уже умчались в Академию, а Мари поручили дождаться нерадивую подругу.

Новое пальто грело её не хуже магической обновки, в отличие от изношенных вещей моих соседок.

Дорога до Академии прошла под взволнованные рассказы о том, как Мари выбирала магическую иглу, плавно перетекая в обсуждение планов на ярмарку.

В начале следующей недели – испытания. Те этюданты, у кого не будет хвостов, получат по нескольку монет в честь завершения полугодия. А это значит – новая вылазка с подругами и новые покупки.

За веселой болтовней и в предвкушении той самой зимней ярмарки, я почти забыла о своем унынии и неприятном разговоре с Люсьеном. Однако когда Мари замерла у ворот Академии, неловкость вернулась.

Девушка явно хотела что-то сказать и заметно смущалась.

– Подруга бабули ждёт меня на ночь. Даже экипаж оплатила, – повторила я свою легенду, указывая на стоявший неподалёку тёмный транспорт.

Судя по полузакрытым воротам, мы едва успели до отбоя.

Мари недоверчиво оглядела экипаж, потом прищурилась и окинула взглядом меня.

– Может, тебе одолжить шапку и шарф? Твои, кажется, забрала торговка в обмен на эти, – кивнула она на мою обновку.

– Зачем? – искренне не поняла я.

Подруга покраснела ещё сильнее.

– Ари, если знакомая твоей бабушки давно живёт в Шалоте, она может догадаться, сколько стоят эти вещи, – прошептала она. – Давай хотя бы шарф. Он прямо кричит о своей цене. Думаю, бабуля будет не в восторге, когда узнает, что ты потратила всё золото на карнавал.

После таких слов стало неловко уже мне.

Снимая пушистое, мягкое, предательски мурчащее чудо, я с натянутой улыбкой протянула его Мари.

– Спасибо… Я, кажется, совсем потеряла голову. Эта торговка… – выдохнула, пытаясь оправдаться.

Девушка понимающе кивнула.

– Ничего, Ари. Я, когда впервые приехала в город без мамы, тоже вместо одежды купила поющий леденец. Порванное зимнее пальто оказалось лучшим учителем, – грустно усмехнулась она.

Сложив шарф и сунув его в карман, Мари погладила меня по плечу.

– До завтра.

С ощущением горящих щек я проводила подружку взглядом, а затем с облегчением выдохнула.

Этот вечер оказался сложнее, чем я представляла. Казалось бы – невинная ложь, но, словно снежный ком, она со временем превращается в снежную гору вранья.

И к прежним тайным теперь прибавится ещё одна.

Уже поднимаясь в экипаж, я почувствовала на себе чей-то прожигающий взгляд.

У ворот Академии, словно высеченный из камня, застыла черная фигура. Даже не видя лица, я ощутила ледяное неодобрение Люсьена. Оно почти физически скользнуло по коже.

В отличие от Мари, юный артефактор прекрасно понимал, кому принадлежит этот экипаж… и куда он увозит юную этюдантку в поздний час.

Горечь, которую я так тщательно отгоняла весь вечер, внезапно прорвалась слезами.

Повозка мерно покачивалась по брусчатке, а я, стараясь дышать, тихо давилась этим горьким комом.

Не помогали ни убеждения, что я не сделала ничего дурного, ни мысль о том, что для нас с бабулей пятьдесят золотых – всего лишь несколько дней работы в лавке.

Нельзя, чтобы Матиас увидел меня заплаканной. И всё же мысли, одна другой хуже, не отставали.

Какая разница, что шепчутся другие?

Я вовсе не любовница ректора… я его магическая пара.

Стоит только согласиться и дракон без колебаний утром объявит о нашей помолвке.

Повторяя это про себя, я вытерла щеки и попыталась сосредоточиться на проплывающих мимо домах.

Нужно успокоиться. Хоть немного.

***

Убеждения работали ровно до того момента, как я увидела дом Матиаса.

Экипаж остановился у дорожки, дверь распахнулась, и я буквально вылетела наружу. Даже лицо воротником зачем-то закрыла, будто кто-то мог разглядеть меня в темноте и пустить слухи по городу.

Дверь за спиной щелкнула замком, шапка внезапно перестала казаться удобной, а перчатки – красивыми.

Последняя фраза Мари, осуждающий взгляд Люсьена. Всё это пронзило хуже магической иглы, оставив на сердце болезненный стежок.

Я другая.

Словно застряла между миром аристократов и буржуа. Как и мой странный дар – чудной, непонятный, такой же неуместный, как и его обладательница.

Отшвырнув обновки в тёмный коридор, я сползла на пол и тихо разрыдалась.

Медленные шаги раздались в гостиной; потом – большие руки, обхватившие меня, и горячая грудь, которую я принялась поливать слезами.

– Мне жаль, малыш, – только и прошептал дракон, усаживая меня на диван и стягивая вещи.

Шуба сменилась тёплым пледом, в руках оказалась чашка успокаивающего отвара.

Горящий камин, горячая ладонь, поглаживающая спину, и я – рыдающая у него на руках, как ребёнок.

– Я потратила почти всё, что ты дал, – наконец призналась я, и Матиас мягко поцеловал меня в висок.

– Сущие пустяки, моя девочка. Уверен, что для вас с Натанией это не те средства.

– Но там больше ста золотых, – всхлипнула я. – И это только на мяукающий шарф, шапку и перчатки… А еще была расчёска, кислая гадость, которая красит язык, печенье, леденцы…

Матиас шумно выдохнул, явно сдерживая смех, а потом поднял мой подбородок.

– Тебе не хватило монет? Или ты расстроилась, потому что не успела купить всё, что хотела? – спросил он с наигранной серьезностью.

От такого я даже забыла, что собиралась плакать.

Кажется, дракон совсем не понимал.

– Девочки отдали всё золото родным, а я, как последняя эгоистка, потратила всё, что получила после случая с Дювалем! – попыталась объяснить, как это выглядело со стороны.

Криво улыбнувшись, Матиас провёл пальцем по моей щеке.

– И они этого не поняли, – наконец догадался он.

Новая волна слёз и меня снова прижали к мужской груди.

Когда на рубашке расплылось огромное мокрое пятно, моему утешителю это, похоже, порядком надоело.

– Если я тебя поцелую – это поможет или станет ещё хуже? – предложил он, едва касаясь губами моих волос.

Огромная ладонь медленно скользнула вдоль позвоночника, согревая и разгоняя магическое тепло. Я подняла голову.

Один взгляд и внутри вспыхнул тихий, знакомый огонёк; губы сами дрогнули, выдавая мысли громче любых слов.

– Точно не навредит, – прошептала я и потянулась за поцелуем.

Мягкий, тёплый, он будто стирал всю горечь вечера: слёзы, обиды, мысли, наполняя меня спокойствием и тем самым ощущением дома.

Уложив на уже знакомый диванчик, Матиас накрыл меня собой. Неловкость быстро сменилась ощущением безопасности. Он утешал меня прикосновениями, лёгкими поцелуями стирал влажные следы на щеках.

– Матиас… ты ведь женишься на мне, как только я соглашусь? – прошептала я, наслаждаясь тем, как горячие губы блуждают по шее.

От моего вопроса мужчина замер. Медленно поднялся, с удивлением всматриваясь в глаза, а затем ласково провёл пальцами по щеке.

– Боюсь, сразу не выйдет, малыш, – мягко отказал он. – От момента помолвки до нашей свадьбы пройдет минимум год. Всё-таки я кузен короля, а королевская свадьба требует подготовки, – постарался объяснить.

Звучало разумно, но совсем не то, что я хотела услышать.

– А тот ритуал, о котором ты говорил? – задала следующий вопрос.

Говорить напрямую, что статус любовницы ректора меня не устраивает, я не решилась. Страшно представить, что будет с мамой и бабулей, если они обо всём узнают.

Мой вопрос заставил Матиаса напрячься.

Рука, ласково поглаживающая плечо, медленно опустилась; он поднялся и усадил меня рядом.

– Ты пока не готова к ритуалу, Ариадет. Но да, провести его мы сможем сразу, как позволят обстоятельства, – нахмурившись ответил он.

Судя по мрачнеющему дракону, ритуал был чем-то неприятным и, скорее всего, болезненным. Я решила не настаивать.

Оставался последний вариант. Точнее – единственный.

Мы вполне могли бы объявить о своих планах, когда мама приедет на мой день рождения.

– Матиас… – хотела уточнить насчет помолвки.

Я только открыла рот, но Матиас уже притянул меня к себе, устроил на коленях и обхватил лицо ладонями.

– Ари, детка, что вызвало такой внезапный интерес к замужеству? Я думал, мы всё обсудили и обозначили сроки, – почти раздраженно произнес он.

Странная реакция, совсем не похожая на обычно сдержанного мужчину.

Опустив глаза, я густо покраснела и все таки призналась:

– Я не хочу быть твоей любовницей, – едва слышно выдавила, рассматривая перламутровые пуговицы его рубашки.

Хватка ослабла. Грудь под моими пальцами слегка задрожала от явно подавленного смеха, а напряжение мгновенно улетучилось. И всё же с ответом дракон не спешил.

Он снова лениво чертил пальцами круги по моему предплечью, явно обдумывая свои слова.

Я и сама понимала, как наши встречи будут выглядеть со стороны. Эти выходы “в свет” под прикрытием подопечной короля. Рано или поздно кто-то пустит слух. Рано или поздно соседи заметят ночную гостью кузена короля.

После такого доказать, что я “просто талантливая чародейка”, будет невозможно. И даже поспешная помолвка только подольет масла в огонь.

Судя по частому дыханию, Матиас думал о том же.

Но что он мог мне сказать?

– Как насчет того, чтобы стать моей тайной невестой? – неожиданно предложил он.

***

Тайная невеста?

Я подняла взгляд, вопросительно осматривая невозмутимого мужчину. О таком я никогда не слышала.

– Это как? – растерялась я.

– Приём в честь помолвки требует подготовки. Сама помолвка требует огласки твоего имени, чего бы мне пока не хотелось. Другое дело – обручение, – спокойно пояснил Матиас.

– Допустим… – кивнув, я всё ещё не понимала, каким образом обручение поможет сохранить мое имя в тайне.

Но дракон уже всё продумал. Он взял мою руку, легко коснулся её губами и натянул ту самую лукавую улыбку.

– Мы обручимся – тайно, – почти заговорщицки произнес он.

Судя по виду Матиаса, это было чем-то запретным и не совсем принятым в кругах чародеев. Но его улыбка заставила меня согласно кивнуть.

– Твое имя останется скрытым. За несколько недель я найду обряд и того, кто проведет его без лишних вопросов. Это даст нам время узнать друг друга без посторонних взглядов и формальностей. Такое обручение когда-то практиковали мои предки, когда пара дракона еще не достигала брачного возраста. Оно защитит твою репутацию, если по городу пойдут слухи, и при этом ни к чему не обязывает, – тихо сказал он, поглаживая мои пальцы и внимательно всматриваясь в глаза.

– Тайная невеста… – эхом повторила я.

Перебирая варианты, пыталась вспомнить, слышала ли когда-нибудь о драконьих традициях, а потом покачала головой.

Что и как происходит у драконов, знали только драконы. Их обряды и ритуалы скрывали так же тщательно, как настоящий возраст и количество золота в королевской казне.

– Не понимаю. В чём смысл помолвки, если она не обязывает нас пожениться? – всё же нашла нужный вопрос.

Матиас улыбнулся:

– Я говорил только о тебе, малыш, – уточнил он. – Ты ведь не дракон. У чародеев слова, сказанные у алтаря, – просто слова. Вы можете расторгнуть брак и вступить в новый. Но детали обсудим, когда я найду описание обряда.

– У драконов странные правила… – подвела итог я. – А что за ритуал, к которому я, по твоим словам, не готова? – решила сразу прояснить и это.

Прежде чем давать какие-либо обещания, пусть и “просто слова”, хотелось знать, где ещё могут скрываться сюрпризы, клыки, хвост и всё остальное. Мало ли что у них за ритуалы.

Дракон тихо вздохнул и указал на место рядом.

– Ритуал – это то, что происходит после свадьбы. То, что делает союз дракона и его пары необратимым, – произнёс он и перевёл взгляд куда-то за мою спину, словно собирался раскрыть самую главную драконью тайну.

Примерно так оно и было.

Не уверена, что кто-то ещё из чародеев знал, что драконы проводят ритуал связывания магии. Подробностей Матиас не раскрыл, отделавшись раздражающе туманным “расскажу, когда будешь готова”.

– Хм… значит, к поцелуям я готова, а к рассказу, какие меня ждут ритуалы, ещё не доросла. Может, мне и правда поискать кого помоложе, – наигранно обижено произнесла я и попыталась отстраниться.

Дракон устало закатил глаза, привлек меня ближе и начал путанно объяснять.

Оказалось, по сути это обычная первая брачная ночь.

За исключением того, что невеста должна быть обязательно невинной, и, лишая ее невинности, дракон признаёт её магической парой и связывает с ней свою силу.

Подвох ритуала был в другом.

Если связать себя не с той парой, у дракона просто не родится наследник. Точнее, вовсе не появится ребёнок – ни мальчик, ни девочка.

Странная особенность стала ещё одним проклятием для бывших крылатых существ. Связь с неподходящей драконицей настолько слаба, что не позволяет привязать духа к маленькому, ещё нерожденному ребёнку. А без связанного духа не будет магии. Без магии не может появиться и дракончик.

Жуткая особенность и слишком высокая цена за ошибку.

Как так выходит, что дракон добровольно проводит ритуал не с той парой, Матиас не объяснил.

Точнее, снова не хотел вдаваться в подробности, лишь бы меня не смущать.

Я, конечно, не смутилась: фыркнула и сделала вид, что хочу уйти, а суровый ректор, понимая, что увильнуть от ответа не выйдет, обреченно вздохнул.

– Похоть иногда способна затуманить разум и обмануть даже инстинкты, – краснея, выдавил он.

Бескрылые путали влечение с истинной связью и обрекали и себя, и драконицу на жизнь без потомства.

Сложив путаный рассказ воедино, я резко повернулась.

– Подожди, – положила руки ему на грудь.

В памяти вспыхнули его прежние слова. Сначала – о том, что у короля не будет ребёнка без моего артефакта. Потом я сопоставила их с тем, что сам Матиас избегал романов, отказывая даже самым завидным драконицам…

– Поэтому до сих пор нет наследника. Она оказалась не его магической парой! Ты избегал дракониц, потому что боялся повторить участь кузена?! – выпалила я весь тот ураган мыслей, который буквально звенел в голове.

Матиас криво улыбнулся, посмотрел на меня и приложил палец к губам.

– Мы не будем это обсуждать, малыш. Давай сойдёмся на том, что все эти годы я просто ждал тебя, моя заклинательница. Так что… мне искать обряд? Не передумаешь связывать себя обещанием со старым драконом? – попытался он сменить тему.

После услышанного я смотрела на предложенные Матиасом сроки совсем по-другому.

Он сомневается, что я его магическая пара, и не желает рисковать?

Или действительно хочет дать мне время определиться?

– А что, если я окажусь не твоей парой?

– Мои обязательства прекратятся, как только ты обручишься с другим чародеем, – без раздумий ответил он.

– А если ты решишь, что хочешь драконицу? Или встретишь свою настоящую пару? – не отставала я.

Почему-то его рассказ напугал сильнее, чем я ожидала. То чувство, что появлялось каждый раз, когда он был рядом… росло внутри, как дерево в магическом горшке.

Что будет со мной, если однажды он поймет, что ошибся?

Читая всё по моим глазам, снова блестящим от слёз, ректор улыбнулся.

– Хочешь, открою тебе один секрет, Ариадет? – шепнул он, стирая скатившуюся слезу.

Я, подавляя всхлип, кивнула.

– Я уверен, что это ты. Уверен с того самого первого поцелуя. Единственная причина, по которой мы не будем спешить, – твой возраст и неокрепший дар. Как только сила проснется, и если в этот момент ты не решишь, что старый дракон тебе ни к чему… Я утяну тебя в пещеру и сделаю своей, – почти прошептал он.

Тёплые губы коснулись моей щеки, стерли слёзы, а потом мягко захватили губы.

Поцелуй был сладким, спокойным, таким естественным, как дыхание. Магия внутри тихо замурлыкала, потянулась навстречу – это было новое ощущение, тянущееся мягким теплом, словно чужой плед накрывает плечи. Ничего от страсти – только близость, уверенность, дом.

– Найди обряд, Матиас… я не передумаю, – выдохнула я, едва его губы отпустили мои.

– Хорошо, малыш. К концу сезона маскарадов мы будем обручены, – так же часто дыша, ответил он, немного отстраняясь.

Над камином раздался мерный звон, сообщая, что наступила полночь.

И я вспомнила, что пришла в дом ректора вовсе не за поцелуем.

– Маскарад… – обреченно прошептала, откинувшись на подушку.

Ехать куда-то совершенно не хотелось, и Матиас, как ни странно, всё понял, даже не пытаясь спорить.

Подхватив меня на руки, дракон направился наверх.

– Твоя комната готова, Ариадет. Можешь отдохнуть. Марта приготовила твое любимое варенье. Если не сможешь уснуть, или проголодаешься оно на кухне, – мягко сказал он, распахнув дверь и опуская меня на пол.

Первое, что я увидела, – темно-зеленое платье, черная кружевная маска и странные перья, собранные в заколку.

– Твоё платье, – раздался за спиной вкрадчивый голос.

Такой красоты я в жизни не видела. Сон испарился мгновенно, а руки сами потянулись к бархатной ткани.

– А можно… только примерить? – тихо спросила я, бросая взгляд на довольного собой дракона.

Конечно, перед такой роскошью не устоит даже сама королева. А Матиас, кажется, стал еще самодовольнее, если это вообще было возможно.

Его улыбка с тёплой вдруг стала лукавой.

– Тебе можно всё, моя заклинательница. Наряд сам застегнется – там волшебный корсет. А заколку просто приложи к волосам, – сказал он и тихо прикрыл дверь.

Нет, он не просто дракон. Он опытный искуситель – хитрый, коварный, расчетливый.

Глава 23. Маскарад.

Ариадет.

Ткань на коже ощущалась как искусные ласки. Заколка не только сама убрала волосы, но и изменила их цвет.

Глядя в зеркало, я видела незнакомку. Взрослую мадам-искусительницу, которая собралась покорять мужские сердца.

Корсет неприлично подчеркивает грудь, талия стала еще уже, а юбка зачем-то обтянула бёдра. Если бы мои родственницы увидели подобный наряд, меня ждала бы лекция о поведении воспитанной мадемуазель.

Но это видела только я.

И незаметно очутившийся за спиной дракон.

Судя по тому, как участилось дыхание Матиаса, вид впечатлил его даже больше, чем мой наряд для ужина в Версалиусе.

– С черными волосами я выгляжу старше лет на десять, – подметила я, рассматривая отражение дракона.

В ответ ректор сипло выдохнул.

– Ты можешь… кхм, – откашлялся, потирая шею. – Ты можешь изменить цвет, нажав на камень, – указал он на украшение.

Нет уж, судя по реакции, цвет был очень даже удачным.

В зеркале больше не было ректора и его этюдантки. Мы смотрелись как пара. Костюм, который дракон успел надеть, даже не сомневаясь в исходе своего коварного плана, дополнял моё платье. И даже маски были схожи, только разного размера.

– Вашей самонадеянности позавидовал бы даже король, месье Торнвуд, – развернулась я к мужчине, рассматривая его уже не через зеркало. – Ты настолько уверен, что я поеду на маскарад, что надел свой костюм.

Провела пальцем по идеально севшему пиджаку.

Дракон одарил меня своей фирменной улыбкой.

– Ну что вы, мадемуазель, я просто решил оценить работу мастерицы, – самодовольно соврал он.

Понимая, что подловить этого манипулятора не выйдет, я развернулась и ещё раз осмотрела наряд.

– Жаль, если такое платье будет пылиться в шкафу. Пожалуй, я не против посмотреть, производит ли оно такой же эффект на чародеев, как на дракона, – с ехидной улыбкой заявила Матиасу, а потом, обходя его, направилась вниз.

За спиной прозвучал бархатный смех моего нагловатого кавалера.

Кажется, конкуренции месье дракон совсем не боялся и ревновать меня даже не собирался.

Что было вполне логично, иначе зачем он заказал такой развратный фасон.

До дома первого советника короля Валериана мы ехали почти молча.

Точнее, я молчала, изображая неприступную даму в развратном наряде. А Матиаса явно забавляла моя игра. Он то осматривал меня мимолетом, рассказывая, что нас ждет на приеме, то молча и загадочно улыбался, глядя в окно.

И вот – самый первый особняк второго квартала. Он был так близко к королевскому саду, что казалось, вот-вот можно услышать звуки со дворца.

Но только казалось.

Светящиеся башни дворца возвышались, цепляя шпилями тяжёлые тучи, явно намекая, что простым чародеям до драконов не дотянуться.

– Однажды я покажу тебе верхушку самой высокой башни. С неё видно весь Шалот и посёлки на многие мили вокруг, – прошептал он у моего уха.

Проследив взглядом туда, куда указывал дракон, даже сердце забилось быстрее. Это выше, чем способен взлететь дирижабль.

С груди вырвался тихий вздох, а Матиас коснулся моей руки губами.

– Пойдём в особняк, моя загадочная соблазнительница, все прогулки во дворец подождут до тепла, – прошептал он, а потом меня буквально заставили покинуть экипаж.

Судя по звукам и музыке, приём в доме первого советника был в самом разгаре.

Этьен Марвел – самый богатый из богачей Шалота. Самый приближенный из приближенных к королю Валериану.

Каждый дюйм его особняка буквально кричал о статусе и количестве золота.

Если бы я не знала, что тут живёт чародей, подумала бы, что попала в пещеру к дракону. Золотые перила, ступени, вазы. Даже осветительные артефакты были выполнены из золота.

Повсюду валялись стеклянные самоцветы, а маски и наряды гостей поблескивали в их свете. Несмотря на царивший в доме полумрак, выглядело всё это слишком помпезно, скорее даже вульгарно.

Помнится, я лекаря Дюваля называла ювелиром. Нет уж, вот где настоящее хранилище золота и драгоценных камней.

Пока я поражалась контрасту между тем, что видела на карнавале, и тем, с каким шиком жили аристократы, Матиас медленно шагал куда-то вперёд.

– Торнвуд! Вас ни с кем не спутать, – вернул меня к реальности слишком громкий оклик.

Рука дракона крепче сжала локоть, а потом он притворно улыбнулся.

– Этьен, – поприветствовал он шагающего к нам мужчину.

– Дракона не скроет даже иллюзия, – весело заявил незнакомец, пожимая руку тому самому дракону. – Я не узнаю вашу спутницу. Кто вы, прелестное создание? – картинно поклонившись, он коснулся губами моей руки.

Улыбка странного мужчины стала почти плотоядной, когда он скользил взглядом по моему наряду.

– Радость моя, это первый советник короля – Этьен Марвел, – Матиас указал на всё ещё сжимающего мою ладонь мужчину.

– Этьен, это моя спутница, мадемуазель Одетт. Она недавно в столице. Ваш приём – наш первый выход в свет, пока неофициальный, – как-то слишком грозно представил меня дракон, буквально вытаскивая из цепких рук хозяина особняка.

Это что, действительно первый советник?

Черная маска с блестящими камнями, слегка седые волосы и одежда – такая, будто он часть декораций.

От того, как взгляд советника излишне долго задержался на вырезе платья, стало неуютно. И не только мне – судя по тому, как напрягся мой кавалер.

Но советник не видел золотые искры, вспыхнувшие во взгляде кузена короля. Он был слишком увлечен открытым вырезом.

– Хм, неофициально, значит, – довольно промычал месье Марвел. – Что ж, надеюсь, мой дом придётся вам по вкусу, мадемуазель. Когда наскучит общество кузена нашего короля, я всегда к вашим услугам, – всё с той же ехидной улыбкой добавил он.

В ответ на подобное заявление глаза Матиаса угрожающе сузились, а улыбка стала почти оскалом. Оттеснив меня за спину, он буквально сверлил бестактного хозяина взглядом.

– Мадемуазель – не спутница на один вечер, Этьен, – угрожающе зарычал он. – Кажется, вас ищут другие гости, – намекнул мужчине, что его приветствие затянулось.

Дважды повторять советнику не пришлось. Удивленно округлив глаза от заявления всегда холодного ректора, тот поспешно откланялся и скрылся в толпе.

То, как он провожал спину советника взглядом, подсказало, что своё самообладание самоуверенный дракон немного переоценил. И я не смогла его этим не уколоть.

– Кажется, вы ревнуете, месье ректор, – заметила я.

– Даже не буду отрицать, малыш. Твой наряд оказался ещё более эффектным, чем я предполагал, – с напускным весельем произнес он.

Правда, взгляд у Матиаса при этом был такой, будто он уже выбирал, кого растерзать первым.

Зачем он только заказал столь откровенный наряд?

Впрочем, осмотревшись по сторонам, я осознала, что моё платье выглядит довольно скромно на фоне остальных.

Придворная мода, судя по всему, сильно отличалась от тех приличий, которым меня учила бабуля. Наряды аристократок на этом приёме больше напоминали одежды девушек для утех, чем облачения благовоспитанных дам.

Или?..

Пользуясь тем, что дракон отвадил от нас излишне гостеприимного советника, я потянула его наклониться.

– Это точно аристократки? Может, пользуясь масками, советники привели сюда своих любовниц? – прошептала ему в ухо.

Тихо крякнув, сдерживая желание захохотать, он развернул меня спиной. Прижав к груди, Матиас склонился и начал указывать пальцем на дам.

– Армандина Лекруа – супруга советника по магическим делам. Носит самые дорогие украшения в Версалии. Считает себя знатоком этикета, но частенько ошибается, – прошептал он, показывая на даму в ярко-красном платье.

Осмотрев женщину и её наряд, я едва подавила скептический хмык.

Светловолосая мадам больше напоминала торговку, надевшую на себя дорогое платье и нацепившую кучу стекляшек с ярмарки, чем жену советника.

Матиас снова тихо хохотнул и указал на другую женщину. У этой корсет и вовсе выталкивал грудь. Если бы не подобие фатина, все могли бы лицезреть её в деталях.

– Чья это жена? И он не ревнует? – поторопила я Матиаса, гадая, кто же из советников позволил супруге явиться сюда в таком недостойном виде.

– Мариэлла Фруассон – главная фрейлина королевы, трижды вдова и, как ты видишь, очень активно желает получить сей статус и в четвертый раз, – явно забавляясь, прошептал дракон.

Отводя взгляд от развратной искательницы холостых аристократов, я повернулась к своему всезнающему кавалеру.

– Может, им стоит сменить швею? Эти наряды ужасны, – не стала скрывать своё отношение к тому, как выглядит этот прием со стороны.

Мы словно попали в дорогой дом для утех. Только вот мужчины были одеты так же нелепо, как женщины.

Это что, такая мода при дворе короля Валериана?

На улицах Шалота аристократы себе такого не позволяли.

Одарив меня понимающей улыбкой, дракон отрицательно покачал головой.

– Дело не в швее, просто сегодня такая тема маскарада. “Разврат в пещере дракона”, – с тем же довольным видом сообщил он.

От такого мои глаза округлились, и картина обрела совсем другое значение.

Так вот почему все так странно и почти абсурдно одеты. И эти декорации…

Не зря они напомнили мне легенды о драконах.

Прищурившись, я осмотрела этого манипулятора. Он прекрасно знал, какое впечатление на меня произведёт всё это непотребство.

– Зачем ты привёл меня сюда? – задала я вполне логичный вопрос.

Улыбка Матиаса стала коварной.

– Потому что так тебе будет проще, Ари, – прошептал он, наклонившись к уху. – Абсурдный костюм, неприличное платье. На будущих приемах тебе достаточно будет вспомнить сегодняшний вечер, чтобы отогнать неловкость. Это поможет чувствовать себя более уверенно, – объяснил он.

Пожалуй, дракон снова не ошибся. Сейчас, глядя вокруг, сложно было представить этих людей в тронном зале короля.

Точнее, представить я могла, но вызывало это лишь улыбку. Всё это напускное величие, холодный снобизм, строгие лица… стоило лишь вспомнить сегодняшний вечер, и они рассыпались, обнажая нелепость, жадность и почти карнавальный разврат.

Матиас показал мне то, что видеть обычным аристократам не положено. Закрытую сторону их мира – ту, о которой не говорят вслух. И, кажется, сделал меня частью этой тайны.

Маленькой, почти смешной, но достаточной, чтобы больше не пугаться будущих выходов в свет.

– Ладно, – вздохнула я, обхватывая руку своего спутника. – Ну и как веселятся на этих ваших маскарадах? Помимо того, что потешаются над чужими нарядами? – задала новый вопрос.

Глаза Матиаса вспыхнули озорством, а потом меня утянули в зал, откуда звучала музыка.

– Танцы и много сладкого игристого сока, малыш, – весело заявил он.

Выбирая, куда пойти – на карнавал или на маскарад, – я без сомнений отдала бы предпочтение карнавалу. Почему-то мне казалось, что с девочками должно быть веселее, чем со скучными снобами.

Как ни странно, я впервые ошиблась.

Быстрые танцы, сладкий напиток, который щипал язык, и смешные до слез комментарии Матиаса. Кажется, я давно так не смеялась и уж точно никогда столько не танцевала.

Бабушка обучала меня придворным танцам, даже к учителю в Приванс возила на занятия. Но сегодня наше с Матиасом кружение по паркету напоминало детские шалости, а не бал в доме первого советника короля.

Когда ноги начали гудеть, а голова опустилась на грудь кавалера, отказываясь держаться на плечах, Матиас направился к выходу.

– Устала? – прошептал он, помогая мне обходить излишне весёлых аристократов.

– Спать охота, – не стала отпираться.

Несколько широких шагов и меня почти что на руках донесли до экипажа.

Голова кружилась, глаза закрывались, а громкая музыка и звон голосов сменились ровным ритмом сердца дракона и его теплым пальто.

Укутав меня, как ребёнка, Матиас усадил к себе на руки и уткнулся носом в волосы.