Текст книги "Чужая невеста для сына герцога (СИ)"

Автор книги: Рута Даниярова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 10.1

Жрец посмотрел на ученика, и тот достал из бархатного мешка новый хрустальный кубок,

Испытание прошла еще одна девушка.

Осталось четверо девиц – сестры Аэрдис и Шуанна Жани.

Камиес Бриас назвал имя Шуанны, и та вышла вперед. Ильеста почти не знала эту девушку, их семья переехала в долину совсем недавно, получив наследство. Шуанна была смуглой и темноволосой, ее не портила заметная родинка над пухлой верхней губой. На ритуал она приехала с теткой, которая, кажется, ни слова не произнесла за все то время, пока женщины находились в храме.

Снова начался ритуал, Шуанне задавали те же вопросы, что и девушкам до нее, и она давала те же ответы.

Наконец Шу-вээс уколол палец девушки и смешал ее кровь с кровью Эдрика.

Жидкость в кубке задымилась, и вдруг до Ильесты донесся зловонный резкий запах.

– Ты солгала в храме светлой богини! – громко произнес главный ловец тьмы, указывая пальцем на Шуанну. – Ты не чиста, ты была с мужчиной!

Он щелкнул пальцами, и одежда на Шуанне вдруг стала истончаться и за несколько мгновений исчезла. Стоящая девушка оказалась полностью голой. Шуанна вскрикнула, стараясь одной рукой прикрыть пышную грудь, а другой темный треугольник между ног.

– Убирайся из храма, лживая дрянь! – Тай-вээс ударил посохом по лицу Шуанны, и та снова жутко закричала. Запахло паленым мясом, и девушка бросилась прочь, но жрец успел ударить ее посохом еще несколько раз. После каждого удара Шуанна кричала, и тошнотворный запах паленой плоти стал еще сильней. Кого-то из девушек сзади начало рвать, но Ильеста словно застыла и не могла обернуться. Наконец, Шуанна бросилась прочь, она завывала от боли и страха, словно дикое животное.

Ильеста с ужасом увидела, что на лице и теле убегавшей девушки остались кровоточащие раны-ожоги в виде дракона, выпустившего когти. Главный ловец тьмы навсегда заклеймил Шуанну Жани.

Люди потрясенно загалдели, раздались выкрики:

– Шлюха! Распутница! Гулящая девка!

Но Шу-вээс поднял руку, и все замолчали.

Ученик жреца взял ведро с водой и стал мыть место, где до этого стояла Шуанна. Он неловко ползал по полу. Солдаты стояли не шелохнувшись. Иль увидела, что лицо бургомистра стало серо-зеленым.

Советник Бриас вытирал лоб и виски кружевным белоснежным платком.

Дарьола всхлипывала от ужаса, она крепко вцепилась в руку Ильесты. Наверно, там потом останутся синяки, но от потрясения Иль не чувствовала боли.

Настал черед сестер Аэрдис пройти ритуал, они были последними в этом списке.

Глава 10.2

Сначала вышла Таисса, она дрожащим голосом еле слышно бормотала слова обряда.

Ильеста во все глаза глядела на хрустальный кубок, когда жрец смешивал кровь сестры и Эдрика.

Сначала жидкость в кубке помутнела, а затем окрасилась в бледно-голубой цвет.

– Чистая кровь, благородная кровь, – пробормотал жрец, и Дарьола рядом шумно выдохнула.

Таиссе вручили мешочек с золотыми монетами, и она вернулась на свое место.

Затем советник Бриас назвал имя Дарьолы, и все повторилось.

Старшие сестры радостно улыбались, для них испытание закончилось.

– Теперь ты. Иль, и поедем наконец домой, – зашептала Таисса, обнимая сестру за плечи.

Наконец советник Бриас вызвал Ильесту Аэрдис.

Девушка не подумала о том, что ей придется протискиваться и проходить между сестрами и Леонтой, сидящими на скамье. Ноги затекли от долгого сидения. Кое-как она выбралась и направилась к жрецу.

Правая нога опять ныла, ей подумалось, что теперь хромота будет еще более заметной. Ей казалось, все смотрят на то, как она неловко проходит вперед. Подол бархатного платья все же был длинноват.

Она неловко оступилась, поднимаясь на невысокую ступеньку, ведущую к возвышению, на котором проводился ритуал. А дальше случился кошмар.

Ильеста наступила на подол платья, послышался треск рвущейся материи, и девушка к своему стыду плашмя рухнула на мозаичный пол в паре шагов от столика, покрытого алым бархатом.

Раздались шепотки и смешки. Она готова была провалиться сквозь землю. Щеки заполыхали от стыда, на глазах выступили предательские слезы. Она опозорилась перед всеми этими людьми.

Ильеста попыталась встать. Для этого надо сначала было высвободить здоровую ногу и опереться на нее. Она оперлась на локти, но тут ее подхватили твердые сильные руки и рывком поставили на ноги, поддерживая за талию. Она подняла взгляд и утонула в зеленых глазах пресветлого Эдрика.

Ильеста закусила губы, стараясь не разрыдаться. Кусок почти оторвавшегося подола висел слева как зеленая тряпка.

– Дайте же кресло девице, – тихо и зло сказал Эдрик, но его услышали. Тех, кто привык повелевать, всегда слышат. Иль не видела, кто придвинул ко ней кресло, наверно, его солдаты, и благодарно кивнула

– Садитесь, госпожа Аэрдис, – сказал советник Бриас, откашлявшись.

Сначала Ильеста хотела отказаться, чтобы выдержать ритуал стоя, но у нее не было уверенности, что она снова не упадет, нога после падения сильно заныла.

Главный ловец тьмы вышел вперед и начал произносить слова ритуала:

– Ильеста Аэрдис, почитаешь ли ты богиню, пресветлую Кайниэль?

– Да, – сказала Ильеста.

– Желаешь ли ты выполнить волю богов и послужить светлейшему герцогу нашему?

– Да.

– Чиста ли ты?

– Да.

Затем Шу – вээс подошел прямо к ней. Иль вздрогнула, когда увидела совсем близко оранжевые нечеловеческие глаза и глубокие морщины, покрывавшие его лицо.

В одной руке он держал кинжал, в другой хрустальный кубок. Пламя свечей играло на прозрачных гранях.

– Госпожа Ильеста, желаешь ли ты дать каплю крови своей для ритуала искания?

– Да, – кивнула Иль.

Он налил в кубок воды из хрустальной бутыли и кинул щепотку какого-то вещества.

Шу-вээс вплотную поднес кинжал к большому пальцу девушки правой руки, и несколько секунд просто держал его. Лезвие упиралось, но не протыкало кожу, как она ожидала. Ей вдруг показалось, что кинжал нагревается. Через пару мгновений она ощутила, что кончик лезвия обжег палец, и тогда маг вытянул руку Ильесты над кубком.

– Пресветлый Эдрик, единокровный брат младшего герцога, желаешь ли ты дать каплю крови своей для ритуала искания? – говоря ритуальные слова, жрец не спускал с Ильесты взгляда.

– Да, – твердо сказал Эдрик.

Он протянул окровавленную ладонь, и в кубок закапали рубиновые капли.

Дальше произошло что-то непостижимое. Жидкость в кубке зашипела, как игристое итерлейское вино, а затем вверх поднялся яркий столб зеленого огня. Он взмыл до потолка храма, переливаясь всеми оттенками пламени, а затем начал таять в воздухе. Ильеста ошеломленно подняла голову вверх. Она слышала сзади аханья и голоса, но не могла обернуться, завороженная пламенем,

Она почувствовала, что голова закружилась, и она словно погружается в зеленый омут. Вдруг Иль увидела, что окружающие ее люди стали таять и расплываться, и вдруг она увидела, что находится где-то не здесь. Вдалеке виднелись вершины гор, над которыми плыли красные облака. Ее окружили неясные тени, колеблющиеся, словно пламя свечи. Тени протягивали к ней руки и бормотали:

– Аэсти…аэсти…останься с нами…

Из омута видений ее выдернули громкие голоса, она очнулась и увидела, что ловцы тьмы все как один упали на колени и склонили головы.

– Аэсти! – громко провозгласил Шу-вээс, пристально глядя на Ильесту оранжевыми глазами.

– Аэсти! – повторил главный ловец, ударив посохом.

Вперед вышел советник Бриас. Он подошел к жрецу и начал что-то шептать. Шу-вээс кивнул головой, и Камиес Бриас вышел вперед.

Глубокий голос советника разнесся в притихшем храме как колокол.

– От имени его светлейшества герцога Алтуэзского я объявляю эту девушку невестой его светлости наследного герцога Равьера!

Ильеста заметила, что Эдрик пристально смотрит на нее, будто впервые видит. Потом он слегка поклонился ей и направился к своим солдатам.

Девушка обернулась назад. Все смотрели на нее. На лицах людей читались самые разные чувства – удивление, страх, восхищение, зависть, недоверие…

Потрясенные сестры подошли к ней и обняли.

Мачеха бросилась к Ильесте, ее глаза лихорадочно горели.

– Дорогая, я так рады, мы с вами теперь поедем в столицу! – Леонта уже предвкушала многочисленные балы и приемы, которые она непременно посетит, перспективы породниться с самим герцогом Алтуэзии кружили ей голову.

К ним подошел Камиес Бриас и поклонился.

– Госпожа Ильеста, вам следует собраться, скоро мы выезжаем в Алуэту, – он глядел на девушку черными глазами, поправляя кружевной серебристый воротник.

– Но, пресветлый Бриас, – заговорил подошедший к советнику барон Аэрдис. – Это огромная честь для моей семьи, но надо уважать наши традиции. Согласно законам Алтуэзии, младшая дочь не может выйти замуж вперед старших. У Ильесты есть две старшие сестры, Дарьола и Таисса.

– Если они не просватаны, мы также возьмем их в столицу, и наш милостивый герцог подберет им достойных супругов, – сказал советник.

Барон поклонился.

– Они еще не просватаны. Благодарю, пресветлый Бриас, – поклонился барон.

Сестры обнимали и тормошили ее, брат Эспер держался поодаль. Он глядел исподлобья и, казалось, решал, как же ему теперь относиться к Ильесте.

К ним подошла семья барона Эштаза.

– Не забывайте нас в Алуэте, госпожа Ильеста, – жена барона присела перед девушкой в реверансе, покосилась на своих дочерей, и те также поклонились.

– Рада за тебя, Ильеста, – приторным голоском произнесла Лиеза Эштаз.

– К невесте его светлости не следует обращаться просто по имени, – надменно произнесла Леонта.

Мать дернула Лиезу за рукав, и та послушно добавила:

– Не забывайте нас, госпожа Аэрдис.

Иль кивнула, и семья Эштаз отошла в сторону. За ними еще несколько семей местных дворян пожелали выразить свои поздравления.

Иль кивала головой, но почти не слышала слов, обращенных к ней. В голове бешеным хороводом кружились мысли.

Жрец назвал ее аэсти. Ильеста знала, что это слово обозначает на древнем языке светлую могущественную магию, но она не чувствовала в себе никакой силы. Она не умела передвигать горы и останавливать птицу в воздухе, как говорилось в какой-то сказке про волшебницу. Ей было неловко, будто она получила что-то очень ценное, чего на самом деле не заслуживала. Может быть, маг из Алуэты ошибся? Но все видели столб пламени, взметнувшийся из кубка, в котором ее кровь смешалась с кровью пресветлого Эдрика. И еще эти сумрачные тени, которые звали к себе. Она зябко передернула плечами, стараясь отогнать воспоминание о своем странном видении.

– Дорогая, сейчас мы поедем в имение, – защебетала Леонта. – Нам надо собраться для путешествия в столицу.

К ним подошел Дайнис Сторд с двумя солдатами и поклонился барону Этрану.

– Господин барон, нам приказано сопровождать вас.

Семейство Аэрдис вышло из храма.

Пока они шли к карете, отец бережно поддерживал ее под локоть. Раньше он никогда так не делал, машинально отметила девушка про себя. Ильеста слышала, как на площади перекликались возбужденные людские голоса. Голоса гудели, как пчелы в растревоженном улье. Она улавливала отрывки разговоров.

– Нашли невесту для его светлости…Ловцы увезли ведьму, она хотела спалить Бринвалд…Говорят, огонь был до самого неба… Защитила светлая богиня…Будущая герцогиня родилась в наших краях…

Ильеста села в карету с родными, и лошади застучали копытами по мостовой Бринвалда. Семья барона Аэрдиса направилась домой. За каретой верхом ехали два бравых гвардейца и Дайнис Сторд.

– Советник Бриас сказал, что в Алуэте вам найдут женихов, – сказал барон, глядя на Таиссу и Дарьолу.

– Как бы я хотела жить в столице! – воскликнула Дарьола.

– А я хотела бы стать графиней, – мечтательно протянула Таисса. Кажется, она уже забыла Корвиса Мэлла.

– Интересно, а почему его светлость Равьер не приехал сам с ловцами тьмы? – спросила Леонта.

– Советник Бриас сказал, что он после ранения не может пока долго ездить верхом, поэтому его в ритуале заменил брат. После приезда в Алуэту обряд повторят, на этот раз уже с его светлостью Равьером, – ответил барон Этран.

Ильеста погрузилась в свои мысли и почти ничего не слышала, обессиленная последними событиями. То, что случилось на ее глазах с Мариссой и Шуанной, навсегда останется в ее памяти. А затем она задумалась о себе. Что ждет ее теперь?

Она никогда не видела герцога Равьера, невестой которого ее только что объявили. Что он за человек? Добрый или нет? Красив ли он? Две его предыдущие жены умерли, горюет ли он по ним до сих пор? Сумеет ли он принять ее, Ильесту, в свое сердце? Потребует ли сразу супружеской близости или даст им время привыкнуть друг к другу? Что он почувствует, когда заметит ее увечье – жалость или отвращение?

Похож ли он на Эдрика? Иль разозлилась на себя. Причем тут Эдрик, если она станет женой его старшего брата! Хотя, наверно, им придется часто видеться во дворце. Если все при дворе такие же, как он, ей будет непросто. Иль смотрела на мелькавшие за оконцем кареты знакомые пейзажи и гадала, что ждет ее дальше. Она вспомнила удивление в зеленых глазах Эдрика, жуткие крики Шуанны и Мариссу, поникшую безвольной куклой в руках ловцов тьмы.

Нет, ни за что на свете она больше не захотела бы присутствовать на ритуале искания, пусть даже в качестве зрителя!

Она ловила на себя взгляды родных. Никто не ожидал, и прежде всего она сама, что хромая дочь небогатого барона станет невестой наследного герцога.

Глава 11.1

Три часа спустя, имение барона Этрана Аэрдиса

Эдрик только что вернулся из Бринвалда, где пришлось еще долго разговаривать с местным бургомистром, который хотел передать герцогу кучу прошений от местных торговцев и небогатых дворян. Конечно, эти прошения будет рассматривать не сам Ирвик Девятый, а те, кому их передаст советник Бриас, но так происходило в каждом месте, где они останавливались. Люди желали о чем-то сообщить герцогу, добиться каких-то привилегий либо предложить поставки своих товаров в Алуэту.

Эдрик вошел в шатер к жрецу. У него было много вопросов к магу.

Как всегда, здесь пахло травами. Шу-вээс наблюдал, как мальчишка складывает предметы ритуала в красный бархатный мешок. При появлении сына герцога Гийом поклонился и вышел, сев неподалеку. Эдрик знал, что Шу-вээс умеет накладывать заклинание тишины, чтобы никто не смог услышать, о чем говорится в шатре.

– Хорошо, что ты пришел сам, а то хотел уже приказать Гийому разыскивать тебя, – устало произнес жрец. Его глаза были полузакрыты

– Что произошло, Шу-вээс? – спросил Эдрик.

– Я наконец нашел аэсти, жену будущего герцога, – старик выглядел хмурым.

– Значит, ты не будешь больше резать меня своим кинжалом, чтобы забрать последнюю кровь? – усмехнулся Эдрик.

– Нет, твоя кровь очень скоро понадобится тебе самому, – Шу– вээс поглядел на него немигающими оранжевыми глазами.

– Опять загадками говоришь, – проворчал Эдрик. – Скажи мне, жрец, что произошло на ритуале? Почему она?

– Боги сказали мне, что эта девушка должна стать женой герцога Алтуэзского, – Шу-вээс бесстрастно глядел на него.

– Но она хромая, – сказал Эдрик.

– В постели это не имеет особой разницы, – возразил Шу-вээс. – Ее главная задача – родить здорового наследника. Поверь мне, это под силу молодой девице, будь она к тому же еще и слепой, глухой и немой.

– Она не красавица, – упорствовал Эдрик.

Шу-вээс усмехнулся.

– Пресветлый, я хочу тебе показать кое-что.

Он щелкнул пальцами, и на несколько мгновений вокруг заклубилась серая дымка. Когда она рассеялась, в руках у мага оказались две темные бутылки вина, которые он поставил на столик перед собой.

– Тебе только фокусы показывать на ярмарках, – проворчал Эдрик.

Дымка окончательно рассеялась, и на столе перед жрецом оказались глиняная кружка и золотой кубок. Он откупорил обе бутылки.

– Сравни вкус этих вин, – сказал маг.

Эдрик отхлебнул вино из глиняной кружки, куда Шу-вээс плеснул жидкость из одной бутылки.

– Кислятина, – поморщился он. – Но пить можно, если жажда в хаээской пустыне одолеет.

– А теперь попробуй это, – жрец протянул золотой кубок, налив туда красную жидкость.

Эдрик взял кубок и сделал глоток. Вкус заиграл на языке, по телу побежали горячие огоньки, в букете вина почувствовался аромат вишни, сладость спелой малины, кислинка красной смородины и чего-то еще неуловимо прекрасного.

– Это настоящее вино, – сказал Эдрик.

Жрец засмеялся, глядя на пресветлого оранжевыми глазами.

– Я наливал вино из одной бутылки, мальчик. Вкус придает оболочка. То, что ты видишь, не всегда является тем, что ты думаешь.

Шу-вээс щелкнул пальцами, и кубки с вином исчезли.

Эдрик в досаде только покачал головой.

Жрец любил играть в загадки, когда не хотел отвечать на вопросы.

– Я не сказал тебе главного, – маг стал серьезным.

– Эдрик, нам нужно как можно быстрее вернуться в столицу, прикажи своим людям срочно собираться, мы сегодня же должны выезжать, – сказал жрец.

– Почему, мы вроде собирались отправиться завтра, когда девушка и ее родные соберутся в дорогу, – недоуменно спросил Эдрик.

– У меня было плохое видение, мальчик. Нам срочно нужно вернуться в Алуэту, – жрец покачал головой. – Мы поедем самой короткой дорогой, там не проедет карета.

– А девица Аэрдис?

– Аэсти тоже едет с нами, – сказал жрец. – Я слишком долго ее искал, чтобы оставить одну хотя бы на несколько дней. Ей может сейчас угрожать большая опасность. Вели всем торопиться

Эдрик вышел из шатра и подозвал Дайниса Сторда.

– Дайнис, мы сейчас же выезжаем назад. Ильеста Аэрдис поедет с нами, предупреди ее.

11.2

Вскоре управляющий Лодис, низко кланяясь, позвал Ильесту в кабинет к отцу. Он уже знал, что перед ним не просто третья дочь его господина, а невеста самого наследного герцога.

В кабинете помимо барона и Леонты находился советник Бриас. Он держал в руках кубок с вином. Второй кубок стоял на маленьком столике возле Этрана Аэрдиса.

Бриас поклонился, когда Ильеста вошла в кабинет.

– Госпожа Ильеста, нам срочно надо выезжать обратно, вы поедете с нами, а ваша семья приедет в Алуэту позже, – сказал советник.

– Почему? – спросила девушка. Она не понимала причины такой спешки. Ведь только что они приехали из Бринвалда, и ей приказывают снова собираться в путь.

Камиес Бриас пожал плечами:

– Это приказ пресветлого Эдрика. Вам хватит часа на сборы?

Ильеста кивнула:

– У меня не так много вещей.

– Возьмите с собой только самое необходимое в дорогу. В столице вам купят новую одежду, соответствующую вашему новому положению, – сказал Бриас.

Ильеста покраснела. Она вспомнила, как упала прямо в храме, зацепившись за край наспех подшитого чужого платья. Вернувшись домой, она первым делом переоделась.

– Но, пресветлый Бриас, разве допустимо, чтобы девица одна ехала в сопровождении мужчин? – вмешалась Леонта. – Без прислуги, без старшей родственницы?

– Вы хотите сами поехать верхом с ней, госпожа баронесса? – спросил Бриас, прищурившись. – Мы поедем по самому короткому пути, чтобы вернуться в Алуэту как можно быстрее, там не проедет карета.

– Нет, но приличия требуют, чтобы с ней находилась хотя бы служанка, – возразила Леонта.

Бриас нахмурился.

– Госпожа баронесса, отрадно, что вы проявляете такую заботу о репутации девицы. Мы будем останавливать ночевать в хороших постоялых дворах, где будут служанки. Или вы сомневаетесь, что добродетель вашей падчерицы пострадает в присутствии младшего брата ее жениха, первого советника его светлейшества, а также могущественного мага и вооруженной охраны?

Леонта покраснела.

– Пожалуй, вы правы, пресветлый Бриас, – сказал барон Аэрдис. Он обратился к дочери:

– Ильеста, дорогая, тебе необходимо собраться в дорогу. Попроси служанку помочь тебе.

Ильеста поклонилась и отправилась в свою комнату.

По пути к ней подбежала взволнованная Аньела.

– Иль, можно, я теперь буду спать на твоей кровати? – спросила она, заглядывая в глаза сестре.

– Конечно, милая.

– Я так буду по тебе скучать, – вздохнула Аньела. – Батюшка говорит, вы скоро все выйдете замуж, и ты, и Дарьола с Таиссой. А я останусь одна тут с Леонтой и противным Эспером.

– Не говори так.

– Эспер злой, Иль. Служанки жалуются, что он щиплет их за задницы.

В их комнату заглянула запыхавшаяся няня Миара. Она всхлипнула и прижала к себе Ильесту.

– Ах, моя дорогая Иль, могла ли я подумать, что такое случится с тобой. Уедешь, станешь важной дамой, герцог тебя осыплет рубинами, будут у тебя куча слуг и красивые платья на каждый бал,

– Миара, не хочу я по балам разъезжать, – отмахнулась Ильеста.

– А тебе и разъезжать не надо будет. Будешь жить в настоящем дворце, там балы и будут. А тебе останется только наряжаться и рожать герцогу детишек. Ох, понянчила бы я твоих малышей, да кто ж меня к ним подпустит…

Иль вздохнула. Кажется, все вокруг нее уже стали чего-то ожидать от ее будущего, только никто не спросил ее желания. Больше всего ей сейчас хотелось остаться дома.

– Я никогда тебя не забуду, Миара, – она обняла всхлипывающую няню.

Она разложила на кровати свои вещи: шерстяное платье, в котором она была на обеде, пару смен белья, подвеску из бирюзы и несколько книг, оставшихся от матери. Вот практичное плотное темное платье для верховой езды, она поедет в нем.

У Ильесты осталось еще одно дело. Надо было выпустить Уллу. Она будет скучать, но ничего не поделаешь. Девушка направилась на задний двор.

Ильеста подошла к сараю и открыла засов клетки. Улла бросилась к ней, облизывая руки теплым шершавым языком. Девушка погладила бок тьори, мягкий, как черный бархат, и Улла довольно заурчала. Иль почесала ей за ухом и прошептала:

– Улла, девочка моя, я уезжаю в столицу. Моя жизнь изменится, и я больше не смогу о тебе заботиться. Тебе пора уходить, возвращайся в горы, будешь там жить и охотиться. Найди там свой дом. Я буду по тебе скучать.

Слезинки покатилась по щеке Ильесты. Она привязалась к тьори, ей снова показалось, что Улла понимает ее слова.

Тьори внимательно посмотрела на девушку, потом лизнула ее в щеку и подошла к открытой двери сарая.

Выйдя из сарая, Улла подбежала к высокой деревянной ограде имения. Оглянувшись в последний раз на Ильесту, тьори черной молнией перемахнула через стену и исчезла.

Ильеста утерла слезы. Улла теперь свободна, в отличие от нее. А ей предстоит в Алуэту в компании с надменным красавцем Эдриком, жутким жрецом Шу-вээсом, горбуном Гийомом и несколькими солдатами солдатами.