Текст книги "За закрытой дверью (ЛП)"
Автор книги: Роуз Шейн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц)
– Тебе здесь некомфортно? – Он и не думал давать мне пространство. Нахмурился, убрал выбившуюся прядь с моей щеки, потом бросил взгляд в сторону моей спальни. – Ты плохо спала?
– Нет. Я спала нормально.
Закусив губу, я медленно сжала его запястье и отодвинула руку. Я не могла позволить ему вести себя мило, иначе тогда у меня не осталось бы шансов сохранить наши отношения профессиональными. И уж точно я не собиралась жаловаться в первый же день. Про кошмары я ему рассказывать не стану. Кондиционер работал так, будто на улице под сорок градусов, а я всегда мерзну. Плюс, я привыкла открывать окно, чтобы впустить воздух, но клянусь, в лесу кто-то был. Люди, или мне так казалось. Я понимала, что это паранойя. После того, что случилось в школе, я стала дерганой и нервной.
– Я просто не привыкла, чтобы у моей двери стояли мужчины… или спать под одной крышей с отцом своей ученицы.
Его глаза сузились и потемнели, будто ему самому не нравилась эта мысль.
– В академии Арчер всю ночь следил за территорией.
– Только он. Я не против, если Арчер дежурит у двери, пока я сплю, – резюмировала я. – Не Аид и не кто-то ещё.
– Хочешь, чтобы он смотрел, как ты спишь? – Его глаза сверкнули непонятной эмоцией.
– Следил за дверью. Ты же понимаешь, о чём я. – Я отмахнулась.
– Они охраняют дом. И территорию с этого момента. Ради твоей безопасности, Мия.
Моей безопасности. Или их. Я уже не была уверена. Неважно, напомнила я себе. Два миллиона. Два миллиона за лето.
Он усмехнулся и отступил, убирая руку. Это сразу вернуло моё внимание к нему.
– Ты права. Два миллиона за лето, мисс Дарлинг.
Чёрт. Я произнесла это вслух.
– Что может пойти не так, да?
Очень многое. То, что я смотрю на его губы, пока он это говорит. То, что думаю, насколько неправильно было бы сделать всего шаг к нему и снова вдохнуть запах сандала и кожи. Ответить я не смогла.
Мы оба позволили тишине повиснуть между нами, пока из кухни доносились шаги оповещая нас о возвращении остальных.
Будто это стало для него сигналом, он отступил ещё дальше.
– С сегодняшнего дня следи за тем, как одеваешься, когда рядом мои люди, Мия.
– Иначе что? Мне придется отвечать?
Он коротко улыбнулся.
– Им придется, милая Мия. Не тебе.
7.Мия
Джеймсон не остался на экскурсию, но с удовольствием раздал всем указания, вызвав их обратно в комнату перед тем, как уйти.
В течение недели Рози должна была сменять меня в четыре по вторникам и четвергам – в это время она занималась с Фрэнни фортепиано и иностранным языком, а в шесть Джеймсон ужинал с дочерью. Я настояла на том, чтобы свои приёмы пищи получать в комнату, если только мне не захочется выбраться в Парадайз-Гроув за чем-то конкретным. В таком случае меня будет сопровождать Арчер.
Этим утром Джеймсон велел Рози забрать Фрэнни, пока Арчер отвезёт меня за материалами для учебной зоны, которую мы собирались оборудовать. Там меня уже ждали ноутбук и планшет.
Он ушел работать в свой кабинет, но перед этим сообщил, что после экскурсии с Аидом я могу обсудить с ним планы уроков, если потребуется, – только недолго.
– Могу отправить всё по почте, если у тебя нет времени на встречу, – предложила я.
– Так будет лучше, – согласился он так, будто его время стоило дороже всего на свете.
И, возможно, здесь все так считали, потому что мы успели осмотреть лишь половину дома, прежде чем Аид подвёл итог, что остальное сегодня смотреть не нужно, и меня передали Арчеру. Я согласилась. Времени бродить по дому не было, особенно если мне предстояло за один день подготовить учебное место и заказать все необходимые материалы.
Тем не менее в Парадайз-Гроув, предположительно, был свой центр доставки, куда корпорации привозили заказы в кратчайшие сроки, если жители не находили то, что им нужно. Та же экспресс-доставка, только на стероидах.
Я слышала о Парадайз-Гроув, но даже представить не могла, насколько здесь красиво, пока Арчер не провёз меня по территории и не показал теннисные корты, сады, кантри-клуб, салоны и бутики. В универмаге, о котором я раньше не слышала, я нашла часть учебных материалов. Остальное Арчер заказал.
А потом мы взялись обустраивать кабинет рядом с офисом Джеймсона под классную комнату, и к концу дня я не смогла сдержать улыбку. У панорамных окон купались в солнце растения, на стене висел календарь, который я выбрала для Фрэнни, чтобы она могла прикреплять на липучках значки с делами на день. На ковре для занятий мы собирались читать, за столом – писать вместе. Я даже нашла лаванду и поставила её в вазу у окна. Всё было идеально, за исключением моего босса.
Первый учебный день должен был пройти гладко, но я проснулась от стука в дверь, в этот раз в шесть утра.
– Ты кричала во сне, Дарлинг, – сообщил мне Арчер.
Я потерла глаза, прогоняя сон.
– Я поставила будильник на шесть пятнадцать, чтобы никто не услышал.
– Это всего лишь я. – Он пожал плечами, и я похлопала его по плечу, выражая благодарность.
– Пф, единственный человек, которому я здесь доверяю.
– Не забывай про Фрэнни, – заметил он.
– И ей тоже. Но только тебе я могу рассказать, что думаю.
– Я не хочу знать, что ты думаешь, Дарлинг, – почти простонал Арчер.
За этот месяц между нами сложилось что-то вроде дружбы, и я была рада, что она никуда не делась.
– Даже о том, как сохранить твои растения живыми? – Я изобразила ужас.
– У меня нет растений. – Он хмыкнул.
– Я же говорила тебе несколько недель назад завести хоть одно. Я разочарована. Растения полезны для здоровья. – Я покосилась на свои в комнате. – Хотя сначала мне надо убедиться, что эти выживут.
По его пустому взгляду было понятно, что их благополучие его совершенно не интересует. Он сразу перешел к тому, что считал важным.
– Если услышу тебя утром, буду стучать, чтобы ты не разбудила остальных… А цветы польешь, когда проснешься.
Я улыбнулась.
– Вот это настрой. Не подведи меня, мисс Прим и мистера Боса. Мы на тебя рассчитываем. Плюс, я не могу допустить, чтобы мой босс слышал мои крики.
Я заметила, как уголок его рта чуть приподнялся, что порадовало меня. Обычно Арчер вел себя довольно непринужденно, но с тех пор как мы приехали в Парадайз-Гроув, он держался напряженно. Он кивнул на мою одежду.
– Могу принести тебе завтрак сюда. Но тебя приглашали есть с Найтами. Что выбираешь?
– А есть третий вариант?
Снова оказаться запертой в этой комнате было не идеально. Я часами сидела здесь в тишине, не зная, кто может слушать или наблюдать. Воображение разыгрывалось, и я это ненавидела. Ненавидела ощущение, будто я под программой защиты свидетелей.
Или в тюрьме.
Красивая комната не меняла сути: если меня попытаются держать здесь постоянно, я просто сойду с ума.
Лицо Арчера сморщилось от неодобрения, но я встретила его взгляд, не желая отступать.
– Нет. Так что переодевайся. – Он указал на мою пижаму. – Если мистер Найт увидит тебя в этом, будет недоволен.
Я выставила бедро и окинула его взглядом с головы до ног.
– Что? Он жаловался на мою пижаму вчера, да?
Арчер предпочел не отвечать.
Я фыркнула и ткнула пальцем в красные цветы на своей футболке.
– Тюльпаны вообще-то должны приносить всем радость. – Это вызвало у него смешок. Я улыбнулась в ответ. – Вот, это тот Арчер, которого я знаю. А то я уж подумала, что Парадайз-Гроув окончательно затянул тебя в свои ледяные объятия.
– Да ладно тебе. Не всё так страшно.
– Правда? – Я подошла к комоду за одеждой. – То есть ты просто решил проверить как я, вместо того чтобы завтракать с Найтами внизу?
Он отвел взгляд.
– Моя работа – твоя безопасность, мисс Дарлинг. И потом, никто особо не любит есть с ними, когда здесь миссис Найт. Разве что Валери и Аид. Завтрак там… – он замялся.
– Холодный? – не удержалась я.
Мы оба рассмеялись, прежде чем Арчер напомнил:
– Тебя приглашали. Я говорил.
– Наверняка Фрэнни.
Он пожал плечами, и я поняла, что это действительно Фрэнни просила, чтобы я пришла.
– Если она спросит, скажем, что завтрак – это время с бабушкой и папой. Договорились? Не хочу её расстраивать. – Я покосилась на свою пижаму. – Лучше быстро переоденусь и помогу Рози. Не хочу, чтобы она одна там носилась с завтраком для всех.
– Ты видела эту женщину. Ей нравится готовить на всех и управлять домом.
– А если мы тихо зайдем к ней через заднюю дверь, поможем и перекусим там, пока они не закончат?
– Либо ты ешь здесь, либо с Найтами, Мия. Других вариантов нет.
Я нахмурилась.
– По чьим правилам?
– По правилам твоего работодателя?
Я лишь тихо хмыкнула, не споря, и ушла в ванную переодеться в легкое зеленое платье; оно напоминало мне о моих растениях в их лучшие дни. Вернувшись, я подошла к ним и сказала Арчеру:
– Кажется, они погибают, потому что я заперла их в этой душной комнате. Как думаешь? Воздух здесь какой-то странный и тяжелый. Может, надо будет всё окурить шалфеем. Интересно, Джеймсон не будет против, если мы пройдемся по тем коридорам, которые я уже видела?
Он простонал.
– Я не буду делать это с тобой снова.
Однажды ночью я заставила его пройтись со мной по коридорам академии после того, как услышала какие-то звуки.
– В прошлый раз помогло. Просто признай. – Тогда после этого действительно стало легче, но он только покачал головой, глядя на меня так, будто я чокнутая. Я хлопнула его по плечу, проходя мимо к выходу из комнаты. – Пойдем. Поедим там, где хотим, Арчер. Может, сегодня наконец увидим остальную часть дома?
– Увидим, когда Аид и Джеймсон найдут на это время, – проворчал он, смирившись с тем, что утро мы проведём не в моей комнате.
Мы тихо прошли по другому коридору и добрались до кухни, не потревожив Найтов, которые негромко разговаривали в столовой.
Рози покачала головой, как только мы вошли. На ней был неизменный черно-белый фартук, красная помада – безупречна, как всегда.
– Дай угадаю. Ты не можешь просто позволить мне приготовить тебе завтрак и решила помочь?
– Правда не могу, – пожала я плечами и взяла ложку.
– Или ты просто не можешь сидеть с ними, так? – Она посмотрела на Арчера, будто он скажет правду, а я нет.
– В своё оправдание, – я подняла палец, – Арчер сказал, что с ними никто не ест. Плюс, я действительно привыкла готовить себе сама.
– Ты понимаешь, что мне хорошо платят за то, чтобы обслуживать эту семью и вести дом. И их гостей тоже.
– И ты справляешься отлично. Просто я привыкла сама о себе заботиться. И я скорее сотрудник, чем гостья.
Она кивнула, будто поняла меня, и указала на накрытую тарелку.
– Тогда просто съешь панкейки, которые я тебе сделала, и сама помой тарелку. Они там как раз заканчивают, и, думаю, миссис Найт уже собирается уходить.
Я подняла крышку, и ко мне потянулся аромат сдобного теста с корицей.
– Пахнет потрясающе.
Я чуть не застонала, почувствовав, что аппетит наконец вернулся.
Рози поставила рядом тёплый кленовый сироп и протянула мне вилку, затем повернулась к Арчеру и указала на его тарелку.
– Обычно я не разрешаю есть здесь.
– Значит, только нам, с сегодняшнего дня и до конца времён? – пробормотала я, уже откусывая первый кусок. – Что ты в них добавляешь?
– Секреты. Большие и маленькие, мисс Дарлинг.
– Мия, – поправила я её. И когда она нахмурилась, добавила: – Пожалуйста. Неловко, когда взрослые называют меня так же, как дети весь день.
– Понимаю, – согласилась она, продолжая суетиться, убирая приборы.
– Во сколько у них сегодня начался завтрак? – спросила я, прикидывая, сколько у меня времени.
– Фрэнни встает с солнцем, – Рози пожала плечами и усмехнулась, убирая специи. – И я убеждена, что мы все подстраиваемся под её расписание.
– А подстраиваться – это хорошо? – нахмурилась Фрэнни, входя на кухню. Малек важно шел рядом с ней. С толстым черным кожаным ошейником он выглядел здесь чужим, но сел прямо передо мной, словно чего-то ожидая.
Я инстинктивно отступила на шаг и подтянула тарелку к себе, но пёс подался ближе и задышал чаще. Я посмотрела на Фрэнни.
– Эм… это хорошо. Это значит, что всё внимание на тебя, мисс. – Я снова перевела взгляд на Малека, не уверенная, можно ли ему сегодня доверять. – Твой пёс что-то хочет?
– Твою еду, – сказал Арчер, уже поглядывая в сторону двери, будто в любую секунду мог появиться босс.
Рози рассмеялась и указала на шкафчик за моей спиной.
– Ему нужно лакомство, а Фрэнни – шоколад. Значит, бабушка уже ушла, да?
Фрэнни широко улыбнулась.
– Она даже не дала мне сегодня добавить шоколадные крошки в блинчики. Так что теперь мне нужна двойная порция, мисс Дарлинг.
Я не была в этом уверена.
– Кажется, твоему папе и Аиду не по душе сладкое. Так что только не говори…
И будто его призвали, в кухню вошел Аид.
– Она никому не скажет, а вот я скажу, – бросил он, сверля Рози взглядом, словно во всём виновата она.
– Конечно, скажешь, – фыркнула она, и между ними проскочило напряжение, после чего она повернулась обратно к сковороде. – Если не хочешь, чтобы тут раздавали сладкое, может, не стоит заходить на мою кухню.
– Вот видишь, – Аид посмотрел на Фрэнни так, будто это она втянула его в неприятности, – я же говорил, надо было остаться там, пока она не закончит уборку.
– Ей нужно, чтобы ты ушел, а не я, – закатила глаза Фрэнни. Темные кудри качнулись, когда она выжидающе уставилась на меня. – Шоколад рядом с собачьими лакомствами, в том шкафчике.
Аид сверкнул взглядом, Рози приподняла бровь. Проверка, на чьей я стороне. Может, потому что мне всегда не хватало настоящей дружбы. А может, потому что хотелось хоть в чем-то пойти наперекор Джеймсону и его команде. Но я всё же потянулась к шкафчику, достала банку с шоколадом и пакет с собачьими лакомствами. Фрэнни засияла, а хвост Малека заходил ходуном.
Самым приятным моментом стало то, как лицо Рози смягчилось – будто она поняла, что может мне доверять, – когда я протянула и печенье, и шоколад.
– Невероятно, – пробурчал Аид. Но я заметила, что плечи у него тоже чуть расслабились, словно он испытал облегчение оттого, что у меня есть характер. – Джеймсон будет недоволен.
– Не дуйся, дядя Аид. Это неприлично. Папа переживет, если мы будем придерживаться расписания. У него есть другие заботы, – пояснила Фрэнни. – Быть доктором трудно. – Она взяла Аида за руку и развернула к двери; всё, что ей было нужно, она уже получила. – Так что, может, оставим этот визит на кухню при себе? У папы сегодня столько звонков и встреч, что ему не до этого. Понимаешь?
В её голосе звучала такая важность и взрослость, что мы все рассмеялись, а Аид попытался нахмуриться, будто его только что переиграли.
– Что смешного? – Голос Джеймсона мягко прокатился по кухне, но заставил всех выпрямиться. Он вошел в идеально выглаженном костюме. Его выражение лица было расслабленным, пока он не увидел меня. Тогда его шаг сбился, самую малость, но я заметила.
Смех мгновенно стих, вместе с ним исчезло и ощущение уюта. Вместо него в комнату вползло напряжение и сжало нас всех. Его голубые глаза нашли мои и прожгли насквозь.
– Интересно, – сказал он, хмурясь. – Похоже, у нас на кухне сегодня вечеринка. – Его голос был холодным и низким, будто такие сборища запрещены правилами.
Существовал ли здесь какой-то устав? Свод правил?
– Я решил, что лучше поесть здесь с мисс Дарлинг в её первый официальный день, чем нарушать ваш завтрак, – тихо вступился Арчер.
– Не помню, чтобы просил тебя принимать решения, исходя из того, что ты считаешь лучше, Арчер. Мисс Дарлинг должна была либо завтракать с нами, либо после еды в своей комнате присоединиться ко мне и Фрэнни.
Джеймсон даже не посмотрел на него. То, как он давил на Арчера, не удостоив взглядом, заставило меня ощетиниться. Я попросила, чтобы Арчер был рядом, потому что он проявил ко мне лояльность и человечность. Он хороший человек, и я не собиралась позволять ему отдуваться за меня.
Я выдержала взгляд Джеймсона и приподняла подбородок, не поддаваясь его давлению.
– Это было не решение Арчера. А моё. Он не мог удерживать меня насильно… если только ты не давал ему разрешения?
Джеймсон качнулся с пятки на носок и провёл рукой по затылку.
– Слишком рано для этого, Мия, – пробормотал он и добавил уже громче: – Нет. Никто не станет силой удерживать тебя в каком-то месте ради завтрака.
– Ну и отлично. – Я хлопнула в ладоши и широко улыбнулась. – Я хотела позавтракать здесь и помочь Рози убрать.
– То есть ты предпочитаешь есть стоя, вместо того чтобы спокойно поесть в своей комнате или присоединиться ко мне за столом? Ты могла бы завтракать с нами в столовой.
– Нет, спасибо. – Я сморщила нос и только потом поняла, как грубо это прозвучало. – Я просто… мне там не место.
– За моим столом есть место для каждого. Всех зовут завтракать с нами по утрам.
– И всё же никто не приходит, – заметила я.
Тишина сгустилась так, что капля из крана прозвучала почти как чёртов отсчет. Джеймсон, похоже, не понимал, что никто не сядет с ним за тот стол в ближайшее время.
Или я так думала. Но затем он медленно провел большим пальцем по нижней губе и спросил:
– И почему, по-твоему?
Я не собиралась объяснять это ему.
– Границы между сотрудником и работодателем, мистер Найт?
Он смотрел на меня так, будто разбирал по частям каждую эмоцию на моём лице, прежде чем усмехнуться и пробормотать:
– Рози, в этом причина?
– Думаю, Вы и сами знаете. Дело в Вашей матери, она невыносима.
– Сегодня утром было ещё хуже, – добавил Аид, и я открыла рот.
– Она переживает из-за всей этой ситуации, но при этом совершенно невыносима. Ты права. – Джеймсон не спеша потянулся за моей спиной к шкафчику за шоколадом. Он наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание у щеки, и прошептал только для меня: – Похоже, тебе стоит пересмотреть свои представления о границах между сотрудником и работодателем. Я предпочитаю, чтобы мои люди были честны; незачем приукрашивать правду ради меня.
Его взгляд вспыхнул и столкнулся с моим, выбивая почву у меня из-под ног.
– Я ничего не приукрашиваю, – возразила я, оскорбившись.
– Думаю, ты привыкла приукрашать всё, что слетает с твоего языка, – сказал он с насмешливой ноткой, и я не сразу нашлась, что ответить. Желание всем угодить давно стало частью моей работы, и, возможно, частью моей жизни тоже.
Он улыбнулся, заметив, что я потеряла дар речи, и прошептал:
– Хотя наедине ты совсем другая. Тогда ты кусаешься. Хорошего дня, милая Мия.
Затем он ушел, а Аид бросил, что проводит Арчера и Фрэнни в учебную комнату, чтобы я могла доесть с Рози.
Когда они вышли, Рози улыбнулась.
– Ох, ты влипла.
– О чем ты? – Я изобразила невинность. Был шанс, что она купится.
– Не строй из себя дурочку. Я распознаю ложь лучше Джеймсона. Хотя за последние годы он тоже в этом поднаторел. – Она увидела вопросы, готовые сорваться у меня с языка. – Спрашивай, что хочешь. Отвечу на то, что могу. На остальное промолчу, потому что не терплю вранья.
– Зачем врачу ловить людей на лжи? – выпалила я.
– Думаю, ты и сама знаешь ответ. – Она опёрлась бедром о столешницу и кивнула на мой недоеденный панкейк. – Ешь и говори, потом проголодаешься.
– Единственное, что приходит мне в голову, – он вовсе не врач. – Я прожевала и добавила: – Так чем он тогда занимается?
– Когда-то он был практикующим хирургом.
– Но практикующий хирург не носит деловые костюмы постоянно. И не проводит дни напролет на встречах и звонках.
– Ты внимательная учительница. – Её пухлые губы изогнулись в улыбке, будто она мной довольна. – Ты спрашивала его, чем он зарабатывает на жизнь?
– Он сказал, что мне лучше не знать.
– И, возможно, он прав. – Она выдержала паузу. – Но, может, тебе стоит самой со временем решить, так ли это. Иногда человек скрывает правду не чтобы навредить, а чтобы защитить.
Парадайз-Гроув был хорошо известен. Все слышали, насколько богаты его жители. И слухи, которые шли рука об руку с этой роскошью, были не из тех, что вызывают уважение.
Эти люди опасны. Я знала, что такие деньги всегда замешаны на какой-то коррупции.
– Я давно стараюсь не впускать в свою жизнь секреты и вещи, которые выглядят слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Разве работа в летней школе не была такой?
– И да, и нет.
Я приняла это решение не сгоряча. Я выстроила жизнь так, чтобы её у меня никто не отнял. По крайней мере, мне так казалось. Я отказалась от надежд и планов родителей на мой счёт, и выбрала то, что действительно хотела – работу с детьми – когда получила хорошую должность в престижной школе. Но потом сорвалась. Сделала то, что общество считает неправильным.
Снова. Так я оказалась в положении, где пришлось барахтаться, где нужно было сделать один сомнительный шаг, чтобы снова выровнять курс.
– Академия Блэкстоун известна. – В некоторых кругах. – Предложение работы от них – это удача. Согласиться на него было разумно.
– Но работать учительницей с вооруженной охраной всё уже не совсем обычно, да?
– Значит, ты многое знаешь об академии Фрэнни?
– Не от Джеймсона с Аидом. – Она отмахнулась, будто они были смешны. – Фрэнни рассказывает мне то, чем не хочет делиться ни с ними, ни с бабушкой. И уж тем более с Валери. – При имени этой женщины она поморщилась. – Кстати, сегодня вечером она будет здесь. Держись подальше от этой мозгоправки.
Я сцепила пальцы.
– Серьёзно? Всё настолько плохо?
– Она не выносит других женщин рядом. – Рози пожала плечами. – С тобой будет особенно ревнивой.
– Почему со мной?
– Потому что ты милая и красивая. И хотя ты не в его вкусе, для тебя он сделал исключение.
– Какое исключение?
– Он тебя не убил.
Разве это не должно было меня напугать? Оттолкнуть? Заставить захотеть сбежать, а не остаться и узнать о нём больше? Я знала ответ, знала, что не должна его хотеть, но всё равно прикусила губу, скрывая реакцию на её слова.
– Тогда я буду держаться от них подальше. Я и так собиралась, но спасибо за предупреждение.
Рози кивнула.
– Я честна, если могу, как и говорила. – Она оттолкнулась бедром от стойки и добавила масло на сковороду; оно зашипело, тая. – И моё честное мнение: тебе стоит расспросить Джеймсона о его жизни. Потребовать подробностей, если ты готова стать её частью. И не требовать, если не готова.
– О, я не готова, – поспешно уточнила я. – Я здесь только на лето.
Она хмыкнула и кивнула, рассеянно размазывая масло по сковороде.
– Я тоже так думала. – Её взгляд оторвался от плиты и метнулся к двери, когда с той стороны послышался смешок Аида. С её ярко-красных губ сорвался тихий вздох. – Иногда сердце и разум идут вразрез. Я видела вас с Джеймсоном вчера.
– Видела что?
Широкая улыбка, идеально очерченная алой помадой, озарила ее лицо, когда она уперла руки в бока.
– Я видела, как ты на него смотрела… так, будто хотела, чтобы он перегнул тебя через стойку и оттрахал до беспамятства, Мия.
Мой рот невольно открылся от того, с какой легкостью она это сказала, стоя передо мной своем аккуратном черно-белом фартуке.
– О, закрой рот. Мы ведь уже почти подруги, верно? И я говорила, что буду честной, когда могу.
– Но не настолько честной!
– Значит, ты всё-таки так на него смотрела. – Она меня поймала. – Так и думала.
– О Боже. Мы здесь работаем, а не…
– Эй. Говори за себя. То, что я одеваюсь профессионально и серьезно отношусь к работе, не значит, что я не получаю своё с Аидом.
– Рози, это… Ну, он… – Как мне вообще на это отвечать? Я прочистила горло. – Надеюсь, вы счастливы.
– Думаю, да. Наверное. – Она пожала плечами. – Каждый скрывает тайны за закрытой дверью. Для большинства из нас в Парадайз-Гроув это просто личное, не то, чем хочется делиться со всем миром. Для других – это то, за что им стыдно. Надеюсь, у нас с ним первое, а не второе. А тебе стоит понять, готова ли ты что-то скрывать ради Джеймсона, прежде чем просить его объяснить, чем он занимается и кто он такой, Мия.
Остаток рабочего дня пролетел как одно мгновение.
И только вечером, когда меня проводили в комнату, я задумалась над тем, что она сказала. Да и то лишь потому, что вентиляционная решетка у меня в комнате гудела как-то неправильно: металл дрожал о стену и из-за тумбочки тянулся почти жужжащий звук. Я отодвинула тумбочку и засунула лист бумаги между решеткой и стеной, тогда шум прекратился.
Но потом послышались голоса.
Сначала тихо. Бормотание. Я села на край кровати, прямо возле этой решетки, наклонилась ближе, и услышала тот самый ровный, глубокий голос.
Джеймсон Найт разговаривал с кем-то резким тоном:
– Твои услуги больше не нужны.
– Ты не можешь говорить это всерьез.
В её голосе звенела истеричная нота, и я сразу поняла: эта вентиляция напрямую выходит в кабинет Джеймсона, где он заканчивал разговор с Валери.
– Я ценю, что ты поужинала с нами и провела время с Фрэнни, но…
– Разумеется, я бы пришла. Я же говорила, что буду здесь в любой день, когда понадоблюсь.
– Ты мне здесь не нужна, Валери. Мы постепенно тебя отстраняем. Я это ясно обозначил. Но Фрэнни нравится проводить с тобой время… независимо от того, всё ли она тебе рассказывает.
– Так вот в чем дело? Повторю: Фрэнни рассказала своей учительнице о крови в академии только потому, что они пережили это вместе. Я объясняла тебе, что если бы бывала здесь чаще, я могла бы добиться большего…
– В этом нет необходимости.
– А что тогда необходимо, Джеймсон? Ты хочешь, чтобы я ушла? – В её голосе звучала обида.
– Если тебе больше нечего сказать, тогда тебе лучше уйти.
– Есть. – Она ответила с придыханием: – Ты на взводе. Выдался тяжёлый выходной. Мне тоже было нелегко. Посмотри на меня. Ты правда хочешь, чтобы я ушла вот так? Тебе не будет жаль?
Молчание тянулось и тянулось, и мне стыдно признавать, но я буквально задержала дыхание, ожидая, что он сделает дальше.
Я знала, что у такого мужчины будут женщины. Просто не думала, что услышу это своими ушами. Не думала, что останусь слушать. И уж точно не думала, что моё тело задрожит в предвкушении.
– Пожалуйста, – почти простонала она. В её голосе звучало отчаяние, и я понимала его, потому что сама балансировала на краю пропасти, в которую сорвусь, если он уступит ей.
Когда я услышала: «Тогда повернись и молчи», – у меня перехватило дыхание. Сердце подпрыгнуло. Разум лихорадочно пытался удержаться за остатки здравого смысла, но тело среагировало быстрее. Его голос ударил прямо в низ живота, зажигая такое жаркое пламя, что я горела и изнывала в поисках хоть какой-то разрядки, чтобы погасить его. А потом я услышала прерывистое дыхание. Её стоны стали громче, а мольбы настойчивее. С каждой минутой дыхание сбивалось, тело всё больше сжималось от напряжения.
То, что я сжимала бедра, кусала губу и всерьез подумывала запустить руку себе между ног, было просто нелепо.
Он занимался любовью с другой женщиной.
Грубо.
Я в основном слышала её и представляла остальное: как он, должно быть, внимателен к каждой её реакции; как его большие руки забираются под её одежду и срывают её, насколько жестким может быть его прикосновение, как его запах окутывает её. Низкий рокот в его груди проходил сквозь неё так же, как сейчас проходил сквозь меня. Их кожа, наверняка, была раскаленной и влажной от страсти.
Она просила ещё, всё громче повторяя его имя, пока звук внезапно не приглушился. Он резко одернул её за то, что она не держит себя в руках.
– Это разрядка, а не шоу. Заткнись.
Так жестоко, и все же она всхлипнула:
– Не могу. Это так хорошо. Джеймсон, с тобой так хорошо. Вот здесь.
В её голосе звучало почти безумие, будто она готова на всё ради него. Я должна была встать и перестать слушать, но соски болезненно напряглись при мысли о том, что он с ней делает. Как он её касается. Каким становится его взгляд, темнеет или светлеет, когда он на грани.
Я слышала, как у него тоже тяжелеет дыхание, и со мной явно было что-то не так, потому что даже когда всё закончилось, я пошла в душ и снова представляла его. Никогда прежде я так не кончала. Никогда не испытывала оргазм два, три раза за ночь, думая об одном и том же мужчине.
Но из-за Джеймсона Найта испытала. Из-за мужчины, которого не могу иметь. Из-за мужчины, которого не должна хотеть.
У него были секреты, и он имел право их хранить. У меня тоже были свои, и я хранила их так же, поэтому заглушила собственные крики ночью, шепча его имя.
Будто мне напомнили…
Каждый скрывает тайны за закрытой дверью.
