Текст книги "Янтарное сердце Амити (СИ)"
Автор книги: Рона Аск
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц)
– Ещё вопросы? – поинтересовался декан всё с той же коварной улыбкой, что сразу стало понятно: ему не нравятся расспросы о его «достижениях», и Риман может оказаться не единственным, кому на первом занятии достанется доклад. – Нет? Тогда мы…
Договорить он не успел. Из всех учеников в воздух поднялась лишь одна рука – Дамиана.
– Да… Флэмвель, – медленно произнёс декан, при этом не спуская пристального взгляда с младшего брата.
А тот с улыбкой в голосе поинтересовался:
– Почему к нам прислали преподавать уроки недавно назначенного лейтенанта? Мечи могли выбрать кого-нибудь менее… важного.
И опустив руку, добавил:
– Вам не кажется это расточительством кадров?
В аудитории повисла мёртвая тишина, в которой я словно бы услышала удар молотка о последний гвоздь крышки нашего общего с деканом гроба и побледнела. Вот это выпад. Он прямо-таки кричал о том, что братья Флэмвели не в ладах, и это противостояние ничего хорошего мне не сулило. Меня здесь и так не особо рады видеть, судя по «тёплой» встрече, оказанной соседями «по парте», а если узнают наш с деканом секрет. Всё! Пиши пропало. Затравят, высмеют, выгоню-ю-ют…
Я метнула испуганный взор на декана, которого, казалось, сей вопрос вообще не всколыхнул. Он стоял с каменным лицом и спокойно смотрел на Дамиана, а у меня в голове сверкнула мысль: может тут дело вовсе не в… нас, а в чём-то другом?
– Приказы начальства не обсуждаются, – коротко и холодно ответил декан. – Запомните это, Флэмвель. В будущем вам может пригодиться, если, конечно, попадёте в отряд мечей.
Ого, как он деликатно извернулся: и вроде ответил, и вроде нет. Да ещё и пригрозил, завуалировано, конечно, мол, смотри Дамиан – будешь хорохориться и даже папочка не поможет тебе попасть к Мечам пока я там лейтенант. Талант! Вот только чуйка мне подсказывала, что так просто Дамиан это не оставит.
Напряжение трещало в воздухе. Молчание Флэмвелей затянулось. И когда все губы искусала от волнения, декан произнёс:
– Если на этом всё, то мы…
Договорить он не успел, в аудитории раздалось три гулких удара колокола: «Донг», «Донг», «Донг». Я даже вздрогнула от неожиданности, а декан громко объявил:
– Перерыв двадцать минут. Этого более чем достаточно, чтобы к следующему занятию взять из библиотеки книгу «Магическая спираль», том первый: «Воля и потенциал». Библиотека находится в подземелье под Большим залом, остальные подробности узнаете из карты. И не опаздывайте!
Я выдохнула с заветной мыслью «пронесло» (даже не знаю, по какому поводу именно: что наша встреча с деканом прошла гладко или язвительный вопрос Дамиана пролетел мимо), а все ученики зашумели громче, зашевелились и направились к выходу. Но быстрее всех кабинет боевой магии покинул Дамиан, который задержался лишь на мгновение, проходя мимо брата, чтобы перекинуться с ним парой слов. И судя по тому, как шевельнулись желваки на скулах декана, разговор вышел не ахти какой хороший.
Декан вернулся за преподавательский стол, а я, снедаемая желанием вытряси из Дамиана всю подноготную до того, как направлюсь в библиотеку, схватила со стола шляпку, нахлобучила ее, и, не желая задерживаться в одном кабинете с Флэмвелем Младшим хоть на одну секунду, тоже рванула к выходу. Это был отличный шанс, пока Несс о чём-то мило беседовала с застенчивым Сенжи, остаться одной и заполучить заветный тет-а-тет с Дамианом. Но не успела я даже приблизиться к выходу, как декан произнёс:
– Вас, Флоренс, я прошу задержаться.
Я тихо выругалась. Нет, походу, не пронесло.
Глава 16
– Жду тебя снаружи, – шепнула мне Несс, проходя мимо вместе с Сенжи, который кинул обеспокоенный взгляд сначала на меня, потом на декана.
Я кивнула и осталась ждать, когда остальные ученики тоже покинут кабинет. Айвари Мирай – моя соседка за столом слева – не удостоила меня даже взглядом, а задира с заднего ряда, которого звали Раст, не упустил шанса подарить мне гаденькую ухмылку, когда прошествовал со своими дружками в коридор. Вот зараза…
Чувствуя, что с каждым уходящим учеником нервничаю всё больше и больше, я убрала руки за спину, чтобы декан не видел, как они подрагивают, и крепко переплела пальцы. А когда дверь кабинета захлопнулась, отрезав шум коридора, я еле удержалась, чтобы не вздрогнуть под пристальным взором янтарных глаз, и на миг почудилось, что вместе с хлопком двери перестало биться и моё сердце.
Декан резко поднялся из-за стола и решительным шагом направился ко мне. Я напряглась и быстро огляделась, прикидывая, в какую сторону бежать, чтобы укрыться от его гнева, как вдруг он резко остановился и, нахмурившись, приказал.
– Покажите руки, Флоренс.
Да таким голосом, что разумная часть меня предпочла не раздумывать над странностью просьбы и подчиниться – показать ему одну руку. А вот другая часть меня – бунтарская – задумалась и что-либо показывать ему отказалась.
– Левую тоже, – потребовал декан.
Вскинув брови, я с удивлением и непониманием (да что уж лукавить: как «на идиота») на него посмотрела, а потом, сообразив в чём дело, раздражённо закатила глаза и показала вторую руку. Ой, ну всё, обезвредил…
Даже покрутила ладонями, показывая, что в них ничего нет: ни цветков, ни чего-либо еще. И судя по тому, как плечи декана расслабились, а тревожная морщинка на лбу разгладилась – он заметно успокоился и только после этого подошёл ещё ближе. Однако все равно сохранил между нами безопасное расстояние, окинул меня взглядом и упадническим тоном заявил:
– Ведьма.
– Это констатация факта или сомнительный «комплимент»? – не удержалась я и съязвила, однако быстро прикусила язык, стоило встретиться с янтарным взглядом Флэмвеля.
– Зависит от вашего поведения, Флоренс, – сузил он глаза и почти прошипел мою фамилию.
– О, я обещаю, – оскалилась я, точнее, улыбнулась, чувствуя, как начинаю потихоньку закипать. – Моё поведение вас не разочарует.
Декан повёл рыжей бровью.
– Это угроза?
– А это уже зависит от вашего поведения, – не осталась я в долгу и тоже вскинула бровь.
Флэмвель ухмыльнулся и, убрав руки за спину, начал медленно меня обходить:
– Вы – ведьмы, – произнёс он вкрадчивым тоном, грозно топая до блеска начищенными туфлями, – создания нестабильные и непредсказуемые, легко поддаётесь эмоциям, любите спонтанности, а ваша находчивость зачастую граничит с абсурдностью.
Ничего себе он мне характеристику дал. Сразу бы назвал катастрофой и не мучился.
– Директор меня предупредил, что на Боевом появилась ведьма, но увидеть здесь вас – вот это сюрприз.
Он остановился за моей спиной, и я почувствовала, как шевельнулись волоски на затылке.
– А я чертовски не люблю сюрпризы.
Ну, хоть в чём-то мы с ним солидарны.
– И с недавних пор не сказать, что люблю ведьм.
Ну, хоть честно признался…
– Поэтому без фокусов, Флоренс. Мне все равно, что вы первая за последние двадцать лет ведьма на Боевом факультете, и жалеть я вас не стану. Вы меня поняли?
Ну… А вот это уже самая настоящая угроза! Нет, так дело не пойдёт. И на какую-то там жалось или привилегию я точно не рассчитывала. Да за кого он вообще меня принимает?
Я резко развернулась и оказалась лицом к лицу с деканом. Тот явно не ожидал подобной дерзости. Его глаза на миг расширились, и он дёрнулся, наверное, хотел отшатнуться, однако переборол себя и остался стоять на месте, а я, напротив, сделала шаг ему навстречу и грозно посмотрела… снизу верх. Чуть шляпку не потеряла из-за этой заразы высокой, так сильно пришлось запрокинуть голову. Надо же… еле-еле ему до плеча доставала.
– Поняла, профессор Реджес, – прошипела я в ответ. – И не знаю, что вы там себе надумали, но уверяю: я здесь только ради того, чтобы учиться.
– В таком случае учитесь, Флоренс, учитесь, – ответил декан после недолгого молчания. – Но сначала…
Его взгляд скользнул по моему лицу ниже:
– Приведите себя в порядок и смените рубашку, на ней черничное пятно.
Я тоже опустила взор и… надо же, какой декан глазастый! Заметил маленькое пятнышко от ягоды на внутренней стороне рубахи чуть ниже воротника, как раз в том месте, где находилась злополучная пуговка, которая расстегнулась, когда Дамиан выдернул меня из-под обстрела белок. Я так торопилась вздеть ее в петельку, что толком застегнула и она опять выскочила, открыв взору декана не только мой кулон, но и кое-что поинтереснее. Даже галстук не спасал ситуацию.
Резко втянув носом воздух, я стиснула на груди рубаху и сверкнула грозным взглядом на декана, который с беспристрастным видом пошагал обратно к столу:
– И советую вам поторопиться, Флоренс. На то, чтобы переодеться у вас осталось не больше пятнадцати минут, а я не люблю, когда опаздывают на мои уроки. Особенно ведьмы.
Глава 17
Я выскочила из кабинета, как тысяча… Нет! Две тысячи злых ифритов. А в коридоре меня уже поджидала Ванессия, которая следом за мной бросилась к лестнице.
– Лав, что случилось? – затараторила она, как только со мной поравнялась. – Что хотел от тебя Флэмвель Младший?
– Попросил, чтобы я переодела рубашку, – процедила я сквозь зубы, всё ещё сражаясь с кипящей внутри злостью, а Несс с удивлением поинтересовалась:
– Да ладно. Так долго?
– Пятнышко искал.
Я отодвинула галстук, чтобы показать ей еле заметное пятно от черники. Несс тихо присвистнула:
– А я думала, он заинтересовался тем, что ты… Ну…
– Первая ведьма на Боевом за последние двадцать лет? – повторила я недавние слова декана и тут же ответила на свой же вопрос: – Нет. Его это не волнует, о чём он постарался дать мне понять.
– Надо же, какой строгий, – покачала головой Несс. – Тогда, конечно же, беги, а я пойду в библиотеку и возьму нам книги.
– Спасибо тебе, Несс, – от всей души поблагодарила и прибавила шагу.
Этот… чтоб его… декан был прав, времени у меня не так уж много, а еще нужно как-то успеть добраться до жилой башни, переодеться и вернуться в кабинет. Чистой. И если бы не эти белки, я бы наверняка управилась, а так мне предстояло идти в обход через улицу. Как минимум на обратной дороге.
Взвесив всё за и против, я решила прорываться к жилой башне через осаду белок. Всё-таки у меня есть второй комплект формы, и если пиджак с юбкой испачкаются – их тоже можно переодеть, жаль только больше времени займёт. А у меня всего пятнадцать… нет, даже меньше пятнадцати минут.
Собрав всю решимость в кулак, я спрыгнула с последней ступеньки лестницы, оставив Несс далеко позади, и вбежала в арку прохода, ведущего к Гибривиусу. Так как все первокурсники уже знали о засаде, кроме старшекурсников здесь никого не было, а на них белки даже не думали нападать, но стоило в радиусе их внимания оказаться мне, как раскидистых веток дерева послышался воинственный писк. Я на всякий случай натянула шляпку пониже, чтобы не схлопотать шальным орехом по лбу, как вдруг слева от меня послышался тихий свист, и все ягоды с прочими снарядами принялись отскакивать от невидимого барьера. Приподняв край шляпки, я заметила впереди улыбающегося незнакомого парня с факультета Поддержки. Явно старшекурсник, который на мое счастье проходил мимо.
– Спасибо! – пробегая мимо него, крикнула я, а он все с той же улыбкой махнул рукой мне в ответ.
После всех событий на первом уроке настроение значительно повысилось, а то мне уже начинало казаться, будто уже и статуи не рады видеть меня в Академии.
Я даже по карте не сверялась, верный ли путь выбрала, потому что уже запомнила каждый коридор и поворот, и вскоре оказалась в пустующей гостиной с камином, взбежала по лестнице, открыла ключом дверь нашей с Несс комнаты и поспешила к шкафу. Уже надевая другую рубашку, я заметила, что здесь было слишком тихо.
– Котя? – оглядела я каждый уголок комнаты, но нигде кота не нашла. – Коть, ты здесь?
Даже в домике от двухъярусной когтеточки его не было и под кроватями. А ещё в шкафу, который я снова приоткрыла, чтобы проверить, не заперла ли там кота. Нет, Инокотия в комнате точно не было. Лоток чистый. Миска с едой до блеска вылизанная, а с водой – до краёв полная. Создавалось впечатление, будто кота и в помине здесь не было.
В груди заскреблось мерзкое чувство беспокойства, и в голову полезли тревожные мысли, например: вдруг хранители Академии всё-таки просекли, что Котя не мой фамильяр и просто вышвырнули его на улицу? Успокаивало лишь одно: будь оно так, то меня быстро бы известили о нарушении правил Академии. А если мне до сих пор не прилетело штрафное очко – значит, насильно Котю никто не выгонял, и вероятнее всего он сам куда-то ушёл. Вот только куда и как, если комната была закрыта?
Увы, времени раздумывать у меня не было. Застегнув последнюю пуговицу, я поспешила к выходу, надеясь, что по обходному пути успею добраться до Боевого кабинета до очередного гонга, а заодно и Котю поищу. Однако уже снаружи, перед тем, как закрыть дверь и запереть её на ключ, я на всякий случай ещё раз оглядела комнату. Ничего не изменилось. И куда этот кот запропастился?
– Бу!
Я вздрогнула, испуганно пискнув и чуть не выронив из пальцев ключ, и обернулась. Передо мной вверх ногами висел улыбающийся Ник, точнее, только его половина. Вторая половина «пряталась» на третьем этаже.
– Ты что… Ты как… Ты зачем… – залопотала я, прижимаясь спиной к двери, но потом взяла себя в руки и, указав пальцем вниз, потребовала: – А ну, спускайся, а то упадёшь!
– Ладно-ладно, не паникуй.
Он на миг скрылся, а потом свесился на руках, качнулся, и спрыгнул прямо передо мной.
– Привет, – опять улыбнулся Ник своей хулиганской улыбочкой, а я, напрочь позабыв об элементарной вежливости, поинтересовалась:
– Ты как там оказался? – и выглянула, но никакой перекладины или чего-то ещё не заметила.
Он что? Просто зацепился ногами за край балкона и так висел?
– Не всё же лестницей пользоваться, – заметил Ник. – А так спускаться быстрее, особенно с четвёртого этажа. Кстати, хочешь, покажу нашу с Хостом комнату?
Я посмотрела на него так, будто передо мной только что сплясал тролль в венке из ромашек посреди поля с бабочками, и, удручённо покачав головой, вернулась к двери, чтобы ее запереть.
– Ну, прости-прости, – запричитал Ник под щелчки замка, а когда я заспешила к лестнице, последовал за мной. – Я это без задних и передних мыслей. И за вчерашнее тоже прости. Ты была права, плохая шутка вышла.
– Это ты перед Хостом извиняйся, а не передо мной.
– И здесь ты тоже права, – хмыкнул он и на миг отстал, но на лестнице опять меня догнал. – Слушай, Лав… Лаветта…
Он загородил мне путь.
– Что мне сделать, чтобы ты перестала на меня злиться?
– Я не злюсь, – попыталась его обойти, но он опять мне помешал.
– Тогда почему убегаешь?
– Слушай, Ник, – устало выдохнула я. – Вот мне сейчас совсем не до тебя. Мне нужно успеть на занятие и желательно чистой, а эти белки…
Недоговорив, я с досадой рыкнула и, отпихнув Ника, опять побежала по лестнице.
– Ты же понимаешь, что в обход не успеешь? – опять он меня нагнал.
– Ты бы лучше о себе побеспокоился. Первый учебный день, а ты… Кстати, где ты был утром? Хост и Лекс тебя ждали, но ты не появился.
Ждали – это громко сказано. Скорее думали: придёт – хорошо, не придёт – его проблемы. Но Нику об этом знать не стоило.
– Гулял, – повёл тот плечом. – Скажем так: размышлял над своим поведением, а потом сразу пошёл на первое занятие. Честно! – заметил он мой недоверчивый взгляд.
А я только сейчас заметила, что у него, как и у Лекса утром, тоже были синяки под глазами, правда, чуть светлее.
– Тц… Надо же было додуматься поставить первой парой профессора Яда, – ворчал тем временем Ник. – Думал, помру от его нудятины. Вот вам первокурсникам повезло: первая пара и сразу нового декана увидели. Кстати, кто он?
И только я открыла рот, чтобы ответить, как Ник замахал руками:
– Нет, нет, нет и ещё раз нет! Не говори. Сам увижу!
«Ну, сам, так сам», – подумала я и собралась свернуть в коридор, который вёл к обходному пути, как вдруг Ник схватил меня за руку и повёл туда, где рос Гибривиус.
– Ник! – запаниковала я. – Ты что делаешь?
– Как что? Помогаю тебе успеть ко второму уроку. Он вот-вот начнётся, и вряд ли кто-то из ребят тебе поможет.
– Ну а ты? Ты тоже опоздаешь!
– А за меня не переживай, – подарил он мне хулиганскую улыбку, которая не предвещала ничего хорошего. – Ты же знаешь: когда тема не касается ядов, профессору Яду глубоко плевать, успеют на его урок, опоздают или вовсе не придут. Только это…
Ник опять оглянулся:
– Ты никому не говори, что это мы.
– Мы что? – только и успела с тревогой поинтересоваться я, как Ник сильнее стиснул мою руку и прибавил шаг.
Глава 18
«Только это… ты никому не говори, что это мы», – слова Ника пробудили во мне самую настоящую бурю. И пока мы неумолимо приближались к арке, ведущей к Гибривиусу, я ожидала от него всё что угодно. Всё что угодно! Но только не такого звездеца, который ждал нас впереди.
Рука Ника была горячей и крепко сжимала мою ладонь, не давая шанса вырваться. Однако я даже не пыталась освободиться, боялась потерять равновесие, запнуться и прочертить носом по полу, потому что мы бежали с такой скоростью, на которую, как мне раньше казалось, я не была способна. Ник словно превратился в ветер, и только стук его ботинок извещал о том, что он продолжал касаться ими каменного пола. Мне же оставалось только не отставать, не запутаться в собственных ногах и… не потерять шляпку, за которую я держалась, точно утопающий за соломинку. И вскоре этот «ветер» принёс меня в самый эпицентр беличьего неистовства.
Поднялся знакомый писк, и я мысленно уже попрощалась с новой чистой рубашкой, как вдруг справа от нас выросла стена огня. Не сказать, что она была мощной – даже не испепелила орех, который пролетел у меня над головой, чуть задев шляпку, но это хватило, чтобы напугать… Гибривиус.
Почуяв, что запахло жареным, во всех смыслах, белки побросали снаряды и громким писком бросились врассыпную. Бабочки уровнем выше взмыли в воздух и тоже скрылись, ещё выше упорхнули птицы, а Гибривиус пронзительно застонал, затрещал и взметнул жгуты-ветки, будто паук поднял лапы, чтобы оказаться подальше от огня. После вконец ошалел и принялся лупить где ни попадя.
«Ну всё, – подумала я, когда толстый жгут из веток, теряя листву, ударил в опасной близости от меня, да так, что пол задрожал. – Меня убьёт дерево».
Эдакая карма от Гибривиуса за всех его растительных собратьев, которых я заспиртовала, перетерла или отжала ради сока.
– Не тормози! – прикрикнул на меня Ник, пока я захлёбывалась воздухом и ужасом. – Гиби – дерево и до ужаса боится огня. Одна искра и…
Он замолчал, когда нам на головы посыпалась труха вместе с листвой. Я подняла взор и увидела, как очередной жгут готовый вот-вот рухнуть нам на головы. Убежать мы не успевали, но тут Ник что-то шепнул, опять взмахнул рукой и поднялся сноп искр. Гибривиус опять застонал, отдёрнул ветвь и протестующее замахал ей вместе с другими в воздухе, точно гигантскими щупальцами.
– Одна искра, – с лучезарной улыбкой обернулся Ник, – и он совсем теряет голову.
Я, конечно, задумалась, откуда у растения голова, которую он может потерять, правда, ненадолго. Гибривиус или Гиби, как назвал его Ник, начал хлестать ветками с удвоенной силой, и мне стало совсем не до раздумий. Тут и там раздавался грохот, пол сотрясался, и, казалось, будто на нас вот-вот обвалятся не только стены, но и потолок.
Ник неумолимо продолжал тащить меня вперёд, не позволяя ни остановиться, ни оглянуться. Только иногда я успевала поднять голову, чтобы заметить, как сверху мелькали ветви и грохотали где-то позади, буквально «наступая мне на пятки». Вдруг Ник отпрянул назад, уклоняясь от увесистого щупальца Гибривиуса, обрушившегося впереди, а я, этого не ожидая, не успела остановиться. Наше столкновение вышло таким сильным, что я потеряла равновесие и начала падать, попутно лицезря, как ещё одна ветка зависла надо мной. Что ж, похоже, настигла меня карма от Гибривиуса за всех его зелёных собратьев, которых я заспиртовала, сварила, измельчила или выжала ради сока. Но не успела я толком попрощаться с жизнью, как Ник дёрнул меня за руку, буквально выуживая из-под другой ветки, в ту же секунду рухнувшей за моей спиной. И потом дёрнул ещё раз, когда понял, что переусердствовал, и ещё одна ветка промелькнула перед моим носом.
– Какая ты неуклюжая, Лав, – хмыкнул Ник, поймав меня в свои объятия и наблюдая, как я цепляюсь свободной рукой за шляпку и не могу надышаться из-за охватившего меня ужаса. – Из-за тебя нас поймают.
– Ты… Ты… Ты… – начала я заикаться и выкрикнула: – Сумасшедший! – когда Ник подхватил меня на руки.
Всё ещё пребывая в ужасе, я мёртвой хваткой вцепилась в его пиджак, чувствуя, как по шляпке опять забарабанили кусочки коры. От страха хотелось зажмуриться, в то же время я боялась закрыть глаза и пропустить какую-нибудь опасность, поэтому упрямо наблюдала за тем, как Ник… Белладонна его побери! Он запрыгнул вместе со мной на ветвь Гибривиуса, которая совсем недавно упала перед нами, а теперь тяжело отрывалась от пола и начала подниматься вверх! После Ник спрыгнул на другую, и так, будто по лестнице, мы добрались почти к самому выходу из зала. Уже возле него Ник опустил меня на землю и, опять схватив за руку, о чем я уже даже не возражала, скомандовал бежать.
Мы сломя голову бросились прочь, пока нас не поймали. Уж не знаю, кого Ник имел в виду: Гибривиуса или преподавателей. Но что-то мне подсказывало, Гибривиуса он боялся меньше всего. И честно признаться, я тоже, ведь если нас застукают – мы точно получим не по одному, а по два или все три штрафных очка. Вот декан обрадуется моему отчислению.
Глава 19
Когда мы с Ником поднялись на третий этаж и свернули в нужный коридор, Несс о чём-то мило общалась с Дамианом, прислонившимся к дверному косяку и улыбавшегося ей заигрывающей улыбкой. Но услышав топот наших ног, они оба обернулись.
– Эй, Лав! – радостно воскликнула Несс, когда я остановилась перед ней. – Я… – и почему-то осеклась.
Я не сразу сообразила, в чём дело. Всё пыталась отдышаться, упёршись одной рукой в колено, и успокоить бой сердца, которое грозилось выпрыгнуть из груди. Но потом увидела, как с лица Дамиана сползла игривая улыбка, а его взгляд замер на наших с Ником сцепленных руках. Я мигом освободила свою ладонь, которая, казалось, приросла к ладони Ника, а Дамиан криво ухмыльнулся и, оттолкнувшись от дверного косяка, молча скрылся в кабинете. Ник будто не заметил мимолётного напряжения и со словами: «Так-так-так! Кто же теперь у нас декан?» – пошагал к входу.
– Фух, – смахнула я пот со лба и принялась поправлять рубашку. – Вроде успела.
И тут обратила внимание на книгу в тёмно-коричневом переплёте, которую Несс к себе прижимала.
– Ты взяла книгу?
– А… Да… – перестала разглядывать Ника Несс и тряхнула головой, отчего светлые локоны разметались по плечам. – Точнее нет. Прости, Лав, – погрустнела она и отняла от себя книгу, показывая мне вдавленную позолоченную надпись «Магическая спираль, том первый: Воля и потенциал», – но библиотекарь сказала, что в одни руки можно взять только один экземпляр.
– Твою белладонну, – шикнула я. – Но, может, ещё успею…
Зазвенел извещающий о начале занятий колокол.
– Ага. Понятно, не успею, – закатила я глаза и процедила: – Будем надеяться, что этот напыщенный индюк не придерётся ко мне из-за какой-то там книги.
Глаза Несс расширились, и она что-то хотела сказать, но её перебил Ник:
– Зараза! – громко выругался он, всё ещё заглядывая в кабинет из-за дверного косяка. – Его здесь нет!
– Кого здесь нет? – раздался ледяной голос за моей спиной.
Упс.
Я обернулась и встретилась взглядом с деканом, чьё суровое лицо не предвещало ничего хорошего, но и плохого тоже. Наверное. Честно признаться, мне вообще не было понятно, о чём он думал, что чувствовал и услышал ли, как я назвала его индюком. Эдакая мраморная статуя с копной стянутых на затылке рыжих волос, в тёмно-синем, строгом костюме, до тошноты аристократической рожей и убийственно опасной аурой.
– Да чтоб меня ифрит сожрал, – выдохнул ошарашенный Ник при виде Флэмвеля, – переварил и в..
– Флоренс! – вкрадчиво произнёс декан, тем самым заглушив последнее слово Ника, и окинул меня внимательным взглядом, будто надеялся найти ещё одно пятнышко, к которому можно придраться.
«Игнорируй, игнорируй, игнорируй… Что бы он ни сказал, игнорируй», – предчувствуя неладное, начала я сама себя уговаривать.
– Кажется, я сказал вам не опаздывать на мои уроки, но звонок прозвенел, а вы до сих пор не в кабинете.
– Как и вы, профессор Реджес, – всё-таки не удержалась я и вежливо оскалилась. – А насколько я знаю, урок считается начатым, когда преподаватель находится в кабинете. Поэтому смею предположить, что моё опоздание не считается.
На миг рыжие брови декана взметнулись вверх. Он перестал вглядываться в мою чистую рубашку и вновь встретился со мной взглядом.
– Тогда советую вам поспешить, Флоренс, – после недолгого, но выразительного молчания тихо заметил он. – Не стоит ждать, когда я окажусь в кабинете быстрее вас.
А голос был таким, что сразу и не поймёшь: то ли Флэмвель действительно давал дельный совет, то ли издевался, то ли просто угрожал.
– Лав, идём, – дёрнула меня за руку Несс, когда я не сдвинулась с места.
Я просто не могла пошевелиться и прервать наш с деканом зрительный бой (контактом это было сложно назвать). Казалось, что, отведя свой взор, я дам слабину и проиграю. Но голос Несс немного меня остепенил. Я отвернулась и сделала шаг в сторону кабинета, чувствуя себя так, будто повернулась спиной к угрозе мирового масштаба или похотливому негодяю, умеющему лапать одним лишь взглядом. Как же хотелось оглянуться и увериться, что он больше на меня не смотрит.
– А вы… – обратился тем временем декан к Нику, с которым я почти поравнялась.
Я беспокойно на него покосилась, мысленно желая удачи, а тот…
– Николас Тьёрс, профессор! – выдал.
Мне так и захотелось хлопнуть себя по лицу, а Ника обозвать идиотом. Ну, зачем… Вот зачем он назвал своё имя? Всё равно, что прыгнуть хищнику в рот! Предчувствуя недоброе, у входа в кабинет я пропустила Несс вперёд, а сама задержалась и оглянулась. Как раз в тот момент, когда декан приблизился к Нику и, сверкнув янтарными глазами, произнёс:
– Николас Тьёрс, вы тоже поспешите на занятия и желательно…
Он склонился к уху Ника, так близко, чтобы никто другой не мог услышать его слов, и что-то тихо шепнул. Ник заметно напрягся и стиснул кулаки, а после наши с деканом взгляды вновь пересеклись, и моё сердце пропустило удар. Я чуть ли не вбежала в кабинет и, уже не оглядываясь (даже на Дамиана), опустилась на крайнее место рядом с Несс, потеснившей Сенжи. И в тот же миг в аудиторию вошёл Флэмвель.
– Почему декан тебя так невзлюбил? – прошептала Несс, провожая его взглядом, пока он уверенным шагом топал к столу.
Гадая, что же декан такого сказал Нику, я повела плечами и поторопилась снять шляпку, о которой тот предупредил меня еще на прошлом уроке. Лучше лишний раз не привлекать внимание Флэмвеля внимания, а то он не хуже Гибривиуса – при виде меня совсем «теряет голову».
– Тема сегодняшнего занятия: магические круги, – тем временем начал свою лекцию декан и медленно оглядел аудиторию, а я уставилась в стол, не желая с ним даже взглядом пересекаться. – Наверняка каждый из вас думает, будто ему все известно о кругах, однако могу вас уверить – ваши знания о них ничтожны и даже больше – бесполезны. Кто-нибудь догадывается почему?
– Кругов нет, есть спирали… – еле слышно шепнула я, продолжая смотреть в стол.
И почти в тот же миг декан произнёс:
– Айвари Мирай.
– Магических кругов не существует, есть только магические спирали.
– Верно. Рад, что хоть кто-то догадался прочесть первую страницу книги до начала урока.
– Откуда ты знаешь? – с удивлением шепнула мне Несс.
– Почитала в книге.
Дабы не прослыть безумной, она посмотрела на стол передо мной, дабы увериться, что там никакой книги нет, а я пояснила:
– Дома.
– Магические круги были придуманы для школ, чтобы ограничить возможности магов, – тем временем продолжил декан, на которого я упорно не желала смотреть. – Всего их восемь и первый из них – базовый, в него входят три умения: «укрощение», «управление» и «контроль». Зачастую укрощение и контроль осваивают дети самостоятельно, почти с самого рождения, чтобы их магические силы не вредили окружающим. Однако случаются и проблемы. Например, у особенных магов, которых в простонародье прозвали пострелками – их силы могут проявиться внезапно, поэтому им может потребоваться помощь наставника. Или у потомков любесов, испытывающих неприязнь к магическому обществу. Таких детей можно считать особенно опасными.
А вот «управление», то есть способность управлять своими силами: повторить элементарное заклинание, подсмотренное у взрослых, или напитать какой-либо предмет магической энергией, чтобы он проявил свои волшебные свойства – дети могут выучить самостоятельно, в школах или с наставниками. Только после освоения этих трёх аспектов, дети переходят к изучению второго круга, – декан на мгновение замолчал и опять принялся куда-то шагать. – Чары, готовка зелий и лекарств, астрология, медитация, гадания, элементарная магия и прочие магические умения, не требующие сил стихий – всё это второй круг. А третий круг включает в себя простейшие заклинания стихий: создать шар света вместо факела, наполнить бокал водой, поджечь свечу, прогнать духа, заговорить землю, чтобы быстрее росли растения, или создать лёгкий ветерок в жару – всё это доступно магам и без получения очага стихий. Четвёртый круг в школах уже не преподают, потому что он гораздо сложнее и для него требуется очаг стихии. Случается, что некоторые талантливые маги могут выучить что-то из четвёртого круга и без очага, но, как правило, такая магия их плохо слушается, и на её контроль уходят все силы. А если маг теряет все силы, что с ним происходит?
– Он погибает, – сказал кто-то из аудитории.
– Совершенно верно, – согласился декан. – Истощённый маг рискует погибнуть, поэтому очень важно рассчитывать свои силы перед боем. Бывает, конечно, когда слабый маг побеждает сильного благодаря ловкости, уму и находчивости, но это скорее исключение из правил, чем одно из правил. Поэтому, если противник вас заметно превосходит в силе: попросите о помощи, оставьте его более сильному союзнику, в крайнем случае – бегите, но никогда не сражайтесь с ним один на один. Вы либо не сможете ему противостоять, либо он вас истощит, и вы сами погибнете.
С заднего ряда, где сидел задира Раст, послышалось надменное фырканье. Вот кого точно слова декана не убедили.
– Однако сколько бы выдуманная теория кругов ни была удобна и безопасна для школ, она лишена одной важной особенности. Кто знает какой?
