Текст книги "Без пощады (ЛП)"

Автор книги: Роберт Энтони Сальваторе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)

– Ты заслужила большую честь, удержав этого гнома в подчинении. Я считала, что ими сложнее управлять.

– Не так уж сложно, особенно если соблазнить их тем, чего они тайно желают. С дроу то же самое.

– Похоже, не с тем дроу, который наблюдал за вашей встречей, – объяснила Больфей.

– Ты была достаточно близко?

– Конечно, и я попыталась. И он полностью воспротивился подавлению. Боюсь, он даже мог заметить мою попытку.

Иккара кивнула.

– Джарлакс хорошо выбирает своих слуг, и обучает их так, как будто это знатные дроу его дома. Даже самых слабых.

– Сомневаюсь, что этот был из слабых. Я ощутила силу воли, подобную которой мне не приходилось встречать раньше.

– Ты различила его имя?

Больфей покачала головой, затем выпрямилась и прочистила горло, когда к ним подошла жрица Ду'Келв с другими.

– Жрица, – поприветствовала её Иккара. – Хорошо, что вы пришли. Предатель-гном вручил мне это.

Она подняла небольшой фрагмент сине-зелёного минерала.

– Он пообещал мне серьёзный объём – достаточно, чтобы облачить верховную мать Аролину в полный доспех из арандура.

– И меня тоже? – спросила Ду'Келв.

Иккара улыбнулась.

– Он отправится в Мензоберранзан с нами, чтобы служить дому Ханцрин. Он знает тайну этого металла. Ваша слава будет абсолютной, а повышение до старшей жрицы – делом решённым.

Ду'Келв просияла, но затем отступила на шаг и озадаченно оглядела Иккару.

– Как ты…?

Улыбка Иккары стала ещё шире.

– Я же говорила, жрица. Мы с сестрой не из Мензоберранзана, но наткнулись на торговцев дома Ханцрин не случайно. У нас есть соглядатаи в городе. Мы знаем – и одобряем. Когда верховная мать Бэнр увидит мать Аролину Ханцрин в прекрасных сверкающих доспехах из арандура, она наверняка захочет комплект и для себя.

– А какая верховная мать не захотела бы? – спросила Больфей.

– И чтобы получить собственные арандуровые доспехи, она уничтожит этот отряд гномов и заставит собственных рабов-гоблинов добывать руду, – продолжала Иккара. – Но получит одну лишь руду. У дома Ханцрин будет Симвин, который хранит тайну очистки металла. Таким образом дом Ханцрин заслужит расположение верховной матери Бэнр, и мать Аролина воспользуется этим, чтобы выторговать у верховной матери Бэнр эксклюзивное право торговать с анклавом Арах, чего желаем мы обе.

– Как желаем мы обе, – согласилась Ду'Келв. – Есть другая причина для беспокойства. Мы заметили шпионов…

– Это наёмники, конечно же, – оборвала её Больфей. – Вы зовёте их Бреган Д'эрт, не так ли? Не обращайте внимания. Если они подойдут слишком близко, мы поможем вам расправиться с ними.

Жрица Ду'Келв нахмурилась.

– Они пользуются милостью верховной матери Бэнр.

– Их предводитель, да, – уточнила Иккара.

– Но дроу по имени Джарлакс здесь нет, – добавила Больфей.

– Откуда вам это известно?

– Мы уже сказали тебе, жрица Ду'Келв, – ответила Больфей. – У нас есть соглядатаи в городе. Мы знаем о Джарлаксе – тем более, учитывая наш интерес к свирфнеблинам.

Ду'Келв обдумывала услышанное со странным выражением – она была растеряна, но пыталась как-то связать воедино известные ей сведения. Обе жрицы знали, что по всему Мензоберранзану ходят слухи, что кто-то ведёт дела с Блингденстоуном, и теперь Ду'Келв скорее всего начала понимать правдивость этих слухов – и то, что почти наверняка этим кем-то был Джарлакс.

– Может быть, дому Ханцрин пора дать понять Бреган Д'эрт и всем остальным в Городе Пауков, что они – единственный источник торговли за пределами города, – предположила Иккара, дав жрице какое-то время, чтобы справиться с растерянностью.

Ду'Келв долго смотрела на Иккару, и снова было понятно, что она обдумывает информацию и пытается рассчитать все возможности. Медленно, но уверенно она принялась согласно кивать.

Иккара и Больфей переглянулись.

– Да начнётся веселье, – мысленно сказала сестре Иккара.

ГЛАВА 16
Петляющие коридоры амберхалков

– Нужно убираться отсюда, – сказал Беньяго Зак, когда отряд воссоединился в назначенном месте.

– Убираться? Мы знаем, что где-то рядом добывают руду гномы, и почти уверены, что у дома Ханцрин есть планы касательно…

Закнафейн качал головой в ответ на каждое слово, вынуждая Беньяго замолчать и уставиться на него.

– Что?

– Они добывают руду, и да, дом Ханцрин пытается работать с ними или, по крайней мере, с предателем, – объяснил Закнафейн. – Я видел обмен; жрица, которая, кажется, была не из дома Ханцрин…

– Одна из гостей в их отряде, значит, – сказал Биннефин, Закнафейн оглянулся на него и кивнул.

– Он передал ей кусок руды как доказательство их находки, – объяснил Зак. – Подозреваю, арандур.

– И ты хочешь, чтобы мы отсюда ушли? – недоумённо спросил Беньяго. – Мы здесь именно за этим!

– И теперь мы знаем.

– И теперь мы должны это прекратить, – сказал Беньяго. – Либо прогнав Ханцринов, либо убрав предателя из уравнения. В любом случае мы нарушим их планы. Нельзя оставлять всё как есть.

– Ты не понимаешь, – сказал Зак. – Мы чего-то не знаем. Здесь что-то… странное…

Беньяго с любопытством взглянул на него. Биннефин придвинулся ближе, Нав Райан Дирр тоже, привлечённые нетипичным для оружейника сомнением в голосе.

– Было что-то странное в том, как гном повторял каждый приказ жрицы, – пояснил Закнафейн. – Это само по себе подсказало мне, что кто-то или что-то проник и в мой разум, пытаясь подчинить меня и вынуждая присоединиться к обмену.

– Чтобы убить жрицу и забрать руду себе? – спросил Нав Райан Дирр.

– Нет! Ничего такого.

– Ты всегда любил убивать жриц, – заметил Биннефин.

– Нет… то есть, да, – сказал Зак, энергично мотая головой. – Но я не хотел её убивать. Я хотел спуститься и присоединиться к жрице, чтобы помогать ей во всех начинаниях.

Все три взглянули на него с нескрываемым недоверием.

Зак кивнул, принимая и соглашаясь с их сомнениями.

– Кто-то или что-то был у меня в голове и пытался подчинить меня, приказывать мне.

– Жрицы – настоящие демоны, – заметил Нав Райан Дирр.

Но Беньяго поднял руку, приказывая ему замолчать и предупреждая любые реплики Биннефина.

– Самой верховной матери Бэнр пришлось бы постараться, чтобы заставить тебя выполнять её причуды, – сказал он Закнафейну.

Оружейник пожал плечами.

– Поэтому у меня очень плохое предчувствие по поводу нашего предприятия. Здесь замешано больше, чем я видел. Больше, чем просто попытка дома Ханцрин найти торгового партнёра среди глубинных гномов. Больше, чем сам дом Ханцрин. Я в этом уверен.

Беньяго посмотрел на двух своих разведчиков. У них был небольшой отряд, который значительно уступал Ханцринам в численности, не говоря уже о как минимум четырёх жрицах на их стороне.

– Мы узнали то, ради чего пришли, – сказал Нав Райан Дирр. – Ханцрины пытаются работать с отколовшимся отрядом шахтёров-свирфнеблинов, и кто-то со стороны помогает им.

– Пускай Джарлакс решает, что делать дальше, – согласился Биннефин. – Может быть, его друзья-Облодра узнают что-нибудь по поводу этих новых сведений.

– Возражения? – спросил Беньяго, взглянув на двух разведчиков, потом на Зака.

– Думаю, нам лучше уйти отсюда, – сказал Зак. Ему было больно об этом говорить. Он не хотел возвращаться в Мензоберранзан, учитывая, какими суровыми могли быть последствия для его сына. Но он знал, что чувствовал, и оружейнику было очевидно, что они оказались в скользком положении. Если кто-то или что-то пытался подчинить его, не говоря уже о том, что едва не добился успеха, значит то существо знало о его присутствии, и Ханцрины скорее всего догадались о существовании их отряда.

Беньяго согласно кивнул, и в то же мгновение из-за угла раздался возглас, напугавший всех четверых. Спустя какое-то время зазвучали звуки боя и гортанные кличи багбиров.

Мечи Закнафейна оказались у него в руках ещё до того, как другие что-то услышали. И Зак бросился прямо в сторону неприятностей, как поступал всегда. Он выскочил за угол, увидев троицу воинов Бреган Д'эрт, которых почти одолели полдюжины багбиров, пользуясь преимуществом своего размера и свирепости.

Он увидел открывшуюся брешь и бросился между парой сражающихся дроу. Меч в правой руке ударил в грудь ближайшего багбира, меч в левой руке рубанул по следующему чудовищу, наседавшему на дроу. Как раз вовремя, поскольку ещё один багбир увёл оружие этого дроу достаточно широко, чтобы заставить того открыться.

– Добивайте их! – крикнул трём товарищам Закнафейн, и это было вполне реально, поскольку шесть багбиров не представляли особой угрозы для четверых прекрасно вооружённых и обученных воинов-дроу, как только был упущен элемент неожиданности.

Чтобы подкрепить свои слова, Зак скользнул вперёд. Мечи разошлись вправо и влево, отбрасывая багбиров по обе стороны. Поражённый им противник зарычал и прыгнул на него, не понимая, насколько Зак быстр. Да и кто успевал это понять, пока не становилось слишком поздно?

Его мечи вернулись – один достаточно высоко, чтобы отразить предпринятую багбиром атаку дубиной, другой метнулся вперёд, проткнув здоровяка рядом с предыдущей оставленной Заком раной.

Тот упал и осталось пятеро, но судя по звукам дальше в тоннеле – крики тёмных эльфов, рёв гоблиноидов – приближались новые. Из-за угла вспыхнул яркий свет, оранжевый и трепещущий, как удар пламени, и Закнафейн понял, что жрицы уже рядом.

Беньяго, Нав Райан Дирр и Биннефин были настроены совсем иначе. Хорошо представляя себе силы Ханцринов, они знали, что шансы не на их стороне, В таком шатком положении звуки битвы не заставили их броситься вперёд и сражаться.

Скорее, напротив – они заставили их бежать, всех троих вместе по одному коридору, затем на первой развилке отделился Нав Райан Дирр, а на следующей разделились Беньяго и Биннефин.

Только Беньяго замедлил шаги, когда звуки битвы утихли. Он бросил Закнафейна. Других тоже, но Закнафейн… этого хватило, чтобы заставить его остановиться.

Он знал, как Джарлакс относится к этому дроу. Так много мыслей закружились у него в голове, и самая главная – что он был Бэнром. Осмелились бы Ханцрины напасть, если бы он назвал себя и сдался?

Возможно, он мог вернуться и прекратить этот конфликт, просто назвав своё настоящее имя. Какой дом Мензоберранзана осмелится вызвать гнев верховной матери Ивоннель Бэнр?

Однако если он так поступит, то покинет Бреган Д'эрт навсегда, лишившись прикрытия.

Что беспокоит его сильнее: гнев Джарлакса из-за потери Закнафейна или перспектива стать мелким знатным дроу в доме, где их и так полно?

Он стал искать третий вариант.

Закнафейн в третий раз ткнул багбира слева, затем развернулся вокруг своей оси и набросился на противника справа, описывая правым мечом восьмёрки в воздухе. Каждый диагональный удар был сильным и требовал внимания. Меч двигался так быстро, что он заставил багбира следить за ним глазами, и неожиданно повёл его обратно направо, затем прыгнул вперёд и вонзил левый меч громиле под подбородок и прямо в мозг, прежде чем тот сумел оторваться от гипнотизирующего лезвия.

Позади рухнул третий багбир. Впереди справа один из дроу сразил четвёртого. Два оставшихся попятились, и битва была выиграна – или замерла на достаточное время, чтобы Зак мог оглянуться в поисках Беньяго, Дирра и Биннефина.

Оружейник вздохнул. Их можно было не ждать.

Он попытался собрать трёх стоящих рядом воинов, но два уже мчались прочь, а когда Зак посмотрел на третьего, тот замер абсолютно неподвижно – даже не моргал. Слишком неподвижно.

Два багбира вернулись, а за ними – ещё шестеро.

Зак посмотрел на молодого дроу – слишком молодого, даже чтобы окончить академию.

Слишком молодого, чтобы умирать, подумал Зак.

Он пожал плечами и крутанул мечи в руках.

Он бросился на багбиров.

Пусть будет так.

Он знал, что при прямом приближении его задавят числом, поэтому начал снизу, бросившись в кувырок. Он перекатился и замедлил своё вращение, перенаправляя его в прыжок, подбирая ноги над нацеленным вниз оружием багбиров. Он плотно скрестил руки перед грудью, нацелив острия мечей в разные стороны. Он так неожиданно развёл их, что багбир прямо перед ним даже не начал поднимать своё оружие, когда его горло вырвало с такой силой, что голова чуть не упала отдельно от тела.

Закнафейн как будто должен был пройти прямо через этого громилу, но использовал свои ноги, чтобы опереться о рухнувшего багбира, а не перекатиться через него.

Один из ближайших багбиров купился на это, но другой нет – и перенацелил свою шипастую булаву для удара повыше.

Однако Зак предвидел такую возможность и отбросил голову назад – прогибаясь – и булава просвистела прямо над ним. Он сложился, коснулся земли и ушёл в ещё один кувырок, на сей раз вбок, вскочил на ноги, упираясь в землю так, чтобы неожиданно, абсолютно неожиданно рвануться вперёд – на багбира в конце линии, который повернулся ему на встречу, когда первый подался в сторону, решив, что он пойдёт вдоль ряда.

Несмотря на всю свою ловкость этот багбир не успел повернуться, чтобы встретить быстрый натиск Зака, и теперь был широко открыт. Семь отдельных уколов, по очереди слева и справа, выпотрошили чудовище, и багбир упал.

С двумя покончено, но оставалось ещё четверо, и когда Зак опять изменил направление, швырнув себя обратно, откуда пришёл, он оказался отрезанным – оставшийся квартет рассредоточился вокруг и стал вести себя осторожнее.

Время было на их стороне, что подтвердило прибытие жриц дроу в дальнем тоннеле.

– Глина! – раздался крик в тоннеле, из которого Зак вошёл в комнату, слово, хорошо знакомое каждому члену Бреган Д'эрт.

Зак закрыл глаза, и не одна керамическая горошина, а целая их горсть влетела в комнату. Каждая горошина была покрыта особым составом, чтобы скрыть заточённую внутри магическую энергию – сильные двеомеры, излучавшие яркий свет.

Когда Зак открыл глаза мгновением позже, он увидел, что четыре багбира пятятся, прикрывая глаза, и стонут от неожиданного яркого света. Жрицы дроу тоже отступили, исчезнув из виду в боковом коридоре.

Закнафейн прыгнул высоко и далеко, прошёл между двумя багбирами слева, выбросив мечи в стороны, чтобы ударить по черепам и поднятым лапам. Когда он приземлился, его мечи уже скрылись в ножнах, а он на полной скорости помчался к парализованному товарищу. Он ударил того плечом в живот, заставляя юношу согнуться, подхватил его и помчался дальше.

Он бежал по коридорам, бросаясь в любые боковые проходы, которые могли увести его дальше от врага. Однако один оказался тупиком, и Зак отчаянно обернулся, чтобы отступить.

Дроу, которого он нёс, застонал.

Зак опустил его на пол и пощёчиной привёл в чувство, затем потащил за собой, не успел тот даже спросить, что произошло.

Достаточно быстро они вернулись в главный коридор и помчались прочь, наконец оказавшись в знакомых обоим тоннелях. На следующей развилке Закнафейн кивнул товарищу, пожелал ему удачи и толкнул в правый поворот, а сам побежал по левому.

Он надеялся однажды снова встретить этого дроу в Мензоберранзане, но в этот момент Закнафейн считал, что у них обоих очень низкие шансы выбраться живыми из этой области дикого Подземья.

– Мы потеряли как минимум троих, – несколько дней спустя сказал Беньяго Джарлаксу, вернувшись в помещения Бреган Д'эрт в мензоберранзанской Клорифте под домом Облодра. – Ещё трое пропали без вести.

Джарлакс пристально разглядывал его и Биннефина.

– Да, о Закнафейне ничего не слышно, – признал Биннефин.

– Он знал, – сказал Беньяго. – Он предупредил нас, что что-то не в порядке, что в игре участвует кто-то ещё кроме Ханцринов. Но увы – это предупреждение запоздало.

– Совсем никаких новостей? – спросил Джарлакс.

– Когда я видел его в последний раз, он сражался с отрядом багбиров, а в помещение вошли жрицы. Я пытался помочь, но не мог остаться, – сказал Беньяго.

Джарлакс не ответил, просто сложил пальцы вместе.

– Я хотел потребовать перемирия, даже признаться, что я Бэнр, – сказал Беньяго.

– Я рад, что ты этого не сделал, – решил Джарлакс. – Так лучше для Бреган Д'эрт. И лучше для дома Бэнр.

– Мне хочется умолять верховную мать Ивоннель обрушиться на дом Ханцрин, – признался Беньяго.

Джарлакс покачал головой.

– Я согласен с оценкой Закнафейна. Лучше не впутывать сюда Бэнров, пока мы не узнаем про этот план Ханцринов что-нибудь ещё. Иди – попроси одну из своих кузин, старших жриц, попытаться разведать, не захватили ли Ханцрины Закнафейна в плен. Если мать Мэлис узнает об этом, начнётся война. Не то, чтобы это было плохо, подозреваю.

Беньяго издал смешок, испытывая заметное облегчение из-за того, что Джарлакс не считает его несущим ответственность за смерть друга. Они с Биннефином ушли и вернулись в «Сочащийся миконид» на Улицах Вони, где с радостью повстречали Нава Райана Дирра, пытающегося прогнать из памяти испытания Подземья при помощи выпивки.

Оставалось лишь два дроу, судьба которых была неизвестна.

На следующий день Беньяго был рядом с Джарлаксом, когда это число уменьшилось до одного – вернулся самый молодой член экспедиции, потрясённый, но целый, с историей о том, как его спас Закнафейн.

– В тоннелях мы разошлись, как учили, – сказал он Биннефину и Джарлаксу.

– Мало кого учили лучше, чем Закнафейна До'Урдена, – с надеждой произнёс последний. После этого его настроение заметно улучшилось.

Но дни шли дальше, а новостей о пропавшем товарище Бреган Д'эрт и возможно единственном дроу в городе, кого Джарлакс считал другом, всё не было.

Закнафейн ненавидел мысль о возвращении в Мензоберранзан. Оставшись один в тоннелях, он не раз испытывал искушение просто продолжать бежать в другую сторону, выживать одному в месте, которое не подчинялось Ллос.

В дни своей молодости он мог бы попытаться, но сейчас кружной путь Зака в конце концов неизбежно привёл его в Мензоберранзан.

К сыну.

Он вошёл в город тихо, через одни из меньших боковых ворот. Их тоже охраняли, но другим тёмным эльфам не задавали никаких вопросов. Зак накинул капюшон своего плаща и мог лишь надеяться, что его не узнали. Он не хотел, чтобы Мэлис узнала о его возвращении.

По этой причине он обошёл «Сочащийся миконид» – Мэлис часто держала там соглядатаев – и направился сразу в Клорифту, спустившись по тайной лестнице и пройдя через тоннели кобольдов, пока наконец не прибыл в частные покои Джарлакса.

– Ну наконец-то, – поприветствовал тот, когда Зак вошёл. Командир наёмников хотел казаться спокойным, как будто не был безумно рад видеть Закнафейна и всё это время ждал его, но Зак заметил его язык тела, нетерпеливо подавшиеся вперёд плечи, и понял, что это один из редких случаев в жизни Джарлакса, когда осанка выдала его.

– Как ты объяснишь свою задержку? – спросил Джарлакс. – Не думал, что Закнафейн станет медлить.

Зак оглянулся на двух других дроу в комнате, Беньяго и раздражающего Киммуриэля Облодра.

– Здорово наконец вернуться, – сказал он.

– Ты в это не веришь, – сказал Киммуриэль, и Зак прищурился, предупреждая псионика держаться подальше от его головы. Никто другой, включая сородичей-псиоников Киммуриэля и даже верховных матерей, не вызывал у оружейника такое беспокойство.

– Здорово, что ты наконец вернулся, – ответил Джарлакс, и Беньяго добавил своё «Да».

Закнафейн сосредоточился на лейтенанте Бэнров.

– Ты думал, я умру в той комнате.

– Да, но я пытался помочь, – ответил Беньяго.

– Я знаю.

В пылу битву он не узнал голос, но был практически уверен, что световые бомбы, которые почти наверняка спасли ему жизнь, бросил Беньяго.

– Когда вернулся Браэлин, я думал, что скоро придёшь и ты, – сказал Беньяго.

– Браэлин?

– Молодой разведчик, которого ты вынес оттуда. Он вернулся к нам несколько дней назад.

Зак кивнул и обрадовался.

– Многообещающий молодой человек, – продолжил Джарлакс. – Рождён простолюдином, но я нахожу его более благородным – по крайней мере, более преданным! – чем большинство знати. Я нашёл его, когда он был совсем ребёнком, и увидел в нём что-то, так что взял к себе. Ты бы знал об этом, Закнафейн, если бы больше времени проводил…

Наёмник продолжал болтать, и Закнафейн вздохнул. Джарлакс говорил о пустяках не для того, чтобы убедить Закнафейна в важности этого Браэлина, а потому, что знал – Закнафейн встревожен и напряжён.

– Хватит! – наконец сказал Зак, потому что Джарлакс даже не начал замедлять свои бесконечные истории. От него не ускользнуло довольное выражение на лице Джарлакса.

– Да? – мило спросил наёмник.

– Мне снова нужно покинуть город.

– Мать Мэлис будет несогласна.

– Она не знает, что я вернулся.

– Ты в этом уверен? – спросил Джарлакс.

Прежде чем Зак ответил, Киммуриэль сказал:

– Он не уверен.

– Когда-нибудь я его убью, – тихо пробормотал Закнафейн.

– Распространённое желание, которым Киммуриэль, несомненно, гордится, – ответил Джарлакс.

– Но хватит. Пока что я не могу вернуться. Ещё слишком рано.

– На этот раз ты не вернёшься в дом До'Урден, нет, – согласился Джарлакс. – Только не после нашей катастрофы в тоннелях. Мы не можем так это оставить. Ханцрины бросили нам вызов, и если гномы действительно добывают арандур, богатства там огромные.

– Выглядел как арандур, хотя в сыром виде я видел руду только раз, очень давно.

– Даже если нет, я должен ответить Ханцринам, разумеется.

– Что ты хочешь сделать?

– Ты сказал Беньяго, что почувствовал, как кто-то или что-то пытается управлять тобой телепатически. Скорее всего, с гномом произошло то же самое. Для свирфнеблинов нетипично предавать сородичей ради золота или другой выгоды.

– Ты много знаешь о глубинных гномах, не так ли?

– Я обо всём много знаю, – ответил Джарлакс. – Благодаря этому я остаюсь в живых.

– И живёшь в роскоши.

– Я живу в пещере.

– Мы оба знаем, как обстоят дела.

Джарлакс пожал плечами и оставил эту тему.

– Значит, если этого гнома поработили, мы должны освободить его, – объяснил Джарлакс.

– И как ты планируешь это сделать?

Джарлакс улыбнулся Заку и указал ему взглядом на Киммуриэля Облодру.

– Киммуриэль любит вызовы, – сказал Джарлакс.

– Что заставляет тебя считать, что это будет вызов? – заметил Облодра.

Зак снова вздохнул и потёр лицо, не испытывая особого восторга при мысли о необходимости возвращаться в Подземье рядом с такими, как этот странный псионик. Он успокоил себя, вспомнив, что однажды его сын узнает об этом, и если сын к тому времени познакомится с Киммуриэлем, он наверняка оценит жертву отца.