Текст книги "В чужом теле (ЛП)"

Автор книги: Ричард Карл Лаймон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 34 страниц)

«Нет недостатка в выборе людей», – подумал Нил.

Поохотиться за кем-нибудь интересным?

«Только лучше тщательно подойти к этому вопросу, – предупредил он себя. – У тебя только одна попытка за путешествие. Будет обидно оказаться в никчемном человеке».

Почему бы и нет? Почему не поэкспериментировать? У меня впереди вся ночь – по крайней мере, сколько там от нее осталось. Я мог бы попрыгать туда-сюда, опробовать с полдюжины человек…

Под ним внутренний двор и бассейн его собственного здания выглядели заброшенными.

Он подумал, не следует ли ему быстро пролететь по своим комнатам, проверить обстановку.

И понял, что он обязан это сделать – теперь, когда подумал об этом. Иначе неопределенность будет его терзать.

Поэтому он спикировал вниз, перемахнул через перила балкона и через оштукатуренную стену в свою спальню. Вихрем метнулся под кровать, ворвался в шкаф и пролетел через его стенку в ванную. В ванне никого, в унитазе ничего.

Он двинулся дальше, огибая углы, просачиваясь сквозь стены и мебель, всюду выискивая в темноте признаки незваного гостя.

Ничего.

Опасности нет.

Он вылетел через парадную дверь, мягко врезался в мужчину и закричал.

Глава 40

Распутин!

Он стоял, сгорбившись, прямо за дверью в квартиру Нила, и орудовал парой тонких стальных отмычек, глубоко погруженных в замочную скважину.

У Нила не было возможности его увидеть.

Он просто столкнулся с темной массой по другую сторону двери и испуганно вскрикнул.

Оказавшись внутри, Нил сразу узнал его.

Он почувствовал горячую боль от пулевых ранений. И дрожащее напряжение в мужчине – отчасти страх, в основном возбуждение.

Ледяную дрожь в кишках.

Напряженность в пенисе, который упирался в переднюю часть брюк.

Бушующую странную дикость в его сознании.

Давай, давай, малыш. Ну же. Открывайся для папочки.

Хоть бы на сей раз этот гондон был дома. О-о-о, какой же это будет кайф. Хоть бы он был дома.

Давай, малыш.

Пока продолжался этот безмолвный монолог, разум Распутина проигрывал отложившуюся в памяти сцену о незнакомце, темной и неопределенной фигуре, стоящей в нескольких метрах от него во мраке среди деревьев, и стреляющей в него из пистолета. Как раз в момент, когда из дула вырвался огонь и грохот разорвал тишину, его разум переключился на новую сцену – голый мужчина, пригвожденный к полу, кричащий и корчащийся. Распутин представил себя стоящим на коленях между раздвинутых ног мужчины, протягивающим вперед плоскогубцы…

«Предполагается, что это я?» – удивился Нил.

Парень с пистолетом во тьме определенно был Нилом, который стрелял в Распутина воскресной ночью. Парень на полу, которого собирались обрабатывать плоскогубцами, четко видимый в фантазии Распутина, был ростом с Нила, но волосы и лицо были не те.

Это я. Они оба – это я. Он просто не знает, как я выгляжу.

И вот что он хочет со мной сделать.

Нилу не хотелось смотреть, что тот будет делать плоскогубцами.

Вылезай из него к черту!

Нет! Если свалить, я могу потерять его. Кто сказал, что он еще будет здесь, когда я вернусь…

Вернусь в своем теле и с пистолетом…

У меня, возможно, никогда не будет другого такого шанса. Выясни, кто он, где живет.

Узнай достаточно, и он ТВОЙ.

Как и вознаграждение.

Когда внимание Нила вернулось к мысленному фильму Распутина, парень, пригвожденный к полу, брыкался и кричал…

Нил увидел, что делают плоскогубцы.

И почувствовал как сморщивается его пенис, словно желая спрятаться.

Распутин был настолько погружен в свои фантазии, что его разум лишился голоса, и он, казалось, не замечал, что делают его руки. Но кончиками его пальцев Нил внезапно почувствовал, как внутри замка что-то щелкнуло.

И Распутин тоже это почувствовал.

Да! Четыре-пять, я иду искать, педрила сраный! Хоть бы сейчас ты был дома, а!

Он убрал отмычки в мягкий кожаный футляр, сложил его и сунул в карман брюк. Затем достал пару тонких резиновых перчаток и надел их.

Кончики пальцев на перчатках показались Нилу странными – жесткими, а не мягкими. Они были чем-то покрыты – возможно, лаком для ногтей или клеем – в качестве дополнительной защиты, чтобы не оставлять отпечатки пальцев?

«Парень осторожен», – подумал Нил.

Когда Распутин распахнул дверь, он представил Нила, стоящего в темноте с пистолетом и стреляющего в упор ему в лицо. Волна холодного страха окатила его тело.

«Ублюдок боится меня», – понял Нил.

Хорошо!

Но страх нахлынул лишь коротким всплеском и сразу исчез, как только Распутин уставился в темноту комнаты и не обнаружил стоящего перед ним Нила.

Не туда смотришь, засранец. Я не перед тобой, я внутри тебя.

Распутин переступил порог и тихо закрыл дверь. Затем замер, прислушиваясь.

Ох, хоть бы ты был здесь.

«О, я здесь, не сомневайся!» – подумал Нил.

Распутин, казалось, почувствовал, что в квартире пусто. Но не хотел признаваться в этом самому себе. Пока что, по крайней мере. Не хотел сталкиваться с разочарованием и обманутыми надеждами…

Внезапно он почувствовал запах.

Нил тоже.

Слабый, сладковатый аромат…

«Что это?» – задумался Распутин. Его разум переключился на воспоминание о его предыдущем визите. Он вспомнил, как стоял почти на этом же месте, пытаясь обнаружить…

Этот запах был новым.

Запах пива!

Нил почувствовал, как в паху снова все съеживается.

Он знает!

В Распутине нарастало возбуждение.

«Нет. Он не знает о Сью, – понял Нил. – Он думает, что это я пил пиво… Он думает, что я все еще здесь».

Теперь ты попался! Попался! О-о-о.

В Распутине закипала такая смесь ярости, ликования и похоти, от которой Нилу хотелось закричать и убежать.

«СТОЙ! – приказал он себе. – Этот ублюдок не может причинить мне вреда, не может прикоснуться ко мне, он даже не знает, что я здесь. Мне абсолютно ничего не угрожает».

Однако он не чувствовал себя в безопасности.

Распутин начал красться через гостиную.

А вот и я, готов ты или нет. Ау! Ох, как же я заставлю тебя кричать!

Он вернулся к своей фантазии об обнаженном Ниле с приколоченными к полу руками и ногами.

Нил обратил внимание на тело Распутина. Мужчина был высоким и чрезвычайно худым, но мускулы его напоминали стальные канаты. Он носил тяжелые плотно сидящие на ногах ботинки. И узкие кожаные брюки, в которых ему было очень жарко – настолько жарко, что пот стекал с талии, а кожа казалась скользкой на ягодицах, члене и ногах. Нижнего белья не было.

В карманах брюк несколько предметов – в правом переднем кармане что-то похожее на плоскогубцы. Вокруг талии затянут пояс. На левом бедре груз, который, как подозревал Нил, был ножом в ножнах.

Выше талии – облегающая рубашка с длинными рукавами. Под рубашкой – бинты и раны.

Эти бинты, похоже, были не из аптечки Нила. Ими был обмотан весь торс, плечо и макушка головы, как будто кто-то пытался превратить его в мумию.

Распутин, по-видимому, обратился за медицинской помощью.

Но медперсонал должен сообщать о пулевых ранениях.

Он, вероятно, пошел к врачу, работающему нелегально – таких в Лос-Анджелесе предостаточно.

Как найти продажного врача? Легко. Просто спросите любого продажного адвоката.

Быстренько залатали, и гуляй.

«У него нет молотка», – внезапно понял Нил. Похоже, единственным оружием Распутина были плоскогубцы и нож.

Как он собирается пригвоздить меня к полу, если не захватил с собой молоток и гвозди?

Планирует одолжить мои? Сначала ему придется их найти.

Может быть, именно это он и ищет сейчас.

Потому что Распутин не пошел прямо в спальню, где, как он был уверен, найдет спящего Нила.

«Будь внимателен, – сказал себе Нил. – Что задумал этот ублюдок?»

Наслаждается предвкушением.

И желает убедиться, что никто не выйдет из другой комнаты и не застанет его врасплох.

Мы сегодня одни, Нил? Гостей нет? Умираешь от скуки? Я составлю тебе компанию. Ау! Лесли Глитт, к твоим услугам. Тебе должно быть ЛЕСтно. Сейчас я исполню тебе несколько ГЛИТТер-рок[31]31
  Глиттер-рок – то же, что глэм-рок (англ. Glam rock, от glamorous – «эффектный») – жанр рок-музыки, возникший в Великобритании в самом начале 1970-х гг. и ставший одним из доминирующих жанров первой половины того десятилетия.


[Закрыть] хитов.

Он вытащил нож из ножен и шагнул на кухню.

«Лесли Глитт, – подумал Нил. – Вот как его зовут? Лесли?»

Проходя через кухню, Распутин размышлял, не снять ли ботинки. Ходить в них бесшумно по линолеуму не получалось. Но он решил этого не делать. Попытка снять их вызовет боль в ранах. Кроме того, ему снова придется обуваться в спальне.

Ботинки должны быть на нем, когда он примется за Нила.

Распутин представил, как крадется к краю кровати, наклоняется и прижимает нож к горлу Нила. Просыпайся, соня, Лесли пришел поиграть.

Он представил, как Нил просыпается, ошеломленный и перепуганный, задыхающийся от ужаса. Помнишь меня? Ты в меня стрелял, хуесос ебаный. Он представил, как несколько раз тычет ножом в Нила. Да только вот не убил. Ошибочка вышла, какая жалость. Шлюшку тоже не спас. В курсе? Думал, что спас ее задницу, уже героем себя почуял? Не-не-не. Неверно. Печаль-тоска. Ты бы видел, что я с ней сделал. Ты бы слышал, как она кричала.

И все время тычет ножом в Нила. Не пронзая плоть, а нанося легкие раны, слегка пуская кровь и заставляя кривиться от боли. Но она умерла легко. Подожди, ты еще увидишь, что я сделаю с тобой. А теперь вставай.

Нил колеблется, поэтому Лесли наносит ему скользящий удар ножом поперек глазного яблока. Вставай, живо. Мы отправимся в путешествие. Я отвезу тебя в одно особенное место.

«Место с деревянным полом», – предположил Нил.

Распутин с напряженным, подрагивающим членом, вошел в дверь спальни, остановился и уставился на кровать Нила. Нил смотрел вместе с ним – видел все то же, что и он.

В сером свете, просачивающемся сквозь занавески, кровать выглядела как плоская равнина. На ней никто не лежал. Одеяла не прикрывали никаких характерных выступов.

Нет! Невозможно! Он здесь! Он должен быть здесь!

Рука Распутина метнулась в сторону и щелкнула выключателем. От внезапно вспыхнувшего света у него заболели глаза. Он прищурился.

Кровать была пуста и аккуратно застелена.

Он бросился к шкафу и распахнул дверцу.

Нила не было и там.

Ты здесь! Я знаю, что где-то ты здесь! Ты ДОЛЖЕН быть здесь!

Он поспешил к другой стороне кровати, опустился на колени и, превозмогая пронзившую его боль, наклонился и заглянул под кровать.

Там Нила тоже не было.

Где ты?

Прямо здесь, внутри тебя, Лесс-ли, – сказал ему Нил.

Распутин продолжил поиски.

Он прошелся по всем комнатам, включая свет, стиснув зубы и крепко сжимая нож в правой руке. Заглянул в ванную, в шкафы, за мебель и за створки дверей. Он больше не дрожал от возбуждения. У него больше не было эрекции. Ему было больно не только от ран, но и от досады.

От мук разочарования и сожаления.

Где же ты, блядь? Где ты, гнойная пидорасина, говна кусок? Я знаю, что ты здесь!

Его здесь нет.

Его нет.

Ах ты, грязный уёбок!

Где же он тогда?

Закончив лихорадочные поиски, Распутин повернулся спиной к входной двери и осмотрел гостиную.

Ладно, ладно, успокойся. Его здесь нет. Большое дело. К чему такая спешка? Он живет здесь. И он сюда вернется.

Он уже возвращался. После того, как я был здесь в последний раз, он вернулся и пил здесь пиво. Два пива.

Распутин хмуро посмотрел на две банки. Их не было на столе во время его предыдущего визита в квартиру Нила.

Две банки пива на столе…

Хa! Только посмотри на них!

Они стояли не так близко друг к другу, как если бы Нил расправился сначала с одной, а потом с другой. Они были дальше расстояния вытянутой руки друг от друга, как будто их поставили на стол два разных человека, сидящих бок о бок.

Ты выпивал с другом, так ведь? Банка тебе, и банка… ему или ей?

Распутин понюхал воздух, но не обнаружил никакого намека на духи.

Ах, очень надеюсь, что она. Симпатичная она. Очень люблю, когда попадается какая-нибудь она. Особенно хорошенькая.

Такая хорошенькая, как Элиза.

Он громко застонал, когда его разум прокрутил воспоминание… не всю сцену… отрывок… беглый взгляд… две или три секунды… Элиза в ванной, в то время, как…

Какое-то мгновение Нил не был уверен в том, что именно он видит.

Затем он закричал «НЕТ!!!» так громко, что ему показалось, будто его голос может взорвать разум Распутина.

Но ничего подобного не произошло.

Как можно такое делать с живым человеком? – Нил был в ярости. -Как можно даже ПОДУМАТЬ о чем-то подобном? Что ты за больной ублюдок?

Распутин снова возбуждался.

Нужно попробовать это с его собутыльницей. Надеюсь, это она. И симпатичная. Попробую с ней и посмотрю, как ей это понравится. Сделаю это на глазах у Нила, чтобы он тоже мог насладиться.

Это может оказаться непросто. Как я справлюсь с двумя?

Легко.

Возьму их по одному.

Сначала его подружку. Любительницу пива.

В следующий раз, когда они придут, прослежу за ними. Пойду следом, выясню, где они прячутся…

Нил, рыдая внутри него, выпалил: «Ты никогда не прикоснешься к ней! Никогда! Я УБЬЮ ТЕБЯ!»

Распутину вдруг стало интересно, как давно они ушли.

Он взял одну банку. На столе остался влажный круг. Он ничего не мог сказать о температуре банки из-за перчатки, поэтому прижал банку к щеке. Она не была прохладной. Он потряс банкой возле уха. Хотя и не услышал булькающего звука, но все равно поднес банку к губам и наклонил ее.

Немного тепловатого пива с кисловатым привкусом попало ему в рот.

Он пришел к выводу, что, вероятно, прошло несколько часов с тех пор, как Нил и его подруга сидели на диване и пили пиво.

Этим вечером?

Ближе к вечеру?

Может, они вернутся завтра. О-о-о, я очень на это надеюсь.

Надеюсь, она симпатичная.

А может, это парень.

Тоже неплохо, если он симпатичный.

Завтра, когда они придут…

Черт! Блядь! Только не завтра вечером!

Деньги.

Подожди. Да.

Конечно же, можно и завтра. Мне не обязательно ехать за ними раньше двух часов ночи.

Если я приеду сюда пораньше…

Нельзя позволить им узнать, что я был здесь. Не хочу спугнуть этих тварей.

Распутин поставил банку пива прямо на мокрую отметину. После этого обошел все комнаты, проверяя, не оставил ли он где-нибудь следы своего присутствия, затем выключил свет.

Наконец, открыл входную дверь. Высунулся, огляделся, затем вышел на балкон и тихо закрыл дверь. Поспешив к лестнице, он стянул перчатки и засунул их в карман брюк.

Спускаясь по лестнице, он попытался вспомнить, где оставил свою машину.

Вспомнил.

«Да! – подумал Нил. – Мы идем к его машине!»

То, что надо!

Глава 41

Распутин, свернув за угол, увидел несколько машин, припаркованных вдоль обочины.

Какая же из них… ну, конечно. Белая, как ее там, «Субару», или…вот она!

«Это не его машина, – понял Нил. – Наверное, угнал».

Подходя к машине, Распутин не искал ключи.

«Естественно, – подумал Нил. – У него их нет. Должно быть, замкнул провода…»

Водительская дверь не была заперта. Распутин открыл ее, забрался внутрь, потянулся к рулевой колонке и завел машину.

Ключом. Уже торчавшим в замке зажигания.

Двигатель заработал плавно, бесшумно.

«Неплохая машинка, – подумал Распутин. – Может, я оставлю ее себе».

Он рассмеялся, затем нахмурился.

«Как тут включаются фары? У меня же получилось, когда я сюда приехал… А, вот. Прекрасно».

Два ярких луча метнулись вперед. Распутин нажал на газ и отъехал от тротуара.

– И-и-и по-о-огнали-и! – провозгласил он вслух.

Надо нормальную тачку взять за эти бабки, которые получу. Как насчет «Линкольна-континенталя» или «Таункара»? Или, эй, почему бы не «Феррари»? Ну сколько это может стоить? Не пол-ляма, это уж точно. За полмиллиона я мог бы купить долбаный самолет.

Да, конечно. Сейчас я могу купить себе чудесное нихера. Возвращайся в Кингман[32]32
  Кингман – вероятно, имеется в виду город в штате Аризона. В США существует несколько населенных пунктов с таким названием.


[Закрыть], затаись и не высовывайся, пока раны не заживут.

Если они заживут.

Этот хуила, он еще пожалеет…

Ну ничего, ничего, скоро еще увидит, что я сделаю с этой его подружкой, которая с ним пивко сосала. Будет небольшая демонстрация того, что потом и его ждет. Я ему покажу, как проделывать во мне дырки…

Распутин представил себе Нила, прибитого гвоздями к деревянной стене. На этот раз не к полу, а к стене. Голого, как и раньше. Кисти разведенных в стороны рук пригвождены, сведенные вместе ноги опущены в зеленое пластиковое ведро.

Ведро, предположил Нил, предназначалось для сбора его крови и других телесных жидкостей…

«Умно», – подумал он, чувствуя тошноту.

«По крайней мере, этот парень не похож на меня».

Если уж на то пошло, жертва в фантазии Распутина даже не походила на предыдущую воображаемую версию Нила. Этот парень был старше, слегка обрюзгший, с аккуратно подстриженными черными усами. Совсем не тот красивый блондин, которого он представлял в прошлый раз.

«Он не может решить, как я должен выглядеть», – предположил Нил.

И он, очевидно, понятия не имеет, как выглядит Сью.

«Спасибо Богу за это», – подумал он.

Женщина была прибита гвоздями к противоположной от Нила стене. Так, чтобы они были лицом друг к другу. Чтобы он мог наблюдать.

Как и у Нила, ее руки были разведены в стороны, а ноги стояли в зеленом ведре.

На вид ей было лет сорок. В хорошей форме. Стройная, с очень большой грудью.

«Вот как, по его мнению, выглядит моя „собутыльница“?»

Она не была похожа на Сью или Марту. Они обе были намного моложе. Ни у одной из них не было такой груди, и обе они были блондинками.

И волос у них было намного меньше.

Нил никогда не видел такой волосатой женщины: густые черные локоны, свисающие на лоб и ниспадающие по обеим сторонам головы; тяжелые черные брови, которые почти сходились над переносицей; огромная поросль ниже пупка.

Распутин улыбнулся через плечо воображаемому Нилу, подошел к женщине и поджег ее лобковые волосы. Они вспыхнули, как будто их облили бензином. Она извивалась у стены и танцевала внутри своего ведра, ее огромные груди подпрыгивали, кожа светилась оранжевым в отблесках огня.

У Распутина, поглощенного своими фантазиями, снова возник стояк.

«Сделать это с его подружкой, и он двадцать раз пожалеет, что тогда вздумал стрелять в меня, уёбок!

Сделать это с ней для начала, и заставить его смотреть. Заставить его смотреть на все, пока она не сдохнет. И только потом взяться за него.

А может, внесем небольшой элемент интерактивности в игру.

Что мне отрезать в первую очередь, Нил? Веко? Сосок? Левый или правый? Выбирай…»

Внезапно узнав дом, Распутин вырвался из своих фантазий. Он ударил по тормозам и свернул на подъездную дорожку. Фары осветили широкую белую дверь гаража.

«Надо запомнить адрес», – сказал себе Нил.

«Давай, Распутин, посмотри на дом! Давай же, Лесли! Черт возьми! Смотри!»

Вместо того чтобы смотреть в сторону дома, Распутин опустил глаза на пассажирское сиденье. Он взял маленькое устройство с тускло светящимся дисплеем – пульт от гаражных ворот – и направил его на лобовое стекло.

«Мы заезжаем в гараж? Так я не узнаю адрес!»

Дверь гаража начала подниматься.

Машина двинулась к нему.

«Посмотри на дом, ублюдок!»

Тот этого не сделал. Он не сводил глаз с поднимающейся двери.

Все, что Нил смог разглядеть периферийным зрением Распутина – это одноэтажное оштукатуренное здание с несколькими кустами перед ним.

Затем Распутин выключил фары.

Дом погрузился во тьму. Казалось, там вообще не горел свет: ни в окнах, ни над входной дверью, ни в гараже.

Распутин медленно въехал в черную, широкую пасть гаража.

– Дом, милый дом. – сказал он.

Распутин заглушил двигатель. Когда он нажал на пульт, дверь гаража с грохотом начала опускаться. Он оставался на месте до тех пор, пока она полностью не закрылась.

И задумался, что ему следует делать теперь, когда он был дома.

Пойти прямо в постель?

Вероятно, ему следовало бы лечь спать, но он чувствовал себя слишком возбужденным для этого.

«В любом случае, завтра смогу проспать весь день. До темноты делать нечего.

Можно не ложиться еще какое-то время и повеселиться».

Распутин, чувствуя восхитительную дрожь возбуждения, вылез из машины. Он пробирался сквозь темноту, осторожно ступая с вытянутыми руками.

Нашел дверь в дом.

Но не открыл ее.

Он коснулся ручки только для того, чтобы сориентироваться. Затем нащупал дверной косяк. А потом выключатель.

Щелкнул кнопкой.

И прищурился от яркого света.

Повернулся.

Нил мельком увидел мужчину у стены: руки разведены в стороны, ноги в ведре, голова опущена.

Распутин лишь мгновение смотрел на мужчину, прежде чем повернуться и направиться через гараж к женщине.

Стройной, с очень большой грудью.

Но ни черных локонов, ни густых черных бровей, ни зарослей ниже пупка. Там, где раньше были все эти волосы – в фантазии Распутина – у этой женщины была голая, обожженная кожа.

Нил сразу понял, что это была не фантазия.

Не фантазия, а воспоминание.

Она подняла голову, и ее глаза открылись.

Нил взвизгнул.

«НАДО СВАЛИВАТЬ ОТСЮДА…

НЕТ! Я НЕ ЭТО ИМЕЛ В ВИДУ»!

Слишком поздно.

Он был выдернут – мгновенно освобожден от дрожащего, напряженного тела и грязного разума Распутина. Исчезло ощущение его пулевых ранений, его дрожащее возбуждение, горячее и скользкое прикосновение к его кожаным брюкам, сильная боль от его эрекции. Исчезла беспорядочная смесь его воспоминаний, фантазий, выдумок и комментариев.

Нил внезапно снова стал самим собой.

Как пойманную на крючок рыбу, его подбросило вверх, сквозь балки гаража и крышу, в чистое ночное небо.

Он посмотрел вниз, но его уже с силой швырнуло высоко вверх и далеко от дома. Под ним мелькали залитые лунным светом крыши, верхушки деревьев, серые улицы, яркие лужи света, припаркованные машины…

Он попытался сбавить скорость, но не смог.

Браслет быстро наматывал его, как будто рыболов боялся, что он может сорваться с крючка.

Его сбросило с высоты и затянуло в окно квартиры Марты. Горела лампа. Он мельком взглянул на Сью. Она сидела на корточках рядом с его креслом, голубое одеяло укутывало ее спину. Ее голова оказалась у него на пути. Нил ударил ее бедром, но ощутил лишь воздух. Мгновение спустя он приземлился внутри своего собственного тела.

Его сердце билось сильно и быстро. Он задыхался. Волосы промокли от пота, а одежда прилипла к телу.

Открыв глаза, он встретился взглядом с Сью.

Она выглядела взволнованной.

– Ты вернулся, – сказала она.

– Да. Слава Богу.

Было так приятно снова увидеть ее.

Такой живой и невредимой.

Такой милой и красивой.

Ее волосы были растрепанными, спутанными, золотистыми в свете лампы. Плечи были укутаны одеялом.

– Надо думать, ты с браслетом летал. – сказала она.

– Ага.

– Тот еще адок был, наверное. – Ее правая рука высунулась из-под одеяла. Одеяло сползло с ее груди и бока, когда она протянула руку и погладила лицо Нила. – Сейчас с тобой все в порядке?

– Мне уже лучше.

– Ты пару раз орал во весь голос. Напугал меня так, что аж поджилки тряслись.

– Извини, – сказал Нил.

– Не за что извиняться, – сказала она мягким голосом, с нежным выражением в глазах, ее рука гладила его по голове сбоку, как будто она пыталась успокоить испуганного щенка.

– Похоже, я тебя разбудил, да?

– Все в порядке, – сказала она. – Я рада, что ты вернулся.

Его глаза проследили за ее вытянутой рукой до того места, где она соприкасалась с накрытым одеялом плечом, затем опустились к ее груди. Она казалось случайно, невинно выставленной напоказ из-за небрежно соскользнувшего одеяла. В тени лампы грудь казалась бронзовой и слегка подрагивала от движений ее руки.

– У меня было очень сильное искушение помочь тебе вернуться, – сказала она. – Снять браслет. Это бы сработало, да?

– Верно.

– Так я и думала.

– Почему ты этого не сделала?

– Посчитала, что ты сам должен решать, когда возвращаться. Как-то неправильно показалось вмешиваться.

– Так ты… сидела рядом со мной и наблюдала?

Она кивнула.

– Я хотела быть начеку, на случай, если что-то реально пойдет не так. Ну и вообще, мне нравится наблюдать за тобой. Только сейчас это было немного больно, потому что я видела, как тебе плохо.

– Мягко говоря.

– Ты должен был войти в мое сознание, – упрекнула она его.

Нил встретился с ней взглядом.

– Откуда ты знаешь, что я там не был?

– Могу пятнадцать признаков тебе назвать. Во-первых, ты не улыбался…

– Я нашел его.

Рука Сью опустилась на плечо Нила.

– Его? Распутина?

– Да.

– Обалдеть. – Она широко раскрыла глаза, слегка покачивая головой.

– Но его зовут не Распутин, а Лесли Глитт.

Она скорчила гримасу.

– Как?

– Лесли Глитт.

– Лесли, это же женское имя.

– А как же Лесли Говард[33]33
  Лесли Говард (1893–1943) – британский актер, популярный в 1930х годах.


[Закрыть]?

– Никогда про такого не слышала.

– Он был великолепен. «Окаменевший лес»[34]34
  «Окаменевший лес» – фильм 1936 года, драматический триллер. В главных ролях Лесли Говард, Бетт Дэвис и Хэмфри Богарт.


[Закрыть]? С Богартом?

Сью покачала головой.

– И еще он сыграл Эшли Уилкса в «Унесенных ветром».

– О, а это я смотрела, – сказала Сью. – Так что же все-таки произошло?

– Его самолет был сбит во время Второй мировой войны.

– Не с этим, с другим Лесли. Как, ты сказал, его фамилия?

– Глитт.

– Звучит грязненько[35]35
  «Glitt» созвучно с «clit», англ. разг. «клитор».


[Закрыть].

Нил лишь покачал головой.

– Так что произошло? – cпросила Сью. – Ты проник в его сознание?

– Ну да.

– Неудивительно, что ты кричал.

– Это было всего дважды, так ведь?

– Ну… возможно. Крик разбудил меня, может, полчаса назад. Сначала решила, что тебе кошмар приснился. Но ты продолжал корчиться и хватать ртом воздух…

– Я что-нибудь говорил? – спросил он.

– Ты вроде как пробормотал что-то, только я не смогла разобрать, что именно. В основном, ты просто тяжело дышал и скулил. Как бы то ни было, я встала и подошла посмотреть, что происходит. Включила лампу, увидела браслет и поняла, что ты отправился в путешествие.

– Я должен был выбраться отсюда, – объяснил Нил. – Я не мог уснуть. Сходил с ума.

Улыбка приподняла уголки губ Сью.

– Надеюсь это было… не из-за… меня.

– В основном именно из-за тебя.

– Это почему же?

– Я хотел пойти к тебе.

– Как мило.

– Но мы с тобой договорились не делать ничего такого.

– И это, значит, сводило тебя с ума?

– Ага.

– Я бы хотела, чтобы ты очутился во мне с помощью браслета.

– Я тоже. Боже мой, если бы я имел хоть малейшее представление… Это как… ползти по сточной канаве. Пребывание в нем.

– Не хочешь рассказать мне? – спросила она.

– Это будет долгий рассказ.

– У тебя назначена встреча?

– Да. Свидание в Самарре[36]36
  «Свидание в Самарре» – роман Джона О'Хары 1934 года. В эпиграфе, из которого взято название, описана притча, где человека ждет неизбежное свидание со Смертью, от которой он всеми силами пытается убежать.


[Закрыть].

Она подняла брови.

– А?

– Ничего. Плохая шутка. Плохая литературная шутка.

Сью прищурилась и хмыкнула. Затем отдернула руку. Встав, она плотнее запахнула одеяло.

– А ну ка, подымайся. Пока никто спать не собирается. Иди сюда. – она отвернулась и скользнула к дивану.

Нил встал. Его скомканное одеяло валялось на полу. Он поднял его и бросил на кресло.

Сью, укутанная от плеч до лодыжек в другое одеяло, опустилась на диван, откинулась на спинку и положила босые ноги на кофейный столик.

Нил потянулся и охнул, разминая мышцы.

Когда он подошел к Сью, та скрестила лодыжки и сказала:

– Ты должен дать мне несколько книг почитать. Тогда хоть знать буду, о чем ты говоришь, когда ты снова начнешь щеголять своей образованностью.

– Ладно. – он сел рядом с ней.

– Мы даже можем почитать друг другу вслух.

– Я бы хотел, чтобы ты мне почитала «Железную хватку»[37]37
  «Железная хватка» или «Настоящее мужество» – роман Чарльза Портиса 1968 года в жанре вестерна.


[Закрыть].

– Ну так принеси мне ее, и я это сделаю. А теперь расскажи мне, что произошло между тобой и этим… Лесли Глиттом.

Нил приобнял ее, закинув руку на плечо. Одеяло на ощупь было мягким и приятным. Он предположил, что ей, должно быть, доставляет удовольствие быть завернутой в мягкую теплую ткань.

Она прислонилась к нему.

– Ничё не упускай, – сказала она.

– Ничего, – поправил он.

– Ничего не упускай, – сказала она. – Или давай лучше я влезу тебе в голову. Как вчера в машине.

Вчера? Неужели только вчера он позволил Сью поцеловать браслет и проникнуть в него?

«Чтобы доказать, что я не убивал Элизу».

Казалось, это было так давно.

«В тот день я встретил Сью. Незадолго до того, как она поцеловала браслет и случайно вошла в меня. Вчера? По дороге в Форт…

Во вторник. Это было во вторник. Мы провели там всего одну ночь, уехали на следующий день… в среду. Возвратились ко мне домой, потом приехали сюда. Это было вечером в среду.

А сейчас больше похоже на утро четверга».

Он посмотрел на ярко-красные цифры на видеоплеере Марты.

3:56 утра.

«Да, точно. Утро четверга».

– Может, тебе стоит просто послушать, – сказал Нил.

– Пожалуйста!

– Я не уверен, что ты захочешь быть во мне. Я видел ужасные вещи.

– Ничего, выдержу. Ну, давай.

Вздохнув, Нил убрал руку.

Когда он снял браслет со своего запястья, Сью сказала:

– Но в любом случае расскажи мне об этом. Хочу услышать рассказ. Не просто думай про себя. Расскажи мне все своими словами, как ты делал это в машине.

– Я не уверен, надо ли это делать.

– Зато я уверена. Так будет лучше всего. – Передняя часть одеяла задралась и разошлась, и ее правая рука оказалась снаружи. Она протянула руку Нилу, прижав при этом свою грудь сбоку.

Он надел браслет ей на запястье.

– Ты точно уверена? – спросил Нил.

– На сто тыщ процентов.

– Если станет слишком тяжело, просто уходи.

– Все будет хорошо, – сказала она, поднесла руку ко рту и поцеловала голову змеи.

И сразу обмякла. Падая, ее рука отбросила одеяло в сторону. Ладонь шлепнула по голому бедру.

Нил увидел, что вся правая сторона ее тела обнажена, за исключением лоскута синего одеяла, которое прикрывало правую ногу от колена до лодыжки.

«О, прекрасно. Смотри на нее. Привет, Сью, ты просто прелесть. Но как мне, по-твоему, сосредоточиться…?

Я мог бы ее прикрыть».

Он не хотел ее прикрывать. Ему хотелось смотреть. И прикасаться.

«Разве мы недостаточно занимались этим раньше?

Этого никогда не бывает достаточно».

Он вздохнул. Затем протянул руку над телом Сью, поднял одеяло и накрыл ее.

– Я такой джентльмен, – сказал он. – Как бы то ни было, вот что произошло. Мне было очень неуютно в кресле. О сне не могло быть и речи. Поэтому я поцеловал браслет и унесся…