Текст книги "В чужом теле (ЛП)"

Автор книги: Ричард Карл Лаймон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 34 страниц)

Глава 30

Пока Нил обувался, Сью сказала:

– Мы могли бы сэкономить, если только один из нас пойдет в Форт.

– Ага, и еще больше сэкономить, если никто не пойдет.

– Не, я в том смысле, что я могу как бы пойти туда нормально, а ты будешь во мне – с помощью браслета. Понял? В моем теле? Так и сходим туда за полцены.

Нил внимательно посмотрел на нее, испытывая серьезное искушение согласиться.

Но когда она мылась, искушение было еще сильнее. Тогда он сумел сдержаться – значит, сможет отвергнуть и это наглое предложение.

– Что-то, я смотрю, тебе прямо не терпится меня затащить в себя, – заметил он.

Она пожала плечами.

– Мне скрывать нечего.

– Надо полагать.

– Ну короче ты понял, да? – она пошевелила плечами и бедрами, одновременно помахав руками перед собой в стиле жонглера, – Ты будешь типа как в гостях, только лучше. Сможешь отлично провести время за мой счет. Я покатаюсь для тебя на всех аттракционах попробую всю жратву, какая там продается, и так далее. Ну круто же, а? Ты сидишь спокойно в комнате, а все лишние калории достанутся мне, а если Пони-Экспресс разобьется там или еще что, то меня разнесет на кусочки, а ты спокойно домой поедешь.

– Очень обнадеживающая мысль.

– Ну, я в смысле… не то чтобы я хочу сдохнуть. Просто, если это случится, то ты сможешь вернуться в свое тело, и ничего тебе в любом случае не грозит.

– Ты весьма предусмотрительна.

– Ну и денег сэкономим тоже, да.

– Зачем нам экономить? У нас ведь скоро будет пятьдесят тысяч, буквально со дня на день, так ведь?

– Ну-у… эта тема пока немножко мутная все-таки.

Нил поднялся на ноги и сказал:

– Давай-ка все же пойдем в Форт вдвоем. Я слишком долго провел в дороге, чтобы теперь сидеть в отеле и ловить какие-то крохи впечатлений через тебя.

– Через меня будет даже прикольнее.

– Может быть.

– Ты сам не знаешь, от чего отказываешься.

– О, я вполне могу представить. Но я должен пойти туда сам. Во-первых, я проголодался. Сколько бы ты там чего ни съела, а мой желудок останется таким же пустым.

– Ладненько, – сказала она, – Ну, мое дело предложить.

– Ты готова идти?

– Почти. – она вернулась в ванную и закрыла дверь.

Пока ее не было, Нил стал размышлять, что делать с браслетом. Подумал было сунуть его в сумку вместе с пистолетом, но испугался, что номер могут обокрасть. Он снял браслет с запястья и положил в передний карман брюк.

Сью вскоре вышла из ванной, уже с маленькой матерчатой сумочкой на бедре. Она вновь надела свои кроссовки с белыми носками. Полотенце больше не свисало с ее плеч, но оставило на рубашке темные влажные пятна. Ее волосы, все еще не до конца высохшие, были аккуратно зачесаны за уши и назад, спадая на ее спину словно густой желтый занавес.

Такая бледная, свежая и чудесная …

– Нормально выгляжу? – спросила она.

– Отлично. Готова?

Она придирчиво поглядела на себя, потом подошла к зеркалу и изучила отражение.

– Как по мне, тоже отлично, – наконец объявила она, засмеявшись.

Получив возможность видеть девушку одновременно спереди и сзади, Нил поразился, насколько обнажены были ее руки и ноги.

Рукавов вообще нет, юбка тоже едва что-то прикрывающая…

– Ты так не замерзнешь? – спросил он.

– А есть варианты? У меня больше нету ничего – ну, если только ты не хочешь, чтоб я гуляла там в официантских шмотках.

– У меня есть кое-какая одежда в чемодане, могу поделиться.

– Да не надо, – отмахнулась она. Потом подошла к нему, взяла за руку и повела к двери.

Они никого не встретили в коридоре. После короткого ожидания прибыл лифт. Кабина оказалась пустой, как и в прошлый раз. Они зашли внутрь.

Вновь Сью проявила какое-то необычайное увлечение зеркалами.

– Глянь, ты как будто ты в них пропадаешь типа, – сказала она, – Становишься все меньше и меньше, а потом пыщ, и пропадаешь… – она скривила гримасу, – Че-то мне стремновато как-то.

Ее пальцы плотнее сжались на руке Нила.

– Надо было им еще на полу зеркало сделать, – прокомментировал он.

– Слышь, ты! – не отпуская, она толкнула его плечом.

– Я это сказал просто чтоб тебе не так страшно было.

– Ты б небось хотел, чтоб там зеркало было, чтобы мне под юбку смотреть.

– Да не-е…

Лифт не остановился ни на одном из этажей по пути. Они вышли в зал казино, пробрались через табачный дым, запахи алкоголя и духов, звон монет и игровых автоматов, прошли мимо регистрационной стойки и вскоре оказались на улице, наедине с низким вечерним солнцем и приятным, свежим ветерком.

– Ой, здорово-то как! – сказала Сью. Пробежав вперед, она подняла вверх руки, словно желая обнять солнце или воздух. После нескольких шагов, она стремительно развернулась. При ее повороте Нил краем глаза поглядел на бледную кожу подмышки и бока, что открылась через широкую дыру в рубашке на месте отрезанного рукава.

А потом она начала пятиться, повернувшись лицом к нему и улыбаясь, все еще держа руки поднятыми. Ветер, дувший ей в спину, развевал длинные светлые волосы, заставляя их захлестывать лицо слева и справа.

«Боже, вы только гляньте на нее…» – подумал Нил, ощутив внезапный укол грусти, влечения и радости одновременно.

Он помотал головой.

Нет. Я не могу в нее влюбиться. Она же всего лишь ребенок.

Глупая малолетка. Досадная помеха. Дурочка. Ангел.

«Прекрати! Вспомни о Марте!»

Сью опустила руки, но продолжала пятиться.

– Что случилось? – спросила она.

– Ничего.

– У тебя рожа такая, как будто что-то стряслось.

– Ничего. Кроме тебя.

– Очень мило, – произнесла она, сразу же рассмеялась, после чего пристроилась к нему сбоку, взяв за руку.

Позади них был поселок, а впереди ничего кроме «Форта». Она сошли с тротуара и двинулись неторопливым шагом прямо по проезжей части. Вскоре, асфальт закончился. Впереди тянулась накатанная желтая грунтовка, разделявшая пополам широкое поле и достигавшая входа в деревянное укрепление.

Сразу же за главными воротами они наткнулись на ряд билетных касс. Из десятка окошек работало только одно. Человек семь-восемь стояли в очереди за билетами.

Цена входного билета, выведенная огромным шрифтом на табличке у каждой кассы, составляла двадцать долларов со взрослого.

Время закрытия – в полночь по пятницам и субботам, и 22:00 в любой другой вечер.

Сегодня был вторник.

– Стрелять-колотить! – выпалила Сью.

– Чего?

– Двадцать баксов! С двоих – сорокет! Говорила ж я тебе, надо было с браслетом.

– Все еще дешевле, чем в Диснейленде. – указал Нил.

– Ну блин, я столько платить не буду.

– Я заплачу за двоих, – сказал Нил, – Ничего страшного. За мой счет. Не волнуйся об этом.

– Но сорок баксов!

– Не переживай так.

Она покачала головой.

– Грабеж средь бела дня.

– Невелика потеря, – сказал ей Нил, – У нас же будет пятьдесят тысяч через пару дней.

– Ой, ну конечно.

Невзирая на протесты Сью, они остались в очереди. Цена билетов не особенно смущала Нила, но он не хотел тратить столько наличных, поэтому решил расплатиться кредиткой. Оплаты картой неизбежно оставят электронный след. Но это не должно было иметь значения: он не особенно опасался, что его может преследовать полиция.

С чего бы?

Они могли найти его визитку в доме Элизы, но крайне маловероятно. Нил был практически уверен, что визитная карточка досталась Распутину.

А Распутин так и не навестил его квартиру, так что тем более вряд ли попытается выследить его по платежам с кредитной карты.

Не факт, что у него даже есть такая возможность.

Но предположим, что есть? Предположим, что он уже оклемался, и решил, что настало время со мной поквитаться, заткнуть мне рот…

Нил убрал свой «Мастеркард» обратно в бумажник, потянулся за купюрами, и внезапно вспомнил, что уже оплатил кредиткой комнату в гостинице «Апач».

Роковая ошибка уже совершена.

«Да нету тут, скорее всего, никакой роковой ошибки». – уверил он себя. Но все-таки это оплошность – пользоваться кредиткой в отеле. На тот момент, он даже не задумывался, что Распутин мог бы его выследить таким способом.

Не волнуйся. Даже если это один из тех типов, которые могут все про тебя выяснить на информационных просторах – реальные, физические просторы никто не отменял. У него уйдет восемь-девять часов чтобы только добраться сюда.

Нил провел небольшое мысленное вычисление, сосчитав, сколько часов прошло с момента заселения в гостиницу и оплаты пластиковой картой.

Ублюдок может быть здесь уже к полуночи!

«Но его здесь не будет, – напомнил он себе, – Если только он не умеет магически залечивать огнестрельные раны».

Никто не станет подвергать себя такой чудовищной пытке, какой станет поездка за рулем на пятьсот миль при наличии двух-трех свежих отверстий в теле.

Если он не рехнулся окончательно (или не умер), следующие недели две будет в основном только отлеживаться.

Нил поборол сомнения и оплатил картой входные билеты. Которые вскоре и вручил парню, одетому в синий мундир кавалериста. Билетер порвал бумажки пополам. С обрывками билетов в руке, Нил провел свою спутницу через турникет.

За турникетом Сью взяла его за руку. Они какое-то время стояли там бок о бок, осматриваясь.

Прямо впереди располагалась широкая открытая площадка – вероятно, парадный плац. Довольно приличная толпа собралась рядом. Зрители наблюдали за каким-то представлением, которое устраивал отряд всадников в военных мундирах. Солдаты скакали на лошадях с саблями наголо.

Плац был окружен бревенчатыми зданиями, которые вмещали, вероятно, разнообразные магазины и рестораны. Все аттракционы и прочие увеселения «Форта», видимо, находились в дальнем конце комплекса. Много людей гуляло также по широкому проходу вдоль частокола. Вдали Нил видел верхушки аттракционов.

– С чего желаешь начать? – спросил он.

Сью пожала плечами.

– Хотелось бы все ухватить. Давай чтоль с того края начнем, и дальше по кругу?

– Испытанный временем круговой метод пользования парками развлечений против часовой стрелки?

Она скорчила гримасу.

– Чего?

– Пойдем сюда, – сказал он, протянув руку.

Они пересекли пыльный плац, миновали пару лошадей у коновязи, затем вскарабкались на деревянный настил и вошли в первую лавку.

Магазин специализировался на одежде дикого запада. Они походили несколько минут, любуясь ковбойскими шляпами, сапогами, вышитыми рубашками, джинсами, кожаными жилетами, куртками из оленьей кожи, серебряными пряжками и галстуками боло[16]16
  Галстук-боло (bolo tie) – галстук из кожаного шнурка, украшенный металлическими наконечниками и декоративной пряжкой. Считается традиционным аксессуаром запада США.


[Закрыть].

– Если тебе что-нибудь приглянется, – сказал Нил, – не стесняйся.

Сью нахмурилась, пожала плечами и мотнула головой.

– Я лично обожаю такие штучки, – признался Нил уже на улице, – Единственная проблема: если ходить в ковбойском прикиде по Лос-Анджелесу, тебя с высокой вероятностью могут избить. Или пристрелить.

– Свалить бы тебе надо оттуда.

– Ну, не знаю.

– Почему б тебе не рвануть со мной? Будем кататься на моем полноприводном джипе, посмотрим страну. Сможешь наряжаться в свои чапсы[17]17
  Чапсы (chaps), или чаппарахос – ковбойские кожаные штаны. Рабочая одежда, надеваемая для верховой езды поверх обычных штанов.


[Закрыть], с десятигалонной шляпой стетсон, звенящими шпорами, и всякое там прочее. Я тебя даже не побью и не пристрелю, чесслово.

Нил знал, что она шутит.

Но в то же время, подозревал, что она сказала это всерьез.

Пока они ходили по сувенирным магазинам, Нил подумал, а каково бы это могло быть – путешествовать по стране вместе со Сью. Это казалось дурацкой фантазией, чем-то несбыточным.

Ему надо было зарабатывать деньги, строить карьеру. И как же Марта? Он не мог просто взять и бросить ее.

Черт возьми, у него не было ни малейшего желания бросать Марту. Он любил ее. И предполагал, что в не самой дальней перспективе, возможно, предложит ей пожениться.

Он все еще хотел на ней жениться. Скорее всего.

Но теперь появилась Сью.

А вдруг окажется, что она меня любит и реально хочет, чтобы я был с ней?

Тогда у тебя проблема, дружок. Придется выбирать между ними.

«Как это было бы иронично, – подумал он, – если вдруг придется делать выбор между двумя женщинами, после того как у тебя столь долго не было ни одной».

До Марты у него было примерно десять лет пустоты. Он встречался изредка с девушками, но ничего серьезного из этих отношений не получалось.

Вернее, у него-то как раз были серьезные намерения в отношении как минимум нескольких, но ни одна из прошлых пассий не разделяла его энтузиазма. Большинство из них, похоже, просто находились в поиске «крупной рыбы» – парня, который уже богат, либо находится на верном пути к большим бабкам.

Нил никак не подпадал под это определение.

Первый и единственный раз в жизни он сделал предложение в возрасте двадцати одного года, в адрес Джуди Фейн, однокурсницы в Южно-Калифорнийском Университете. Она ответила тогда: «Я тебя люблю, Нил, честно. Ты очень милый. Но боюсь, что ты никогда не сможешь обеспечить тот уровень жизни, которого я собираюсь достичь».

Вопрос денег никогда не возникал с его первой любовью, Сэмми Уайт. Но та девушка уехала на восток страны, когда им обоим было по семнадцать лет. Они продолжали общаться еще месяцев девять, но потом она рассказала по телефону про парня по имени Кит…

Дальше у него с женщинами все становилось только хуже и хуже.

Пока не появилась Марта.

Ее, похоже, совершенно не волновало, что он никак не тянет на будущего миллионера.

Любит меня таким, какой я есть.

Однако, к моменту знакомства с Мартой он уже успел продать один сценарий и имел еще несколько проектов на разных этапах готовности.

У же не был конченым неудачником.

– Жрать хочешь? – спросила Сью, прервав его мысли.

– Еще как! – сказал он и в следующую секунду осознал, что стоит вместе с ней на пороге гриль-бара «Сочные ребрышки».

Сью запрокинула голову. Полу-прикрыв глаза, она глубоко втянула ноздрями воздух.

– Пахнет шикардосно, – объявила она.

Воздух, доносившийся изнутри, был наполнен густыми ароматами древесного дыма, шкворчащего мяса и соусов.

– Давай зайдем, – сказал Нил.

– Да там цены небось опупенные. Может, кому-то одному пойти, а…

– Не переживай. Пойдем.

Она медлила.

Нил легонько хлопнул ее по попе. Просто в шутку, чтобы побудить ее сдвинуться с места, без какого-либо иного подтекста. Но в результате сам удивился тому, насколько ярко ощутил мягкую теплоту ее нагретой солнцем кожаной юбки и твердую упругость бедра.

Усевшись за столик у дальней степы гриль-бара, напротив друг от друга, они заказали себе по «маргарите».

Официант попросил Сью показать документ. Мило улыбнувшись, она достала свой толстый бумажник, немного порылась в одном из отделений, после чего извлекла водительское удостоверение.

Официант коротко изучил его, затем сказал:

– Спасибо, мисс Тейлор.

Когда он ушел, Нил спросил:

– Твоя фамилия разве не Бэбкок? Барбра Сью Бэбкок?

Она ухмыльнулась.

– Когда я пью, меня зовут Элейн Тейлор.

– Закоренелая преступница.

– Угу.

– Чем еще противозаконным промышляешь?

– Да ничем особо, – наклонившись вперед и поглядев ему в глаза, она сказала, – А против закона, если пойти в гриль-бар и сидеть там без кальсонов?

Нил смутился.

– Издеваешься. – пробормотал он.

Широко улыбаясь, она выпрямилась, немного поерзала на месте, потом сказала:

– Не-а. Чистая правда.

– Чего ты пытаешься добиться? – спросил Нил.

Девушка молча пожала плечами.

– Тебе же известно, что я… что у меня отношения с Мартой.

– Знаю. Но это ж не значит, что я обязана носить кальсоны? Нет, не значит.

Появился официант с их коктейлями. Когда он удалился, Сью взяла матерчатую салфетку со стола, расправила ее и положили себе на колени.

Нил тоже развернул салфетку.

– Смотри на пол не урони, – сказала ему Сью, – А то судя по твоему виду, тебе никогда смелости не хватит за ней под стол нагнуться.

Нил засмеялся, и часть напряжения покинула его.

Он успокоился еще больше, пока они разговаривали, цедили свои «маргариты», подкалывали друг друга, изучали меню.

Еду они заказали одинаковую: жареные свиные ребрышки в медовой глазури, кукурузу в початках и картошку фри.

Когда официант собрался уходить, Нил заказал еще по порции маргарит.

– Ну так что… – спросила Сью, – Ты жениться-то на Марте собираешься?

– Возможно. Не обязательно.

– Она, вроде, очень милая, судя по тому, что я слышала.

Нил на мгновение нахмурился, растерявшись.

Как она… Откуда…

– А, ну да.

– Забыл, что я в тебе побывала?

– Вылетело из головы.

– Слушай, не хочу я так прям лезть в твои дела, но…

– Но сейчас полезешь?

– Ну… – она нахмурилась, – Я просто смотрю, ты вроде как ее боишься немного. Марту. И я это даже без браслета заметила. И кстати, про браслет ты ей так и не сказал. И потом, просто взял и сбежал только из-за этих вон царапин на руках. Понял, о чем я? А потом, по телефону, единственная причина, почему ты ей про меня сказал – решил, что она все равно узнает рано или поздно. И быстро просёк, что лучше ей сразу все выложить, иначе хуже будет.

Он поглядел на Сью. Сделал глубокий вдох.

Логичный результат того, что по глупости дал ей воспользоваться браслетом.

Есть ли хоть что-то, чего она еще обо мне не знает?

– Ну, и? – спросил он.

– Не, я ж не говорю, что ты должен ее бросить, ничего такое…

– Ничего такого.

– Точно. Я ничего такого не говорю.

– Что ж, хорошо.

– Ну и я как бы не говорю, что с ней что-то не так. Тоже ничего такого. Я просто говорю, что вы с ней даже не женаты, а она уже тебя загнала под каблук, и ты все время боишься сделать что-то не то, лишь бы она на тебя не разозлилась.

– Я люблю ее, – сказал Нил.

И почувствовал, что произнес эти слова слишком легко.

– Ну, как скажешь. Но вот только, есть у меня мыслишка, что меня ты любишь больше, чем ее.

– Ты рехнулась. Я тебя едва знаю.

– Не забывай, дружочек, я была у тебя в голове, – подчеркивая ударение на каждом слове, будто осваивая новый язык, она повторила более грамотно, – Я… была… в твоей… голове.

Глава 31

После трапезы Нил расплатился кредиткой.

Когда они выходили из ресторана, его взгляд упал на часы.

Без десяти семь.

– На свиданку опаздываешь? – спросила Сью.

– Парк в десять закрывается.

– Знаешь, чего думаю? – предложила она, – Нам надо с тобой по-быстрому идти сразу на горки, а магазины и всякое прочее оставить на потом. Согласен?

– Согласен.

– Ну вот и договорились! – улыбнувшись, Сью взяла его за руку, – Спасибо за ужин. Вкуснятина. Ребрышки – вообще, просто язык проглотишь.

– Да, очень даже неплохие.

– Я нормально сейчас сказала?

– Вполне.

– А ты заметил, как я не сказала «ваще».

– Заметил.

– Действительно же очень вкусно было, – сказала она, тщательно выговаривая каждое слово.

– Да, было.

Тогда, за ужином, Нил лишь смутно заметил, насколько сладкими и пряными были ребрышки. Большую часть времени он не мог сконцентрироваться на еде. Мысли в голове путались – и не столько из-за выпивки, сколько из-за Сью. Сердце колотилось слишком быстро. На протяжении всей трапезы у него был комок в горле, а также постоянная эрекция разной степени напряженности в штанах.

Ничуть не помогло, когда она сообщила о своем «безкальсонном» статусе.

Также не помогло наблюдение за тем, как она причмокивала и слизывала липкий соус со своих пальцев, периодически удовлетворенно постанывая и закатывая глаза.

Зато помогло нечто иное.

Незадолго до прибытия еды, Сью перевела разговор на тему, которая не имела никакого отношения ни к женщинам, ни к наличию или отсутствию белья на ком-либо.

– Не то чтоб я прям ваще не знаю, как по-нормальному говорить. Просто никогда особо не приходилось. Повода не было там, то-сё. Слышь, а давай, ты мне покажешь, чего и как я там неправильно говорю?

– Ты уверена, что хочешь на это тратить время?

– Конечно. Оно мне надо, тебя позорить? И тебе оно надо, когда я болтаю как Джед Клампетт?[18]18
  Джед Клампетт – персонаж телесериала «Деревенщина из Беверли-Хиллз», пожилой глава семейства с деревенскими старомодными манерами.


[Закрыть] Блин, ты же у нас большой голливудский сценарист.

Нил рассмеялся.

– Не настолько большой. Может, когда-нибудь стану.

– Ну короче, меня срочняком надо научить как чётенько базарить, без всякого там.

Судя по ее ухмылке, над последней фразой она специально постаралась.

– Что ж, – сказал Нил, – давай попробуем…

После этого, в любую минуту, когда они не пили коктейли, не жевали еду и не пытались слизать вездесущий соус со своих пальцев, все их разговоры касались улучшения речевых навыков Сью.

Нилу помогло поработать немного учителем словесности. Он мог сконцентрироваться на том, что знал и умел, не отвлекаясь на прочее. По крайней мере, какое-то время.

Но ему так и не удалось ни на мгновение освободиться от знания, что Сью прекрасно осведомлена о его чувствах.

Она знает, что я в нее втюрился.

У нее под юбкой ничего нет.

К моменту выхода из гриль-бара «Сочные ребрышки», он чувствовал себя вымотанным как после тяжелой работы. Судя по времени на наручных часах, парк должен был закрыться часа через три.

Нил и Сью пошли, держась за руки, ко входу в дальнем конце частокола.

Солнце только-только скрылось за горами на западе.

Теперь вся гряда была подсвечена ослепительно-золотым сиянием, которое исчезло, когда они прошли под кривоватым деревянным знаком, где можно было прочитать:

НЕОСВОЕННЫЕ ТЕРРИТОРИИ.

– Ну, что ж, – произнес Нил.

Сью сжала его ладонь и ухмыльнулась.

– Это настоящее. – сообщил он.

– В смысле? Настоящее что?

– Карнавал.

Хотя солнце едва успело сесть, все огни в Неосвоенных Территориях ярко горели, наполняя сумерки красным, зеленым и желтым.

Десятки переливающихся разноцветных огней. И шум. Ярмарочный шум.

Гудки каллиопы[19]19
  Каллиопа – музыкальный инструмент, вид органа, использующий промышленные или локомотивные гудки.


[Закрыть], бренчание банджо, грохот и рев американских горок, крики и визги, возгласы зазывалы, баханье выстрелов из тира, звон колокольчиков… другие звуки, которые Нил не мог ни различить, ни опознать. Карнавальный шум. И карнавальные запахи сигарного дыма, сладкой ваты, попкорна, выпивки, парфюма и лосьона для загара…

И люди.

Не гигантские толпы, что всегда присутствуют в Диснейленде, Волшебной Горе и тому подобных парках, но гораздо больше народу, чем Нил ожидал встретить в таком месте, как Форт. Они не могли все быть местными. Нил мог предположить, что некоторые приехали из таких городов как Рино, Спаркс, или с озера Тахо…

Можно было различить ковбоев, дальнобойщиков, плотников, официанток, студентов, туристов с рюкзаками, учителей, великовозрастных хиппи, бойких пенсионеров. Были молодые супружеские пары. Маленькие дети на колясках и в рюкзаках родителей. Дети постарше, с криками бегающие туда-сюда.

Стайки подростков-старшеклассников, что пытались выглядеть крутыми взрослыми мужиками. Стайки старшеклассниц, что жевали жвачки, перешептывались и хихикали. И юные парочки, что гуляли, мило держась за ручки, полностью увлеченные друг другом.

Ни одного типа бандитской наружности в пределах видимости Нил не замечал.

Повсюду ковбойские шляпы, узкие джинсы и сапоги.

Никаких мешковатых штанов, спущенных до середины задницы, никаких огромных рубашек и курток, призванных спрятать выпирающий 9-миллиметровый пистолет, или обрез дробовика, или автомат «Узи».

– Ну, Тотошка, мы определенно больше не в Лос-Анджелесе… – пробормотал Нил.

– Нет. – сказала Сью, – И я там никогда не была. В Лос-Анджелесе. Но ты ж меня туда отвезешь завтра, да?

Он улыбнулся и пожал плечами.

– Не знаю. Возможно, мне захочется просто остаться здесь, где уютно и безопасно.

– Слышь, а безопасно ли на вон том «Пони Экспрессе», а?

– Сомневаюсь.

Гигантский белый каркас американских горок нависал над всеми прочими аттракционами и увеселениями в дальней части главного проспекта парка. Выглядел он как железнодорожный мост, построенный безумцем – настолько резко рельсы взмывали в сумеречное небо, а затем падали вниз, с крутыми как обрыв склонами, головоломными поворотами и новыми кручами.

Все это было увешано лампочками как рождественская ёлка.

Пока Нил глазел на сооружение вдали, поезд из полудюжины вагонеток взлетел на высочайшую точку и рухнул прямо вниз. Он увидел, как многие из пассажиров вскинули вверх руки, словно прося пощады. Услышал смутные, далекие крики ужаса и радости.

– Божечки… – произнес он.

– Все еще хочешь прокатиться, да?

– Смерть – долг наш перед Богом[20]20
  «Смерть – долг наш перед Богом» – фраза из пьесы У.Шекспира «Генрих IV».


[Закрыть].

– Никто не помрет. – они начали идти в сторону далекого аттракциона, – Ну если тебе стремно, всегда можешь сесть вон на лавочке, чмокнуть свой браслет, и покататься вместе со мной.

– Мне не страшно.

– На врунишке горят штанишки.

– По крайней мере, на мне есть штанишки, в отличие от некоторых.

Она мягко толкнула его плечом.

– Слышь, ну всему городу-то не обязательно рассказывать.

– Эй, вы!

Нил повернул голову.

Парень в ковбойской шляпе и красном фартуке, стоявший за низким заборчиком в игровой будке, поднял мячик. Похоже, смотрел он прямо на Нила.

– Да-да, вы! Подходите сюда! Выиграйте великолепный приз для юной леди! Один мяч – один доллар! Достаточно сбить три бутылки – и выигрыш твой! Ну давай же, ты ведь крутой мужик, я же вижу, покажи ей, на что способен!

Нил стеснительно улыбнулся, помотал головой, и пошел дальше.

– Э-э, неужто не хочешь показать мне, на что ты способен, крутой мужик? – с ухмылкой спросила Сью.

– Я не очень хорош в таких играх. А ты хочешь попробовать?

– Я? Я хочу на Пони Экспресс.

И они пошли дальше по пыльной дорожке между игровыми будками, киосками с едой, сувенирными лавками, множеством аттракционов и увеселительных павильонов – смотря по сторонам, но нигде не останавливаясь. С каждым шагом, который делал Нил, Пони Экспресс словно становился все выше.

К моменту, когда они достигли конца главной аллеи, каркас уже возвышался над ними, заслоняя небо – колосс из дребезжащих балок, окрашенных белой краской и увешанных разноцветными светильниками.

Они заняли место в хвосте очереди.

Сью запрокинула голову, поводила ей из стороны в сторону, затем сказала:

– Ну и здоровенная же, зараза.

– Никто нас не обязывает на нем кататься. Нет такого закона.

– Еще как есть! Закон имени меня: «Не ссы, просто делай».

– С таким правилом по жизни, можно в какие угодно неприятности встрять.

– Пока прокатывало.

– Ну, готов поверить, что мы выживем. Вероятно.

Но по мере того, как очередь становилась все короче, Нил начал воображать обратное. Он представил, как вся сцепка тележек срывается с верхней точки рельс и летит над парком – с ним и Сью в переднем ряду.

Летит сквозь ночной воздух, падает, сносит деревья, и…

«Этого не будет» – сказал он себе.

Но что если произойдет землетрясение… Или сумасшедший террорист подорвет секцию рельс…

– Ты как, норм? – спросила Сью.

– В порядке. Просто слегка нервишки шалят.

– Ты когда-нить был на таких горочках?

– О, конечно. Много раз.

– А я – нет.

Нил с трудом поверил своим ушам.

– Ты никогда не была на американских горках?

– Не-а. Ни разу не бывала в местах, где они есть. Ну, до сегодняшнего.

– Никогда не была в парке аттракционов?

Она криво улыбнулась.

– Клёвая я, да?

Нил покачал головой.

– Кошмар какой, – сказал он.

– Ну, не конец света. Сейчас-то я здесь, разве нет?

Он положил руку ей на плечо.

– Ну да. Сейчас ты здесь. И если мы что-то пропустим сегодня, сможем вернуться завтра.

«А когда приедем обратно в Л.А., – подумал он, – я все ей покажу. Диснейленд, Ферма Нотта, Волшебная Гора, студии Юниверсал… Хотя это, конечно, киностудия, не совсем парк развлечений. Но все равно хочется ее туда сводить».

И еще деревянная набережная на Венис-бульваре.

И Голливудская Аллея Славы.

Окружная ярмарка, хотя она только в сентябре откроется.

Музей Джина Отри…[21]21
  Джин Отри – американский певец в стиле кантри.


[Закрыть]

Чтобы она везде побывала, надо все ей показать, и разделить с ней впечатления.

«Хотя, на набережную лучше не надо, – подумал он, – А то вдруг придется весь день уворачиваться от пуль и ножей».

Не хотелось бы, чтобы наше чудесное времяпровождение было испорчено досадной смертью кого-то из нас.

«А как же Марта?» – задумался он.

«А она тоже пойдет с нами.

Будем тусоваться втроем.

Марта и я – ну, понятное дело, как пара. А Сью и я – будем как брат с сестрой…»

Как Карен и Даррен?

– Что случилось? – спросила Сью.

– А? Нет, ничего.

– Да ты просто ща вздохнул так и башкой помотал, как будто твою собаку только что переехали и раздавили в лепешку.

Нил не смог сдержать улыбки.

– На самом деле, я размышлял о том, как Марта воспримет знакомство с тобой.

– Наложит в штаны от счастья, разумеется. Как же еще?

Нил рассмеялся.

– Может быть, ты и права.

Внезапно, они оказались первыми в очереди. Работник парка в кавалерийском мундире поманил их вперед. Нил последовал за Сью через турникет. Пока они шли по деревянной платформе, девушка в наряде из сыромятной кожи с бахромой сказала им встать у цифры один.

Номера были нарисованы краской у края платформы.

Чем меньше число, тем левее.

Не требовалось особой догадливости, чтобы сообразить, что номер один будет первым по ходу движения.

Но Нил все равно был шокирован, узнав, что им предстоит сидеть в первом ряду головного вагона.

Он издал сдавленный стон.

– Ну теперь-то что еще? – поинтересовалась Сью.

– Мы первые.

– Ну и круто!

– Аййй! – вскрикнул он, когда Сью со смехом ущипнула его за руку.

Пони Экспресс еще не прибыл. Однако Нил его слышал. Слышал грохотание и дребезжание металла, слышал визги пассажиров. Он ощущал дрожь и вибрацию платформы под ногами.

О господи, я не хочу туда!

Мы разобьемся!

Он чувствовал, словно все его внутренности опускаются и скукоживаются.

«Нет причин бояться, – сказал он себе, – Ничего не случится. Это просто американские горки.

Аттракцион для развлечения.

На самом деле он вовсе не опасен. Опасность ненастоящая».

Его ноги ослабли. Мурашки забегали по всей коже.

Просто скажи ей, что не хочешь. Пусть едет одна.

И показать себя трусом?

Я стоял лицом к лицу с маньяком! И пристрелил того ублюдка! Я не могу испугаться дурацкого аттракциона.

И упомянутый аттракцион внезапно прибыл.

Состав резко остановился, оказавшись сиденьями головного вагона чуть ниже края платформы, прямо перед местом, где стояла Сью.

Когда, фиксирующие рамы поднялись вверх, мужчина и маленький мальчик начали вылезать с другой стороны. Мальчик, на вид не старше десяти, ухмылялся как мистер Сардоникус[22]22
  «Мистер Сардоникус» – фильм ужасов 1961 года, главный герой которого обладает лицом, неестественно застывшим в широкой ухмылке.


[Закрыть].

– О господи, – пробормотал Нил, – Мелкий гаденыш сошел с ума.

Сью сжала его руку.

– Насколько эта штука вообще безопасна?

Поразившись этой внезапной нервозности, которой он совершенно не ждал от девушки, Нил внезапно сам немного приободрился.

– Если б на ней разбивались – она бы тут не стояла. Так думаю.

Ответ, похоже, обнадежил ее.

– Ну да, так оно и есть, наверное.

– Все с нами будет хорошо, – сказал Нил, почувствовав себя еще лучше.

– Ладно.

Она пошла первой. Нил следом. Как-то слишком быстро, они уже оказались сидящими бок о бок, зафиксированные металлической рамой.

– Готова? – спросил Нил.

– Это вряд ли! – скорчив гримасу, Сью сжала раму обеими руками.

Вагонетка дернулась вперед и сразу начала громыхать и дребезжать, медленно взбираясь по склону. Она поднималась все выше и выше. Крутой подъем вжал Нила в подушку сиденья под ним. Впереди вздыбленные рельсы словно уходили в бесконечность.

– Мне это не нра-вит-ся-я! – пропела Сью.

– Веселье еще даже не началось, – сказал ей Нил, – Ты подожди, пока мы до вершины доберемся.