Текст книги "Возможны варианты (СИ)"
Автор книги: Рената Андреева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)
Глава 21
Кристина
При виде пленного охотника я удивилась, как обманчива может быть внешность. Как ни странно, он мне показался симпатичным добродушным парнем: высокий, подтянутый, с приятным открытым лицом. И это безжалостный истребитель вампиров? Но вот когда он начал рассказывать мне про войну с вампирами, я начала менять своё мнение. Какие ужасы про вампиров он рассказывал! Свою деятельность Стас не выпячивал на первый план, но я поняла, что этот парень действительно готов рисковать жизнью, истребляя вампиров, просто потому, что считает это правильным. Не так уж много я встречала таких людей. Я начала испытывать к нему симпатию и уважение. Мне нестерпимо хотелось узнать мнение Ника о рассказе Стаса, но я решила, что неправильно вести такой разговор в присутствии охотника. Зато, когда мы уже сели в машину, я сразу спросила:
– Ник, то что этот парень рассказывал про вампиров, это всё правда? На самом деле столько крови и смертей?
– Угу, – буркнул вампир, – Почти везде так. Я поэтому и пришёл к Дэну, что у него по-другому.
– Я бы и вас ангелочками не назвала, – заметила я, – И много вас таких, в белом и в блёстках?
– Примерно десять процентов, – тихо сказал вампир.
– Но вы же общаетесь! Вон, в гости друг к другу ездите. И как же это согласуется? Каждый пытается убедить другого в правильности своего образа жизни? Или тема не обсуждается?
– А что тут обсуждать? – пожал плечами вампир, – Каждый сам выбирает свою дорогу и сам идёт по ней. Мы не вмешиваемся в чужие дела.
– И никаких изменений не предвидится?
– Нет, не думаю. Да и с чего вдруг? Наше общество весьма консервативно. Охотники убивают, как правило, только желторотых птенцов, которые менее осторожны. Они не всегда владеют ментальным контролем в полном объёме, да иногда и себя контролировать не могут. Среди тех, кто старше, текучка небольшая.
Мне стало жутковато. Похоже, что деятельность охотников вполне оправдана и необходима.
Ник довёз меня до проходной, поцеловал на прощанье и, сказав, что позвонит, укатил. Я помчалась на работу.
Прибыв в точно положенное время на рабочее место, я налила себе чай и, поглядывая в сторону моей напарницы Марины, которая в быстром темпе кидала батоны в лотки, стала переваривать новости. Что будет со Стасом после допроса? Хотелось бы мне, чтобы его просто выкинули из города, пусть бы себе охотился на вампиров-убийц и дальше, но что-то слабо верилось в такое развитие событий. Могу ли я что-то для него сделать? Или мне придётся решать, что для меня важнее: отношения с Ником или жизнь Стаса? И на решение у меня неделя, а, может и того нет, вдруг Боря раньше приедет. Ник дал мне ключ от дома и объяснил, как отключать сигнализацию. Я прикинула, сколько времени займёт у меня утренняя кормёжка военнопленного и, пока не поздно, позвонила бабушке предупредить, что на часок задержусь после работы. Помогла Маришке откатить неповоротливую полную вагонку и разбросать завал, и снова села размышлять.
Плохо, что с Ником я толком поговорить так и не успела. У него годы и годы опыта плетения словесных кружев, но принцип я уже поняла: надо получать конкретные ответы. Вот сегодня, когда я спросила его про "вампирские штучки", смысл ответа был отрицательный. Но он ведь не сказал "нет". Ясно, что если он не говорит ни "да", ни "нет", значит, что-то скрывает. Я уже и сама тоже недомолвками стала изъясняться. Вот уж, с кем поведёшься...
Вот вчера, как только я пришла на работу, меня сразу взяли в оборот, расспрашивая про Ирину. Мы же с ней собирались вечер провести вместе. Я призналась, что настроения особого не было, и я ушла из клуба первая, оставив Ирку со знакомыми. Сказала, что была у неё в больнице. Добросовестно повторила её рассказ о парне с собакой. Я в своём повествовании не соврала ни единым словом, а какое отношение имеет моя история к реальным фактам?
Хотела я поговорить сегодня с Ником по поводу Ирины, но из-за охотника просто не успела. Значит, это потом. И о Стасе тоже надо спросить. Может быть, у Ника есть и какой-нибудь бескровный вариант. А вот от того, что не надо говорить с Ником про возможность беременности, я только испытала облегчение: всё-таки мне казалось достаточно неловким начинать такой разговор. Повезло, что нужная информация и так получена, хотя я ещё не решила, радоваться по этому поводу или печалиться. С одной стороны, меня вовсе не прельщала возможность стать матерью-одиночкой, с другой – при мысли о том, что у меня мог бы быть малыш, похожий на Ника, сладко замирало сердце. Но что толку грустить о несбыточном! Я вздохнула, натянула рабочие рукавицы и пошла менять Маринку.
В следующий свой перерыв, я уткнулась в книжку, которую мне сунула Света, надеясь отключиться от навязчивых размышлений. Всё равно ничего путного в голову не приходит, у меня ночью вообще часто голова тяжёлая, а с проблемами я и по ходу дела разберусь. Книга оказалась романом-вестерном, сюжет был закручен хорошо, страсти нагнетались в меру. Герой, профессиональный стрелок, объяснял неизменной пышногрудой блондинке принцип ведения дуэлей: никогда не надо оставлять в живых своего раненного противника. Поправившись, он уже не будет тебя вызывать, зная, что ты сильнее, а выстрелит в спину.
Я отложила книгу. Зачем я себя обманываю? Я заметила, с какой ненавистью Стас глядел на Ника. А уж Нику, если он на нём кормился, этого и замечать не надо: он это и так прекрасно чувствовал. Шансы на то, что вампиры отпустят Стаса, минимальные. Конечно, сначала я попробую поговорить с Ником, но многого от разговора ждать не стоит...
Утром, когда я пришла к Стасу, он ещё спал. Ключей от решётки Ник мне не дал, а просто оставить тарелку на полу я не рискнула: откуда мне знать, может здесь крыс полно. Позвала его, сначала тихо, потом громче – никакого эффекта, парень даже не шелохнулся. Мне пришло в голову, что он мёртв: ну не может же человек в вампирской тюрьме спать таким богатырским сном. Лампочка в подвале горела тускло, и не видно было, дышит он или нет. Я впала в панику и начала орать, в результате Стас всё-таки сел и открыл глаза. Сначала он долго не включался, только тупо смотрел на меня, потом, наконец, подошёл за тарелкой. Он попробовал меня разговорить, но мне с ним было неловко, я чувствовала себя пособницей вампиров, и не могла смотреть ему в глаза. Выдавив из себя пару односложных ответов, я трусливо сбежала.
Отоспавшись после смены, я заехала за Настей, как и договаривались, и мы направились на дачу. С утра светило солнышко, но сейчас всё небо было затянуто непроницаемой однородной серостью, иногда накрапывало. В принципе, если и завтра так будет, нормально, только бы сильный дождь не зарядил. В доме было прохладно, поэтому мы сразу разожгли огонь в камине и устроились перед ним.
Настя была задумчивая, всё больше отмалчивалась.
– Ты сейчас как, встречаешься с кем-нибудь? – спросила я для затравки разговора.
Она отрицательно покачала головой и не ответила. Да что с ней такое сегодня?
– Странно, – заметила я, – вроде бы тебе должно быть проще найти парня. Я понимаю, конечно, что не каждый подойдёт, но ты девушка заметная, со всех сторон положительная, – по идее у тебя изначально более широкий выбор.
– Да нет у меня никакого выбора, – вяло огрызнулась Настя, – одни козлы.
– Это я от тебя уже слышала, но списала на плохое настроение от ссоры с другом, – озадаченно сказала я, – Не думала, что ты так глобально ополчилась на всю мужскую половину человечества.
– Ничего подобного, – возразила Настя, – я вовсе не считаю, что все парни такие. Я даже знаю многих чудесных ребят, только у них есть девушки. Беда в том, что ко мне такие не подходят. Я уж не знаю, в чём дело, но ко мне, как осы на варенье, всякая дрянь слетается. Рассматривают меня как какой-то выставочный экземпляр, будто просто нужно для статуса, чтобы красивая баба рядом была. А сама по себе я никого не интересую. Некоторым и дети вовсе не нужны, чтобы никто не мешал в своё удовольствие жить, а бывает и наоборот. Вон, мой последний был частник. Всего-то хозяйства – пара бутиков. Так нет, подавай ему непременно родного наследника.
– Ну, так родила бы ты ему этого наследника, – фыркнула я, – подумаешь, какие сложности!
Неожиданно Настя скривилась и расплакалась. Я растерялась: никогда раньше мне не приходилось видеть нашу королеву Анастасию плачущей, а тут вроде бы и повода никакого нет. Я обняла Настю и начала нести чушь о том, что всё образуется. Настя что-то говорила, но сквозь рыдания смысла её слов я не могла уразуметь. Наконец я разобрала отдельные обрывки фраз, из которых поняла, что как раз родить Настя не может, есть у неё какие-то неразрешимые проблемы. И, как часто бывает, именно то, что недостижимо, стало чуть ли не целью жизни: она хотела ребёнка.
– Ну и ладно, усыновишь, – сказала я. А что тут можно ещё сказать!
– Усыновлю, – согласилась Настя, всхлипывая, – Только я всё-таки хочу, чтобы ребёнок в полной семье рос. Мне ведь не нужно, что-то там особенное, супер-крутое. Я просто хочу любить и быть любимой. Неужели это так много?
– Это много, – возразила я, – Мне кажется, чаще бывает что-то одно. Но ты того стоишь и шанс всегда есть. Не отчаивайся раньше времени.
Мы немного помолчали, глядя на пляшущие языки пламени, потом Настя задумчиво сказала:
– Ты-то тоже себе нормального парня найти не смогла.
– Да я и не искала, – не согласилась я, – Я с ребятами в приятельских отношениях, а на романтику меня особо и не пробивало. Честно, до Ника на меня никто особого впечатления не производил. И что ты на него так ополчилась?
– По сути, он даже не живой. Не понимаю я этого! – пожаловалась Настя, – У меня включается отторжение на подсознательном уровне. И как ты можешь с ним целоваться?
Мне стало смешно:
– По крайней мере, он не лапает меня потными руками и не сопит мне в ухо.
– Это, конечно, аргументы, – улыбнулась Настя.
Она подошла к шкафу с зеркалом и внимательно вгляделась в своё заплаканное лицо:
– Вот ужас какой! Я пройдусь, нервы в порядок приведу. Глядишь, и грибочков к ужину добуду. Ты сама здесь справишься?
Я фыркнула:
– Нет! Мне одной картошку в жизнь не поджарить! Иди, конечно. Только далеко не забредай. Надо будет Светку встретить с электрички. Ты же знаешь, какая она трусиха. А через пару часов уже смеркаться начнёт.
Настя быстро собралась, взяла корзинку поменьше и ушла, а я принялась за готовку. Картошку я сделаю, колбаску привезла, а если Настя всё-таки грибы принесёт, я их и так с лучком поджарю и в картошку добавлю. Может и с пустыми руками вернётся, с таким-то настроением не до грибов.
Приготовив ужин, я вышла во двор. Хотя метеопрогноз обещал дожди, но кое-где в сплошных облаках появились просветы. Хорошо, если распогодится. Я достала мобильник и посмотрела на время: нужно на станцию идти, пора бы Насте и вернуться. Я попробовала дозвониться до неё, но её телефон был выключен. Вот, всегда она так!
Я подождала ещё, посмотрела на дорогу: никого не было. Ну и ладно. Время уже поджимало, и я быстрым шагом с перебежками направилась по лесной тропинке. Впрочем, от пробежек быстро пришлось отказаться, пару раз я чуть не шлёпнулась на мокрой глине. Сначала я сбавила скорость, но с середины дороги местность повышалась. Смешанный лес сменился соснами, теперь под ногами был песок, густо покрытый старой хвоей, и я бодро рванула вперёд. К станции я примчалась всего на пару минут раньше электрички.
Из вагонов вышло десятка полтора пассажиров, я сразу заметила Свету и помахала ей рукой. Мы поцеловались, она растерянно огляделась.
– А Настя где?
– Пошла за грибами к ужину и с концами, – сообщила я, – И телефон отключен.
– Она в своём репертуаре, – фыркнула Светик, – Погоди, а что, мы через лес вдвоём пойдём?
Все приехавшие люди направлялись к деревне, в противоположную от наших дач сторону.
– Великое дело! – сказала я, – В первый раз, что ли? Я уже посмотрела: дачи все пустые стоят, только мы там сегодня и будем. Ты давай, быстрее ногами шевели, здесь дорога ещё ничего, а дальше скользко, хотелось бы засветло вернуться.
Тем не менее, когда мы вышли из леса, уже совсем смеркалось.
– Смотри, – тихо сказала Светка, – какая луна зловещая. Жуть!
Почти полная луна была багрового оттенка. Красиво-то как! Я перевела взгляд на чёрные дома. В нашем доме свет не горел. У меня прямо сердце оборвалось.
– Жуть! – согласилась я, – Похоже, что Настя не вернулась.
Мы увеличили темп и почти бегом добрались до дома. Мне хотелось надеяться, что всё в порядке. Могла же Настя вернуться с головной болью и лечь спать, например. Но двери были заперты, ключ лежал в условленном месте, там, где я его и оставляла. Мы, растерянные и подавленные, зашли в дом. В гнетущем молчании я наполнила тарелку и поставила перед Светой. Она попробовала возразить, но я прикрикнула на неё:
– Ешь, давай. Насте легче не станет, оттого, что ты голодная.
– А сама? – спросила Света
– Я ела уже, – соврала я, но потом решила, что надо хоть немного подкрепиться, силы мне ещё пригодятся, – Ладно уж, составлю компанию.
Я положила себе немного картошки, но колбасу брать не стала, было неприятно даже смотреть на неё. Впрочем, и картошка в горло не лезла. Какая уж тут еда!
– Ты хоть видела, в какую сторону она пошла?
– Откуда? – угрюмо ответила я, – Когда она выходила, я уже готовить начинала. Даже в окно не выглядывала.
– Надо идти искать! – решительно изрекла Светка.
Она при дневном свете не может по тропинке от станции до дома пройти одна, а готова тащиться в лес неизвестно куда, ночью. Я не знала, плакать или смеяться.
– Много мы вдвоём найдём!
Я накинула куртку и вышла на веранду, Света за мной. Мы сели на ступеньки крыльца, бесцельно глядя в сгустившуюся темноту. Лампа на веранде освещала ближайшие кусты и пару метров дорожки, за пределами этого светового пятна ничего не было видно.
Я поднялась, выключила свет и вернулась на прежнее место.
– Зачем? – кратко поинтересовалась Светка, – И так страшно.
– Именно затем, – хмуро ответила я, – Так мы ничего не видели, зато сами красовались, как прыщ на носу, а сейчас глаза привыкнут, мы хоть что-то сможем рассмотреть, и после небольшой паузы зачем-то добавила, – Если она потеряла ориентировку, то за это время могла далеко уйти.
Я сама в эту ерунду не могла поверить. Уж Настя здесь не первый раз, окрестности она не хуже меня знает, и заблудиться никак не могла. Я с неприятным чувством вспомнила мужчин, которые пару месяцев назад попытались меня изнасиловать. Если бы не Ник...
А Настя была совсем одна. А вдруг она встретила таких же?
– Волки здесь есть? – спросила Света.
– Мало, – ответила я рассеянно, потом встрепенулась и возмущённо сказала, – Ты думай, что говоришь! Ладно, ты девочка городская, но книжки-то читаешь. Здесь зайцы кишмя кишат. Сейчас все хищники сытые ходят...
– Может, в деревню пойдём, народ поднимем? – предложила Света, но я осенённая идеей, уже набирала номер:
– Ник, ты сейчас очень занят? У нас тут Настя пропала.
Несколько секунд в трубке была тишина, я даже бросила взгляд на экран, проверить, есть ли соединение. Затем Ник насмешливо поинтересовался:
– Ну, что замолкла? Я слушаю. Подробности будут?
– Ушла за грибами два, нет уже больше трёх часов назад, и не вернулась, – вот тебе и все подробности.
– Сейчас, – сказал он и отключился.
– И что? – поинтересовалась Света, с надеждой глядя на меня.
– Я так поняла, что перезвонит, – пожала я плечами.
Минут пятнадцать или двадцать мы сидели в напряжённом ожидании, рассматривая участок, который при свете луны казался таинственным и незнакомым. Телефон молчал. Внезапно тёмная фигура шагнула с веранды и опустилась на ступеньку между нами. Я невольно отшатнулась, а Света взвизгнула, шарахнулась и стала падать: с её стороны перил не было. Ник схватил её за шиворот и усадил на место. Светка закашлялась, держась за горло.
– Ник, ты нас перепугал, – кротко сказала я.
Не знаю, чего сейчас мне хотелось больше: наорать на него за такую бесцеремонность, или упасть ему на грудь и разреветься от облегчения. Света, наконец, сумела прокашляться и вытирала глаза. Я не удивилась бы, если бы она начала возмущаться, или хотя бы просто постаралась перебраться от Ника подальше, как она обычно делала, но она сказала:
– Ой, Ник, как хорошо, что ты приехал. Найдёшь нашу Настю?
Тем временем я уже начала потихоньку соображать, и сразу за Светкой спросила:
– Как ты тут оказался?
Ник обнял меня и положил голову на плечо, мимоходом проведя губами по щеке:
– Мы с Дэном приехали зайцев погонять, – лениво пояснил он, – а когда ты позвонила, сделали круг и Настю нашли сразу же, скоро Дэн её принесёт.
– Что с ней? – встревожилась я, – И почему Дэн, почему не ты?
– А почему я? – удивился Ник, – Она меня терпеть не может. Ничего страшного с ней не случилось. Шла по краю оврага, то ли споткнулась, то ли поскользнулась и сорвалась. Разбила мобильник, вывихнула ногу, рассадила лицо. Так быстро нашли, потому что кровью пахло. Вывих мы сразу вправили.
Ник замолк. Видно было, что Свете рядом с ним неловко, но, вероятно, она считала, что уйти неудобно, и не трогалась с места. Я решила ей помочь:
– Наверное, Насте помыться надо будет, – предположила я, – Свет, поставишь воду греться?
Света кивнула и с облегчением сбежала в дом. Как только дверь за ней закрылась, Ник начал жадно меня целовать. Я отвечала ему с не меньшим энтузиазмом. Внезапно он мягко отстранил меня и с досадой сказал:
– И чего ей там не сидится?
Света снова вышла на веранду.
– Я воду поставила, – сообщила она, – Наверное, и постелить надо?
Моё сердце колотилось, голова была затуманена, и я чувствовала себя парящей над вершиной мира. Практичный Светкин вопрос быстро вернул меня на землю и прочистил мозги.
– Конечно, – согласилась я, – Давай на втором этаже, там теплее.
Обернувшись к Нику, я спросила с внезапным беспокойством:
– Погоди, я не поняла, а почему же вы Настю сразу не принесли?
Ник молчал, моё беспокойство от этого переросло в тревогу. Светка тоже задержалась в дверях, стиснула руки и смотрела на Ника несчастными испуганными глазами. Ник, наконец, нехотя ответил:
– Она очень сильно лицо порвала. Напоролась на острый сук, когда вниз летела. Этот шрам её бы изуродовал, а у неё уже кровь стала подсыхать. Надо было начинать оказывать помощь немедленно. Дэн остался, а я пошёл предупредить вас, чтобы не нервничали.
Я примерно представляла, о чём идёт речь, а вот Светка не поняла:
– Какую помощь? Что можно сделать в лесу?
– Под воздействием слюны вампира повреждения человеческой кожи исцеляются эффективно и бесследно, – отстранённо пояснил Ник.
Света, очевидно, тоже представила процесс "исцеления", потому что резко изменилась в лице. Мне показалось, что я даже заметила, как она побледнела, хотя, возможно, это была лишь игра моего буйного воображения: не могла я такие нюансы рассмотреть в темноте. Забавная реакция, как она переживает из-за такой ерунды.
Стоп! Что это со мной? Не могу я к девчонкам так относиться! Я перевела взгляд на вампира. Он смотрел на Светку с насмешливым любопытством. Значит, для него это ерунда...
Я попробовала представить себе, что может чувствовать Настя, которая так неприязненно относится даже к Нику, при физическом контакте с Дэном. Это же ужас какой. А ведь у неё ещё и травмы болезненные. Вот, мало ей было душевных терзаний! Я ощутила острую жалость к подруге.
На лице Ника появилось сочувственное выражение, которое быстро сменилось растерянностью. Он резко помотал головой и повернулся ко мне.
– Что такое?– поинтересовалась я.
– Да, чертовщина какая-то, – неуверенно ответил вампир.
Похоже, он не понял, что произошло. Вот и хорошо. Мне почему-то казалось, что от понимания он в восторг не придёт.
Света снова ушла в дом, Ник обнял меня и привлёк к себе. Сейчас, когда острое беспокойство за Настю прошло, мне было очень уютно и хорошо. Разговор про Иру и Стаса начинать не хотелось: сдаётся мне, что в результате мы вполне можем поссориться, а сейчас, когда вампиры оказывают нам помощь, это вроде и не к месту. Я поцеловала гладкую кожу плеча и прижалась щекой.
– Ник, вы как сюда приехали? На машине или электричкой?
– А какая разница?
– Я просто представила, как бы косились в вагоне на твою маечку.
Ник коротко хохотнул:
– Да, это было бы эффектно, а слишком любопытным всегда можно объяснить, что я закаливаюсь по особой системе. На самом деле я в куртке приехал, но она мне нравится, и я оставил её в машине. Помнишь, во что футболка превратилась, когда я первый раз зайца ловил?
– О, да, это впечатляло! – рассмеялась я.
Ник легко поднялся и кивнул в угол веранды:
– Я там корзинку с грибами поставил. Посмотришь потом. Сейчас Дэн подойдёт, устраивай Стасю.
Словно специально дождавшись нужной реплики для выхода, появился Дэн. Я не удивилась тому, что он нёс Настю легко, как пушинку, меня-то Ник часами может таскать без проблем. А вот выражение Настиного лица меня испугало. Она вполне осмысленно держалась за Дэна, но её лицо в пятнах грязи было совершенно неподвижным, будто неживым. Через лоб и по щеке тянулась неровная полоса молодой розовой кожи. Она проходила совсем рядом с глазом. Это, значит, ей ещё повезло.
– Добрый вечер, – сказала я, вставая, – Что это с ней?
Дэн кивнул, легко взбежав по ступеням, небрежно посадил Настю прямо на пол у стеночки и потребовал:
– Воды!
Настя сидела неподвижно, положив руки на колени ладошками вниз. С тревогой покосившись на неё, я сбегала в дом и вернулась с полным стаканом.
Дэн отошёл в сторону и начал полоскать рот. Ник иронически улыбнулся ему в спину, присел перед Настей и провёл пальцем по шраму:
– Хорошая работа!
Настя не реагировала. Дэн поставил на перила пустой стакан и заметил:
– Невероятное облегчение, не переношу, когда на зубах песок скрипит.
– Дэн, она что, под контролем? – возмущённо спросила я.
Вампир удивлённо взглянул на меня, но ответил неожиданно мягко:
– Зато ей сейчас не больно.
Он поднял Настю, Ник распахнул дверь, и они прошли в дом. Я потащилась за ними. Сначала я даже удивилась, как уверенно Дэн пошёл наверх и свернул именно в комнату с кроватями, потом сообразила, что он всё-таки провёл тут не один день и скорее всего, знает этот дом не хуже меня.
Когда я вошла в комнату, Настя с таким же отсутствующим видом сидела на стуле. Света стояла с квадратными глазами. Дэн заметил:
– Вы можете её раздеть и помыть, контроль я сниму минут через пятнадцать. Ссадины обрабатывать не обязательно.
Вампиры направились на выход. Стоя в дверях, я тупо смотрела им вслед, только когда они уже спустились на пролёт до меня дошло:
– Спасибо, – сказала я им в спины, – Удачной охоты!
Дэн не среагировал, а Ник повернулся, подмигнул мне и скорчил смешную рожу. С минуту я стояла в оцепенении, глядя на опустевшую лестницу. Прикосновение Светы вывело меня из ступора. Я встретила её озадаченный взгляд и сообразила, что она-то про ментальный контроль знает ещё меньше моего, и вообще надо торопиться, чтобы уложиться в обещанные нам пятнадцать минут.
– Начинай её раздевать, – скомандовала я, – Сейчас я воду притащу и по ходу дела всё объясню.
Я быстро принесла ведро с тёплой водой, мыло и пару полотенец. В четыре руки мы начали приводить Настю в порядок. Она была измазана куда сильнее, чем мне это показалось на улице. Несмотря на трагичность ситуации, мне стало смешно: это Дэн такую чумазую физиономию облизывал? Или как всё выглядело? Хотела бы я посмотреть. Хорошо, что хоть её волосы, защищённые косынкой, остались практическими чистыми. Руки Насти были в многочисленных ссадинах, которые уже выглядели подживающими. Я отмывала их от грязи и засохшей крови, попутно объясняя Свете, что такое ментальный контроль и почему наша Настя в таком состоянии. Света обтирала грязь с лица, и вдруг тихо ахнула. Я посмотрела: на шее Насти чётко выделялись отметины от клыков. На несколько мгновений я застыла с неприятным чувством. Ну, надо же, ещё и это, ей ведь и так досталось. Если уж так жрать хотелось, мог бы и потерпеть ещё полчаса, лучше бы я подкормила. Потом махнула рукой и сказала:
– Не будем придираться. Нашли, подлечили, до дома доставили, – должно же и им что-то обломиться. Хотя, что мы в этом понимаем, может у некормленого вампира нужный фермент не выделяется.
Света поглядела с сомнением, но кивнула. Мы закончили обмывать и обтирать Настю и уложили её в постель. Она двигалась легко и послушно, легла на спину и бездумно уставилась в потолок. Света собрала полотенца, взяла ведро и понесла вниз. Я присела на край кровати и взяла Настю за руку. Она не среагировала, но потом вдруг резко вздрогнула, приподнялась на локтях и окинула комнату взглядом.
– Где?
– Вампиры ушли, – пояснила я, – Мы очень за тебя перепугались. Как тебе, очень больно?
Настя задумалась, оценивая своё состояние.
– Совсем нет, – удивлённо сказала она наконец, – только руки чешутся по-чёрному.
– Значит, ссадины заживают. Ну и хорошо, – беззаботно сказала я, хотя сама терзалась сомнениями. Похоже, что Дэн подлечил её своей кровью, как Ник Лёшку в своё время, только очевидно порция была поменьше, раз ещё не всё прошло. И зачем? Я так понимаю, что кроме раны на лице, ничего серьёзного у неё не было.
– Как всё было-то?
Настя, закрыв глаза, помотала головой:
– Нет, не надо, лучше и не спрашивай, – из-под плотно сжатых век покатились слёзы.
– Настенька, – пролепетала я испуганно.
Она обхватила меня и громко разрыдалась. Я растерянно гладила её по голове. В комнату влетела Светка, оценив ситуацию, обняла её с другой стороны и вопросительно уставилась на меня. Я недоуменно повела плечом. Светик сделала скорбно-понимающий вид и начала гладить Настю по колену. Что за день такой выдался, что наша несгибаемая королева Анастасия рыдает второй раз! Наконец, она начала успокаиваться. Взгляд у неё был мутный, как у пьяной. Переглянувшись, мы со Светой, снова нормально уложили её и закутали в одеяло. Заснула она почти сразу, хотя ещё иногда всхлипывала во сне.
Решив, что она сегодня уже не проснётся, я спустилась вниз и занялась её грибами. Когда подошла Света, я попросила:
– Картошки ещё почисть. Я уже сейчас слона съесть готова, да и Настя проснётся голоднющая, а надо будет сразу идти.
– Ага, я так и поняла, что ты без меня не ужинала, – фыркнула Света, – куда идти-то?
– Эй, ты не забыла, что мы за грибами приехали?
– Я думала... – замялась Света, и оборвала себя, – Считаешь, что она сможет?
– Мне кажется, она утром будет лучше нас себя чувствовать, – заметила я, – по крайней мере, выспится.
Некоторое время мы готовили в согласном молчании, потом Светик поинтересовалась:
– Это и есть Дэн, великий и ужасный?
Я подозрительно покосилась на неё:
– Ну, да, а что?
– Да мне показалось, что приятный мужик, твой Ник куда страшнее.
– Он по-всякому умеет, – авторитетно сказала я, – Разностороннее дарование.
Светка хихикнула, я, глядя на неё – тоже, и через минуту мы с ней сидели, ржали в голос и никак не могли остановиться. Светка вообще икать начала. Я, вытирая выступившие слёзы, подала ей воду и заметила:
– Вот две истерички, хоть бы ножи положили. Чудом не поранились.
Мы поставили сковороду на огонь и сели пить чай.
– О чём задумалась? – прервала Светик мои размышления.
– Мы с Ником опять эмоциями обменивались, – поделилась я.
– И что такого? – удивилась Светка, – Может у вас теперь всё время так будет?
– Я вот что не могу понять, – сказала я, – Почему я это чувствую и понимаю, а Ник – нет. Он воспринял сегодня, как я сочувствую Насте, удивился этому, но не сообразил, что это моя эмоция. Ладно, если бы я тупила. А ведь это он у нас специалист по ментальным воздействиям, ему и карты в руки.
Света надолго задумалась, а затем предположила:
– Может это и есть твоё воздействие. Может в тебе спали экстрасенсорные способности, а общение с Ником их как-то активизировало?
– Да, сейчас! А завтра у меня обнаружится великий магический потенциал, и стану я самой могучей волшебницей на этой планете! Ты уж, если начиталась фэнтази, хоть относилась бы к прочитанному покритичней.
– Вампиры тоже из фэнтази, – с неопровержимой логичностью заявила Светка, – Ну ладно, а как тебе такой вариант: при целенаправленном воздействии он контролирует, чтобы процесс происходил в одну сторону, а в ваших случаях канал открывался стихийно и поэтому был неконтролируемым. Хотя непонятно, почему это происходит. В первый раз ещё куда ни шло: секс, эмоциональный подъём. А сегодня уж и не знаю!
Я вспомнила о наших сумасшедших поцелуях на крылечке и почувствовала, как мои щёки обдало жаром. Светик хмыкнула и ехидно спросила:
– И чем это вы таким интересным занимались?
– Не вредничай, – заметила я, – Благодаря твоему крайне несвоевременному вмешательству до самого интересного мы не дошли. Но твою теорию в целом я буду иметь в виду, вроде бы, похоже получается. Как рабочая гипотеза сойдёт.
Утром Настя действительно проснулась раньше нас и чувствовала себя превосходно. От шрама на лице и следа не осталось. На наши расспросы она ничего отвечать не захотела, сказав, что хочет всё забыть, как страшный сон, а мы, естественно, настаивать не стали.
Грибов мы набрали полно, и сразу направились в город. Я развезла девчонок и тоже поехала домой. День был не дождливый, но пасмурный. Ник мог позвонить в любой момент, поэтому я очень торопилась разобраться со своими делами, чтобы освободить вечер для него.
Мы уже закончили обрабатывать грибы, когда Ник объявился на моём пороге без всяких предварительных звонков. Я пригласила его подождать, пока соберусь. Выглянула из кухни бабушка и категорически заявила:
– Пока не поужинаешь, никуда не отпущу. Коля, вы с нами покушаете?
Я даже не сразу поняла, что это она к Нику так обращается, а он улыбнулся ей милой застенчивой улыбкой и приветливо ответил:
– Нет, спасибо, я уже перекусил. Кстати, насчёт еды... Мы с другом вчера на охоту ходили. Зайчатина нужна? – он протянул бабушке свёрток с тушкой, – А я, если можно, пока у компьютера посижу.
