Текст книги "Ты мое наказание (СИ)"

Автор книги: Полина Зорина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

Глава 41

В этот раз Владик увязался в клинику со мной. Обычно он просто довозил меня до клиники и ждал в машине, когда я закончу свои дела. Но как только я ему обмолвилась, что будут делать УЗИ, он начал упрашивать, чтобы я разрешила ему присутствовать.

Мне и самой было любопытно. Я даже заказала запись на диск. Сейчас технологии дошли до такого, что можно увидеть не серую размытую картинку на экране, а объемное изображение в режиме реального времени.

Не терпелось впервые увидеть своего малыша.

Владик терпеливо сидел в холле, пока я бегала из кабинета в кабинет, сдавая анализы.

Выходя из очередного кабинета, я буквально столкнулась с Ингой.

Она ошарашенно уставилась на меня.

– Не ожидала тебя здесь встретить. Здесь все-таки недешевая клиника, – проговорила она, не сводя глаз с моего живота. – Поздравляю!

– Спасибо, – постаралась ее обойти, но она схватила меня за руку.

– Погоди. Не убегай. Я хочу поделиться радостью, – она положила ладонь на свой плоский живот. – Я так счастлива. А ведь у меня мог быть уже такой же животик как у тебя. Помнишь тогда на базе, когда мы повздорили с тобой. Я же каждый презерватив проколола, так хотела забеременеть. Но тогда ничего не вышло, у нас был сложный период с Владом. Зато теперь он как с цепи сорвался. Раз по пять за ночь и вот результат, – она довольно погладила себя по животу.

Каждое ее слово резало как острый нож, заставляя сердце истекать кровью. Хотелось заткнуть уши и бежать от нее, но я стояла как пригвожденная к полу.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Я видела тебя с твоим парнем в холле. Нам больше нечего делить. Ты наконец-то поняла, что надо встречаться с ровней. А не строить воздушные замки, посягая на чужое. Теперь можем поболтать как подружки. На свадьбу, конечно, не приглашу, но зла на тебя не держу. После встречи с тобой он наконец-то понял, кто его настоящая судьба, так что я тебе даже благодарна.

– Извини, мне некогда болтать.

Инга осталась позади, а в моих ушах все еще звенели ее слова.

У них будет ребенок. Влад будет любить его, заботиться о нем, а мой, которого мы зачали стараниями Инги, никогда не узнает, кто его отец.

Увидев меня, Владик сразу понял, что со мной что-то не так, подскочил со стула, подбежал ко мне.

– Варька, бледная такая. Знал бы, что ты так на сдачу крови реагируешь, пошел бы с тобой. Мне теперь страшно тебя отпускать. Грохнешься еще в обморок.

– Пойдем к кабинету УЗИ.

Мы сели у нужного кабинета. Я, все еще оглушенная неожиданной встречей, вертела в руке талончик с временем записи. Передо мной была всего одна девушка. Я пыталась прогнать дурные мысли, отмахнуться от них. Я сейчас увижу своего ребенка, а остальное меня не должно заботить.

– Волнуешься? – Владик трактовал мое состояние по-своему. – Ничего, я с тобой. Тоже волнуюсь. Никогда не видел детей, когда они еще в животе.

– Ой, мы опять встретились! – я вздрогнула от голоса, который не хотела бы слышать никогда в жизни. Снова Инга.

Я подняла голову и замерла. В горле пересохло.

Рядом с Ингой стоял Влад. Она цеплялась за его локоть и щебетала:

– Помнишь свою практикантку? Она здесь со своим женихом. Они тоже ждут ребенка. Представляешь, какой совпадение.

Он ее не слышал, и, казалось, вообще забыл о ней. Его взгляд скользил по моему лицу, потом опустился ниже. Я дернулась, инстинктивно прикрывая живот, но его уже нельзя было скрыть. Соколов нахмурился, продолжая сверлить меня взглядом.

Владик рядом напрягся и положил ладонь на мою руку, легонько сжал пальцы.

В это время беременная девушка вышла из кабинета и медсестра пригласила меня.

Владик поднялся следом.

– Я тоже хочу посмотреть.

– Хорошо, папа, проходите.

Я не видела Соколова, но чувствовала огонь между лопаток. Я знала, что он смотрит мне вслед и постаралась поскорее скрыться за дверью.

Сердце бешено колотилось. Я не могла успокоиться. И только когда на экране появилось мое маленькое чудо, я смогла переключиться, жадно всматриваясь в его черты.

– Какой красивый! – восхищался Владик. – Или красивая! О, палец сосет! Улыбается, ни фига себе!

– Вы же собираетесь устраивать гендер-пати? – врач посмотрела на Владика.

Он растерянно перевел взгляд на меня:

– Варь, мы будем?

Я отрицательно покачала головой.

– Мы не будем, – сообщил Влад.

– Ну тогда… Я все равно не смогу сказать. Стеснительный малыш, не хочет показывать.

– Значит, девочка, – уверенности Влада можно было только позавидовать.

Врач скептически посмотрела на него.

– Дочку хотите?

– Ага!

Я закатила глаза. Слишком сильно Влад вжился в роль, которую сам себе придумал.

– Мамочка, радуйтесь у вас хорошенький ребенок, никаких патологий не вижу.

Мы вышли из кабинета. Я вертела в руках диск, не подумав о том, чтобы сразу положить его в сумочку.

Владик с лицом придурковатой радости, продолжал фонтанировать восторгом:

– Она так похожа на тебя! Носик точно твой!

Я старалась пройти невидимкой мимо Влада и Инги. Вообще я надеялась, что когда выйду, их здесь уже не будет. Но моим надеждам не суждено было сбыться.

Инга тоже ждала УЗИ.

Я слышала, как ее пригласили войти, слышала, как медсестра сказала:

– А папа?

Я поборола порыв оглянуться.

– Ну, Вла-а-а-а-ад! – заканючила Инга.

– Я пока покурю, – сердце сжалось от голоса Влада.

Он не пошел с Ингой, не захотел смотреть на ребенка.

На ее сроке там мало что видно, но все же. Ладно, из этого же не следует, что из него получится плохой отец. Совет им да любовь.

У шестерки Владик замешкался, пытаясь открыть дверь. Она у него частенько заедала. Вообще его машина давно дышала на ладан, но на новую он пока никак не мог заработать.

Соколов действительно курил, стоя у крыльца клиники. Выглядел он раздосадованным. Это считывалось по резким движениям. Наверное, не рад, что я попалась ему на глаза.

Отшвырнув бычок в урну, он вместо того, чтобы вернуться в клинику, быстрым шагом направился к нам.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Я надеялась, что он увидел какого-то знакомого. Не ко мне же он идет. Сердце заколотилось так быстро, что пульс застучал в ушах.

– Варь, садись.

Владик справился с дверью и теперь не понимал, почему я застыла как изваяние. А я просто не могла пошевелиться, словно меня парализовало. Я как крошечный кролик замерла перед удавом, надвигающимся на меня.

– Вот так, Варь, да? – от голоса Влада веяло арктическим льдом. Мне сразу захотелось обхватить себя руками. Защититься от пронизывающего холода. – Вот это отношения на равных? Машина, которой пора на свалку? Юнец, который будет изо всех сил пыхтеть, чтобы обеспечить семью? А как же карьера, Варя? Решиться на детей, когда еще прочно на ногах не стоите, это разумно? Я разочарован.

Я почувствовала, как на плечо легла рука. Владик обнял меня.

– Юнец? Дядя, иди читай свои лекции кому-нибудь другому. Сами разберемся, как нам жить.

– Ребенка заделал, а жениться когда собираешься? – Влад переключился на тезку.

– Как только, так сразу. Иди к своей милфе с дутыми сиськами, любуйся на своего спиногрыза, а от Вари отвали, – он шагнул вперед, оставив меня за спиной. Зная, взрывной характер друга, я попыталась его успокоить.

– Владик, поехали, пожалуйста.

– Владик, значит, – Соколов криво усмехнулся. – Теперь я понял, как выглядит твой идеал мужчины.

Глава 42

В этот раз Владик увязался в клинику со мной. Обычно он просто довозил меня до клиники и ждал в машине, когда я закончу свои дела. Но как только я ему обмолвилась, что будут делать УЗИ, он начал упрашивать, чтобы я разрешила ему присутствовать.

Мне и самой было любопытно. Я даже заказала запись на диск. Сейчас технологии дошли до такого, что можно увидеть не серую размытую картинку на экране, а объемное изображение в режиме реального времени.

Не терпелось впервые увидеть своего малыша.

Владик терпеливо сидел в холле, пока я бегала из кабинета в кабинет, сдавая анализы.

Выходя из очередного кабинета, я буквально столкнулась с Ингой.

Она ошарашенно уставилась на меня.

– Не ожидала тебя здесь встретить. Здесь все-таки недешевая клиника, – проговорила она, не сводя глаз с моего живота. – Поздравляю!

– Спасибо, – постаралась ее обойти, но она схватила меня за руку.

– Погоди. Не убегай. Я хочу поделиться радостью, – она положила ладонь на свой плоский живот. – Я так счастлива. А ведь у меня мог быть уже такой же животик как у тебя. Помнишь тогда на базе, когда мы повздорили с тобой. Я же каждый презерватив проколола, так хотела забеременеть. Но тогда ничего не вышло, у нас был сложный период с Владом. Зато теперь он как с цепи сорвался. Раз по пять за ночь и вот результат, – она довольно погладила себя по животу.

Каждое ее слово резало как острый нож, заставляя сердце истекать кровью. Хотелось заткнуть уши и бежать от нее, но я стояла как пригвожденная к полу.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Я видела тебя с твоим парнем в холле. Нам больше нечего делить. Ты наконец-то поняла, что надо встречаться с ровней. А не строить воздушные замки, посягая на чужое. Теперь можем поболтать как подружки. На свадьбу, конечно, не приглашу, но зла на тебя не держу. После встречи с тобой он наконец-то понял, кто его настоящая судьба, так что я тебе даже благодарна.

– Извини, мне некогда болтать.

Инга осталась позади, а в моих ушах все еще звенели ее слова.

У них будет ребенок. Влад будет любить его, заботиться о нем, а мой, которого мы зачали стараниями Инги, никогда не узнает, кто его отец.

Увидев меня, Владик сразу понял, что со мной что-то не так, подскочил со стула, подбежал ко мне.

– Варька, бледная такая. Знал бы, что ты так на сдачу крови реагируешь, пошел бы с тобой. Мне теперь страшно тебя отпускать. Грохнешься еще в обморок.

– Пойдем к кабинету УЗИ.

Мы сели у нужного кабинета. Я, все еще оглушенная неожиданной встречей, вертела в руке талончик с временем записи. Передо мной была всего одна девушка. Я пыталась прогнать дурные мысли, отмахнуться от них. Я сейчас увижу своего ребенка, а остальное меня не должно заботить.

– Волнуешься? – Владик трактовал мое состояние по-своему. – Ничего, я с тобой. Тоже волнуюсь. Никогда не видел детей, когда они еще в животе.

– Ой, мы опять встретились! – я вздрогнула от голоса, который не хотела бы слышать никогда в жизни. Снова Инга.

Я подняла голову и замерла. В горле пересохло.

Рядом с Ингой стоял Влад. Она цеплялась за его локоть и щебетала:

– Помнишь свою практикантку? Она здесь со своим женихом. Они тоже ждут ребенка. Представляешь, какой совпадение.

Он ее не слышал, и, казалось, вообще забыл о ней. Его взгляд скользил по моему лицу, потом опустился ниже. Я дернулась, инстинктивно прикрывая живот, но его уже нельзя было скрыть. Соколов нахмурился, продолжая сверлить меня взглядом.

Владик рядом напрягся и положил ладонь на мою руку, легонько сжал пальцы.

В это время беременная девушка вышла из кабинета и медсестра пригласила меня.

Владик поднялся следом.

– Я тоже хочу посмотреть.

– Хорошо, папа, проходите.

Я не видела Соколова, но чувствовала огонь между лопаток. Я знала, что он смотрит мне вслед и постаралась поскорее скрыться за дверью.

Сердце бешено колотилось. Я не могла успокоиться. И только когда на экране появилось мое маленькое чудо, я смогла переключиться, жадно всматриваясь в его черты.

– Какой красивый! – восхищался Владик. – Или красивая! О, палец сосет! Улыбается, ни фига себе!

– Вы же собираетесь устраивать гендер-пати? – врач посмотрела на Владика.

Он растерянно перевел взгляд на меня:

– Варь, мы будем?

Я отрицательно покачала головой.

– Мы не будем, – сообщил Влад.

– Ну тогда… Я все равно не смогу сказать. Стеснительный малыш, не хочет показывать.

– Значит, девочка, – уверенности Влада можно было только позавидовать.

Врач скептически посмотрела на него.

– Дочку хотите?

– Ага!

Я закатила глаза. Слишком сильно Влад вжился в роль, которую сам себе придумал.

– Мамочка, радуйтесь у вас хорошенький ребенок, никаких патологий не вижу.

Мы вышли из кабинета. Я вертела в руках диск, не подумав о том, чтобы сразу положить его в сумочку.

Владик с лицом придурковатой радости, продолжал фонтанировать восторгом:

– Она так похожа на тебя! Носик точно твой!

Я старалась пройти невидимкой мимо Влада и Инги. Вообще я надеялась, что когда выйду, их здесь уже не будет. Но моим надеждам не суждено было сбыться.

Инга тоже ждала УЗИ.

Я слышала, как ее пригласили войти, слышала, как медсестра сказала:

– А папа?

Я поборола порыв оглянуться.

– Ну, Вла-а-а-а-ад! – заканючила Инга.

– Я пока покурю, – сердце сжалось от голоса Влада.

Он не пошел с Ингой, не захотел смотреть на ребенка.

На ее сроке там мало что видно, но все же. Ладно, из этого же не следует, что из него получится плохой отец. Совет им да любовь.

У шестерки Владик замешкался, пытаясь открыть дверь. Она у него частенько заедала. Вообще его машина давно дышала на ладан, но на новую он пока никак не мог заработать.

Соколов действительно курил, стоя у крыльца клиники. Выглядел он раздосадованным. Это считывалось по резким движениям. Наверное, не рад, что я попалась ему на глаза.

Отшвырнув бычок в урну, он вместо того, чтобы вернуться в клинику, быстрым шагом направился к нам.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Я надеялась, что он увидел какого-то знакомого. Не ко мне же он идет. Сердце заколотилось так быстро, что пульс застучал в ушах.

– Варь, садись.

Владик справился с дверью и теперь не понимал, почему я застыла как изваяние. А я просто не могла пошевелиться, словно меня парализовало. Я как крошечный кролик замерла перед удавом, надвигающимся на меня.

– Вот так, Варь, да? – от голоса Влада веяло арктическим льдом. Мне сразу захотелось обхватить себя руками. Защититься от пронизывающего холода. – Вот это отношения на равных? Машина, которой пора на свалку? Юнец, который будет изо всех сил пыхтеть, чтобы обеспечить семью? А как же карьера, Варя? Решиться на детей, когда еще прочно на ногах не стоите, это разумно? Я разочарован.

Я почувствовала, как на плечо легла рука. Владик обнял меня.

– Юнец? Дядя, иди читай свои лекции кому-нибудь другому. Сами разберемся, как нам жить.

– Ребенка заделал, а жениться когда собираешься? – Влад переключился на тезку.

– Как только, так сразу. Иди к своей милфе с дутыми сиськами, любуйся на своего спиногрыза, а от Вари отвали, – он шагнул вперед, оставив меня за спиной. Зная, взрывной характер друга, я попыталась его успокоить.

– Владик, поехали, пожалуйста.

– Владик, значит, – Соколов криво усмехнулся. – Теперь я понял, как выглядит твой идеал мужчины.

Глава 43

Жизнь не остановилась.

Это только в сказках принцы женятся на золушках.

В жизни равные выбирают равных. Я всегда это знала. С детства я рассчитывала только на себя. Только труд и упорство помогли поступить мне в престижный институт. И теперь только от меня зависело, смогу ли я построить такую карьеру, чтобы обеспечить и себя, и ребенка.

Я впитывала каждое слово Гришаева, приезжала к нему с раннего утра и работала до позднего вечера. Сначала он вежливо выпроваживал меня, говоря, что ему неудобно эксплуатировать беременную женщину. Я понимала, что ему меня фактически навязали, и он искал повод уменьшить время моего присутствия в его жизни.

Но постепенно он свыкся, я заметила, что мое присутствие больше не тяготит его. Он делился со мной историями из практики, рассказывал о казусах, которые с ним случались в начале его пути в профессии. А я не верила, что такой умный и внушающий уважение человек мог попадать в такие неловкие ситуации.

Обедали и ужинали мы обычно вместе. На стол накрывала его помощница по хозяйству Алевтина Егоровна, сухонькая старушонка, наверное, его ровесница. Я всегда помогала ей, потому что мне было неудобно сидеть как принцесса, пока меня обслуживают.

– Подумай о том, чтобы перевестись на заочное или на свободное посещение, – ближе к сентябрю завел разговор он. – Теория, конечно, хорошо, но ты сама ее сможешь по книжкам разобрать, а практика с неба не падает. И не всегда практика и теория идут рука об руку.

– Я, наверное, и у вас не смогу работать. Пока ребенок хоть немного не подрастет, – с грустью ответила я. – Но я буду ходить к вам до самых родов. Вам так просто от меня не отделаться.

– Две недели тебе дам отпуска после родов, а потом возвращайся.

Я не поняла, шутит он или говорит правду.

– Я не смогу оставить малыша одного, без присмотра. Конечно, с ним будет няня Рита, но… надолго я не смогу уезжать. Его кормить нужно. Я хочу кормить сама, без смесей. Но вы не переживайте, я все смогу делать дистанционно.

– Нет, я не люблю все эти электронные почты. Стараюсь минимизировать общение в таком виде.

– Понятно, – пробормотала я.

Ну вот, я считала, что у нас полное взаимопонимание, а оказалось, что Гришаев только ждал удобного момента, чтобы меня выгнать.

– Что тебе понятно?

– Спасибо вам за все. Вы очень многому меня научили за такой короткий срок. Я всегда буду вспоминать о вас с благодарностью.

– Пойдем, – Анатолий Иванович указал рукой на коридор, я последовала за ним, нисколько не догадываясь, куда он меня ведет. Может, даст рекомендации и скажет, что мы можем распрощаться уже сейчас?

Он остановился перед дверью и толкнул ее.

– Заходи.

Я сделала шаг за порог и застыла в замешательстве.

Я стояла в детской, окрашенной в нежно-голубой цвет. Здесь была совершенно новая кроватка с голубым покрывальцем и балдахином, пеленальный столик, небольшой диванчик.

– Будешь привозить сюда и спокойно работать. Если что Алевтина Егоровна присмотрит.

– Но как..? – только и смогла проговорить.

– Мы с Венерой Ивановной боялись не успеть. Комната требовала ремонта. Мебель она выбирала, я не очень в таком разбираюсь.

– Дети обычно кричат, а вы любите работать в тишине, – пробормотала я.

– Я, если честно, с возрастом стал плохо слышать. Но на всякий случай Алевтина Егоровна купила мне беруши.

Не справившись с нахлынувшими чувствами, я заключила в объятья Анатолия Ивановича и чмокнула его в морщинистую щеку.

– Ну, ну, полно тебе. Это не я. Это Венера Ивановна придумала. А я всего лишь помог с реализацией.

– Как вы согласились только?

– Ну а куда мне было деваться? – отшутился он.

Я, как и обещала, работала до последнего. Пыхтела, подкладывала под спину подушку и печатала документы для Анатолия Ивановича.

Он меня жалел, пытался не нагружать, но я ему говорила, что если он не будет мне давать работу, то я буду сама искать мелкие заказы в интернете. Это действовало.

Наступил сентябрь. На 20-е у меня был назначен срок родов. Сумку в роддом я собрала заранее. Я надеялась, что рожу не раньше назначенной даты. Хотела успеть поздравить Витю с днем рождения.

С мамой я так и не общалась. Она бросала трубку сразу, как только слышала мой голос. Иногда звонила папе, узнавала у него новости. Папа никогда не был многословным, поэтому разговор у нас выходил коротким.

На день рождения брата меня никто не пригласил.

Да мы и не отмечали никогда такие праздники. Мама обычно покупала недорогой торт в кулинарии неподалеку, и мы вечером всей семьей пили чай.

Поэтому я купила подарок и решила встретить его в школе после уроков. Когда заканчиваются занятия, я спросила у него утром после поздравлений.

Подвезти до школы я попросила Владика. Хотела свозить мальчишек в кафе, купить пиццу и всяких вредностей и отметить праздник.

Братьев мы ждали у калитки, потому что я забыла спросить, с какого выхода их выпустят. А так мы точно их не провороним.

Вскоре школьный двор заполнился разноцветной толпой, движущейся к калитке. Я пыталась рассмотреть среди мальчишеских макушек братьев, но они меня заметили первыми и побежали к нам.

Поравнявшись с нами, они остановились, уставились на мой живот.

– Ого! Какой большой! Там двойня? – Петя даже забыл поздороваться.

– Нет. Один, ваш племянник или племянница.

– Это мы, что, дядями будем? – ошарашенно выпучил глаза именинник. – Прикольно!

– Идите сюда. Что встали как неродные? – я распахнула объятья, и они бросились ко мне.

– Э-э-э-й, поаккуратней, сейчас Варю с ног собьете.

Когда они от меня отлипли, я достала из сумки коробку с телефоном и вручила Вите.

– С днем рождения!

– Ух ты! С цветным экраном! Сенсорный! Теперь у меня будет такой же телефон как у всех! – запрыгал Витя, не веря своему счастью.

Петька чуть не расплакался, поник.

Я потрепала его по голове:

– И тебе на день рождения подарю.

– Правда? – посмотрел с надеждой и улыбнулся сквозь слезы.

– Как там дома дела? Как мама? Как бабушка? Артем? Олеся?

– Все хорошо. У Артема зуб вырос новый. Олеся орет на нас все время. Бабушка из комнаты не выходит. Мама с папой ругаются, – наперебой стали рассказывать новости.

– Погодите, давно бабушка не выходит?

– С конца лета.

– Владик, планы меняются. Поехали домой.

Дома пахло борщом. Я так давно не ела маминого борща. Няня Рита тоже вкусно готовила, но такого борщ, как у мамы, у нее не получался.

– Ма, смотри, что у меня есть! – с порога закричал Витя, разулся, раскидав кроссовки как попало, и, подняв вверх коробку, побежал на кухню.

Влад присел на корточки и помог мне снять ботинки, с моим животом это было уже трудно.

– Что это у тебя? – услышала мамин голос. – Откуда?

Не дослушав ответ, выскочила из кухни и встала напротив меня, не говоря ни слова.

– Привет, – негромко поздоровалась я. Во рту пересохло.

– Вижу жива-здорова. Подарки дорогие покупаешь. С мужиком своим сошлась?

– Нет. У него своя жизнь, у меня своя.

– У подруги, значит, на шее?

Я промолчала. Отчасти так и было. Я хоть и зарабатывала у Анатолия Ивановича вполне неплохо, но Милана с меня ни копейки не брала за проживание.

– Угадала я. Смотри наиграется твоя подружка, надоест ей помогать, куда денешься? Рожать скоро? – кивнула на живот.

– В конце месяца.

– Еще есть возможность все исправить.

– Нет. Я уже все решила.

– Решила она! – хмыкнула мать. – Пойдем на кухню раз пришла, чай попьем.

– Где Артем?

– Спит. У него дневной сон.

– Бабушка где?

– Не ходи к ней, она тоже отдыхает.

– Понятно, – буркнула я и прошла мимо матери в свою бывшую комнату.

– Да стой тебе говорят!

Но я уже распахнула дверь.

Бабушка не спала. Она полулежала на кровати, пожелтевшая, высохшая. Я не верила своим глазам, она выглядела куда лучше, когда я уезжала.

– Бабуля!

Она слабо улыбнулась.

– Ты так похудела, бабушка!

Ее нижняя губа задрожала.

– Мам, вы ее вообще кормите? – крикнула я, сдерживая слезы.

– Так если она не ест, что ж в нее запихивать?

– Да. Запихивать, – огрызнулась я. – Бабушка, поедешь со мной?

Она кивнула, а по щеке скатилась слеза, которую она тут же стыдливо утерла.

– Владик, помоги бабушке!

Влад прошел в комнату и помог бабушке подняться с кровати. Она еле держалась на ногах. Тонкие, как палочки, ноги подкашивались.

– Что это вы удумали? – мама уперла руки в бока.

– Бабушка едет со мной, она согласна.

– Пф-ф-ф, сама на птичьих правах, еще и лишний рот туда тащит! Ма, вы хоть спросите, куда она вас тянет. Вы там никому не нужны будете! Думаете там лучше? Тут у вас семья, а там кто?

Бабушка отводила взгляд, пряталась за Владика.

– Бабуль, я сумку быстро соберу. Где твои документы? – я запихивала в свой старый рюкзак вещи с бабушкиной полки.

– А документы останутся у меня, – мама сложила руки на груди.

– Мам, ей нужна медицинская помощь. Она на ногах еле стоит. Дай паспорт и полис.

– Мы сами разберемся. Думаешь, родной сын о ней хуже позаботится, чем ты? Ты о себе позаботиться не можешь. Жизнь себе испоганила. Ма, вернитесь в комнату, – прикрикнула она.

– Я еду с Варей, – прошелестела бабушка и стала подталкивать Владика, чтобы быстрее шел к двери.

– Посмотрим, через сколько ты ее вернешь.

Я молча сунула ноги в ботинки, и, не застегивая, вышла из квартиры.

Влад с бабушкой, повисшей у него на плече, уже стояли на лестничной площадке.

– Вызывай лифт, а я Милане позвоню, – я полезла в сумку за телефоном и замерла. По ногам хлынуло горячее. Я посмотрела вниз на лужицу, растекшуюся по серой плитке. – Кажется, нам придется поторопиться.