Текст книги "Фрейд"

Автор книги: Питер Гай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 76 (всего у книги 81 страниц)

Второй из своих главных источников информации Шварц использует с такой же небрежностью. Вот как он пересказывает выводы Рапопорта и Алексеева: они «прямо заявляют… что доктор Эйтингон был руководителем Скоблина и Плевицкой». На самом деле они этого не утверждали. «Руководителем Плевицкой по линии НКВД был легендарный Наум Эйтингон; связным и казначеем, – пишут они, – служил его брат Марк [sic]». Далее авторы отмечают: «В течение многих лет он был щедрым покровителем Надежды Плевицкой. Она даже проговорилась на суде, что он «одевал ее с головы до ног». Он же финансировал издание двух ее автобиографических книг». На основе этих скудных фактов они делают следующее предположение: «Только он вряд ли делал это из одной любви к русскому вокалу. Более вероятно, что он выступал как связной и финансовый агент своего брата Наума». Как бы ни относиться к этим предположениям, звучат они гораздо менее уверенно, чем решительные обвинения Шварца.

В конечном счете практически все обвинения против Макса Эйтингона ведут к книге B. Prianishnikov, Nezrimiaia pautina (The Invisible Web), опубликованной в Соединенных Штатах в 1979 году. Прянишников приводит важные отрывки из свидетельских показаний защиты во время судебного процесса над Плевицкой в Париже после похищения генерала Миллера. По очевидным причинам это в высшей степени сомнительный источник: очень трудно определить, какие именно показания сторона процесса посчитает выгодными для себя. С учетом этого прозвучавшие на суде свидетельства выглядят набором невинных утверждений: Плевицкая была хорошо знакома с Максом Эйтингоном; он часто делал ей подарки; он был очень щедр (что могут подтвердить читатели этой книги); она никогда не «продавала» себя за деньги или подарки (и точно не Максу Эйтингону); он был чистым, достойным человеком, не интересующимся любовными приключениями. Его репутация была настолько безупречна, что, когда французский следователь упомянул о Максе Эйтингоне, русский свидетель поправил его, сказав, что речь идет о брате Макса.

Все это, разумеется, не гарантирует невиновности Макса Эйтингона. Тот факт, что у него был брат, который, как подтверждают более достоверные данные, являлся одним из руководителей советской секретной службы, ничего или почти ничего не говорит о его возможной роли в этих подлых делах. Из переписки Фрейда с Эйтингоном и Арнольдом Цвейгом, который очень сблизился с Эйтингонами после эмиграции в Палестину, нам известно, что Эйтингон бóльшую часть времени проводил в Иерусалиме, занимаясь аналитической практикой и организацией там психоаналитических институтов. Мы также знаем, из личного дневника Фрейда, что Эйтингон приезжал в Европу летом 1937 года. Конечно, раскрытие деятельности тайного агента – это по определению нелегкая задача. Однако не следует сбрасывать со счетов почти полное отсутствие сведений о Максе Эйтингоне в литературе по этому вопросу. Иногда, если собака не лает ночью, это означает, что она просто мирно спит. Возможно также, что Шварц в своей будущей книге или другие исследователи, на которых он ссылается, опубликуют имеющиеся у них новые материалы, которые указывают на вину Эйтингона. Но пока эти свидетельства не опубликованы, я делаю вывод, что выводы Шварца необоснованны.

Глава пятая. Позиционная борьба в психоанализе

К сожалению, у нас нет биографии Юнга, сравнимой с жизнеописанием Фрейда, автором которого был Джонс. Существует оригинальная, в высшей степени интроспективная автобиография Юнга, Memories, Dreams, Reflections (1962; tr. Richard and Clara Winston, 1962), с удачными заголовками и с акцентом на снах. Подобно многим автобиографиям, она более откровенна, чем того хочет автор. Не менее ценной является и обширное собрание высказываний Юнга, C. G Jung Speaking: Interviews and Encounters, ed. William McGuire and R. F. C. Hull (1977), которое дополняет и подправляет его автобиографию, а иногда и противоречит ей. Кроме того, имеются несколько довольно информативных жизнеописаний, по большей части тех, кто знал его и восхищался им. Примером такой литературы может служить Liliane Frey-Rohn, From Freud to Jung: A Comparative Study of the Psychology of the Unconscious (1969; tr. Fred E. and Evelyn K. Engreen, 1974). Среди других жизнеописаний следует отметить работу E. A. Bennet, C. G Jung (1961), несмотря на ее краткость, а также Barbara Hannah, Jung: His Life and Work, A Biographical Memoir (1976), в которой автор подчеркивает – и разделяет – мистицизм Юнга. Стоит также прочесть очень подробную гл. 9 в Ellenberger, Discovery of the Unconscious. Robert S. Steele, Freud and Jung: Conflicts of Interpretation (1982). Книга Aldo Carotenuto, A Secret Symmetry: Sabina Spielrein between Jung and Freud (1980; tr. Arno Pomerans, John Shepley, and Krishna Winston, 1982; 2d ed. with additional material, 1984) использует много документального материала и выставляет Юнга в не очень выгодном свете, рассказывая историю блистательной пациентки (и любовницы) Юнга – историю, из которой сам Юнг с трудом выпутался. Работы Юнга доступны в многочисленных изданиях как на немецком, так и на английском. О годах сотрудничества с Фрейдом см. статьи в сборнике Jung, Freud and Psychoanalysis (1961, corr. ed., 1970), vol. IV of the Collected Works, а также в Jung, The Psychoanalytic Years, ed. William McGuire (1974), из томов II, IV и XVII. Я уже упоминал достойное восхищения издание переписки Фрейда и Юнга под редакцией Макгайра. В растущем потоке монографий я нашел особенно вдумчивым «контекстуальный подход» в работе Peter Homans, Jung in Context: Modernity and the Making of a Psychology (1979). Книга Ernest Glover, Freud or Jung? (1956) явно симпатизирует Фрейду, хотя, на мой взгляд, она довольно спорна. С другой стороны, осторожная и разумная статья Paul E. Stepansky, «The Empiricist as Rebel: Jung, Freud and the Burdens of Discipleship», Journal of the History of the Behavioral Sciences, XII (1976), 216–239, по моему мнению, излишне благоволит к Юнгу. Работа K. R. Eissler, «Eine angebliche Disloyalität Freuds einem Freunde gegenüber», Jahrbuch der Psychoanalyse, XIX (1986), 71–88, предлагает тщательно аргументированное оправдание поведения Фрейда в отношении Юнга в 1912 году. В работе Andrew Samuels, Jung and the Post-Jungians (1984) прослеживается судьба идей Юнга после его смерти, с точки зрения последователя Юнга. Среди многочисленных обзоров переписки Фрейда и Юнга я бы выделил как наиболее полезный Hans W. Loewald, «Transference and Counter-Transference: The Roots of Psychoanalysis», Psychoanalytic Quarterly, XLVI (1977), 514–527, доступный в Loewald, Papers on Psychoanalysis (1980), 405–418, Leonard Shengold, «The Freud/Jung Letters: The Correspondence between Sigmund Freud and C. G. Jung», J. Amer. Psychoanal. Assn., XXIV (1976), 669–683, и D. W. Winnicott, in Int. J. Psycho-Anal., XLV (1964), 450–455. Болезненному вопросу разрыва между Юнгом и Фрейдом посвящена статья Herbert Lehman, «Jung contra Freud / Nietzsche contra Wagner», Int. Rev. Psycho-Anal., XIII (1986), 201–209, в которой делается попытка представить душевное состояние Юнга. См. также сбалансированный очерк Hannah S. Decker, «A Tangled Skein: The Freud-Jung Relationship», in Essays in the History of Psychiatry, ed. Wallace and Pressley, 103–111.

Поездка Фрейда в Соединенные Штаты достойна подробного изучения. Краткая и популярная лекция William A. Koelsch, «Incredible Day Dream»: Freud and Jung at Clark, The Fifth Paul S. Clarkson Lecture (1984) тем не менее авторитетна и основана на глубоком знании архивного материала. Nathan G. Hale, Jr., Freud and the Americans: The Beginnings of Psychoanalysis in the United States, 1876–1917 (1971) – это превосходное, подробное исследование (о Фрейде и Кларке см. часть I), освещающее контекст визита Фрейда в Соединенные Штаты. Работа Dorothy Ross, G. Stanley Hall: The Psychologist as Prophet (1972) представляет собой очень полную и ответственную биографию Кларка.

Плодовитый Штекель рассказывает свою версию разрыва с Фрейдом (или разрыва Фрейда с ним) в посмертно опубликованной The Autobiography of Wilhelm Stekel: The Life Story of a Pioneer Psychoanalyst, ed. Emil A. Gutheil (1950). Неопубликованная автобиография Фрица Виттельса «Wrestling with the Man: The Story of a Freudian» (typescript, Fritz Wittels Collection, Box 2, A. A. Brill Library, New York Psychoanalytic Institute) гораздо добрее к Штекелю, чем позволял себе Фрейд. Долгая дискуссия о мастурбации в Венском психоаналитическом обществе, в которой принимал участие Штекель, освещена в Annie Reich, «The Discussion of 1912 on Masturbation and Our Present-Day Views», The Psychoanalytic Study of the Child, VI (1951), 80–94. Лучшим жизнеописанием Адлера является авторизованная биография Phyllis Bottome, Alfred Adler: Apostle of Freedom (1939; 3d ed., 1957); она построена на отдельных эпизодах, не очень глубока и, что неудивительно, представляет свой объект в самом выгодном свете. Гораздо более утонченная работа Paul E Stepansky, In Freud’s Shadow: Adler in Context (1983) тщательно анализирует отношения Фрейда и Адлера, в том числе решительный разрыв, но (судя по эпитетам, используемым автором) склонна в этом споре толковать сомнения в пользу Адлера. В книге Ellenberger, Discovery of the Unconscious большая глава (восьмая) в числе других неопубликованных материалов использует рукопись усердного исследователя жизни Адлера: Hans Beckh-Widmanstetter, «Kindheit und Jugend Alfred Adlers bis zum Kontakt mit Sigmund Freud». Работы Адлера доступны на английском и немецком в изданиях в мягкой обложке; информативные биографические подробности можно найти во вводном очерке Ансбахера о растущем влиянии Адлера и в исследовании Карла Фуртмюллера, в книге Alfred Adler, Superiority and Social Interest: A Collection of Later Writings, ed. Heinz L. and Rowena R. Ansbacher (1964; 3d ed., 1979). Статья самого Фрейда «Об истории психоаналитического движения» (1914) SE XIV, 1–66, отличается пылкостью и верой, и ее следует воспринимать как полемичную, однако она остается наиболее информативной. В автобиографии Джонса, Free Associations, также есть страницы, проливающие свет на этот период и на тогдашние дискуссии. Всестороннее исследование Walter Kaufmann Discovering the Mind, vol. III, Freud versus Adler and Jung (1980) рассматривает споры, которые вел Фрейд, в более широком контексте.

Глава шестая. Клинические случаи и техника анализа

Литературу, посвященную опубликованным Фрейдом историям болезни, конечно, всю изучить невозможно. Естественно, что случай «Доры», с его непреодолимыми последствиями для феминистских и литературных толкователей, генерировал самую большую и самую страстную часть этой литературы; ниже дана лишь репрезентативная выборка. Психоаналитические статьи представлены работами Jules Glenn, «Notes on Psychoanalytic Concepts and Style in Freud’s Case Histories» и «Freud’s Adolescent Patients: Katharina, Dora and the ‘Homosexual Woman’», обе в Freud and His Patients, ed. Mark Kanzer and Glenn (1980), 3–19, 23–47; этот же том содержит такие полезные источники, как Melvin A. Scharfman, «Further Reflections on Dora», 48–57, Robert J. Langs, «The Misalliance Dimension in the Case of Dora», 58–71, Kanzer, «Dora’s Imagery: The Flight from a Burning House», 72–82, и Isidor Bernstein, «Integrative Summary: On the Re-viewings of the Dora Case», 83–91. См. также специальное издание Revue Française de Psychanalyse, XXXVII (1973), с семью статьями, посвященными одному этому случаю, а также Alan and Janis Krohn, «The Nature of the Oedipus Complex in the Dora Case», J. Amer. Psychoanal. Assn., XXX (1982), 555–378, и Hyman Muslin and Merton Gill, «Transference in the Dora Case», J. Amer. Psychoanal. Assn., XXVI (1978), 311–328. Вдумчивый анализ этого же случая с исторической перспективы был проведен в работе Hannah S. Decker, «Freud and Dora: Constraints on Medical Progress», Journal of Social History, XIV (1981), 445–464, а также в оригинальной статье того же автора «The Choice of a Name: ‘Dora’ and Freud’s Relationship with Breuer», J. Amer. Psychoanal. Assn., XXX (1982), 113–136. Известное (надеюсь, печально известное) и необоснованно грубое наблюдение Феликса Дойча, который в самой бесчувственной манере описал достигшую среднего возраста Дору, «A Footnote to Freud’s ‘Fragment of an Analysis of a Case of Hysteria’», Psychoanalytic Quarterly, XXVI (1957), 159–167, может служить примером психоанализа как агрессии. Статья Arnold A. Rogow, «A Further Footnote to Freud’s ‘Fragment of an Analysis of a Case of Hysteria’», J. Amer. Psychoanal. Assn., XXVI (1978), 331–356, – это более доброжелательное послесловие к Дойчу, рассматривающее жизнь Доры в широком контексте. См. также блестящие (хотя, на мой взгляд, и несколько резкие) комментарии в книге Janet Malcolm, Psychoanalysis: The Impossible Profession (1981); автор предполагает (167–168), что псевдоним Дора ассоциируется с именем героини мифа, которая принесла беды в этот мир своим «ящиком».

In Dora’s Case: Freud-Hysteria-Feminism, ed. Charles Bernheimer and Claire Kahane (1985) – это интересная антология очерков, в основном литературных критиков; статьи значительно отличаются по своей ценности, а авторы преследуют разные цели. Книга включает два пространных предисловия редакторов и большие фрагменты работы Steven Marcus, «Freud and Dora: Story, History, Case History» (первоначально опубликованной в Partisan Review, [Winter 1974], 12–108, и переизданной в Representations [1975], 247–309). Маркус, настаивающий на прочтении истории болезни как произведения литературы, отчасти виноват в тяжелой ноше зачастую произвольных толкований, которую вынуждена нести Дора. Наглядным примером такого подхода в этой антологии может служить статья Toril Moi, «Representation of Patriarchy: Sexuality and Epistemology in Freud’s Dora», 181–199. Автор цитирует Фрейда, который писал, что извлек на свет дня «бесценные, хотя и искалеченные, остатки древности» (SE VII, 12), и делает далеко идущие выводы из метафоры Фрейда. «Искалеченные» – это обычный [для Фрейда] способ описания эффекта кастрации, а «бесценный»… следует понимать буквально: не имеющий ценности. Какая может быть цена, когда ценная часть отрезана?» (с. 197). Это звучит нелепо, но Мои использовал только английский перевод из Standard Edition, не пожелав заглянуть (или не смог этого сделать) в немецкий оригинал. Фрейд использовал слово unschätzbaren, которое никоим образом нельзя перевести как «не имеющий ценности». Этот термин означает «не поддающийся оценке» или, если хотите, «выше всякой цены» – высшая степень ценности, которую может выразить немецкое прилагательное.

Маленький Ганс удостоился гораздо меньшего внимания. Работа Joseph William Slap, «Little Hans’s Tonsillectomy», Psychoanalytic Quarterly, XXX (1961), 259–261, выдвигает интересную гипотезу, которая дополняет фрейдовскую интерпретацию фобии Ганса. В статье Martin A. Silverman «A Fresh Look at the Case of Little Hans», в Freud and His Patients, ed. Kanzer and Glenn, 95–120, приведена полная библиография этого детского случая. В том же томе см. также интересную статью Glenn «Freud’s Advice to Hans’ Father: The First Supervisory Sessions», 121–134.

Самое полное исследование «Крысина», его семьи, его невроза, а также различий между заметками Фрейда в процессе лечения и опубликованной историей болезни можно найти в книге Patrick J. Mahony, Freud and the Rat Man (1986). В работе Elza Ribeiro Hawelka, Freud, L’homme aux rats. Journal d’une analyse (1974) автор выполнила точный перевод с немецкого заметок Фрейда (широко используемый английский текст в SE X, 253–318, не является полным и абсолютно достоверным), дополнив его французским переводом, примечаниями и комментариями. Оригинал заметок, снабженных комментариями, которые выглядят как более поздние записи Фрейда, хранится в LC вместе с другими разрозненными материалами. Довольно редкие подчеркивания и пометки на полях указывают, что Фрейд, возможно, собирался вернуться к этому случаю, однако никакой другой рукописи о «Крысине» пока не обнаружено. Некоторые психоаналитические догадки задним числом предлагаются в работе Elizabeth R. Zetzel «1965: Additional Notes upon a Case of Obsessional Neurosis: Freud 1909», Int. J. Psycho-Anal, XLVII (1966), 123–129, которую следует читать вместе со следующей статьей, Paul G. Myerson, «Comment on Dr. Zetzel’s Paper», 130–142. См. также в Int. J. Psycho-Anal: Samuel D. Lipton, «The Advantages of Freud’s Technique As Shown in His Analysis of the Rat Man», LVIII (1977), 255–273, и его же продолжение, «An Addendum to ‘The Advantages of Freud’s Technique As Shown in His Analysis of the Rat Man’», LX (1979), 215–216, а также Béla Grunberger, «Some Reflections on the Rat Man», LX (1979), 160–168. Как и прежде, представляет интерес сборник Freud and His Patients, ed. Kanzer and Glenn, в частности, Judith Kestenberg, «Ego Organization in Obsessive-Compulsive Development: The Study of the Rat Man, Based on Interpretation of Movement Patterns», 144–179, Robert J. Langs, «The Misalliance Dimension in the Case of the Rat Man», 215–230, и Mark Kanzer, «Freud’s Human Influence on the Rat Man», 231–240. Один из первых комментариев можно найти в статье Джонса «Hate and Anal Erotism in the Obsessional Neurosis» (1913), в Jones, Papers on Psycho-Analysis (3d ed., 1923), 553–561.

Исследование статьи Фрейда о Леонардо да Винчи, Meyer Schapiro, «Leonardo and Freud: An Art-Historical Study», Journal of the History of Ideas, XVII (1956), 147–178, в полном смысле этого слова незаменимо. В ответе на эту работу, K. R. Eissler’s, Leonardo da Vinci: Psycho-Analytic Notes on the Enigma (1961), можно найти широкий подход и блестящие комментарии, но в данном случае Эйслер перестарался – в 350-страничной книге он пытается препарировать статью объемом около 30 страниц. Из литературы о Леонардо я бы выделил книгу Kenneth Clark, Leonardo da Vinci: An Account of His Development as an Artist (1939; rev. ed., 1958), краткую, ясную, обоснованную и доброжелательную. Впервые на ошибку Фрейда относительно «грифа» было указано в работе Eric Maclagan, «Leonardo in the Consulting Room», Burlington Magazine, XLII (1923), 54–57. Очень информативна также работа Edward MacCurdy, ed., The Notebooks of Leonardo da Vinci (1939).

Авторитетное исследование Шребера, прилежно исправляющее неточности предыдущей работы, – это работа Han Israels, Schreber, Father and Son (1980); перевод с голландского, 1981, дополненная во французской версии, Schreber, père et fils, tr. Nicole Sels (1986). Несомненным достоинством этой работы является то, что автор рассматривает Шребера в контексте отношений в семье. Тем не менее эта книга не сделала устаревшими ряд оригинальных статей Уильяма Г. Нидерланда, три из которых включены в его книгу Freud and His Patients, ed. Kanzer and Glenn, 251–305, а также собраны в The Schreber Case: Psychoanalytic Profile of a Paranoid Personality (1974). Они демонстрируют, что некоторые «изобретения» Шребера, такие как устройства для пыток, очень похожи на приспособления, к которым отец привязывал его в детстве. У Израэльса и Нидерланда в достаточной степени освещены как реальные, так и полемические аспекты.

В работе Patrick J. Mahony Cries of the Wolf Man (1984) автор тщательно исследует «Волкова», как прежде «Крысина», уделяя особое внимание стилю Фрейда. (Этому стилю Махони посвятил отдельное исследование, Freud as a Writer [1982].) Среди работ психоаналитиков, рассматривавших этот случай, наибольший интерес представляет William Offenkrantz and Arnold Tobin, «Problems of the Therapeutic Alliance: Freud and the Wolf Man», Int. J. Psycho-Anal, LIV (1973), 75–78. Статья Harold P. Blum, «The Borderline Childhood of the Wolf Man», J. Amer. Psychoanal Assn., XXII (1974), 721–742, включенная в сборник Freud and His Patients, ed. Kanzer and Glenn, 341–358, предполагает, что состояние знаменитого пациента было гораздо серьезнее, чем диагностировал Фрейд. В этом сборнике также есть еще одна превосходная статья, Mark Kanzer, «Further Comments on the Wolf Man: The Search for a Primal Scene», 350–366. Рут Мак Брунсвик, которая в 1920-х годах анализировала «Волкова», пишет о нем в статье «A Supplement to Freud’s History of an Infantile Neurosis» (1928), перепечатанной в The Wolf-Man by the Wolf-Man, ed. Muriel Gardiner (1971), 263–307. Этот интересный сборник также содержит воспоминания «Волкова», в том числе о Фрейде, и рассказ Гардинера о дальнейшей жизни этого пациента. Достойная внимания дискуссия, содержащая критику подхода Брунсвик к «Волкову» начата в J. Harnik, «Kritisches über Mack Brunswicks ‘Nachtrag zu Freud’s «Geschichte einer infantilen Neurose’», Int. J. Psycho-Anal., XVI (1930), 123–127; ответом Брунсвик стала статья «Entgegnung auf Harniks kritische Bemerkungen», 128–129. Она, в свою очередь, вызвала появление работы Харника «Erwiderung auf Mack Brunswicks Entgegnung», Int. J. Psycho-Anal., XVII (1931), 400–402, за которой в этом же номере журнала опубликовано окончательное слово Брунсвик, «Schlusswort», 402. В книге Karin Obholzer, The Wolf-Man Sixty Years Later: Conversations with Freud’s Controversial Patient (1980; tr. Michael Shaw, 1982) приведены интервью с «Волковым» в очень преклонном возрасте, однако они имеют ограниченную ценность, и относиться к ним следует с осторожностью.

Большинство более поздних статей и книг по технике психоанализа можно читать как комментарии к классическим статьям Фрейда, хотя лучшие из них, разумеется, не лишены оригинальности и предлагают усовершенствования первоначальных приемов Фрейда. Среди тех, которые я нашел наиболее полезными, – я исключаю несколько значимых коротких статей – можно отметить ясную и энергичную работу Edward Glover, Technique of Psycho-Analysis (1955), достойную зависти по части краткости книгу Karl Menninger, Theory of Psychoanalytic Technique (1958) и превосходный очерк, представляющий собой дополненную лекцию, Leo Stone, The Psychoanalytic Situation: An Examination of Its Development and Essential Nature (1961). Ralph R. Greenson, The Technique and Practice of Psychoanalysis, vol. 1 (1967), единственный вышедший из печати том – это подробный, в высшей степени специализированный учебник с поучительным анализом сотрудничества; он предназначен в основном для желающих стать психоаналитиками. Я многое почерпнул из серии статей Loewald, «The Psychoanalytic Process», в сборнике Papers on Psychoanalysis, в частности «On the Therapeutic Action of Psychoanalysis», 221–256, «Psychoanalytic Theory and the Psychoanalytic Process», 277–301, «The Transference Neurosis: Comments on the Concept and the Phenomenon», 302–314, «Reflections on the Psychoanalytic Process and Its Therapeutic Potential», 372–383, и в оригинальной, наталкивающей на размышления «The Waning of the Oedipus Complex», 384–404. Спорные статьи Шандора Ференци по технике психоанализа можно найти в двухтомнике Schriften zur Psychoanalyse, ed. Balint; в переводе на английский многие из них включены в сборник Further Contributions to the Theory and Technique of Psycho-Analysis (1926, 2d ed., 1960). Среди самых ценных работ по технике психоанализа можно отметить краткий обзор Rudolph M. Loewenstein, «Developments in the Theory of Transference in the Last Fifty Years», Int. J. Psycho-Anal, L (1969), 583–588, и насколько работ Филлис Гринакр, собранных в ее книге Emotional Growth: Psychoanalytic Studies of the Gifted and a Great Variety of Other Individuals, 2 vols. (1971), в частности, Evaluation of Therapeutic Results: Contributions to a Symposium» (1948), 619–226, «The Role of Transference: Practical Considerations in Relation to Psychoanalytic Therapy» (1954), 627–640, «Re-evaluation of the Process of Working Through» (1956), 641–650, и «The Psychoanalytic Process, Transference, and Acting Out» (1968), 762–776, не говоря уже о менее значительных. Остроумная и язвительная работа Janet Malcolm Psychoanalysis: The Impossible Profession заслужила (вполне справедливо) высокую оценку психоаналитиков как надежное введение в теорию и практику психоанализа. Ее преимущество над более серьезными текстами заключается в том, что она не только информативна, но и забавна.