Текст книги "Давай мы станем незнакомцами (СИ)"

Автор книги: Наталия Веленская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 32 страниц)

Глава 48

«Никогда не думала, что такое скажу, но мне жалко Лиса», – написала мне Лизка, когда я поведала ей, чем закончилась наша последняя перепалка с Мереминским, и что я всё равно собираюсь на свидание с Елисеем.

«Это ещё почему?!»

«Потому что ты его используешь, чтобы забыть Ярика. И это нечестно»

«Я его к себе гвоздями не приколачиваю! – тут же вспыхиваю я. Злобно отстукиваю ногтями по экрану телефона, набирая ответ подруге. – Лиз, он сам говорил, что совсем не против помочь мне забыть Мереминского. И Лис прекрасно знает, что сейчас творится у меня внутри. Может даже лучше меня самой! И поверь, если его что-то не устраивает, то он не станет это терпеть».

Чёрт почему я вообще должна оправдываться? Пускай даже перед лучшей подругой! Каждый человек – кузнец своего счастья. И я как могу, так и стараюсь ковать своё собственное счастье. И если Лис готов мне в этом помочь, то значит он сам этого хочет!

Раздражённо кидаю телефон на кровать и следом опускаюсь на край сама, осторожно касаясь ладонями пылающего лица. Лис хотел, чтобы я волновалась перед нашим первым официальным свиданием, предвкушала его и мучилась из-за выбора платья. Я же с треском провалила каждый из обозначенных пунктов.

Вместо долгих размышлений над своим нарядом я просто зашла в гардеробную и достала первое попавшееся платье – длинное, чёрное с открытой спиной и глубоким разрезом по бедру. К нему я схватила красные замшевые босоножки с ремешками на щиколотке, украшенными аккуратными миниатюрными бантиками. Ну что ж, раз именно они попались мне под руку, то придётся малевать губы красной помадой. Лис точно будет в восторге. И надеюсь, это немного отвлечёт его внимание от моих полыхающих щек…

Вот только полыхали они не от волнения перед свиданием, а потому что я никак не могла выкинуть из головы то, что недавно произошло у нас с Яриком. И как бы я не старалась изгнать из своих мыслей образ Мереминского, у меня ничего не получалось. Я до сих пор ощущала его обжигающие прикосновения на своей коже. А мои губы по-прежнему хранили вкус его поцелуев. Дерзких, опьяняюще сладких… Чёрт, Лизка всё-таки права – как я могу идти на свидание с Елисеем, если я вся сейчас будто бы соткана из прикосновений и поцелуев другого мужчины?!

Мне и раньше стоило огромных усилий, сохранять рассудок в присутствии Мереминского. А сейчас, каждый раз, когда она начинает меня целовать я превращаюсь в какую-то безвольную тряпичную куклу.

Никакого сопротивления. Ноль здравого смысла.

Уйма наслаждения… Чёрт!

Марин, это зависимость! Болезненная зависимость, от которой давно пора бы уже избавиться за столько лет! А ты её холишь и лелеешь, и даже перед свиданием с другим прокручиваешь в голове все самые яркие моменты!

И это не-нор-маль-но!

Звук сообщения резко выдёргивает меня из омута гнетущих мыслей.

«Я у твоего дома».

Тяжело вздыхаю, окидываю себя беглым взглядом в зеркало и спускаюсь вниз. Предвкушения нет, я слишком взвинчена, чтобы думать о предстоящем свидании и слишком сосредоточена на том, чтобы скрыть своё состояние от Лиса.

Меланчук стоит, опираясь на капот своей чёрной бэхи и стоит лишь мне выйти за ворота, как его губы расплываются в широкой улыбке. Такой искренней, немного мальчишечьей. Но взгляд, которым он меня окидывает, принадлежит взрослому, уверенному в себе мужчине. Который точно знает, чего хочет, и который явно остался доволен моим внешним видом.

– Привет, – говорю я, останавливаясь перед Елисеем и неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Привет, – отзывается он. А потом неожиданно притягивает меня к себе и оставляет короткий, но очень чувственный поцелуй на моих губах.

– Лис это же… Это первое свидание! – шиплю я, чувствуя, что вся заливаюсь краской прямо под тон своей ярко-красной помады.

– Сделаем скидку на нашу предысторию, – усмехается Лис, – И к тому же… Ты ведь знаешь, что красный цвет для меня – это как красная тряпка для быка.

– Знаю, но…

– Тогда не удивляйся, – смеётся Елисей, легонько щелкая меня по носу и вновь оставляя на моих губах мимолетный поцелуй.

Губы немного побаливают после выходки Мереминского, и если Лис сегодня вечером продолжит их терзать, то… Я, наверное, сойду с ума. Во-первых, от непрерывного мыслительного процесса – во что превратилась моя жизнь, а во-вторых, от разливающейся тяжести внизу живота. После того, что вытворял с моим телом Мереминский, возбуждению срочно нужен был выход.

Но у тебя первое свидание, Марин! Именно так вы его обозначили с Лисом и запустили новый отсчёт в ваших отношениях. Поэтому просто дыши глубже и думай на нейтральные темы! Ты ведь взрослый, разумный человек и можешь себя контролировать!

Меланчук берёт меня за руку и помогает усесться в машину, а следом сам, точно хищник, грациозно запрыгивает внутрь.

Наблюдаю за ним из полуопущенных ресниц – белоснежная рубашка с парочкой небрежно расстёгнутых верхних пуговиц, тёмные брюки, которые отлично подчёркивали его мощные мускулистые ноги, металлический браслет часов на широком запястье, откиданные назад пепельные светлые волосы. А ещё я слышала более интенсивный аромат его любимого парфюма – как будто он специально нанёс на себя чуть больше обычного. Почему-то мне кажется, что Меланчук действительно постарался, чтобы хорошо выглядеть на нашем первом официальном свидании. Хоть и сделал так, чтобы это не особо бросалось в глаза. А я… нанесла красную помаду и расчесала локоны. Молодец, Марин – постаралась, так постаралась!

– И куда мы едем?

– Ко мне, – отвечает Елисей, одной рукой небрежно держа руль и сворачивая на одну из главных улиц нашего города.

– К тебе? – переспрашиваю я, невольно облизывая от волнения губы. – К тебе домой?!

– Ко мне домой, – подтверждает Лис, окидывая меня своим фирменным раздевающе-ласкающим взглядом, от которого я тут же вспыхиваю. – А что? Тебя что-то смущает, Мариш?

Меня смущает абсолютно всё! От моего взвинчено-возбуждённого состояния до загадочных многоточий, которые мне мерещатся в каждой фразе!

– Ты сказал, что это будет самое лучшее свидание в моей жизни, – саркастично вскидываю я брови.

– Всё верно, – кивает Лис, перемещая руку на моё бедро. Проводит костяшками пальцев по тёмной ткани рядом с разрезом, замирая на пол пути, и чуть заметно сжимая выше моего обнажённого колена. – И я гарантирую, что тебе всё понравится. Очень-очень понравится, Мариш…

Тяжело сглатываю, встречаясь с его пылающим взглядом.

Машина медленно тормозит на светофоре, а вот её владелец явно не хотел останавливаться и соблюдать какие-либо приличия на первом официальном свидании. Потому что Лис, не сводя с меня своего тёмно-зелёного омута, продолжал продвигаться вверх по бедру, заставляя моё сердце громыхать в груди на каждый пройдённый им миллиметр кожи.

Чёрт, да когда уже загорится этот зелёный свет!

Делаю судорожный вздох и сильнее свожу вместе колени, что конечно же не укрылось от цепкого взора Лиса.

– Мариш, просто расслабься и получай удовольствие, – рассмеялся он, склоняясь ко мне и опаляя горячим дыханием кромку моего уха.

Светофор наконец меняет цвет. Лис с явной неохотой убирает руку с моего бедра и вновь фокусирует внимание на дороге.

Прикрываю глаза и со вздохом откидываю голову на сидение. Расслабишься тут, конечно!

Лис не говорил прямым текстом, как закончится наше свидание, но намёки были более чем прозрачные. И я… у меня даже не было сил возмущаться по этому поводу. Да и повод для возмущения, откровенно говоря, был так себе.

В конце-то концов, мы уже взрослые люди, чего тянуть и ходить вокруг да около? Во всём надо искать плюсы. Даже если никакой романтики не будет, то мне хотя бы удастся сбросить с себя скопившееся напряжение. Впрочем, что-то романтичное Лис наверняка приготовил. Не зря же он так откровенно потешался над шелковыми простынями, свечами, лепестками роз и прочей романтичной атрибутикой, без которой я якобы не могла прожить.

Вот только реальность под грамотным руководством Елисея преподнесла мне очередной сюрприз. Да, цветы действительно были, и свечи, и даже шёлковые простыни… Вот только в постели я оказалась совершенно не таким образом, как предполагала в начале вечера.

Глава 49

Тот сценарий, что я успела нарисовать в своей голове не имел ничего общего с реальностью. И начала я это осознавать стоило нам с Лисом оказаться в лифте.

– Это ведь не твой этаж, – удивленно проговорила я, увидев какую кнопку на панели нажал Меланчук.

– Не мой.

Очень информативно!

– Я так и буду из тебя всё весь вечер клещами вытягивать?! – недовольно бурчу я, впиваясь раздражённым взглядом в этого до неприличия спокойного и загадочного товарища.

– А ты что совсем не любишь сюрпризы?

Недовольно поджимаю губы и отворачиваюсь. Потому что чувствую, что от переполняющих меня эмоций, могу взорваться в любой момент.

– Эй, – притягивает меня к себе, убирает в сторону мои волосы и начинает покрывать кожу на шее нежными практически невесомыми поцелуями, – Потерпи немного, скоро всё узнаешь…

Двери лифта наконец открываются и спустя пару мгновений мы оказываемся на крыше элитного жилого комплекса. Вот только то, что открылось моему взору вряд ли можно было назвать привычной картиной даже для такого жилья премиум класса, которое прикупил себе Меланчук. По всему периметру крыши куда не глянь всё было усыпано живыми цветами, зеленью, и даже небольшими деревьями.

Боже, а их сюда, как смогли поместить?!

Аккуратно ступаю по насыпанным гравием дорожкам, изумлённо озираясь по сторонам. Кажется, будто я попала в другую реальность или в очень красочный сон.

Ощущение нереальности происходящего усилилось, когда до моего слуха донёсся шум воды. Но мы же на крыше…

Поворачиваю в сторону голову, чтобы определить источник шума и замечаю вдали небольшой фонтан в виде пруда, который идеально вписался в этот импровизированный сад.

– Это… это…, – пытаюсь подобрать я слова, оборачиваясь к Лису.

– Если ты пройдёшь чуть дальше к ограждению, то сможешь оценить, какой тут открывается потрясающий вид на Волгу, – улыбается Меланчук, привлекая меня к себе, – Но поскольку она всё-таки далеко, а ты не можешь прожить без воды, то пришлось выкручиваться вот таким образом.

– Невероятно! – прошептала я, все ещё не в силах выразить свой искренний и немного детский восторг от увиденного. – Это… как ты это всё сделал?!

– Не я, а нанятые декораторы, флористы и ландшафтные дизайнеры, – усмехнулся Лис, – Моя здесь только задумка.

– Но всё равно… Погоди, а как другие жильцы отнеслись к таким переменам? Они не против?

– Нет, – смеётся Меланчук моему несколько наивному вопросу. – Всё согласовано. А ещё сегодня крыша полностью арендована под наше с тобой камерное мероприятие. Поэтому нас никто не побеспокоит.

Прохожу ещё немного вперёд и вижу за деревьями небольшую беседку, увитую зеленью и полностью спрятанную от посторонних глаз. Внутри беседки нас поджидал накрытый обеденный стол, а ещё… Я остановилась на полпути, услышав звуки саксофона и негромкое мелодичное пение. И я на что угодно была готова поспорить, что это была не запись, а живое исполнение!

– Лис, а…

– Да, чуть дальше на другой половине крыши играет твоё любимое джазовое трио, – с улыбкой подтвердил мою догадку Меланчук, подходя ко мне. Нежно берёт меня за руку и переплетает наши пальцы, – Ты ведь давно хотела сходить на их выступление?

– Да, – еле слышно говорю я, пытаясь разглядеть за его плечом спрятанный в отдалении музыкальный коллектив.

– Мариш, когда мы переедем в Москву, мы будем часто ходить на их концерты, – уверенно говорит Лис, заглядывая мне в глаза, – Ну а пока… сегодня они будут играть и петь только для нас с тобой. Но при этом не нарушая наше уединение.

Не могу выдержать этого спокойного прямого взгляда и с тяжёлым вздохом смущённо прячу голову на груди Елисея.

Мне бы сейчас хоть капельку уверенности в будущем, которое исходило от Лиса! Но я не уверена! Ни в себе, ни в будущем, ни в своих чувствах, к мужчине, который организовал для меня этот удивительный вечер. И это сводило меня с ума…

– Голодная? – интересуется Лис, приобнимая меня за плечи.

– Ну-у так…

– Пойдём. Я уверен – стоит тебе увидеть, что нам с тобой приготовили, как у тебя тут же разыграется аппетит.

Послушно иду за ним в беседку. Сервировка стола и подача блюд действительно оказались на высшем уровне. Но у меня кусок не лезет в горло. Потому что… потому что я чувствую, как уплываю из реальности. Все вокруг какое-то… слишком. Слишком сказочно, слишком идеально, слишком романтично. И Елисей, который сидит напротив и мило воркует без своих привычных язвительных шуточек, тоже кажется каким-то другим, похожим на вымышленного идеального героя.

А вот я ощущаю себя здесь инородным телом. Неидеальной героиней, которая случайно забрела на праздник и будто бы заняла чужое место. А ведь Лис правда очень старался. И вся эта фантастически красивая атмосфера и чарующая музыка всё это только ради меня…

– О чём ты сейчас думаешь? – спрашивает Лис после того, как отослал официанта. Судя по всему, для него сейчас приоритет номер один – уединение. И для этого Меланчук готов был даже самостоятельно наполнять наши бокалы, лишь бы нам никто не мешал.

Конечно же от Елисея не могло укрыться, что на половину его фраз я отвечаю невпопад. Было бы очень наивно надеяться, что он не заметит моего состояния, если на протяжении стольких лет, он читал меня, как раскрытую книгу.

Даже удивительно, что за эти годы она ему не наскучила.

Смотрю на стаю пузырьков, что красиво отражались сквозь стенки фужера и смешивались с лучами закатного июньского солнца. И совершенно не знаю, что ответить Лису…

– Мариш? – вновь пытается меня вернуть в разговор Меланчук.

– Лися, мне страшно, – честно говорю я, отодвигая подальше от себя фужер с шампанским. Встречаюсь с его внимательным и понимающим взглядом и это придает мне решимости открыть всё, что скопилось у меня в душе. – То, что произошло со мной за эти несколько недель в плане событий и эмоций… Мне кажется, любому человеку хватило бы на целую жизнь. И я вообще не представляю, что ждёт меня впереди. Я всегда знала, что будет со мной завтра, или через месяц, через год. У меня всегда был чёткий план, что мне нужно делать и зачем. А сейчас… всё очень зыбко. Я как будто бы замерла на краю пропасти. И назад идти нельзя, но и дальше… мне кажется, что я сделаю шаг и просто рухну вниз.

Меланчук смотрит на меня и молчит. И только на его губах мелькает едва заметная улыбка.

Нервно усмехаюсь и всё-таки решаюсь пригубить немного шампанского, в ожидании ответа Лиса. Но он по-прежнему не спешит ничего отвечать. А вместо этого встаёт, подходит ко мне и протягивает свою ладонь:

– Пойдём.

Подводит меня к краю крыши. Стеклянное высокое ограждение, уберегало от падения, но к счастью, не скрывало от нас потрясающий вид – старый город с его необыкновенно красивой архитектурой, Волгу и утопающие в закатной дымке горы на другом берегу.

– Посмотри вперёд, Мариш, – негромко говорит мне на ухо Елисей, приобнимая сзади за талию, – Там впереди пропасть. А ещё там много всего красивого и интересного. Целый мир, который открыт перед нами. Но для того, чтобы его узнать совсем не обязательно срываться вниз. Есть более доступные и безопасные способы. Главное не бояться пробовать и идти вперёд.

– Ты иногда такой философ, – улыбаюсь я, откидывая голову назад на его широкую грудь.

– Да, бываю иногда, – усмехается Лис, разворачивая меня к себе. Аккуратно приподнимает пальцами мой подбородок, будто бы заглядывая прямо в душу своим болотно-зелёным омутом. – Но это не просто слова, Мариш. Я действительно так думаю. Я хочу, чтобы ты шла вперёд и только вперёд – навстречу своему счастливому будущему. Я хочу стать частью этого будущего. Я люблю тебя. Уже давно люблю и я думаю ты и сама это знаешь. Так же, как и я знаю, что тебе потребуется какое-то время, чтобы ответить мне тем же. Но я хочу, чтобы ты знала о моих чувствах. Я очень сильно тебя люблю. И я скорее умру, но никогда не обману тебя и не предам.

Глава 50

Я тебя люблю.

Признание, которого я совсем не ждала услышать сегодня, но которое застыло в воздухе, точно грозовое облако. Ещё секунда и громыхнет или обрушится потоками ливня.

Сердце начинает отчаянно отстукивать в груди, а горло сжимает болезненный спазм.

И что теперь делать?! На такие слова полагается что-то отвечать, а у меня в голове какой-то вязкий туман, который только усиливает нереальность этого вечера.

Лис всегда говорил, что романтичные признания – это точно не по его части. Его вообще раздражала эта банальная заезженная фраза про любовь, но вот сейчас он… Сказал всё как есть. Как чувствовал.

А что чувствую я? Признательность с примесью чувства вины, что не могу ответить ему тем же? Дикое желание, чтобы эти слова были озвучены другим мужчиной? Мимолётная радость и долгожданное утешение для моей израненной гордости и женского тщеславия, которые уже много лет страдали из-за молчания Мереминского?

Но это совсем не те чувства, которые должна испытывать девушка, которой признались в любви!

– Лис, я… я…

– Ничего не говори, Мариш, – Меланчук мягко прикладывает палец к моим губам, – Я не требую от тебя сейчас никакого ответа. Всё, что я хочу – чтобы ты позволила мне сделать тебя счастливой.

– Лися, – тяжело вздыхаю и смущённо прячу голову у него на груди. Потому что мне сейчас очень стыдно смотреть ему в глаза.

– Запросы у меня как всегда на высоте, я знаю, – смеётся Меланчук, крепко сжимая меня в объятиях. – Но я правда уверен, Мариш, что смогу сделать тебя счастливой. Просто будь рядом. И я покажу тебе, что этот мир намного удивительнее и прекраснее, чем ты можешь себе представить.

Закрывается рукой в мои волосы, нежно перебирая растрепавшиеся от ветра прядки. Чувствую себя какой-то потерянной маленькой девочкой рядом со скалой уверенности по имени Елисей Меланчук.

Всё также не выпуская меня из кольца своих рук, Лис начинает едва заметно покачиваться в такт мелодии.

Над акустикой для этого вечера он тоже заморчился. Джазовый коллектив находился вдали на противоположном конце, но благодаря правильно подобранному звуковому оборудованию я могла слышать каждый аккорд и даже каждую интонацию в голосе вокалистки.

Растерянность и паника понемногу отступают. Чувствую, как куда-то уплываю, растворяюсь в этих лирично-меланхоличных мотивах, которое разносятся по крыше. А от неторопливых ласковых прикосновений Лиса к моим волосам хочется просто прикрыть глаза и ни о чём не думать. И ничего не решать. Я слишком устала и слишком запуталась, чтобы принимать сейчас какие-либо судьбоносные решения.

– Ничего не бойся, – шепчет Елисей, беря меня за руку и переплетая наши пальцы, чтобы медленно закружить меня в танце, – Будущее – это не так уж и страшно, Мариш. Особенно если рядом с тобой подходящий человек.

Обманчиво мягкие интонации совершенно не скрывали непоколебимой уверенности в том, что он и есть тот самый подходящий для меня человек.

И с этим действительно было трудно поспорить.

Он меня любит. Он хочет, чтобы я была рядом и хочет сделать меня счастливой. Как говорится, о чем ещё можно мечтать?..

И вроде бы всё хорошо и правильно. И вроде бы всё так как и должно быть… Но почему-то ощущение счастья у меня было завалено под грудой противоречивых чувств и эмоций.

Последние аккорды мелодии затихают, будто бы их подхватил тёплый летний ветер и унёс куда-то вдаль.

Меланчук берёт меня за руку и ведёт к ещё одному неизведанному нами уголку этого импровизированного сада на крыше. Туда, где среди небольших деревьев стояли обвитые зеленью широкие качели. Нанятые Лисом чудо дизайнеры решили расположить их так, чтобы можно было наслаждаться потрясающим видом на город и при этом полностью укрыться от глаз посторонних людей.

Официанты, которые весь вечер следуя указаниям Лиса, перемещались, словно тени, начали зажигать маленькие фонарики в виде свечей, рассыпанные по всему периметру крыши. В воздухе будто бы медленно разливалось волшебство, окрашивая теплом и уютом и без того это сказочно красивое пространство.

Мне казалось, что реальность уплывает от меня всё дальше и дальше. Что это не я сейчас сижу на качелях в объятиях Лиса, а какая-то другая девушка. Точно здесь с ним была только моя оболочка, а душой и мыслями я была далеко-далеко отсюда…

С Яриком?..

Сердце болезненно сжимается в груди. Прикрываю глаза, чтобы изгнать из своей головы совершенно неуместный сейчас образ Мереминского.

– Мне нужно выпить, – говорю я, выскальзывая из объятий Лиса.

Меланчук удивлённо вскидывает брови и делает знак официанту. Чёрт, кажется, он в этот момент что-то рассказывал, а прервала его на полуслове.

М-да, первые свидания – это явно не мой конек. Жадно припадаю губами к фужеру и выпиваю до дна, под пристальным взглядом Лиса.

– Всё хорошо?

– Никогда не думала, что буду так нервничать на нашем первом официальном свидании, – неловко пытаюсь пошутить я, убирая пустой фужер в сторону. Тень официанта молниеносно оказывается рядом с качелями, забирает его и тут же растворяется в полумраке.

– Мариш, к чёрту все эти официальные обозначения! Просто сегодня наш вечер и всё. Если это будет нашей новой точкой отсчёта, то я конечно буду рад…

– А если нет? – впиваюсь в него пытливым взглядом и даже задерживаю дыхание в ожидании ответа.

– Ты ведь сама знаешь ответ, – мягко улыбается Лис, придвигаясь ко мне. Обхватывает ладонями моё лицо, нежно скользя подушечками пальцев по коже, тут же запуская сотни мурашек.

– Что ты всегда добиваешься своего? – шепчу я.

– Да. И это просто вопрос времени, когда ты скажешь мне «да», – усмехается Лис, нежно касаясь своими губами уголка моих губ, опаляя их своим горячим дыханием. – Просто вопрос времени, Мариш, когда ты по-настоящему станешь моей. Но я за то, чтобы не тратить его впустую на ненужные страхи и сомнения. Потому что мы с тобой идеально подходим друг другу. И ты это тоже знаешь. И-де-а-ль-но…

Одной рукой притягивает к себе за затылок и накрывает мои губы жарким тягучим поцелуем, заставляя сердце рвано отстукивать в груди.

Поцелуй-демонстрация намерений, поцелуй-доказательство. И в то же время в каждом его касании губ я чувствовала… безграничную нежность и трепет. То, что я никогда не ощущала с ним раньше. Разве что тогда – много лет назад, когда случился наш первый поцелуй…

Что-то изменилось после его признания. Необратимо. И когда мы наконец смогли оторваться друг от друга, и я посмотрела Лису в глаза, то я в полной мере осознала весь масштаб перемен.

Это не был взгляд, затуманенный желанием и страстью. Это был взгляд безумно влюбленного мужчины. Мужчины, который отчаянно нуждался во взаимности. Мужчины, который жаждал хотя бы капельку нежности и тепла. И который совершенно не боялся мне этого показать, показать свою уязвимость и слабость. И потому смотрел на меня сейчас с огромной надеждой в искрящемся взгляде болотно-зелёных глаз.

Почему-то в моей голове всплыла фраза «Мы в ответе за тех, кого приручили». А следом за ней и слова Лизки, что ей жалко Лиса…

Совесть предательски зашевелилась внутри.

Но у меня ведь есть к нему чувства! Пускай и не такие сильные, которые он от меня ожидает, но всё-таки есть! А смогут ли они окрепнуть и превратиться в настоящую любовь покажет лишь время.

Откидываюсь спиной на его грудь, утопая в его крепких объятиях и прикрываю глаза.

Можно вечно ходить по замкнутому кругу, ожидая что у нас что-то изменится с Мереминским: я, он или обстоятельства. А можно пойти вперёд, навстречу переменам. И как знать, быть может, где-то там за очередным жизненным поворотом я наконец-то найду свое счастье. Вместе с Елисеем…

Это была последняя связная мысль в моей голове в тот вечер. Потому что скопившаяся усталость и эмоциональное напряжение последних дней резко навалилась на меня и утащила в сладкую дрёму.

Да, наше первое официальное свидание закончилось тем, что я уснула прямо там на качелях в объятиях Лиса!

Лёгкое пробуждение настигло только, когда Меланчук внёс меня на руках в свою спальню и аккуратно опустил на кровать.

– Шёлковые, – с улыбкой пробормотала я, проводя ладонью по поверхности простыни.

– Угу, – пробурчал Лис, расстёгивая ремешок и стаскивая с меня босоножки. – Как говорится, всё для тебя, Мариш.

– А лепестки роз? – чуть заплетающимся языком спросила я после того, как Елисей помог мне избавиться от платья. Удивительная штука – человеческий мозг. Я сплю, а вот сарказм во мне не дремлет. И даже алкоголь ему особо не мешал отпускать язвительные шуточки.

Не могу сказать, что так уж и много выпила на нашем первом официальном свидании, но почему-то у меня ужасно кружилась голова. Впрочем, сама виновата. Надо было нормально есть, а не лениво ковыряться в тарелке. Тогда бы я была в состоянии для более интересного продолжения этого вечера.

Поднимаю руки и сладко протягиваюсь, пытаясь грациозно прогнуться в пояснице, а заодно и продемонстрировать то, чем меня наградила природа. Но не удержав равновесия, неуклюже падаю вниз на матрас.

Да уж, соблазнительница из меня сегодня так себе…

– А вот их оставим для другого раза, – раздаётся рядом тихий смех Лиса.

Под моё протяжное и вероятно не очень мелодичное зевание Меланчук заботливо укрывает меня одеялом. Прикрываю глаза и слышу, как он скидывает с себя одежду и ложиться рядом со мной на кровать. Придвигаюсь к нему поближе и в следующее мгновение с блаженной улыбкой оказываюсь в его объятиях.

– Доконают меня когда-нибудь такие традиции, – усмехается Елисей со вздохом сильнее прижимая меня к себе.

– М-м? – вопросительно промычала я, не в силах сформулировать что-то более разумное.

– Потом поговорим, Мариш. Спи, – его губы нежно касаются моего виска.

Где-то на краешке сознания промелькнула мысль, что это было самое странное первое свидание в моей жизни. И для Лиса возможно тоже. Вряд ли он ожидал, что все закончится у него в спальне… моим тихим сопением в подушку.

***

Нервно мерею шагами приемную, в ожидании новостей. Потому что утро началось не с кофе, и не с жадных и до умопомрачения нежных поцелуев Елисея, а Сашкиного звонка.

Огромные проблемы в недавно открывшемся филиале в Калининграде, которые могут повлечь за собой репутационные риски – единственное, что мне удалось запомнить спросонья, но этого было достаточно, чтобы рвануть в офис прямо из квартиры Лиса. Потому что по коротким отрывистым фразам Корсакова и его интонации мне сразу же стало понятно – дело плохо. А с учётом, что впереди запуск стратегически важного проекта, любой скандал в СМИ мог очень пагубно отразиться на состоянии дел холдинга.

Корсаков, Мереминский и начальник службы безопасности уже час заседали за закрытыми дверьми кабинета генерального директора. А я всё это время сходила с ума.

Всё, что от меня требовалось я уже сделала. Срочное собрание совета директоров назначено, все его участники оповещены, билеты в Калининград заказаны. Оставалось только ждать…

Капли дождя, резко забарабанив по стеклу, заставили меня вздрогнуть и зябко поёжиться. И так нервы ни к чёрту, ещё и погода решила нас сегодня доконать, обрушившись на город потоками ливня.

Подхожу к своему рабочему столу и в очередной раз поправляю блокнот и ручку, выравниваю мышку и макбук. Нужно хоть чем-то занять себя в ожидании новостей…

Наконец дверь кабинета генерального распахивается. Первым выходит начбез и с хмурым видом стремительно проносится мимо меня. Не успеваю ничего у него спросить, как он уже скрывается за пределами приемной. А следом за ним выходит Мереминский.

– Красивое платье, – говорит он, приближаясь ко мне.

Смущённо опускаю взгляд вниз на своё вчерашнее платье для свидания. Не самая подходящая одежда для работы, но после звонка Корсакова последнее, о чем я подумала, насколько уместен сейчас мой наряд.

– С-спасибо, – чуть заикаясь говорю я. Нужно срочно надеть пиджак, когда уйдет Мереминский. А до этого момента постараться не сгореть от стыда под его задумчиво внимательным взглядом.

Общие проблемы объединяют. Вчерашняя ссора на парковке, Лана и ситуация с Лисом казались мне сейчас какими-то далекими и неважными. С беспокойством смотрю на Ярика и вижу, как его обычно радостное и улыбчивое лицо застыло от напряжения. А под ярко-синими глазами залегли глубокими тени. И он и Корсаков уже давно на ногах – Калининград разбудил их намного раньше меня, чтобы сообщить последние «чудесные» новости.

– Ты… Ты как? – аккуратно спрашиваю я.

– Ничего, прорвёмся, – усмехается Мереминский. – Я улетаю в обед, чтобы начать всё разгребать по горящим следам. Корсаков следом за мной сразу после совещания. Как, кстати, прошло твоё свидание?

– Ярик! – вспыхиваю я под его пытливым взглядом.

У компании сейчас огромные проблемы, большую часть которых предстоит разгребать отделу Мереминского, а ему, видите ли, надо узнать, как прошло моё свидание с Лисом!

– Что настолько всё плохо? – саркастически вскидывает брови Мереминский.

– Я не собираюсь с тобой это обсуждать!

– Ну ладно. Твой взгляд все равно говорит красноречивее любых слов, – усмехается этот наглец, стремительно сокращая между нами расстояние. Ощущаю его обжигающие прикосновение на своей пояснице и бушующий синий омут прямо в нескольких миллиметрах от моего лица. – Но не переживай, Маринк, я знаю, как развеять твою грусть…

Кислород стремительно покидает мои лёгкие. В ужасе мотаю головой, пытаясь вырваться из сладкого плена его рук.

– Мариша… – шепчет он своим низким, бархатистым голосом, склоняясь к моим губам и прожигая своим гипнотическим синим взглядом.

– Даже не думай!!

Почему небеса в очередной раз проверяют мою силу воли на прочность?! Я хочу дать шанс Лису, я хочу вырваться из этого замкнутого круга…

– А я и не думаю. Когда я вижу тебя, у меня мозг забывает, что это такое – думать…

– Яр, ты нарываешься на пощечину! – в отчаянии говорю я, отворачиваясь от него.

– Даже если я буду получать от тебя по пощечине за каждый поцелуй, я всё равно не перестану этого делать, – смеётся он, легонько касаясь губами щеки и заставляя моё глупое сердце тут же пуститься в радостный пляс. – Ладно, оставим все разборки до моего возвращения. Но прежде чем улететь, я бы хотел тебе кое-что показать…

Мереминский наконец ослабляет хватку. С облегчением делаю шаг в сторону, чтобы создать между нами максимально безопасную дистанцию. Потому что не только у господина Мереминского отказывался соображать мозг. Мой тоже не спешил приступать к своим мыслительным функциям в присутствии этого синеглазого гада!

Ярик достает телефон, ловким движением руки снимает блокировку и кладёт передо мной на стол.