Текст книги "Давай мы станем незнакомцами (СИ)"
Автор книги: Наталия Веленская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 32 страниц)
Глава 23
В смысле «оба варианта меня устраивают»?!
Что значит «всё недостаточно серьёзно»?!
В последний момент удерживаю себя, чтобы не кинуться вслед Ярику и не призвать этого наглеца к ответу. Вот только тогда мы рискуем пойти на второй раунд нашей словесной дуэли. И весь рабочий процесс окончательно пойдёт насмарку!
Вдох-выдох. Нужно просто продержаться несколько недель. Почему-то внутри всё больше крепла уверенность, что перевод в другой филиал – это дело уже решённое и осталось только утрясти некоторые формальности с эйчаром. А значит, я смогу, я выдержу… По-другому просто не может быть! Повторяю про себя эти слова, как мантру или волшебное заклинание, которое пошлёт мне сил и терпения. Но всё-таки лучше свести к минимуму такое «дружеское» общение наедине с Мереминским. Как говорится, от греха подальше…
Аккуратно разбираю на несколько частей принесённый Леночкой букет и размешаю их в вазах. Но перед тем, как усесться за работу, набираю сообщению Лису.
«Спасибо за цветы».
Тоже довольно коротки и лаконично. Я вообще была не особый любитель романтических переписок.
«Надеюсь, ты сейчас улыбаешься?»
Бросаю быстрый взгляд в маленькое зеркальце, проверяя на месте ли улыбка после всех выкрутасов Мереминского.
«Да»– пишу я, решив умолчать, что улыбаюсь я вовсе не цветам, а саму факту нашего общения. Потому что за эти несколько дней молчания я безумно соскучилась по Лису. По нашим перепискам о всякой ерунде, по его голосу…
И если уж говорить абсолютно откровенно, то и по его поцелуям.
«Надеюсь, я скоро смогу лично увидеть твою улыбку»
«Как насчёт сегодня?»
Ну а чего, собственно, тянуть со встречей? Лис – самый действенный способ отвлечься от того безумия, что творит Ярик. А мне сейчас было просто жизненно необходимо выкинуть из головы Мереминского.
«Я до конца недели на острове»– приходит ответ, от которого у меня тут же сползает с лица улыбка.
«Жаль»
«Не грусти, радость моя. Лучше расскажи, о своём переводе»
Легко говорить – не грусти! Настроение работать пропало окончательно. На автомате открываю приложение одной известной социальной сети и начинаю листать ленту, чтобы хоть немного отвлечься.
Почему-то складывалось ощущение, что все мои знакомые дружно решили свалить на отдых, и работали сейчас только я, Сашка и Ярик. Ну и конечно же Лис. Меланчук ещё вчера вечером разместил несколько фотографий из своей командировки к берегам туманного Альбиона. Елисей довольно часто летает туда по делам, но почему-то именно этот его отъезд как-то особенно сильно выбил меня из колеи. Наверное, всему виной чувство недосказанности, которое осталось между нами.
Продолжаю листать ленту и ставить «лайки» друзьям, как вдруг палец замирает на новой серии фоток Янки Шакуровой – бывшей Корсакова, которая разбила ему сердце и по совместительству бывшей любовницы Лиса.
«Неожиданная и безумно приятная встреча», – читаю я, пропуская сквозь лёгкие воздух, который вдруг резко стал обжигающе горьким. Потому что вместе с ней на фотографии был запечатлён довольный и улыбающийся Лис в уже знакомой мне локации– Лондон, один из самых дорогих и популярных ресторанов в центре столицы.
Дата публикации – вчера вечером. На Елисее тот же деловой костюм, в котором он красовался на фотографиях, выложенных в его личном профиле. Значит, это не архивные фото, которые вдруг ни с того, ни с сего решила явить миру Шакурова. Они действительно пересеклись в Лондоне и вместе поужинали в ресторане. Я практически на сто процентов уверена, что спроси я сейчас напрямик Лиса, он не станет отпираться и сразу всё мне подтвердит.
Хотя устроить какую-нибудь чисто женскую подлянку и вести двойную игру это было очень даже в стиле Янки. Только зачем? Я не Лизка, и на подобный выпад точно не поведусь. Я ведь прекрасно знаю, что никаких чувств между Янкой и Лисом не было. Только отличный секс и всё. Да и Шакурова на самом деле не такая уж дура, какую из себя строит. Я думаю, она уже давно догадалась о моих чувствах к Мереминскому. Значит, вариант чётко спланированной провокации, чтобы вызвать у меня ревность к Елисею, можно сразу же отметать.
Тогда почему меня так бесит сам факт наличия этих фоток?! Из-за слов Мереминского, что на самом деле у нас с Елисеем всё несерьёзно? Получается, с лёгкой подачи Ярика в моих мыслях теперь поселилась эта червоточина?!
А может для Яны с Лисом вообще обычное дело пересечься где-то посреди Европы и отлично провести время вместе… Например, в горизонтальной плоскости.
«Потом расскажу»– чуть дрожащими от злости пальцами пишу я. – «Передавай привет Янке».
Чёрт! Вот не надо было писать про Шакурову! Взяла и выставила себя ревнивой дурой! Ярик прав – между мной и Елисеем действительно нет ничего серьёзного. Меланчук мне ничего не обещал и официально мы друг другу никто. Единственное, что он мне сказал – если что-то ибудет, то только на его условиях…
Резко выпрямляюсь в кресле, от дикой мысли, которая пронзает моё сознание – а как много он мне ещё не рассказал о тех самых условиях? А что если «отсутствие в моей жизни Мереминского» это далеко не единственный пункт? А вдруг сам Лис будет не прочь время от времени встречаться вот с такими как Шакурова?.. Более опытными, раскрепощёнными девушками, готовыми ко всяким экспериментам.
И с чего я вообще взяла, что ему нужны серьёзные отношения? Потому что я наивная дура, которая верит в любовь и романтику? Если он хочет обладать мной это не значит, что он вдруг по щелчку пальцев изменит свой привычный образ жизни и перестанет желать других женщин и перестанет спать с ними. Может, всё это вполне отлично вписывается в свод его правил?
Вот только чёрта с два! Я на такое подписываться не буду! Если он хочет быть со мной, то… значит буду только я и точка! И никаких Шакуровых!
Потому что… А почему я вообще должна это терпеть?! Я уже сыта по горло Мереминским, который поддерживает дружеские отношения со всеми своими бывшими! Не хватало ещё, чтобы и Лис подхватил это «чудесное» модное веяние.
Вновь открываю приложение и заставляю себя поставить «лайк» совместным фотографиям Яны и Лиса.
Не понимаю, как Лизка её не прибила, когда Янка стала вешаться на Сашку с поцелуями? У меня уже только от одних фоток руки чешутся ей выдрать с корнем её длинные блондинистые патлы! Хотя чего распыляться на всякие банальные женские штучки – благодаря папе, удар у меня был хорошо поставлен, поэтому я с лёгкостью могла «раскрасить» физиономию Шакуровой покруче именитых мировых визажистов…
Звонок от Лиса прерывает поток моих кровожадных мыслей.
– Ты так мило ревнуешь, – раздаётся в трубке низкий бархатистый голос Лиса. А следом у него вырывается еле слышный, но до неприличия довольный смех.
Ах, ему, значит, весело, что я ревную! Нет, не только весело – он определённо рад этому факту!
Глава 24
Весь оставшийся вечер прокручиваю в голове наш разговор с Лисом. Морально очень непростой разговор, который отнял у меня огромное количество сил. Но в то же время пролил свет на многие вещи.
За что я была благодарна Елисею – он всегда говорил напрямик то, что думает. Без всяких недомолвок, загадок и двойного дна. И даже та недосказанность и неопределённость, которая осталась после ссоры из-за Мереминского как-то незаметно сошла за нет во время телефонного звонка.
– Я с ней не спал и спать не собираюсь, – сообщил мне Лис после довольно приличной порции подколов в мой адрес по поводу ревности.
– Да? – недоверчиво протягиваю я. – И почему же?
– Потому что я не дурак, чтобы менять королеву на каких-то простолюдинок, – усмехнулся Меланчук.
Не могу сдержать довольной улыбки. Это конечно не заявление про серьёзные отношения и не признание в чувствах, но почему-то на душе всё равно стало легче. И сомнения, которые подселил мне в голову Мереминский, начали понемногу рассеиваться.
– И раз уж мы начали эту тему, то скажу сейчас. Хотя такие вещи лучше обсуждать вживую… Глядя в глаза.
– Да говори уже! – нетерпеливо перебиваю его я.
– Марин, я не просто так поставил условие, чтобы в твоей жизни не было Мереминского, – говорит Лис, и я отчётливо слышу, как в его голосе появляются стальные нотки. – В наших отношениях есть место только нам двоим. И в нашей постели должно быть только двое. Я надеюсь, доходчиво объясняю?
– Эм-м ну, в целом, да…
– Я хочу быть уверен, что когда я тебя целую или когда я тебя ласкаю в твоих мыслях было место только для меня. Только для меня одного, слышишь?
– Да, – чуть слышно отзываюсь я пересохшими от волнения губами.
– Мне недостаточно просто твоего тела, Марин. Мне нужна вся ты, без остатка. Оказывается, я тоже ревнивый собственник. Хотя… если дело касается тебя, по-другому быть и не может, – усмехается Меланчук, – А ещё я не идиот. Я прекрасно понимаю, что тебе будет сложно выполнить моё условие, когда этот клоун постоянно мельтешит рядом с тобой. Поэтому, я полностью поддерживаю твоё решение перевестись в другой филиал.
– А это никак не отразиться на нас…, – осторожно начинаю я. – Я имею в виду, моя смена локации.
– Только самым благоприятным образом, – смеётся Лис. – Я всё равно хотел тебя забрать из Самары. Чертовски приятно, что ты разделяешь мои желания.
Разделяю. Вот только фраза «забрать из Самары» почему-то меня немного резанула. Что значит – забрать? Я ведь не вещь какая-то, чтобы меня взять и переместить в другой город! Я никогда не смогу быть просто «приложением» к мужчине – всего лишь красивой женой влиятельного бизнесмена и матерью его детей. Что бы там ни говорил мне папа, это точно не мой путь. Я не смогу просто сидеть дома и исправно рожать наследников. Мне нужно работать и точка! Иначе это буду не я, а моя жалкая и несчастная тень. Наверное, Лис это тоже понимает…
И всё равно, надо будет выяснить куда он там меня планировал забрать? Зная Лиса и его целеустремлённость, не удивлюсь, что через полгода он может на полном серьёзе заявить мне о нашем переезде в Англию… А я пока не готова к таким глобальным переменам! Мне бы разобраться с теми, что уже маячат на горизонте!
Хвала небесам – этим утром Ярика атаковала местная пресса, поэтому мне удалось спокойно провести свой созвон с эйчаром. Как и ожидаемо, успешно. У руководителя московского филиала Демьянова также не возникло ко мне никаких вопросов, потому что он был прекрасно осведомлён, какой фронт работы я выполняла под руководством нашего финдира. И насколько хорошо я с ним справлялась все эти годы.
Завтра надо будет поговорить с Сашкой и сообщить ему о своих планах, и кого я рассматриваю себе на замену. Кандидатур на самом деле было не так уж и много, но с учётом специфики работы это и не удивительно. Корсаков был отличным боссом и замечательным человеком, но в то же время трудоголиком до мозга костей. И не каждый сотрудник мог выдержать его темп работы. Я пока что была единственной, кто справлялся. Но, как говорится, незаменимых людей не бывает. Даже если поначалу здесь будет огромный завал, потом всё в итоге устаканится.
А мне нужно двигаться дальше.
Вот только почему у меня внутри такая тоска?.. Я ведь так хотела побыстрее пройти это собеседование. Я с такой надеждой ждала сегодняшнего созвона… Но почему-то у меня внутри нет никакой радости. Совсем.
Интересно, что выкинет Мереминский, когда узнает о моём переводе?
Скольжу задумчивым взглядом по крышам домов, расположенных напротив нашего офисного центра, по утопающим в дымке вершинам гор и небольшой полоске Волги, что блестела вдали. Вот бы сейчас спуститься к воде, чтобы привести свои мысли в порядок. Но, увы, работу никто не отменял…
Тяжело вздыхаю и всё-таки заставляю себя вернуться на рабочее место. Порефлексировать я могу и вечером, когда останусь одна в пустом доме. А сейчас нужно вновь обратиться к своему любимому и самому действенному способу, чтобы заглушить тоску, которая по крупицам разьедала мне душу. Конечно же это я о работе – самом лучшем лекарстве, чтобы избавиться от грустных мыслей.
– Ма-а-р-и-иш! – в чуть приоткрытой двери показалась голова Мереминского – До конца рабочего дня остался час.
Сердце невольно пропускает удар при первых же звуках его голоса.
– Ты решил побыть у нас вместо часов с кукушкой? – не могу сдержать улыбки, смотря на эту хитрую и до неприличия довольную физиономию.
Всё-таки я буду скучать по таким моментам. По этой его лукавой плутовской улыбке… По этой бездонной синеве глаз, которая так часто мне снилась ночами. По этому его фирменному «Ма-а-ри-и-ш», когда он заваливался ко мне в приёмную с очередной своей безумной идеей или предложением.
Нет, сегодня я точно не буду сообщать ему о предстоящем переводе. И даже не завтра…
– Я собираюсь положить конец этому безобразию! – заявил Ярик.
– Чего?!
Ярик не спеша заходит в кабинет. Замечаю, что одной рукой он что-то старательно прячет у себя за спиной.
Чёрт, я надеюсь, это не очередной букет?!
– Мариш, наш уважаемый босс свалил ещё в обед и сегодня уже не вернётся. У тебя нет никаких дел…
– С чего вдруг такие выводы?!
– А то я не знаю этот твой особый скучающий взгляд! – фыркнул Мереминский. – Ты переделала все дела и сейчас будешь искать новые, чтобы чем-то занять себя до конца рабочего дня. Я угадал?
– Не вижу ничего плохого в том, чтобы добросовестно относиться к своим рабочим обязанностям! – отрезала я.
Что он опять задумал? И чего он там у себя прячет? Пытаюсь рассмотреть хоть что-то за его спиной, но Мереминский специально встаёт так, чтобы я ничего не увидела.
Зараза!
– Вот завтра придёшь на работу и с самого утра продолжишь добросовестно трудиться. А сейчас у меня есть вариант поинтереснее!
– Да? И какой? – откидываюсь на кресле, скрещивая руки на груди. Посматриваю на Мереминского из-под насупленных бровей, стараясь не подавать виду, что с каждой секундой мне становится всё более любопытно, чего этот великий весельчак там опять придумал.
– А вот такой! – сверкнул своей голливудской улыбкой Ярик. А потом ловким движением руки перекинул из-за своей спины… футбольный мяч!
Нет, он точно сошёл с ума! Он что на полном серьёзе собрался играть в футбол?! В офисе??
Ярик ловит мяч другой рукой, а потом кидает его ко мне.
– Мереминский ты обалдел?! – завопила я, от неожиданности совершенно позабыв перехватить мяч в воздухе. Поэтому он грохотом приземляется на кучу моих рабочих заметок и канцелярских принадлежностей. Часть из них разлетается по всему столу, а чёрно-белый футбольный снаряд неторопливо скатывается ко мне на колени.
– М-да, надо было тебе ногой пас отдать. Так для нас как-то привычнее, – смущённо взлохматил свою шевелюру Ярик, оглядывая нанесённый урон.
– Ага! Отличная идея, Мереминский! Почему бы не поставить в приёмной новые окна?!
– Обижаете, Марина Владимировна! – пробурчал Ярик, помогая мне собирать разлетевшиеся по столу ручки и стикеры. – Вообще-то с меткостью, у меня всё в порядке!
– Мереминский, зачем ты притащил сюда это…
– Если ты забыла, то это называется футбольный мяч, – смеётся мне в ответ этот синеглазый гад.
– Ярик!
Резким движением бросаю мяч ему обратно.
– Пойдём сыграем на улицу, вспомним, так сказать, нашу бурную молодость.
– Ты издеваешься?! – завопила я, подскакивая с кресла. – Ты предлагаешь мне бегать по полю в этом?!
Демонстративно одёргиваю свою узкую юбку-карандаш и шёлковую блузу, которые были явно не предназначены для такой физической активности. Но разве этот факт может смутить Мереминского, если он что-то вбил себе в голову?!
– А то я не знаю, что у тебя здесь в шкафу есть одежда и обувь на все случаи жизни. В том числе и для спортивных мероприятий, – с усмешкой протягивает Ярик, – Или ты просто трусишь? Что Вишнякова, подрастеряла своё великое спортивное мастерство, да?
– Ничего подобного! Я и сейчас тебя могу уделать одной левой!
– На одной левой ты сейчас можешь только носить туфлю, – смеётся Мереминский, – Как, собственно, и на правой. А вот попадёшь ли ты по воротам любой из твоих очаровательных ножек – большой вопрос. Сколько мы уже с тобой не гоняли мяч? Лет пять? Или больше?
– Мереминский, чего ты добиваешься?
Все эти подначивания – это ведь не просто так! Он ведь специально меня сейчас доводит! Ярик как никто другой знает, насколько легко меня можно взять на «слабо», если дело касалось спорта.
Что он чёрт возьми опять задумал?!
– Я? – невинно хлопает глазами Мереминский. – Просто хочу сыграть. Мы с Саньком тут недалеко такой двор классный нашли с новым полем…
– Вот Корсакова и зови пинать мяч, если вам двоим больше нечем заняться в рабочее время!
– Ну не-е-ет, – протягивает Ярик, вновь хитро сверкнув глазами. – Такой товарищеский матч я могу предложить только тебе…
– Даже боюсь спросить – почему!
– А ты не бойся, Мариш, – смеётся Ярик, огибая моё рабочее место и усаживаясь прямо передо мной на край столешницы. – Просто спроси и я тебе с удовольствием отвечу.
– Так, Мереминский…
– Как насчёт игры на желание? – подмигивает мне этот наглец, склоняясь чуть ниже, из-за чего я невольно задерживаю дыхание. – Можешь загадывать что угодно. Реально, я не шучу! Что ты там хотела? Избавиться от моего общества? Чтобы я не доставал тебя своими попытками поговорить? Вот он – отличный шанс, Мариш. Ты ведь знаешь, я человек слова. Если продую, то буду вести себя тише воды, ниже травы.
– Мереминский, ни одна игра не заставит тебя по-настоящему замолчать! Скорее небеса упадут мне на голову, чем ты перестанешь болтать всякую ерунду!
– Я просто предложил вариант. Не нравится – можешь придумать что-то своё, – примирительно вскидывает ладонь вперёд Ярик.
– Как насчёт не заваливаться ко мне домой без приглашения? – усмехаясь я, поддаваясь тому азарту, который неожиданно разжёг во мне Мереминский под конец рабочего дня. – Или это тебе тоже не по силам?
Если так подумать, не такая уж и большая плата – сыграть один матч и получить взамен спокойствие и уверенность, что господин Мереминский не заявится ко мне на порог во время моего очередного свидания с Лисом.
– Ну почему же? Так уж и быть, найду, – картинно вздыхает Ярик. – Но только при условии, что ты выиграешь…
Дыхание перехватывает. Чёрт! Почему-то до этого момента у меня в голове не было ни одной мысли, что я смогу проиграть. Как я могла забыть, что для этой игры правила одинаковы для всех участвующих в ней сторон, и Мереминский тоже может потребовать от меня что угодно?!
Кажется, меня сейчас очень ловко обвели вокруг пальца, а я… Я даже не могу возмутиться по этому поводу! Потому что реально уже сто лет не играла в футбол и только сейчас осознала, насколько мне этого не хватало.
Поэтому я уже с нетерпением предвкушала тот момент, когда смогу скинуть с себя туфли, вновь очутиться на поле и как следует «навалять» Мереминскому.
И никакую форму я не растеряла! Пускай Ярик убирает из голоса этот свой снисходительный тон и… Пускай перестанет смотреть на меня таким обжигающим взглядом! Мы вообще-то в футбол идём играть, а не на свидание, или что он там себе надумал…
Затаив дыхание, наблюдаю, как Ярик медленно скользит взглядом по моему лицу. Останавливается на губах, выжигая оставшийся кислород из моих лёгких и только потом продолжает:
– А вот если выиграю я, то… Тогда ты выполнишь одно моё давнее желание.
Глава 25
Ярослав
– Повторяю ещё раз, Мереминский – никаких пошлостей!
Маринка – сама серьёзность, богиня справедливости и правосудия в одном лице: стоит, уперев руки в бока, обтянутая светлой футболкой грудь часто вздымается от волнения, во взгляде застыла подозрительность и немой укор. Между прочим, незаслуженный! Ничего такого пошлого он ещё ей и не предлагал. А мысли, ну на то они и мысли…
– Да понял я, понял, – пробурчал Мереминский, закатывая глаза.
Хотя, конечно, жаль. Есть парочка вариантов, которые бы ей точно понравились…
– Чего-чего? Каких ещё вариантов?!
Да вашу ж мать! Дожили, теперь он, сам того не подозревая, озвучивает свои мысли вслух! И это он ещё, по-лайту спалился. А мог бы и что-нибудь поизящнее сказануть и, соответственно, получить от Маринки по шапке. Или что ещё хуже – завалить к чертям собачьим весь свой план.
А этого делать категорически нельзя!
– Ты точно хочешь их услышать? – выразительно приподнял брови Ярик, расплываясь в шальной улыбке.
– Не хочу! – отрезала Вишнякова, вновь окидывая его суровым взглядом. Но на её щеках все равно вспыхнул едва заметный, но безумно очаровательный румянец.
В этот момент Ярику резко захотелось наплевать на все свои планы. Просто притянуть Маринку к себе, прикоснутся губами к нежной порозовевшей от смущения коже, и начать медленно целовать каждый её миллиметр. Как там говорится – с чувством, с толком, с расстановкой. Чтобы насладиться сполна откликом её тела и её губ, по которым он до безумия соскучился. Разрушить эту стену холодности и отчуждённости, которую они сами же вместе и выстроили за последние годы. Вновь ощутить, как она дрожит в его руках, плавясь от прикосновений. Спуститься ниже, к этим красивым, но сейчас сердито поджатым губам. Завладеть ими, заставив раскрыться, чтобы сорвать с них сладкий стон…
И потом вместе сгореть дотла в охватившем их безумии. Потому что так было каждый раз, когда они переходили границы. И будет снова, он в этом уверен. Достаточно просто одной искры…
Только не стоит забывать, что после фееричного секса, по уже устоявшейся традиции, у них всегда происходила не менее фееричная ссора. Или несколько очень болезненных шагов назад, которые в итоге заканчивались отстранением. Будто бы из самых близких и важных друг другу людей, они становились двумя незнакомцами.
Но ни тот, ни другой вариант Ярика сейчас совершенно не устраивал. Нельзя всё время наступать на одни и те же грабли, даже если у них с Маринкой это вошло в привычку. Надо хотя бы дизайн другой выбрать для разнообразия или цвет… А ещё лучше – навсегда избавиться от этого «увлекательного» занятия, как, собственно, и от всех своих недомолвок и недопониманий.
Поэтому сначала им всё-таки нужно нормально поговорить, а уже потом устраивать пожар…
– А-а я поняла! – протянула Вишнякова, воинственно скрещивая руки на груди. – Ты меня специально смущаешь, чтобы я не смогла нормально сосредоточиться на игре!
Несмотря на все Маринкины старания принять невозмутимый вид, румянец на лице стал ещё более выразительным. И это было неудивительно. Похоже, всё это время Ярик просто пожирал её взглядом, в унисон своим далеко не дружеским мыслям. И стыдно ему за это ни капельки не было. Совсем.
Всё-таки в этом был какой-то особый кайф, видеть её такую – искреннюю, показывающую (пусть и невольно) свои настоящие эмоции. Сейчас Ярик отчётливо видел в Маришке ту отчаянную и безбашенную девчонку из детства, которой безумно хотелось сыграть в футбол. С горящими от нетерпения и азарта глазами, готовую выложиться на двести процентов, чтобы одержать победу. Пускай даже в таком шуточном соревновании, как их игра на желания. Такая уж была Маринка, и по-другому она просто не могла.
Был только один небольшой, но очень важный нюанс – сейчас перед ним стояла не маленькая девочка, а очень привлекательная девушка. При взгляде на которую последнее, что ему хотелось делать, это играть с ней в футбол.
– Правда что ли? – рассмеялся Ярик. – Это кто ещё кого смущает! Девушка, вы свои шорты в зеркало видели?!
Сегодня Вишнякова превзошла саму себя, выбрав в качестве формы короткие шортики и обтягивающую футболку, которые выгодно подчёркивали все достоинства её фигуры.
– Отличные шорты!
Ага, со всех сторон. Особенно сзади обтягивают всё, как надо. И длина такая, на грани: вроде и не сильно коротко, но для полёта фантазии достаточно. И стройные женские ноги кажутся какими-то бесконечными. Пока пройдешься по ним взглядом, уже на середине длины можно аритмию себе отхватить. Да и не только её…
Вот и как ему в таких условиях вообще сосредоточиться на игре?!
– Ага, изумительные! – подтвердил Мереминский. – Учти, Маринк, моя сломанная шея будет на твоей совести.
Потому что смотрел бы и смотрел! Вот только как играть при таком раскладе – непонятно. Так ведь запросто можно и «всухую» продуть.
«А ну-ка оставить крамольные мысли!» – мысленно отругал себя Ярослав.
Ему нельзя проигрывать и точка! Или безоговорочная победа или, в крайнем случае, «ничья», если Вишнякова сегодня будет в ударе.
Так уж и быть, одно её желание он выполнит. Чего там Маришка хочет? Чтобы он не заваливался к ней без предупреждения? Да пожалуйста! Будет оповещать её о своём визите смской. Что ему жалко что ли? А уж увидит она сообщение или нет, это другой вопрос.
– Не говори чепухи! – бурчит Вишнякова. – Смотри на мяч и будет твоя шея в целости и сохранности. И давай уже начинать!
Мереминский с тревогой покосился на потемневшее небо, которое буквально на глазах стремительно затягивалось облаками. Пока они с Маринкой дошли от офиса до футбольного поля, погода успела испортиться. Уже привычный им летний зной растворился в порывистом холодном ветре, что доносился с Волги.
Чёрт! Не хватало ещё, чтобы во время их шуточного матча зарядил дождь!
В любой другой день, Ярик был бы рад и дождю, и прохладе. Но не сегодня, когда им с Маринкой предстояло бегать по полю. За себя он не переживал, а вот за девушку – да. Хотя, если Вишнякова увлечена игрой, ей обычно было плевать и на дождь, и на потоп, и на прочие природные напасти. И на то, что она может испачкаться с ног до головы в грязи или ещё что хуже – простудиться. Но вот Ярику последний пункт был совсем небезразличен. Свалиться с температурой летом в жару – это ж никуда не годиться! И вообще у них на завтра грандиозные планы, и там совершенно нет места простуде!
Первые два гола забила Маринка. Мереминский специально играл не в полную силу, чтобы позволить девушке насладиться футболом. Это для него с Корсаковым было в порядке вещей свинтить летом после деловой встречи в какой-нибудь двор, погонять мяч. Пускай и нечасто, но они иногда себе устраивали подобную перезагрузку, окунаясь в юношеские годы.
А когда в последний раз Вишнякова позволила себе нечто подобное? В последнее время в её жизни господствовали только такие понятия, как жёсткий контроль, самодисциплина, работоспособность и эффективность. И во всё это конечно же совершенно не вписывался ни футбол, ни другие их прежние детские шалости.
«Ничего, ещё наверстаем», – пообещал сам себе Мереминский, забивая второй мяч, и сравнивая счёт к огромному неудовольствию девушки. Ярик уже давно хотел вытащить Маришку из этого болота серьёзности и уныния. И теперь, когда у Ульки, его сестры, дела немного пошли на лад, сделать ему это будет гораздо проще.
Маринка, разозлившись на два пропущенных мяча, стала играть заметно жёстче и даже вспомнила несколько финтов из былых спортивных времён. Вот только это не особо спасло ситуацию. И Ярик, ловко обойдя её по левому флангу, забил свой третий мяч.
Нет, для человека, который не играл столько лет, Вишнякова была в отличной форме. Ярик был готов забрать свои подколы назад, и признать, что навыки она действительно не растеряла. Просто Мереминскому, как никогда, была важна сегодняшняя победа. Вот он выкладывался на поле даже не на сто, а на тысячу процентов. Невзирая на то, что Маринкины глаза с каждой минутой всё сильнее полыхали от гнева.
Ярослав лишь ещё шире улыбнулся, встретившись взглядом с девушкой.
Пускай сейчас она хочет его пробить, зато завтра… Завтра она точно оценит, какое желание он для нее приготовил. И простит ему, если не всё, то большую часть прегрешений уж точно.
– Гол!! – заорала Вишнякова, с разбегу высоко подпрыгивая в верх от радости.
Три-три. Ярик улыбнулся при виде столь бурного проявления эмоций и уже хотел сказать по этому поводу парочку шуток. Но в этот момент на улице громыхнуло так, что у стоящих рядом машин задрожали стекла. Оглушительный визг автомобильных сигнализаций заполнил весь двор, а следом на них с Мариной обрушился настоящий ливень.
– Пойдём! – проорал Ярик, подбегая к девушке, которая, как он и предполагал, совершенно не обращала внимание на стену дождя.
– С ума сошёл?! – завопила Маришка. – Я только сравняла счёт!
– Марин, будем считать, что ничья. Пойдём к офису!
Самым благоразумным вариантом сейчас было добежать до офисной парковки и спрятаться от дождя в машине, куда они предварительно закинули свои вещи. И поскорее отправиться домой переодеваться и обсыхать. Вот только благоразумие – это сейчас явно не про Вишнякову!
– Играем до пяти забитых мячей! – Маринка отобрала у него мяч и двинулась в сторону ворот.
Ярик тихо выругался себе под нос и побежал следом за девушкой. Потоки дождя уже изрядно размочили землю, поэтому в нескольких местах на поле образовались небольшие лужи. В одну из них и угодила ногой Маринка, едва не распластавшись на траве. Но, к счастью, Мереминский вовремя успел её перехватить.
– Марин, всё! Игра окончена!
– Мереминский, руки убрал! Это тебе не американский футбол!
– Я сказал, мы идём к офису! – прорычал Ярик, обхватывая сильнее за талию отчаянно вырывающуюся девушку. – Ты хочешь себе ноги переломать? Или ты заболеть решила?! Ну так, чтобы разнообразить свои рабочие будни, да?
– Даже если и так, то что? О себе беспокойся! А я со своей жизнью сама разберусь! – огрызнулась Вишнякова, одновременно пытаясь выбраться из кольца его рук и достать ногой до откатившегося в сторону мяча.
– Если ты не помнишь, я вообще-то никогда не болею, – усмехнулся Ярик, вновь резко привлекая её к себе.
– Пусти!
Маринка сделала чуть более успешную попытку выбраться из ненавистных объятий. Хотя успешной её можно было назвать с очень большим натягом. Потому что, освободившись от Ярика, Вишнякова едва успев пробежать пару шагов, вновь заскользила ногами по мокрой траве и не удержав равновесие, начала падать вниз.
Да вашу ж…
Ярик тихо выругался сквозь зубы и опять бросился на помощь. Правда, чтобы уберечь Маринку от эффектной встречи с лужей, ему пришлось проявить все свои акробатические способности. Только сила гравитации всё равно было беспощадна даже к таким обаятельным весельчакам, как Мереминский. Ругнувшись в последний раз уже в полный голос, он полетел в грязь вместе с Маринкой.
К счастью, растянулся на мокрой траве только он, а Вишнякова, целая и невредимая упала на него сверху.
– Доволен?! – воскликнула Маринка, от души зарядив ему кулачком в грудь, пытаясь приподняться.
– Ну вообще да, – честно ответил Ярик, расплываясь до неприличия счастливой улыбке.
Подумаешь какой-то там дождь и грязь! Самая красивая и любимая девушка на свете лежала на нём, при этом совершенно не замечая наглые горячие ладони, которые забрались к ней под футболку…
