Текст книги "Давай мы станем незнакомцами (СИ)"
Автор книги: Наталия Веленская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 32 страниц)
Глава 35
– Доча, ты не рада? – с тревогой заглядывает мне в глаза мама.
– Всё в порядке, – натягиваю на себя вымученную улыбку. – Просто это очень неожиданно.
– Я думала вы неплохо общаетесь сейчас с Сеней и вообще… Так тебе точно будет комфортнее, поверь. Папа у нас сегодня превзошел сам себя!
– В смысле?!
– Рассадка тебя очень удивит, Мариш, – вздыхает мама. – Если что – я была против. Но ты же знаешь, что если твой отец что-то вбил себе в голову…
Ага и сегодня он вбил себе в голову непременно устроить мою личную жизнь! Потому что помимо меня и Лиса за столом восседал Сергей Давыдов – хороший приятель моего отца и по совместительству мой бывший. С момента нашего расставания прошло уже больше полугода, но отец до сих пор надеялся, что мы с ним сойдёмся. Обычно я пресекала любые попытки нас свести, но, похоже, сегодня меня загнали в ловушку. Рядом с Давыдовым за столом расположился личный ассистент отца – Денис с какой-то трудновыговариемой фамилией. Я знала, что он давно на меня запал и этот факт меня тоже не сильно радовал. И я совсем не горела желанием провести с ним рядом целый вечер. Ну и вишенка на торте – по правую сторону от меня посадили какого-то очередного делового партнёра, относительно молодого и очень перспективного по мнению отца. Он уже не раз закидывал удочку, чтобы я обратила на него внимание.
Ну просто потрясающе! Беру свои слова назад по поводу цирка с конями, который устроил Мереминский! Потому что настоящее цирковое представление меня ожидало сегодня, как, собственно, и кони всех мастей…
– Я соскучился, – шепнул мне на ухо Меланчук, поймав меня на пути к нашему столику.
Скользит кончиками пальцев по обнажённой коже спины. Делаю рваный вдох, пытаясь совладать с охватившим меня волнением. Внутри какой-то дикий коктейль из чувства вины и паники. При этом та сумасшедшая химия между нами никуда не делась – моё тело, как и раньше, продолжало откликаться на его касания. Просто сейчас эта химия вместе с муками совести запускала у во мне какую-то дикую неконтролируемую реакцию.
– Почему ты не сказал, что тебя пригласили на праздник?
– Хотел устроить сюрприз, – низкий бархатистый голос ласкает мой слух, а губы касаются мочки уха, против моей воли рассыпая сотни мурашек по моему телу.
– У тебя это получилось, – вырываюсь из его объятий и подхожу к столу.
Елисей в два шага оказывается рядом со мной и опережает моего бывшего, чтобы отодвинуть для меня стул. Давыдову ничего не остаётся, усесться на своё место, прожигая Лиса не самым дружелюбным взглядом.
Только вот Елисею было на это плевать.
Лис явно не воспринимал сидящих за столом мужчин в качестве соперников, и не стеснялся им это демонстрировать. Он то и дело закидывал руку на спинку моего стула, склонялся ближе, чтобы отпустить какую-нибудь дерзкую шуточку по поводу наших соседей, касался моей ладони, каждый раз заставляя моё сердце сбиваться с привычного ритма, и смотрел на меня так, будто никого больше кроме нас не существовало в этом мире. Это был взгляд, который ничего не скрывал. Пожалуй, сегодня я могла с лёгкостью прочесть в его глазах каждую эмоцию – радость от долгожданной встречи, желание и страсть, которые в любой момент могли вырваться наружу и откровенное веселье по поводу происходящего за столом.
– Клоуны вышли на арену, – усмехнулся Лис, нежно проводя костяшками пальцев по моей ладони. – Папа твой всегда знал толк в развлечениях.
– Не вижу здесь ничего смешного! – прошипела я, с раздражением смотря на своего бывшего и личного помощника отца, которые никак не могли договориться между собой, кто из них нальёт мне напиток и уже начинали пререкаться на повышенных тонах.
– Ты его единственная любимая дочь, и он хочет найти тебе лучшую партию. Это нормально. Я бы также поступил. Посадил вместе всех кандидатов, стравил их друг с другом, чтобы они сразу проявили себя во всей красе, пытаясь произвести впечатление, – рассмеялся Меланчук. – Когда люди изо всех сил стараются продемонстрировать свои лучшие качества, они невольно показывают все свои слабости и недостатки.
Пытаюсь осмыслить услышанное и не сразу замечаю, как Лис полностью захватил в плен мою руку и начал вырисовывать узоры на тыльной стороне ладони.
Окидываю его недовольным взглядом и аккуратно освобождаю руку. Но Лис в ответ лишь беззвучно смеётся. Ему явно нравилось ходить по грани. А я была сейчас в своём личном аду. Это для Елисея за несколько дней разлуки между нами ничего не изменилось. А для меня эти выходные с Яриком изменили всё. И как себя теперь вести с Лисом и что делать дальше – я не знала…
После приветственного слова ведущего и первых поздравлений началось второе отделение моей личная цирковой программы.
– Это такая удача, что нас посадили рядом, – в очередной раз говорит деловой партнёр отца – то ли Пётр, то ли Павел, щедро рассыпая в мой адрес плоские, банальные комплименты. Его низких густой бас с лёгкостью заглушает фоновую музыку. И потому каждое слово сразу же становится достоянием общественности. Причём не только нашего столика, но и парочки соседних.
А я в этот момент хочу провалиться сквозь землю.
– Марина, может вам вина? Или водички долить? – продолжает суетиться папин помощник, решив примерить себя роль официанта и постоянно переживая за содержимое моей тарелки и количество алкоголя в бокале.
Денис был ненамного старше Лиса, но всегда обращался ко мне на «вы», почтительно соблюдая субординацию с дочкой босса. Это немного резало слух, но поскольку я не была заинтересована в нашем сближении, то даже сегодня я не разрешала ему переходить в разговоре на «ты».
– Благодарю, не нужно, – в очередной раз отвечаю я.
– Мариш, ты куда-то летала отдыхать недавно? – интересуется Давыдов, демонстрируя мне широкую тёплую улыбку. Интересно, чего ему это стоило вот так сейчас беззаботно болтать и улыбаться мне? Расстались мы с ним далеко не на дружеской ноте… И папа мне до сих пор это припоминает. – Такой красивый морской загар. И вообще видно, ты такая отдохнувшая, умиротворённая…
Это сарказм что ли? Окидываю бывшего ухажёра подозрительным взглядом, но тот сидит с невозмутимым видом и продолжает мне улыбаться.
– Спасибо, Серёж. Нет, не ездила, – отвечаю я, мысленно усмехаясь, что свой «красивый морской загар» я умудрилась получить за полтора дня на нашем Жигулёвском море. А то, что я такая умиротворённая и отдохнувшая так это вообще заслуга одного небезызвестного синеглазого товарища и его волшебных объятий. Но вряд ли стоит упоминать за столом этот интересный факт. – До окончания проекта у нас все отпуска под запретом. Поэтому никакого отдыха мне не светит.
– Ого! Сурово, – присвистнул Давыдов. – Сочувствую…
– Не вижу в этом никакой трагедии, – пожала я плечами.
– Я всегда восхищался, твоей работоспособности, Мариш…
Пётр-Павел что-то поддакивает Сергею, вспоминая рассказы отца о моих рабочих успехах. А я едва сдерживаю себя, чтобы не фыркнуть в ответ на столь хвалебные оды. Уж я-то знаю, что на самом деле думает папа о моей карьере и насколько сильно он ей доволен!
Меланчук в общем разговоре практически не участвовал, предпочитая с улыбкой наблюдать за происходящим. Замечаю в его глазах едва заметный опасный блеск, который я очень хорошо знала. Когда Лис начинал раздражаться, он мог выкинуть что угодно. И вся эта утомительная хвалебная болтовня мужиков за столом покажется мне райским пением!
– Такие они забавные, так стараются – усмехается Лис, вновь склоняясь ко мне. – Даже не догадываются, что им сегодня ничего не светит…
Кладёт руку мне не бедро, где красовался глубокий разрез платья и медленно ведёт вверх.
– Ты что творишь?! – шиплю я.
Сердце начинает отчаянно колотиться в груди. Наши места с Лисом располагались у стены, но если Пётр-Павел чуть сменит продолжение, то он вполне может заметить, что сейчас вытворял под столом этот наглец!
– А как ты думаешь? – промурлыкал Меланчук, отодвигая в сторону тонкую ткань платья. Кончики пальцев порхают по моей оголённой коже ещё выше, касаются кружева трусиков…
– Лис! – одергиваю его я, сильнее сводя вместе ноги, чтобы прекратить это безумие.
– Мариш, а ты точно не знала, что я приду? – смеётся Лис, перемещая руку на моё колено. – Такой интересный выбор платья… Чертовски соблазнительно и удобно.
По сидящим напротив гостям вижу, что они уже заметили наши частые перешептывания с Лисом и были явно от этого не восторге. Особенно мой бывший. Он с двойным усердием стал сыпать шутками, пытаясь втянуть меня в разговор, но мне было не до смеха. Чувствую, как кровь стремительно приливает к моим щекам. Вечер только начался, а Лис уже перешёл все мыслимые и немыслимые границы! Или ещё нет?!
– Удобно? – переспрашиваю я, нахмурив брови. Чуть дрожащей рукой отпиваю из своего бокала, пытаясь справиться с волнением. – И для чего же?!
Ни черта оно не удобное! Постоянно нужно следить, чтобы не запутаться в асимметричном подоле. Ещё и тонкие бретели то и дело пытались соскочить с плеч вниз. Вот как сейчас…
Лис хищно улыбается и возвращает бретель на место. Наклоняется к самому уху, опаляя мне кожу своим горячим дыханием:
– Чтобы сбежать в какое-нибудь укромное место, задрать его и как следует тебя от…
Бокал выскальзывает у меня из рук и конец фразы тонет в звоне разлетевшегося стекла.
Щеки предательски начинают полыхать от его слов.
Нет, я понимаю, что мы взрослые люди. Но зачем поднимать эту тему сейчас, на юбилее моих родителей?!
– Ты в порядке? – хмурится Лис, внимательно осматривая мои руки и ноги в поисках порезов или крови. – Не поранилась?
– Нет, все нормально.
Отмахиваюсь от причитаний и сочувственных вздохов других мужчин за нашим столом. К счастью, официанты в считанные секунды убрали последствия моей оплошности и заменили бокал. Но вот осадок от ситуации остался. Как и дикая нервозность от того, что мог ещё в любой момент выкинуть Лис.
– Ты можешь вести себя прилично?! – окидываю Елисея раздраженным взглядом.
– Могу, но не буду.
Хитрый взгляд болотно-зелёных глаз останавливается на моих губах, скользит дальше вниз, оставляя отметины на шее, ныряет в вырез платья.
Нет, он сегодня просто невыносим!
Закусываю от досады губу и отворачиваюсь от Лиса.
– Неделя без тебя – это бесконечно долго, – наклоняется ниже к моему уху. – Я соскучился, Мариш. Очень-очень соскучился…
Понятно, Меланчук ждёт, что мы продолжим с того момента, на котором остановились перед его отъездом. А я вот меньше всего сейчас думала о нашей близости. После того, что было на этих выходных между мной и Яриком, сама мысль о том, что кто-то будет касаться меня кроме него, казалась мне какой-то дикой, неправильной…
Вот только Лис об этом конечно же не знал.
Ведущий закончил общение с гостями и объявил музыкальную паузу.
– Потанцуем? – приподнимается из-за стола Петр-Павел, протягивая мне руку.
– Следующий танец за мной, – нарочито лениво говорит Елисей, окидывая соперника потемневшим взглядом. – Как, собственно, и другие.
– В самом деле? – выгибает бровь мой сосед справа. – Я что-то не слышал от вас приглашения!
– Моё приглашение не предназначалось для чужих ушей, – усмехается Лис, саркастично приподнимая вверх уголок рта. – Знаете, я как-то не привык оповещать о своих планах всю округу.
– Я вообще сегодня не хочу танцевать! – отрезала я, желая прекратить эту бессмысленную перепалку.
– Мариночка!
Слышу рядом громкий чуть визгливый голос старой маминой подруги Тамары Андреевной. Дамы в высшей степени нахальной, бесцеремонной и болтливой. Вот и сейчас она без каких-либо стеснений отодвинула в сторону побагровевшего от слов Лиса Петра-Павла и уселась на его стул.
– Господи, сколько лет, сколько зим! – всплеснула руками тетя Тома, после порции приветственных объятий и традиционного касания щеками. – Я даже не узнала тебя сразу с этой стрижкой. Красавица! Ну просто диво, как хороша!
– Спасибо, – отзываюсь я. Тамара Андреевна мне никогда не нравилась, но сейчас я мысленно поблагодарила её за возможность хоть пару минут отвлечься и отдохнуть от навязчивого мужского внимания.
Жаль только, что я совершенно забыла, насколько любопытной может быть тётя Тома и как она любит совать нос не в своё дело.
– Ну, давай, рассказывай, как ты, моя девочка?
– Всё хорошо, – пожимаю плечами, – Я все также работаю в «АКВИРС-групп», сейчас мы готовим крупный проект…
– Ой да кому интересна эта работа! – махнула рукой мамина подруга, тряхнув своими огненными кудрями и заливаясь громким смехом. – Я в этом никогда ничего не понимала! Ты ведь знаешь, у моего мужа, Льва Борисовича, огромная компания. Но все эти ваши бизнесы, проекты – это для меня тёмный лес. Ты мне лучше скажи, как там у тебя на личном? А то из мамы твоей сегодня вообще ничего не вытянешь!
– Н-нормально, – чуть закашлявшись говорю я.
– Нормально? И только? – не унимается Тамара Андреевна. – Ни за что не поверю, что такая умница красавица и абсолютно одна!
Залпом осушаю свой бокал, стараясь не смотреть ни на кого из сидящих рядом мужчин, которые, как по команде, все как-то разом притихли.
– Есть уже кто-то на примете? – подмигивает мне тётя Тома.
«Не ваше собачье дело!» – хочется сказать мне, но воспитание и хорошие манеры всё-таки берут верх над моей природной вспыльчивостью.
Молчу, пытаясь грамотно сформулировать свой ответ, чтобы аккуратно соскочить с этой скользкой темы. Чувствую, как рука Лиса опускается на моё колено и чуть сжимает его, недвусмысленно намекая, что пауза несколько затянулась.
Глава 36
– Я бы не хотела обсуждать при всех свою личную жизнь! – отчеканила я, приподнимаясь со своего места. – Хорошего вечера! Льву Борисовичу от меня огромный привет!
Да, не очень изящно и не очень по-взрослому, но плевать!
Тётя Тома что-то попыталась прокричать мне вслед, но я уже её не слышала. Стремительным шагом направляюсь к официанту и выхватываю с подноса ещё один фужер игристого.
– Эй, – догоняет меня Лис. – Что с тобой сегодня?
– Ничего! – прислоняюсь спиной к стене от всей души желая, чтобы в ней обрадовался портал в другое измерение, который спасет меня от идиотских разговоров. Вновь залпом опустошаю содержимое своего фужера. По-хорошему надо бы немного сбавить обороты с алкоголем, но я не представляю, как ещё дожить до конца вечера. – Ненавижу любопытных куриц, у которых единственный интерес в жизни это посплетничать про окружающих! Я никогда не понимала, почему мама с ней дружит…
– Иди ко мне, – улыбается Меланчук, отдавая мой опустевший фужер проходящему мимо официанту и заключая меня в объятия. – Если хочешь, я буду весь вечер отгонять от тебя каждую назойливую старую дуру.
– Не надо. Пускай просто идут к чёрту…
Провожу рукой по ткани его пиджака, вдыхаю знакомый аромат парфюма – что-то такое дерзкое и манящее, под стать Елисею. Рядом с ним и спокойно и волнительно одновременно. Сейчас, когда мои нервы были на пределе, поддержка Лиса была очень кстати. Но я знала, что в любой момент, он мог вновь переступить границы. И мне будет безумно сложно устоять перед его бешеной энергетикой и напором. Особенно после порции алкоголя, которая бурлила у меня сейчас в крови.
Да, моё тело по-прежнему откликалось на каждое его прикосновение, но при этом разум отчаянно вопил, что нам нужен откровенный разговор. Так будет честно – и по отношению к Елисею, и по отношению к Ярику.
Нужно урвать момент в конце праздника и поговорить с Лисом. Желательно до приезда Мереминского. Потому что меньше всего на свете мне хотелось, чтобы эти двое пересеклись и устроили скандал на юбилее свадьбы моих родителей! На радость всем глупым любопытным курицам!
– Точно? Мне не сложно, Мариш, ты же знаешь. Назойливых клоунов тоже могу взять на себя, – говорит Меланчук, скользя кончиками пальцев по моей обнажённой спине. – Ну и самому главному из них, тоже с удовольствием могу показать его место… Я бы даже сказал – с превеликим удовольствием!
– Лис! – резко отстраняюсь от него, невольно вспыхивая после намёка о Ярике. Чувствую себя воришкой, которого застали на месте преступления.
– Сильно он доставал тебя на этой неделе? Ты как-то всё время обходила эту тему стороной…
– Я и сейчас не горю желанием обсуждать её здесь на празднике!
Лис чуть слышно смеётся, опирается ладонью на стену возле меня, перекрывая любую возможность к отступлению.
– Да ты права. Не стоит тратить время на обсуждение всяких идиотов. Его можно провести гораздо интереснее, – склоняется ко мне, опаляя кожу на шее своим горячим дыханием. Едва заметно проводит губами, вновь вырывая у меня рваный вздох.
– Лис, перестань! На нас все смотрят…
– И что? – усмехается Меланчук. Смотрит мне прямо в глаза. Болотно-зелёный омут, на дне которого я отчётливо вижу огонь и дикое желание. – Марин, я не большой любитель демонстрировать свою личную жизнь напоказ. Но я не намерен ничего скрывать. Если ты моя, я хочу, чтобы это знали все. И сборище клоунов за нашим столом, и эта старая дура…
– Лис, послушай…
Нужно его тормозить. Иначе это всё обернётся потом против меня!
– Ой простите… – раздался рядом знакомый голос. Перевожу взгляд в сторону, сначала замечая поднос с шампанским, на котором с громким «дзынь» опасно закачались несколько фужеров, а уже потом встречаюсь глазами… с Даной.
Точнее с Даниэлой – именно так было написано на её бейджике. Что за дурацкая мода коверкать свои имена, которые дали при рождении!
– Привет… – растерянно говорю я, пытаясь отстраниться от Лиса. Но Меланчук следом за мной разворачивается к официантке и уверенным движением привлекает меня к себе. – Не ожидала…
– Что я работаю обслуживающим персоналом? – скривилась Дана.
– Увидеть тебя здесь, – спокойно отзываюсь я, ощущая горячие ладони Лиса на своём теле. – И да, Мэл не говорил, что ты здесь работаешь.
– Ах, Мэл, – презрительно поджала свои губы девушка. – Он и не знает. Мы расстались.
– Понятно, – протягиваю я, совершенно не представляя, что ещё можно на это сказать. Выражать сожаление, которое я на самом деле не испытывала, было бы крайне глупо.
– А ты… Я думала ты теперь с Яриком, – задумчиво говорит она, опуская взгляд на ладони Лиса, которые он никак не хотел убирать с моей талии.
Боже, ну вот зачем нужно в одном месте собирать столько любопытных куриц?!
– Нет, она не с Мереминским, – наконец подал голос Лис.
Беззвучно хватаю ртом воздух от возмущения.
Нет, я не собиралась отчитываться перед Даной о своей личной жизни. В плане нахальства и бесцеремонности эта идиотка могла дать фору даже тёте Тамаре! Но кто давал ему право отвечать за меня?!
И ведь не придерёшься! Официально с Мереминским я не встречаюсь. Про наши отношения Лис тоже открыто ей не заявлял, хоть и демонстрировал сейчас, что между нами что-то есть выходящее за рамки дружбы.
Хочется скинуть с себя его руки и закатить грандиозный скандал. Но я это точно не буду делать в присутствии Даны и полусотни гостей!
– Странно, а я думала, когда он расстался… – начинает девушка, но осекается, увидев мой пылающий от гнева взгляд. – Извините, мне нужно идти. Мне вообще нельзя так долго разговаривать с гостями… Хорошего вечера!
Дана поспешно уходит вглубь зала. Ощущаю как в груди начинает свербить от досады и раздражения.
– А я смотрю, у девчонок в компании ты по-прежнему не в фаворе, – смеётся Меланчук, – Клянусь, в паре моментов она смотрела так, будто хочет свернуть тебе шею.
– Не говори ерунды! – отмахнулась я. – Это просто ещё одна любопытная курица, которая к тому же стесняется своей работы.
– Ну как знаешь…
Прижимает меня к себе сильнее. Вновь ощущаю его горячее дыхание у своего виска. Ведёт медленно вниз, оставляя своими губами отметки на скуле и щеке, спускается до основания шеи. Дразнит и чуть прикусывает тонкую кожу, совершенно не заботясь о том, что в зале полно народу. Ловит губами мой участившийся пульс. Тело невольно покрывается сотней мурашек.
Чёрт!
– М-м, я смотрю, ты тоже соскучилась.
Нет, такими темпами я не выдержу до конца праздника. Нужно говорить сейчас!
– Так всё! Иди за мной! – командую я, вырываясь из его объятий. На улицу сбегать не вариант – там наши отцы и десятки других курильщиков, которые по традиции игнорируют музыкальные паузы, наслаждаясь своими вредными привычками. Вижу недалеко какую-то дверь, ведущую то ли в кладовку, то ли в служебное помещение. Сгодится!
Уверенным шагом направляюсь туда, откидывая назад ненавистный подол платья. Меланчук идёт за мной, тихо посмеиваясь.
Резко толкаю дверь и с облегчением выдыхаю – открыто. Но не успеваю сделать и пары шагов, как тут же оказываюсь в объятиях Лиса.
– Попалась, – хрипло шепчет он, разворачивая меня к себе. Впивается в мои губы, сминая их и заставляя раскрыться, чтобы проникнуть своим языком. Пытаюсь выставить вперёд себя ладони, оттолкнуть его, но Елисей ещё сильнее прижимает меня к себе.
Подхватывает под попу и несет меня вглубь помещения, а потом усаживает на какую-то поверхность. Кажется, это какой-то низкий стол или тумба. Ныряет ладонью в разрез платья, отбрасывая в сторону ткань, и тем самым освобождая себе полный доступ к моему телу.
Чёрт, ну мы же здесь не за этим!!
– Лис! – пытаюсь отстраниться, но Меланчук ещё больше углубляет свой поцелуй. Его руки везде на моём теле. Запускают волны жара, заставляют меня дрожать, против моей воли разливая у меня внутри дикий коктейль из адреналина, страсти и желания. Умом я прекрасно понимала, что всему виной наша бешеная химия и алкоголь. Здесь нет места настоящим чувствам. Чему-то искреннему, что заставляло сердце сладко сжиматься внутри в предвкушении чуда.
Вспоминаю поцелуй Ярика. Как он с огромным, нежностью и трепетом целовал меня вчера там на понтоне. Его ласковые, бережные касания, и как он старался обуздать свой пыл, чтобы не обидеть меня. Поцелуй не ради пожара, в котором можно сгореть дотла и потерять себя, а чтобы светить. Освещать этот мир теплом и любовью. И я действительно наполнялась светом, сгорая в его объятиях, задыхаясь от переполняющего меня счастья…
Здесь, в полумраке этой тесной комнаты я чувствовала лишь тьму. Привлекательную, манящую, заставляющую сгореть.
И этот разительный ошеломляющий контраст предал мне сил прервать наш поцелуй с Лисом.
– Маришка, – тяжело вздыхает он, наконец выпуская меня из своих объятий.
Пытаюсь отдышаться после недавнего безумия и собрать разбегающиеся во все стороны мысли, чтобы приступить к неприятному разговору. Но в этот момент Лис опускается передо мной вниз, обхватывает руками мои колени. Кладёт на них свою голову и тихо произносит:
– Как же хреново было без тебя эту неделю.
Улыбается одними кончиками губ, смотрит мне прямо в глаза. И я впервые не вижу там привычной дерзости. Я не вижу там похоти и страсти. Только безграничное тепло и нежность, которые совершенно сбивали меня сейчас с толку и заставляли позабыть обо всём, что я хотела сказать.
– Чёртов Лондон, – усмехается Лис, по-прежнему не сводя с меня своего искрящегося взгляда. – Знаешь, я очень рад, что меня поставили работать с твоим отцом. Большую часть дел теперь буду вести из Москвы. Лондон уходит на удалёнку, но если какая-то поездка и будет, то заберу тебя с собой. Отношения на расстоянии это не для нас, Марин. Даже несколько дней без тебя бесконечно долго.
Отношения… Вот он и сказал это слово. Чётко, понятно, без каких-либо загадок и недомолвок. А я сейчас совершенно не знала, как реагировать на его слова.
– Почему… почему ты не сказал мне, что папа теперь ваш акционер?
– Он попросил меня не говорить. Хотел что-то обсудить с тобой, – усмехается Меланчук. Нежно, едва касаясь ведёт кончиками пальцев по моему колену. – Подозреваю, что речь пойдёт о наших с тобой матримониальных планах.
– Что?! – ахнула я, невольно дергая ногой и сгоняя Лиса.
Как он может говорить об этом так спокойно?! Получается, теперь помимо папиной любимой темы карьеры добавляется ещё одна тема для упрёков в мой адрес – что я тяну с замужеством с Елисеем?!
– Марин, они люди старой закалки. Для них объединение капиталов это обычная тема. Можно сказать, это такой безопасный и понятный сценарий, – выпрямляется Меланчук. Находит мои ладони и ободряюще крепко сжимает в своих, будто бы показывая, что все мои переживания сейчас – пустое. – Но это не означает, что мы обязаны играть по их правилам. У нас есть своя голова на плечах. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к браку и детям.
– Знаю, – киваю я, чуть нахмурив брови.
Лис никогда не рвался связывать себя цепями брака. К детям относился равнодушно, просто как к чему-то необходимому для продолжения рода. Он всегда смеялся, что если и женится, то ближе к сорока и исключительно ради бизнеса. Подозреваю, что всему виной было отношение к нему родителей. Мать Лиса всегда мне казалась очень холодной женщиной, зацикленной исключительно на своей карьере. У отца на первом месте всю жизнь был старший сын. И насколько я знала, брак его родителей – это был союз, основанный на взаимовыгодном расчёте. Любовь появилась уже гораздо позже после долгих лет совместной супружеской жизни.
Но неужели наши родители считают, что повторение подобного сценария – это будет отличный вариант для нас с Лисом?! Да, мы отличные друзья и между нами есть химия, но брак… дети…
Нет, это просто уму не постижимо!
– Марин, ты – единственная женщина в моей жизни, ради которой я готов поменять свое отношение к этой теме, – тихо говорит Лис, склоняясь ко мне. Тёплый взгляд скользит по моему лицу, губам, поднимает выше, встречаясь с моими глазами, будто бы пытаясь что-то прочесть в них, отыскать ответ на важный вопрос. Но я молчу, затаив дыхание. И только мысли в голове мечутся, как раненные птицы.
Это какой-то другой Лис. Которого я еще не знаю. Который будто бы учиться быть таким… беззащитно искренним. Другого определения у меня сейчас не находилось. И это совершенно сбивало меня с толку.
– Но мы не будем спешить, чтобы кому-то угодить. Пускай всё идёт своим чередом…
Находит мои губы, вновь утягивая меня в этот омут. И я больше не чувствую в нём опасности. Это был омут, в котором хотелось раствориться полностью, без остатка. Просто закрыть глаза и отдаться наслаждению, позабыв обо всём на свете.
Вот только… В голове сразу же мелькает образ Мереминского.
Я люблю Ярика и всегда его любила!
Не бывает такого, чтобы в сердце было место сразу для двух мужчин! То, что происходит сейчас с Лисом – это другое. Это… я не знала, что сейчас творилось между нами, и я не представляла, как это остановить. Я не отвечаю на поцелуй, но и не отталкиваю его. Пытаюсь отыскать внутри себя силы, чтобы приступить к той теме, ради которой мы уединились в этой коморке. Но слова совершенно не идут у меня с языка.
Вот только Лис трактует мою растерянность и безынициативность совершенно иначе. Углубляет поцелуй, вжимается в меня сильнее бедрами, заставляя вновь разместиться на этой жёсткой деревянной тумбе. Чувствую, что он меня хочет. Сильно. До безумия. Так сильно, что рычит, впиваясь в меня губами. Ткань платья стремительным движением отлетает в сторону, полностью оголяя мои ноги.
В голове сразу всплывают его недавние слова:
«Чтобы сбежать в какое-нибудь укромное место, задрать его и как следует тебя от…»
Нет, нет, нет! Это совершенно не то, что нам сейчас нужно делать!
– Лис…, – делаю очередную провальную попытку отстраниться.
– С ума меня сводишь, – резко притягивает меня к себе, закидывая ногу на своё бедро. Ведёт губами вниз по шее, то нежно, то чуть прикусывая кожу, оставляя свои отметки. – Поотрывал бы ноги всем этим клоунов за столом. Чтобы больше никто не смел даже посмотреть в твою сторону. Никто, слышишь?!
– Лис…, – вновь пытаюсь остановить его я. Увожу голову в сторону, пытаюсь привстать с этой чёртовой тумбы, но Елисей ещё крепче прижимает меня к себе. Перемещает руку на грудь, сминая тонкую ткань платья. Сжимает сильно, но без боли, запуская волны наслаждения по всему моему телу, которые устремляются вниз живота. В отчаянии мотаю головой, чтобы он сбавил обороты, – Лис, пожалуйста…
Мой шёпот тонет в его поцелуях, которыми он продолжает осыпать моё лицо и тело. Какая-то вспышка озаряет моё сознание, а потом заставляет полностью распахнуть глаза, когда я осознаю, что дело не в играх разума. В комнате действительно на несколько секунд стало чуть светлее. И звук камеры телефона – это тоже не плод моей больной фантазии!
В ужасе перевожу глаза на чуть приоткрытую дверь.
Снова вспышка и едва слышный звук съёмки камеры. И кажется, я даже различаю в проёме двери очертания телефона…
– Лис, нас снимают!! – изо всех сил отталкиваю его от себя, от чего неловко заваливаюсь на тумбу и ударяюсь локтем об одну из стоящих на ней палеток с минералкой. Но синяк на руке – это сейчас меньшее из всех моих бед!
– Мариш, у тебя паранойя?!
– Посмотри на дверь! – в ужасе воплю я, но в то же время осознаю всю бессмысленность этой затеи. Там уже никого нет. – Лис, я точно помню, что она была закрыта, когда мы с тобой зашли…
– Марин, мы не селебрити, чтобы за нами охотились папарацци, – усмехается Лис, вновь привлекая меня к себе. – Если ты не хочешь секса здесь и сейчас, просто скажи. Не надо придумывать небылицы на пустом месте.
– А ты правда считаешь это подходящим местом?! – вспыхиваю я, обводя рукой помещение вокруг нас. – И вообще, я хотела…
– Да я уж понял, – смеется Лис, игриво захватывая губами мочку моего уха. – Шёлковые простыни, лепестки роз и всё такое… Ты можешь миллион раз говорить, что тебе это не нужно. Но ведёшь себя именно так.
До боли закусываю губу, пытаясь сдержать стон ярости. Я вот вообще сейчас не об этом!!
– И к таким вот маленьким безумствам ты пока не готова, я понял, – жарко шепчет он мне на ухо. Скользит ладонями вниз, опускается на мои ягодицы и чуть сжимает их, совершенно игнорируя мой пылающий от гнева взгляд. – Но это пока…
Не успеваю отстраниться и скинуть с себя его руки. Яркий свет врывается в коморку, заставляя меня вздрогнуть и тут же в ужасе замереть в руках Лиса. Сердце стремительно ухает вниз, когда я слышу знакомый голос.
– Прошу прощения…
Голос из моего худшего кошмара.
