Текст книги "Меня зовут Виктор Крид (СИ)"

Автор книги: Михаил Француз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 44 страниц)

– Просто нахожу. Хочу очень найти и нахожу, – ответил я.

– Как всегда: и сказал вроде, и не соврал даже, и не сказал ничего... – вздохнула она и вновь опустилась на мое плечо. – Я наблюдала за тобой, – как в жутком грехе призналась она.

Я усмехнулся и ободряюще почесал ее за ушком.

– И много "нанаблюдала"?

– Много, – сказала она и отвернулась. – Еще после первого визита, я начала наводить о тебе справки... О беспутном Шаолиньском монахе, который храпит на службах, варит в экзаменационных лабиринтах под монастырем опиум и самогонку... И относится серьезно только к одному: к кунг-фу. Но уж в нем нет ученика прилежней: готов неделями практиковать одну и ту же форму, не прерываясь ни на сон, ни на еду, пока не станет доволен своим движением... А еще по ночам грызет каменную стену монастыря и воет на луну... Мне много чего рассказали про тебя... – я не прерывал ее. Мне нравился звук ее голоса.

– Я могла часами наблюдать за твоими тренировками. Твои движения меня просто завораживали: дикость, сила, страсть... и запредельная, какая-то нереальная просто серьезность... Словно, если ты вдруг ошибешься, Земля остановится и сойдет с орбиты, или Небо рухнет на Землю, никак не меньше...

– Наблюдать? – уточнил я. – Тебя не было рядом, это совершенно точно.

– Магия позволяет наблюдать издали. Не присутствуя лично. Я просто открываю окно и смотрю. Преграду этому окну может создать лишь другая магия...

– То есть мой дом, моя комната, моя постель?... – уточнил я.

– Во сне ты такой лапочка, – затаившись у меня под мышкой, хихикнула она.

– Вуайеристка, – поставил диагноз ей я. Не обиделся, не рассердился. Почему-то совершенно не зацепило, что за мной постоянно подглядывали. Своей женщине я готов был позволить это. Хочет смотреть, пусть смотрит, не убудет от меня.

– Да было бы чего там подглядывать: как ты с путанами чай по ночам пьешь? – хихикнула еще раз Суо. А я покраснел, словно в чем-то постыдном уличили, и легонечко шлепнул шалунью по аппетитной попке.

– Ты постоянно смотрела? Все время? – уточнил я. Ни зачем, просто ради интереса.

– Нет конечно, – удивилась она. – У меня своих дел полно: ученики, собственное совершенствование в магии, защита нашего измерения от постоянных угроз извне... Все это очень много времени отнимает. Так... одинокими вечерами, перед сном... Ну, или в редкую минутку отдыха, когда хочется отвлечься от суеты...

– Во время войны тоже?

– Нет, – помотала она головой, словно стряхивая некое наваждение. – Один раз, когда ты только во Франции высадился, глянула, мне с лихвой хватило. Убиваешь ты грязно. Очень грязно. Видеть подобное неприятно – тошнить тянет, хоть я в своей жизни и без того повидала не мало, но все равно... Только когда ты умер... Только тогда я открыть окно пыталась, да не вышло ничего. Там такие помехи жутчайшие были, что Измерение стабильность терять начало. Чувствую, что умер, а поделать не могу ничего, даже место найти, где именно... Страшно было. Думала с ума сойду. Сама не догадывалась, что ты так много значить для меня стал, пока не потеряла... – на мою кожу попала подозрительная влага. Подозрительно напоминающая слезы. Я покрепче прижал к себе свою женщину.

– Меня не так-то просто убить, Суо, – уверенно заявил ей я.

– Знаю уже, – буркнула она. – Но все равно, как последняя дура волнуюсь и кусаю губы, каждый раз, как ты на Арену выходишь!

– Тоже через "окно" смотришь? – хмыкнул я. Она отрицательно помотала головой.

– Нет. Почти на всех твоих боях я была лично, среди зрителей. Мой статус Верховного Чародея автоматически вносит меня в списки приглашенных.

– То-то меня так на эту дурацкую Арену тянуло. Выходит я на краю восприятия тебя чувствовал, – хмыкнул я.

– Значит теперь не пойдешь туда больше? – с надеждой спросила она.

– Пойду, конечно, – хмыкнул я. С чего я должен отказываться от одного из излюбленных своих развлечений? Из-за того, что кто-то обо мне волнуется? Может для кого-то это и впрямь достойная причина, но явно это не мой случай.

– Ты неисправим, – тяжело вздохнула она, и даже пристукнула кулачком по моей груди.

– Тебе разве нужна исправленная, обрезанная и отцензуренная версия? Я думал, тебе нужен я, такой, какой есть, – нахмурился я.

– Такой, какой есть, – поспешно ответила она. Может быть слишком поспешно. Но пусть так. Потом разберемся с такими крамольными мыслями, что какая-то женщина способна меня переделать. Пусть даже это МОЯ женщина, без которой и жизнь не в жизнь.

На какое-то время в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим спокойным дыханием.

– Почему ты тогда ушел, Вик? – нарушила тишину Суо. – Почему не вернулся? – спросила она очень тихо, с какой-то тоскливой грустью в голосе. Видимо этот вопрос тревожил ее все эти годы. Хотя, я лично тут даже вопроса не вижу.

– Ты меня выгнала, вот я и ушел. А возвращаться туда, откуда тебя выгоняют... У меня есть гордость, знаешь ли.

– Я не могла в тот раз поступить иначе, – грустно, оправдываясь, начала говорить она. – Те четверо, которых ты убил в моем доме, были очень важными людьми в магическом сообществе. И они прибыли на переговоры, а ты их убил в МОЕМ доме. Если бы я не указала тебе на дверь, то показала бы всем, что они убиты по МОЕЙ воле...

– Маги, – скривился я. – Никаких переговоров с магами. Увидел мага – убей.

– Но я ведь тоже магичка! – с некоторым вызовом сказала она.

– Ты – моя женщина, – безаппеляционно отрезал я. – Это единственное, что примиряет меня с этим фактом.

– Но за что ты так нас ненавидишь? – воскликнула она.

– Иссею скажи спасибо, – хмуро ответил я, не желая вдаваться в подробности.

– Иссею? – удивиленно повторила она и ненадолго задумалась. – Это один из тех магов, что пошли с Гитлером? Я слышала из пятидесяти ушедших в Европу вместе с экспедицией Ананербе, вернулись трое... И Иссея среди них не было.

– Трое? Имена, особые приметы, где их искать? – мгновенно подобрался я.

– Так, стоп! – отпрянула от меня и поднялась на колени Суо, сердито уперев руки в бока. – Зачем они тебе?

– Выслежу и убью, – не стал темнить я. – Эти твари не должны жить. И не будут. С твоей помощью или без нее.

– В чем они виноваты, что ты, даже не зная имен и лиц, готов заочно вынести им смертный приговор? Ты не перегибаешь ли палку, Вик? – начинала сердится Суо.

– Нет, не перегибаю, – вздохнул я. Не люблю кому-то что-то объяснять или отчитываться. Но, видимо, сейчас объясниться придется. Иначе, рискую повторением ситуации пятидесяти четырех летней давности. – Ты видела, что на войне делал я. Но ты не видела, что творили они. И, поверь, я белый пушистый зайчонок по сравнению с ними. Я надеялся, что все эти твари сдохли, но ты говоришь – нет. Значит придется исправить это лично.

– Ты соображаешь вообще, что и кому говоришь?! – сдвинула брови она и в помещении повисла предштормовая атмосфера.

– Я говорю то, что думаю. И не важно перед кем. Я не прогибаюсь и не меняю своего мнения, будь ты котенок или Галактус, – нахмурился уже я. – Этим тварям не жить. Точка.

Повисло напряженное молчание. Суо сверлила меня взглядом, я спокойно этот взгляд держал. Агрессии к ней я не испытывал, но и менять своих решений из-за того, что ей они не нравятся, не собирался.

– Как магичка, я должна быть на стороне магов, – медленно проговорила она. Видимо шторм откладывается. Попробует договориться конструктивно. Что ж, попытка не пытка. – Объясни, что тебе сделали маги. Лично тебе. Не надо сейчас философии.

– Шесть месяцев в лабораториях и смерть от разрывного заклинания в грудь на испытательном полигоне, считается? – ухмыльнулся я.

– Считается, – опустила плечи Суо. Из нее будто разом воздух выпустили. – Это Иссей с тобой сделал?

– Иссей. С дружками. Прости, светлой памяти не могу им пожелать.

– Но ведь не все маги такие, как он...

– Да ну? – приподнял одну бровь я.

– Я же не такая! – воскликнула она.

– Не уверен, – пожал плечами я. – Слишком плохо тебя знаю для выводов. Но ты – моя женщина. Этим все сказано, будь ты хоть Дьяволом во плоти. Остальные... Давил, давлю и давить буду. Но не в твоем доме, – пошел на некоторую уступку я.

– Почему? – даже как-то сбилась с настроя Суо.

– Я ж не совсем дурак, второй раз на те же грабли наступать.

– А причем тут грабли? – не поняла она. Видимо, не очень хорошо с русским фольклором знакома.

– Наступишь на зубья – узнаешь, – улыбнулся я.

– Ладно, – вздохнула она. – За пределами моего дома, поступай как знаешь.

– Но? – уловил недосказанность я.

– Весь Камар-тадж – мой дом!

– Договорились, – вздохнул я. А про троицу магов, выживших на войне, крепко запомнил. Суо не скажет – кого-нибудь из местных распрошу. Тех и обмануть незазорно.

– Ты снова уйдешь? – вернувшись на свое место у меня на плече, тихо спросила Суо.

– Не знаю, – честно признался я. – У тебя своя жизнь, свои обязанности, свои заботы...

– А у тебя?

– У меня... Учитель мой умер. В Японию ближайшие годы возврата мне нет. Домик во Франции остался. Братишка в Америке... Дел пока нет.

– Останешься? – с надеждой спросила она.

– Среди магов? Сорвусь, – честно признался я. – Поехали лучше ты со мной.

– Куда?

– В Америку, наверное, – подумав немного, решил я.

– Тогда в Нью-Йорк. Там один из моих Храмов стоит, – сказала она.

– Что ж, – решил я. – Значит в Нью-Йорк. А сейчас, раз у кого-то появились силы "упирать руки в боки", продолжим прерванное, – заметил я и навис над хихикнувшей Суо.

* * *

Примечание к части

Эх... Такая мысль провалилась... Но вируса распространять совесть не позволит.

Просто самиздатовская моя страничка. Там, между прочим, и почитать что-то есть. Не новье, конечно, но на фикбуке еще не публиковалось. Буду рад комментам.

http://samlib.ru/f/francuz_m/

глава 34

Деньги и магия. Магия и деньги. Не могу сказать, что могущественнее в мире людей. Но у нас с Суо было и то, и другое. Так что устроиться и легализоваться в новом для нас городе, особого труда не составило. Два дня, и у нас свой дом, документы и даже автомобиль. Правда, зачем нам автомобиль, объяснить жене я не смог. Да-да, именно жене. Поскольку документы мы оформили на семейную пару Виктора и Суо Лэншер (я решил легализоваться именно под этим именем, чтобы не иметь проблем с получением прибыли из наших с Эриком долгосрочных проектов). Это практически ничего не меняло в наших отношениях, но юридически упрощало многие вопросы.

Сидя в кресле перед камином со стаканом виски в руке, я понял, что мне скучно.

Суо отсутствовала, занимаясь где-то со своими учениками, толи в Тибете, толи еще где (после демонстрации возможностей "двойного кольца", я уже не уверен, что она вообще в нашем мире). А я сидел дома в одиночестве и хлестал виски, который на мой организм не действовал вообще. Раньше хоть как-то что-то, теперь вообще никак. Просто вода с противным вкусом и запахом. Я раздраженно бросил стакан в камин. В ответ на несколько секунд полыхнуло пламя. Затем и оно опало, а мне все еще было скучно.

Третий день в этом городе. Всего третий день. Что же будет дальше?

От безделья я поеду крышей. Значит надо чем-то заняться. Мгновение, и я уже на подходе к особняку Ксавьера.

Этот будущий лысый паралитик, все же осуществил идею со школой для мутантов. И сейчас у него уже полтора десятка учеников.

Денек убить можно, гоняя их на пару с Логаном в физической подготовке. Откуда у Ксавьера взялся Хоулетт? Все просто – Логан приехал ко мне в Японию, спустя три недели после своего спасения. Приехал поблагодарить.

Посидели мы хорошо в одном из местных баров. Душевно. Бармен в тот вечер буквально национальность поменял (глаза стали уж совсем европейскими), глядя как два брутальных мужика выпивают ВЕСЬ его запас алкоголя, при этом играя в шахматы на фофаны...

Когда пришло время прощаться, я написал ему адрес Ксавьера и посоветовал заглянуть на досуге. А заодно привести туда всех выживших мутантов из проекта "оружие-Х", пока правительство и ЩИТ не поставили их в строй, как оперативников со "специальными возможностями".

Логан обещал подумать.

Через год я заглядывал к брату (постепенно я перестал даже мысленно добавлять кавычки к этому слову, когда упоминал Эрика) с женой, которые обосновались там же у Чарльза. Узнал, что Логан не только заходил, но и задержался. Сейчас же он там уже очень крепко обосновался и буквально пустил корни. Стал преподавателем, ведет у детишек физкультуру и рукопашный бой.

Полдня я провел в школе. За это время успел обдумать несколько идей, как провести вечер. И несколько идей, чем заняться вообще.

Оставшееся время до обещанного возвращения Суо, я потратил на подготовку.

– Вик, я дома! – крикнула Суо, выходя из стены через огненное кольцо.

– С возвращением, – ответил я, отставляя на столик рядом с креслом стакан с недопитым виски.

– Ты выглядишь... необычно, – замерла она, разглядывая меня. Что ж, было чему удивиться: гладко выбритое лицо, аккуратная классическая стрижка, классический черный смокинг с галстуком-бабочкой, черные лакированные туфли.

– Мы идем в оперу, – ответил я, поднимаясь с кресла.

– В оперу? – изумилась она. Видимо слова Виктор Крид и опера в одно предложение у нее в сознании не складывались вообще никак.

– Да, – подтвердил я, что она не ослышалась. – У тебя тридцать минут, чтобы подготовиться к выходу. Платье, туфли и украшения уже в твоей комнате. Водитель подъедет за нами ровно в семь.

– Тридцать минут?! – воскликнула она. – Ты шутишь, я надеюсь?!

– Похоже, что я шучу? – приподнял я бровь и демонстративно посмотрел на наручные часы. – Двадцать девять минут.

– Ну, что ж, двадцать девять, так двадцать девять, – нехорошо улыбнулась она. Затем тронула ту самую побрякушку в виде глаза, что завершала каждый мой "сон" перед уходом ее в огненное кольцо. Вокруг руки Суо засветился своеобразный браслет из светящихся символов.

– Я успею, Милый, – стала ехидной ее улыбка. А я заподозрил какой-то подвох, глядя на то, как неспешно она поднимается по лестнице на второй этаж.

Вот только какой именно, понял только снова посмотрев на часы. Секундная стрелка не двигалась...

* * *

Стрелки часов не двигались. Солнце за окном тоже. Но тупой и тривиальный метод подсчета времени никто еще не отменял. Считать секунды.

Пусть объективно считать было нечего, но я мыслю, стало быть могу отмерять даже то, чего нет.

Когда этот мысленный таймер достиг отметки семь тысяч двести пятнадцать секунд, терпение мое лопнуло. Вместе со стеклом очередного стакана улетевшего в камин. Чувствую, скоро придется заказывать их оптом. Или избавляться от привычки кидать их в камин.

Я поднялся из кресла и повернулся к лестнице с твердым намерением за шкирку вытащить эту копушу, в каком бы она виде не была.

Но замер на месте. Суо медленно и величественно спускалась ко мне в выбранном мной для нее черном вечернем платье.

Зрелище завораживало. Даже гнев мой улегся, словно его и не было.

За окном что-то изменилось. Кажется солнце резко передвинулось на небосклоне. У дома судя по звуку остановилась машина.

– Я готова, – чарующе улыбнулась мне она. – Минута в минуту, Милый, – подойдя, подняла мою левую руку и посмотрела на циферблат часов она.

Я хмыкнул и, освободив из ее пальчиков левую, подал для опоры правую руку. Она подхватила мой согнутый локоть.

– Едем? – поинтересовалась она. Я кивнул, с трудом отводя взгляд от нее, и мы вышли из дверей дома.

Перед крыльцом стоял черный с серебром Роллс-Ройс. Водитель предупредительно распахивал перед нами заднюю дверь автомобиля.

* * *

Возможно, я очередной раз сделал глупость. Такая мысль посетила меня у входа в здание Нью-Йоркской Оперы, когда, при выходе из машины, мы были ослеплены вспышками фотоаппаратов папарацци. Но отступать было уже поздно, все равно все уже случилось. Осталось только с честью отыграть свою партию в этом спектакле.

Я помог выбраться Суо, подал ей руку, и мы без спешки, с достоинством двинулись ко входу в здание.

Проблестнуло еще десяток вспышек, затем репортеры отхлынули, разобравшись, что ждали они явно не нас. Слишком внезапно и пафосно появился наш транспорт, вот и перепутали с какой-то шишкой или звездой, планировавшей почтить своим появлением это мероприятие.

И уже в холле, я понял, кого именно они ждали. Супружеская чета миллионеров Говард и Мария Старк. "Золотой мальчик" Тони пока еще в природе не существовал. И судя по фигуре Марии, даже пока не планировался.

И Говард меня узнал. Стоило нам встретиться взглядами, как в его зажглось узнавание. Не только зажглось. Оно буквально запылало.

Естественно они направились к нам.

– Виктор? – обратился он ко мне, подойдя. – Это ты? Я не мог ошибиться.

– Здравствуй, Говард, – не стал играть в "обознашки" я. – Неплохо выглядишь. Слышал у твоей компании дела идут в гору.

– Ну, после войны у меня были некоторые проблемы, но внезапные инвестиции нескольких частных лиц из Западной Европы позволили остаться на плаву и взять неплохой разгон. Так что сейчас дела идут в гору, – улыбнулся он. – Но, я слышал – ты погиб в сорок третьем...

– "Слухи о моей смерти были сильно преувеличены," – как заметил однажды Марк Твен, – отшутился я. – Кстати, одно из "частных лиц" сейчас перед тобой.

– Леди? – не совсем правильно меня поняв, обратился к Суо он.

– Не угадал, Говард. Это моя жена – Суо Лэншер. А "частными лицами" были мы с братом. Мы с ним владеем двадцатью шестью процентами акций твоей компании каждый, – "обрадовал" Говарда я.

– Двадцать шесть... Двое... Контрольный пакет... – шокированно пробормотал он. И я его понимаю. Внезапно узнать, что твоя компания фактически и не твоя вовсе. Он еще хорошо держится.

– Плохая была идея – выпускать в продажу больше сорока процентов акций, Говард.

– Но я выставил тогда только сорок четыре! Откуда пятьдесят два?!

– Я к тому моменту УЖЕ владел восемью процентами твоих акций, – ухмыльнулся я.

– У меня не было выбора... – потух он. – Или это, или полное разорение...

– Вот и не огорчайся так, Говард, – похлопал я его по плечу. – Мы с Эриком не собираемся указывать тебе, как управлять твоей компанией. Наоборот. Всегда готовы поддержать финансово самые безумные твои проекты.

– Эрик... Лэншер... А это не Доктор Лэншер из Массачусетского Технологического? – вдруг вскинулся Говард.

– Да, Доктор физико-математических наук Лэншер, – подтвердил я.

– Но это же в корне меняет дело! – воскликнул Говард. – Я уже год пытаюсь найти на него выход по поводу его работ в области магнетизма и физики вещества! Если он акционер Старк Индастриз, то не возникнет проблем с патентным бюро и я смогу с ним работать без каких-либо юридических сложностей и проволочек!

– Замечательно, – усмехнулся я. – Напиши ему. Он сейчас вместе с Профессором Ксавьером и Доктором Маккоем проводит много времени в Северном Салеме, штат Нью-Йорк. Буквально в паре шагов отсюда.

– Еще и Доктор Маккой? Это просто праздник какой-то! – просто засветился от воодушевления Говард.

– Мария, Говард, – поклонился я, и протянул визитку с адресом Старку. – Если будут вопросы, предложения, это мой нынешний адрес в Нью-Йорке.

– Обязательно свяжусь с тобой, Виктор, – пожал мне руку он и спрятал визитку. Все время нашего разговора поблизости не стихали вспышки фотокамер...

Прозвенел первый звонок, и мы с Суо отправились к своей ложе. Я собирался сегодня получить максимум удовольствия от столь опрометчиво затеянной авантюры, раз уж уже засветился. Все равно переигрывать поздно.

* * *

глава 35

Утром Суо застала меня голым посредине пола гостинной в позе «лотоса» медитирующим. Вокруг были раскиданы исписанные и изрисованные различными схемами листы.

– Вик, ты решил заняться магией? – со смесью удивления и надежды в голосе, спросила она, садясь завтракать остатками заказанной мной пиццы, коробки с которой лежали чуть дальше бумаг.

– Нет, – прервал я свою медитацию. – Наукой!

– Ааа, – разочарованно протянула она. – Стоило из-за такой ерунды посреди ночи вскакивать?

– Это не ерунда! Это – ИНТЕРНЕТ!!! – заявил я с придыханием на сем священном слове.

– И что это за входная сеть? – вяло поинтересовалась она. – И чем она лучше магии?

– О! Это гораздо, гораздо, ГОРАЗДО лучше магии, – энтузиазм так и хлестал из меня во все стороны. Не теряя времени, пока не забыл, схватил чистый лист и стал ускоренно набрасывать структурную схему архитектуры "пентиума", ради точного воспроизведения которой в памяти, я и медитировал. – Это глобальная информационная сеть. Это объединение в одно, доступное всем пространство, всех знаний человечества! Это Онлайн игры!!!

– Я поняла, – вздохнула она. – Вчера ты устроил мне прощальный вечер, а теперь потерян для общества.

– Чем тебе не понравился вчерашний вечер? – поинтересовался я, не переставая рисовать схему. – По-моему все было на высшем уровне.

– Ну да, особенно секс в туалете во время второго действия, – отозвалась она.

– А мне понравилось, – пожал я плечами и почесал карандашом затылок. – Очень удобное для этого место: просторно, все в зеркалах, тумбы и занавеси красного бархата. Подпер дверь стулом и не помешает никто. Или тебя сам секс не устроил? Я вроде старался, как только мог.

– Устроил, – вздохнула Суо. – Еще как устроил. Говорю же – вечер был замечательный. Но меня не устроило, что ты вскочил в три часа ночи и, ни слова не говоря, побежал вниз с упаковкой бумаги и пачкой карандашей. Где ты их взял, кстати? Вчера в доме их не было.

– "Прыгнул" в канцелярский магазин в Японии. Бросил на кассу сто баксов, взял, что нужно и "прыгнул" обратно.

– Голый? – уточнила она. Я недоуменно глянул на себя, только тут сообразив, что и правда голый.

– То-то у них глаза такие широкие были. Я уж думал, Японию с Францией перепутал, – пожал плечами я.

– Псих.

– Не псих, а увлекающаяся личность, – поправил я ее.

– А еда откуда?

– По телефону заказал. У них доставка круглосуточная.

– У кого, "у них"? И как называется? Вкусная, кстати, штука, – взяла она себе следующий кусок.

– "У них" это пиццерия в двух кварталах отсюда. А блюдо называется пицца. Считается одним из самых вредных блюд для фигуры и здоровья. Употребляется с напитком под названием "Кола" или "Кока-кола", еще более вредным напитком. Он изготавливается на основе ореха кола, содержит большое количество кофеина и некоторых других тонизирующих веществ. Является очень слабым наркотиком, способен вызывать привыкание. Газируется при помощи добавления в состав угольной кислоты, которая активно разлагается на аш два о и ц о два (воду и углекислый газ). Вся фишка в том, что на разложение требуется время, а пьют ее сразу, после открытия крышки. Соответственно пьют раствор кислоты и кофеина. Жесткая смесь на самом деле. Вымывает кальций из зубов и костей, на сердечно-сосудистую систему действует не лучшим образом. Красители и консерванты на желудок влияют, способствуют развитию гастритов и язвенной болезни...

– Достаточно! – прервала меня Суо, отставляя в сторону бутылку и откладывая недоеденный кусок. – Сам травись этой гадостью. Я пошла по делам, буду поздно. Рассчитываю на нормальный ужин с нормальной, не настолько опасной, как эта, едой.

– Ага, иди, – необорачиваясь помахал рукой я, проверяя и перепроверяя только что начерченную схему.

Суо хотела что-то еще сказать, но лишь обреченно махнула рукой и ушла в стену через огненное кольцо.

* * *

– Говард, – с порога его офиса начал разговор я. – Удели мне время.

– Проходи, Виктор, – радушно встал из-за своего стола и пошел мне навстречу глава Старк Индастриз. – Когда секретарша сказала, что ты просишься ко мне на прием, я ушам не поверил.

– Говард, вчера я говорил, что не буду лезть к тебе в вопросы управления твоей компании. И я действительно не собираюсь этого делать. Но мне нужны ресурсы твои и твоей компании для одного проекта. О-о-очень большого проекта.

– Насколько большого? – насторожился он.

– Сейчас сам оценишь, – достал я принесенную с собой толстую папку с исчерченными и исписанными за ночь и день листами. Я положил ее на стол, но развязывать не спешил.

– Финансирование, как и обещал, я смогу обеспечить. Не хватит моих возможностей, попрошу помощи у брата, у Ксавьера. В самом крайнем случае Фьюри подключим... Но проект должен двинуться. Не знаю, насколько он будет коммерчески удачен или нет, но можешь считать его моей блажью.

– Заинтриговать ты умеешь, – усмехнулся Старк. – Показывай, что принес.

– Что ты знаешь о компьютерах, Говард... – развязал я тесемочку и достал первый лист.

Дело в том, что, напоминаю: по самому первому своему образованию, пусть и незаконченному, я программист. ОРС с факультета айтишников. И у меня были очень хорошие преподаватели. Фанаты своего дела. Вложили, даже в такую дубовую голову, как моя, огромное количество знаний и сведений. А еще умудрились заинтересовать. Что куда важнее и сложнее одновременно. Настолько, что я сам начал лопатить интернет и выискивать информацию, стараться ее осмыслить и переварить.

При этом я не успел нигде поработать, только учился. А это значит, что до "попадания" знания свои не растратил, не превратил их в плесневелые полки ненужной макулатуры.

А медитативные практики, изученные и наработанные за годы проведенные в Тибете, великолепно помогают доставать из своей памяти даже то, чего ты казалось бы и не знал вовсе, так, видел мельком.

И в эту папку я скинул все что удалось натрясти меньше, чем за сутки экспрессраскопок.

– Компьютеры? Ты имеешь в виду ЭВМ? Электронные Вычислительные Машины? – наморщил лоб Говард.

– Да. Именно про них.

– Перспективная область, активно развивается. Применение находит везде, в промышленности, в обороне, в бухгалтерской деятельности, в исследованиях. Везде, где требуются большие объемы вычислений.

– Это и так понятно. Но какие они? Какими ты их знаешь? Ты видел их? – отмахнулся я от этих слов.

– Большие, громоздкие, дорогие...

– Вот! – поднял указательный палец вверх я. – Я же предлагаю сделать их маленькими. Персональными. И вот тут, – выложил я на стол два десятка первых листов. – Архитектура маленькой персональной ЭВМ.

– Хм... Интересная идея, – с интересом начал просматривать мои схемы и описания Говард. – Но что такое СБИС? Сверхбольшие интегральные схемы, что это?

– Это элементная база для ЭВМ. Основная идея там в выращивании монокристалла кремния или германия с уже готовой логической структурой. То есть несколько тысяч отдельных элементов, таких как диоды, конденсаторы, триоды и так далее, в уже готовой, заранее спланированной последовательности выращиваются на одном единственном кристалле. Для этого используют методы фотолитографии и рентгенолитографии, то есть помещают источник света, направленного на заготовку кристалла, между ним и заготовкой помещают прозрачный материал с нанесенной на него необходимой структурной схемой. При помощи системы линз луч делают сходящимся. Это значит, что прозрачный материал со схемой может быть, к примеру, метр на метр, а заготовка кристалла десять на десять миллиметров. В итоге, там где свет на кристалл попадает, реакция определенного рода идет, где не попадает – не идет. Но это все грубо и приблизительно. Вот тут все схемы и химические реакции, которые я знаю по этой теме. Вот тут уже отдельные структурные элементы, вот тут логические схемы отдельных элементов... – продолжал я шуршать листами.

– Стоп! – остановил меня Говард. – Это все надо уже конкретно с инженерами разбирать и прорабатывать. То, что ты показал, это уже годы исследований. Но от них до конечного продукта, как до Китая. Я возьмусь за твой проект, но пожалуй начну с ПЭВМ, персональных компьютеров, как ты их назвал. Попытаюсь создать их на уже имеющейся элементной базе. А СБИС... Чертовски перспективное направление и чертовски заманчивое, но тут дело не одного года.

– Не спорю, – пожал плечами я. – Так-то я и не рассчитывал, что все будет по взмаху волшебной палочки. Но куда копать, я показал.

– Что у тебя там дальше? Только основу, общую идею, частности рассмотрим потом, уже с конкретными специалистами, которые будут работать над подпроектами.

– Дальше способы передачи информации на расстоянии: проводная и беспроводная связь. Вот данные по проводным средам передачи информации: коаксиальный кабель, витая пара, оптико-волоконный кабель... Устройство, максимальная дальность передачи данных и скорость. Потом идут схемы локальных сетей, маршрутизация, протоколы передачи данных, адресация в сети, ip-адресация, mac-адреса сетевых устройств... Вот то же самое но для беспроводного способа. Но в этом вопросе я плаваю. Так, основной принцип только.

– Я так понимаю, это еще не все? – от избытка чувств Говард достал сигарету и закурил.

– Дальше пока не актуально, – вздохнул я. – Там языки программирования, низкоуровневые, высокоуровневые, объектноориентированные... Принципы построения системы мобильной и спутниковой связи... Операционные системы для персоналок, графический интерфейс, принцип видеокарты и звуковой карты, периферийные устройства: клавиатура, принтер струйный, лазерный, матричный, сканер, элт-монитор, rgb-кодировка цвета...

– Умеешь ты озадачить, – задумчиво выпустил струю дыма в потолок Говард.

– Возьмешься?

– Последним дураком буду, если откажусь, – вздохнул он.

– Но?

– Но так и напрашивается вопрос: "откуда?". Это ведь не твои личные разработки. Уж прости, но не твой это уровень. Я ведь работал с тобой уже над проектом, твой уровень – ассистент. Человек на подхвате. В этом ты идеален. Но вот это, – приподнял он несколько листов, затем положил их на место. – Это концепции, принципиальные схемы, с полным отсутствием детальной проработки – именно то, в чем ты не силен. Да и выглядит это все, не как проект будущей разработки, а как учебник, где вкратце описаны уже давно существующие и давно проверенные, даже серийно действующие машины.

– Говард, – тяжело посмотрел я на него. – Знаешь ведь, что за некоторые секреты убивают?

– Слышал о таком, – нервно поправил он ставший внезапно слишком тугим воротник.

– Это один из таких, – закончил я фразу.

– Я понял тебя, – затушил в пепельнице окурок Говард.

– Внимание Фьюри тоже привлекать не надо, – добавил я. – Не страшно, но лучше без ее любопытного носика.

– Хорошо, – кивнул он. – Сам в разработке участвовать будешь? Я ведь так смотрю, тема тебе близка.

– Не просто близка, – улыбнулся я. – Это мое увлечение! Моя страсть! Почти как боевые искусства. Естественно, я хочу участвовать!

– Финансирование?

– Прикинь, посчитай, озвучь мне смету. Я прикину, где достать деньги. По рукам? – протянул я ему руку.

– По рукам! – словно прыгая с обрыва, хекнул он в сторону, и с размаху пожал ее.

* * *

глава 36