Текст книги "Одно Рождество в Париже (ЛП)"

Автор книги: Менди Беггот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)

Глава 29

Бутик Саши

Ава пряталась за довольно симпатичным кремовым кружевным платьем. Для текущей погоды оно совершенно точно не подходило, но летом… если бы только не ее широкая спина и короткие малые берцовые кости. Дебс находилась с другой стороны стойки, втиснувшись между низкой полкой с винтажной обувью и манекенами, облаченными в зимние шерстяные изделия.

– Тебе слышно что-нибудь? – спросила ее Дебс.

– Что ты ожидаешь услышать? Это магазин одежды. Она, возможно, здесь для того, чтобы… не знаю… платье купить? – предположила Ава.

– Чтобы перед Гэри в нем ходить, – сквозь стиснутые зубы процедила Дебс.

– Прекрати. Мы этого не знаем наверняка.

– Нужно поближе подобраться, – Дебс боком двинулась вдоль стойки, прижимая к себе верблюжью шаль, словно камуфляж.

– Это нелепо, ты же понимаешь?

– Нет, не понимаю, – та вздохнула и схватилась за манекен. – И какой у меня остается выбор? Чего я хочу на самом деле, так это ударить ее по лицу этой пластиковой головой.

– Нельзя этого делать, – сказала Ава. – Не важно, насколько сильно ты этого хочешь.

Мысли ее вернулись к Уайтроуз и мужчине в твидовом костюме.

– У тебя нет никаких доказательств, – продолжила она, надеясь, что их и не существовало. Франсин действительно была немного похожа на Сью. Во вкусе Гэри. Стройная, миниатюрная, волосы чуть темнее, чем у Сью, женственные образы – несмотря на то, что лимонный костюм слишком сильно напоминал приторный торт. Она сглотнула. Не хотелось думать о том, каким точным было это сравнение.

– Он такой же, как отец, – произнесла Дебс сквозь зубы.

– Нет, мы не можем этого знать… Я подойду ближе, – Ава подхватила белое летнее платье и уверенно пошла вперед, заметив зеркало в полный рост, находящееся близко от того места, где Франсин разговаривала с сотрудницей магазина. Лишь подобравшись к ним достаточно для того, чтобы услышать их разговор, Ава поняла то, что должна была осознать раньше… они говорили по-французски. А ее уровень языка был намного хуже, чем у Дебс… но та уже была готова яростно отрывать голову у манекена. Она прижала к себе платье и прислушалась.

Spécial – это означало «особенный».

Mariage – свадьба? Похоже на английское слово, но звучит немного по – другому.

Fin de semaine – это еще что? Fin означало «конец»… а дальше? Без понятия.

Gary.

Желчь собралась в ее горле. Может, Gary какое-то французское слово? Она молилась всем богам языков, чтобы Gary значило что-то на французском. Потому что если это не так, то Франсин только что произнесла имя отчима Дебс в магазине одежды.

Ава сглотнула, ее взгляд метнулся к Дебс. Она быстро улыбнулась подруге. А что еще ей оставалось делать? Правильно ли она вообще услышала? Хотелось бы, что нет. Иначе как ей теперь поступить? Все было в порядке, нет? Ничего такого. Они с Гэри работали вместе. Он один из руководителей. Может, он начальник Франсин.

– Мадемуазель.

Должна ли она рассказать об этом Дебс? Позволит ли она подруге кинуть голову манекена в лицо этой элегантной, красивой француженки? Должна ли она присоединиться и осыпать ту ударами пластиковыми руками?

– Мадемуазель, я могу вам помочь?

Ава повернулась в сторону голоса консультанта магазина, с длинными светлыми волосами, сверкающими словно в рекламе Лореаль. Ава чуть не выронила платье из рук.

– Bonjour … просто смотрю… на это, – Ава вновь поднесла к себе платье.

– Хотите примерить? – спросила консультант.

– Я… эм…, – Ава взглянула на Франсин. Женщина что-то печатала на своем айфоне. Сообщение? Гэри?

– Нет, благодарю, – Дебс выхватила платье из рук Авы и побрела в сторону прилавка, у которого стояла Франсин. – А можно нам взглянуть на ваши сумочки?

Дебс взяла маленький кошелек из красной кожи из корзины у кассы и протянула его перед собой, в то же время пытаясь незаметно повернуться к женщине, работающей с Гэри.

– У нас большой ассортимент сумок, – начала говорить девушка. – Какие конкретно вас интересуют?

– Что-то… очень французское, – предположила Ава и придвинулась ближе к Дебс. – Это подарок.

– У меня есть кое-что на примете, – сказала консультант и обернулась к Франсин. – Demain?

– Oui, cinq?

– Oui, au revoir, – девушка вновь повернулась к Аве и Дебс. – Итак, сейчас я подберу вам что-нибудь.

Дебс замерла в нерешительности, не зная, продолжать ли спектакль, пытаясь выудить информацию из консультанта, либо же броситься за Франсин.

Та уже дошла до двери, собираясь выйти на улицу, когда девушка-консультант исчезла в конце магазина.

– Что нам теперь делать? – спросила Дебс. – Она что-то писала в блокноте под стойкой.

Она наклонилась над кассами.

– Дебс, пригнись, – приказала Ава. – Выглядишь так, словно собираешься ограбить магазин. У них, наверное, есть камеры.

– Тут четыре блокнота! Кто в наше время использует четыре блокнота? – Дебс схватила один из них.

– Эм, ты? Положи на место!

– Мы должны пойти за Франсин, – решила Дебс, бросившись к двери. – У нее в календаре отведено два часа на встречу, а тут она провела всего пять минут.

– Дебс…

– Ты что-нибудь слышала? Что угодно, что может обвинить Гэри?

Ава сглотнула. Нужно было признаваться. Сказать, что она думала… нет, она точно услышала его имя. Она открыла рот с самыми благими намерениями.

– Нет, ничего… они по-французски говорили, – Ава опустила взгляд в пол.

– Давай, быстрее, пока она в другое такси не села!

Дебс толкнула дверь, и молясь, что поступила правильно, Ава последовала за ней.

Глава 30

Рождественская ярмарка, Ла-Дефанс

Они потеряли Франсин. Их такси застряло между хлебным фургоном и шатающимся тандемом с отцом и ребенком. Такси с француженкой умчалось вдаль, и Дебс прокляла всех – водителя фургона, такси и семью на тандеме. Она была в ужасе. С диким взглядом и растрепанными волосами она бормотала о том, как собирается продолжать свое частное расследование. И пока она невнятно рассуждала о том, что надо узнать, где живет Франсин, чтобы порыться в ее мусорном ящике, Ава размышляла над услышанным в бутике. Если Гэри – босс Франсин, то в этом ничего такого не было. А если же нет… Она очень старалась тоже не поддаться ужасу, но безуспешно. Ее пугало то, что это разобьет сердце ее подруги, а жизнь Сью разрушится во второй раз. Она не знала, как поступить лучше. Поэтому, вместо того чтобы накручивать себя, она сосредоточилась на том, чтобы отвлечь Дебс и дала водителю указания привезти их сюда. И вот они очутились тут, в центре самого поразительной рождественской ярмарки, которую Ава когда-либо видела.

Запах был волшебным, и она не знала, к какому из них повернуться. Сначала она уловила аромат имбирных пряников и карамели со специями, затем учуяла колбаски и горчицу. На каждом шагу все было пропитано блестками, снежинками и Рождеством. Но Дебс рядом с ней словно не видела всех этих возможностей для шоппинга, которые обычно заставили бы ее практически пищать от восторга.

Ава взяла подругу под руку, сжав ее.

– Помнишь пакт, который мы заключили вчера вечером?

– Я не могу ни на чем сосредоточиться, – отозвалась Дебс. – Что мы тут вообще делаем?

– Дебс, ты же пишешь статью о рождественских ярмарках. Это та ярмарка, которую ты хотела посетить. Взгляни вокруг! – Ава вскинула свободную руку, подчеркивая разнообразие товаров.

– Я не могу ни на чем сосредоточиться до тех пор, пока какая-то стерва-француженка клеится к моему отчиму.

Ава вздохнула. Ситуация была безвыходная. Она нырнула в карман и достала свой айфон.

– Все, с меня хватит. Я звоню Гэри.

– Нет! – взвизгнула Дебс, потянувшись к телефону Авы, а затем остановилась. – У тебя его номера нет.

– А вот и есть, – ответила Ава. Он столько раз меня подвозил, что я сохранила его как «Т» – «Такси-папа».

– Не звони ему, Ава, пожалуйста, – взмолилась Дебс.

– Так дальше продолжаться не может.

– Знаю, – вздохнула Дебс. – Ты права. Мне нужен перерыв. Надо перестроиться. Подумать над следующим шагом. И я реально обещала тебя сводить на обед.

Она вымученно улыбнулась.

– Вообще-то, да, – подтвердила Ава.

Дебс, наконец, окинула взглядом праздничные деревянные киоски на ярмарке и пришла в себя.

– О, боже, только посмотри на эти меховые наушники!

Ава позволила той потащить ее к киоску, увешанному всевозможными вязаными товарами. Тут продавались пушистые вещи, меховые штучки с мордочками животных, а блесток было больше, чем на концерте Little Mix. Наушники, которые привели Дебс в восторг, были в виде пингвиньих морд со сверкающими красными щечками и торчащими клювами.

– Сколько они стоят? – спросила Дебс владельца киоска.

– Combien? – добавила Ава.

Дебс потянулась искать кошелек в сумке прежде, чем услышала ответ «пятнадцать евро». Ава взяла в руки одну из шерстяных шапок, темно – синюю с вязаным узором. Несмотря на то, что Жюльен сказал, что у него еще есть шапки, она чувствовала себя обязанной возместить ему ту, которую уронила в фонтан. Эта бы ему пошла. Она пальцами погладила шерсть.

– Эта слишком простая, – резюмировала Дебс, наклонившись посмотреть. – Что насчет такой?

Она протянула ей ярко-розовую шапку с торчащими сверху золотыми оленьими рогами.

Ава улыбнулась.

– Боюсь, Жюльену она не очень подойдет.

– Ооо, – отозвалась та. – Это для Жюльена.

– Не додумывай. Я утопила его шапку в Лувре и хочу теперь купить ему новую.

– Для нее и для него? – предложила Дебс, поднимая точно такую же шапку, которую держала Ава, но красную.

– Только если по акции, – ответила она.

– Combien? – Дебс взяла синюю шапку из рук Авы и протянула их продавцу.

Ава погрузилась зубами в щедро усыпанный корицей кусок Штоллена размером с обеденную тарелку. Ее вкусовые рецепторы взорвались от обрушившейся смеси сочных фруктов, сахара, миндаля и цитруса. В своей новой ягодно-красной шапке на голове, с падающим вокруг нее снегом, с идеальным кусочком сахарной рождественской сладости во рту, она бы посчитала жизнь в Париже совершенно восхитительной, если бы не слезы в глазах ее подруги.

Дебс подцепила вилкой крошечный кусочек блина и покачала головой.

– Жизнь несправедлива. Не понимаю, как ты можешь съесть такую большую порцию и не поправиться, в то время как мне приходится все скрывать под свитерами.

– У меня позвоночник вогнутый, и груди нет, – с набитым ртом ответила Ава. – А у тебя задница, о которой Бейонсе поет.

– Но никто не предложил надеть кольцо.

– Пока что, – улыбнулась Ава. – Ты сделала фотографии?

Она взглядом обвела сотни киосков в стиле Швейцарских шале вокруг них, из-за которых казалось, что они очутились в деревне высоко в Альпах.

– Ага… и я, наверное, еще раз подойду к тому ларьку, где продаются серебряные украшения.

– Дебс, у тебя уже три хлопковые сумки набиты этим, – напомнила ей Ава.

– Это все не для меня, – ответила та, пальцем стирая сахар с верхней губы. – Это подарки.

– Бокал в форме Эйфелевой башни? – Ава приподняла бровь.

– Маме, – объяснила Дебс.

– Подушечка для булавок с Санта-Клаусом?

– Бабушке.

– Набор «Вырасти свою собственную радугу?»

– Думаешь, правда получится? – с искренним интересом спросила Дебс.

Ава засмеялась и продолжила есть пирог. Ее взгляд остановился на огромном сооружении в конце площади, на которой находилась ярмарка – la Grande Arche, Большая Арка. Из белого камня, полностью пустотелая, она выглядела как гигантская рамка для фотографий, осыпанная снегом. По стилю она совершенно отличалась от готической и византийской архитектуры, преобладавшей в столице. Ава не знала, нравится ли она ей. Это было маленькое проявление современности за пределами города с такой большой историей.

– Я Гэри ничего не купила, – пробормотала Дебс.

– Дебс…

– Если он уйдет от мамы, она не сможет с этим справиться, и я уже вижу, что дом придется продать, и мама захочет жить со мной, а я не знаю, смогу ли себе позволить свое жилье, если не продам статью в ближайшее время.

Ава приобняла подругу за плечи.

– Значит, в таком случае нам нужно сделать две вещи.

– Какие? – шмыгнула Дебс.

– Тебе нужно оставить себе заметки об этой ярмарке, и… нужно найти кого-то, кто сможет взломать электронную почту Франсин.

– Я думала, что ты думала, это реально ужасная идея.

Так и было. Так она и думала. До того, как услышала имя Гэри, произнесенное этой француженкой. Но она не хотела, чтобы это было правдой. Она надеялась найти доказательства невиновности Гэри. Что они были лишь коллегами. То, что эта женщина упомянула его в дорогом магазине одежды, было странным, но возможно, компания Гэри предлагала бутику страховку… или что-то другое. Что угодно было лучше измены.

– Думаю, нам нужно найти какую-нибудь информацию. Что-нибудь явное и точное, чтобы больше не переживать, – она вздохнула. – А если никакой информации мы не найдем, значит, Гэри ничего плохого не сделал, и все вернется в привычное русло.

Дебс кивнула, подцепив еще один кусочек блинчика, прожевала его и продолжила говорить.

– Ты знаешь кого-то, кто может взломать почту?

– Есть у меня наитие, что я знаю того, кто может помочь.

Взгляд Авы вновь скользнул по площади, сквозь деревянные шале и крутящуюся карусель, мимо торговцев сахарной ватой и сладостями из корицы, вдоль улицы за рождественской ярмаркой… и ее взгляд упал на Жюльена. Шагающего под руку с какой-то девушкой.

Ава сглотнула, наблюдая за ними. Его спутница была красивой, по-парижски красивой, в стильном приталенном ярко – зеленом пальто, с темными волнистыми волосами, лежащих на плечах. Они шли с Жюльеном по улице. Не Лорен ли это? Она по-другому ее представляла. Моложе. Но она была красивой. Очень красивой. Что-то внутри нее защемило. Возможно, это была не Лорен. Может, кто-то другая. Его девушка. Может, когда Жюльен сказал, что одинок, он не то имел в виду… или соврал. Она выдохнула, наблюдая, как его спутница крепче сжала его руку, улыбаясь тому, что он говорил. Это не было похоже на общение между братом и сестрой, даже если они были близки. Значило ли это, что ее снова провели? Что все мужчины одинаковые. Ублюдки. Как Лео, и возможно, как и Гэри. Она вздохнула, провожая их взглядом, пока те не исчезли вдали. Не то, чтобы Жюльен был ее. Не то, чтобы она этого хотела. Просто он понемногу начал восстанавливать ее возможность доверять кому-то, а теперь…

– Ава? – позвала ее Дебс, потянув ее за рукав. – Ты в порядке?

Она отогнала от себя все мысли, повернувшись к подруге.

– Да, – сказала она бодрее, чем себя чувствовала. – Что дальше по плану? Киоск с серебряными украшениями?

– А я думала, мне запрещено туда возвращаться, – улыбнулась Дебс.

– Скоро Рождество, – напомнила ей Ава. – И я считаю, мы обе заслуживаем маленькое вознаграждение.

И переключиться на что-то, что не имеет отношения к мужчинам.

Глава 31

Сакре – Кёр, Монмартр

Жюльен собирался рассказать Аве о Лорен. Это было необходимо. Этот утренний разговор с отцом… он вел себя точно так же – прятался, притворялся, что все было в порядке. Ава заслуживала знать правду. Единственной причиной, по которой он все еще не сказал ей, единственной причиной, почему он позволил ей сделать выводы самой, было то, что он хотел представить, хоть на мгновение, что все было как раньше. Но это было и неправильно, и нечестно. И несмотря на то, что он совсем недавно познакомился с Авой, он уже знал, как высоко она ценит честность.

Он заметил ее сразу же. Она стояла прямо в центре лестницы, ведущей к Сакре-Кер, отпугивая голубей, которые собирались в круг у ее ног. Он остановился и поднял камеру, чтобы запечатлеть эту сцену, пока она его не заметила. На ней была красная шапка, не такая, которые обычно носила Лорен. Ее белые пряди были спрятаны, и он мог видеть только ее розовые щеки, полные губы и кошачьи глаза. Он щелкнул камерой, пытаясь поймать летящего голубя и тень от базилики, когда солнечный луч отразился от колокола. Затем, сквозь видоискатель он увидел, как она посмотрела прямо на него, и выронил камеру, словно та превратилась в горящую лаву в его руках. Он тут же помахал ей и двинулся навстречу.

– Здравствуй.

– Привет, – ответила она. Уголки ее губ были опущены.

– Ава… мне нужно тебе…

– Я тебя видела сегодня на ярмарке, – выпалила она.

– Да?

– С Лорен.

– Что? – его сердце громко застучало, а в горле пересохло.

– Она очень красивая. Ты об этом не упоминал. У нее волосы длинные, и одежда шикарная.

– Оу, – воскликнул он облегченно, пока не вспомнил, насколько это было лживо. Теперь было самое время признаться и все прояснить… Вот только нужные слова не шли. Все, что получалось, это заполнить паузу полуправдой. – Ты видела меня с Дианой.

– Дианой?

– Я с ней по работе знаком. Она владелица галереи, где у меня выставлена пара картин… Я ее встретил по дороге от встречи с отцом.

– С отцом, – сказала Лорен. – Не с Лорен.

Он сглотнул. До этого он не осознавал, сколько лжи он ей бездумно наговорил. И прежде, чем разум успел взять вверх, он снова продолжил врать.

– Примерка костюмов для свадьбы почти завершена, – очередная ложь. Как он мог признаться, что отец больше не хочет, чтобы он был его шафером? Все в его семье было так запутано, что ей следовало бы улепетывать в противоположном направлении.

– Это хорошо, – вздохнула Ава.

– Что-то не так? – переспросил Жюльен.

Она выглядела встревоженной, немного потрясенной. Неужели она узнала о Лорен от Дебс? Может, Дидье решил рассказать ей правду, которую не смог вынести сам Жюльен? А может, это было что-то другое. Увидела ли она сейчас, что он ее снимал?

– Я провела все утро преследуя по всему Парижу женщину, которую Дебс подозревает в интрижке со своим отчимом.

Он попытался уловить смысл ее слов, но они оказались совершенно не тем, что он ожидал услышать. Облегчение и вина наполнили его одновременно.

– Я думала, что услышала что-то в бутике, но я не уверена до конца. Недостаточно для того, чтобы рассказать об этом Дебс, а затем… мы упустили ее. И я совершенно не знаю, что делать дальше, – призналась Ава.

– Ава, – Жюльен приблизился к ней, чтобы быть в ее фокусе.

– Я не должна тебе этого говорить. Дебс бы не хотела, чтобы я рассказала, но мне больше не с кем поделиться, и я думаю, что ты будешь со мной честен… я правда надеюсь, что ты все скажешь как есть.

Его желудок скрутился в узел. Честность. Как он и думал. Это было значимым для нее.

– Дебс в панике, и я из-за нее в панике, и Рождество почти наступило, и никому не нравится, когда в Рождество жизнь сильно меняется… Что мне делать?

Он посмотрел на нее, вглядывающуюся в него так, словно его ответ на этот вопрос мог изменить ее мир.

– Ава, – мягко сказал он. – Дыши.

– Давай без этого «вдох через нос, выдох через рот». Это разрушило брак моих родителей.

– Просто доверься мне, – сказал он. – Не шевелись и просто дыши.

Она раздраженно вздохнула и закрыла глаза. Он наблюдал за тем, как она не может стоять на месте, притоптывая в снегу своими конверсами, заставляя голубей разлететься.

Ее грудь быстро вздымалась, словно она только что участвовала в Олимпийских играх, затем медленно, с каждой секундой, ее дыхание становилось спокойнее и более ровным.

Она распахнула глаза.

– Прости.

– Тебе не за что извиняться, – сказал он. – Если ты хочешь поделиться, я тебя выслушаю.

Она кивнула.

– Окей. Но пообещай мне, что когда я доберусь до момента, где я пряталась за платьем, ты не будешь смеяться.

Он улыбнулся.

– Обещаю, Мадонна.

И вот так, момент, чтобы рассказать ей правду о Лорен, был упущен.

Она рассказала ему обо всех подозрениях насчет Гэри, которые она знала от Дебс; об изменах отца Дебс, и о том, какими замечательными с ней были Сью и Гэри, пока она росла. К моменту, как она закончила говорить, ее зад онемел и промок от бетонной ступеньки, на которую она присела, а голуби все так же атаковали ее ноги.

– Думаешь, мы с ума сошли, да? Ведем себя, как в малобюджетной комедии, – сказала Ава.

– Я так не думаю. Ситуация и правда очень трудная.

– Ну, а ты бы как поступил? Будь ты мной или Дебс.

– А я это ты? Или Дебс? – спросил он.

– Мы с ней в этом вместе.

– Ну, думаю, я бы с Гэри поговорил.

– Нееет! – воскликнула Ава. – Это потому что ты мужчина. Ты не думаешь как женщина. Ты не понимаешь, насколько это может быть ужасным.

– Почему это должно быть ужасным? Дебс ему позвонит. Скажет, что волнуется из-за мамы. Скажет, что ходят слухи…

– Слухи?

– А что, лучше сказать, что мама Дебс подозревает его в измене из-за тайных телефонных звонков и того, как поступил ее муж в прошлом?

– Ну уж нет.

– Значит, слухи… и напрямую его спросите.

Ее желудок скрутило от одной только мысли. То, что он говорил, казалось простым… но в то же время неправильным.

Жюльен сделал вдох, повернув голову, чтобы посмотреть на возвышавшуюся над ними светлую базилику.

– Когда в чем-то сомневаешься, остановись на мгновение, – сказал он и вскинул руки. – Взгляни на это место, Мадонна. Иногда нужно просто вспомнить о чем-то большем. Это помогает взглянуть все с другой точки зрения.

– Церковь? – спросила Ава. – Дебс никогда особо не ходила в церковь. Только один раз, когда ей понравился священник.

– Non, – он покачал головой. – Не церковь. Все вокруг. Весь район Монмартр. Его атмосфера, артисты, маленькие площади, вид… все эти мелочи, соединяющиеся вместе. И отсюда можно увидеть почти весь Париж.

Ава поднялась на ноги. Он был прав – ее так поглотила ситуация с Гэри и попытки отогнать голубей, гадящих на ее конверсы, что она даже не осмотрелась как следует. С высоты холма открывался вид на заснеженные крыши Парижа, кремового, бежевого и коричневого цвета, словно кусочки слоеных пирожных. Вдали виднелись изящные металлические очертания Эйфелевой Башни.

– Как красиво, – прошептала Ава, вдыхая снежинки и даже не обращая на это внимания. Она довольно выдохнула. Здесь она чувствовала себя практически свободной, стоя у подножия Города Света, вдали от матери и хаоса после расставания с Лео. Нужно лишь было решить семейную драму Дебс. Она снова сосредоточилась.

– Когда мне нужно подумать, я прихожу сюда и смотрю на город… и каким-то образом это всегда возвращает меня на землю, – сказал Жюльен. – Это напоминает мне о том, что какой бы большой ни была проблема, это всего лишь точка на карте… крошечная отметка на одном из пути целого мира, который ждет, чтобы его исследовали.

Ава вздохнула.

– Я потратила так много времени зря, – сказала она, рассматривая вид города. – Делая что-то. Не делая что-то. Путешествуя… с закрытыми глазами.

Она поежилась.

– Я не хочу больше так делать.

Жюльен сглотнул. Стоя здесь, наблюдая за тем, как Ава впитывает в себя город, видя и чувствуя все словно в первый раз, он почувствовал нечто внутри, чего давно не ощущал. Она только что ему доверилась. Спросила совета. А он все еще цеплялся за печальную правду, которую нужно было признать прежде, чем она снова его спросит. Он хотел быть честным с ней. Так же, как и она с ним.

– Ава, – начал он. – Мне нужно тебе…

Она взвизгнула, когда внезапно голубь взмыл с земли, крылом задевая ее плечо, заставляя ее отпрыгнуть влево.

– Ааа! Уф! Чертовы голуби!

Жюльен засмеялся на тем, как она махала руками и топтала ногами, поднимая в воздух целую стаю пернатых.

– Мне они не нравятся, – простонала Ава.

– Даже если подать их с дикими грибами и подливой из красного вина?

– Фу, нет! – она засмеялась, затем улыбнулась. – Но возможно, я бы сейчас управилась с камамбером.

– Ты голодная? – спросил он.

– Ах, поздний обед, месье Фитусси, какая отличная идея, – Ава засунула руки в карманы, готовая подниматься по лестнице. – Оу, я чуть не забыла.

Жюльен вопросительно на нее посмотрел, наблюдая за тем, как она достала бумажный пакет из кармана пальто и протянула ему.

– Это я тебе купила.

– Подарок, Мадонна? Что я сделал, чтобы его заслужить? – он взял пакет и улыбнулся ей.

– Слишком не радуйся, – ответила она. – Это не новая камера или что-то еще, что приводит фотографов в восторг.

Он вновь улыбнулся, увидев, как ее щеки покраснели после этих слов.

– Ну, посмотри, что там.

Он развернул краешек пакета и рукой залез внутрь, вытаскивая темно – синюю вязаную шапку, и поднял голову.

– Спасибо, Мадонна.

– Лично я думаю, что она выглядит намного лучше, чем та, которую я уронила у Лувра.

– Согласен, – ответил он, пальцами проводя по шерсти.

– Тогда надевай, – приказала она.

Он натянул шапку на голову и встал в позу, которая, как он полагал, заставит ее рассмеяться – указательный и большой палец в форме буквы V у подбородка.

– Иди сюда, – сказала Ава. – У тебя волосы торчат.

Она шагнула к нему и скользнула пальцами под шапку, аккуратно выбирая пряди волос, которые должны быть видны, и убирая те, которые не должны были. Ее лицо было так близко к нему, что он не видел ничего, кроме ее прекрасных глаз. Он уловил ее легкий запах – кокосовое масло и блеск для губ. Было тяжело не двигаться или как-то реагировать, когда его тело подсказывало ему, каким приятным было ее внимание. А затем она остановилась, разглядывая его так, словно была удовлетворена результатом.

– Готово, – почти шепотом сказала она.

Он не мог ей ответить, так как был слишком занят, зачарованный ее красотой. Он наклонился ближе к ней, затаив дыхание, сам не зная, что делает, пока его рука не коснулась ее руки. На мгновение вздрогнув от прикосновения, он замер, продолжая смотреть ей в глаза, и все еще не понимая выражения ее лица. Он был пойман. Между двумя пугающими ситуациями. В одной он сделал что-то, что все изменило, а в другой не сделал ничего, и жалел об этом до конца своей жизни.

Он осторожно обвил ее указательный палец своим, чувствуя, как все в груди сжалось… затем Ава отступила назад, разорвав связь между ними.

– Итак, – сказала она, держа пальцы на краю своей шапки. – Где лучшие обеды? И ты знаешь кого-нибудь, кто сможет взломать электронную почту?

Он заставил себя улыбнуться, понимая, что он едва не выставил себя полным идиотом.

– Чем мадемуазель желает пообедать?

– Чем-то очень французским, – ответила Ава. – С большим количеством чеснока.

– Очень хорошо. Следуй за мной.