Текст книги "Имя моё - любовь (СИ)"

Автор книги: Марьяна Брай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 23 страниц)

Глава 58

Леди поднялась только к обеду, как, впрочем, и я. Еду принесли в комнату. Она поела отставила, и указала на почти нетронутое ею блюдо. Это была каша. Правда, в ней имелись масло, распаренные сушеные ягоды, а еще поджаренный в масле хлеб и, конечно, как везде здесь, сыр.

Я проглотила предложенное с превеликой радостью. Сколько мы тут пробудем и чем это все окончится, я даже представить не могла.

Вчерашние девушки одели леди и даже по-новой оформили прическу. Я была удивлена, поняв, что все волосы в этом великолепии натуральные и еще очень даже крепко держатся на голове леди.

– Не выходи из комнаты, Либи. Я вернусь, и мы тронемся в путь, – уверенно и с настроением сообщила моя покровительница и вышла за слугами.

Минуты ожидания казались мне часами, а каждый шорох, похожий на шаги за дверью, я воспринимала как шаги стражи, что вломится сейчас и уведет самозванку в тюрьму.

Но настоящие шаги и стук трости леди я услышала отчетливо примерно через час. Слуги открыли для нее двери, пропустили внутрь, сообщили, что карета будет готова через несколько минут, и ушли.

– Леди? – с надеждой спросила я.

– Да, милая баронесса Либия Нисуар, у нас все получилось, – впервые я видела Ильзу почти захлебывающейся от счастья.

– Что? – слова ее прозвучали для меня каким-то эхом в голове, и я захлопала глазами.

– Все, мы можем ехать. Я сделала все, что могла сделать для лорда, – леди прошла к кровати и села на уголок. – Теперь я не чувствую себя предателем по отношению к тому, кто добр ко мне.

– Лорд? Тогда причем здесь я? Зачем вы рисковали, шантажируя короля? – в горле стало сухо.

– Затем, что ты это заслужила. У лорда Нисуара была дочь, но она умерла в младенчестве. Кто будет разбираться в этих деталях, если велел король? Твоя грамота у меня, – она похлопала ладонью по небольшому свитку, который я только сейчас заметила в ее руке.

– Хорошо. Так зачем мне титул? – переспросила я.

– Титул никогда не будет лишним, Либи. Я стара, а кто-то должен занять мое место в замке. Да и что там хитрить… Ты справляешься с делом куда лучше: с твоей подачи оказалось, что дети сами могут обслуживать себя. Конечно, если не отдавать их королю!

– А что изменится для них? Его Величество ведь так и так не отступится и найдет: как вынудить лорда отправлять парнишек в его войско.

Алиф рассказывал мне все, но эти детали я узнала именно от леди Ильзы по дороге. В тот момент мне хотелось вернуться, дождаться лорда и высказать ему в лицо все, что я о нем думаю. Ведь он обещал, что они останутся при лорде, а по рассказу леди выходило, что король не пошел на уступки!

– Изменится, потому что уже сейчас, пока мы с тобой болтаем, лорда Эвенса, ближайшего к королю человека, а за одно и подстрекателя против нашего лорда, вытащили из постели и ведут под стражей к Его Величеству! – гордо и поставленным голосом заявила леди.

– Это тот, что приезжал к лорду? Тот, что забирает мальчиков? – уточнила я.

– Да, и еще это самый скользкий человек из тех, что я знала. А знала я ого-го как много, милая. Дворцовые интриги не выходят из моды никогда, потому что теплое местечко рядом с мессиром – заветная мечта любого, даже самого честного лорда.

– А почему его ведут к королю? – аккуратно спросила я.

– Леди, карета подана, ваши вещи готовы к дороге, – сообщила служанка, прервав нашу беседу.

– Все в дороге. Нам нужно поторопиться, милочка, – леди привстала и позволила служанкам надеть плащ. Я быстро надела свое стеганое пальтишко с капюшоном, который я отрезала от старого плаща. Ботинки с кожаной подошвой были плохим вариантом, чтобы ходить в них по липкому и мокрому снегу, но для войлочных чуней время еще не подошло. Зато они нас ждали в карете. А еще пара одеял из овечьей шерсти, чтобы накрывать ноги.

Я не торопила леди с расспросами, когда мы тронулись. Но поздно ночью, остановившись на постоялом дворе, чтобы перекусить и дать отдых лошадям, я заметила, что хоть леди и устала, но настроение ее с утра совсем не испортилось.

Она отказалась ночевать, предложив тронуться дальше после небольшого отдыха. На наши диваны уложили доски, до этого лежавшие под сиденьями, и все пространство в карете превратилось в большую кровать с небольшим только отступом у двери. Для леди мягкие сиденья уложили поверх досок, а для меня возница достал пару шкур. Подушками нам служили тюфяки, которых в карете было предостаточно. А одеяла для ног мы использовали, чтобы накрыться.

– Не бойся, прижимайся к моей спине, так будет теплее. Раньше, во времена моей молодости, леди путешествовали с двумя служанками в карете, чтобы тепло было с обеих сторон, – хохотнув, сообщила она.

Я поерзала на своем жестком месте, подвинулась спиной ближе к спине леди, и только карета тронулась, заснула без задних ног, несмотря на то, что качалась она, как качели. Благо земля подмерзла и трясло много меньше, чем летом.

– Мы остановились? – спросонья спросила я и поняла, что у меня замерз нос.

– Да, постоялый двор. Мы посетим уборную, потом умоемся и позавтракаем. А возница и стража подремлют пару часов. Потом двинемся дальше, – эта дама словно и не ехала всю ночь по ухабам в холодной коробке. Я чувствовала себя рядом с ней неженкой. А если вспоминала наши поезда и самолеты, то вовсе хотелось плакать. Бока ныли, вот только ноги были благодарны, что их наконец, уложили на целую ночь.

Леди заговорила о деле с королем, когда мы тронулись, сытые и даже прогулявшиеся вокруг постоялого двора, чтобы скоротать время, пока мужчины, отвечающие за нашу безопасность, отдыхали.

Я поприседала, чтобы разогнать кровь, потянула спину, ноги, руки. Леди наблюдала за моими движениями молча, но терпеливо, словно понимала, что для меня это важно. А я радовалась, что имею дело с культурной женщиной, не хмыкающей по любому поводу.

Леди рассказала о своем брате, бывшем хозяине замка Лаверлакс. Теперь им владел известный мне мужчина, после упоминания которого во рту становилось сухо, а сердце билось быстрее. Губы моментально вспоминали его поцелуи. А щека начинала гореть, будто снова прижималась к его щетине.

Оказалось, что лорд Эвенс был дружен с братом леди. Когда Король Стефан заявил свои права на престол, эти двое щедро помогали прежнему королю: они были преданы ему до последнего дня. Но вот брата леди победивший в войне король уничтожил, а лорд Эвенс, остававшийся в тени, быстро переметнулся на сторону нового монарха, присягнув ему.

– Он считал себя умнее, чем есть на самом деле, деточка. Переписка моего брата сохранилась. И там были несколько весьма интересных заявлений лорда Эвенса о том, что даже если король Стефан сядет на престол, он продолжит их дело…

– Леди, значит, вы отдали такую важную информацию за то, чтобы я стала баронессой? – не в силах поверить в такое, я замерла.

– Иначе она ушла бы в могилу вместе со мной, Либи. Я знаю, кто шепчет в ухо Его Величеству! Тот самый лорд, что обещал вредить ему. Может, он и не собирался уже, поскольку нашел чересчур теплое место. Но если бы он не тронул нашего лорда, я не посмела бы навредить. А после их встречи и потом, когда слуги провожали гостей… знаешь, простолюдинов не считают за людей, – вдруг улыбнувшись, леди открыла мне то, что я знала и без нее.

– И что? – не поняв, к чему это она озадачилась я.

– Мои слуги – те самые люди, оставшиеся здесь со времен, когда хозяином был мой брат… они все еще верны мне. Когда лорд занял замок, я собиралась в лучшем случае в монастырь. Но он оставил меня при себе, сказав, что его матушка была мудрой женщиной, а я старше ее, и моя мудрость, вероятно, куда больше, – леди улыбнулась с грустью. – Я ждала подвохов, но он сделал все, чтобы замком, как прежде, управляла я.

– И сейчас вы узнали от слуг о том, что лорд Эвенс специально портит отношения короля с нашим лордом? – уточнила я.

– Именно, милая. Лорд Эвенс заставлял короля думать, что лорд Лаверлакс стремится собрать свою армию и поэтому не отдает мальчиков в войско короля. Лорд Лаверлакс разъяснил Его Величеству, что готов в любой момент выйти со своими людьми на стороне мессира. Король был прекрасно расположен к нашему лорду, но после шепотков Эвенса…

– Я поняла, леди. Но почему вы не сообщили об этом лорду? Думаю, он лучше бы разрешил этот вопрос? – мне и правда было непонятно: зачем старая женщина сама отправилась в этот тяжелый путь.

– Потому что мужчины не умеют делать два дела одновременно, Либи, – она засмеялась, и я полностью растаяла под натиском ее очарования и такой тяги к порядочности, справедливости.

Дома меня ждали напуганные Марта и Нита. Они уже простились со мной. Узнав от Алифа, что леди едет к Его Величеству с каким-то прошением, мои товарки уверились, что мы попадем в королевскую тюрьму: ведь замыслили что-то за спиной у лорда. А если нас минует чаша сия, то на дороге нас непременно убьют лихие люди. А уж коли и тут повезет, то волки-то точно покончат с женщинами, решившими, что им позволено то же, что и господам.

Я решила пока не рассказывать о моем новом и совсем непонятном мне титуле, при котором я, как была нищая, нищей и осталась. Сказала, что не знаю вообще ничего, лишь только сопроводила леди в дороге. Отстали они не сразу, но домашние дела, заботы и дети через несколько часов отодвинули все на задний план.

Отстали до того момента, пока Марта, помогавшая мне разбирать теплые вещи и одеяла, что я брала с собой, не увидела то самое платье.

Наши взгляды с ней пересеклись. Она сощурилась и дышала тихо, будто готовилась к прыжку.

– Что такое? – я старалась посмотреть на платье так, словно вижу его впервые. Но служанки, ушивавшие его для меня, делали это так, что нитки остались целыми и когда я его сняла. Они ушили бока, и теперь на платье шнуровка была и там. И Марта явно понимала, что это не размер леди Ильзы.

– Ты куда-то в нем ходила? – недоверчиво спросила Марта. Я посмотрела в окно, где с детьми возилась Нита, и, выдохнув, присела на кровать.

– Да, только не говори пока Ните. Она напридумывает всего. Леди выпросила у короля титул для меня. Она хочет, чтобы в будущем я заняла ее место в замке. Теперь я баронесса. Правда, мне это ничего, кроме названия не дало… но дети, коли лорд позволит… будут в безопасности.

Я увидела, как после моих слов лицо Марты сначала расслабилось, а потом сжатые губы начали растягиваться в улыбке.

– Либи! Да это же прекрасная новость! Наконец можно покупать овец и коз, наконец можно утеплить наш пристрой и поставить там печь! – мне показалось, что Марту сейчас разорвет от радости.

– А-а… что это меняет?

– Как что? Если у меня есть знакомая баронесса, да еще и при лорде Лаверлаксе… никто и никогда не отберет мой дом. Я боялась расстраивать его: всегда найдется кто-то сильнее. Тем более мужчин в нашем доме нет…

– Я бы так не сказала, Марта. Посмотри, тот стражник, похоже, совсем не появляется теперь в замке, – я указала на окно, за которым Нита снова болтала с тем мужчиной из стражи лорда.

– Алиф сообщил, что лорд оставил его здесь, поскольку в доме слишком много детей и нет мужчин! Но это совсем не то, о чем рассказала ты, дорогая моя! Моя подруга баронесса! Никто не поверит мне! – Марта то обнимала меня, то начинала кружиться.

А я-то, дура, думала, что они меня возненавидят. Классовая вражда и все такое…

Глава 59

Стараясь избегать лорда, я не учла одного: хозяин в замке – он. И на третий день после возвращения он меня таки поймал. Как ни старалась я быстро менять дислокацию, при выходе из комнаты, где теперь жили девочки, меня ожидал Алиф.

Поторопил пойти за ним в конюшню, чтобы оценить выполненные работы. Туда лорд и заявился вместе с леди Ильзой.

– Лорд, – я поклонилась и опустила глаза.

– Ты много сделала, Либи. Леди Ильза как раз хотела объявить нам что-то, и ей нужна была ты, – лорд держался отстраненно, и меня это вполне устраивало.

Мы вернулись в замок, и леди предложила всем присесть, так как разговор будет длинным. Я выбрала табурет возле ее кресла, лорд присел на свое возле камина напротив леди. Я смотрела на огонь, надеясь, что леди не заставит меня долго находиться рядом с человеком, мысли о котором приводили меня в смятение.

– Лорд, думаю, вы согласитесь, что Либи сделала куда больше для замка, нежели я за последнее время…

– Леди, не стоит уменьшать свои заслуги. Вы, как никто другой, знаете это место, знаете земли и людей, живущих здесь с самого рождения, – перебил ее лорд, и я, подняв глаза, заметила, что он неспокоен.

– Я о другом. Вовсе не хотела себя винить в чем-то, – леди хохотнула, и это добавило беседе простоты. – Я хочу оставить Либи после себя на месте управляющей. По крайней мере, над детьми. Она станет лучшей заменой. Я не поспеваю везде, не вижу, что требуется сделать прямо сейчас. А она, кажется, не просто живет, а даже дышит этим делом.

– Но-о… вы же не хотите сказать, что отходите от дел? – судя по выражению лица, лорд не сильно переживал о планах леди. Лорда беспокоило что-то еще.

– Нет, но хочу вас уверить: это дело лучше Либи никто не знает. И никто не справится так, как она. А еще… я должна признаться вам, лорд, – леди опустила глаза и, помолчав, продолжила: – Я была у Его Величества. Пока вас не было…

– Что? – теперь он точно собрался: стал внимательным и заинтересованным. – Мне сказали, что вы покидали замок, но…

– Да, лорд. Я обязана была это сделать, чтобы отблагодарить вас за вашу доброту. Теперь лорд Эвенс не станет мешать вам с Его Величеством. Думаю, если его еще не лишили головы, то он в тюрьме. Надеюсь, он не был вам дорог, – леди знала толк в шутках и умела подать новости с апломбом.

– Как? Что? Нет… не дорог. Я понимал, что король слушает его. Что лорд Эвенс внушает ему недоверие ко мне, и наши отношения с мессиром портятся… Но как?

– Лорд, пусть это останется делом Его Величества. Но есть еще одна новость… Либи теперь имеет титул баронессы… – она посмотрела на меня.

Лорд повернулся и глянул так, что я захотела исчезнуть. Взгляд его выражал такое недоумение, что походило оно больше на недоверие и испуг.

– Она в этом не участвовала. Это только мое решение. Коли вы посчитаете, что ваша будущая жена справится с делами замка, Либи уйдет и сможет выйти замуж если не за барона, то за зажиточного горожанина. У нее столько сыновей, что без отца их поднять будет непросто, – слова, которые произносила эта женщина, струились рекой, переливались под светом солнечных лучей, журчали в полной тишине зала.

Я даже сама представила себя женой приличного мужчины в недорогом, но чистом плаще, помогающим мне выйти из скромной кареты. Лорд, наверное, представлял себе что-то совсем другое, потому что выражение его лица менялось на гримасу отвращения или злобы.

– Горожанина? Либи? Она нужна в замке, леди. И… – он встал и принялся ходить, отмеряя десять шагов до двери и десять обратно. Да, я их считала, боясь посмотреть на Лаверлакса и увидеть, что он зол.

– Да, горожанина. Если захочет. Ей и правда с титулом будет легче. И она заслужила, лорд. Я думала, вам понравится эта идея, – леди словно играла с ним. Как хрупкое создание играет с сильным и разъяренным медведем. И она это прекрасно понимала.

«Зачем она вызвала меня? Ведь могла все рассказать один на один? Почему она решила, что я должна присутствовать на этом шоу?», – вопросы в моей голове оставались даже без теоретических ответов.

– Либи, оставь нас, только не уезжай из замка без нашего разговора, – громко заявил лорд. И я с огромным облегчением вышла.

Пыталась занять себя чем-то, но все валилось из рук. Девочки, научившиеся вязать и уже обжившие свою новую комнату, хвастали своими работами. Торри и Луиза, ставшие старшими няньками для детей от пяти до десяти лет, рассказывали, что выдумывают новые сказки, и детям они тоже нравятся. Алиф же с гордостью демонстрировал новые собранные им игрушки.

А я кивала, улыбалась и представляла, что состарюсь здесь, как леди Ильза, наблюдая за женой лорда, а потом его детьми. И мир становился еще мрачнее, еще без жизненнее.

Когда солнце уже зашло, Алиф нашел меня в старой комнате, где работали кружевницы. Днем сюда еще приходила пара – тройка девчонок, решивших все же продолжить свое дело, а потом, как и планировалось, уйти в монастырь. Но вечером в это изолированное помещение не долетали даже голоса людей. Эта «яма» в подземелье будто была придумана не для плетения кружева, а для наказания тишиной и темнотой.

– Лорд на улице. Он ждет тебя. Я еле нашел…

– Идем, – я встала и поторопилась выйти.

Хотелось смеха, света, запахов горячей еды, детской болтовни и даже криков, а не этой вот эмоциональной изоляции, идеальной для взращивания моего горя.

Я хотела покончить с разговорами и вернуться домой.

Алиф оставил меня возле центрального входа и пошел за лошадью.

– Либи, я не хотел кричать на тебя там… но вы с леди могли оказаться в беде. Если бы лорд Эвенс…

– Лорд, все хорошо. Я и правда не знала, что планирует леди. Думала, мне придется ее просто сопроводить. А там, на месте… у нее все получилось. Я могу не пользоваться титулом, если вам это претит… Если вы против… Мне он не нужен, – я не успела больше ничего сказать.

В один шаг он оказался рядом и прижал меня к себе с такой силой, что мне нечем стало дышать.

– Ты не представляешь, что она сделала, Либи. Ты просто не представляешь! – он чуть ослабил объятья, посмотрел мне в глаза и, бормоча что-то, принялся меня целовать.

– Тут люди, сейчас подъедет Алиф, – задыхаясь от эмоций, я хотела плакать. Но пугало меня не то, что нас кто-то подловит. Пугало меня его настроение. Он то заливался смехом, то замолкал и снова принимался меня целовать.

– Ты же станешь моей леди? Станешь леди Лаверлакс? Станешь хозяйкой замка Лаверлакс, хозяйкой моего сердца, радостью для моей души, отрадой для моих глаз? – тараторил он так скоро, что я с трудом разбирала слова.

«Что он несет? Леди? Хозяйка замка? Сердце?», – метались в голове все новые и новые слова.

– Лорд, что… с вами?

– Баронесса, вы станете моей женой? – он вдруг отпустил меня, отступил назад и опустился на одно колено. Держа мои ладони в своих, он безотрывно смотрел в мои глаза. И я увидела в этих омутах искорки смеха и… надежды. Он или сошел с ума, или так нехорошо шутит, что хочется взвыть… или он… действительно хочет, чтобы я стала его женой?

– Лорд, если вы решили пошутить, то вы делаете мне больно, – только и смогла сказать я.

– Нет, Либи. Я делаю тебе предложение и хочу сказать, что по большому счету от тебя это не зависит, ведь леди Ильза теперь твоя старшая родственница. И я мог бы не спрашивать. Но я хочу знать: хочешь ли ты стать моей леди? – он поднялся и нежно прикоснулся к моему подбородку.

– Да, лорд, я хотела бы быть рядом с вами, хотела бы прожить эту жизнь, радуя вас. Хотела бы! – голос мой сорвался на крик, из глаз полились слезы. Я думала о том, что если это сон или все же плохая шутка, та искорка надежды, тлеющая в душе, зачахнет, погаснет. И всё же я никогда не забуду этого неуверенного, призрачного счастья, наполнявшего душу в это мгновение.

– Мы не будем ждать весны, моя леди, моя Либи! Мы станем мужем и женой на днях. Я никогда не отпущу тебя больше, – он поднял меня и закружил.

А я любовалась крупными снежинками, бесшумно кружащими над нами и ограждающими от всего остального мира волшебной и непроглядной стеной.

Эпилог

Старая женщина видела многое за годы, что отвел ей Господь. Сотни раз она «умирала» от страха, от предательства родных, от горя, от чувства потери и несправедливости, окружающей ее.

А сейчас она жила и боялась даже на секунду вспомнить, что век ее вот-вот подойдет к своему завершению.

Леди Ильза ловила лицом пробивающиеся через молодую листву дерева солнечные лучи и глубоко вдыхала смолистый запах распускающихся почек. Видела она все хуже и хуже, но голос, ее командный, холодный голос, оставался верным оружием в важном деле: она присматривала за стайкой малышни во дворе.

Присматривала, конечно, не она, а пара нянек. Но леди считала, что без ее советов они точно не справятся, да и могут упустить из виду сыновей лорда.

Леди радовалась за эту семью, радовалась, что она считается ее членом. Вернее, бабушкой! Дети хоть и называли ее леди Ильзой, но она-то знала, что за глаза называют леди Бабушкой.

– Как хорошо, что лорд оказался сильным и мудрым. Не побоялся отказать королю. Эта невеста от Его Величества не принесла бы счастья никому. А с Либи… – часто шептала леди сама себе и теперь не видела в этом проблемы: старой женщине было позволено многое. Главное, чтобы служанки не услышали ее откровений.

– Леди, нам надоело играть с этими малявками. Мы хотим поехать с Алифом к реке. Он там ловит раков. Мы никогда еще не ловили раков, – Альби отделился от кучи-малы, в которой сейчас шел дележ игрушек.

– Альби, лорд поручил тебе, именно тебе присматривать за маленькими. Как только он даст разрешение лично и я это услышу, ты можешь отправиться за раками, за медведями, да хоть за драконами. Но сейчас ты с остальными будешь тут, – твердо ответила леди и присмотрелась к детской возне.

– Они еще маленькие и ходят еле-еле. И они все время хотят наши игрушки, а играть ими не умеют! – не сдавался Альби. Его голос начинал дрожать, а правая нога подрагивала, сгибаясь в колене.

Леди не посмотрела больше на него, сделав вид, что закрыла глаза от усталости.

– Гектор, леди Бабушка не разрешила. Сказала, что если отец не отпустит нас, то она и подавно, – Альби сообщил эту новость своим братьям уже без истерики. Просто сообщил. Как это делает лорд. Потому что капризничать можно только с женщинами: они ведутся на это. А вот мужчины, заметив твои дергающиеся колени, вовсе не станут с тобой говорить на равных.

Альби, Гектору, Авилу и Бруно недавно исполнилось шесть. А их младшим братьям сейчас было два года. Они родились в один день, чем очень удивили мать и отца. Потому что ходили разговоры, что леди Лаверлакс очень миниатюрная, слабая, и при таком огромном животе, в котором, наверное, живет просто огромный ребенок, можно было смело прогнозировать ее смерть.

Но дети, конечно, этого не знали. Либи много разговаривала с повитухой, объясняя, что если она не разродится, надо очень острым ножом разрезать ее живот. А потом зашить. Повитуха первое время смотрела на нее, как на ведьму, но потом, со временем стала находить в ее словах зерна разума.

И каковы же были радость и облегчение, когда первый мальчик появился на свет. Либи рыдала от счастья, а лорд просто присел у двери, закрыв лицо ладонями.

Когда повитуха присмотрелась к Либи, то растерянно сказала, что еще не все: дело было не в огромном ребенке, а в паре обычных детей.

И тогда родился второй.

Замок праздновал это событие несколько дней. Потому что последние пару месяцев беременности леди все жили в ожидании беды.

– Леди, могу я обратиться к вам? – темная голова Бруно появилась за открывшейся дверью, и Либи отложила перо. Девять девочек, чуть постарше Бруно, подняли головы от своих работ и уставились на мальчишку.

– Да, милый, проходи, – Либи еле сдерживалась, чтобы не обнять мальчика, не стряхнуть с его кудряшек песок и не расцеловать в обе щеки. Такое она могла позволить себе только вечером в их спальне. На людях леди вела себя холодно и даже грозно.

– Леди Бабушка не отпускает нас ловить раков. Говорит, что нужно присматривать за Альбертом и Дестером. А нам надоело, – без каких-либо витиеватых, надуманных причин сообщил Бруно. Его отличало от всех ровесников именно это – полное спокойствие при решении задачи и незамутненная простота подачи информации.

Если что-то случалось внутри четверки, Либи расспрашивала всегда именно его: он просто не умел врать. Вообще!

– Если она сказала, значит, так оно и есть, Бруно. Иди и играй с братьями, иначе я усажу вас за чтение. Что вы выберете? – я поняла, что не надо запрещать. Надо предлагать выбор, и они сами поймут, что, в общем-то, заняты вполне себе интересными вещами.

– Играть, конечно. Но они совсем не говорят, леди. Они только орут или мычат! – Бруно не сдавался.

– Тогда и вы мычите. Поддержите их игру и поймете, как им непросто с вами.

Бруно вышел и, опустив голову, отправился выполнять обязанности старшего брата. Ждущая его троица надеялась, что их лучший переговорщик решит проблему. Но, увидев написанное на лице Бруно разочарование, уселись под деревом. Только и там им не было покоя от двух ураганов, различать которых могут только они и лорд с леди.

– Лучше бы мы родились в доме матушки Марты! – заявил Гектор, оставшийся таким же Ворчуном, как и был в первый год своей жизни. – Там мальчишки играют на улице весь день, а малышня не лезет под ноги. Можно ходить в лес, когда захочешь, и строить там укрепления от врагов.

– Скоро вернется отец, и тогда будет повеселее, – успокаивал всех Авил. – Видели? Мальчиков переводят в конюшню. Скоро они снова начнут тренировки, и нас возьмут туда же. Отец обещал мне! И даже разрешат жить с ними, как настоящим солдатам!

– Леди расплачется, и будем мы опять спать в своих детских кроватках, как девчонки, – заспорил с ним Альби.

Родной сын Либи не отличался уверенностью, но смотрел на жизнь довольно реалистично.

И сейчас, когда Альберт и Дестер подросли, можно было уловить, как те похожи на Альби, хоть и были темнее.

К семнадцати годам старших сыновей лорд сделал настоящими военачальниками, которые могли бы управлять не только замком и обучать мальчишек военному делу. Они могли бы стать ключевыми персонами любого боя, начнись он к этому времени.

Леди Либия родила еще пару дочерей и еще одного сына, с которым проводила последние три дня.

Альберт и Дестер сейчас занимались на плацу под руководством старших братьев, дочки играли в саду с другими девочками.

Либи, получив в руки маленького мальчика, еще одного своего сынишку, пообещала себе, что проведет с ним больше времени, а вокруг них будут собираться остальные ее дети.

Лорд Лаверлакс, ставший через время советником короля, много времени проводил вне замка. Но когда возвращался, начинался праздник для всей его семьи.

Так и сейчас: он приказал въехать в замок тихо, не отправлять гонца, чтобы не поднимать на уши всех. Он планировал осторожно пробраться в комнату детей, а потом к любимой жене, ожидающей ребенка.

Но был удивлен тем, что в комнатах не обнаружил ни своих детей, ни жены. По спине поползли предательски ледяные мурашки.

Стражник в коридоре стоял молча.

– Где все? – уже громко и серьезно спросил лорд.

– В комнате, где живет детвора. Леди уже несколько дней не была у них. А сегодня смогла встать и пойти, – напуганный страж рассказал все подробно. Но, как его и просили, не упомянул, что леди отправилась в детскую не одна, а с маленьким сыном, о котором лорд еще не знал.

Лорд услышал ее голос еще из коридора и замер там, перед самой дверью. Завидев его, стража выпрямилась, а он прижал палец к губам, показывая, что выдавать его не стоит.

– Жила эта девочка в одном далеком и совсем другом королевстве. В нем люди не ездят на лошадях постоянно, а только иногда, когда сами хотят на них покататься. Люди там летают по небу на огромных самолетах, плывут по морям на огромных кораблях. И даже летают далеко за звезды. Но не умеют там люди любить чужих детей! Когда девочка осталась без родителей, как и все вы, она думала, что жизнь ее закончена. Но каким-то чудом попала в замок Лаверлакс. А люди вокруг были тоже недобрыми и говорили, что лорд Лаверлакс покупает детей, чтобы мучить их или использовать в колдовстве. И девочка очень боялась.

– Но оказалось, что в замке жить лучше всего. И все мы сестры и братья! – выпалил один из мальчишек, которого продала родная тетка. Мальчик не ел и не разговаривал несколько дней. Ровно до того момента, пока его не окружили дети и не потащили к речке. Там-то он и засмеялся впервые, бултыхаясь в теплой воде, а потом вместе со всеми наворачивал бульон в кухне.

– Да, мы все большая семья, и никто нас не победит! – заключила я.

– Я ручаюсь за это, дети, – голос лорда раздался так неожиданно и резко, что все замолкли, а малыш на руках Либи заплакал.

– Либи? – лорд прошел в зал, словно зачарованный. – Почему мне не сообщили?

– Видишь, он услышал твой голос и спешит с тобой познакомиться! Нам надоело третий день сидеть в комнате, и мы решили рассказать новую сказку, – Либи передала сверток мужу и, попрощавшись с детьми, пошла на выход.

– И ты говоришь это так спокойно? – лорд шел за ней, любуясь переставшим наконец, кричать мальчиком.

– Лорд Лаверлакс, это шестое дитя, которое я родила. Девятое, которое спит со мной и будет называть мамой. И, наверное, трехсотое, которому я вытираю сопли и которым любуюсь. Я всех их люблю, но ты единственный, от кого зависит наша жизнь. И дергать тебя по каждому новому ребенку я не стану!

– То есть… ты хочешь сказать, что справляешься и без меня? – лорд начинал понимать, что она шутит и пытается увести разговор в другое русло. Но его сердце пело от прекрасной новости. Ему хотелось праздника, громкого смеха и… он пятый раз стал отцом. А если считать детей Либи, то тоже девятый! Но потом он вспомнил всех, кто живет в замке и решил: даже хорошо, что сейчас тихо, и они с Либи могут побыть вдвоем.

– Нет, сделать их я одна не смогу, а родить – вполне. Вот видишь, ты приехал, спокойно закончив дела, и теперь не нужно мчаться назад. Завтра тебя окружат столько детей, что ты найдешь дела снова через пару дней!

– Ни за что! – ответил лорд, помог жене лечь в кровать и уложил затихший сверток в колыбель.

– Лорд, почему вы приехали неожиданно? – в дверном проеме сначала появилась голова Дестера, потом Альберта. Опустив взгляд пониже, родители увидели девочек, пришлёпавших за братьями.

– Ну вот. Ты же хотел праздника! Можете начинать, а мы с… дай уже имя своему новому сыну, потому что мне нужно хоть как-то его называть, – я хотела сказать, что мы с младенцем, пожалуй, отдохнем, но засмеялась, и все разразились радостным смехом.

Где-то высоко в небе, словно тонкое марево, которое встает над разогретой дорогой, качнулась граница между мирами. Если бы лорд задумал построить башню высотой в двадцатиэтажное здание, то, поднявшись на нее, непременно увидел бы самолеты, о которых рассказывала его жена. Но лорд не планировал такой стройки…

В отличие от детей, слушающих сказки Либи.

–

Хочу здесь сказать огромное Спасибо человеку, которого читатель не видит, и не знает. Лариса – прекрасная, мудрая женщина и отличный редактор! Без нее слова не были бы такими послушными!

Друзья, книга закончена, и с этой героиней пришла пора попрощаться.

Жду ваших откликов в комментариях. Иесли я не успею ответить сразу всем, знайте, я читаю каждый!!!!