Текст книги "Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом (СИ)"

Автор книги: Марина Мустажапова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 29 страниц)

Часть вторая: Бойтесь своих желаний Глава 1: Ожившее яйцо

Дракон и Тоня вместе ужинали в огромной гостиной Замка, и стук их приборов звонким эхом отзывался под арочным сводом. Они так устали за ночь, что проспали весь день до вечера. Поэтому ужин был для них и завтраком, и обедом. Тоня с аппетитом уничтожала отбивную так, будто участвовала в соревновании по скоростному поеданию. Сварт с лёгкой завистью за ней наблюдал. Его собственный стейк, разрезанный на идеальные кусочки, казался ему чем-то неаппетитным.

Венценосная матушка, невыдираемыми железными гвоздями, вбила в голову Сварта правила этикета и хорошего тона. Он знал их лучше, чем Закон Фафнира и таблицу умножения. Но, чёрт побери, как же ему иногда хотелось, вот так жадно есть мясо рукам! Слизывать стекающий жир с кончиков пальцев, а после макать хрустящую хлебную корочку в оставшийся на тарелке соус и с аппетитом съедать пропитанный сливочной подливой ароматный хлеб. Но приходилось "держать лицо"… Блин…

– М-м, какое вкусное мясо! Это телятина? – Тоня прервала гастрономические фантазии Дракона.

Наевшись до отвала, она расслабленно откинулась на спинку кресла, чем снова нарушила почти все правила хорошего тона.

– Это побеждённые рыцари, – решил сострить Дракон, но увидев, как зеленеет лицо собеседницы, сразу же пожал об опрометчиво вылетевшей шутке.

Не дожидаясь, когда съеденный ужин снова попросится наружу, чтобы взглянуть на неудачного шутника, он протянул девушке стакан воды и слегка неуклюже попытался её успокоить.

– Да пошутил я! Это телятина! Честное драконье! Ты что, всегда веришь людям на слово?

– Людям – нет, тебе – верю, – Тоня доверчиво смотрела на него снизу вверх, и в ее по-детски наивных, изумрудных глазах не было ни тени сомнения.

Сварт нахмурился. Как опытный ловелас, он сотни раз видел такие глаза, и взгляд их зачастую был устремлён на него. О, Великие Предки, будь Тоня лет на десять старше, он был бы только рад их роману. Но сейчас Сварт не хотел, чтобы в её душе зародилась даже надежда на взаимность. Он не был готов стать причиной её первой боли и первого разочарования.

После ужина Антошка попыталась расшевелить Дракона игрой в шашки и разговорами, но тот был мрачен и молчалив. Он, насупившись, сидел в кресле и исподлобья бросал на неё странные взгляды. Промучившись, пока огонь в камине окончательно не погас, девушка так и не смогла понять, что же на нашло на её единственного собеседника и прогнать, овладевшую им меланхолию. Пошевелив остывающие угли, она ушла спать.

Оставшись один, Дракон закурил. В последние дни он снова вернулся к давно забытой, дурной привычке и сожалел об этом. Мужчине казалось, будто он тем самым предаёт память Анастасии. Он корил себя за вероломство, но не находил других способов сосредоточиться.

Сварт сделал затяжку, затем другую. Его точёный профиль утонул в рваных клубах серого дыма. Дракон усмехнулся: даже смертельно опасная вещь может быть чертовски красивой. Окутавшая его дымка была почти такого же цвета, как глаза Гертруды Петровны. Мужчина встряхнул головой, чтобы отогнать непрошенное сравнение. После вылазки в музей красавица-директриса всё чаще посещала его мысли и будоражила воображение.

Дракон прикрыл глаза и снова представил себя на сверкающем от росы, пропитанном травяном ароматом летнем луге рядом с прекрасной обнажённой женщиной. Он откидывал назад тёмно-русые волосы, но не мог разобрать её лица: черты расплывались, превращаясь в плоский, похожий на блин, круг. Сварт хотел увидеть её… Но… Он знал, что, на этот раз, перед ним Гертруда. Сварт чувствовал это, даже толком не видя её лица.

Дракон вздрогнул. Эта фантазия слишком реальна для того, чтобы быть химерой. Их с Гертрудой неожиданное знакомство аукается ему до сих пор. Нечто плотное и колючее поселилось под кадыком, и появляется при каждом воспоминании. Эта тяжёлая, шипастая штука давит ему на грудь и мешает дышать. Что это? Внезапно подкравшаяся старость, или строгая директриса и есть его избранница? Его… невеста… Сварт потушил сигарету и решительно поднялся с места: ему было нужно кое-что проверить.

Сварт редко спускался в свои подземелья. Сейчас он шёл по тесной, выдолбленной прямо в скале лестнице и думал о том, что неплохо было бы устроить здесь капитальный ремонт.

Замок, на вершине Драконьей скалы – лишь малая часть его владений. Или темницы? Дракон всё чаще чувствовал здесь себя пленником, а не хозяином. Под землёй было множество тайных ходов, темных келий, просторных галерей и шахт. Каждая из них имела своё назначение.

Чертыхаясь, Сварт отсчитывал ступеньки, освещая путь факелом, хотя здесь уместнее был бы электрический фонарик. Но электричество было строго запрещено негласными правилами Замка. Оно считалось смертельным для их рода. Ежесекундно спотыкаясь, Дракон уже четырежды проклял себя за приверженность традициям. Слишком много правил для него одного!

Наконец он дошел до самого важного из подземных помещений: это была просторная галерея – сухая и теплая, что уже странно в подземной плесневелой сырости. Каждый раз Дракон заходил сюда с трепетом и надеждой, и понуро плёлся назад, исполненный разочарования и грусти.

У строгих, каменных стен, стояли гранитные помосты, где и находилась причина его чёрной меланхолии: десятки больших, похожих на страусиные яиц, неподвижно лежали, каждое в своей выемке. Из них, если Предки и судьба будут благосклонны, должны появиться на свет маленькие драконы – наследники и продолжатели рода. Эти яйца отложила прапрабабка Сварта – великая Гуннхильд. Он сам тоже в первый раз увидел свет в этой комнате.

Но яйца обречены лежать, словно камни, до тех пор, пока Дракон не встретит ту, единственную, которая должна стать матерью его детей. Ради этого предки Сварта похищали принцесс, а он сбегал из Замка на свидания вслепую. Только когда возникнет телесная связь между драконом и его невестой, в единственном благословенном яйце проснётся жизнь и забьётся горячее сердце маленького Дракона.

Как только за Драконом захлопнулась дверь, он начал нетерпеливо осматривать яйца: не проклюнулась ли одно из них. Пусть их любовь с сероглазой Гертрудой – фантазия, и плод его абсурдного сознания. Но у них было рукопожатие, и если она – на самом деле – его судьба, в яйце обязана зародиться жизнь. Хотя бы самый крошечный её признак.

Переходя от одного овоида к другому, Сварт всё сильнее мрачнел – они были целехонькими, без малейшего признака пробуждения. Яйца мёртвыми камнями лежали вдоль стен, и тускло мерцали в неверном свете факела. Неужели, опять не она? Неужели, снова нет ни единого шанса?

Сварт был достаточно эгоистичен, чтобы не беспокоиться о том, что род Драконов прервется с его неизбежной, хотя и не скорой смертью. Его мало волновала судьба несметных богатств, награбленных предками. Но Ящер до умопомрачения хотел детей. Самой заветной его мечтой было видеть, как как маленькие ножки неуверенно шлёпают по каменному полу Замка, а нежные крылья в первый раз расправляются навстречу ветру. Он всем сердцем жаждал стать отцом, ведь только через детей каждая живая тварь обретает истинное бессмертие.

Влюбляясь снова и снова, Дракон с трепетом ждал, когда одно из яиц проснётся. Но каждый раз все надежды были напрасны, и сегодня, кажется, снова – не судьба.

Обуреваемый грустными мыслями, Сварт заканчивал свой бессмысленный ритуал. Он уже был близок к тому, чтобы снова впасть в уныние: верная компаньонка последних лет – меланхолия – неотступно шла рядом, удовлетворённо потирая руки. Но, когда надежда уже была почти утрачена, случилось невозможное: на гладкой скорлупе самого последнего яйца, Дракон нащупал крошечную шероховатость. Сердце Ящера, как гуттаперчевый цирковой акробат, радостно подпрыгнуло, сделало кульбит возле гортани и торжественно опустилось на место. Не может быть! Неужели это оно?!

Не веря себе от счастья, Дракон дрожащими руками осторожно поднёс яйцо к факелу и – о, чудо! – разглядел на его боку маленькую, похожую на куриную лапку, трещинку. Сделав судорожный вздох, мужчина поднес яйцо к уху и ясно услышал, внутри скорлупы тихий шум, почти шёпот. Нет, это еще не было четким биением маленького сердца. В глубине скорлупы раздавался звук, похожий на плеск прибоя тёплым, летним днём. Голос был неуверенный и тихий, но Сварт отчетливо его слышал.

Глава 2: Сокровища

Значит, всё-таки, Гертруда!? Неужели, спустя сотни лет поиска, безуспешных попыток и горьких разочарований, он наконец-то отыскал свою невесту? Или это она нашла его?

Вдруг, непрошеная мысль с размаху ударила ему в голову. Дракона бросило в жар, и от неожиданности он едва не выронил свою драгоценную ношу. В глубинах его подсознания зародилась пугающая догадка. Она неотвратимо поднималась в нём, разрастаясь и обретая ясные формы и очертания, пока не взорвалась в его голове одним-единственным вопросом: а вдруг это Тоня? Ведь, хоть и не по своей воле, но у них был поцелуй и даже немного больше. А что, если она – женщина, предначертанная ему судьбой?

Потрясённый Дракон опустился прямо на каменный пол. Его снова кидало то в жар, то в холод, а непослушные мысли роем кружились в ставшей тяжёлой голове. Нет, только не она, только не Тоня. Судьба не могла так глупо над ним пошутить. Это слишком жестоко. Даже мысль об отношениях с Тоней была для Ящера за пределами его представлений о чести и достоинстве. Но, что делать если она попала сюда не случайно, а чтобы стать матерью его детей?

Чтобы понять, так ли это на самом деле, Дракону необходимо переломить себя, перешагнуть через своё выпествованное мироощущение. Но что делать, если яйцо продолжит трескаться? Как создать семью с той, кого не хочет ни душа, ни разум. А если это – не она? Сможет ли он взвалить на свою совесть ответственность за разбитое сердце наивной девочки?

Воистину, бойтесь своих желаний, ибо они имеют особенность исполняться. Знал ли Дракон, что за свою мечту стать отцом ему, возможно, придётся делить постель с вчерашним ребёнком?

А может быть, просто забыть про яйцо, позволив не родившемуся малышу задохнуться под толстой скорлупой, и жить как раньше? Мужчина сам испугался этой шальной мысли. Нет! Только не так! Он не вынесет этого.

Сварт зло растёр лицо ладонями. Он рывком поднялся на ноги и решительно покинул инкубатор. Пришла пора принимать решение, каким бы сложным оно не было. Он не любил Тоню сейчас и вряд ли сможет полюбить позже, но ради будущих детей обязан попытаться построить с ней нечто похожее на брак. Иначе он никогда не простит себя.

Несколько дней Дракон был мрачен больше обычного. Он хмуро ходил по Замку, взвешивая все "за" и "против". Тоня? Или Гертруда? Что делать? Снова поцеловать Тоню? А если всё-таки окажется, что это не она? Неспокойные мысли, как оголодавшие звери грызли его изнутри. Когда напряжение достигло своего предела, Сварт решился на серьёзный разговор.

– Помнишь, ты забралась сюда ради сокровищ. Хочешь посмотреть подземелья Замка? – пряча глаза, спросил он за ужином.

– Конечно! – воспрянула духом Антошка.

Она уже совсем заскучала долгими осенними вечерами без телевизора и интернета. Единственным развлечением в Замке была библиотека. В ней, чаще всего и пропадала девушка, но книги были скучными собеседниками. Прогулка в сокровищницу же была для Тони весёлым приключением, на которое та радостно согласилась.

Дракон поднял факел и на негнущихся ногах пошёл в подземелье. Тоня весело бежала за ним. Они долго шли по узкой лестнице и бесконечным каменным коридорам. Девушка уже с трудом передвигала ноги, когда Дракон, наконец-то, подвёл её к какой-то массивной, обитой железом двери. Она даже не подозревала, что стараясь оттянуть важный разговор, Сварт кругами водил её по, выложенным в самом сердце Драконьей скалы, ходам, пока ноги сами не подошли к соседнему с инкубатором залу.

"Что же. Значит, сначала зайдём сюда. Мне нужно ещё немного времени…" – решил Дракон.

– Откройся – прошептал он и дверь отворилась.

Тоня зажмурилась и притихла. Она была уверена, что сварт привёл её в сокровищницу Замка и боялась открыть глаза, чтобы не ослепнуть от блеска драгоценностей. Но что-то было не так. Всё ещё не открывая глаз, девушка прислушалась и с удивлением услышала звуки летнего леса: пение птиц, шум деревьев и плеск воды. Что за розыгрыш? Птицы ведь не летают в тёмных подземельях. Куда она попала?

Тоня никогда не видела джунгли вживую, только в фильмах или на картинках. Но когда она открыла глаза, то поняла, что это они и есть. Холодной зимой в неподходящее время и в странном месте раскинулись самые настоящие тропики! Вокруг порхали стайки прекрасных, диковинных птиц, пробегали стада зверей. Тоня готова была поклясться, что заметила вдали несколько слонов и носорога, пасшихся у кристально чистого озера с водой настолько прозрачной, что можно было без труда рассмотреть всех его обитателей. Девушка застыла с открытым ртом: она боялась представить сколько места занимает, этот, раскинувшийся перед ней оазис!

– Вот часть моих несметных богатств! – не без гордости произнёс Дракон, – Это то, что я храню много сотен лет, а до меня хранил мой отец и отец моего отца, с момента зарождения рода. Драконы существуют для того, чтобы прятать этот оазис от людей и для людей! Когда придет страшный день, и человечество окончательно погубит все живое на своей планете, я открою эту дверь и дам ему ещё один шанс.

– Так вот какие богатства охраняют драконы! Я-то думала, что здесь сундуки с алмазами и изумрудами. А на самом деле, словно в рай попала! – Тоня восхищённо озиралась вокруг, не веря собственным глазам.

– Ну, я стерегу не только это. Есть еще обычное золото и драгоценности. Но разве оно сравнится с этим великолепием? – Сварт тоже с мальчишеским восторгом смотрел на подземную идиллию.

Когда становилось совсем одиноко, Дракон спускался сюда и, как зачарованный сидел у воды. Ему никогда не надоедало наблюдать за тем, как подземные джунгли живут своей неторопливой жизнью. Местные звери никогда не видели солнечного света, звёздного неба или первого снега промозглой осенью. Но, тем не менее, в идеальной экосистеме, созданной Замком, они прекрасно обходились без всего этого. Сварт часто думал, что возможно он обречён жить в одиночестве. И ему, как его подопечным нужно с этим смириться и не мечтать о невозможном.

Дракон встряхнул головой, стараясь отогнать от себя непрошеные мысли. Невозможное уже случилось, и нужно спешить, пока его малыш задохнулся в яичной скорлупе.

– Идём дальше, у меня для тебя есть ещё кое-что, – Сварт вывел остолбеневшую от восторга Тоню из этой галереи и подвёл к инкубатору с драконьими яйцами, ради которых и была устроена экскурсия.

Глава 3: Трещина

Игорь и Гертруда Петровна почти неделю бродили по лесам. В доспехах было холодно и неудобно, рюкзак с палаткой тоже не убавлял трудностей, поэтому Игорь вскоре начал сомневаться в целесообразности их кампании. Да и зимние ночёвки в лесу – не самое приятное времяпрепровождение. Но они находились на подступах к Драконьей скале, и поворачивать назад было уже поздно.

Гертруда Петровна на удивление стойко переносила все трудности походной жизни, что было весьма неожиданно для столь хрупкой, интеллигентной женщины. Вообще эта дама – кладезь сюрпризов: любовник убит мечом, подруга похищена драконом. Что за дела творятся в Краеведческом музее? Очень похоже на то, что в этом госучреждении открылся портал в средневековье.

Сначала непредсказуемая директриса настораживала Игоря: вдруг она не тихая сумасшедшая, а буйная и однажды ночью тоже зарубит его мечом. Но со временем он привык и ней даже проникся симпатией. Тем более, Гертруда Петровна была весьма любопытной собеседницей, знала много всего интересного и, кажется, могла рассказать историю каждого кустика в окрестных лесах.

К концу недели, проведённой вместе, Игорю уже не так сильно хотелось сажать Гертруду за убийство. Да и он сталь сильно сомневаться в её виновности. Для того чтобы вонзить меч в человека нужно обладать немалой силой, а директриса и чайник-то с трудом поднимает. Но, если подумать, не за спасибо же он шатается по лесам в дурацких доспехах.

Ровно на седьмой день своего похода кампаньоны подошли к месту, отмеченному на карте как Замок Дракона. Но никакого замка здесь и близко не было, только отвесная скала, одним боком нависшая над морем, другим – упёршаяся в заросший колючим кустарником лес. Почесав шлем железной перчаткой, Игорь стал осматривать местность, в надежде найти хоть какую-то тропу, ведущую наверх. Но всё напрасно – скала стояла почти вертикальным каменным монолитом с редкими выступами и проплешинами хилой растительности.

Игорь удовлетворённо хмыкнул: по всему выходило, что их "крестовый поход" окончен. Он же не идиот, чтобы лезть наверх только из-за того, чтобы сразиться с несуществующим драконом. Парень уже чувствовал, как карман приятно оттягивает годовая премия за стопроцентную раскрываемость: свою часть договора он выполнил, теперь очередь за кампаньонкой. Но, кажется, Гертруда Петровна была готова и к такому повороту. Пока Игорь мечтал о премии, она методично вытаскивала из своего рюкзака нехитрое альпинистское снаряжение.

– Лезем! – скомандовала директриса, подыскивая наиболее благоприятный для подъёма выступ.

* * *

Тем временем, Дракон провёл Тоню в следующую галерею. Девушку удивляло, как легко он открывает двери: не было ни ключей, ни ржавых запоров. Сварт просто говорил «откройся» или «закройся», и тяжёлые ворота подчинялись его тихому голосу. Тоня впервые своими глазами видела, как работает магия, хотя ещё недавно, она первая бы посмеялась над тем, кто заикнулся о реальности волшебства.

Зал, в который они зашли, был просторный, сухой и тёплый. Антошка благодарно окунулась в его тепло, ибо до костей продрогла от подземной сырости. Там, в кромешной темноте вдоль стен лежали странные овальные камни. Потрогав один из них, девушка удивлённо отпрянула. Её пальцы коснулись самого настоящего яйца! Вокруг лежали десятки или даже сотни яиц! Девушка поняла, что именно здесь появляются на свет маленькие драконы.

– Подойди, здесь есть кое-что интересное, – мужчина взял одно из них в руки, и Тоня послушно к нему пошла.

У Сварта всё сжалось внутри: в её глазах светилось безграничное, безоговорочное доверие. Он снова почувствовал себя подлецом, но решение принято, пути назад нет. Сейчас, или никогда – решил Дракон и, взяв маленькую Тонину ручку, приложил её к надтреснутому яичному боку.

– Смотри! Ты тоже это чувствуешь?

Тоня, не торопясь ощупала шершавую скорлупу. Её била крупная дрожь, но не от холода – здесь было тепло. На девушку так подействовала близость Сварта, его прикосновение, его мерцающие глаза. Собрав остатки воли в кулак, Тоне всё-таки удалось сосредоточиться и, сквозь шум в ушах, понять, чего он хочет. Неверными пальцами Тоня нащупала маленькую неровность. Внимательно присмотревшись, она заметила крошечную трещинку, невесть откуда взявшуюся на безупречной яичной поверхности.

– Здесь трещина! Что это значит? – для приличия спросила Тоня.

Наверное, она должна была удивиться, но ей были совершенно безразличны яйца и покрывавшие их трещины. Антошка молилась только об одном: чтобы Дракон и дальше стоял рядом, вот так же держал её за руку и, не отрываясь, смотрел в глаза, словно искал в них какие-то свои ответы.

– Это означает, что скоро из яйца вылупится маленький Дракон! – Сварт улыбнулся.

Он был рад поведать о скором своём отцовстве, но его почти идеально чистую радость омрачало маленькое облачко сомнений. Он всё ещё не решался переступить невидимую черту, обозначенную его совестью.

– Ты скоро станешь папой? Это же прекрасно! Поздравляю! – Тоня пыталась изобразить искреннюю радость, но ладонь Сварта накрывала её руку, и думать о чём-нибудь кроме этого было выше её сил.

– Мне нужно кое-что проверить, – Дракон осторожно взял её за подбородок, – Надеюсь, ты не будешь возражать?

Он наклонился и медленно её поцеловал.

У Тони подкосились ноги. Она едва не выронила яйцо, но к счастью Сварт подхватил его и положил на место. Он слегка замешкался, словно не зная, что предпринять: целоваться дальше или пуститься в объяснения, но Тоня закрыла ему рот рукой.

– Зачем столько слов, когда есть поцелуи?

Дракон вымученно улыбнулся, а она припала своим пересохшим ртом к его чувственным и влажным губам, как измученный жаждой путник припадает к воде в знойный день. Бабочки в её животе вновь закружились в безумном танце с такой силой, что Тоне показалось, будто она слышит, как их невесомые крылья.

– Стоп, стоп, стоп… – мягко отстранил её Дракон, – Сначала нам и нужно поговорить. Знаешь, как у драконов появляются дети?

Тоня отрицательно покачала головой. Она с досадой смотрела на странного мужчину, который то страстно её целует, то снова отталкивает и зачем-то расспрашивает про драконьих младенцев. При мерцающем свете факела, его глаза были похожи на космос с отблесками пролетающих звёзд.

– У драконов редко рождаются девочки, – начал издалека Сварт, – Когда же случается это событие, все члены рода возносят благодарность Великим Предкам за снизошедшую на них благодать. Ведь на женщинах-драконах лежит самая важная миссия: только они могут основать новый драконий род. Девочки растут в Замке в любви и безопасности, пока не достигну возраста, когда Поздняя Весна переходит в Раннее Лето, это, примерно, двадцать человеческих лет. В тот миг дракониха умирает для своего рода и должна покинуть отчий дом. Но перед этим ей находят мужа: человека или дракона – не важно. Они вместе строят свой Замок, откладывают яйца, и начинают новый род.

Все эти яйца отложила великая Гуннхильд – моя прапрабабка, их хватит для того, чтобы обеспечить потомством всю нашу династию. Но яйца мертвы, словно камни до тех пор, пока Дракон не встретит свою единственную и не… – Сварт слегка покраснел, – Пока он не обретёт с ней близость. Только тогда в одном из яиц зародится жизнь и начинает биться сердце маленького дракона. Яйцо покрывается трещинами, постепенно разрушаясь, чтобы малыш смог без труда появиться на свет. То яйцо, которое мы только что держали в руках, треснуло после…

– Нашего с тобой поцелуя? – Тоня не дала Дракону договорить, она уже догадалась, к чему тот клонит и с трудом дождалась финала его обстоятельного повествования.

– Да, возможно, – мужчина не стал вдаваться в подробности.

Сварту было невыносимо смотреть в эти чистые влюблённые глаза, отливающие сусальным золотом. Он – подлец. И ему придётся жить с этим.

Дракон сделал паузу в разговоре, чтобы перевести дыхание, перед самой основополагающей его частью. С одной стороны, он не хотел, чтобы всё выглядело, как игра чувствами невинной девушки, но с другой… Сварт понимал: у него вряд ли получится по-другому.

– Да, возможно, яйцо треснуло после того, как ты меня поцеловала. Есть еще кое-какие варианты, но этот – самый реальный. Хотя нам не стоит терять голову: нужно всё тщательно проверить, – Дракон, словно опытный крючкотвор, старался говорить расплывчатыми фразами, и за это презирал себя ещё больше.

– Ну, так чего же мы ждём? – решительную Антошку не нужно было просить два раза – она сразу же повисла на плечах у Сварта, закрыла глаза и совсем по-детски выпятила губы.

– Подожди, подожди, – Сварт слегка отстранился, – Я должен предупредить, что не испытываю к тебе романтических чувств. Скорее всего, я вообще влюблён в другую женщину. Поэтому ты должна знать, что отношения со мной…

Дракон хотел объяснить ещё что-то, но Тоня запечатала ему рот коротким, жарким поцелуем:

– Ты так много говоришь, но слова ничего не значат. Ведь скоро мы станем родителями маленького Дракона.

Девушка обвила Сварта за шею своими невесомыми ручками. Сварт медленно, как будто нехотя, поддавался её маленьким, но таким настойчивым губам. Но стоило мужчине закрыть глаза, как перед ним появлялась… Гертруда. Она смеялась и звала его за собой. Наверное от этого поцелуй получился не таким скромным, каким он должен был быть в его мыслях.

Тоня застонала, и откинула голову. Сварт хотел остановиться, но долгое воздержание уже почти отключило его мозг, заменив рассудок другими – низкими, но куда более приятными инстинктами.

К сожалению, или к счастью, но дальше поцелуев дело не зашло, когда они приблизились к границе дозволенного, раздался страшный вой. Казалось, что от, взявшегося из неоткуда, леденящего душу крика, сотрясаются стены яйцехранилища.

Антошка с перепугу едва не потеряла сознание. Побледнев, как полотно, она застыла, не в силах пошевелиться от ужаса.

– Вот чёрт! – Дракон тоже был ошарашен не меньше спутницы, – Она всё еще работает?

– Что это? – испуганная Тоня старалась перекричать дикий вой, бешеным эхом метавшийся по подземелью.

– Это старая ловушка для рыцарей – местный аналог охранной сигнализации, не знал, что она всё ещё работает, – Дракон пытался заткнуть уши, – Проклятье! Я забыл, как это выключается! Бежим отсюда! Сама она не скоро замолкнет.

Закрывая уши и стараясь не упасть на древних, сколотых ступенях, Сварт и Тоня выбрались из инкубатора и побежали вверх по лестнице.