Текст книги "Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом (СИ)"

Автор книги: Марина Мустажапова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 29 страниц)

Глава 9: Михалыч

Пока Игорь добирался до дома, его штаны уже успели заледенеть. Стараясь не стучать громко зубами, он проскользнул в ванную и наскоро привёл себя в порядок. Парень уже опаздывал, и не хотел, чтобы начальник снова спустил на него всех собак.

Обеспокоенная мама выбежала к нему с расспросами.

– Ничего страшного, мам, просто, в грязь упал, – уклончиво ответил Игорь.

Переодевшись, он кинул испорченную одежду в стирку и опять вышел из дома. На этот раз, парень решил не повторять утренней ошибки и поехал на такси. Неизвестно кто, или, главное, что поджидает его за гаражами?

Всё это время он повторял про себя, как мантру:

– У меня галлюцинации от переутомления. У меня галлюцинации…

Хотя какое может быть переутомление, когда он четыре дня отдыхал у Дракона в Замке?

Дракон…

Игорь подскочил, едва не ударившись головой о потолок старой "десятки". Если существуют драконы, то почему бы не быть привидениям?

Нет!

Он бредит!

Такое невозможно!

Выходит, у него началась шизофрения? Или всё-таки, на самом деле, появилась способность видеть призраков?

Только, оказавшись на рабочем месте, Игорь слегка успокоился. Привычная рутина захватила его мысли, и в голове не осталось места для всякой мистической ерунды. Михалыч усердно кряхтел над клавиатурой: за долгие годы работы в отделе он так и не освоился с компьютером.

– А ты чего опоздал? Хорошо, что начальство не заметило, а то Авдеев и так на тебя зуб точит, – пробасил он, устав бороться с годовым отчётом.

– Случайно в грязь упал. Ходил переодеваться, – коротко ответил Игорь, молясь, чтобы напарник не стал выспрашивать подробности.

Но Михалыч лишь повторил:

– В гря-язь упал, говоришь? – удивленно покосившись на замёрзшее окно, – Ты давай там осторожнее с "грязью", а то так и без работы останешься, – продолжил он после небольшой паузы.

Парень имел потрёпанный вид, и наивный добряк решил, что в свой законный отсыпной он напился до беспамятства.

«Что же! Лучше прослыть пьяницей, чем сумасшедшим» – решил Игорь и снова постарался больше не думать об утреннем происшествии.

Но, постучав ещё немного по клавиатуре, он завис, уставившись на погрузившегося в работу соседа. Юноша ощущал жгучую потребность поделиться, тем, что творится с ним в последнее время, но он не знал с чего начать разговор.

– Слушай, Михалыч, – наконец, решился он, – А ты в призраков веришь?

Игорь прямо задал животрепещущий вопрос, и молился, чтобы его не приняли за сумасшедшего. В ответ Михалыч подозрительно хмыкнул и внимательно посмотрел на напарника поверх очков.

Игорь содрогнулся. Наверняка, бывалый опер сейчас догадается о его странных видениях. Юноша сглотнул и приготовился отвечать на каверзные расспросы. Но Михалыч лишь почесал затылок.

– Ну как тебе сказать? Лицом к лицу я с привидениями я не сталкивался, и в такое – он покрутил в воздухе пальцем, словно собрался запустить воздушный вихрь, – не верю. Но был со мной один случай, который до сих пор не могу забыть. Нет у меня ему объяснений.

Михалыч, а в то время ещё молодой опер Алексей Курочкин, отбывал постылое дежурство в свой последний перед отпуском день. Под утро тревожно зазвонил телефон. Такие звонки, обычно, не предвещают ничего хорошего. Так было и на этот раз: на шоссе случилась автомобильная авария со смертельным исходом. Мужчина заснул за рулем и на полном ходу врезался в столб. Машина сложилась в гармошку, в труху искромсав все свои внутренности вместе с водителем. Наверное, человек даже не понял, что с ним случилось.

Приехали на место. Пока провели все необходимые процедуры, то, да сё время уже близилось к обеду. Мужика отвезли в морг, машину – на стоянку. Сообщить печальную новость вдове, в качестве отступного перед отпуском, поручили молодому оперу Курочкину.

Неприятное поручение, конечно, но что поделаешь? Кому-то нужно его выполнять. Благо паспорт и другие документы с адресом у водителя были при себе.

Михалыч, как сейчас помнил, погибшего звали Кирилл Галиев и жил он совсем рядом с местом аварии. Немного не дотянул мужик до дома.

Лето в тот год выдалось жарким и ветреным. Стрелки часов ещё не добрались до двенадцати, а уже палило так, что хоть в Африку уезжай, чтобы охладиться. Галиевы жили в частном секторе, и чтобы до них добраться, нужно было часок поплутать по пригородным лабиринтом. Пешком. Машины тогда у Михалыча не было.

С трудом отыскав нужный закоулок, Алексей ещё немного постоял у калитки. Ему нужно было собраться с мыслями и настроиться на нужный лад, перед тем, как донести до родных эту ужасную новость. Сказать встревоженным домочадцам о том, что их родственника больше нет – не так-то просто.

Ему открыла бледная, как мел жена Галиева. Она очень переживала: муж должен был вернуться рано утром, но до сих пор не приехал. Алексей рассказал о случившемся. Он старался смягчить удар, хотя как можно облегчить весть о гибели любимого человека?

Женщина не поверила ему. Опер не удивился: психика выставила защитный блок. Отрицание очевидное – обычная реакция на травмирующее известие. Но вдова была уверена: муж звонил ей полчаса назад, успокаивал, говорил, что задерживается, но скоро будет дома.

Алексей снова не почувствовал ничего необычного. Первая его мыслью было, что машину украли вместе со всеми документами. Погиб угонщик, а настоящий Кирилл Галиев жив и скоро будет дома. Но на столе в прихожей стояла фотография, на которой улыбался тот самый мужик, которого Михалыч только что собственноручно выковырял из искорёженной машины.

Хозяйка подтвердила – это и есть её муж, Кирилл Галиев, но на все попытки до неё достучаться твердила одно: этого не может быть, он только что звонил, он скоро приедет.

Алексей сдался. Несмотря на весь свой скептицизм и неверие в потусторонние силы, он решил заглянуть в список входящих на её старенькой "Нокиа". Разблокировав мобильник, опер не поверил своим глазам. Среди вызовов последним был звонок от абонента "Любимый муж". И было это ровно сорок минут назад.

После отпуска, чисто любопытства ради он пробил звонивший номер. Да, это был тот самый телефон, который нашли рядом с трупом. В то время, когда был совершён звонок, он спокойно лежал в пакетике для улик, в таком состоянии, что позвонить с него никто бы не смог, даже при очень большом желании.

– Жена Галиева мне так и не поверила. На следующий день я ушёл в отпуск и так никому и не рассказал об этом странном случае. Мало ли, еще кто подумает, что Михалыч совсем ку-ку – головой тронулся. Говорили, что на опознании она не плакала, только всё время повторяла: «Как же так, ведь он обещал, что скоро вернётся?»

Когда Михалыч закончил рассказ, в его затуманившихся глазах читалось явное облегчение.

Игорь сидел молча. А его напарник всё ещё был в том жарком, летнем дне. Встревоженная женщиной твердила ему, что разговаривала со своим мужем по телефону, и не знала о том, что он уже несколько часов, как погиб.

Эта история настолько поразила молодого опера, что даже теперь, спустя годы он не мог равнодушно вспоминать её. Он растерянно глядел в пустоту, словно спрашивая у вечности: "Как же так? Ведь он обещал, что вернётся…"

Глава 10: Экспертиза

Наверное, Михалыч так устал держать этот случай в себе, что только и ждал подходящего момента, чтобы кому-нибудь всё рассказать. Игорь чувствовал необъяснимую близость с этим немолодым, уставшим человеком: он как никто другой должен понять, каково ему сейчас.

Парню до зуда в дёснах захотелось поведать напарнику тяготившую его последний день, историю. Немного помявшись, он уже открыл, было, рот, но в ту же секунду, как по закону подлости, настойчиво и громко заверещал телефон. Звонили эксперты, они начинали вскрытие вчерашней утопленницы.

Напарники спустились в морг. Обстановка здесь и так была не слишком жизнеутверждающей. Перспектива новой встречи с до смерти напугавшей его девицей тоже не прибавляла веселья. Без того мрачный Игорь, ещё больше посерел, предвкушая все прелести предстоящей процедуры.

Облегчивший душу, Михалыч, наоборот, был весел и многословен. Он раскатисто смеялся, рассказывал экспертам байки и травил с ними анекдоты, совершенно не смущаясь, лежавших рядом трупов. Игорь надеялся, что когда-нибудь он тоже сможет так же очерстветь, как и его розовощёкий товарищ.

Вскрытие – процедура не из приятных. На первых порах, Игоря до кишок выворачивало в процессе копания в подгнивающих мертвецах. Один раз он даже умудрился потерять сознание, и его самого уложили на металлический стол, только что освобождённый от свежевскрытого покойника. Наверное, не нашли другого места, чтобы дать парню отлежаться и прийти в себя. Или не захотели искать. После такого, Игорь старался дотянуть до кабинета, как бы плохо ему не было.

Со временем он как-будто бы свыкся с тем, что это – часть его работы. Постепенно пришёл опыт, а с ним и привычность к подобным вещам. Но сегодня юноша снова чувствовал себя не в своей тарелке.

Прожжённые патологоанатомы деловито принялись за работу. Привычными руками они ловко вспарывали искалеченное тело, еще недавно бывшее живой, красивой девушкой.

– Убили её где-то месяц назад, – подал голос старший из экспертов, – Скорее всего, руки жертве связали, когда она ещё была жива, и рот заклеили тоже.

По предварительному заключению незадолго до смерти у девушки был извращённый половой контакт. Ей методично наносили удары чем-то вроде хлыста или плётки. На том, что от неё осталось, не было ни единого живого места. Если убитая и правда была проституткой, то с последним клиентом ей явно не повезло. Видимо попался любитель "взрослых" развлечений.

Но не это её убило. После всех издевательств, бедолагу заживо растерзало какой-то огромный, кровожадный зверь. Была полностью съедена печень и селезёнка, а прочие внутренности разодраны в лоскуты. Судя по следам зубов и когтей, монстр не был похож ни на одного из известных науке хищников. По всем признакам, это мог быть только непознанный зоологией мутант-переросток непонятного происхождения.

– Да-а, – грустно протянул эксперт, стягивая с себя заляпанный кровью фартук, – Что за зверьё здесь покуражилось? Воды в лёгких у жертвы нет. Да и самих лёгких – тоже. По всем признакам, в море её выбросили уже после убийства.

– Может, медведь? – с надеждой спросил Михалыч.

– Может, и медведь… Но я не знаю таких медведей. Судя по по строению зубов – это, скорее, рептилия. О-очень большая рептилия…

Вскрытие подошло к концу, и Игорь уже собирался облегчённо выдохнуть – призрак девушки так и не не появился. Может быть, это и впрямь был чей-то дурацкий розыгрыш?

Опер сосредоточенно наблюдал за младшим экспертом, методично завершавшим работу. Когда тот насвистывая "Марсельезу" аккуратно зашивал расползавшиеся от любого прикосновения останки, неясное движение привлекло внимание Игоря. Боковым зрением он заметил расплывчатое пятно, напоминающее человеческую фигуру. Сознание юноши всё ещё переваривало недавние кровавые подробности. И на первых порах его не насторожило присутствие в комнате ещё одного человека. Но, бросив туда рассеянный взгляд, Игорь оцепенел. В дальнем углу зала стоял убитый при неизвестных обстоятельствах Андрей Романов по кличке Красавчик, он же Роберт Олегович – бывший возлюбленный Гертруды Петровны.

Игорь застыл с открытым ртом. Неприятный холодок пробежал по спине, хотя прежнего потрясения уже не было. Парень сам удивился своему хладнокровию – видимо, уже начал привыкать к галлюцинациям. Тем временем, Красавчик же подошёл к ближайшему покойнику, поднял край, накрывавшей его, простыни и скривил недовольную физиономию.

– Как будто ты сам лучше выглядел когда неделю в тухлой воде пролежал, – недовольно прошипел Игорь, покоробленный неуважение Романова к своим собратьям.

Он сказал это шёпотом, почти про себя, но призрак услышал. Подмигнув полицейскому, он приветливо помахал тому рукой и улыбнулся.

"Ишь ты! Счастливый какой! Как будто и не помер вовсе" – подумал опер, наблюдая за довольным привидением.

– Ты с кем там разговариваешь? – подал голос Михалыч, – В углу никого нет.

Игорю показалось, или сосед по кабинету на самом деле насторожился?

Парень понимал, что выглядит весьма странно, уставившись в пустой угол и беззвучно шевеля губами. Он вздрогнул от громкого голоса напарника, но не стал ничего объяснять. Чтобы хоть как-то отвлечь от себя внимание, юноша поинтересовался у эксперта:

– А что, Романов ещё здесь? Его не забрали?

– Не забрали, – протянул тот, собирая инструменты, – Никто из родственников так и не объявился. Хоть в программу "Жди меня" пиши?

Эксперт расхохотался, довольный своей остротой, но юноше было не до смеха.

– За мной теперь, что, все покойники будут ходить? – пробурчал он себе под нос.

Но слуху покойного Красавчика могли бы позавидовать даже самые именитые музыканты. Он не просто всё прекрасно расслышал, но и решил ответить на вопрос.

– Не-ет, – откровенно ехидничало привидение, пользуясь тем, что никто, кроме Игоря его не видит, – Только те, кто от тебя зависит. Ты же дело моё должен был раскрыть, а не раскрыл. Убийцу не нашёл. Вот и буду теперь везде ходить следом, словно твоя неспокойная совесть.

Призрак нагло уселся на свободный стол и принялся жонглировать аккуратно подготовленными для работы инструментами.

– Быстро положи на место! Поломаешь! – шикнул на него Игорь, совсем забыв, что всё, только что увиденное им – насмешка его воспалённого сознания.

– Эй, Игорь, обедать пошли, – Михалыч подошёл сзади и хлопнул его по плечу, – Что-то ты странный какой-то после падения. Головой не ударился, случайно? Может, к врачу тебе сходить?

От резкого толчка напарника, парень наконец-то вышел из ступора и часто заморгал. Наглый Красавчик растворился в воздухе, на прощанье, приподняв рукой несуществующую шляпу. Хирургические инструменты остались лежать на прежних местах.

За обедом Михалыч, как соль из прохудившейся солонки, сыпал на Игоря вопросами, а тот в ответ лишь глупо улыбался. А что он мог ответить? Не правду же рассказывать, в самом деле! После таких признаний хорошо, если просто с работы выгонят, а то запросто могут и в дурку закрыть. А ему нельзя отлёживаться в больничке: Красавчик и неизвестная девушка не оставят его в покое и там, пока не будут найдены их убийцы.

Глава 11: Призраки

После обеда Михалыч отправился по своим оперативным делам, а Игорь остался один в кабинете. Он пробивал по базам данные неизвестной утопленницы и играл в гляделки с двумя призраками, вольготно устроившимися напротив. Парень уже почти не боялся парочки фантомов, неотступно следовавших за ним.

"Глюки или призраки – не важно, пусть помогают, раз уж прицепились" – решил Игорь и начал дознание с девушки:

– Ты хоть скажи, своё имя, а то я замучился тебя искать. Такое чувство, будто ты и при жизни была привидением?

– Нам запрещено называть имена и прямо отвечать на вопросы, – ответила она, сосредоточенно пиля себе ногти.

Ничего необычного. Просто призрак решил сделать себе маникюр. Смерть – не повод забывать о собственной привлекательности.

– Почему? – удивился парень.

– Потому что мы – продукт твоего больного воображения. Ты сходишь с ума, Игорь! – девица отвлеклась от ногтей и, не мигая, уставилась на полицейского.

Опер сглотнул. Он и впрямь безумец, раз всерьёз разговаривает с убитой проституткой.

– Чего завис? Шучу я. Проверь отпечатки пальцев. Должно помочь, – наглая девчонка от души хохотала над его замешательством.

Красавчик тоже довольно скалился рядом, но в разговор не влезал.

Игорь до красноты растёр лицо потными ладонями, хотя уже надеялся, что после этого парочка покойников пропадет. Глупая попытка не помогла – призраки стали ещё реалистичнее.

Совет девицы тоже был бесполезен. Он уже давно загрузил отпечатки в базу и ждал, когда неторопливый интернет соизволит показать есть ли совпадения.

Промаявшись полчаса, парень пришёл к выводу, что толку от призраков нет, или они, на самом деле, всего лишь озвучивают его мысли.

– Тогда, может быть, опишешь того, кто тебя убил? – Игорь понимал, что он сейчас похож на настоящего безумца, но ничего не мог с собой поделать.

Глюки выглядели слишком реально, чтобы не обращать на них внимания.

– Я не видела убийцу, – грустно ответила девушка.

Казалось, сейчас она была искренне растроена тем, что ничем не может помочь симпатичному полицейскому.

Опер отвлёкся на экран компьютера и обрадовано вскрикнул: данные из базы наконец-то загрузились, и перед ним возникла информация об убиенной девице.

– Та-ак, – протянул он, рассматривая буквы в дробных ячейках, – Зовут тебя Альбина Желток. Двадцать лет от роду. Проживаешь в пригороде. Как я и предполагал – занима… лась проституцией. Сирота. Выросла в детском доме. Не замужем. Детей нет.

Альбина согласно закивала головой.

– Заявления о пропаже тоже нет, – задумчиво произнёс опер, – Совсем некому за тебя переживать?

– Некому, – грустно вздохнула девушка.

Внезапно она подскочила на стуле:

– Слушай, а сколько времени прошло, как меня… того? Месяц?

Альбина побледнела, как полотно. Игорь слегка удивился. Он никогда бы не подумал, что призраки могут бледнеть.

– У меня дома кот один остался. Помоги, а!.. Забери его, а то подохнет ведь.

Игорь отхлебнул остывший чай и сделал вид, что не расслышал просьбу. Он не хотел идти на поводу у галлюцинаций. И вообще, на вечер у него другие планы. Да и всё равно забрать животину домой парень не мог: у мамы аллергия на кошек.

Вместо ответа, он переключился на скромно сидящего в уголке Романова:

– А ты в курсе, кто тебя убил?

– Знаю, но сказать не могу, – сверкнул тот золотой фиксой.

– Но почему? – простонал Игорь.

Не то, чтобы он верил россказням галлюцинаций, но если призраки всё-таки существуют, то почему бы им не помочь.

– А чтобы тебе не было слишком просто. Но, если серьёзно, то ты должен сам всё увидеть. Рассказывать мы не можем, можем только показать, – объяснял Красавчик.

– Но как? Как я посмотрю сам? – юноша от отчаяния схватился за голову.

Где ему взять видео о последних минутах жизни призраков?

– Не знаю, – цыган сверкнул своими угольными глазами и закинул ногу на ногу, – Это ты нас видешь, значит сам должен знать.

Игорь начал закипать: эти два глюка, в загадки с ним играть вздумали?! Он стукнул кулаком по столу, собираясь уже наорать на зазнавшееся привидение, но вдруг услышал жалобные всхлипы и оборвался на полужесте.

Альбина плакала навзрыд, вздрагивая всем телом, или как оно у неё называется. Выходит люди могут плакать даже после смерти? Хотя, при жизни этот кот был её единственным родным существом. Девушка переживала из-за него, но ничего сделать уже не могла.

– Ай-яй-яй. Нехорошо женщин до слёз доводить, – пристыдил Игоря Красавчик.

– Чья бы корова мычала! – зло глянул на него опер.

Он припомнил забывчивому аферисту, что тот сотворил с доверчивой Гертрудой Петровной.

– То-то же, а то после смерти, все святыми становитесь.

– Ладно, не реви. Я подумаю, что можно сделать, – сказал он заплаканной Альбине, и записал её домашний адрес.

Девушка благодарно заулыбалась. Она хотела что-то ещё сказать, но заверещал телефон. Призраки переглянулись и растаяли в воздухе.

– Слушаю! – ответил парень.

– Ало, Игорь, срочно беги вниз! – плавил трубку взволнованный голос Михалыча.

Игорю показалось, что напарник сейчас тоже научился дышать огнём – так жарко ему стало от услышанного. Он кубарем скатился по лестнице, на ходу пристёгивая кобуру и натягивая куртку.

В ушах у Игоря всё ещё гудел голос напарника: перестрелка в кафе через две улицы. Есть жертвы.

Когда они подъехали, стрельба уже закончилась. Разбитые витрины. Перевёрнутые столики. Неестественно изломанные люди на полу. Чёрная кровь на белом кафеле. Тишина…

Это уютное кафе держал узбек из Самарканда. Назвал он его именем родного города. Говорил, что в далёкие холодные края он привёз частичку своей солнечной родины.

Местные полицейские часто забегали сюда, и за превосходную самсу закрывали глаза на мелкие противоречия санитарным нормам. Приветливый хозяин кормил их вкусным и дешёвым пловом, накладывая огромные порции в видавшие виды тарелки.

Работали в кафе хозяева сами: улыбчивый Фаррух и его спокойная жена Дильноза, а старший сын – Азиз помогал им после школы. Сейчас муж с женой лежали за стойкой, напополам прошитые автоматной очередью. Парнишки нигде не было.

Крупных жалоб на это кафе никогда не поступало, кроме редких пьяных драк – это бич всех мелких забегаловок. Сначала Фаррух алкоголем не торговал, говорил, что религия запрещает. Но со временем бизнесмен одержал верх над правоверным мусульманином, и на стойке появился кег с разливным пивом.

Работал Фаррух честно и ответственно. Но на любого работягу всегда найдётся ушлый негодяй, вставляющий ему палки в колёса.

Предводитель местной шпаны, с идиотской кличкой Череп, повадился ежедневно собирать с узбека дань халявным пивом и деньгами. Тот терпеливо платил. Постоянные посетители из полиции предлагали Фарруху свою помощь, но тот отказывался, мол, сам разберусь.

Вот и разобрался…

Первым в кафе зашёл спецназ. Он и положил трёх братков с автоматами, азартно выгребающих выручку и бьющих дешёвую посуду. Оглядевшись, спецы уверили, что всё чисто и запустили внутрь оперов и экспертов.

Перешагивая через кровавые лужи, Игорь медленно вошёл внутрь. Он думал, что такие глупые разборки остались далеко в девяностых. Но, видимо, и на его век хватит идиотов с зудящими пальцами на спусковых крючках автоматов.

Оказавшись в кафе, шестым своим чувством парень почувствовал – сзади что-то есть. Так же осторожно, чтобы не поскользнуться на кафельном полу и не растянуться рядышком со свежими трупами, он обернулся. Позади него стоял Фаррух. Как и в любой другой день, он улыбался, и рукой показывал на подсобку.

Игорь до того привык к потусторонним явлениям, что даже не удивился. Он решил посмотреть, не прячется ли там Азиз, и шагнул за лёгкую, покрашенную белой краской дверь.

Холодильники. Мойка. Маленькая кухня.

Всюду чистота и порядок. Как хозяева только всё успевали?

Игорь шёл дальше, но не слышал собственных шагов. Вместо них бешеный такт отбивало его сердце.

Крови не было – это хорошо.

Значит тот, кто здесь прячется – жив.

– Азиз! – позвал Игорь, чувствуя, как предательски срывается голос.

А вдруг там не Азиз, а ошалелый от страха браток с автоматом?

– Азиз! Ты здесь? Выходи! Всё закончилось, парень…

Приготовив оружие, опер открыл дверь на небольшой склад. Холод от рукоятки табельного слегка успокоил, бьющее по рёбрам сердце. Внутри было темно. Игорь шагнул вперёд и покачнулся. Что-то острыми зубами вгрызлось прямо в солнечное сплетение.

Дикая боль…

Гаснущий свет…

Тишина…