Текст книги "Мертвец (СИ)"
Автор книги: Люция Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 30 страниц)
– Потому что я психически нездоровый мужчина, который может испортить ей жизнь. – В принципе, уже начал портить, но она пока об этом не знает. – Именно поэтому мне нужно седативное.
– Вы не в праве решать за кого-то, Валериан, – ровным тоном произносит Самсон. – Вам стоит признаться девушке в чувствах и рассказать о ваших проблемах. Дальше дело за ней. Она и только она решает, как ей поступить.
– По-вашему, я забираю у неё право выбора?
– Именно.
Интересно.
– Я рассказал ей о том, что у меня алекситимия, – сообщаю мужчине, выпрямившись на диване.
– Как она это восприняла?
– Спокойно.
– Вы сделали первый шаг. Теперь дайте и ей возможность шагнуть навстречу или остановиться.
Как бы Вивиен не сделала шаг назад. В любом случае, я её не оставлю. Буду рядом издалека.
***
Вивиен
– Дура, – уже битый час ною я в подушку, зарывшись в неё лицом. Будь она каменной, начала бы биться о неё головой, чтобы хоть как-то отвлечься от того, что натворила. – Зачем? Почему? – вздыхаю, повернувшись на спину и уставившись в потолок гостиной.
Я позволила Валериану заглянуть ко мне на двадцать минут. Не справилась с собой из-за тоски в глазах мужчины. Он выглядел так, словно его нужно было спасать. И кто же это сделает, если не я? Тоже мне героиня. Скорее легкая добыча для любого психа.
Стук в дверь заставляет меня резко вскочить с дивана. Я бегу к двери и, посмотрев в глазок, открываю её.
– Добрый вечер, – здоровается Валериан, поймав меня в ловушку своего пристального взгляда.
– Добрый, – глухим голосом отвечаю я и тут же прочищаю горло. – Входите.
Пропустив мужчину в квартиру, я запираю за ним дверь. Он сразу проходит на кухню и расстёгивает спортивную безрукавку, покрытую снегом на плечах. Я следую за ним и замечаю, как мужчина достает из внутреннего кармана книгу. Остановившись, передаёт её мне.
– На этот раз детектив, – говорит так, словно собирается продолжить дарить мне книги.
– Благодарю. – Я неуверенно принимаю подарок и хочу отойти от него, но Валериан хватает меня за запястье и вкладывает в ладонь леденцы на палочках. На этот раз не сердечки, а арбузики.
– На самом деле я пошутила, когда говорила, что не впущу вас к себе без сладкого, – улыбнувшись, шепчу я.
– Я бы не смог прийти с пустыми руками. К тому же после того, как напросился к вам в гости. – Власов опускается на стул и проводит ладонью по лицу. Цвет его кожи выглядит слегка тусклым, а под глазами образовались тёмные круги. Даже губы посинели.
Валериан скидывает с головы капюшон, и я замечаю, что в его волосах есть снежинки, ещё не успевшие растаять. Уши красные, как и верхние скулы, словно он долгое пробыл на холоде.
Незамедлительно включив газ под чайником, я убираю книгу и леденцы в сторону. Быстро иду в свою комнату и достаю из шкафа свежее полотенце, а затем возвращаюсь к гостю.
– Вам нужно высушить голову, – говорю я Власову, который выглядит хуже призрака.
Мужчина кивает мне, но не спешит выполнить мою просьбу. Массирует виски и жмурит глаза, словно пытается прийти в себя.
– Валериан. – Я обеспокоено разглядываю его и встаю напротив. Собираюсь сама вытереть ему голову, но, почувствовав леденящий холод, исходящий от одежды, касаюсь его плеча. У меня начинается паника. Я проверяю всю одежду. Она ужасно влажная. – Сколько времени вы провели на улице?! – взволнованно спрашиваю я.
– Возможно, часа полтора.
Полтора часа под мокрым снегом и диким ветром. Этот человек псих?
– Вам нужно немедленно согреться. – Я хватаю края его толстовки и стягиваю её с него. Мужчина не сопротивляется и пытается помочь мне. Но у него плохо получается.
Я проверяю сухая ли футболка, оставшаяся на нем, и, убедившись, что с ней всё в порядке, вешаю спортивный верх около горячей батареи.
– Сможете пройти в гостиную? – интересуюсь у Власова.
– Думаю, что смогу, – хриплым голосом отвечает он.
Валериан поднимается на ноги и медленно направляется в гостиную. Я иду за ним по пятам и, убедившись, что он сел на диван, направляюсь в спальню. Стянув с кровати плед и одеяло, несу их ему и накрываю Власова ими.
– Штаны тоже не помешает снять, – неуверенно произношу я, чувствуя, как начинают гореть мои щеки. Ситуация крайне неловкая, но лучше перебороть себя, чем дать ему сидеть в мокрых штанах. Как-нибудь обойдется без них часик или два.
Валериан без споров стягивает их под одеялом и протягивает мне, наблюдая за мной затуманенным взглядом. Даже в таком состоянии в его глазах полно равнодушия. Интересно, мучает ли мужчину то, что он ничего не чувствует? Оставив этот вопрос без ответа, я забираю штаны и возвращаюсь на кухню. Следует поскорее заварить ему чай и дать противовирусные препараты. А об остальном я подумаю позже.
***
Валериан
Я с интересом наблюдаю за Вивиен, присматривающей за мной лучше любого врача. Девушка сидит на полу перед диваном, постоянно измеряя мою температуру и заставляя пить больше жидкости. Периодически посматривает на свой мобильный. Наверняка думает о том, стоит ли звонить Аурелии или нет. Но мое состояние не так ужасно, чтобы делать это. Однако мне не помешает небольшой отдых.
Самсон прописал мне седативное, и я принял его, прежде чем заявиться к Виви. Но его воздействие оказалось слишком сильным. Расслабившись, я вырубился на улице, не добравшись из книжного магазина до автомобиля. Еще и в безлюдном переулке. Упал в сугроб, где меня позже обнаружил бездомный и разбудил своим пьяным криком. Принял за своего, пока я не всучил ему пачку наличных в знак благодарности. Если бы не он, то я бы так и остался там.
Позже я очистил свою одежду от снега, но она все равно оставалась мокрой. Купить новую я бы не смог, потому что к тому времени все вокруг было закрыто. А тратить время на возвращение в замок не хотелось. Пришлось идти так, надеясь, что конфетка ничего не заметит. Но девушка заметила.
– Температура не очень высокая, – говорит Вивиен, забирая у меня градусник. – Уже лучше. Но я уверена, что скоро она вновь поднимется.
– Даже если поднимется, мне необходимо будет вернуться в замок, – сквозь боль в горле шепчу я. – Как только одежда высохнет, я пойду.
– Не думаю, что вы сможете сесть за руль в таком состоянии, – встревоженно произносит девушка.
– Я вызову безликих, – лгу, чтобы ее успокоить. В любом случае ей не захочется видеть меня рядом всю ночь. Мне придется уйти, чтобы не ставить Виви в неловкое положение.
– Ну... ладно. – Вивиен отводит взгляд и берет в руки книгу, которую я ей принес. Слегка нахмурившись, бегает глазами по обложке и читает аннотацию.
– Читайте вслух, – прошу я её.
– Вслух? – переспрашивает конфетка, поправляя свои очки. – Зачем?
– У вас приятный голос. – Я щурюсь и замечаю, как краснеют её щеки. – И мне интересно, в чем заключается сюжет этой книги.
Виви слегка кивает мне и начинает читать аннотацию. Моментами запинается из-за волнения, не ускользающего от меня, и заправляет за ухо прядь волос. Мне приходится сжать кулаки под одеялом, потому что даже в этот момент меня переполняет ревность. Я должен это делать, а не она. Я, черт возьми!
– Интересный сюжет, – оценивающе произносит девушка, отложив книгу в сторону. – Вы читали раньше детективы?
– Нет, – как можно спокойнее отвечаю я. – Но этот прочитаю.
– Как насчет совместного чтения? – В её глазах загорается огонек. – Будем читать по пять глав в день, когда вы выздоровеете, и обсуждать их.
– Согласен, – не раздумывая, говорю я.
Вивиен выглядит очень счастливой, услышав мой ответ. Ей явно не хватает рядом человека, с которым она могла бы разбирать сюжет и делиться восторгом. В её жизни нет друзей. По крайней мере, я не видел, чтобы к ней захаживали подруги. Есть только книги, и это её единственная отдушина. Почему?
– Виви, вы часто читаете? – интересуюсь я, решив зайти издалека.
– Почти каждый день. Не представляю свою жизнь без книг, – пожав плечами, отвечает она.
– Чтение не мешает вам отдыхать вне дома? Гулять?
– Нет. Я всегда беру одну книгу с собой.
– У вас настолько скучные друзья, что приходится постоянно отвлекаться на книги?
Вивиен поджимает губы и пытается улыбнуться.
– У меня нет друзей, – шепчет девушка.
– Хм. Разве у таких открытых людей не должно быть много подруг?
– К сожалению, моя дружба заканчивалась там, где начинались личные интересы. Зачастую я просто превращалась в невидимку.
– Неожиданно.
Виви и невидимка? Я не представляю, как можно использовать эти два слова в одном предложении. Все равно что назвать солнце тусклым.
– Зато у меня много знакомых, – ободряюще говорит конфетка.
Знакомые, которым не позвонишь, когда плохо.
– А у вас есть друзья? – спрашивает Вивиен, слегка заерзав на месте.
– Мои братья – мои друзья. Я всегда был близок только с ними.
– Вам очень повезло, что у вас такая большая семья. – Её глаза снова блестят. Но на этот раз блеск вовсе не олицетворяет счастье.
– Мне действительно повезло, – ровным тоном говорю я. – А ваша семья? Братья и сестры?
Я знаю, что у неё никого нет. Читал личное дело. Но мне все равно интересно узнать, как девушка ответит на этот вопрос.
– Я единственный ребенок у мамы. – Губы Вивиен растягиваются в грустной улыбке. – А папа... Его я не знаю. Мама и сама его не знала. Даже имени. Может быть, у него есть семья и дети. Возможно, где-то далеко у меня есть сестры и братья. К сожалению, это то, о чем я никогда не узнаю. Мама помнила только его лицо. Но теперь её нет в живых, чтобы найти папу.
– А она не говорила вам, где его встретила?
– В Фламе. В каком-то клубе.
– Вы можете дать мне фото своей матери?
– Зачем? – Виви удивленно вскидывает брови.
– Я найду вашего отца. Если вы этого хотите.
– Найдете? – неуверенно шепчет она, словно боится услышать в ответ «нет».
– Найду, – твердо говорю я. – Сделаю для этого всё возможное и невозможное.
Вивиен мгновенно поднимается на ноги и убегает. Возвращается спустя считанные секунды и протягивает мне фото женщины. Я забираю его и разглядываю изображение. Моя конфетка очень сильно похожа на мать. Не считая цвета глаз. У её матери они голубые.
– Её зовут Луна. – Виви нежно улыбается, сев на край дивана. – Она родилась в Обскурте. Дедушка рано погиб, поэтому мама переехала в Фламе вместе с Раксаланой.
– Раксалана? – Я не понимаю, о ком идет речь.
– Бабушка, – угрюмо объясняет девушка. – Я с ней редко общаюсь. С тех пор как мама забеременела, у них испортились отношения. Раксалана обвиняла её в разгульном образе жизни и в случайной беременности. В итоге маме пришлось уехать из Фламе и обосноваться здесь вместе со мной.
Луна сделала огромную ошибку, переехав в Умбру. Она привезла сюда свою дочь и обрекла её на встречу с таким, как я.
– Вы знаете что-нибудь еще о своем отце?
– Мама говорила, что у него была татуировка. Слово «сила» на груди.
– Это всё?
– Да.
– А дата их встречи известна?
– Третье мая.
– Название клуба?
– Мама как-то говорила название. – Вивиен хмурится, пытаясь вспомнить его. – Что-то на букву «Т».
– Если вдруг вспомните, дайте мне знать.
Виви слегка кивает мне, все еще мучая и напрягая свою память. Конфетка дала мне мало информации, но она есть. Этого должно хватить, чтобы найти мужчину. Однако без помощи придется туго. Мне необходимо связаться с кем-нибудь из Фламе и обратиться к ищейкам. Так дело пойдет намного быстрее.
– Вспомнила! Клуб «Тар-тар», – воодушевленно вскрикивает девушка.
– Отлично. Я завтра же займусь поисками вашего отца.
Вивиен широко улыбается и внезапно обнимает меня за шею. Я цепенею. Моя кожа превращается в кусок ткани, которую тянут в разные стороны, чтобы разорвать её и выпустить изнутри нечто ужасающее. Сердце словно пытается вырваться из груди и лишить меня жизни. Медленно оторвать каждый сосуд и похоронить разум за пределами тела. А аромат… Проклятый аромат болезненно уничтожает меня.
Я обнимаю конфетку в ответ и зарываюсь пальцами в её длинных волосах. Желание потянуть их назад и пустить девушке кровь пульсирует в жилах. Хочется раскрыть грудную клетку Виви и вырвать из неё сердце. Оно наверняка такое же красивое, как и его обладательница.
– Спасибо, – шепчет девушка, медленно отстранившись от меня.
– Я еще ничего не сделал, – так же тихо говорю я, смотря ей в глаза.
– Но вы предложили помочь. Это уже что-то. – Вивиен поднимается с дивана и бросает неловкий взгляд на стол. – Ваш чай остыл. Я согрею…
– Не стоит, – перебиваю я ее. – На сегодня достаточно. К тому же я чувствую себя лучше. Если моя одежда подсохла, я вернусь в замок.
– За вами ведь приедут? – встревоженно интересуется конфетка. Это ее беспокойство обо мне в очередной раз наталкивает на мысль, что я ей небезразличен. Но она еще не понимает этого.
– Приедут, – лгу я.
***
Рагнар.
– Какому убл… – Я прерываю себя на полуслове и смотрю на Даниэля, заинтересованно разглядывающего меня. Укачивая сына на руках, вспоминаю, что его мать запретила материться при детях… – человеку пришло это в голову? – спрашиваю у Демьяна, делающего сэндвич из сахарной ваты, лосося и мороженого.
– Еще не знаю, – мрачно отвечает брат. – Но если кто-то попытается провести Лудус, я должен знать об этом заранее.
– И что ты предлагаешь? Установить камеры в Черном лесу, кишащем хищными животными? Столько времени их никто не ловил. Уверен, зверей там стало намного больше.
– Можно следить за лесом с помощью белых дронов. И еще необходимо изучить свежие криминальные сводки. Лудус требует участников.
– Вот же бл…Я займусь этим утром, – цежу сквозь стиснутые зубы.
– Есть кое-что еще. – Демьян убирает нож в сторону и раздраженно массирует виски. – Правила игры могли измениться. Нужно узнать, не предлагали ли людям участвовать в игре за крупное вознаграждение. Это касается не только Умбры. Пусть бойцы займутся этим. Скажи им уделить особое внимание семьям, которые нуждаются в деньгах. За игроками должна вестись слежка, а для этого необходимы дроны.
– Исаак может узнать, когда и куда в последний раз была произведена крупная поставка дронов, – уверенно говорю я.
– Тогда я сам скажу ему об этом утром.
– А ты уверен, что информация о Лудусе достоверная?
– На шестьдесят процентов. – Брат хмурится. – Не думаю, что Алексей стал бы лгать об этом. В любом случае, я встречусь с ним и поговорю обо всем.
– Я пойду с тобой, – твердо произношу я, ничуть не доверяя Дьякову.
– Хорошо. – Демьян кладет сэндвич на тарелку. – Кстати, Валериан еще не вернулся?
– Нет. – Я опускаюсь на стул, уже не в силах расхаживать по замку с сыном на руках.
– Ты пытался проследить за ним?
– Сам – нет. Отправлял несколько раз безликих. Но Валериану постоянно удается скрыться от них.
– Неизвестно, где он и с кем. Мне совершенно не нравятся его ночные вылазки, – сурово произносит брат и задумывается. – Эта девушка, которая ему понравилась… Откуда она взялась?
– Я не в курсе.
– Он начал покидать замок с момента появления Вивиен. Приставь к дому Котовой людей. Узнаем, не к ней ли захаживает Валериан.
– Что, если это она?
– Пусть держатся на расстоянии и следят за ней.
Я слабо киваю и пристально смотрю на сына, взгляд которого мечется между мной и Демьяном.
– Еще один любитель ночных прогулок, – ухмыляется брат, наблюдая за Даниэлем.
– Может, отдавать его на ночь Валериану? – задумываюсь я.
– Неплохая идея. Пусть присмотрит за своим дядей и постарается выжить рядом с ним.
– И даст папе немного поспать, – шепчу я.
– Это вряд ли. – Демьян выпускает смешок и покидает столовую. Но я уверен, что он еще вернется за очередным сэндвичем для Аурелии.
Убедившись, что сын не собирается засыпать, я раскрываю его пеленки, наблюдая за тем, с каким удовольствием он разводит руки в стороны и подтягивается. Подняв Даниэля, держу ребенка напротив и смотрю прямо в глаза.
– Тебе не кажется, что нам обоим нужно поспать, Дэнни? – шепотом спрашиваю я.
Малыш смущенно улыбается мне, хлопая своими большими глазами. Тянет руки к моему лицу и цепляется за щетину.
– Видимо, это значит «нет», – догадываюсь я, улыбаясь ему в ответ.
Даниэль пускает слюни в знак согласия и пытается укусить меня за подбородок своим беззубым ротиком. Я не позволяю ему этого сделать, но он рьяно борется со мной и достигает своей цели.
– Ты явно похож на меня. – Я беззвучно смеюсь и поднимаюсь с сыном на руках. Возвращаюсь в спальню, где Юсейра кормит грудью Рафаэля.
– Не уснул? – уставшим голосом спрашивает жена, заметив нас в дверном проёме.
– Нет. – Я подхожу к кровати и сажусь рядом с Юс. Наклонившись вперед, целую кудрявую в макушку и вдыхаю её аромат. Сейчас она больше пахнет молоком. Но этот запах ничуть не хуже граната. И он принадлежит матери моих сыновей. Моей женщине.
– Рагнар. – Юсейра поднимает глаза, и наши взгляды встречаются. – Вчера мне приснился плохой сон. Я видела тебя в крови. Ты умирал. – Её голос становится хриплым.
– Это просто сон, Юс. Не бери в голову. – Я накрываю её ладонь своею и крепко сжимаю.
– Я не смогу без тебя жить, Рагнар. – Глаза моей жены наполняются слезами, разрывая мое сердце на части. – Ты ведь никогда меня не оставишь?
– Я никогда тебя не оставлю, – твердо говорю я, целуя уголки ее губ.
– Поклянись.
– Клянусь, кудрявая фея. – Не смогу оставить её и своих сыновей. Не смогу оставить свою большую семью. Если нужно, буду бороться с самой смертью, но не покину их. – Я всегда вернусь к тебе, Юс. Всегда.
Глава 15.
«…ИЗ-ЗА НЕГО ТОНУ В БОЛОТЕ…»
Валериан (20 лет)
– Пытать тебя – это чертовски нудное дело, – раздраженно ворчит Демьян, прежде чем моей спины касается плеть и опаляет кожу. Боль от удара пульсирует во всем теле и бьет по вискам. Но я не издаю ни звука, продолжая висеть на цепях с опущенной головой. – Удиви меня. Крикни разок, и я наконец-то смогу спокойно лечь спать.
Брат лжет. Пытки надо мной доведут его до такого состояния, что ему придется забыть о сне. Он будет мучиться всю ночь, вспоминая каждый удар, нанесенный мне. Но об этом знаем только мы с ним.
– И растрачивать свой голос на такую нелепость, как крики? – ровным тоном спрашиваю я.
– Высокомерная задница, – фыркает Демьян и наносит два удара подряд. Но они намного слабее предыдущих. – Между прочим, я бы не сказал, что у тебя шикарный голос.
– Он не просто шикарный, а самый шикарный, – парирую я. – Впрочем, как и его обладатель.
До моих ушей доносятся смешки, принадлежащие бойцам, которые следят сейчас за нами. Их веселит наша словесная перепалка. Они даже не подозревают, что мы с братом таким образом отвлекаем их.
– Че-е-ерт. Ты ведь действительно веришь в то, что говоришь, – ухмыляется Демьян. Раздался звук удара плети, но она не коснулась моей кожи.
– Потому что это правда. Я красив и обладаю чудесными вокальными данными.
– Ты хотел сказать чудными?
– Я хотел сказать то, что уже сказал.
Брат снова наносит мне удар. В этот раз он не щадит меня и достаточно сильно бьет по торсу. Я чувствую, как под грудной клеткой разрывается кожа и из раны сочится кровь.
– Зачем ты украл скальпель у своей шлюхи? – скучающим тоном интересуется брат.
– Он красивый. А я люблю красивые вещи.
– И как ты понял, что он красивый?
– На ощупь.
На самом деле я украл эту вещицу, чтобы увидеть Демьяна. Мы не виделись три месяца. Никто из братьев его не видел. Это начало беспокоить нас. Игнат мог избавиться от него или придумать более изощренные пытки специально для своего ручного Демона. Спросить о брате напрямую никто не мог. Пришлось искать более изощренный путь, и я нашел его.
– Долбанный псих, – рычит Демьян. Очередной удар приходится мне по пояснице. – На самом деле я очень рад, что ты это сделал. А то я соскучился по пыткам над тобой и твоими братьями. Пока проводил время с бойцами в СУ.
Брат понял, почему я это сделал, и дал мне необходимую информацию. Его держали в части. Пытки там проходят иначе. Нас запирают в холодной камере два на два, где есть только ведро и время от времени появляются насекомые. Всю одежду забирают, а еду приносят два раза в день. Плюс полное одиночество, которое окончательно сводит с ума.
– И как отдохнул? – Я растягиваю губы в подобие улыбки. Она точно выглядит ненастоящей, но это совершенно неважно. Главное – сыграть свою роль правильно.
– Слишком хорошо. – Демьян наносит ряд ударов по спине и прекращает пытку. – Игнат просил передать тебе, что сохранил скальпель. Если ты еще раз попытаешься что-то украсть, эта красивая вещица будет торчать из твоего мертвого сердца.
– Если у него есть хоть капля смелости, пусть придет и скажет мне это сам.
– Хочешь посмотреть ему в глаза? – Брат начинает смеяться в голос. – Забыл. Ты же не можешь видеть.
– Это нисколько не портит мою красоту.
Демьян замолкает и покидает камеру, оставив меня висеть на цепях. Весь вечер и ночь я жду, что Игнат придет со мной увидеться. Но этого не происходит. Отец боится сталкиваться со мной лицом к лицу. Ему известно, что я начну ковыряться в его голове и душе. В самых уязвимых местах, которых он страшится.
Глава 16.
«…ОН – ЭТО Я ИЛИ НЕ Я…»
Вивиен
2 февраля. 10:07.
Больше всего в этой жизни я ненавижу свой день рождения. Как по мне, это самый ужасный праздник. Я просыпаюсь злая. Хожу весь день злая. И засыпаю тоже злая. А еще мне постоянно хочется отрубить голову каждому, кто поздравляет меня.
Сегодня с самого утра эта честь выпала Раксалане, написавшей мне три холодных слова. Я даже не ответила ей, потому что еще не создали эмодзи с отрубленной головой. Но меня так и манил средний палец, кричащий «выбери меня». Благо, мне хватило терпения не делать этого. Я просто выключила мобильный, чтобы никому не отвечать, и вышла на работу.
Я с мрачным лицом открываю дверь библиотеки и надеюсь, что Валериан еще не на месте. Мне не хочется никого видеть. Единственное, чего я желаю, провести время наедине с книгами и расслабиться.
Перешагнув порог, я окидываю взглядом помещение и замечаю спящего на диване Власова. И он не один, а с ребенком, расположившимся на его груди. Малыш обнимает мужчину за шею и мирно сопит. Эта картина вынуждает меня замереть и вызывает улыбку на губах.
Я бесшумно закрываю дверь и на цыпочках крадусь к дивану. Медленно опускаюсь на корточки у подлокотника и вздрагиваю из-за внезапного прикосновения. Ладонь Валериана крепко сжимает мое запястье и причиняет боль. Приходится стиснуть зубы, чтобы не закричать. Мужчина не видит меня из-за повязки, но, сделав глубокий вдох, резко отпускает мою руку.
– Виви, – срывается с его губ едва слышный шепот.
– Да, – так же тихо отвечаю я.
– Очень больно? – Власов слегка хмурится.
– Не больно, – лгу я, разминая ноющее запястье.
– Я не хотел...
– Сама виновата, – перебиваю я его. – Не стоило к вам подкрадываться, когда вы спите.
Мужчина собирается еще что-то сказать, но малыш начинает ерзать во сне. Валериан тут же накрывает спину ребенка ладонью и гладит.
– Это ваш племянник? – догадываюсь я, разглядывая длинные ресницы мальчика.
– Да. Самаэль. – Власов поворачивает голову в мою сторону и тянется ко мне свободной рукой. Находит мое запястье и слегка нажимает на него пальцами. Я вздрагиваю, прикусив нижнюю губу. – А говорите, что не больно, – мрачно произносит он.
– Разве что совсем немного.
Я хочу встать и приступить к работе, но мужчина не дает мне этого сделать. Все еще держит, поглаживая большим пальцем кожу, покрывшуюся мурашками.
– Можете…
– Нет, – перебивает он меня, прежде чем притянуть к себе и оставить холодный поцелуй на моем запястье.
По моему телу проходит электрическая волна, вызывающая табун мурашек и бьющая по сердцу кнутом. Пульс ускоряется, а голос превращается в беззвучные вздохи. Я часто хлопаю глазами, пока Валериан повторяет свое действие. Мне не удается вырваться руку, потому что она не поддается. Тело не подчиняется.
– П-п-ерестаньте, – с трудом произношу я.
Валериан резко останавливается и выпускает мое запястье.
– Нам нужно серьезно поговорить, Вивиен, – стальным тоном шепчет он. – Сегодня же.
– О чем? – недоумеваю я.
– О том, что у меня есть к тебе чувства.
– Что? – У меня от шока широко распахиваются глаза. Я падаю на попу, в очередной раз уставившись на мужчину как на Призрака. Прокручиваю в голове его слова и говорю себе, что мне послышалось. Это неправда.
– Приступайте к работе, Виви. Как только Самаэль проснется, я отнесу его к Аурелии, а затем мы с вами побеседуем. – Почему-то слова Власова пугают меня. Все внутри сжимается и причиняет физическую боль.
Я медленно поднимаюсь с пола, буквально сбегая от Призрака. Хочу спрятаться от него за стеллажами, чтобы не слышать его голоса. Но я знаю, что это невозможно. Мне придется выслушать мужчину.
Чувства. У Валериана есть ко мне чувства. Уверена, они не дружеские. А что, если он предложит мне отношения? Если соглашусь, то к чему это приведет? А если не захочу быть парой? Примет ли мужчина мой отказ? Или попытается причинить боль?
Затаив дыхание, я сажусь у стеллажа и молча смотрю в одну точку. Прислушиваюсь к каждому шороху и с замиранием сердца жду, когда малыш проснется.
***
Валериан
Самсон был прав, сказав, что я не должен ничего решать за Виви. Следить за ней постоянно, не имея возможности прижать девушку к себе без повода, коснуться её, поцеловать, вдохнуть опьяняющий аромат ежевики становится все невыносимее. Алгоритмы в голове смещает одно только имя. Мне сложно сфокусироваться на работе, книгах и даже на семье. А такого раньше не происходило. Все изменилось с появлением Вивиен. Из-за нее я должен привыкать к новому себе. И терять это новое не в моих планах.
Пока Самаэль спит, я прислушиваюсь к каждому шороху в библиотеке. Слышу, как конфетка открывает и закрывает книги. Ее работа не идет в прежнем темпе. Все происходит слишком медленно и неуверенно, выдавая волнение девушки.
Наверняка мысли Виви сейчас заполнены мной и моими словами. Возможно, она уже думает над тем, как вежливо отказать мне. Ищет повод. Даже не подозревает, что у неё их очень много. Если бы ей было известно обо всем, что я сделал и продолжаю делать, девушка сбежала бы от меня, сверкая пятками. Но пока Вивиен в неведении, удача на моей стороне. Остается только решить, удивить её правдой или чувствами.
Самаэль начинает ерзать на моей груди. Ровное дыхание племянника сбивается, и он слегка привстает. До моих ушей доносится звук внезапный хлопок. Виви роняет книгу. Я чувствую её страх. Он заполняет собой все пространство вокруг, проникает в мою грудную клетку и окружает огнем сердце.
– Я отведу Сэма и вернусь, – сообщаю я девушке, прежде чем покинуть библиотеку.
Сэмми продолжает обнимает меня и зевает, пока мы идем по коридору. Мне приходится спустить повязку для безопасности ребенка. Обычно он продолжает всегда обнимает меня за шею, положив голову на плечо. Не смотрит в лицо. Но сегодня чадо решает испытать меня.
Племянник запрокидывает голову назад и буравит меня взглядом. Я упрямо избегаю этого контакта, но надолго моей выдержки не хватает. Остановившись, я встречаюсь с ним глазами и замираю. Последние пару дней Демьян просил меня смотреть полминуты на Сэмми без балаклавы и у меня получалось, поэтому сейчас это не должно отрицательно повлиять на меня. Я жду, что Сэм проявит хоть какие-то эмоции. Однако этого не происходит. Мы просто смотрим друг на друга несколько секунд. Мое тело леденеет от напряжения.
Я не хочу пугать ребенка отсутствием эмоций. Но улыбнуться ему тоже не могу. Обычно это выходит пугающе. Возможно, если я постараюсь, все будет хорошо. Легкая улыбка. Нужно просто напрячь мышцы лица, и я пытаюсь это сделать, наблюдая за реакцией Самаэля. Не уверен, смогу ли смотреть на него, если он проявит эмоции.
Когда мои губы растягиваются в широкой улыбке, Сэмми начинает громко смеяться. Настолько ярко, что это никак не отталкивает меня от него. Наоборот, я наблюдаю за ним, как завороженный, словно увидел чудо.
Кажется, моя улыбка пугает не всех…
Вивиен
Семнадцать минут. Именно столько времени я смотрю на экран мобильного, гипнотизируя цифры и считая секунды до возвращения Валериана. Работа стоит, потому что я не могу пошевелиться. Меня периодически передергивает от волнения. Но этого бы не было, если бы не мои чувства к мужчине. Они есть. Не такие сильные, чтобы назвать их любовью. Всего лишь огонек, который еще не превратился в пожар. Мое сердце пока принадлежит мне. Не полностью, но принадлежит.
Я вздрагиваю, когда дверь в библиотеку распахивается. Хватаю первую попавшуюся книгу и открываю её. Пытаюсь вчитаться в текст, чтобы отвлечь себя. Не удается. Чем ближе шаги, тем болезненнее сжимается мое сердце. Оно словно рвется воссоединиться с тем, кто греет его своим холодом.
Власов приближается ко мне сзади, и все мое тело каменеет от напряжения. Я ощущаю его пристальный взгляд на себе. Чувствую, что он стоит совсем рядом.
– Вивиен, – раздается над ухом его шепот, прежде чем мужчина хватает меня за талию и поворачивает к себе.
Я сжимаю его футболку на груди, встречаясь с ним взглядом. Мои руки слегка дрожат, а дыхание сбивается. Валериан смотрит на меня так, словно я уже принадлежу ему. Словно поймал в свой капкан, из которого невозможно выбраться, и хочет, чтобы мы оба в нем горели, обнажив свои души.
Призрак запускает руку в мои волосы и слегка наклоняется вперед. Прижавшись своим лбом к моему, прикрывает веки. С каждой секундой его хватка на моей талии усиливается. Он вжимает мое тело в свое, будто пытается сделать нас единым целым.
– Ты заставляешь меня чувствовать, Виви. Рядом с тобой все иначе, – хриплым голосом произносит Валериан. – За три недели я пережил больше эмоций, чем за всю свою жизнь. И мне сложно держаться на расстоянии от тебя. Сложно не обнимать, не целовать, не вдыхать твой аромат.
Мужчина тянет мои волосы назад и смотрит мне в глаза. Приблизившись, касается кончиком своего носа моего. Я чувствую, как быстро бьется его сердце, ритм которого совпадает с моим.
– Я даже не знаю, о чем тебя просить, – рычит Власов. – Попросить быть моей или дать мне шанс. Попросить все то, что ты не побоишься отдать. Черт возьми, хоть каплю внимания. Ты уже нужна мне как гребаное сердце в груди. Но я не знаю, нужен ли тебе такой, как я.
Мои глаза наполняются слезами. Не пойму, это из-за переизбытка эмоций или волнения. Крупные капли скатываются по моим щекам и шее. Валериан ловит их губами, параллельно снимая мои очки. Все вокруг становится мутным, кроме его лица, которое так близко к моему.
– Не отвечай мне сразу. Я дам тебе время подумать. – Губы мужчины достигают подбородка и опускаются к шее. Обжигают, сводят с ума и лишают власти над собой. Во мне ни на мгновение не просыпается желание оттолкнуть его и прекратить все это. – У тебя есть неделя. Ты можешь спокойно решить, хочешь ли принадлежать мне. Все это время наши отношения будут такими же, как прежде. Я не нарушу дистанцию.
