Текст книги "Мертвец (СИ)"
Автор книги: Люция Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 30 страниц)
– Виви. – Валериан подходит ко мне сзади и, обняв за плечи, целует в макушку. – Идем. Нам нужно расписаться.
– Иду.
Мы входим в гостиную, где потихоньку собирается вся семья. Валериан сажает меня рядом с собой и в полной тишине, которую страшно нарушить: то ли из-за волшебства, парящего вокруг невидимой пыльцой, то ли из-за важности момента, мы подписываем протянутые нам бумаги. Демьян и Рагнар становятся нашими свидетелями. Но это больше похоже на то, что они берут ответственность за нашу маленькую семью на себя. Как обещание заботиться и помогать.
– Поздравляю! – вскрикивает Юсейра, как только регистратор покидает замок. Мужчина сидел здесь как на иголках, и после его ухода стало как-то спокойнее.
– Спасибо. – Я улыбаюсь, прежде чем подняться из-за стола.
– А теперь марш все обедать. Я сделал для вас несколько десертов, – воодушевлено говорит папа. Он обнимается меня и целует в макушку. От него исходит такая защита, которую невозможно описать словами. Наверное, каждая девочка чувствует её, находясь в объятиях отца. Будто ты в любой момент можешь спокойно пойти против всего мира.
– Я готов на это посмотреть. – Исаак первым покидает гостиную. Аппетит этого парня не перестает меня удивлять.
Я не спешу выходить и остаюсь наедине с Валерианом. Он все еще сидит на своем месте и, сняв очки, пристально смотрит на меня. Скользит взглядом по моей мешковатой одежде и думает над чем-то.
– Ты не идешь? – спрашиваю, запахивая кардиган.
– Иду. – Власов встает напротив меня и, обхватив ладонями мое лицо, целует в лоб. Прикосновение его холодных губ вызывает приятные мурашки в теле. – Ты подумала над тем, какой подарок хочешь?
– Да. – Идея пришла внезапно. Словно гром ударила в голову и поселилась там в качестве мечты.
– И? – Валериан смотрит мне в глаза, поглаживая большими пальцами мои скулы.
– Хочу книгу, – шепчу я, накрыв ладонями его грудную клетку. – Хочу, чтобы ты написал для меня книгу. Нашу историю. Ту, что я смогу дать тебе прочитать. Ту, что я смогу прочитать сама. Перенеси наши воспоминания и чувства на бумагу, родной. Пусть она живет даже после нашей смерти.
Мое желание ничуть не удивляет его. Он берет меня за руку и просто тянет за собой. Мы поднимаемся в его спальню, где на столе лежат два дневника. Один – Валерии Родочинской, а второй... Не может быть.
Валериан открывает ежедневник и протягивает его мне. Я с замиранием сердца скольжу взглядом по первой странице и читаю то, что вонзается в сердце навсегда.
«Первая встреча.
Она пронеслась мимо меня как вихрь, оставив после себя лишь хаос и аромат ежевики. Первая прогулка в парке с семьей стала толчком к моему разрушению. Впервые я пожалел о том, что слеп, потому что упустил ангела, возникшего из ниоткуда и также быстро исчезнувшего.
С возвращением зрения я постоянно посещал парк и, как истинный верующий, ждал, что ангел явится вновь. Дни проходили, но она не появлялась. А моя одержимость ею становилась все сильнее и сильнее. И даже месяцы ожидания, превратившиеся в год, не изменили этого. Я ждал её, когда она даже не знала обо мне. Ждал, не имея представления о том, как она выглядит».
Сглотнув слюну, я поднимаю глаза и удивленно смотрю на Валериана.
– Это прав…да? – срывающимся голосом спрашиваю я, на что он просто кивает.
В мгновение все вдруг меняется. Наша встреча. Наши разговоры. Его ночные визиты. Слова, в которых больше смысла, чем я думала.
«– А если чувства появились с момента первой встречи?
– Намекаете на любовь с первого взгляда?
– Разве обязательно нужно видеть?»
– Разве обязательно нужно видеть? – повторяю я шепотом, опускаясь на край кровати. – Разве обязательно нужно видеть?
– Совсем не нужно, Виви. – Валериан становится передо мной на колени и ласково смотрит в глаза. – Совсем не нужно.
Я поддаюсь вперед и крепко обнимаю его за шею. Из горла вырываются всхлипы, а слезы градом скатываются по щекам. Все обретает иной смысл. Еще глубже. Еще крепче. Еще безумнее.
– Я ждал тебя, конфетка. – Мужчина целует меня в шею. – Искал, но ты сама меня нашла. Вновь неожиданно появилась и также неожиданно исчезала.
– Валериан… – Все мое тело дрожит от переизбытка чувств. Пальцы путаются в волосах, пока я судорожно глажу его. – Обещаю, что больше никогда не оставлю тебя. Никогда.
– Не оставляй, Виви. Лучше прогони меня, но не уходи сама. Иначе я потеряюсь в этом мире.
– Ты никогда не потеряешься, родной. – У него всегда будет свой мир. Здесь. И даже если он разрушится, я построю новый из своих собственных костей и сосудов.
Глава 46.2
Валериан
Ничего не изменилось. Свидетельство о браке не подпитало мою одержимость Вивиен. Оно не подарило покой и чувство, словно я приковал её к себе всеми возможными способами. Монстр кричал, что она все еще не моя. Не понимаю, чего именно ему хотелось. Вынуть из Виви сердце и посмотреть, вырезано ли на нем мое имя? Или, может быть, поглотить ангельскую душу?
Нет. Всего этого слишком мало. Ему необходимо нечто большее. Нечто, что свяжет нас даже после смерти. Ему необходима ответная одержимость, чтобы наши души преследовали друг друга за пределами мира и Вселенной. Чтобы мы одинаково разрушались, когда находимся на расстоянии. Чтобы единственным способом существовать стала наша близость.
Я окончательно обезумел, если впервые в жизни готов слиться с монстром и сделать его желание своим. Пусть мое сумасшествие станет общим. Пусть моя одержимость разделится на две части. Я согласен поделиться со своей женщиной.
Голоса в замке, поздравления и счастливые вздохи не доходят до моего разума. Они как фон, который я не слышу из-за Вивиен. Наблюдая за женой, я чувствую, как во мне просыпается желание обхватить ладонью её тонкую шею и до боли сжать. Ощутить, как ускоряется пульс и сбивается дыхание. Увидеть страх в глазах и отпустить Виви. Позволить ей расслабиться, а затем снова поймать в капкан.
Предположив, что рано или поздно сорвусь, я покидаю столовую и поднимаюсь в библиотеку. Сев за стол, беру в руки маркер и кручу его между пальцами. Прислушиваясь к тишине, жду, что скоро ее нарушат шаги. Они не будут тихими и тяжелыми. Они будут тревожными.
Одной из причин, почему я скрывал все от Виви, была именно тревожность. Сейчас она боится оставить меня одного. Боится, что в нужный момент её не окажется рядом. Сейчас моя женщина живет в страхе. И так будет всегда.
Я снимаю очки и ставлю их на стол, как только до моих ушей доносятся ее шаги. Бросаю взгляд на дверь, которую оставил открытой, и считаю.
Семь.
Шесть.
Пять.
Четыре.
Три.
Два.
Один.
Вивиен появляется в дверном проеме и впивается в меня внимательным взглядом. Переступив порог, накрывает ладонью живот и направляется ко мне.
– Мы будем готовиться к следующему экзамену? – спрашивает, слегка вскидывая брови.
– Нет. – Я раздвигаю ноги, и когда она встает напротив, сажаю её на бедро.
– Почему?
– Тебе нужно отдохнуть. – Поправляю очки Виви и откидываю назад её длинные волосы. – Может, поспишь немного?
– А ты?
– Я займусь своими делами. – Мне нужно проверить несколько документов и передать их Демьяну. Ему во многом нужна моя помощь.
– Тогда я посижу с тобой. – Вивиен искренне улыбается мне, но я знаю, что за этим скрывается. Её эмоции и чувства мне понятны, даже если скрыты от меня.
– Хорошо.
Виви встает и, схватив со стола мой дневник, подходит к дивану. Моя маленькая телохранительница поудобнее располагается на нем и начинает читать. Все мои мысли и мои чувства, прописанные в ежедневнике, становятся для неё открытой книгой. И если бы не её желание, то я не стал бы делиться этим, чтобы не видеть слез в глазах жены. Но Вивиен нужна наша история любви, а я не тот, кто станет отказывать ей в этом. Однако сейчас мне хочется поговорить кое о чем важном.
– Я подумал, что мы можем завтра посетить торговый центр, – говорю, открывая ноутбук и притягивая к себе стопку документов.
– Зачем? Ты хочешь что-то купить себе?
– И тебе. Разве ты ничего не хочешь?
– Нет. У меня все есть, – её голос становится слегка напряженным.
– Ты постоянно прячешься за этим кардиганом. Мне показалось, что это из-за того, что твои вещи стали слегка малы на беременность. Разве нет?
Виви растерянно смотрит по сторонам в поисках ответа. Но ей не удастся найти его, потому что я поставил её в безвыходное положение.
– Так ты согласна? – уточняю, бросив на жену внимательный взгляд.
– Да, – прочистив горло, отвечает она. Волнение в глазах Виви выдает кое-что важное для меня.
– Отлично. – Я возвращаюсь к работе. – Сегодня ложись спать обнаженной.
– З-зачем?
– У нас брачная ночь, – напоминаю ей. – И я уточнил у Лукьянова. Нам можно заняться сексом.
– Нет. Я… неважно себя чувствую, – лжет Вивиен. Голос выдает ее.
– Вызвать врача? – Вопросительно вскидываю бровь.
– Не нужно. Ничего серьезного. Просто немного болит голова. Я полежу, и всё пройдет.
– Как много лжи ради того, чтобы не обнажаться передо мной, – ровным тоном произношу я. – В чем проблема, конфетка?
Она сглатывает слюну и опускает взгляд на дневник. Закрыв его, поджимает губы.
– Есть что-то, что мешает тебе раздеваться при мне. Что-то, что заставляет тебя прятаться. Я бы сказал, что ты стесняешься своей фигуры во время беременности, но не уверен, что причина только в этом. Между нами что-то произошло в то утро, и ты не можешь выкинуть это из головы. Иначе давно рассказала бы мне обо всем.
Я встаю из-за стола и подхожу к жене. Сев рядом, беру ее ладони в свои.
– Расскажи мне, – как можно мягче прошу ее.
Вивиен опускает голову и прячется за шлейфом своих волос. Но я вижу, как дрожат губы жены.
– Ты сказал, что… что с такой фигурой, как у меня, мне светит только секс из жалости. – У нее вырывается всхлип. – Просто… – Она судорожно вытирает слезы. – Я знаю, что ты не помнил меня. Но если для тебя я была незнакомкой, то ты мог сказать правду.
Черт!
– Идем. – Я подхватываю Виви на руки и выношу из библиотеки.
– Что ты делаешь? – удивленно спрашивает она.
– Увидишь.
Направляюсь в нашу спальню и открываю дверь ногой. Заперев её за нами, вхожу в гардеробную и отпускаю Вивиен перед высоким зеркалом.
– Смотри на свое отражение, – требуя я, встав позади нее.
Коснувшись плеч жены, я снимаю с неё кардиган и бросаю в его сторону. Хочу избавиться от ее огромной футболки, прячущей фигуру, но она держит края.
– Отпусти, – приказываю, наклонившись к её уху. – Иначе я сделаю это насильно, конфетка. Тебе в любом случае придется уяснить кое-что важное для себя. – Беру ладонь Виви и накрываю ею твердеющий член. – Ты очень наивна, если думаешь, что я способен трахнуть тебя из жалости. Скорее из гребаной одержимости войти в твою киску и вновь почувствовать, как она сжимает меня. Поставить тебя на колени и как следует трахнуть твой красивый ротик. А затем нагнуть тебя и войти в твою девственную попку. Я не буду испытывать жалость, когда ты выдоишь из меня каждую каплю спермы. Наоборот, я трахну тебя еще раз, а затем как следует вылижу, потому что мне чертовски нравится твой вкус. Я очень сильно соскучился по нему, – рычу, обхватив второй рукой ее шею. – И я, блять, совсем не испытывал жалости, когда дрочил в ванной, представляя твое обнаженное тело под собой.
Глава 46.3
Вивиен смотрит на меня с широко распахнутыми глазами. Ее ротик слегка приоткрыт, и мое воображение уже рисует картину, где я вгоняю в неё твердый как камень член. От волнения она не замечает, как сжимает его в своей ладони. А мне хватает этой маленькой заминки, чтобы поддаться монстру.
Я, блять, скучал. Я, сука, очень сильно скучал по ней. Без неё мое существование становится разрушением. Я изголодался по ней. Она нужна мне. Нужна как дыхание. И это дыхание сейчас сливается с её ароматом, превращая весь воздух вокруг в яд.
Никакой нежности и сдержанности не остается. Животный порыв берет вверх, и я просто рву футболку Виви вместе с лифчиком. Она вздрагивает, но это не останавливает меня. Я хочу обнаженное тело моей женщины. Хочу все, что она может дать. И нерешительное сопротивление не останавливает меня, когда я избавляю её от остальной одежды.
Мой взгляд скользит по груди Вивиен, которая стала больше и выглядит так, словно требует моего внимания. Выпирающий живот делает ее еще сексуальнее, желаннее. А эти круглые бедра… Проклятье. Я хочу, чтобы она села мне на лицо, пока я буду доставлять ей удовольствие и блуждать ладонями по этой сочной фигуре.
Конфетка пытается прикрыться руками, спрятать от меня это блаженство. Но это мое. Все это принадлежит мне, и она не может лишать меня возможности наслаждаться ею.
– Нет. – Я прижимаю её спиной к груди, обвивая одной рукой за плечи. – Ты не будешь прятаться. Смотри в зеркало и наблюдай за тем, что я буду с тобой делать. Не смей отрывать взгляда от моего лица, Виви. Ты обязана видеть, что на нем нет ни капли жалости, когда мой член находится в тебе.
Вивиен собирается что-то сказать, но я не позволяю ей этого, зажимая её рот свободной ладонью. Вижу в глазах жены панику и упиваюсь этим. Сердце грохочет в груди от предвкушения, как и мой изнывающий член.
Мне нравится то, что она полностью раздета, в то время как я все еще одет. Нет ничего прекраснее моей обнаженной жены в руках такого монстра как я. Она – шедевр, а я её проклятье.
***
Вивиен
Мне казалось, что боль, чувство стыда и неуверенность в себе станут сильным рычагом давления на саму себя. Но как же сильно я ошибалась. Я забыла, что мужчина, с которым связала свою жизнь, не примет моих страхов. Мое «нет» он разрушит одним своим взглядом. Поглотит всю душу, показав мне монстра во всей красе.
Из-за Валериана я пошла против всех принципов. Он сломал лестницу, по которой я шла по жизни, и построил новую. И каждая ступенька – это тьма. Но, черт возьми, она так прекрасна, что мне безумно хочется смешаться с ней.
Валериан проводит языком по ушной раковине, поглощая меня глазами. Его взгляд – это мрак, грех, Дьявол.
– Никакой жалости, – рычит он. – Только чистая похоть, одержимость.
Мужчина стягивает с себя футболку и бросает её в сторону, а затем избавляется от штанов. Оставшись полностью обнаженным, подталкивает меня к широкому зеркалу.
Одна его ладонь оказывается на моей шее, а вторая скользит по телу и добирается до клитора. Мое тело давно горит, и я чувствую влагу, по которой скользят его пальцы. Валериан подносит их к своему лицу и, довольно ухмыльнувшись, облизывает.
– Ты на вкус как грех, о существовании которого не знает никто кроме меня, маленькая нимфа.
Господи, спаси мою душу. Я вижу Дьявола в лице своего мужа и хочу принадлежать ему. Видимо, меня уже не спасти.
Валериан накрывает ладонями мою грудь и начинает массировать её. Его твердый член прижимается к моей ягодице, будто обжигая кожу. Он имитирует толчки, вынуждая стонать от желания. И внезапно взгляд мужчины меняется. Клянусь, я вижу в серо-зеленых глазах падение.
Он наматывает мои волосы на кулак и резко входит в меня сзади. Не дает мне ни секунды привыкнуть к нему и сразу начинает трахать. Я накрываю ладонями поверхность зеркала, чтобы удержаться. Закатываю глаза от удовольствия. Кажется, именно это нам обоим сейчас необходимо. Просто животный секс, чтобы прийти в себя.
– Не отводи взгляд, – приказывает Валериан, сжав мою ягодицу.
Шлепки наших тел разносятся по гардеробной, смешиваясь с глубокими вздохами и стонами. Моя грудь подпрыгивает после каждого толчка. Я пытаюсь смотреть на лицо Валериана, на котором действительно нет ни капли жалости. Только удовольствие. Как же он красив. Это не передать словами. Мужчина словно родился, чтобы излучать похоть.
Я царапаю зеркало, и мои руки начинают дрожать от подступающего оргазма. В этот момент Валериан замедляется и делает это специально.
– Ты кончишь только при одном условии, – говорит, хищно разглядывая меня.
– Каком? – Мне хочется получить разрядку. Немедленно. Иначе я сойду с ума.
– Вновь будешь спать обнаженной, – требует он.
– Я… я согласна.
Мужчина с рыком вбивается в меня, ускоряя толчки. Его пальцы оказываются на моем клиторе, который он грубо массирует. Зубы впиваются в шею, и я кричу от удовольствия. Все тело прошибает током, и мои ноги подкашиваются. Я все еще кончаю, когда оказываюсь на четвереньках, а Валериан, опустившись одновременно со мной, продолжает трахать меня.
– Ты будешь засыпать голая в моих объятиях каждую гребаную ночь. – Его рокот достигает моих ушей и совершенно путает мысли. – Ты будешь просыпаться рядом со мной обнаженной.
– Да! – Я на все согласна. На все.
– Ты не будешь прятать себя от меня. – Он убьет меня.
– Не буду.
– Потому что ты прекрасна. Ты идеальная для меня, Виви. – Валериан делает последние толчки и кончает. – Твое тело идеально подходит мне. Твоя душа идеально сочетается с моей.
Он обнимает меня сзади и укладывает на пол. Нависая сверху, тяжело дышит, но не дает себе и мне времени прийти в себя. Наклонившись вперед, посасывает мои соски и лижет их. Я извиваюсь под ним, царапая его торс.
– Твои сиськи стали больше. Мне необходимо трахнуть их, Виви.
– Сделай это, – прошу я, выгибая спину. – Все что угодно, только не переставай прикасаться.
– Не перестану, даже если мир вокруг начнет рушиться. Не сейчас. Не сегодня, конфетка. Этот проклятый день принадлежит нам. И лучше бы он не заканчивался.
Действительно. Лучше бы не заканчивался.
Глава 47.1
«…ДА. ПУСТЬ ПОДДАМСЯ Я ПОРОКАМ…»
Вивиен
10 августа. 10:31.
– Знаешь, в чем секрет этого румянца на пирожках? – Максим закидывает на плечо кухонное полотенце и выключает духовку.
– В чем? – Я наклоняюсь вперед и смотрю на пирожки, которые безумно хочу попробовать. Еда, приготовленная папой, превратилась в мой личный наркотик. Она поднимает мне настроение. А последний экзамен, который я сегодня сдала, добавляет радости.
– В пяти минутах. Нужно оставить их в духовке еще на пять минут после полного приготовления.
– Я запомню, – шепчу, словно этот секрет может вырваться за пределы этой кухни.
– У меня есть книга рецептов, которая принадлежит моей семье. – Максим выпрямляется. – Ты обязательно должна заглянуть в неё. Это наше наследство. Возможно, в будущем один из моих внуков станет поваром, и эти рецепты ему пригодятся.
– А я не смогу им стать? – Я подозрительно щурюсь.
– Моя дочь может стать кем угодно. – Максим выпускает смешок, ласково разглядывая меня. – Но мне почему-то кажется, что ты выберешь жизнь в библиотеке, а не на кухне. Разве нет?
– Думаю, я везде успею, – воодушевленно говорю, хлопнув в ладоши.
– Я в тебе не сомневаюсь. – Он достает большие тарелки и ставит их на кухонный островок. – Кстати, как там мои внуки? Дали тебе поспать вчера или вновь устроили бои без правил?
– Поспали. Не знаю почему, но они успокаиваются только рядом с Валерианом. – Я опускаюсь на стул и задумываюсь. – Может быть, это из-за его температуры тела? Он всегда холодный.
– Возможно. – Папа пожимает плечами. – Или дело в том, что они чувствуют своего отца. Хотя если поглядеть на Сэма, то можно сделать другие выводы. Ребенок часто использует Валериана в качестве матраса. Ему нравится спать с ним.
В голову закрадываются воспоминания о том дне, когда я застала Валериана в библиотеке вместе с Самаэлем. В тот день он признался мне в чувствах. Так легко и просто. Мужчина даже написал об этом в своем дневнике, который я с удовольствием читаю перед сном. Каждая строчка в нем вызывает у меня слезы, потому что идет от души.
– Готово. – Папа достает пирожки и перекладывает их с противня в тарелку. – Будешь пробовать?
– Конечно. – Я подхожу к островку и забираю всю тарелку. – Отнесу остальным.
Выхожу из кухни и направляюсь в гостиную, где сидят Аурелия и Юсейра, приглядывая за детьми, пока Сергей вытирает полы. Мужчина постоянно выглядит недовольным. Мне кажется, он мечтает отлупить шваброй каждого человека в этом замке.
– Кто хочет пирожков? – спрашиваю я, привлекая к себе внимание.
– Наконец-то готово. – У Юсейры загораются глаза. – Я уже не могла терпеть этот аромат, доносящийся из кухни. – Она берет сразу несколько штук.
– Приятного аппетита. – Я сажусь на диван между девочками и смотрю на мальчишек, спешащих ко мне. Самаэль подбегает первым. Он протягивает по одному пирожку близнецам, которые стараются подняться на ноги, держась за него, а себе берет два.
– Я даже не представляю, что будет, когда они подрастут, – озадаченно произносит Аурелия.
– Даже не пытайся представить. – Юсейра закатывает глаза. – Все равно они переплюнут все твои представления.
Я выпускаю смешок, наблюдая за детьми и думая над тем, какое будущее их ждет. Фамилия дает им власть, и это вовсе не подарок судьбы, а тяжелая ноша. Власть ограничивает свободу, порой лишает нас выбора. Личная жизнь становится публичной. А спрятаться в замке не получится. Им в любом случае придется покинуть стены крепости. Хотя я больше склоняюсь к тому, что крепостью для детей будет вовсе не замок, а семья.
Конечно, нельзя назвать Власовых здоровыми. Их души прошли через ад и принесли с собой множество шрамов. Но именно из-за этого они сделают все, чтобы ни один ребенок в семье не рос в боли.
– Мартышки, что делаете? – Алан врывается в гостиную и сразу подходит ко мне за пирожками.
– Не испачкай ковер! – вскрикивает Сергей, испепеляя взглядом младшего близнеца, футболка и штаны которого заляпаны краской.
– Не истери. – Младший близнец бросает мужчине пирожок, и он ловко ловит его. – Я попрошу у Самсона выписать тебе успокоительные. Ты ненормальный.
– Будто здесь есть кто-то нормальный.
В чем-то Сергей прав. В этом замке нет никого полностью нормального. Разве что дети. Но это вопрос времени, когда их тоже сведут с ума.
Я перевожу свой взгляд с Алана на межкомнатный проем, в котором стоит Валериан. Он прислоняется плечом к дверному косяку и, слегка опустив очки, смотрит на меня. Мои щеки покрываются румянцем под его пристальным взглядом. Приходится прервать зрительный контакт, чтобы не превратиться в рака на глазах у всех.
– Демьян и Рагнар еще не вернулись? – Валериан подходит ко мне и садится передо мной, прислонившись спиной к моим ногам.
– Нет, – отвечает Аурелия. – Что-то они задерживаются сегодня.
– Это из-за ливня. – Исаак входит в гостиную с ноутбуком в руках. Взяв себе несколько пирожков, садится за стол. – Дорогу в замок затопило. Они добираются объездными путями.
– Им не стоило сегодня выезжать. – Валериан запрокидывает голову назад и кусает пирожок, который я держу в руке.
– Сегодня собрание министров. Им нужно было там присутствовать, – недовольно говорит Юсейра.
С момента моего появления в замке я не помню ни одного дня, когда Демьян и Рагнар не выезжали бы никуда. Префекту приходится посещать важные мероприятия, следить за тем, как идет работа министров и многое другое. А начальнику СУ необходимо сопровождать его. Они часто поздно возвращаются в замок и всегда выглядят уставшими. Но все равно стараются уделить внимание семье.
– Эта участь ждет и нас. – Алан ухмыляется. – Придется носить рубашки и брюки.
– Ради кресла министра придется чем-то жертвовать, – равнодушно произносит Исаак, уткнувшись взглядом в ноутбук.
– Кстати об этом. – Валериан поправляет свои очки и смотрит на братьев. – Нам необходимо чем-нибудь заняться до получения образования. Мы не можем стать министрами просто так. Каждый должен работать в определенной отрасли. И будет лучше, если на следующих выборах вы двое не станете выдвигать свою кандидатуру. Нужно обыграть все иначе.
– Я уже думал над этим. Чем ты предлагаешь нам заняться?
– Я открою юридическую компанию и стану адвокатом. Никто не знает, что у нас нет образования. Это сыграет нам на руку. Вам не помешает начать свой бизнес, который будет приносить стабильный доход. А Рагнар и так является начальником СУ. У него не будет проблем с вступлением в должность.
– Это несложно. – Исаак откидывается на спинку кресла и задумывается. – Я могу составить бизнес-план.
– А я сумею воплотить его в реальность, – твердо говорит Алан. – За несколько лет мы преуспеем.
– Демьян говорил об этом на днях, – вдумчиво произносит Аурелия. – У него были свои идеи на этот счет. Но вам лучше самим спросить обо всем.
– Если… – Валериан замокает, потому что в гостиной появляется Кода. Мужчина смотрит на него с каменным выражением лица.
– Валериан, Исаак, Алан, вам нужно пойти со мной. – Его низкий и сдавленный голос вызывает тревогу.
– Зачем они тебе? – спрашивает Юсейра.
– Мне нужна помощь кое с чем. – Кода кивает в сторону выхода и в спешке покидает гостиную. Ребята сразу направляются за ним.
– Что-то случилось. – Аурелия поднимается на ноги, держась за живот, и параллельно звонит кому-то. Предполагаю, что Демьяну. Но её звонок останется без ответа. Однако она вновь повторяет свою попытку дозвониться до мужа.
Меня начинает сковывать очень плохое предчувствие. Грудную клетку сдавливает. Я замечаю, как папа пробегает мимо гостиной. Куда он так спешит?
– Мобильный Рагнара вне зоны, – сдавленно произносит Юсейра.
Глава 47.2
Валериан
– По пути в замок произошел взрыв, – хриплым голосом сообщает нам Кода. – Один из минивэнов взлетел в воздух. Ударная волна повредила и остальные.
Если бы мой мозг был похож на часовой механизм, то шестеренки в нем сейчас наверняка бы заело на миллисекунды, прежде чем он вновь заработал в привычном режиме. Разум словно блокирует полученную новость, не позволяя ей ворваться в сердце. Но барьер скоро рухнет, и меня вновь унесет из настоящего в неизвестность.
– Где Демьян и Рагнар? – ровным тоном спрашиваю я, перебирая в голове несколько вариантов с положительным исходом. Периферийным зрением замечаю Максима, вставшего рядом со мной.
– Тания выехала с командой, чтобы найти их. Кортеж ехал через лес. Из-за ливня на дорогах образовались ямы, и их сложно заметить. Если даже кто-то спасся, то будет очень непросто разыскать их.
– Черт. – Алан делает несколько шагов вперед и останавливается. Обернувшись, вновь возвращается к нам. – Девочки и дети. Они... Что делать?
– Исаак, останься в замке с Максимом, – спокойно говорю я. – Мы с Аланом поедем искать Демьяна и Рагнара.
– Ты уверен? – встревоженно спрашивает старший.
– Нет. – Мой разум превратился в такую кашу, что я уже ни в чем не уверен. Это игра на внезапность, в которой мне не победить. – Но другого выбора нет. Останься.
– Что сказать девочкам?
Лгать сейчас не самый лучший вариант. Но поступить иначе не получится. Аурелия ни в коем случае не должна знать о Демьяне. Впрочем, как и Виви, потому что ей известно, какие последствия нас ждут. А Юсейра не сможет усидеть на месте, узнав правду. Именно поэтому я нахожу один единственный выход.
– Скажи, что минивэны застряли в лесу. Дорогу слишком сильно затопило, и они не могут проехать. Пройти своим ходом тоже не получится, поэтому мы будем искать способ вытащить оттуда Демьяна и Рагнара.
– Хорошо.
– Не подавай виду, что все плохо.
Исаак кивает мне и провожает до гаража. Я беру автомобиль Максима, потому что мой спорткар явно сразу застрянет.
– Поедем на одном автомобиле, – говорю Алану и Коде, достав из своей машины трость.
– Может лучше на разных? – предлагает младший.
– Нет. Лучше на одном. – Бросаю ему ключи, чтобы не рисковать. От меня сейчас можно ожидать всего. – Садись за руль.
Мы выезжаем из замка и едем в сторону дымовой завесы, образовавшейся над лесом. Приходится съехать с асфальтированной дороги и замедлить ход, чтобы не угодить в яму.
Проехав небольшой отрезок пути, мы натыкаемся на минивэны, из которых выходят безликие и Тания. Заметив нас, женщина подходит к нашему автомобилю, с трудом шагая по грязи.
– Почему вы остановились? – спрашиваю я, спустив стекло.
– Дальше не проехать, – отвечает женщина. – Придется идти пешком.
– Ты пыталась выйти на связь с Цербером? – интересуется у неё Кода, выскользнув из салона.
– Да. Никакого ответа, – поникшим голосом произносит начальница ЧК.
– Если даже он не отвечает, то... – Рахманов не заканчивает предложения, но мне уже ясно, что мужчина хочет сказать.
Цербер – машина для выживания. Этот боец всегда найдет способ вытащить Префекта, рискуя собственной жизнью. Если он мертв, то шансов, что Демьян и Рагнар живы, очень мало.
– Нужно выдвигаться, – напоминаю им, окинув взглядом дорогу.
– И побыстрее, – встревоженно произносит Алан.
– Держись позади меня, – заранее говорю брату.
Я иду вперед всех, проверяя тростью каждую лужу под ногами и предупреждая об опасности. Несколько безликих следуют моему примеру и используют длинные ветки деревьев.
– Черт! – вскрикивает кто-то из бойцов, поскользнувшись и упав лицом в грязь.
– Смотри под ноги, Сфинкс, – раздраженно бросает ему Кода. – Неуклюжий мальчишка.
– Отстань от него. Он новичок и еще не приспособился, – огрызается Тания.
– Со мной всё в порядке. Если вдруг вам интересно, – откашлявшись, говорит боец.
– Идите молча, – перебиваю их я.
Шум дождя и так мешает мне прислушиваться к звукам вокруг. Голоса отвлекают еще сильнее. А я не могу полагаться только на зрение. Тем более в такую погоду.
Когда конец трости натыкается на что-то твердое, напоминающее металл, я останавливаюсь. Бью по небольшой луже еще раз и выталкиваю из неё боковое зеркало минивэна.
– Блять! – Алан наклоняется вперед и поднимает зеркало. – Взрыв был слишком мощным, раз деталь долетела до сюда.
– Нет. – Я показываю ему на след от ботинка. – Его специально сюда бросили. Нужно идти в ту сторону. – Указываю на спуск. – Если они ранены, то подняться не хватит сил. И лучше бы нам поторопиться. Там начала образовываться река.
– Я останусь здесь вместе с Акулой. Мы привяжем несколько веревок к деревьям, – говорит Тания. – В случае чего, скинем их вам.
Оставив их позади, мы спускаемся по склону. На этот раз поскальзываются несколько человек. Среди них оказывается Алан. Его чуть не уносит вниз, но я успеваю поймать младшего за запястье.
– Держу. – Я тяну брата на себя. Кода помогает мне, схватив его за вторую руку.
– Черт. – Младшему удается встать на ноги. – Я думал, меня унесет вниз.
– Унесет, если не будешь смотреть под ноги, – ворчит Рахманов.
– Будьте внимательны. Здесь слишком скользко. – Я вновь иду впереди всех, держась за стволы деревьев. – Демьян! Рагнар! – кричу, надеясь, что они меня услышат. Не допускаю мысли, что братья мертвы. Мы привыкли выживать, и убить нас не так легко, как кажется.
Спустившись вниз на метров сто, я слышу тяжелые вздохи. Они слегка прерывистые, словно человеку не хватает воздуха.
– Там кто-то есть. – Показываю Алану упавшее дерево, ветки которого находятся в реке, уже заполнившей дорогу.
Безликие спешат в ту сторону и оказываются на месте раньше меня.
