Текст книги "Мертвец (СИ)"
Автор книги: Люция Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 30 страниц)
– Ты читала дневник? – Валериан отстраняется и подхватывает меня на руки.
– Читала. Выделила кое-что милое для тебя. Прочитать?
– Прочитай. Он сажает меня на стол и проводит кончиком носа по моему. Незаметно достает из кармана леденец в виде апельсина и протягивает его мне.
– Спасибо, – шепчу, радуясь как ребенок, но на этом сюрпризы не заканчиваются.
Мужчина мягко смотрит на меня, а затем вытаскивает из-за спины красную розу. Я принимаю ее, мысленно летая в небесах из-за знаков внимания, оказываемых мне.
– Хочешь к морю, конфетка? – спрашивает, поправив мои очки на переносице. – Сегодня оно спокойное.
– Хочу. Если он попросит пойти с ним в ад, то я и на это соглашусь. Всё что угодно ради него.
– Идем.
Валериан аккуратно спускает меня со стола. Я успеваю схватить дневник его матери, а он – плед. Мы заглядываем на кухню и, взяв несколько кексов,
покидаем замок со второго выхода.
Дорога к морю слегка каменистая, но короткая. Нам удается быстро и без происшествий добраться до берега. Постелив на песок плед, мы устраиваемся на нем. Мужчина прислоняет меня спиной к своей груди, чтобы мне было удобно, и накрывает ладонью мой живот.
– Как все прошло в… части? – интересуюсь я, беспокоясь о том, что муж не захочет об этом говорить. А мне необходимо знать для собственного спокойствия.
– Медленно. Мне бы хотелось все ускорить, но это невозможно.
– Ты так спешишь из-за детей?
– Я их отец и должен уметь на них смотреть, читать эмоции. Если даже этого не смогу сделать, то в чем смысл моего присутствия в жизни наших детей?
Меня убивает то, что он думает, что не способен им ничего дать. Не желает становиться проблемой для них. Не знаю, это установка в голове или страх, спрятанный глубоко в душе. Но подобная мысль неверна. Валериан прекрасен, и наши дети будут его любить любым. Они будут его понимать. Обязательно.
– В любви, – отвечаю я. – Ты подаришь им отцовскую любовь, родной. И поверь мне, этого будет более чем достаточно.
– Я дам им больше чем достаточно, Виви. У них будет то, чего не было у меня и моих братьев.
Мои губы трогает улыбка:
– Вот видишь. Ты уже прекрасный родитель. Кстати о родителях. Слушай, что я тебе прочитаю. Открываю дневник и нахожу нужную страницу, которую принимаюсь читать:
«Мне удалось вызвать у тебя улыбку. Представляешь? Это, конечно, было тяжело. Клоуны, смешные рожицы и погремушка тебя совсем не веселили. Зато контейнер с мукой, упавший на мою голову, развеселил тебя как следует. И меня тоже. Потому что на твоем красивом лице появились эмоции.
Знаешь, я давно заметила, что ты не такой как другие дети. Ты особенный, Валериан. Ты моя единственная радость, сынок. Я рядом с тобой. Всегда помни об этом. Помни, что мама тебя любит, родной».
Я жду реакции от мужа, но её нет. Его взгляд скользит по прочитанным строчкам. Ищет. Не понимаю, что именно, поэтому жду, когда он сам мне объяснит.
Проходят минуты, и я догадываюсь, в чем дело. Осознание заставляет мое сердце сжаться от боли. Валериан пытается найти свои эмоции. Пытается почувствовать. И у него не получается.
– Валериан? – Я накрываю ладонью его щеку, чтобы он посмотрел на меня. Когда наши взгляды сталкиваются, хочу взреветь от несправедливости на весь чертов мир. Это нечестно. Это так нечестно. – Читай мои эмоции, чувства. Хорошо? Я буду чувствовать за тебя.
Мужчина замирает на мгновение. Вглядывается в мои глаза и видит всё, что ему нужно.
– Ты будешь моими чувствами, маленькая нимфа? – хриплым голосом спрашивает он.
– Буду. Я буду всем. Обещаю.
Точно так же, как можно стать зрением для слепого, слухом для глухого или словами для немого, я стану для него чувствами и эмоциями. Смешаю мою душу с его, и пусть в этой истории особенными будем мы оба.
Глава 54.1
«…Я МОНСТРОМ БЫЛ. Я ОН И ЕСТЬ…»
Вивиен
1 сентября. 13:21.
– Просто… нет слов, – восхищенно произносит Аурелия, увидев меня в свадебном платье.
Мне не пришлось бегать по салонам, ломая голову над тем, где его приобрести. Я, не раздумывая, позвонила Раксалане и сказала о том, что у меня скоро свадьба. Конечно, бабушка возмущалась по этому поводу. Как и всегда, бросалась колкими фразочками в сторону Валериана и Максима. Но как только высказалась, приступила к работе над платьем.
Я не была уверена, что ей хватит времени на меня. У неё много заказов, и сложно найти окошко в загруженном графике. Но она смогла. И сделала не только это. Бабушка создала шедевр за какие-то две недели и отправила его с водителем в Умбру. Приехать самой у неё не получилось. Ей всё-таки нужно было выполнить кучу заказов до моих родов.
– Твоя бабушка действительно знает свое дело, – восторженно произносит Юсейра.
Девушки с утра помогали мне собраться, несмотря на то, что Оливия пригласила команду знакомых визажистов. Помимо них, женщина нашла лучших декораторов, потому что мы решили сыграть свадьбу в замке, в кругу самых доверенных лиц. И теперь весь первый этаж напоминает сказку, в которой хочется остаться навсегда.
– Спасибо, – я улыбаюсь, разглядывая свое отражение. Мой образ превзошел все ожидания.
Платье А-силуэта прекрасно сидит на моей фигуре, подчеркивая выпирающий живот. Длинные рукава прикрывают половину ладони, оставляя заметными только пальцы. V-образный вырез достигает точки под грудью и обшит искусственными лепестками роз, сверкающими на свету. Плечи открыты, а длинная фата достает до пола и оставляет за собой небольшой шлейф.
Мои волосы распущены и заправлены за ухо. На них приклеили жемчужные капельки. Макияж нежный, раскрывающий мою красоту. А вместо очков на глазах линзы. Конечно, я чувствую себя комфортнее в очках, но они точно испортили бы образ.
– А украшения? – внезапно спрашивает Аурелия.
Об этом я как-то не подумала. Мне достаточно кольца на пальце.
– Украшения у Валериана, – раздается голос Максима. Папа входит в комнату и внимательно смотрит на меня. – Ты выглядишь как принцесса.
На моих щечках вспыхивает румянец.
– А ты так, словно сошел с обложки журнала, – делаю ответный комплимент.
Отец выглядит просто сногсшибательно в своем сером смокинге в блеклую синюю полоску. А его харизма… Этот мужчина бесподобен. Мама сорвала куш, когда встретила его.
– У меня для тебя кое-что, – Максим подходит ко мне и достает из внутреннего кармана пиджака футляр. Протягивает его мне. – Эти украшения не подойдут к твоему платью. Это просто подарок от меня на свадьбу.
Я забираю футляр и, переглядываясь с папой, открываю его. Мое лицо озаряет вспышка удивления, когда я вижу перед собой бриллиантовый комплект. Повеска, браслет, серьги и кольцо ярко сверкают в свете комнаты. Камни большие, размером с фалангу моего мизинца. Это не утонченная красота, а броская, кричащая.
– Шикарно, – оценивает Аурелия. – Можно надеть на какой-нибудь светский прием. Женщины будут грызть ногти от зависти.
– Было сделано именно с этой целью, – подмигивает ей папа.
– Но оно очень дорогое, – взволнованно говорю я.
– А ты думаешь, я бедный? – Максим вопросительно вскидывает бровь.
– Не знаю, – я натягиваю улыбку. Мы как-то не говорили о финансовой части нашей жизни. Да и не до этого было.
– Вивиен, – папа выпускает смешок. – Я работаю поваром не из-за того, что мне нужна эта работа.
– А почему?
– Потому что они с голоду помрут без меня.
С этим я согласна. Готовить на такое количество человек очень сложно. А когда в замке есть дети, то с этим почти невозможно справиться. Максим здесь самый важный и нужный человек. Ну и Сергей тоже. Без уборщика никак.
– Виви.
Я замираю, сжимая в руках футляр. По позвоночнику ползут мурашки, а в груди появляется волнение.
Валериан…
Медленно обернувшись, вижу мужа стоящим в дверном проеме. На нем надет полностью черный смокинг. Над галстуком блестит булавка, а к широкому лацкану пиджака прикреплена белая кустовая роза. В одной его руке трость, а в другой большая прямоугольная шкатулка. В отличие от меня он не стал заменять очки линзами. Просто потому что не мог. Но они никак не портят образ моего мужчины.
Валериан пристально смотрит на меня, медленно сокращая между нами расстояние, пока остальные бесшумно покидают комнату, закрыв за собой дверь. Встав напротив меня, ставит шкатулку на комод, наклоняется вперед и снимает очки. Его глаза находят мои, а ласковый взгляд так и шепчет о любви.
– Ты выглядишь… – Он прерывается, подыскивая подходящее слово.
– Как? – Уголки моих губ дрожат от желания улыбнуться.
– Как мечта, – заканчивает, охватывая двумя пальцами мой подбородок. – И я только сейчас понял, что значит мечтать.
Власов тянется к моим губам, обжигая их горячим дыханием и холодным прикосновением. Отстранившись, забирает у меня футляр и ставит его рядом со шкатулкой, которую открывает. Достает двойную подвеску с капельками из бриллиантов и надевает её мне на шею.
– В день нашей росписи я заказал для тебя украшения, – говорит, целуя меня в плечо. – Потребовалось время, чтобы ювелир сделал их для тебя. Все, что находится в этой шкатулке, принадлежит тебе.
А там немало ювелирных изделий. Кажется, сегодня меня решили осыпать бриллиантами. Пусть я и не ценитель всей этой красоты, но в данный момент чувствую себя девочкой, которой нравятся все блестящее.
На моих ушах появляются серьги, а на пальцах еще одно кольцо. Они завершают мой образ. И мне безумно нравится, что Валериан делает последние штрихи своими руками. Это как-то символично.
– Тебе нравится? – спрашивает он.
– Очень.
– Спустимся к гостям?
– Да.
Мужчина протягивает мне ладонь, и я вкладываю в неё свою, зачарованная его глазами. Он ведет меня за собой, словно зовет в новую жизнь. Не сказку. Нет. В реальность, которую мы сами превратим в сказку. Но у неё не будет конца.
***
Валериан
Демьян пригласил в замок небольшое количество гостей и приказал бойцам и безликим следить за каждым. Ввиду последних событий это было необходимо. Сейчас не самое лучшее время для торжеств, но и откладывать всё на потом несуразно.
Из-за недоверия к себе и своему здоровью я мог лишить свою женщину свадьбы. А я и так многого её лишил. Она заслуживает всего самого лучшего. Меня нельзя отнести к этому списку. Но я готов на всё, чтобы стать лучше. И я буду стараться. Каждую секунду своей жизни буду стараться для неё.
Мне приходится поздороваться с гостями, представляя им Вивиен. Брат пригласил Землякова с дочерью и Марка с супругой. В список гостей Виви входила только библиотекарь Зинаида. Возможно, в нем была бы и Ирен, если бы не страх моей жены, что девушка меня узнает.
В любом случае в интернете появится новость, что я женился на Виви. И риск быть обнаруженным есть всегда. Но в любом деле важны доказательства. А их нет и будет, потому я умею работать чисто.
– Почти все переженились, – фыркает Алан, встав рядом со мной, когда я остаюсь один.
– Боишься заразить? – Мой взгляд скользит по Вивиен, беседующей с Зинаидой и Юсейрой.
– Да. Мне кажется, эта хрень передается воздушно-капельным путем.
– Тебе не о чем переживать, – ухмыляется Исаак, охраняя закуски или решая, какую попробовать первой. – Ты точно не женишься в ближайшее время.
– Конечно не женюсь. Я не идиот.
– А мы, по-твоему, идиоты? – интересуется Рагнар, услышавший фразу младшего. Брат подходит к нам с бокалом шампанского в руке.
– Еще какие. Добровольно согласиться жениться. Никогда. Зачем мне это? Мне достаточно этих подгузников. – Указывает на детей, резвящихся во дворе с Алексеем и Оливией. – Не представляю, что будет, когда они подрастут.
– Ты состаришься, – ухмыляется Исаак.
– Кстати, тебе не помешало бы уделить внимание своей невесте. – Обращаюсь к старшему, бросая взгляд на Софию. Девушка пытается привлечь внимание своего жениха и постоянно мельтешит перед глазами. Хотя официально они друг другу никто. На её пальце нет помолвочного кольца.
– Пусть не подходит к этой накаченной кукле, – ворчит Алан.
– Это никогда не закончится, – вздыхает Рагнар.
– Возможно, когда он подрастет, – задумываюсь я. Хотя нет. Возраст ничего не изменит. Опыт? Да.
***
Аурелия
Как супруге Префекта мне необходимо постоянно находиться рядом с мужем, здороваясь с гостями и поддерживая любую беседу. Пусть присутствующих не так много, а собеседница у меня слишком раздражающая особа, это не дает повода сбегать от своих обязанностей. Но так хочется.
Пока Демьян обсуждает дела с Земляковым, я пытаюсь не разорвать на две части его дочь. Девушка слишком заносчива и беспардонна. Пытается привлечь к себе внимание крайне открытым нарядом. Еще немного, и ее грудь вывалится из-под платья. Но, видимо, ей этого недостаточно. Она говорит громче, чем следует. Я уверена, что у неё нет проблем со слухом. Ей просто хочется, чтобы Исаак посмотрел в её сторону. Это удастся только в одном случае. Если грудь Софии превратится в пирожное. И даже при таких обстоятельствах старший сто раз подумает, прежде чем подойти к своей невесте.
– Разве комфортно играть свадьбу во время беременности? – интересуется София, бросая изучающий взгляд на Вивиен. Ищет в ней изъяны. Как примитивно.
– Если они решили ее сыграть, значит им комфортно, – отвечаю вежливо, не треснув ее сумочкой по голове. А надо бы.
Не позорься, Аурелия.
– Почему не поженились раньше?
– Было некомфортно.
– Просто все выглядит так, словно они женятся из-за ребенка. Я уверена, что по Умбре распространятся не самые приятные слухи о них. Если, конечно, все не так, как я сказала. Тогда сплетни окажутся правдой.
– А ты, видимо, очень сильно печешься о слухах? – внезапно спрашивает Исаак, оказавшийся позади меня. Софии всё-таки удалось привлечь его внимание, но она выбрала не ту тактику.
– Неужели ты решил уделить мне внимание? – Девушка высокомерно ухмыляется, наконец-то понижая голос.
– Я задал вопрос, – ледяным тоном произносит старший. – Ты печешься о слухах?
Эта дура его разозлила. Пусть теперь сама с этим разбирается.
Освободив пространство между ними, я выдыхаю и направляюсь к Вивиен и Юсейре, уже заметившим, что что-то не так.
– София что-то не то сказала? – шепотом спрашивает Юсейра, поглядывая на Исаака.
– Возможно, она сказала что-то, что разозлило его, – отвечаю, бросая взгляд на панорамное окно, за которым вижу папу. Он стоит у коляски с моими девочками и наблюдает за остальными. Наверняка ждет, пока мама принесет им поесть.
В последнее время папа каждый день приходит в замок. Помогает мне с детьми и проводит с нами время. Чаще улыбается и реже злится. Алексей Дьяков меняется в лучшую сторону. Но между нами все еще есть недосказанность. И каждый раз, когда мы остаемся с ним наедине, это давит на меня.
– Эта девушка выглядит высокомерной, – как можно тише говорит Вивиен.
– Она такая и есть, – ухмыляется Юсейра.
– Мне кажется, ей не хватает внимания.
– Может быть, – поджав губы, отвечаю я.
А хватает ли внимания мне? Да. В последнее время его более чем достаточно. Просто потому что папа рядом.
– Релли, – голос Демьяна вынуждает меня оторвать взгляд от панорамного окна. Я оборачиваюсь, и его рука тут же оказывается на моей талии.
– Соскучился по мне? – лукаво улыбаюсь мужу, но в его глазах нет ни капли радости. Только серьезность, с которой он смотрит на меня. – Что-то случилось?
– Иди, Аурелия. – Уголок его губ поднимается. – Иди.
Мне не стоит никогда забывать, что этот мужчина всегда видит меня. Чувствует на расстоянии, как и я его. Он – дар. Какое-то благословение с небес. Правда, не знаю, за какие заслуги.
Наверное, я ждала именно этих слов, чтобы развернуться и пойти к папе. Чтобы полностью излечить свою душу, повзрослеть, оставив позади обиды, и начать все с чистого листа. Пора научиться прощать.
Мой отец тоже был ребенком. И я не могу винить папу в том, каким вырастили его родители. Но я рада, что у него хватило сил измениться.
– Ты сегодня за няню? – спрашиваю, встав рядом с ним и проверяя, спят ли девочки. Да. Они еще не проснулись.
– Да, – тепло отвечает папа. – Эрида и Рея очень сильно похожи на тебя в детстве, – говорит, улыбаясь одними губами.
– Тогда им повезло. Вырастут сногсшибательными красотками, – важно произношу я, на что он выпускает смешок.
– Ты всегда любила много болтать. Иногда я засыпал под твои нестандартные вопросы.
– Нестандартные?
– Да. Ты могла спросить, почему у птиц крылья на спине, а не на животе. Или почему мы не умеем менять цвет глаз, только подумав об этом.
– А что? Было бы прикольно менять цвет глаз, только подумав об этом. – Мой невозмутимый вид вызывает у папы беззвучный смех. – Под цвет одежды. И линзы не нужны. Во мне сидел маленький гений, но ты не понял этого.
– Наверное, – неожиданно серьезно произносит он. – Или я просто не хотел этого понимать. Даже когда ты повзрослела.
– Почему не хотел? – неуверенно спрашиваю я.
– Ты говорила о свободе, Аурелия, а я не знал, что это такое. Для меня твои слова были чем-то недосягаемым. Какой-то сказкой. Я видел только клетку, а ты уже искала ключ к двери. Пыталась нарушить все правила, бунтовала. – Папа грустно улыбается. – Знаешь, иногда я гордился тобой. Когда-то я и сам бунтовал. Ты напоминала мне меня.
– Тогда почему ни разу не сказал мне об этом? – Мои губы начинают дрожать, а на глаза наворачиваются слезы.
– В моей семье было не принято показывать чувства и говорить о них. Я привык к этому. Неправильные традиции формируют неправильные привычки. Я поздно это понял. Прости за это. Прости, что не говорил, как сильно люблю тебя, и воспитывал так, как воспитывали меня.
Папа обнимает меня за плечи и прижимает к своей груди. Я сдерживаю свой плач, чтобы гости не увидели этого. Чтобы со стороны мы просто казались мило обнявшимися отцом и дочерью.
– Я тебя тоже люблю, папа. – После этих слов с моих плеч падает груз. Боже! У меня никогда не было возможности сказать ему это. Мы только спорили и ссорились. Но именно эти слова стали освобождением. Именно этого нам не хватало – трех слов любви.
Глава 54.2
Вивиен
– Я отправила тебя работать, а ты вышла замуж, – озадаченно произносит Зинаида Викторовна. – Ты просто феномен, Вивиен.
– Наверное. – Мои губы растягиваются в легкой улыбке, когда смотрю на женщину. Я скучала по её красной помаде и белым кудрям. И даже по работе, которой она меня загружала.
– Не думала, что когда-нибудь смогу посетить замок Власовых. – Женщина с нескрываемым любопытством разглядывает каждую деталь. – А призраков здесь действительно нет? – спрашивает шепотом.
– На самом деле есть, – серьезно отвечаю ей. Зачем лишать Зину и Свету возможности распространять столь вдохновляющие ужасы о замке? – Я сама видела одного. В первый же день, как пришла. У меня чуть сердце не остановилось.
Викторовна широко распахивает глаза:
– Как ты продолжила здесь работать?
– Все из-за любви к книгам. Я не могла отказаться от возможности изучить библиотеку Власовых.
– Понимаю. – Она накрывает ладонью грудную клетку. – Наверное, я бы тоже рискнула.
– Не сомневаюсь.
Беседуя с Зинаидой, я время от времени бросаю взгляд на Валериана, следящего за каждым моим шагом. Он отошел от меня, после того как мы поздоровались со всеми гостями, чтобы я могла спокойно поговорить с девочками и Зиной. Но, будучи на расстоянии, все равно находился рядом.
Наша свадьба проходила весьма спокойно, если не считать того, что Алан выглядел как туча, наблюдая за Исааком и Софией. А старший близнец казался исчадием ада, готовым сжечь заживо свою невесту. Уверена, я видела в глазах парня приговор. Оставалось надеяться, что он не собирается приводить его в исполнение прямо сейчас.
Мне было немного тяжело находиться среди гостей, потому что дети периодически пинались, а от шума разболелась голова. Валериан заметил это и спустя секунду оказался рядом.
– У тебя что-то болит? – спрашивает мужчина, обхватив своей ладонью мою.
– Ноги немного отекли. И мне так хочется спать, – признаюсь я.
– Хочешь, я разгоню всех гостей?
– Нет, – резко говорю, понимая, что он способен на это. – Но мне не помешает десять минут тишины.
– У тебя будет больше чем десять минут. – Валериан подхватывает меня на руки, привлекая к нам еще больше внимания, и выносит из холла, а следом и из замка. Он направляется в теплицу и, как только мы оказываемся внутри, опускает меня на диван. Сев рядом, перекидывает мои ноги через свои бедра и, избавившись от туфлей, массирует ступни.
Мне становится слегка неловко. Щеки горят, а по телу ползут мурашки. Но я слишком быстро расслабляюсь рядом с мужем, и смущение отступает. Я наблюдаю за ним уставшим взглядом, любуясь его профилем.
– Ты очень красивый, – говорю ему, и сразу добавляю: – и заботливый. Я очень счастлива, что стала твоей женой.
Валериан снимает очки и мягко смотрит на меня:
– Ты вышла за меня только потому, что я очень красивый и заботливый?
– Нет. У тебя еще много достоинств. – Мой взгляд совершенно случайно падает не туда, куда я хотела посмотреть.
– Член?
– Нет. – Я несколько раз открываю и закрываю рот, как рыбка. – То есть да. У тебя чудесный член. Я имела в виду не это. Как нелепо. – Прикрываю глаза ладонью, прячась от взгляда мужа.
– Согласен. Мой член действительно чудесный, – совершенно спокойно произносит мужчина, продолжая массировать мои ноги.
– Какой ты скромный. – У меня вырывается смешок.
– Не вижу смысла быть скромным, когда речь идет о достоинствах. Например, ты тоже можешь похвастаться своей красивой киской, которая всегда течет при виде меня. Или грудью. У тебя великолепная грудь. А ягодицы… На них прекрасно смотрятся следы моих ладоней. И знаешь, о чем я вдруг подумал?
– О чем? – хриплым голосом спрашиваю я, не сводя с него глаз.
– Что еще не кончал на твои ягодицы. Надо исправить эту ошибку. – Его взгляд темнеет, а голос вибрирует, касаясь моей кожи. Ладонь ползет вверх по ноге и цепляется за кружевной край чулка. – И я думаю, что был бы не против трахнуть тебя в свадебном платье.
– Сейчас? – Мое дыхание становится глубоким, прерывистым.
– Сейчас, Виви. – Валериан внезапно наклоняется ко мне, хватает меня за бедра и тянет на себя. Я вздрагиваю от неожиданности и предвкушения.
– Мне кажется… – Мои слова обрываются, когда руки мужа оказываются под платьем, ставшим небольшим барьером между нами, и сжимают мои ягодицы.
– Тебе кажется? – Он откидывается на спинку дивана, расстёгивая свой ремень. Звук пряжки бьёт по моим нервным окончаниям и вынуждает сжать пальцы на руках и ногах.
– Что…
– Что? – Мужчина высвобождает твёрдый как камень член и проводит кончиком по моим трусикам. – Уже мокрая, – рычит, почувствовав влажность.
– Вдруг кто-нибудь увидит нас? – Наверное, это последнее, что меня сейчас беспокоит. Но я не могу не спросить об этом.
– Нас действительно могут увидеть. – Валериан щурится, отодвигая в сторону мои трусики и проникая в меня пальцем. Я упираюсь ладонями о его грудь и закатываю глаза от удовольствия. – Поэтому нам необходимо поспешить. – Заменяет палец членом, полностью заполняя меня. – Это будет быстро, конфетка. Но ты обязательно кончишь.
У меня нет никаких сомнений на этот счёт.
Я кусаю нижнюю губу, чтобы не застонать, когда мужчина начинает вбиваться в меня снизу. Он не делает это медленно, а сразу нетерпеливо трахает. Каждый толчок вызывает мурашки. Всё моё тело превращается в оголённый провод.
Валериан берёт меня не только членом, но и взглядом. Его глаза поглощают мою душу. Они как яркий изумруд, затерявшийся среди туч.
– Чёрт, как же в тебе горячо. – Дыхание мужа сбивается, а хватка на моих бёдрах становится крепче.
Мне даже не приходится двигаться, потому что он держит меня в одной позе. Единственное, что я могу – ухватиться за него и ждать приближающегося оргазма.
– Кончи, Виви. Давай, сожми мой член, – требует Валериан. – Дай мне залить твою красивую киску спермой.
Почему моё тело так податливо в его руках? Оно незамедлительно подчиняется ему, и я всё-таки выпускаю стон. Валериан кончает следом, шлёпнув меня по ягодице и до боли сжав её.
– Всё нормально? – спрашивает спустя минуту, помогая мне встать с него и поправляя моё платье.
– Да-а. – Меня всё ещё передергивает от удовольствия.
Валериан приводит себя и меня в порядок, а после оставляет несколько поцелуев на моём лице. Притянув к себе, прижимает спиной к груди и гладит.
– Отдохни, Виви. Когда ты наберёшься сил, мы вернёмся к гостям, – шепчет над ухом, скользнув двумя пальцами по моей щеке.
Киваю ему, прикрывая глаза и вдыхая аромат мужа и цветущих роз.
– Я хочу есть, – говорю, вспомнив о торте, приготовленном папой.
– Что тебе принести?
– Я не хочу, чтобы ты уходил.
– Исаак принесёт. – Валериан достаёт мобильный и набирает сообщение брату.
– Кусочек торта и чашку зелёного чая.
– Сейчас всё будет.
Выпрямив спину, я смотрю на свой живот и перевожу взгляд на мужа.
– Думаешь, я сильно поправилась? – Не знаю, что будет с моим телом после родов. Но меня тревожит то, что я могу перестать нравиться Валериану.
– Думаю, ты стала аппетитнее. – В его глазах вспыхивает что-то тёмное. – Не можешь.
– Что не могу? – Сталкер вновь читает мои мысли.
– Стать менее привлекательнее для меня. Я слишком сильно одержим тобой. Это не изменится никогда. А то, что происходит с твоим телом – всего лишь повод изучить его вновь. – Власов наклоняется вперёд и обхватывает ладонью мой подбородок. – И я займусь этим, как только ты родишь. – Его губы касаются моих, оставляя на них поцелуй, больше напоминающий обещание, клятву. – Я люблю только тебя, Вивиен Власова. Ты нужна мне. Только ты и нужна.
– Я тебя тоже люблю, родной, – говорю, будучи околдованная мужем. Пусть эти чары никогда не спадут. И даже когда наши тела умрут, души продолжат существовать вместе.
Глава 55.
«…НО ДАЛИ МНЕ ПОНЯТЬ НЕВЗГОДЫ...»
Валериан
5 декабря. 15:56.
– Вы уверены, что этот врач достаточно компетентен, чтобы проводить кесарево Вивиен? – раздраженно спрашивает Раксалана.
С момента своего приезда женщина придирается ко всем и всему. Она начала с Максима, его кулинарных способностей и обязанностей отца. Неделю проверяла терпение Рыкова на прочность, а затем переключилась на меня. Но справиться со мной ей не удалось. Мое равнодушие выводило ее из себя, поэтому Кольцова переключилась на мою семью и нашла идеального кандидата для ссор – Исаака.
Эти двое уже три недели не могут найти общий язык. Не похоже, что они люто ненавидят друг друга. Скорее им доставляет удовольствие их нескончаемые споры.
– Более чем, – мрачно отвечает Исаак. – Он уже проводил кесарево Юсейры. Все прошло спокойно.
У меня нет сомнений в способностях Лукьянова. Авдей лучший хирург, и у него достаточно опыта за спиной. Не без помощи Игната, конечно. Ублюдок часто подкидывал ему работенку, а врач тем временем набивал себе руку.
– Мне не нравится, что все это происходит в замке, – ворчит Раксалана. – Здесь слишком мало оборудования.
– Его достаточно, – цедит старший, скрестив руки на груди и испепеляя взглядом женщину.
– МА-ЛО. – Кольцова не менее враждебно смотрит на него. Но на ее лице есть и другие эмоции. Я не могу прочитать их, поэтому надеваю очки. Сейчас не время пытать себя. Мне еще предстоит увидеть своих детей. Лучше не вгонять себя в то состояние, которое не позволит мне этого сделать.
– Достаточно.
– Мало.
– Я подвешу тебя за волосы на люстре в гостиной, – рычит на Раксалану Исаак.
– Попробуй. Мне как раз хватит времени вырвать тебе клочок волос.
– Успокойтесь, – уставшим голосом просит Максим.
– Или спуститесь в гостиную и продолжите там, – добавляет Рагнар.
Никто не хочет покидать коридор, пока Вивиен не родила, поэтому следующие полчаса мы стоим в полной тишине.
Я не испытываю никаких чувств. В голове как никогда тихо. Словно алгоритмы больше не намерены меняться и поймали собственный ритм, не превращающий мои мысли в хаос.
Мое сердце тоже спокойно. Единственное, о чем я сегодня думаю, не огорчится ли Виви, если у меня не появится никакой связи с детьми. Если мне будет тяжело на них смотреть, то это расстроит её.
Попытки читать эмоции братьев и смотреть на их лица все еще продолжаются. Мое тело привыкло к боли, и разум ищет другие способы прервать процесс. Но их война все еще продолжается, а я в ней всего лишь поле битвы и свидетель.
Внезапный детский крик заставляет меня замереть. Кожа покрывается мурашками, а волосы на затылке встают дыбом. Брови ползут вверх от удивления. Я не ждал подобной реакции.
– Валериан? – Демьян встает рядом и касается моего предплечья.
– Да? – Я прочищаю горло.
– Все нормально?
Киваю брату, сильнее прижавшись спиной к стене. Будто могу слиться с ней или пройти сквозь нее. Оказаться внутри и увидеть жену и детей. И я замечаю за собой, что именно этого и желаю. Мне необходима Виви. Ее эмоции, через которые я смогу прочитать свои.
Каждая минута до того, как из палаты выходит Лукьянов, – часовая бомба для меня. Мужчина ничего не говорит, когда выходит. Просто дает знак, что я могу войти.
Мне требуется время, чтобы отлипнуть от стены. Каждый шаг дается с трудом, а сердце стучит так быстро и громко, будто пытается вырваться из меня. Прорваться наружу через горло.
Детский плач овладевает моим сознанием. Я вижу два движущихся комочка в кроватках и приближаюсь к ним. Нависая над детьми, осторожно снимаю очки. Мой взгляд скользит по лицам мальчика и девочки. Они… так похожи на нас с Виви. И мне не так сложно смотреть на них.
Лукьянов помогает мне взять их на руки и подойти к кровати, где лежит Виви. Я ловлю на себе ее взгляд. Она смотрит с нежностью и волнением. Вот что я должен чувствовать к детям. Но мной в большей мере овладевает страх. На плечи ложится ответственность. И ее вес как никогда ощутим.
– Они похожи на нас обоих, конфетка, – говорю жене, потянувшись к ней и поцеловав в уголок губ.
– Ты можешь… – Вивиен не решается задать этот вопрос до конца.
– На них легче смотреть, чем на других, – отвечаю я.
Виви облегченно выдыхает и поджимает губы. По ее щекам скатываются слезы радости.
– У меня все получится. – Не сразу замечаю, что мои глаза тоже становятся влажными. – Я буду стараться, маленькая нимфа.
– Валериан... – Она всхлипывает и тянет руку к моему лицу. Я наклоняюсь вперед, прижимая детей к груди и пряча их. Желая защитить от всего мира.
Виви прижимается своим лбом к моему и гладит меня по щеке.
– У нас все получится, – шепчет мне в губы. – У нас, родной.
– У нас, – соглашаюсь я, прежде чем передать ей малышей. Адриана и Луну.
Глава 56.
«…МОЙ МОНСТР ТОЖЕ ЧЕЛОВЕК…»
Валериан
27 февраля. 13:31.
– Изменилось ли ваше отношение к Вивиен после того, как вы нашли ее? – спрашивает Самсон, держа ручку и блокнот наготове.
С тех пор как я уехал на поиски Виви, мы приостановили терапию. Но с недавнего времени Демьян решил продолжить сеансы. Мы нуждались в них больше, чем думали. Психолог помог нам узнать о своих проблемах. Однако с их решением до сих пор возникают проблемы.
