Текст книги "Мертвец (СИ)"
Автор книги: Люция Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 30 страниц)
Дочь...
– Не от Игната, – добавляет женщина. – От другого мужчины.
– Её ты тоже бросила? – низким голосом интересуюсь я, уже думая над тем, что мне необходимо найти девочку. У нас одна мать, хоть я и не хочу признавать эту женщину.
– Нет, – равнодушно отвечает Ава. – Мой отец зарезал её через неделю после рождения. Прямо перед моими глазами. – Её взгляд становится стеклянным. – Следом та же участь постигла и мужчину, с которым мы не успели даже пожениться. Но меня не убили. Заставили смотреть на все, чтобы в будущем не смела идти против семьи.
Я сглатываю слюну и откидываю голову назад. Не знаю, как реагировать. Но в моей груди поселяется отвратительное чувство, которого я уже не забуду.
– Данис сказал, что я должна поделиться этим с тобой, – продолжает Ава. – Попросил сказать правду. Говорит, что теперь у тебя есть свой ребенок и ты поймешь меня. Простишь, и мы станем семьей. Но я знаю, что не поймешь. – Она делает глубокий вздох. – Я простила своего отца.
Меня передергивает, и я сжимаю кулаки. Как можно простить подобное?
– Человек может простить всё. Но не забыть. – Женщина маниакально улыбается. – Я вышла замуж за Игната и вырезала весь свой род. Я убила каждого. По одному. Отец был последним. Он долго просил пощадить его. Однако я не стала этого делать. Мне хотелось забыть тот адский день, и я решила, что смерть папы поможет. Не помогла. Затем я родила вас. Думала, что вы поможете справиться мне с этим. И это не помогло. Знаешь ли, Демьян, после того как видишь отрубленную голову своей недавно родившейся дочери, отрубленный палец взрослого сына уже не пугает.
Я медленно поднимаюсь с кресла, одарив Аву тяжелым взглядом. Ненавижу её, но, по крайней мере, теперь знаю причину, ставшую катализатором действий женщины. Она сломалась. Не пережила потерю и превратилась в того, кого превратилась. В своего собственного отца, лишившего её дочери.
– Я не смогу простить тебя, – спокойно говорю я. – Не из-за себя. Дело не во мне. Мои братья... Они словно мои дети. Мне пришлось заменить тебя и Игната. Воровать для них еду из кухни, пока этот ублюдок не видит этого. Принимать удары, чтобы защитить их. Стать их надзирателем, чтобы не убивать их. Ты и Игнат поступили с нами так же, как и ваши родители поступили с вами. Вы оба сломались и попытались сломать нас. Но знаешь, что интересно? Мы тысячу раз ломались и нашли в себе силы собрать себя. Почему вы не смогли, мама?!
Я впервые за долгие годы даю себе возможность произнести это слово, из-за которого Ава вздрагивает. Её широко распахнутые глаза находят меня.
– Почему ты ушла и даже не обернулась?! Почему не подумала, что нужна нам?! Мне плевать, какой бы матерью ты для нас была. Сломанной, слабой, убитой горем. Неважно! Но ты бы была у нас! Я бы любил тебя такой! Любой, черт возьми! Тот десятилетний Демьян вырвал бы себе сердце ради тебя! А ты... Я ненавижу тебя... – Мой голос срывается. – Ненавижу.
Пока мне хватает на это сил, я покидаю гостиную и крыло. Быстрым шагом направляюсь в кабинет, чувствуя на себе взгляды бойцов. Они знают, что я в гневе, поэтому стараются держаться на расстоянии и прячутся в тени. Как только я оказываюсь у себя, даю волю эмоциям. Они рвутся наружу как лавина, желающая смести всё на своём пути. Первым ломается стол, который летит в стену. Вслед за ним кресло, стеллаж и всё остальное. Очередной мой срыв превращает всё вокруг в хаос.
– Демьян! – Дверь в кабинет резко распахивается. Аурелия забегает внутрь и, оценив мое состояние, мгновенно бросается обнимать меня.
– Релли. – Я прижимаю к себе жену и чувствую, как по щеке скатывается слеза. – Релли...
– Все хорошо, – шепчет жена. – Все хорошо. Я люблю тебя.
Я медленно опускаюсь на колени вместе с ней и сажусь на пол. Мое дыхание становится прерывистым и тяжелым. Черт. Моя женщина беременна, а я становлюсь причиной её стресса.
Аурелия гладит меня по затылку в успокаивающем жесте и целует в висок.
– Знаешь, Сэмми спрятал мобильный Исаака в своем подгузнике, – сообщает она. – Думаю, скоро наш сын доберется до его наушников и ноутбука.
– Кому-то явно нужно запастись гаджетами. – Я медленно выдыхаю весь воздух из легких и улыбаюсь уголком губ.
– Может, заскочим в магазин техники, красавчик?
– Если ты этого хочешь.
Релли отстраняется от меня и ласково смотрит в глаза. Ее ладонь ложится на мою щеку и стирает дорожку от слезы.
– Хочу, – улыбается она. – Нам еще нужна новая мебель. – Взгляд Аурелии скользит по кабинету. – Эта продержалась довольно долго. Я как раз собиралась её заменить. Поднадоела.
Я выпускаю смешок и прижимаюсь своим лбом к её. Прикрыв глаза, вдыхаю аромат вишни – самое настоящее успокоительное и лекарство от всех болезней.
– Спасибо, что не даешь мне сломаться, – хриплым голосом произношу я.
– Ты больше никогда не сломаешься, Демьян. А если сломаешься, я сама соберу каждую частичку тебя и при необходимости склею собственной кровью.
Эта вишневая девочка заключила в себе мою жизнь и смерть.
– Я очень везучий человек, Релли. Знаешь почему?
– Почему? – с интересом спрашивает она.
Я открываю глаза и смотрю в её сине-голубые глаза:
– Потому что я единственный мужчина в мире, в доме которого поселилась самая настоящая Богиня.
Щеки Аурелии покрываются румянцем, и она прижимается щекой к моей груди. Я крепко обнимаю её и накрываю ладонью живот жены. Скоро нам снова предстоит стать родителями для еще одного малыша, а мы до сих не смогли излечиться от ран, нанесенных теми, кому не удалось этого сделать.
Релли тоже все еще не простила Алексея. Мужчина звонит ей и пишет каждый день. Даже заглядывает в замок время от времени. Тем не менее она не хочет говорить с ним. Как и Оливия. Но они обе любят его, и от этого страдают еще сильнее.
***
Вивиен
Я останавливаюсь на лестничной площадке и настороженно смотрю на распахнутую дверь квартиры Ирен. Мой взгляд падает на множество коробок у порога, и в голове сразу появляются вопросы. Неужели девушка рассталась с Тарасом? Они что, отменили свадьбу? Мысль об этом отрицательно сказывается на мне и вызывает тревогу в груди.
– Ирен! – Я глубоко вздыхаю и жду, пока соседка выйдет, но вместо неё в поле моего зрения показывается мужчина. Мои брови тут же взлетают вверх от удивления.
– Добрый вечер, – здоровается молодой человек, скользнув по мне быстрым взглядом.
– Добрый. – Я внимательно рассматриваю незнакомца. – Простите. Я подумала, что Ирен вернулась.
– Ирен – моя коллега. Мы вместе работаем в банке. Она сдала мне эту квартиру, – сообщает мужчина.
– А! – Моя тревога за будущую супружескую пару испаряется. Они не расстались и обязательно поженятся.
– Кажется, теперь мы соседи. Денис Романов, – представляется мужчина, протягивая мне руку и вежливо улыбаясь.
– Котова Вивиен. – Я пожимаю его ладонь и вглядываюсь в красивые черты лица нового соседа. У него яркие голубые глаза и обворожительная улыбка. Волосы коротко подстрижены, а на щеке есть ямочка. Мужчина на голову выше меня и имеет среднее телосложение.
– Ирен говорила мне о вас. – Он отпускает мою руку. – Милая соседка, любящая читать?
– Да. – Я делаю шаг назад и сдержанно улыбаюсь в ответ. Каждой клеточкой своего тела чувствую, что этот человек очень плохой. Есть в нем что-то отталкивающее и злое. – У меня дела. Рада была познакомиться. Доброй ночи.
Не помню, чтобы когда-то так быстро искала ключи в сумке. Но сейчас я делаю это молниеносно, стараясь избавить себя от дальнейшего диалога.
– Может, как-нибудь зайдете на чашечку кофе? – предлагает мужчина.
– У меня очень плотный график, – вполголоса отвечаю я, наконец-то нащупав ключи. – Не знаю, получится ли.
– Вы ведь работаете в библиотеке? – уточняет Денис.
Ох, Ирен! Растрепала всё обо мне.
– Да.
– Неужели там так много работы?
– Не представляете как. – Я распахиваю дверь в свою квартиру и, переступив порог, оглядываюсь. – Еще раз доброй ночи.
– И вам, – лукаво ухмыльнувшись, бросает Романов.
Иногда мне кажется, что я притягиваю к себе неадекватных мужчин. Всяких нарциссов, насильников или абьюзеров, которые спят и видят, как причинить мне боль. Не понимаю, почему это происходит со мной. Возможно, со стороны я кажусь очень слабой, и они считают меня легкой добычей. Но если подумать, я такая и есть. За меня некому вступиться. А попытки сделать это самой не всегда удачно заканчиваются…
***
Валериан
Ревность – это одно из самых ярких эмоциональных состояний, способных отодвинуть в сторону здравый смысл и отравить кровь адреналином. А прилив адреналина может привести к тому, что я отрублю кому-то руку и затолкаю её ему в глотку. Затем буду равнодушно наблюдать за тем, как он давится собственной плотью. Достаточно радушный прием для нового соседа. Но слишком громко для дома, в котором живет Вивиен. Её наверняка напугает факт того, что в соседней квартире произошло убийство. А я пока не намерен пугать мою конфетку. Еще не время.
Я кручу в руке трость, которую забрал с собой. С тех пор как появилась Виви, я держу оружие в автомобиле, а не в своей комнате. Постоянные ночные вылазки вынуждают быть готовым к любой опасности. Нельзя быть уверенным в том, что меня не попытаются убить. Хотя в последнее время в Умбре тихо и на жизнь Демьяна давно не покушались, а я не переживал кратковременную потерю памяти. Пока брат в безопасности – я здоров.
Перестав грузить мозг ненужными мыслями, я поднимаюсь с маленького фиолетового дивана, расположенного напротив кровати Вивиен, и бросаю взгляд на стеллаж в углу комнаты. Каждый раз, когда я на него смотрю, монстр внутри меня оживает. У Виви множество литературы, которую я никогда не читал. Наши вкусы явно разнятся, если дело касается содержания книг. Ей больше нравятся романы, фэнтези, фантастика и даже детективы. Я же делаю уклон в сторону научного чтива, публицистики. Но недавно приобрел все книги, которые увидел здесь, и начал читать их. Оказалось, что за цветными невинными обложками прячется очень много эротики.
Не предполагал, что в двадцать семь лет мне придется читать романы ради девушки. Просто чтобы узнать её мир. Поначалу мне показалось, что Вивиен не так невинна, как я думал. Но с каждой книгой я убеждался, что это не так. Вивиен действительно слишком невинна. Я понял это, когда открыл именно её книги. В них были выделены те моменты и слова, которые передавали самые яркие и нежные чувства героев. В них была выделена любовь. И конфетка явно мечтала о ней.
Оторвав взгляд от стеллажа, я перевожу его на спящую Виви и медленно подхожу к ней. Она совершенно не способна спокойно спать. Постоянно крутится в постели, то укутываясь в одеяло, то сбрасывая его. Я сажусь на корточки у изголовья кровати и, наклонившись вперед, зарываюсь лицом в волосах девушки и вдыхаю её аромат. Вивиен улыбается во сне и прижимается щекой к кончику моего носа. Странно, что она тянется ко мне во сне. Это происходит постоянно. Каждую чертову ночь. И я чувствую, как оживает мертвый ритм моего сердца. Грудная клетка болит так, словно я вновь подвергаюсь пыткам. Но мне не хочется, чтобы они заканчивались.
Я касаюсь губами щеки Виви, оставляя на ней поцелуй. Девушка полностью поворачивается ко мне и тянет руку в мою сторону. Ее ладонь пролетает мимо и чуть не натыкается на угол прикроватной тумбы. Я вовремя успеваю подложить свою руку, которую она тут же сжимает и, притянув к своей груди, крепко обнимает. Уверен, Вивиен еще долго не отпустит меня.
Мне приходится встать на колени для своего удобства и ждать, разглядывая лицо девушки. Я тянусь к ней свободной рукой и заправляю за ухо несколько прядей волос. Скольжу пальцами по её шее, плечу, наслаждаясь прикосновением к бархатной коже. Мне хочется полностью скинуть одеяло с Виви и лечь рядом с ней. Прижать её мягкое тельце к своему и заставить посмотреть мне в глаза. Я еще никогда не испытывал такого необузданного желания столкнуться с кем-то взглядами. Впитать душу и подчинить себе. Напугать и довести до безумия, а потом безжалостно трахнуть, упиваясь криками боли. И когда все закончится и ей придется собирать себя по кусочкам, дождаться полного восстановления, а затем сломать её вновь. И так по кругу, пока Вивиен не начнет это нравиться. Пока она не превратится в такого же монстра, как и я.
Я закрываю глаза и делаю глубокий медленный вздох. Напоминаю себе, что мне нельзя ломать Виви. Она не заслуживает этого. Не заслуживает в своей жизни монстра. Этой нимфе нужен кто-то нежный, ласковый. А я… Я не справлюсь…
Глава 7.
«…НЕТ В НИХ НИ ДОБРОГО, НИ ЗЛОГО…»
Валериан
17 января. 8:57.
– Перфекционизм – это искусство, – режущим слух голосом заявляет Сергей.
– Или болезнь, – ровным тоном говорю я, пока уборщик стучит шваброй о ножки стола, пытаясь оттереть с пола джем.
Максим привел в замок мужчину, который оказался таким же бесстрашным, как он сам. Кузнецов Сергей – человек, которому наплевать, какое у нас положение в обществе и чем мы заняты. Если ему нужно, чтобы Префект поднял ноги, то он заставит его это сделать. Неважно как: угрозами или визжащими криками. Главное результат – чистота в замке.
– Какая разница?! – кричит Кузнецов. – Зато везде убрано. И вокруг больше нет того свинарника, который вы здесь устроили. Сколько времени вы не убирались в замке? Век?!
– Сергей, не кричите, пожалуйста. Вы разбудите детей, – просит его Юсейра.
Мужчина раздражительно вздыхает, но больше ничего не говорит. Он продолжает молча выполнять свои обязанности, но моментами я слышу, как уборщик что-то бубнит себе под нос.
– Может, вы позавтракаете с нами? – предлагает ему Оливия. – А убраться можно после того, как все встанут из-за стола.
– Действительно, Серый, садись, – поддерживает женщину Максим. – Я принесу тебе кофе. А то сегодня ты особенно нервный.
– А как не нервничать? – фыркает Сергей. – Я убираю, а вы сразу пачкаете. Еще и волка с белкой завели. Мне надоело находить тайники этого грызуна. Не знаю, к чему эта ушастая готовится, но она явно уже готова.
Чейзи – первая барахольщица замка. А Амарок – её сообщник, который помогает ей во всем. Зачастую они стараются быть незаметными и тихо проворачивают свои дела. Думаю, в скором времени к ним присоединится Самаэль, а за ним и близнецы. Легче не станет. Масштаб краж явно удвоится. Сергею предстоит найти еще не один тайник.
– Валериан, – голос Демьяна привлекает мое внимание.
– Да? – Я поворачиваю голову в его сторону, хотя не вижу брата. Просто знаю, куда смотреть.
– Зайди ко мне после завтрака. Папки с документами уже готовы.
Я закончил ту работу, которую мне поручил Демьян. Справился с ней раньше, чем за неделю. Брат был приятно удивлен и даже рад, что теперь у него появится еще один помощник. Рагнар занялся СУ, а Исаак и Алан помогали невесткам. Поэтому я единственный, кто мог заметить Аурелию. И мне не составило труда это сделать.
– Хорошо.
– И нам еще предстоит поговорить о твоих ночных вылазках, – мрачно добавляет брат.
– С удовольствием. – Видимо, он никогда не перестанет переживать обо мне.
***
Вивиен
Не думала, что таскать коробки с книгами так изнурительно. Я с трудом перенесла их от стеллажей к столу, который сегодня пустовал. У меня болели позвоночник, ягодицы и плечи. В моменте я выдохлась и просто свалилась на диван, чтобы передохнуть.
– Надеюсь, я сбросила хотя бы триста грамм, – шепчу я, тяжело вздыхая.
Мой взгляд падает на стол, и я слегка хмурюсь. Кажется, я привыкла, что Валериан всегда находится в библиотеке, и сейчас, когда мужчины нет, меня одолевает какое-то необъяснимое чувство. Не то чтобы я скучаю по нему. Просто… Не знаю. Мне интересно, где сейчас мой Призрак. Я целый день не видела его. Может быть, с ним что-то случилось? Неужели он заболел? Иначе я не знаю другой причины, по которой этот страж книг не явился на свой пост. Разве не боится оставить свою сокровищницу без присмотра?
Я прикрываю глаза и ругаю себя. Позволяя себе думать о Валериане, я могу привязаться к нему. Подобное недопустимо. И какая мне разница, болеет мужчина или нет? Вообще…
– Вивиен, – внезапно раздается ровный тон, вынуждающий меня вздрогнуть и вскочить на ноги.
Мой взгляд вращается в Валериана, спустившего повязку с глаз и внимательно рассматривающего меня.
– Добрый день, – взволнованно говорю я, поправляя растерянные волосы и очки.
Мужчина щурится и бросает взгляд на коробки с книгами.
– Вы сами их перенесли сюда? – интересуется он.
– Да.
– Не стоило утруждаться. Я бы помог вам.
– Я не знала, придете ли вы. И не думаю, что мне хватило бы смелости попросить у него заняться этим.
– Неужели успели обрадоваться тому, что меня нет? – Валериан опускается на диван и ставит с краю папки с небольшой бордовой упаковкой.
– Я бы не стала этому радоваться, – ворчу я.
– Разве? – Он пристально смотрит на меня своими серо-зелеными глазами. Такой необычный оттенок, напоминающий лес во время сильного тумана и грозы. А взгляд… Словно принадлежит хищному зверю из семейства кошачьих. И достаточно грациозному зверю.
– Да, – едва слышно отвечаю я.
– А по вам не скажешь. – Мужчина протягивает мне ладонь, и я обращаю внимание на то, что у него длинные пальцы. Пианист из него вышел бы что надо. – Список.
Я достаю блокнот из кармана комбинезона и, открыв его на нужной странице, передаю Валериану. Он медленно скользит взглядом по перечню книг, уже упакованных в коробки.
– Не стойте передо мной словно провинившийся подросток, Виви. Присаживайтесь, – ровным тоном приказывает Власов, указывая жестом на место рядом с собой.
Виви? Виви. Виви?! Это… странно. Виви. Призрак назвал меня Виви.
Я опускаюсь на диван и бросаю на Валериана внимательный взгляд. Разглядываю его красивый профиль. Четкие линии скул, ровный нос, длинные ресницы и густые брови. Есть несколько шрамов на подбородке, шее и виске. Интересно, как он их получил? Задаваясь этим вопросом, рассматриваю торс мужчины. Черная термокофта подчеркивает мускулы, выпирающие так, словно вот-вот разорвут материал. Спортивные штаны слегка свободны. На первый взгляд его внешний вид совершенно не соответствует тому, кто любит читать и проводить время в библиотеке. Но это только на первый взгляд. Не всегда можно предугадать, чем человек занимается, делая акцент только на одежде.
– Если вы закончили разглядывать меня, то можете забирать свой блокнот, – равнодушно говорит Призрак, заставляя меня покраснеть до кончиков ушей. Он заметил, что я пялюсь на него.
– Простите. – Я хватаю ежедневник и кусаю кончик языка.
– Я распоряжусь, чтобы книги доставили в библиотеку. – Мужчина берет свои папки и упаковку, которую протягивает мне.
– Что это? – интересуюсь я, забирая бордовую коробочку.
Валериан ничего не отвечает и встает с дивана. Он подходит к своему столу и, надев очки, принимается за работу. Несколько секунд я наблюдаю за ним. Жду, что Власов что-нибудь скажет, но этого не происходит. Странный…
Я открываю упаковку и удивлённо вскидываю брови, увидев перед собой множество макарон разных цветов. Их сладкий аромат так и манит попробовать каждый десерт. Но вместо этого я вновь смотрю на моего Призрака. Он не обращает на меня внимания. Однако я не могу понять, зачем мужчина приносит мне сладкое. И спрашивать не хочу. Боюсь услышать ответ.
– Благодарю, – вполголоса говорю я, мысленно прощаясь с диетой.
***
Валериан
– Что произошло? – Я выхожу из библиотеки, натянув повязку на глаза и закрывая за собой дверь. Мои слух и обоняние фокусируются на Исааке, который вытянул меня, чтобы поговорить наедине. Видимо, случилось что-то серьезное.
– Рагнар сказал, что вчера брат ходил к Аве, – сдержанно отвечает старший.
Ава… Эта женщина исчезла из моих алгоритмов в тот момент, когда объявила, что не является моей матерью. Но из-за неё одна колонка в схеме опустела, и я не смог вписать туда имя своей настоящей мамы. Не потому что она уже мертва. Просто я никогда не знал её. Не видел. Даже на фотографиях, потому что их сложно найти или невозможно.
Родочинская Валериа Викторовна – женщина, зачавшая меня ради мести, но отказавшаяся от неё ради меня же. Мама, которая стала самой большой загадкой в моей жизни. Она причина множества вопросов в голове, оставшихся без ответов. Но я найду информацию о ней. Обязательно найду.
– Он ничего не говорил об этом, – произношу я ровным тоном, запирая в мыслях призрак Валерии.
Я заходил к Демьяну после завтрака. Мы поговорили о работе, и я даже заметил, что у брата был немного уставший голос. Но предположил, что это из-за обязанностей Префекта, забирающих у него все силы. К тому же он обычно рассказывает о том, что виделся с Авой. Поэтому я не подумал о ней.
– Не говорил. Но, судя по сломанной мебели в его кабинете, между ними что-то произошло, – тяжело вздыхает Исаак.
– Ты хочешь, чтобы я поговорил с ним? – уточняю я.
– Да.
– Почему сам этого не сделаешь?
– Я не фанат разговоров о суке, которая бросила своих детей. А Алан недалеко ушел от Рагнара. Эти двое пойдут убивать её, если услышат что-то не то.
– Будто ты не желаешь ей смерти.
– В этом замке нет того, кто не желает этого, – ухмыляется старший. – Так ты поговоришь с братом?
– Не сегодня. Раз Демьян сломал мебель и умолчал об их встрече, ему нужно время, чтобы полностью успокоиться. Поговорю с ним через пару дней. И вы не задавайте ему лишних вопросов.
– Я бы не стал так рисковать, учитывая, каким подавленным он выглядел.
Я слабо киваю Исааку и возвращаюсь в библиотеку. Беседы с ним всегда вызывают у меня мысли о том, каково это оказаться на его месте. Старший – эмпат, способный чувствовать эмоции людей, улавливать их изменения и лепить из себя то, что нужно другим. Но только если ему это необходимо. Я даже уверен в том, что он умеет видеть грехи человека, лишь взглянув на него. Каким-то образом брат разгадывает пороки с помощью одной только внешности. А я даже на лица смотреть не могу, потому что они превращаются в страшные гримасы. Однако в моей жизни появилось исключение.
Сев за стол, я вновь стягиваю повязку и собираюсь вернуться к работе с документами, но Вивиен не дает мне этого сделать. Девушка встает напротив и ставит передо мной наполненную до краев конфетницу, которую я оставил на одной из полок.
– Вы любите сладкое, Валериан? – слегка нахмурившись, интересуется Виви.
– В меру. – Я отодвигаю документы в сторону и скрещиваю пальцы перед собой.
– Тогда ешьте конфеты время от времени. Иначе у меня появляется мысль, что вы желаете, чтобы я заработала сахарный диабет или кариес.
– Думаете, я таким образом пытаюсь избавиться от вас?
– А вы пытаетесь? – Вивиен недоверчиво щурится.
– Для этого есть более действенные способы. – Я откидываюсь на спинку кресла и наблюдаю за сменой эмоций на лице девушки. Волнение, тревога и страх. Гребаный шедевр.
– Какие? – Её голос становится тише.
Я могу убить тебя и перестать постоянно думать о тебе. Могу вырезать твое сердце и сохранить в качестве трофея. Могу запугать до такой степени, что ты будешь держаться подальше от замка. Или же сломать тебя, насилуя твое тело и душу на протяжении чертового месяца. Тогда ты не сможешь выйти даже из собственной комнаты.
– Например, я могу уволить вас, – равнодушно отвечаю я.
Виви медленно выдыхает, но я улавливаю ее напряжение. И это чертовски приятно – чувствовать чьи-то эмоции, знать их, упиваться ими. Это земной рай, от которого я не готов отказаться. Нечто настолько прекрасное для меня, чего нормальному человеку не понять.
– О! – Вивиен пожимает плечами. – Вы этого еще не сделали, значит, все в порядке. – Она широко улыбается, и у неё на щеке появляется ямочка.
Я замираю на мгновение и перестаю дышать. Слышу, как ритм сердца увеличивается, а сосуды леденеют. Невозможно, чтобы это происходило одновременно. Но это случается.
– Все в порядке, – хриплым голосом произношу я.
– Отлично. Кстати, я хотела узнать, у кого мне можно попросить выходной?
– Выходной? – Я сжимаю кулак под столом, пытаясь вернуть себе привычное состояние. – Зачем вам выходной?
– У моей соседки свадьба, и я должна на ней присутствовать. Она лично меня позвала, и будет некрасиво отказывать ей.
Свадьба. Выходной. Моя конфетка в обществе других мужчин. Мне совсем не нравится такой расклад.
– Когда вам нужен выходной?
– На следующей неделе. В четверг.
Я делаю глубокий вздох и наклоняюсь вперед. Пристально смотрю в большие глаза Виви и сжимаю челюсть. Под кожей пульсирует ревность. И сейчас она в разы сильнее, чем вчера. Потому что я не смогу пойти на это мероприятие и проследить за Вивиен. Много людей и незнакомое место отрицательно повлияют на меня. Мне не удастся с этим справиться.
– Нет, – рычу я, испепеляя её взглядом.
– Что? – растерянно переспрашивает девушка.
– У вас много работы, поэтому будьте добры вернуться к ней. А ваша соседка, уверен, выйдет замуж и без вашего присутствия.
– Но… – Она часто хлопает глазами, пока её взгляд бегает по поверхности стола. Пытается подобрать слова, но теряется. Кажется, Виви ждала совершенно иного ответа от меня. – Если дело в работе, то я могу выйти в воскресенье.
– Не можете, – холодно бросаю я.
– Почему?
– По воскресеньям я запираю библиотеку. У меня есть свои дела. – Наглая ложь, которую я говорю, чтобы не позволить девушке пойти на свадьбу.
Вивиен поджимает губы и слегка краснеет. В её взгляде нет гнева, скорее беспокойство. Она о чем-то думает, и это явно тревожит её. У меня появляется дикое желание пробраться к ней в голову и почитать её мысли. Жаль, что это невозможно.
– Хорошо, – сиплым голосом произносит Виви, прежде чем вернуться к работе.
Весь оставшийся день проходит в обыденном режиме. Я покидаю библиотеку во время обеда и возвращаюсь к тому времени, когда девушка уже поела. Она молча перебирает книги у стеллажа, а я украдкой наблюдаю за ней. Мы и так нечасто разговариваем, поэтому её молчание не беспокоит меня. Но воздух вокруг как будто тяжелеет. И эта тяжесть плохо сказывается на мне, потому что теперь положительные эмоции сменяются отрицательными. И они тоже слишком хорошо ощущаются мной. Особенно, когда Вивиен уходит, оставив на полках коробку с десертами, к которым даже не притронулась.
***
Вивиен
– Добрый вечер, Аурелия.
– Добрый, – раздается приветливый голос Аурелии в мобильном.
Я взволнованно кусаю губы, думая над тем, правильно ли делаю, собираясь отпроситься у девушки. Но у меня нет другого выхода. Я обещала Ирен, что приду на её свадьбу. Не хочу пропустить такой важный для неё день из-за работы.
– Надеюсь, не побеспокоила? – спрашиваю я, услышав детский лепет на заднем плане.
– Нет. Вы хотели о чем-то поговорить?
– Да. – Я глубоко вдыхаю. – У моей подруги свадьба в четверг. Я должна присутствовать…
– Оу! Вам нужен выходной, – догадывается супруга Префекта. – Без проблем. Я сообщу СУ, чтобы не отправляли за вами машину в четверг.
Серьезно? Стоило изначально отпрашиваться у неё, а не у Призрака. Так мне бы не пришлось сталкиваться с его грубостью и гневом. Мужчина готов был убить меня взглядом, потому что мне понадобился выходной.
– Благодарю, – облегченно произношу я. – Тогда до свидания. Была рада слышать ваш голос.
– До свидания, Вивиен, – вежливо говорит Аурелия, прежде чем прервать связь.
Я широко улыбаюсь и счастливая иду в ванную. Быстро приняв душ, выхожу и ставлю чайник на плиту. Пока он греется, натягиваю на себя миленькую красную пижаму с цветными пончиками и сушу волосы.
Мои мысли периодически возвращаются к Валериану. Я вспоминаю о том, как из-за моей просьбы маска равнодушия на его лице треснула. Он и так пугает своим внешним видом, а когда сердится, вовсе вызывает ужас. Надеюсь, Власова не разозлит то, что я отпросилась у Аурелии. Не хотелось бы вновь сталкиваться с его гневом.
Я оставляю волосы распущенными и возвращаюсь на кухню. Собираюсь налить себе чаю, но меня прерывает внезапно раздавшийся звонок в дверь. Мое сердце подпрыгивает в груди. Кажется, это будет происходить каждый раз, когда ко мне кто-то заявляется.
Будучи очень напряженной, я бесшумно направляюсь к двери и смотрю в глазок. Ожидаю увидеть кого угодно, но не того человека, который стоит на лестничной площадке. Причем мужчина смотрит прямо в щель. Да так, словно видит меня.
Может, не открывать ему? Это слишком по-детски. А вдруг он пришел из-за моего звонка Аурелии? Не станет же человек отчитывать меня в такое время, потому что я позвонила ей? Или станет?
С тяжелым сердцем я распахиваю дверь и невинно улыбаюсь. Надо выглядеть как можно дружелюбнее, и, возможно, все будет хорошо.
– Добрый вечер, Вивиен. Вы кое-что забыли, – ровным тоном произносит Валериан, протягивая мне коробку с десертами.
– До-о-брый. – Я перевожу взгляд с мужчины на макароны и обратно. Думаю о том, стоит ли говорить, что ничего не забывала. Наверняка не стоит. Иначе окажется, что Власов напрасно проделал весь этот путь до моей квартиры.
На самом деле я специально не забрала десерты, потому что меня немного задел тон, которым Валериан со мной разговаривал. Он напомнил о том, что мы вовсе не коллеги и точно не друзья, чтобы принимать от него что-либо.
– Благодарю. – Я все же забираю коробку из рук мужчины, чтобы вся эта ситуация не казалась слишком нелепой. Замечаю трость, которую Призрак зажимает подмышкой. Интересно, зачем он носит её с собой, когда снимает повязку?
– Кажется, сегодня я позволил себе лишнего и был с вами груб. Прошу у вас прощения за это, – вежливо произносит Валериан. – Я принес вам кое-что еще в качестве извинений. – Он достает из внутреннего кармана черной спортивной безрукавки книгу и передает её мне.
Меня можно порой подкупить сладостями, но за книги я всегда готова продать душу. Тем более за романтическое фэнтези. А Власов принес мне именно то, что я люблю и еще не читала. Будто знал о моих предпочтениях. Откуда?
– Надеюсь, вам понравится книга. Я взял самую популярную из тех, что посоветовали в библиотеке для девушек вашего возраста.
Теперь все ясно. Сам бы мужчина точно не додумался приобрести для меня нечто подобное.
– Мне очень нравится, Валериан. – У меня не получается сдержать искреннюю улыбку, рвущуюся наружу. – Входите. Я налью вам чаю. – Пошире открываю дверь, впуская моего Призрака в дом.
Власов смотрит мне прямо в глаза, словно пытается решить для себя, стоит ли входить. Спустя пару секунд он перешагивает через порог квартиры, обдавая меня холодом, исходящим от его одежды. Возникает ощущение, что мужчина долго находился на улице. Может быть, гулял? Если так, то горячий чай ему точно не помешает.
***
Я распаковываю книгу, которую принес Валериан. Открыв её, нахожу внутри закладку с изображением ледяного человеческого сердца, пробитого огненной стрелой. Откладываю её в сторону и листаю страницы. Увидев несколько откровенных артов с обнаженными героями, мгновенно захлопываю фэнтези-роман и смотрю на Власова, надеясь, что он ничего не заметил. Но его пристальный взгляд убеждает меня в обратном.
