Текст книги "Мертвец (СИ)"
Автор книги: Люция Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц)
– Куда мы едем? – спрашиваю я, сев в спорткар и внимательно взглянув на мужчину. Он тоже не стал наряжаться и надел обычный спортивный костюм.
– Увидишь, когда приедем, – ровным тоном отвечает Власов, выезжая на главную дорогу.
– А тебе не сложно водить? – Я поудобнее устраиваюсь на пассажирском сидении, в котором почти тону, и смотрю на дорогу.
– Нет. Почему мне должно быть сложно?
– Потому что на улице много людей.
– Я часто езжу в ночное время. Их лиц не особо видно. В любом случае я стараюсь избегать прямого контакта. Смотрю только на фигуру человека.
– На фигуру, говоришь? – Я задумываюсь над тем, сколько женских силуэтов Власов успел разглядеть. Наверняка там были очень эффектные формы, которые его глаз успел оценить.
Стоп! Я что, уже ревную его? Еще и мысленно обвиняю в том, в чем мужчина даже не виноват. Ненормальная.
– Да, – отвечает Валериан, словно в подтверждение моим словам. – Тебя это расстраивает?
– Нет! – резко говорю. – Конечно, нет.
Валериан останавливается на светофоре и переключает свое внимание на меня. Смотрит прямо в глаза, словно пытается что-то для себя понять или прочитать мои мысли.
– Не сравнивай черно-белое кино и радугу, Виви. – Его взгляд падает на людей, переходящих дорогу. – Это – черно-белое кино, которое я вижу всю свою жизнь. Надеюсь, мне не надо объяснять, где сейчас моя радуга?
Я удивленно вскидываю брови, уловив смысл в словах Власова. На моих губах появляется едва заметная улыбка, пока я завороженно наблюдаю за мужчиной. Кажется, я скоро совсем утону в этом человеке и никогда не выберусь из холодной бездны, в которую он меня затягивает. Добровольно захлебнусь в собственных чувствах к нему и буду смотреть на мир его глазами. Видеть только одну радугу – Валериана.
Обняв Призрака руками за предплечье, я кладу голову на его плечо и прикрываю веки. Вдыхаю его аромат, который почему-то кажется мне очень знакомым. Словно я знаю его с детства. Или узнала еще до своего рождения. Тогда, когда мира не существовало. Когда мы просто были душами, случайно столкнувшимися в вечном полете по Вселенной.
Где-то через пятнадцать минут, когда автомобиль останавливается, я открываю глаза. Увидев, что мы приехали на причал, озадаченно смотрю на Власова.
– Мы что, выйдем в море? – взволнованно уточняю у мужчины.
– Да, – совершенно серьезно отвечает он.
– В такую погоду? – Я бы не решилась на такое даже летом, потому что в Умбре не бывает солнечных дней. А проделать такое зимой – нонсенс. К тому же сегодня обещали снег.
– Да.
– Это безумие.
– Именно.
Валериан покидает салон, и я следую за ним. Уже думаю над тем, как отговорить его, но часть меня хочет поучаствовать в этой авантюре. Почему бы и нет?
– Ты умеешь плавать? – внезапно спрашивает Призрак, подхватив меня на руки и ловко прошмыгнув на яхту.
– Нет. – Я крепко держусь за его плечи. – И сейчас не сезон. Никто в здравом уме не станет купаться в море. Правда? – С надеждой в глазах смотрю на мужчину.
– Правда. – Он заносит меня в палубный салон, где находится штурвал, и отпускает.
– А ты умеешь плавать? – на всякий случай уточняю я.
– Еще не пробовал. Но тебе не о чем переживать. – Обхватив двумя пальцами мой подбородок, Валериан притягивает к себе мое лицо. – Рядом со мной ты в безопасности, – шепчет, коснувшись своим лбом моего. – Веришь?
– Верю. – Но ловлю себя на мысли, что даже если бы это было не так, то я бы осталась с ним.
***
Валериан
Первые полчаса, пока мы удалялись от берега, Вивиен сидела около меня, боясь сдвинуться с места. Девушка выглядела взвинченной и напуганной. В какой-то момент мне даже захотелось развернуться, чтобы не испортить этот вечер. Возможно, стоило сводить её в ресторан или в кино. Но такой вариант свидания показался мне очень банальным. Куда интереснее провести время в море. Там, где никого нет и возникает ощущение, что мы одни во всем этом мире.
Через полчаса Виви наконец-то поднялась с кожаного сидения и начала с интересом разглядывать все вокруг. Но из салона выйти не решилась.
– Скоро я остановлюсь, и мы пойдем ужинать, – говорю, когда конфетка возвращается ко мне и встает рядом.
– Сколько мы здесь пробудем? – Она поправляет свои очки и снимает шапку.
– До утра.
– Так долго? – удивляется Вивиен.
– А ты куда-то спешишь?
– Нет. Вдруг я не успею на работу? – По вспыхнувшему на её щеках румянцу я догадываюсь, что её тревожит вовсе не это. Скорее мои слова, сказанные сегодня в библиотеке.
– Успеешь. Я вовремя доставлю тебя домой. – Хотя мне бы хотелось провести с ней подольше времени.
Я нахожу место, где можно выпустить якорь и спокойно переждать ночь. Взяв Виви за руку, направляюсь в каюту, где нас ждет ужин на двоих и несколько книг, которые можно почитать вместе, устроившись на махровом ковре.
Как только мы оказываемся в каюте, я отпускаю ладонь Вивиен и наблюдаю за тем, с каким интересом она рассматривает темное помещение, в котором есть буквально всё. Когда ее взгляд цепляется за кровать, конфетка взволнованно кусает нижнюю губу, забавляя меня своей реакцией. Черт. А ей действительно есть о чем волноваться.
– На барной стойке есть несколько книг, – сообщаю я девушке, снимая спортивную кофту и оставаясь в одной футболке. – Выбери одну из них. Позже вместе почитаем. И разденься.
– Раздеться? – Голос Виви наполняется паникой.
– Здесь жарко. Сними пуховик. – Я подхожу к термо-сумке, в которой находится еда для нас, и открываю её. Достаю контейнеры с горячим ужином.
– А-а-а! Ты о пуховике, – облегченно произносит она.
– Да. А ты о чем подумала? – Смотрю на девушку через плечо.
– Ни о чем! – тут же бросает Вивиен, избавляясь от верхней одежды. – Я помогу тебе. – Направляется ко мне и замирает в шаге, поймав на себе пристальный взгляд. – Что-то не так?
– Да. – Я сокращаю оставшееся расстояние между нами и тянусь к её волосам, собранным в хвост. Распустив их, обвиваю рукой талию Виви и поднимаю девушку. Как только наши лица оказываются на одном уровне, смотрю в карие глаза. В саму бескрайнюю пустыню. – Теперь всё идеально.
Вивиен краснеет, накрыв руками мои плечи, в которые впивается ногтями. Чем сильнее её хватка, тем глубже волнение. Этот урок я уже усвоил.
***
Вивиен
Иногда, когда Валериан смотрит мне в глаза, у меня появляется желание расплакаться. Не от боли, нет. Причина в другом. Она кроется в моей душе, напоминающей розу чудовища из сказки. Лепестки опадают один за другим, и от прекрасного сверкающего бутона остается только сердцевина, которую придерживает стебель. Обнаженная реальность, некогда прячущаяся в цветке.
Моя душа – это сердцевина, а лепестки – стены, что люди, которым не повезло, обычно строят вокруг себя с самого детства. Власов разрушает их. Медленно, но верно обнажает меня. И он не чудовище, чье время на исходе, а тот самый купол, что прятал розу.
Призрак тянется вперед, и его теплое дыхание касается моей щеки. Я прикрываю глаза, когда он проводит кончиком носа по моему. Его губы задевают мои, а ласка превращается в нечто очень особенное, сокровенное.
– Виви… – шепчет мужчина хриплым до неузнаваемости голосом. – Обними меня.
– Всего лишь?
– Всего лишь.
Я обвиваю руками его шею и крепко обнимаю. Вдыхаю аромат, от которого невозможно оторваться. Он так сильно опьяняет, проникая в каждую клеточку моего тела.
На мгновение мне становится страшно. Я так быстро привязалась к Валериану, и это только пугает. Но он кажется таким моим. Я словно ждала его с момента своего рождения и наконец-то нашла. Доверившись ему, не смогу жить вдали. Мне кажется, что без него нет жизни. Нет будущего. Как же сильно я теряю себя в этом человеке.
Мужчина сажает меня на барную стойку, отодвигая в сторону книги. Слегка отстранившись, прижимается своим лбом к моему. Его ладони скользят по моим предплечьям и достигают бретелек. Он медленно спускает их и скользит вниз, к талии.
Моя кожа покрывается мурашками, а дыхание сбивается, когда Власов приподнимает меня за ягодицы и избавляется от комбинезона. Устроившись между моих ног, Валериан проводит руками по бедрам и добирается до трусиков. Я сжимаю ноги от волнения, но получается так, словно притягиваю его к себе.
– Ва… – Не успеваю договорить. Мужчина за одно короткое мгновение набрасывается на мои губы. Его язык проникает в мой приоткрытый рот и скользит по моему. Ладони сжимают талию, и у меня начинает кружиться голова.
Поцелуй лишает возможности здраво мыслить. Мне не остается ничего, как поддаться искусителю и ответить. Обвить одной рукой его шею и запустить пальцы другой в короткие волосы.
Наши тела прилипают друг к другу, словно два магнита. Я чувствую себя змеей, извиваясь от прикосновений, что становятся грубее. Меня не останавливает треск ткани и рычание мужчины. Он рвет мои трусики, а затем водолазку. Углубляя поцелуй, избавляется от лифчика, выпуская мою грудь, по которой проходится ладонью и сжимает.
Выругавшись, Валериан проводит пальцами между моих ног. Я ощущаю, как он размазывает по клитору мое возбуждение.
– Блять! Это уже невозможно контролировать, – рычит мужчина, толкая меня назад.
Я оказываюсь лежащей на барной стойке и вижу хищный взгляд Власова. Он ползет по моему телу, которое я инстинктивно прикрываю руками. Но мужчина словно видит меня сквозь них. Трахает глазами, пылающими чистой похотью.
– Прятаться нет смысла, – низким голосом произносит он. – Все это я уже видел, Виви. Уже прикасался. Уже целовал. Ты же помнишь об этом.
Такое невозможно забыть. Валериан видел каждый сантиметр моего тела. В моих снах он проделывал такое, о чем стыдно говорить вслух. И я просила его не останавливаться. Просила еще и еще.
Мужчина наклоняется вперед и, стянув футболку, нависает надо мной. Обхватив ладонью за талию, прижимает к себе. Его холодная кожа касается моей, вызывая самый настоящий взрыв в груди. Меня словно бьют током, и я вздрагиваю.
– Кажется, ужин и чтение откладываются, – совершенно серьезно говорит Власов.
Наклонившись к моему плечу, оставляет на нем поцелуй. Его взгляд встречается с моим, и Валериан хмурится.
– Убери руки, Вивиен, – властно и холодно приказывает Призрак.
– Н-нет, – неуверенно шепчу я ему в губы. Не хочу, чтобы он был груб со мной. Мне нужна его мягкость, которую ему время от времени удается проявить.
– Немедленно, – рычит мужчина. – Или я сделаю тебе больно.
Я отрицательно качаю головой, замечая, как темнеют глаза Валериана. Его ладонь с резким ударом ложится на столешницу, заставляя меня вздрогнуть. Страх медленно проникает в мой разум, но я не позволяю ему завладеть мной.
– Попроси ласково, – неуверенно говорю я. – Если не хочешь, верни меня на берег.
Все выглядит так, словно я пытаюсь приручить его монстра. Кажется, он рвется наружу, когда Власов теряет над собой контроль. Возможно, причина этому я. Но если это так, то я готова принять его любым. Подарить нежность темноте, что так нуждается в ней. Однако и ей придется научиться мягкости.
Валериан не отвечает мне. Скользнув вниз по моему телу, он оставляет несколько едва ощутимых поцелуев на моем животе. Царапает колючей щекой кожу и достигает груди, которую я прикрываю.
– Откройся мне, конфетка, – доносится до меня ласковый голос, от которого на глаза наворачиваются слезы.
Я убираю руки и всхлипываю, когда мужчина обхватывает ртом мой сосок. Проводит по нему языком и слегка кусает, а затем исследует мое тело губами, обжигая меня горячим дыханием.
– У тебя великолепная и очень гладкая кожа, – хрипло шепчет мужчина. – Безупречная. И мне ужасно хочется изуродовать её, чтобы никто и никогда не смог даже случайно увидеть тебя такой. – Его пальцы обхватывают мою шею и слегка сдавливают её. Безумный взгляд встречается с моим. – Порой просыпается желание убить тебя. Сломать. Но я не могу так поступить. Кажется, что умру, если причиню тебе боль.
Призрак убирает руку с моей шеи и выпрямляется. Отчаянно смотрит на меня сверху вниз.
– Нужен ли я тебе таким?
– Ты нужен мне любым, Валериан. – Я тянусь к нему и тут же оказываюсь у него на руках. Он несет меня к кровати и аккуратно укладывает на нее, а сам ложиться сверху.
– Скажи это еще раз, конфетка, – просит мужчина.
– Ты нужен мне любым, – повторяю, взглянув ему в глаза.
Валериан рычит и вновь целует меня. Его губы спускаются к шее, груди и достигают живота. Я сжимаю простынь, когда мужчина устраивается между моих ног и проводит языком по клитору. Из моего горла вырывает стон удовольствия.
– Че-е-ерт. Ты прекрасна, Виви. Его голос превращается в вибрацию, которая огнем ложится на мою кожу.
Я выкрикиваю имя Валериана, пока он дразнит меня и пробует на вкус. Грубые пальцы придерживают мои бедра, не позволяя мне отползти. Горячий язык трахает так, что все мое тело дрожит от наслаждения. А пульс отправляет в скачки с прерывистым дыхание и всхлипами.
– Да! – Я закатываю глаза, когда удовольствие подступает к низу живота. Выгнув спину, жду, что вот-вот получу оргазм, и это происходит. Я словно взрываюсь как фейерверк.
Валериан садится на кровати, пока я все еще не отошла от оргазма. Тянет меня за собой, устроив верхом на своих коленях, целует.
– Попробуй, насколько ты вкусная, – шепчет, позволяя почувствовать свой вкус на его губах. И это так прекрасно, что я не могу оторваться.
Скользнув руками по рельефному торсу мужчины, я накрываю ладонью твердую выпуклость и слегка сжимаю её.
– Виви, – предостерегающе произносит Власов, обрывая поцелуй.
– Я хочу, чтобы и ты получил удовольствие, – краснея, говорю ему.
Валериан зарывается пальцами в моих волосах и тянет их назад. Приспустив свои штаны с боксерами, позволяет прикоснуться к нему, и я делаю это. Нерешительно обхватываю ладонью его член и провожу ею по всей длине. Оценив довольно внушительный размер, продолжаю скользить по нему рукой, разглядывая лицо Власова, на котором отражается удовольствие.
– Черт, Виви. – Мужчина слегка подается вперед и притягивает меня к себе за ягодицы. Накрыв мою ладонь своей, направляет член к клитору и проводит головкой по нему.
Мои стоны вновь наполняют каюту, и в какой-то момент я перестаю контролировать процесс. Валериан вновь берет инициативу в свои руки и подводит меня к краю.
– Кончи еще раз, конфетка, – приказывает он. На этот раз мне хочется подчиниться. Но даже если бы я этого не сделала, тело пошло бы против меня. Оно содрогается от очередного оргазма, однако Власов продолжает терзать меня.
Мужчина посасывает мои соски и лижет их, пока у него не вырывается гортанный рык. Излившись на мой клитор, он прерывисто дышит и прижимает меня к себе.
– Моя. – Валериан зарывается лицом в мои волосы и вдыхает их аромат. А я теряюсь в его руках и закрываю глаза. Даже не спрашиваю, куда он несет меня спустя время. Мне хорошо. Даже слишком.
Мой. Этот мужчина мой.
Валериан
– Думаешь, убийца – его брат? – спрашивает Вивиен, переворачивая очередную страницу детектива, который мы принялись читать вместе.
– Это сестра. – Я обвиваю рукой талию девушки и плотнее прижимаю её спиной к груди.
– Сестра? – Виви запрокидывает голову назад и удивленно смотрит на меня. – Ты что, читал книгу без меня?
– Нет.
– Но уверен, что убийца – сестра? Почему?
– Она слишком зациклена на своем идеальном образе. – Я накрываю ладонью щеку Вивиен и целую ее в кончик носа. Не могу перестать прикасаться к ней. Почему-то мой разум грызет странная мысль, что если выпущу девушку из своих рук, она ускользнет и исчезнет.
Вивиен оставляет закладку между страницами и убирает книгу в сторону. Обняв меня за шею, улыбается уголками губ.
– А у нас нет ничего сладкого? – спрашивает слегка смущенно.
– Есть. Ты. – Я ложусь на махровый ковёр, укладывая её на себя, и достаю из кармана штанов несколько леденцов. С тех пор, как она появилась в моей жизни, у меня обязательно припрятаны для неё сладости. – Ещё несколько карамелек и торт в холодильнике.
– А почему мы его ещё не съели? – Губы Вивиен растягиваются в широкой улыбке. На щеке появляется ямочка, привлекающая моё внимание.
– Нужно немедленно исправить это недоразумение. – Я собираюсь встать, но девушка не позволяет мне этого.
– Не надо, – шепчет, целуя меня в щёчку. Слишком невинно, но так, словно вкладывает в этот поцелуй больше смысла, чем кажется.
– Почему?
– Мне хватит леденца. – Она закидывает сладость в рот и кладёт голову мне на грудь. Уставившись в одну точку, думает о чём-то и слегка хмурится.
– Тебя что-то беспокоит? – Я накручиваю на палец её волосы и провожу ладонью по фигуре, облачённой в мою футболку. Виви она подходит больше, чем мне.
– Немного.
– Что?
– Ты говорил, что займешься поисками моего отца. Могу узнать, есть ли уже какая-нибудь информация о нём?
– Твой отец точно не из Фламе, – сообщаю ей то, что узнал от Демида. – Но его всё ещё ищут. В каком бы уголке мира он ни находился, его найдут.
– Если он не из Фламе, будет сложнее найти его. – Вивиен тяжело вздыхает.
– Возможно. Но тебя тревожит не это.
– Нет. Просто я думаю... Что, если ты найдёшь моего отца, а он не примет меня?
– Тогда он совершит самую огромную ошибку в своей жизни. Лишится прекрасной дочери. А ещё получит пару переломов, которые значительно усложнят ему жизнь.
– Серьёзно? – Девушка слегка приподнимается и смотрит мне в глаза. – Ты бы сделал это?
– Да, – совершенно серьёзно отвечаю я.
– Не уверена, что мне бы это понравилось.
– Тогда я сокращу количество переломов до одного.
– Очень великодушно с твоей стороны. – Виви начинает смеяться и вновь кладёт голову на мою грудь. – Постарайся ничего ему не ломать. Я буду тебе очень благодарна.
– Не могу ничего обещать, – дразню я её.
– Валериан! – Она щипает меня за бок, и происходит нечто непредвиденное. Срабатывает рефлекс, и я отбрасываю от себя Вивиен с такой силой, что девушка летит к барной стойке. Ударившись о неё, болезненно стонет.
– Виви! – Я вскакиваю на ноги и быстро подхожу к ней. Сев на колени рядом, поднимаю её за предплечья и вижу кровь на одном из них.
– Больно... – В уголках её глаз собираются слёзы, а из горла вырываются всхлипы.
– Прости меня. Чёрт. Прости. – Подхватываю Виви на руки и несу к кровати. Уложив её, разглядываю рану. – Блять!
Быстро встаю и ищу аптечку, роняя всё, к чему прикасаюсь. Как только нахожу медицинский набор, возвращаюсь к Вивиен. На этот раз она вздрагивает, когда я прикасаюсь к ней, и мне начинает казаться, что в грудную клетку медленно забивают кол.
– Я не хотел, – с сожалением произношу, отрывая от неё ладони и встречаясь с напуганным взглядом. – Правда не хотел. Это рефлекс.
Нижняя губа Виви дрожит, пока она с опаской смотрит на меня. Слёзы скатываются по щекам, пробуждая во мне страх. Что, если это заставит её отстраниться? Что, если из-за своих проблем с головой я потеряю её?
Вивиен отводит взгляд и, выпрямив спину, тянется к аптечке. Я хочу помочь ей, но, судя по её реакции, это плохая идея. Лучше не мешать. Согнув руку в локте, она убеждается в том, что ничего не сломала, а затем принимается обрабатывать рану.
Я поднимаюсь с кровати и выхожу из каюты. Даю ей время побыть одной и остаюсь на палубе, покрытой небольшим слоем снега. Снежинки одна за другой ложатся на мой оголённый торс, но я не чувствую их холода. Ритм сердца слишком высокий и не позволяет ощутить низкую температуру.
Вдохнув полной грудью, я запрокидываю голову и прикрываю глаза. Вспоминаю Игната и его противоречивые фразы, что до сих пор режут слух.
«Ты не странный. Это нормально – быть непохожим на других. Таких, как ты, остерегаются, боятся».
«Ты же живой труп. Мертвец. У тебя нет души, Валериан. Ты ошибка природы».
«Ты монстр, но твоей вины в этом нет».
– Так кто же виноват в этом? – равнодушно спрашиваю я. – Кто виноват в том, что монстры рождаются монстрами?
Я родился другим, и у этого есть последствия. Во время пыток непохожесть на остальных стала моим спасением. Но когда всё закончилось, жизнь превратилась в сплошное проклятие. Оказалось, даже у меня могут быть травмы. И в моём случае они неизлечимы. Иначе я бы смог избавиться от гребаных рефлексов.
Каждый раз, когда меня касается острый предмет, тело реагирует само по себе. Мозг воспринимает подобное как опасность. Но я и подумать не мог, что если меня ущипнуть, то реакция будет такой же. Сюрприз, чёрт возьми. Какие ещё открытия меня ждут? Получается, я сам себя не знаю. Сам для себя чужой.
Если Виви узнает обо всём, что я из себя представляю, то может не захотеть продолжать эти отношения. Они станут для неё бременем. И я даже не удивлюсь, если она сбежит от меня.
В какой-то степени я начинаю понимать, почему Ава бросила Игната. Отец наверняка стал для неё обузой. Может быть, ему удавалось читать её эмоции, но что с другими? Мог ли он создавать ей проблемы, когда их окружали незнакомые люди?
– Валериан.
Я оборачиваюсь, услышав позади голос Вивиен. Она стоит в нескольких шагах от меня, завёрнутая в плед и с босыми ногами.
– Чёрт, Виви, зачем ты вышла? – Преодолев расстояние между нами, подхватываю девушку и несу в каюту. – Здесь холодно.
– Но ты стоишь тут без футболки. Что, если заболеешь? – с тревогой в голосе спрашивает конфетка.
– Это неважно.
– Важно. Для меня важно. – Вивиен накрывает ладонью мою щеку и вынуждает посмотреть ей в глаза. – Ты расскажешь мне обо всём? Когда будешь готов, расскажешь?
Я слабо киваю ей и укладываю в кровать. Возможно, мне стоило поставить условие. Например, сказать, что открою всего себя, только если она выйдет за меня замуж. Станет моей до конца наших дней. Но это эгоистично. И так поступил бы Игнат, значит, мне нельзя. Значит, это неправильно.
– Спать? – спрашивает Виви, слегка улыбнувшись.
– Спать. – Я ложусь рядом с ней и, стянув с неё футболку, крепко обнимаю. Её всё ещё смущает нагота, но она не пытается спрятаться от меня. – Что-то ещё болит? – интересуюсь, поглаживая раненную руку.
– Нет. – Вивиен закидывает ногу на мой торс и поудобнее устраивается на моей груди. Вся моя. Чёрт. Придётся постараться, чтобы не сорваться ночью. А после произошедшего между нами сегодня это будет ещё сложнее.
Глава 20.
«…НО ЕСТЬ В НЕЙ МРАК И ПУСТОТА…»
Валериан (21 год)
Я стискиваю челюсть, когда скальпель скользит по моей паховой области, вырисовывая узоры, которые совсем меня не впечатляют. Каждый раз, когда острие впивается в кожу, я сжимаю кулаки и вздрагиваю. Дергаюсь в попытке освободиться, но всё тщетно. Меня приковали ремнями к плоской поверхности стола, где всё это и происходит. Причина тому, что в прошлый раз я чуть не убил Таю, отшвырнув ее от себя из-за резкой и невыносимой боли. К сожалению, художница не умерла, и пытки продолжились.
– Ш-ш-ш, любимый, – шипит женщина, когда дергаюсь в очередной раз. – Скоро я закончу, и мы перейдем к спине и ягодицам. А затем... – Она проводит языком по моему вялому члену и берет его в рот. Из её горла вырывается стон наслаждения.
Обычно мысль, что я причиню ей боль, возбуждает меня. Но не сегодня. В моей темной реальности я проецирую бой с Демьяном. Пока Тая занимается искусством, я считаю минуты до момента, когда смогу выбраться отсюда. Мне нужно узнать, что с моим братом. Ему должны были оказать своевременную медицинскую помощь, чтобы он выжил. Если этого не сделали, то план по спасению нас обоих не сработал.
– Твои мысли заняты чем-то другим? – интересуется женщина, продолжая вбирать в рот мой член. Но ей не удается сделать так, чтобы он встал.
– Ты закончила узор? – равнодушно спрашиваю я.
– Да.
– Освободи меня.
– Так спешишь трахнуть меня?
– Возможно.
– Вылижи мою киску, – просит Тая, освобождая мою руку от ремня. – Я хочу почувствовать на себе твой язык.
– Для начала освободи меня, – холодно бросаю я.
– Как прикажешь, любимый.
Ремень на моей шее исчезает, и я сажусь на столе. Не дожидаясь, когда женщина освободит второе мое запястье, хватаю её за горло и притягиваю к себе. Сжав его, слышу, как она давится воздухом.
– А теперь слушай меня внимательно, – равнодушно шепчу ей на ухо. – Ты не заслужила того, чтобы я лизал твою киску. Больше не проси об этом. И еще кое-что. Попытаешься сесть мне на лицо, когда я прикован, тебе будет очень плохо. Я укушу тебя и оторву кусок от твоего клитора. Будет очень больно. Намного больнее, чем мне. Ты меня поняла?
– Д-да, – дрожащим голосом отвечает Тая.
– Уходи. – Я бросаю её на пол. – Секса сегодня не будет. Я не в настроении. Посмеешь пожаловаться Игнату, вырву твое грязное сердце.
До моих ушей доносится звук быстрых шагов. Женщина покидает комнату, оставляя после себя довольно отвратительный шлейф. Как только дверь за ней закрывается, я спрыгиваю со стола и ищу свою одежду. Нащупав штаны на полу, быстро натягиваю их, не обращая внимание на зудящую боль в паху.
Не занимая себя поисками футболки, я выхожу из спальни, и меня тут же хватают за локти бойцы, чтобы проводить до своей комнаты. Спросить у них, в каком состоянии Демьян, я не могу. Приходится думать над тем, как узнать о брате безопасным для всех способом.
Пока я иду, по ногам скатывается кровь, а материал штанов намокает, прилипая к моей коже. Мне некомфортно, но приходится смириться.
Мы доходим до середины коридора, когда я слышу звук приближающихся шагов отца. Обычно он не приходит в это крыло после того, как меня и моих братьев распределили по спальням, где нас ждут клиентки. Но сегодня, видимо, решил сделать исключение. Не просто так.
– Валериан! – Его веселый голос настораживает меня с первых секунд. – Как много крови, – озадаченно говорит Игнат, остановившись в шаге от меня.
С Демьяном что-то случилось, иначе он бы не был так рад.
– Нравится зрелище? – интересуюсь я. – Можешь сделать фото и смотреть на него постоянно.
– Я не из тех людей, кто хранит фотографии своих детей.
– Ты в принципе не из людей, – сухо бросаю я. – Как и я, отец. Все еще не хочешь покинуть замок?
– Пытаешься испортить мне настроение?
– А тебе знакомо, что это такое?
Все его эмоции – это игра. Он пытается показать окружающим то, чего не чувствует. По крайней мере, я подозреваю, что это так. Однако хорошая актерская игра, за которой прячется его монстр, не показывает миру настоящего Игната Власова.
– Стоило бы отправить тебя в подвал, но я не стану этого делать. Сегодня ты победитель. Выиграл такой важный бой.
– Ждешь, что я буду прыгать от радости? Я этого не умею. Лучше скажи, зачем ты остановил бой? Кто-то заплатил тебе?
– Одна из клиенток Демьяна. Видимо, она находит его член весьма особенным. Но мне придется огорчить Виноградникову. Полчаса назад у Демьяна остановилось сердце…
Я ничего не слышу, потому что в моей голове что-то разбивается. Алгоритм, состоящий из ячеек, рушится. Однажды, когда мама бросила нас с Игнатом, из таблицы исчезли имена моих родителей, и их место заняло имя брата. Но сейчас всё иначе. Я впервые чувствую боль сердцем. Глубокую, эмоциональную боль. Слишком ярко. Мозг не выдерживает, и происходит нечто непонятное. Всё стирается. Каждое воспоминание исчезает, и я не могу поймать ни одно из них.
Глава 21.
«…В ПУЧИНЕ БЛЕКЛОЙ УТОПАЮ…»
Аурелия
8 февраля. 00:33.
Ощущение крепкого тела, к которому меня прижимают, и невесомости медленно проникают в мой разум сквозь сон. Я зеваю, прикрывая рот ладонью, и прячу лицо в изгибе шеи мужа. Только он может нести меня куда-то ночью, украв из нашей постели.
– Самаэль, – сонно произношу я, вспоминая о том, что сын может остаться один в комнате.
– Он с близнецами, – низким голосом отвечает Демьян.
Открыв глаза, я протираю их пальцами и смотрю на пустующий коридор. Заметив, что бойцов нигде нет, запрокидываю голову и встречаюсь с ласковым взглядом мужа. Все еще... Мое сердце все еще болит от любви к нему. Безумной привязанности. Боже, я одержима каждым мгновением, проведенным с ним.
– С днем рождения, Релли, – шепчет он, улыбаясь уголком губ.
– Спасибо. – Я улыбаюсь ему в ответ и зачарованно смотрю на мужа.
Мне совсем не хочется праздновать свой день рождения, потому что я постоянно думаю о том, что Демьян избегает своих именин. Это его боль, и я её тоже чувствую, как и он мою. Переживаю все, что переживает мой мужчина. Порой мне хочется сказать ему об этом. Но тяжести на его сердце слишком много. К чему добавлять еще?
Муж выносит меня из замка и идет в сторону ворот. Я не задаю вопросов, куда мы и зачем, просто наслаждаюсь моментом. Сейчас не имеют значения подарки и сюрпризы. Время, проведенное вместе, стало для нас куда ценнее всего остального.
Когда мы оказываемся в заснеженном лесу рядом с замком, я замечаю недалеко костер. Приглядевшись, вижу рядом с ним Амарока и прыгающую Чейзи. Возле них стоит большая палатка, наталкивающая меня на мысль, что ночь мы проведем в ней. Это то, что нам обоим нужно.
– Здесь прекрасно. – Я целую мужа в щечку и провожу по ней кончиком носа.
– Нам нужно исправить некоторые воспоминания, вишневая девочка. – Демьян заносит меня в палатку, где стоит маленький столик и разбросаны подушки. Садится на одну из них, а я устраиваюсь на его коленях.
Я прикусываю нижнюю губу и скольжу взглядом по блюдам, наверняка приготовленным Максимом. Слоенный хлеб, сыр, рыба, грибы и горячий бульон: все, что возвращает меня в Черный лес. В моменты, когда мне казалось, что у нас с Демьяном нет будущего. Но мы смогли его построить. Теперь у нас есть Самаэль. Есть близнецы, которых я ношу под сердцем. Дети от мужчины, что казался мне недосягаемой мечтой.
Мои глаза наполняются слезами, судорожно скатывающимися по щекам. Я отрываю взгляд от стола и смотрю в глаза мужчине, что ждет именно этого. Накрываю ладонью его грудную клетку и чувствую биение сердца. В голове всплывает разговор, что стал первым признанием в чувствах.
«– Твое. Все твое, Релли.
– Всё-всё?
– Всё-всё».
– Все твое, – шепчет Демьян, словно прочитав мои мысли. – Без остатка.
Я беру свободной ладонью его руку и накрываю ею свое сердце, готовое выпрыгнуть из груди.
– Как и я. Вся твоя. Без остатка.
Муж берет мое лицо в руки и притягивает к себе. С тоской во взгляде смотрит мне в душу. Так глубоко и неистово, открывая мне свои чувства. Не хватит даже размера Вселенной, чтобы описать, насколько огромна наша с ним любовь. Такая неземная любовь.
Демьян скользит руками к моей талии и бережно укладывает меня на подушки. Нависая сверху, удерживает свой вес, чтобы не придавить меня, а затем достает из ниоткуда персиковую розу и проводит бутоном по моей щеке.
– Это мне? – Я забираю ее после короткого кивка и вдыхаю прекрасный аромат. – Вкусно пахнет.
– Ты пахнешь еще вкуснее. – Он снова что-то достает. Видимо, припрятал подарок под подушками. На этот раз в его руке появляется желтая шапка.
– Шапка? – Мои губы растягиваются в широкой счастливой улыбке.
