Текст книги "Мертвец (СИ)"

Автор книги: Люция Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 30 страниц)

– Переживаешь о нем?

– Просто считаю это неуместным. Он хороший парень.

Власов кивает мне и отводит взгляд.

– Я не собираюсь ему вредить.

– Тогда куда ты едешь?

– Неважно, – бесстрастно произносит мужчина. – Спокойной ночи, Вивиен.

– Спокойной, – шепчу, прежде чем покинуть спорткар.

Сжимая ручку рюкзака, я поднимаюсь к себе и, оказавшись в квартире, чувствую жжение в глазах. Проглотив ком обиды, разуваюсь и прохожу в гостиную.

Я прекрасно понимаю, что Валериан мог поехать к Игорю. Но хочу верить в то, что он не навредит парню. Однако меня тревожит не только это. Обычно мужчина приносит мне что-нибудь сладкое. Я привыкла к этому, словно теперь любая подаренная им конфетка – наш маленький ритуал. Без него день кажется незавершенным.

Крутя в голове не самые приятные мысли, я нахожу в себе силы раздеться и даже принять душ. Каждую минуту мой взгляд падает на экран мобильного, в надежде увидеть сообщение от Валериана. Но проходит час, а затем и два. Я так и не получаю никаких оповещений.

Огорченная ложусь в свою кровать и снова чувствую в горле ком. Осознаю, что сегодня буду спать одна. А я уже успела отвыкнуть от этого. Даже купила вторую подушку для Власова. Немного больше, чем мою, чтобы ему было удобно.

Заерзав в постели, я обнимаю подушку Валериана, пропитавшуюся его ароматом. По щеке скатывается слеза, которую я тут же вытираю. Но вслед за ней появляются еще, и этот поток уже не остановить. Утром я точно проснусь с опухшими глазами.

Вдохнув запах любимого мужчины, я всхлипываю и вновь беру в руки мобильный. Открыв переписку с Власовым, печатаю ему сообщение и тут же стираю его. Проделывают то же самое несколько раз, и всё-таки отказываюсь от этой идеи. Если бы хотел, сам написал бы или позвонил.

Я бросаю телефон на диван и укутываюсь в плед. Хочу заставить себя уснуть, но слышу, как открывается входная дверь и незамедлительно вскакиваю с кровати. Выбежав из комнаты, сталкиваюсь в коридоре с Валерианом.

Скольжу по нему взглядом в надежде не увидеть на нем крови. Убедиться, что он ничего не сделал. Что ревность не затуманила ему разум и не толкнула на убийство хорошего человека. Но даже если бы Власов это сделал, то... Я не смогла бы отказаться от него.

– Все в порядке? – хриплым голосом спрашиваю я, заламывая себе пальцы от волнения.

Мужчина вплотную подходит ко мне и толкает к стене своим массивным телом. Расставив руки по обе стороны от моего головы, наклоняется вперед и слегка хмурится.

– Я поехал к нему, чтобы убить, но не сделал этого, – холодно говорит он. – Не смог. Из-за тебя. Но, черт возьми, – Валериан неожиданно хватает меня за талию и волосы и прижимает к себе, – ты же понимаешь, что твои улыбка и смех принадлежат мне? Только мне? – Его рокот вибрирует на моей коже.

– Понимаю, – шепчу в ответ, впиваясь ногтями в его плечи.

Призрак тяжело дышит, буравя меня взглядом. Медленно наматывает мои волосы на кулак и тянет их назад. Его язык касается моей шеи и скользит по ней вверх, достигая подбородка. Я закатываю глаза от внезапно нахлынувших мурашек и чувствую слабость в ногах.

– Скажи то, что я хочу услышать, Виви, – требует мужчина.

– Мне нужен только ты один, – говорю я, словно знаю, что именно эти слова ему необходимо сейчас услышать.

Валериан внезапно подхватывает меня за ягодицы и набрасывается на мои губы, словно изголодавшийся зверь. Я обхватываю его талию ногами, прижимаясь к твердому телу. Обвив руками шею мужчины, отвечаю на необузданный поцелуй, сопровождаемый укусами, причиняющими легкую боль.

– Я хочу тебя, – рычит Валериан. – Черт, я так хочу тебя трахнуть и смотреть в этот момент, как ты задыхаешься.

Звучит страшно, но я еще сильнее теряю голову, утопая в похоти. Хочу сорвать с себя и с него всю одежду и окунуться в грубый секс, увидев всю темноту мужчины. Но вспоминаю о том, что невинна, и понимаю, что сейчас это невозможно. Первый раз и так будет болезненным.

Валериан несет меня в спальню и бросает на кровать. Продолжая целовать, рвет мою пижаму и нижнее белье, избавляясь от всего, как от ненужного клочка ткани. Затем он начинает раздеваться сам и остается полностью обнаженным. Я впервые вижу его таким и широко распахиваю глаза от шока. Узоры… Они есть даже на его бедрах, паховой области и ягодицах. В тот день на яхте я не разглядела этого в темноте. Но сейчас…

Я не успеваю все разглядеть, потому что мужчина стягивает со своей шеи атласную повязку и завязывает мне глаза.

– Зачем? – взволнованно спрашиваю я.

– Так обостряются чувства, – низким голосом отвечает он и властно добавляет: – Садись на край кровати, Виви.

Сжимая бедра, я делаю то, о чем он говорит. Устраиваюсь на краю кровати, немного паникуя из-за того, что ничего не вижу. Но все это уходит на второй план, когда я чувствую на себе его взгляд. Словно знаю, что сейчас он смотрит на мою грудь, и ощущаю, как твердеют соски. Между ног становится влажно, и тело просит о внимании.

Валериан обхватывает пальцами мой подбородок и тянет нижнюю губу вниз. Вынудив слегка распахнуть рот, просовывает большой палец внутрь и гладит язык.

– Соси, – приказывает, хватая свободной рукой за волосы и не оставляя мне другого выбора, кроме как подчиняться.

Я выполняю приказ и словно получаю от этого свою дозу удовольствия. Сначала все происходит нелепо и неуверенно, но когда до ушей доносится хриплое дыхание, я смелею. Сосу его палец и вдруг ощущаю, как твердая головка члена касается моей щеки. Из горла вырывает стон наслаждения.

– Сейчас ты отсосешь мне, Виви, – рокочет мужчина. – Я буду грубо трахать твой рот, а затем вылижу твою киску и растяну её для нашего следующего раза, когда лишу тебя девственности. Ты поняла меня?

– Да, – выдыхаю я, сильнее прижимая друг к другу бедра.

– А теперь открой ротик и соси мой член до тех пор, пока не выдоишь из меня каждую каплю семени. И ты проглотишь всё, конфетка. Поняла?

– Да.

– Не снимай повязку, пока я не разрешу тебе этого. Иначе будешь наказанна.

Я слабо киваю Валериану, и он обхватывает ладонью мои щеки. Надавив на них, заставляет открыть рот и мгновенно заполняет его своим членом. Ему не удается полностью поместиться во мне, но, кажется, это ни капельки не мешает мужчине.

У меня не было подобного опыта, поэтому я просто стараюсь не задеть его зубами. Но было глупо думать, что в этой игре вожу я. Власов тянет меня за волосы и грубо вдалбливается в рот. На моих глазах выступают слезы, из-за которых повязка намокает. Но это никак не смущает его. И меня тоже.

Я обхватываю руками бедра мужчины и стараюсь вспомнить обо всех эротических сценах из книг. Они служат некой инструкцией для меня. Втягиваю щеки и дышу через нос, прислушиваясь к хриплым стонам Власова. Они настолько тихие, что если бы не повязка, то я не услышала их.

В моей голове всплывает лицо Валериана, на котором отражается удовольствие. Даже его образ вызывает мурашки на коже. Возникает желание прикоснуться к себе и кончить вместе с ним. Но вместо этого я накрываю ладонью торс мужчины и скольжу ею по нему. Его тело – это нечто невообразимое. Словно великий скульптор долгие годы работал над ним, выделяя каждый мускул.

– Че-е-ер! – хрипло стонет мужчина, когда его толчки становятся слишком беспорядочными. Я чувствую, что он вот-вот кончит, и готовлюсь проглотить его семя.

Спустя несколько секунд теплая струя бьет мне в горло, а Валериан выходит из меня. Я глотаю всё и кусаю нижнюю губу. Слышу глубокое дыхание, но не могу понять, оно мое или его. Поддавшись порыву взглянуть на мужчину, я стягиваю повязку и вижу его лицо. Оно такое же, как в моем воображении – полно удовольствия.

Голова Власова запрокинута назад, а веки полуприкрыты. Но я знаю, что он смотрит на меня. Не по-доброму.

– Я говорил, чтобы ты не снимала повязку, – напоминает мне, обхватываю одной ладонью мою шею, а второй – член.

– Прости, – шепчу я, наблюдая за тем, как он водит головкой по моим губам.

– Блять, – вырывается у него гортанный рык.

Совершенно неожиданно мужчина оказывается на кровати, а меня перекидывает через свои бедра. Раздается громкий шлепок, и моя ягодица начинает гореть от удара.

– Валериан! – Его имя скрывается с моих губ вместе с всхлипом.

– Я предупреждал, что ты будешь наказанна. – Следующий шлепок приходится по клитору, и я вздрагиваю от удовольствия. Почему это так хорошо?

– Да!

Валериан шлепает меня еще несколько раз и бросает на кровать. Раздвинув мои ноги, зарывается лицом в киску и скользит по ней губами. Вдыхает аромат и довольно рычит.

Я падаю на подушку и запускаю пальцы в его волосы. Дрожу от оргазма, рвущегося наружу, пока мужчина трахает меня своим языком.

Он мнет мои ягодицы, посасывая клитор и медленно просовывая в меня один палец. Я чувствую легкий дискомфорт, который потихоньку проходит. Но все возвращается, когда к первому пальцу добавляется второй.

Власов растягивает меня словно ножницами, но делает это так аккуратно, что доставляет больше удовольствия, чем боли. Его язык продолжает рисовать узоры, и я наконец-то кончаю. Кричу так, что меня наверняка слышали соседи. Но сейчас не до них.

Я смотрю на Валериана расфокусированым взглядом. Он возвышается надо мной и, обхватив член ладонью, проникает в меня только головкой.

– Было бы очень правильно войти в тебя полностью прямо сейчас, – цедит мужчина.

– Почему не сделаешь этого?

– Потому что это должно произойти в моей постели. Как только ты закончишь работу в библиотеке, я наконец-то трахну тебя так, как хочу. – Он наклоняется вперед и слегка щурится. – Буду брать тебя так долго, пока ты не потеряешь сознание. А потом ты отдохнешь, но я не стану выходить из тебя. Ты будешь спать с моим членом в твоей киске.

Его слова вызывают румянец на моих щеках и желание наконец-то ощутить все это на себе.

– Ты ведь хочешь этого. – Валериан прижимает меня своим весом к матрасу. – Хочешь принадлежать мне полностью.

– Хочу, – выдыхаю ему в губы, и он снова набрасывается на меня с поцелуем, словно произошедшего ему было мало.

Головка члена медленно входит в меня и выходит, и я впиваюсь ногтями в спину Валериана. С трудом отвечаю на поцелуй, особенно когда он начинает водить членом по клитору и снова проникает в меня. Происходящее напоминает пытку.

Я вся теку, и чувствую, как подо мной намокает простынь. Тело дрожит, а пульс учащается. Наши с Валерианом взгляды сталкиваются, и я словно пробиваюсь в его душу. Пусть она темная, но там мой дом. Мой монстр.

От переизбытка чувств прерываю поцелуй и глубоко дышу. В груди такой хаос, что сердце может не выдержать и остановиться прямо сейчас.

– Моя Виви. – Валериан прерывает зрительный контакт и целует меня в шею. Ласкает грудь, а затем опускает член и скользит ладонью вниз. Закинув мою ногу себе на талию, размазывает влагу по тугому колечку мышц. Я напрягаюсь. – Расслабься, – шепчет, успокаивая поцелуями.

Его палец осторожно проникает в анальное отверстие. Я жду боли, но ее нет.

– Все в порядке? – интересуется Власов, остановившись.

– Д-да. – Мой голос дрожит.

Он кусает мочку моего уха, толкается в меня пальцем и головкой члена. Я закатываю глаза и выгибаю спину, словно получаю резкий удар тока. Тело начинает дрожать в мощных конвульсиях.

– Да, блять, – рычит Валериан, изливаясь мне между ног и полностью накрывая мое тело своим.

Мы тяжело дышим, обнимая потные тела друг друга. Власов так крепко прижимает меня к себе, словно прячет. А я незаметно для себя проваливаюсь в темноту, ощущая, что нахожусь дома. Потому что Он все-таки пришел.

Глава 23.

«...Я НЕ КРИЧУ. Я ЗАМОЛКАЮ...»

Валериан

3 марта. 13:33.

– Блокируй, – хриплым голосом приказывает Демьян Алану, пока младший тренируется с Рагнаром.

– И не отвлекайся, – грозно добавляет Рагнар.

Мы спустились в спортзал час назад, чтобы немного потренироваться. Решили провести несколько спаррингов между собой, пока у всех есть на это свободное время. И, судя по тяжелым вздохам, уже выдохлись. Учитывая, что победить друг друга нам сложнее всего, подобная тренировка забирает все наши силы.

– Я не отвлекаюсь, – возмущается Алан.

– Ты отвлекаешься, – ровным тоном произношу я, придавив к матам Исаака. Мне удается обездвижить старшего, но только на несколько секунд. Он вырывается из крепкой хватки и валит на маты меня.

– Как ты понял, что я отвлекаюсь? У тебя повязка на глазах, – напоминает мне младший.

Я бью Исаака локтем по ребрам и скидываю его с себя.

– Ты много болтаешь. – Я вскакиваю на ноги и показываю жестом, что на этом всё. Мне хочется пить и принять душ.

Подхожу к подоконнику и слышу болезненный стон Алана, а затем раздраженное фырканье Рагнара. Этих двоих лучше не ставить против друг друга. Они напоминают двух быков, которым одновременно показали красную тряпку. Слишком вспыльчивые и упрямые.

– Куда ты собрался?! – недовольно кричит Алан, пытаясь восстановить дыхание.

– В душ, – вздыхает Исаак. – Хватит заниматься сталкингом. У меня даже мобильного с собой нет.

– В чем дело? – спрашивает Демьян. Ему, как и мне, непонятно, что происходит между близнецами.

– Он вчера ночью целый час разговаривал со своей курицей, – рассерженно жалуется младший. – О чем можно говорить по телефону целый час? Тем более с этой тупоголовой!

– Она твоя будущая невестка. Ты не можешь называть её тупоголовой, – строго говорит брат.

– Значит, курицей можно? – довольно спрашивает Алан, на что Рагнар выпускает смешок.

– Нельзя.

– Я всего лишь поговорил с ней. Зачем устраивать из-за этого сцену? – мрачно бубнит Исаак.

– Он ревнует, – отвечает Рагнар. – Видимо, поэтому копался утром в твоем мобильном.

– Ты копался в моем телефоне, Алан? – В голосе старшего появляются нотки недовольства и возмущения. Ему не нравится, когда трогают его технику.

– Да. И что? – Судя по тону, младший не чувствует свою вину.

– Нашел что-то интересное для себя?

– Нет, – протяжно отвечает Алан, чем выдает свою ложь.

– Что ты сделал? – смиренно вздыхает Исаак.

– Просто удалил несколько сообщений, – недовольно бросает близнец.

– От Софии?

– Да.

– И что она писала?

– Что у неё глючат мозги, – ухмыляется младший.

– А если серьезно?

– Писала всякую дичь, чтобы затащить тебя в постель. Приглашала к себе, – с отвращением бросает Алан.

– Надеюсь, ты не ответил ей? – настороженно спрашивает старший.

Уверен, что этот засранец не упустил возможность нагадить Софии. Наверняка отправил ей средний палец.

– Средний палец считается?

Что и требовалось доказать.

– Будем считать, что нет, – тяжело вздыхает Исаак, прежде чем выйти из зала.

– Когда-нибудь у него будет нервный срыв из-за тебя, – озадаченно говорит Рагнар Алану.

– У меня уже нервный срыв, – рычит младший, прежде чем последовать за своим близнецом.

– Когда они уже повзрослеют? – уставшим тоном спрашивает Демьян.

– Никогда? – предполагаю я.

– Ты не умеешь утешать, Валериан, – ухмыляется Рагнар.

– Думаешь, стоит научиться?

– Даже не начинай.

Я пожимаю плечами и покидаю тренажерный. Приближаясь к лестнице, слышу болтовню невесток с близнецами и останавливаюсь, когда улавливаю среди них голос Вивиен. Что она там делает?

Развернувшись, меняю маршрут и иду в столовую. Чем ближе подхожу, тем отчетливее слышу их разговор.

– Это вышло случайно, – виновато произносит Виви. – Я заплачу за нанесенный ущерб.

– Оу! Не стоит. Эта конфетница ничего не стоит, – успокаивает её Аурелия. – К тому же она мне разонравилась. Не подходит под интерьер библиотеки. Сейчас достану другую.

– Ничего доставать не надо, – строго говорит Исаак. – Я сам.

– Спасибо.

– Что случилось? – Я переступаю порог столовой и делаю глубокий вдох, чтобы определить, где стоит Виви.

– Я разбила конфетницу, – отвечает она, облегчая мне задачу.

Между нами три шага, которые мне нельзя сокращать.

– С кем не бывает, очкарик, – ухмыляется Алан.

Очкарик?

Я всегда знал, что рано или поздно близнецы дадут некое прозвище Вивиен. Казалось, что это никак не должно было меня затронуть. Но данная ситуация дает понять, что это вовсе не так. Во мне просыпается желание схватить Алана и потянуть обратно в тренажерный, чтобы провести с ним воспитательную беседу. И я намереваюсь незамедлительно приступить к этому, но меня опережают.

– Ты совсем уже? – возмущается Юсейра, после чего раздаются весьма мощные удары.

– Больно! Черт, Юси-Пуси, – вскрикивает младший. – Только не по плечу!

Судя по звукам, ему неплохо достается.

– Двухметровое пугало!

– Может, не стоит так сильно бить? – встревоженно спрашивает Вивиен.

– Поверь, он даже не чувствует ее ударов. – Аурелия выпускает смешок и добавляет: – Наверное.

– Это вам что, зона боевых действий?! – внезапно кричит появившийся из кухни Максим. – Если хотите драться, идите в спортзал! То есть хотите. Из-за вас уже язык заплетается!

– Че-ерт, – болезненно ворчит Алан. – Если я когда-нибудь умру, то знайте, что это случилось из-за моих невесток.

– Или из-за твоего длинного языка, – деловито произносит Юсейра.

– Недоделанная Санта. Я брошу тебя в дымоход.

– Пустые угрозы.

– Просто тебе повезло, что ты жена моего брата. – Алан со звуком опускается на стул. – Ты сломала мне позвоночник.

– Не преувеличивайвай, – фыркает невестка.

– Признайся, как давно ты точишь на меня зуб?

– С самого первого дня.

– Психопатка.

– Я, наверное, вернусь к работе, – шепчет Вивиен, не желая прерывать весьма громкий спор, в который вмешивается и Рыков.

– Очень милая девушка, – воодушевленно произносит Аурелия, как только Виви покидает столовую. – Не будь у тебя девушки, она бы тебе подошла, Валериан.

– Из-за любви к книгам? – предполагаю я.

– Не только. Просто она очень тихая и робкая. Ты тоже не любитель лишнего шума. Вы – идеальное сочетание. Скажу на понятном тебе языке. Вы как страницы из одной книги.

– Ты, кажется, стала свахой, – настороженно произносит Исаак, вернувшийся в столовую. – Выбираешь себе очередную невестку?

– Вы и без меня хорошо справляетесь. У нас холостой остался только Алан. Но ему еще рано жениться.

– Я вообще жениться не собираюсь, – раздраженно говорит младший. – Зачем? Мне хватает вас – неадекватных королевских змей. Неизвестно еще кого приведет Валериан. А про Софию и рассказывать нечего. Эта курица до замка не доедет.

– На самом деле я не против, если она потеряется где-нибудь по дороге, – поддерживает его Аурелия.

– И эта туда же, – ворчит Максим.

***

Вивиен

Я протираю пустые полки и никак не могу перестать улыбаться. Сцена в столовой развеселила меня и не выходит из головы. Не думала, что семья Власовых настолько простая и сплоченная. Несмотря на их споры, по ним заметно, что они любят друг друга и оберегают. Конечно, их странностей это не отменяет. Зачем было заводить белку? Но у каждого свои причуды. По крайней мере, она подружилась с их собакой.

Закончив протирать пыль, я беру с подоконника книги и возвращаю их на свои места, уже отобрав те, что отправятся в городскую библиотеку. Меня прерывает звук скрипнувшей двери. Я оборачиваюсь и вижу Валериана. Он держит в руке новую конфетницу, заполненную сладостями, и подходит ко мне.

– Ты нигде не поранилась? – интересуется мужчина, поставив вазочку на подоконник.

– Нет, – робко отвечаю я, смущенная его заботой. Может быть, однажды я привыкну к этому, но не сейчас.

Валериан обнимает меня за талию и отрывает от пола. Наши лица оказываются на одном уровне, и он оставляет поцелуй на моей щеке.

– Я почти закончила с этим стеллажом, – сообщаю ему, накрывая его грудную клетку ладонями.

Мужчина щурится и опускается на стул, посадив меня на себя. Он поправляет мои очки и заправляет за ухо волосы.

– Я хочу сообщить моей семье о наших отношениях, – внезапно говорит Валериан.

– Но я еще не закончила работу. Может, не будем спешить? – Во мне просыпается тревога.

– Виви…

– Дай мне еще немного времени.

Валериан неодобрительно хмурится, но всё-таки кивает.

– До восемнадцатого числа, – твердо говорит он.

– Почему до восемнадцатого?

– В этот день у Рагнара день рождения, и ты придешь на него со мной.

Мне хочется попросить еще немного времени, но, судя по взгляду мужчины, он мне его не даст. По крайней мере, у меня есть две недели. Это уже что-то.

Я скольжу руками к плечам Валериана, а затем обнимаю за шею. Слегка кивнув в знак согласия, касаюсь его лба своим, пока он пристально наблюдает за мной. Чувствую, как вверх по моей талии скользят грубые ладони, и смотрю в опьяняющие меня серо-зеленые глаза. Они затягивают в другую Вселенную, и мне начинает казаться, что я вижу миры, о которых раннее не знала, или скрытое будущее.

Все вокруг меркнет и превращается в туман, но картина передо мной слишком отчетливая. Я вижу цветы… Очень много цветов. Зеленая трава, накрытая теплым пледом. Вижу себя, сидящую с книгой в руке, и Валериана, обнимающего меня сзади. Мужчина передает мне красное яблоко и целует в макушку. Между нами такая идиллия, но не это главное. Я вижу живот. У меня большой живот, на котором лежит его ладонь. Я беременна от этого мужчины.

Мое подсознание так далеко зашло? Неужели мечты проникли так глубоко в душу, что становятся красивыми видениями, от которых не оторвать глаз? Или же видения превращаются в мои мечты? Я не думала о детях. Слишком рано. Но вдруг в далеком будущем мы станем мужем и женой? Захотим завести ребенка? Больше всего мне бы хотелось увидеть реакцию Валериана, когда я скажу ему, что беременна. Наверное, это волшебное чувство.

– Виви, что случилось? – встревоженный голос мужчины вытягивает меня из мира грез. – Почему ты плачешь?

– Плачу? – удивляюсь я. Даже не заметила, как мои глаза наполнились слезами.

– Что-то не так? – Он обхватывает ладонями мое лицо и большими пальцами стирает мокрые дорожки с щек.

– Нет. Все хорошо. – Я шмыгаю носом и крепко обнимаю Валериана. Он гладит меня по волосам и спине, прижимаясь губами к моей макушке. Меня безумно радует, что мой Призрак такой большой. С ним я могу почувствовать себя маленькой. Порой это так необходимо – побыть девочкой, о которой есть кому позаботиться. Не нужно переживать о завтрашнем дне. Есть тот, с кем завтра не страшно. – У тебя очень веселая семья. – На моих губах появляется улыбка.

– Тебе будет легко с ними. Они любят время от времени побесить друг друга, но исключительно в развлекательных целях. Особенно близнецы.

Я отстраняюсь от мужчины и беру его ладонь в руки. Незаметно для себя начинаю играть с пальцами.

– Кстати, кто из вас решил завести белку? – интересуюсь я.

– Демьян. Он привез Амарока и Чейзи из Черного леса.

– Он и собаку нашел в лесу?

– Собаку? – Валериан выпускает смешок и улыбается. Мы оба замираем, когда это происходит. Мои брови взлетают вверх от удивления. Это столь же неожиданно, как если бы в Умбре пошел черный снег.

– Ты… – Я пытаюсь подобрать слова, но не выходит. В итоге мирюсь с этим и просто хлопаю глазами, прокручивая в памяти один и тот же момент. Перематываю его назад, как любимую сцену из фильма, чтобы посмотреть её вновь.

– Весьма неожиданно, – ровным тоном произносит мужчина. Он выглядит так, словно анализирует ситуацию в своей голове.

– Ты очень красивый, когда улыбаешься, – выдаю я, озадаченно разглядывая его.

– Когда я репетировал улыбку, это выглядело весьма пугающе.

– Искренняя улыбка отличается от той, что ты пытаешься натянуть на себя.

– Хм. – Власов хмурится и словно продолжает что-то для себя понимать. – Видимо, ты права.

– Кстати, что тебя развесило?

– То, что ты приняла волка за собаку.

– Волка? – Сегодня что, шоковая терапия? – Вы завели волка?

– Амарок довольно дружелюбный, – совершенно спокойно сообщает мне Валериан.

– Дружелюбный? – Какие еще сюрпризы меня ждут? Завтра я узнаю, что у них в саду прячется жираф? Удивительная семья.

– Да. Тебе не о чем беспокоиться. Обычно он никого не беспокоит.

– Не сомневаюсь. – Зачем хищнику кого-то беспокоить? Волк в два счета может разорвать любого.

– Кажется, тебе нужно время, чтобы свыкнуться с этим, – догадывается мужчина.

– О! Мне понадобится много времени, родной. Я еще не сталкивалась с подобным.

– Все бывает впервые.

И в самом деле. Но что-то мне подсказывает, что этих «впервые» рядом с Власовыми будет очень много.

Глава 24.

«…И ВИЖУ РАДУГУ ВО СНЕ…»

Валериан

8 марта. 13:49.

– Что вы будете делать, если, узнав всю правду, ваша девушка откажется от этих отношений? – с нескрываемым интересом спрашивает Самсон.

– Запру её в замке, – не раздумывая, отвечаю я.

Отпустить Вивиен я не смогу. Мои попытки держаться от нее на расстоянии не увенчались успехом. Потому я не вижу смысла в расставании. Она сможет избавиться от меня, только если убьет. Но моя конфетка не сможет этого сделать, поэтому единственное, что ей остается – смириться с тем, что её жизнь принадлежит мне.

– Вы не думаете, что это несправедливо по отношению к ней? – в голосе психолога появляются нотки настороженности.

– Не думаю. Я дам ей все, что она пожелает, но не свободу от себя.

– Даже если это будет причинять ей боль?

– Да.

Самсон глубоко вздыхает и делает запись, но, судя по звуку, перечеркивает все, что написал в своем блокноте. Скорее всего, мужчина озадачен моим ответом.

– Вы знаете, что такое глубокая душевная боль, Валериан?

– Знаю. Чувствовал её как-то раз. – В моей памяти всплывает тот день, когда я думал, что убил Демьяна. Плохое воспоминание, разрушающее мои алгоритмы. Оно словно вирус живет в моей голове.

– И вы бы смогли смотреть, как ваша половинка испытывает то же самое?

– Я сделаю все, чтобы она не испытывала ее, – нахожу единственный верный ответ.

– То есть не смогли бы?

– Я не смогу дать вам точный ответ на этот вопрос. Но если сложить воедино все ситуации, в которых мы до сих пор оказывались, то вероятность того, что я запру девушку рядом с собой, довольно велика.

– Подобная ситуация может привести к стокгольмскому синдрому. Вы ведь прекрасно осведомлены об этом?

– Естественно.

– Предполагаю, что этого вы и будете добиваться, если девушка решит прекратить ваши отношения? – догадывается психолог.

– Верно.

– И, по-вашему, это правильно?

– Более чем.

– Учитывая, что вы прекрасно знаете, как воздействовать на человека, чтобы пошатнуть его психическое состояние, это будет очень несправедливо по отношению к вашей даме. Вы можете свести её с ума и довести до такого состояния, что она превратится в овощ.

– С ней этого не произойдет, – твердо говорю я.

– Почему вы так уверены в этом? – интересуется мужчина.

– Как я уже сказал, я сделаю для неё всё. Подарю любящую семью и окружу заботой.

– Если рядом не тот человек, то даже звезда с неба не станет иметь никакого значения. В вопросах отношений разум проигрывает чувствам. Даже если девушка будет уверена, что вы бросите к её ногам весь мир, она может оттолкнуть вас. Женщины устроены иначе.

– Вы правы. Женщины устроены иначе. – Я наклоняюсь вперед и кручу в руке трость. – Именно поэтому я не собираюсь бросать к её ногам мир. Я сделаю ее своим миром. Хотя она уже таковой является.

– Как вы считаете, Валериан, вы любите ее или одержимы ею?

– А разве это не одно и тоже?

– Нет, – отрезает Самсон.

– Я одержим любовью к ней и её любовью ко мне.

Психолог выпускает усмешку, указывающую на его растерянность.

– Мне бы очень хотелось поговорить с вашей девушкой и убедиться в том, что с её психологическим состоянием все в порядке.

– Считаете, что я уже свел её с ума?

– Вы прекрасно знаете, что подобное возможно, – спокойно говорит он. – Хочу напомнить вам, что вы не желали становиться похожим на своего отца.

– Я и в правду не такой, как Игнат. Отец отпустил Аву и довел себя до того состояния, которое привело к нашим пыткам. Я такой ошибки не совершу, – произношу холодным тоном. – Не буду стоять на балконе по вечерам и ждать, когда моя женщина вернется.

Я не Игнат Власов. И как бы сильно мы не были похожи, между нами есть разница. Я еще хуже него и знаю, что способен на поступки похуже тех, что совершал отец.

– В первое время, когда мы только познакомились, я понимал, что должен держаться от нее подальше. Хотел отпустить, – напоминаю психологу.

– Но вы не смогли, – вспоминает Самсон.

– Было поздно отпускать. С самой первой нашей встречи было уже поздно. Но я не сразу это понял.

Я уже был помешан на Виви, услышал ее аромат в парке. А с тех пор, как она появилась в замке, одержимость ею полностью поглотила мой разум. Еще до того, как я понял, что девушка вызывает у меня эмоции, заставляет чувствовать.

– Мне казалось, интерес к ней проснулся из-за того, что рядом с ней я ощущаю себя живым, – продолжаю я.

– Это не так? – спрашивает психолог.

– Нет. Интерес появился в тот день, когда я еще не мог видеть. Только почувствовать исходящий от неё аромат. Словно я уже тогда понял, что мне нужно найти ее. И я искал.

– Это и есть одержимость, Валериан.

– Тогда это самое прекрасное чувство в этом проклятом мире.

Кажется, Бог создал что-то воистину прекрасное. Нечто большее, чем любовь, но в то же время грешное и убивающее.

***

Я спускаюсь в кухню после терапии, чтобы взять немного сладостей для Виви и поехать к ней. Как бы сильно Самсон не старался объяснить мне, что я должен дать девушке выбор, у меня не возникло желания это делать. Но я уверен, что в ближайшем будущем психолог еще не раз поднимет вопрос, чтобы привести меня к правильному решению.

– Валериан, ты уходишь? – спрашивает Аурелия, как только я вхожу в столовую.

– Да, – отвечаю невестке и слышу бормотание Самаэля. – Тебе что-то нужно? – интересуюсь, пока не ушел.

– Нет. Просто… Демьян не отвечает на мои звонки. – В её голосе слышно волнение. – И Рагнар тоже. Юсейра уже час пытается дозвониться ему.

– Сегодня должна состояться встреча министров, – вспоминаю я.

– Да.

– Где Исаак?

– Пошел в часть, чтобы поехать с бойцами на место… – Аурелия прерывается, когда до нас доносятся звук шагов брата. – Демьян! – Она выбегает из столовой, передав мне Сэмми. – Что с тобой случилось?

– Демьян! – Со второго этажа доносится дрожащий голос Юсейры. Она бежит вниз по ступенькам. – Где Рагнар? Почему ты весь в крови?!

– Юсейра… – Брат с трудом произносит её имя. – Рагнар исчез.

– Что значит исчез?! – Невестка начинает рыдать. Я слышу удары, словно она бьет Демьяна по груди. – Где мой муж?!

Я накрываю ладонью спину Самаэля и иду к брату. Чем ближе к нему подхожу, тем сильнее чувствую запах железа. Остановившись в нескольких шагах от него, опускаю повязку и скольжу взглядом по его одежде, игнорируя лицо. Рукава белой рубашки пропитаны кровью, но она точно не принадлежит ему. На нем ни царапины.

Демьян прижимает к груди плачущую Юсейру, чтобы она успокоилась. Я отрываю от них взгляд и смотрю на Аурелию, стоящую спиной ко мне. Она нервно проводит ладонью по лбу и топчется на месте. Стресс плохо повлияет на беременность.