Текст книги "Мертвец (СИ)"
Автор книги: Люция Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 30 страниц)
– Послушай, ты не знаешь…
– Кто ты? – перебиваю я её, скользнув взглядом по пустующему коридору. Где бойцы? Разве они не должны стоять здесь?
– Ты не помнишь меня? – Незнакомка делает пару шагов назад.
– А должен?
– Постой. Я сейчас позову Демьяна.
– Демьяна?
– Да. Подожди. – Она достает мобильный из кармана домашних штанов.
Как эта девушка связана с Демьяном? Что происходит в замке?
Глава 28.
«…И С НЕЮ РЯДОМ Я НЕ ПУСТ.»
Вивиен
16 марта. 5:33.
Никогда не думала, что человек способен застыть почти на сутки. Но, оказывается, такое может произойти с любым. Достаточно испытать шок и окунуться в воспоминания, проживая их снова и снова, чтобы не столкнуться со всепоглощающей болью. Чтобы не сойти с ума.
Я сижу на полу, прислонившись спиной к дивану, и смотрю в одну точку. Перед глазами проскальзывают самые чувственные моменты, прожитые с Валерианом. Я слышу его голос и ощущаю на коже прикосновения мужчины. Он сидит напротив, не отрывая от меня взгляда, – безликий, не имеющий оболочки призрак. Но его аура… Она такая мощная, что мне кажется, будто я могу дотронуться до него.
Прижимая колени к груди, я обвиваю их руками и кладу на них голову. Валериан повторяет мою позу, и мы сидим, путешествуя глазами по душам друг друга и заглядывая в самые темные уголки, где обитают монстры, порожденные грехами. Они настолько уродливы, что кажутся красивыми.
– Ты говорил, что я принадлежу тебе, – шепчу, чувствуя, как глаза наполняются слезами. – Ты не мог прогнать меня. Не мог так поступить со мной. Все это… Я не верю. Не верю.
Валериан молчит, не отрицая моих слов, но и не соглашаясь с тем, что это не так. Мое сердце словно прячется за броней, упрямо не принимая реальность. Оно сказало, что это сон, и разум без колебаний подчинился.
Неспособная принять то, что Валериан вышвырнул меня, я решаю пойти в замок и поговорить с ним. Дозвониться до него не вышло, потому что его мобильный выключен. Связываться с остальными Власовыми я не хочу. Что мне им сказать? Что меня прогнали? Это унизительно. Лучше поехать на работу и встретиться с ним лично.
Мне не хватает терпения ждать минивэн из замка, поэтому ближе к восьми часам я вызываю такси и еду до поста. Конечно, к замку меня не пустят без разрешения. Но уверена, если бойцы свяжутся с кем-нибудь из Власовых, то мне позволят проехать.
Весь путь до поста я нервно кусаю губы и заламываю себе пальцы. Думаю над тем, что именно скажу Валериану, но в голову не приходит ничего толкового. Скорее всего, я просто потеряю дар речи, как только увижу его. Но это неважно. Все равно мне есть, что ему сказать.
Когда такси останавливается у поста, я выхожу из салона и быстрым шагом направляюсь к бойцу, уже сканирующему меня взглядом. В его необычных фиолетовых глазах появляются вопросы, и я даже знаю какие. Наверняка он думает над тем, зачем я пришла в такую рань.
– Доброе утро, – хриплым голосом здороваюсь я, встав напротив него. Мое появление привлекает внимание и остальных мужчин. Их внимательные взгляды слегка тревожат меня.
– Доброе. – Боец убирает автомат за спину. – Мы еще не получали распоряжение забрать вас. И о вашем пропуске тоже. Вы пришли слишком рано.
– Знаю. – Я нервно сглатываю слюну. – Но мне очень нужно увидеть Валериана.
– Он ждет вас? – уточняет мужчина.
– Нет, – выдыхаю, прекрасно понимая, что выгляжу сейчас глупо. – Я не смогла дозвониться до него.
Боец несколько секунд молча буравит меня взглядом, а затем достает из кармана рацию.
– Слушаю, Цербер, – раздается из неё грозный голос.
– Рагнар, тут Котова пришла. Она стоит у поста. Хочет видеть Валериана.
– Котова? – переспрашивает Власов. – Библиотекарь?
– Да.
– Минутку.
Громкие помехи и шуршание мешают мне понять, что происходит. Я с замиранием сердца жду, когда вновь услышу голос одного из братьев Валериана. Жду, что меня пропустят. Но вместо этого слышу кое-что другое.
– Валериан, к тебе пришла девушка, работающая в библиотеке. Пропустить? – Все мои внутренности мгновенно съеживаются.
– Мне не нужны лишние люди в библиотеке. Пусть уходит, – родным и совершенно чужим голосом отвечает мой Призрак.
– Она здесь работает. Ей в любом случае нужно вернуться к своим обязанностям.
– Увольте, – равнодушно бросает Валериан.
Дальше я ничего не слышу. Просто смотрю в фиолетовые глаза бойца, в которых проскальзывает сожаление. Ему жаль меня. Словно я щенок, выброшенный на улицу.
Поджав губы, я выдавливаю из себя вежливую улыбку и возвращаюсь к такси, все еще ждущему недалеко от поста. Прошу водителя отвезти меня обратно и погружаюсь в собственные мысли.
Лишняя. Я назвала его Родным, а он сделал из меня лишнюю.
Мне казалось, что Валериан стал частью меня. Так оно и есть. Он проник мне под кожу и поселился в сердце. Но я, видимо, не стала частью него. Переступила через себя, свои принципы и границы, поддавшись чувствам, и оказалась выставленной. Черт, меня чуть не выгнали обнаженной, а я все равно поехала к нему. Какое унижение.
– Почему?! – кричу я, переступив порог своей квартиры. Боль всё-таки проникает в сердце и разрушает меня изнутри. – Почему ты сделал это?!
Я дрожу всем телом и начинаю крушить все вокруг. Куда ни посмотрю, везде вижу Валериана и не могу справиться с воспоминаниями. В гневе швыряю в стену книги и опрокидываю стеллаж.
– Я полюбила тебя! – кричу, не контролируя своих действий.
Ломаю все, что попадается в руки, игнорируя то, что мои ладони уже покрылись кровью. Просто хочу стереть каждый день, проведенный с ним. Хочу вытащить Валериана из себя. Из своей души.
– Я полюбила тебя, – разрыдавшись, падаю на колени. – Зачем ты заботился обо мне? Зачем заставил забыть о том, что у меня никого нет?
Обхватив голову руками, я всхлипываю и тяжело дышу. Хочется сбежать и спрятаться в объятиях моего Призрака. Но… Он не мой. И, кажется, никогда им не был.
***
Валериан
«Моему любимому и единственному сыну Валериану».
Я уже в десятый раз читаю надпись на первой странице дневника, который нашел в выдвижном ящике стола в библиотеке. Прожигаю её взглядом, словно буквы могут изменить порядок, если я не перестану этого делать. Но этого не происходит. Не через десять минут. Не через полчаса.
Взяв в руки фото, на котором изображены рыжеволосая женщина и годовалый ребенок, я пытаюсь как следует разглядеть их лица, но не могу. Меня передергивает несколько раз, словно бьет током по голове.
– Если мы сейчас не спустимся в столовую, то Максим убьет нас, – предупреждает меня Рагнар.
Я все еще привыкаю к тому, что брат может говорить, не причиняя себе боли. Привыкаю к тому, что Демьян и Рагнар женаты и у них уже есть дети. У меня есть племянники, а старшая невестка беременна. Но самое важное, что я привыкаю к тому, что Игнат мертв. Его больше нет в нашей жизни.
– Идем. Я захлопываю дневник и, забрав его с собой, встаю из-за стола.
– Ты уверен, что тебе не нужна помощь в библиотеке? – интересуется Рагнар, пока мы спускаемся по лестнице.
– Уверен. Мне хватает новых людей, которых я должен узнать, – ровным тоном говорю я, прокручивая в голове фразу из дневника.
– Когда ты все вспомнишь, твое мнение может поменяться.
– Все возможно.
Мы входим в столовую, и я мгновенно бросаю взгляд на Демьяна, сидящего во главе стола с Самаэлем на руках. Брат щекочет сына и выглядит таким живым, что мне непривычно наблюдать за этим.
– Ты в порядке? – спрашивает он, заметив меня.
– У нас разные матери? – задаю я встречный вопрос, положив на стол дневник.
Демьян не спешит отвечать. Он переглядывается с остальными, лиц которых я толком не вижу из-за масок. Им приходится носить их из-за меня. Кажется, я усложнил им жизнь.
– Валериан, ты уже знал об этом, – подает голос Аурелия. Её взгляд падает на блокнот. – Но этот дневник… Мы долго его искали и не смогли найти. Откуда он у тебя?
– Нашел в столе. Я опускаюсь на стул и прислушиваюсь к своему дыханию. Оно ровное, а в грудной клетке, как обычно, пусто. Никаких эмоций. Никаких чувств.
– Валериан. Демьян кладет руку мне на плечо и слегка сжимает его. – Потерпи пару дней. Все придет в норму. Я не хочу обо всем тебе говорить, вынуждая по новой сталкиваться с одними и теми же проблемами.
– Ты уверен, что я все вспомню?
– Да. Хотя во время прошлых приступов ты забывал даже себя. В этот раз все иначе.
– Тогда есть вероятность, что мне придется по новой обо всем узнавать.
– Есть. Но будем надеяться, что тебе удастся избежать этого.
Я слегка киваю брату и откидываюсь на спинку стула. Бросаю взгляд на незнакомцев, которые являются членами моей семьи. Не помню, как это произошло. Но, судя по манере их общения с моими братьями, они неплохие люди.
– Валериана, у тебя открылись раны? – интересуется Сергей – ворчливый уборщик, внезапно появившийся в столовой. Он садится за стол, и Оливия протягивает ему тарелку супа.
– Нет, – отвечаю я.
– Откуда тогда кровь на простынях в твоей комнате?
– Не знаю. Не помню, чтобы видел кровь.
– Возможно, швы разошлись раньше, и он не помнит этого, – объясняет Юсейра. Девушка кормит близнецов, которые не упускают возможность выхватить из её рук тарелку с пюре.
– Главное, не нагружай себя, – строго говорит мне Максим. – Тебе пока нельзя.
– В любом случае иди после ужина к Лукьянову. Пусть осмотрит тебя, – добавляет Аурелия. – Нужно убедиться, что с тобой все нормально.
– Он еще в замке? – уточняю я.
– Да. Невестка переводит взгляд на Рагнара. – Кстати, я целый день не могу дозвониться до Вивиен. Хотела сказать ей, чтобы не приходила несколько дней в замок, чтобы Валериан мог спокойно проводить время в библиотеке.
– Забыл сказать тебе. Она приходила рано утром, – сообщает ей брат. – Подъехала к посту на такси. Валериан хотел остаться один, поэтому я велел не пропускать её.
– Зачем она приехала так рано?
– Хотела поговорить с ним о чем-то. Рагнар пожимает плечами. – Наверное, о книгах.
Аурелия хмурится и смотрит на Демьяна. Они с братом странно переглядываются.
– Что-то не так? – уточняю у них. Я не помню никакой Вивиен. – Если присутствие девушки в библиотеке необходимо, то мне несложно потерпеть. Но я не хочу знакомиться с ней вновь. И пусть не мешает мне.
– Очкарик и мешает? – Алан выпускает смешок. – Уверен, от нее шума меньше, чем от тиканья часов.
– Очкарик? – В моей памяти всплывает девушка, которую я прогнал вчера утром из спальни. Я принял её за клиентку, но, видимо, это не так. Наверное, следует извиниться. Однако я не помню, чтобы видел её в замке. Значит, это она наводит порядок в библиотеке.
– Да. Она носит большие круглые очки, – ухмыляется младший. – Кажется, они больше, чем её лицо.
– Алан, не стоит так говорить, – возмущается Юсейра.
– К тому же Вивиен очень милая и добрая, – добавляет Максим. – У неё никого нет, и она живет одна. Лучше отправить к ней бойцов, чтобы проверили, в порядке ли девушка.
– Вчера она ушла в плохом состоянии. Выглядела очень бледной, – озадаченно произносит Аурелия. – Если у неё нет родных, то…
Родной…
В моей голове проносится одно слово, которое бьет по вискам и причиняет боль.
Родной… Родной… Родной…
Эхо не перестает раздаваться в мыслях. Воспоминание одно за другим вонзается в меня. Я хватаюсь за голову, а из горла вырывается стон.
– Валериан? – Демьян накрывает ладонями мои предплечья.
Родной…
– Виви! – рычу я, прежде чем погрузиться в темноту.
Часть 2
Глава 29
«Я ОБГОНЮ ВЕТРА И ВРЕМЯ…»
Валериан
3 апреля. 21:35.
Вивиен выходит из моей комнаты, сжимая ладонью свой локоть, и быстрым шагом идет по коридору. Выглядит так, словно пытается сбежать от монстра, причинившего ей боль. От меня.
Я в сотый раз просматриваю одно и то же видео на мобильном. Пытаюсь вспомнить, что между нами тогда произошло, но не выходит. Этот день исчез из моей памяти. И незнание того, что я сделал, становятся причиной самых ужасных предположений. Неужели я ударил её? Поднял на неё руку? Или... Черт. Я мог изнасиловать девушку. Но после такого она не стала бы возвращаться, чтобы встретиться со мной.
Думая об этом, я блокирую экран мобильного и поднимаюсь с дивана. Скольжу равнодушным взглядом по квартире Виви, в которой нахожусь. В пустой квартире, где нет моей конфетки. Она ушла. Собрала вещи и исчезла, оставив меня без себя. И все это по моей вине.
Без Вивиен все вокруг меня вновь потеряло краски. Радуга исчезла. Но серый мир не остался прежним. Его поглотила тьма, погрузившая меня в себя. Однако этого оказалось недостаточно, поэтому я принялся пытать себя сам. Не тело, а разум. С недавних пор я понял, что монстр всегда жил именно в нем.
Я брожу по пустой квартире, вдыхая аромат ежевики, который кажется настолько сильным, словно Виви стоит рядом со мной. Но его стойкость – моя заслуга. С тех пор как конфетка ушла, я каждый день прибираюсь здесь, протирая все поверхности тряпкой, тщательно вымытой в воде, в которую добавляю гель девушки. Это единственная возможность сохранить ее запах.
Мою привычную экскурсию прерывает звук открывающейся двери. Я не спешу посмотреть, кто пришел, потому что знаю, что это не Вивиен. Скорее всего, кто-то из моих братьев. По шагам узнаю Рагнара.
– Валериан? – Брат появляется в спальне и, увидев меня, напрягается. Не потому, что я нахожусь здесь. К этому они успели привыкнуть за пару недель. Причина его волнения – мой взгляд.
– Вы нашли ее? – спрашиваю, не отрывая взгляда от его лица. Не могу прочитать эмоции, и мой мозг страдает из-за этого. Он посылает импульсы во все нервные окончания, и меня передергивает. Если я не подчиняюсь, мое тело перестанет слушаться. Мозг отключит опорно-двигательную систему, и я просто рухну. Такое уже происходило несколько раз, и я погружался в шоковое состояние. Но мне нравилась эта пытка. Это наказание для самого себя.
– Перестань! – рычит брат, натягивая на лицо балаклаву.
– Вы нашли ее? – повторяю свой вопрос, игнорируя головную боль.
– Нет, – отрезает Рагнар. – У своей бабушки она так и не появилась. Я приказал безликим покинуть Фламе. Их нахождение в городе уже заметили, а нам не нужны сейчас проблемы. Я отправил их в Обскурт. Они начнут искать Вивиен там.
Как только Виви исчезла, мы отправили половину своих людей на ее поиски. В первую очередь к Раксалане. Хотя я подозревал, что девушку не найдут там. Вивиен не хотелось бы контактировать с этой женщиной ни при каких обстоятельствах. Тогда где она? В каком уголке мира?
Я слегка киваю брату и ложусь на кровать. Уставившись на потолок, думаю над тем, куда еще Виви могла поехать. Перебираю варианты в голове, пока Рагнар не отвлекает меня. Он садится на краю кровати и пристально смотрит на меня.
– Мы найдем ее, Валериан. В любом случае найдем, – твердо говорит брат.
– Она нужна мне, – равнодушно произношу я.
– Знаю.
За эти недели моя семья постоянно поддерживала меня. Никто из них не упрекнул меня в том, что я не представил им Вивиен. Никто не давил вопросами, которыми я и сам задавался. Они не спросили, почему я прятал девушку. Но делали все, что в их силах, чтобы найти ее.
– Поехали в замок, – просит меня Рагнар.
– Я останусь здесь.
– Ты и вчера здесь был. Хватит отдаляться от нас. Вернемся в замок.
– Я не могу. Мне нужно остаться здесь.
Брат тяжело вздыхает и поднимается на ноги. Он проводит ладонью по затылку, а затем слегка кивает.
– Оставайся, если тебе здесь комфортно, – неодобрительно говорит Рагнар. – Я скажу близнецам, чтобы и сегодня приехали ночевать сюда.
Я никак не реагирую на слова Рагнара. Жду, что он уйдет, но этого не происходит. Брат продолжает стоять на месте, буравя меня взглядом. Не добившись этим ничего, всё-таки покидает комнату и квартиру, оставив меня наедине с собой.
Провалившись в тишину, я сажусь на кровати и достаю из-под подушки дневник моей матери. Предполагаю, что его нашла Вивиен, но не успела поделиться со мной этим. По крайней мере тогда, когда я был в себе.
Открыв блокнот, я смотрю на надпись на первой странице, которую не могу перевернуть с того момента, как взял его в руки впервые. Что-то не позволяет мне этого сделать. Поэтому каждый день я читаю одну строчку.
«Моему любимому и единственному сыну Валериану».
Взяв в руки фотографию, на которой изображены мы с матерью, я провожу пальцем по ее рыжим волосам, игнорируя лицо. Смотрю на руки, обвивающие мое маленькое тельце. Язык ее тела кричит, что Валериа любила меня. Она наверняка проявляла ко мне свои чувства. Моя мама не была монстром. Она была самым обычным человеком.
Я закрываю дневник и вновь прячу его под подушкой. Встав с кровати, подхожу к зеркалу и стягиваю с себя футболку. Взгляд падает на татуировку, которую я набил на днях. На лицо, что не отталкивает и будит эмоции. На Виви на моем сердце и на надпись «МОЯ ЖЕНА». Даже если забуду, все равно узнаю ее вновь.
– Ты не спрячешься от меня, конфетка. – Я касаюсь лица девушки в отражении. – Мы обязательно встретимся. Ты снова будешь моей. Через боль или насилие – неважно. Я верну тебя в свою жизнь.
Глава 30.
«…ОТПРАВЛЮСЬ В ПРОШЛОЕ И В АД…»
Валериан
17 апреля. 12:21.
Порой время становится самым жестоким надзирателем и палачом. Соревноваться с ним все равно что идти против судьбы. А если подчиниться его правилам, то придется принять наказание, тяжесть которого с каждым днем все быстрее увеличивается. И, к сожалению, оставить это невозможно.
Я чувствую, как медленно ломаюсь. Снаружи этого не видно, потому что мне удается сохранять привычное выражение лица. Но мой разум воюет со мной, атакуя нервную систему. Сердце ярко протестует, все чаще напоминая о себе.
Виви ушла, но эмоции остались. И теперь они поражают настолько, что даже мозг не выдерживает этого. Я полностью теряю власть над собственными воспоминаниями. Мой разум хочет стереть Вивиен, чтобы избавить меня от боли. Но я борюсь. И я буду бороться до тех пор, пока мое сердце бьется в груди.
Я ровно дышу и смотрю на ворота замка, стоя на балконе. Обхватив руками перила, наклоняюсь вперед и ощущаю, как по мне стекают капли дождя. Мое тело расслаблено, но мысли загружены информацией, полученной сегодня от безликих.
Вивиен не пользовалась картой с момента своего исчезновения. Учитывая, что на ее счету нет денег, то это вполне возможно. Но недавно я перевел ей крупную сумму, надеясь, что она получит уведомление об этом. Хотя её мобильный не при ней. Он лежал в разгромленной квартире. Судя по разбитому экрану, девушка швырнула его в стену. Но, возможно, Виви купила новый телефон. И если ей вдруг понадобятся деньги, то она снимет их с карты.
Прошел месяц с того момента, как безликие начали поиски Вивиен. Они прошерстили всю Умбру и ближайшие города, но не нашли её. Посетили Фламе, охраняя дом Раксаланы. Но и там она не появилась. Исаак на всякий случай начал прослушивать телефон Кольцовой. Это тоже ничего не дало.
– Где же ты, Виви? – шепчу я, когда в лицо бьет влажный ветер. На мгновение мне кажется, что он донесет до нее мой голос. Но это всего лишь плод моего воображения. – Что я с тобой сделал, конфетка?
Продолжая думать, я возвращаюсь в свою комнату и скольжу взглядом по стенам. Смотрю на имя, написанное сотню раз моей чертовой кровью, и маниакально улыбаюсь. Одержимость этой девушкой стала моим дыханием. Я дышу этим безумием и существую благодаря ему. Оно разрушает меня, но не убивает.
– Мне стоит убить тебя при следующей встрече, конфетка. И похоронить себя рядом с тобой. Так ты никуда от меня не денешься.
Я подхожу к рабочему столу в углу спальни и опускаюсь на стул. Открыв дневник, который недавно завел, беру в руки ручку и записываю в нем дату и время, а затем воспоминание, которое потихоньку начинает исчезать из моей головы.
«Даже если ты ничего не чувствуешь, Валериан, это не причина моего «нет». И никогда не станет. Я просто все еще привыкаю к тебе.
Запомни эти слова, Валериан. Когда воспоминаний не останется, а в голове будет лишь чистый лист, читай это и знай, что Виви готова была принять тебя с твоими проблемами. Она заботилась о тебе».
Бросив ручку на стол, я закрываю дневник и оставляю лежать на видном месте. Рядом с блокнотом мамы, который всегда открыт на первой странице. Я все еще не готов его читать.
***
– Её нет в Вакне, – сообщает вечером Тания.
Меня не удивляет эта новость. Это не тот город, в который Виви захотелось бы отправиться. Но полностью исключать ее пребывание там было бы неразумно.
– Вы уверены? – уточняет Демьян.
– Да, – твердо отвечает начальница ЧК.
– Есть еще какие-нибудь новости?
– Нет.
– Продолжайте поиски, – раздраженно бросает брат.
Тания покидает кабинет, и я стягиваю с глаз повязку, которую вновь начал носить. Столкнувшись взглядом с Демьяном, тут же опускаю глаза. Сейчас мне нельзя отвлекаться.
– Валериан, тебе нужно возобновить сеансы с Самсоном. Ты слишком много пропустил, – сурово произносит брат.
– Это уже неважно. – Мне сейчас не до того.
– Важно. Меня беспокоит твое состояние. Ты все свое время проводишь в комнате или в квартире Вивиен. Твоя кожа из бледной превратилась в серую.
– Это тоже неважно. – Мои веки внезапно тяжелеют. Я откидываюсь на спинку дивана и закрываю глаза. – Мне нужно сделать что-то самому. Ожидание не помогает.
– Если думаешь, что я позволю тебе покинуть город, чтобы найти девушку, то ты глубоко ошибаешься, – строго говорит Демьян. – Я отправил лучших людей на её поиски. Твое присутствие ничего не изменит.
– Тогда найди её, – шепчу, чувствуя, как меня затягивает в чертову пустоту. Скоро я снова все забуду.
– Валериан? – Брат замечает, что мне становится плохо, и быстро подходит ко мне. Он обхватывает ладонями мое лицо и слегка бьет по щеке. – Валериан!
– Найди её, Демьян. – Все уходит. Воспоминания стираются одно за другим. Я уже еле дышу. – Даже если я забуду Вивиен, найди её.
– Я ищу. – Его голос становится ломким. – Мы все ищем.
– Она принадлежит мне. Она часть меня, значит, часть нашей семьи.
– Знаю. – Демьян прижимает меня к груди. Сейчас он ничего не сможет сделать. Все исчезнет, и никто этого не остановит.
– Я не хочу никого забывать, брат, – сдавленно произношу напоследок.
Все стирается, и я отправляюсь в свое детство. В то время, когда монстр прятался под кроватью, а не в моем разуме.
– Ты все вспомнишь, братишка, – слышу голос Демьяна. – Ты все вспомнишь.
Что я вспомню? Я что-то забыл?
– Под кроватью есть монстр, – жалуюсь ему. – Не уходи, пока я не усну.
– Я не уйду, даже когда ты уснешь.
Он не уйдет. Брат всегда сдерживает слово.
Глава 31.
«…Я ОКУНУСЬ ВО ТЬМУ И ПЛАМЯ…»
Демьян
18 апреля. 11:29.
– Что нам с этим делать? – раздраженно спрашиваю я у Самсона, сидящего напротив меня. Мне пришлось вызвать к себе психолога из-за состояния Валериана. Мой брат помнит только себя восьмилетнего. Еще вчера он думал, что ему восемь лет, пока не увидел свое отражение в зеркале. И теперь я не знаю, что с этим делать. Как справляться.
– Ему противопоказан стресс, – немного подумав, говорит психолог. – Валериан сейчас ребенок, и вам ни в коем случае нельзя наносить ему травмы. Хватает того, что ему придется смириться со своим настоящим возрастом.
– Это состояние пройдет? – уточняет Рагнар, встав рядом с моим рабочим столом и скрестив руки на груди.
– Будем надеяться, что пройдет. У него не было приступов год, и мы не знаем, чего именно ждать.– Самсон хмурится. – Тем более, что они участились.
Я откидываюсь на спинку кресла и нервно провожу ладонью по лицу.
– Он спрашивал, где наши родители, – сообщаю психологу и братьям.
Рагнар никак не реагирует, но близнецам явно не нравится эта информация.
– Скажи, что они умерли, – цедит Алан, впиваясь пальцами в подлокотник кожаного дивана.
– Вы забыли, о чем я сказал? – строго спрашивает Самсон, бросая на младшего укоризненный взгляд. – Никакого стресса.
– Тогда что нам делать? – мрачно спрашивает Исаак, наклоняясь вперед и упираясь локтями в колени. – Привести к нему Аву?
– Как один из вариантов. – Мужчина пожимает плечами.
– Это глупо! – повышает голос Алан. – Мы не будем терпеть эту суку.
– Вам пора вырасти и столкнуться с некоторыми проблемами лицом к лицу, – совершенно спокойно произносит психолог.
Я прикрываю глаза и думаю о Валериане. Он не в том состоянии, чтобы я отказывал ему в чем-то. И ради него мы все пойдем на жертвы. Пусть это будет сложно и больно, но другого выхода нет.
– Валериан хочет видеть маму и папу, – грозно говорит Рагнар. – Значит, мы сделаем для этого всё, что сможем.
– Ч-е-ерт, – рычит младший. – Гребаное дерьмо. Что мы можем сделать? Воскресить Игната?
– Нет. Но мы попросим Аву побыть в нашей части замка, пока он в таком состоянии.
– Я убью её, как только увижу.
– Достаточно, – прерываю их диалог. – Мы потерпим Аву. Нам придется сделать это. Восьмилетний Валериан заслуживает прожить один идеальный день своего детства. Даже если ради этого нам придется сойти с ума. Я поднимаюсь на ноги. – Мне нужно поговорить с Авой.
– Мы пойдем с тобой.– Рагнар подходит к двери и распахивает её. Брат выходит из кабинета, а близнецы неохотно плетутся за ним.
– Вы справитесь, Демьян, – поддерживает меня Самсон, поправляя свои очки для зрения. – И этот идеальный день нужен не только Валериану.
– Я не нуждаюсь в этом, – рассерженно бросаю, понимая, что он имеет в виду.
– А тот десятилетний мальчик очень сильно в этом нуждается.
Мне не хватает терпения завершить этот разговор, и я спешу удалиться. По пути даю знак Церберу, чтобы он проводил психолога к Валериану. Брат сейчас сидит в теплице вместе с Аурелией, Юсейрой и детьми. Ему интересно наблюдать за своими племянниками. Но самое главное, сейчас он может смотреть на наши лица. Без масок, повязки и прочего.
Я вхожу в крыло Авы и уже слышу громкие голоса моих братьев и Даниса. Видимо, они успели нагрубить ей, а мужчина пытался образумить их.
– Если вам что-то нужно, то можно спокойно попросить об этом, – ворчит Авдеев. – Она все-таки ваша мать.
– Думаешь, нам не плевать на это? – фыркает Алан.
– Если это так, то что вы здесь делаете?
– У этого есть причина. – Я переступаю порог гостиной и сталкиваюсь взглядом с Данисом. Мужчина стоит перед моими братьями, загораживая собой Аву. Но женщина не прячется, а неодобрительно смотрит на нас.
– Какая? – спрашивает она, скользнув по мне взглядом.
– Ты должна пойти с нами и провести время с Валерианом, – равнодушно говорю ей. – Ты позаботишься о нем. Сделаешь вид, что любишь его своим черствым сердцем как самая настоящая мать. Не так, как делала это в детстве. Иначе.
– А если выкинешь какую-нибудь хрень, то я лично тебе шею сверну, – добавляет Рагнар.
Ава скрещивает руки на груди и обходит Даниса, чтобы встать напротив нас. В её глазах полно вопросов, но она не задает их.
– Значит, мои сыновья впервые заявились сюда только ради парня, который никем мне не является. – Женщина невесело ухмыляется. – Как сюарелистично.
– Не действуй мне на нервы, – рычу я, испепеляя её взглядом.
– Я и не пытаюсь. Просто хочу кое-что донести до вас. Вы же не думаете, что я помогу вам просто так? – Она надменно вскидывает бровь.
– Конечно не думали, – отвечает Исаак. – Ты, блять, не способна сделать что-то подобное по доброте душевной. У тебя и души-то нет. Похоронила её вместе со своей дочерью?
– Не смей! – В голубых глазах Авы вспыхивает огонь. Они блестят от боли и наполняются слезами. – Никогда не говори о моей дочери! Никогда!
– Что такое? Больно? – Старший сокращает расстояние между ними и хватает её за плечи. Данис дергается, чтобы защитить женщину, но останавливает себя. – А когда ты бросала нас, тебе не было больно?
Я прикрываю глаза и сжимаю кулаки. Моих братьев и так разрывает изнутри из-за неё. Но я уверен, что её ответы заставят их страдать еще сильнее.
– Не было, – цедит ему в лицо Ава. – Но я сожалею об этом. Я сожалею! – кричит она.
– Твои сожаления ничего не изменят! – срывает старший. – Посмотри, что с нами! Нас калечили, а тебя не было! Твою дочь убили на твоих глазах, и я сочувствую тебе. Мне действительно жаль ту Аву, которой пришлось пройти через это. Но я не могу понять, почему ты бросила нас. Только не говори, что поступила так из-за мужчины. Я не верю в это!
– Ты думаешь, только вы искалечены?! Женщина высвобождается из его хватки. – Я тоже прошла через ад! Вы, хотя бы, были друг у друга!
– Ты отвратительна, – хриплым голосом произносит Алан.
– Хватит. – Я открываю глаза и мрачно смотрю на Аву. – Скажи, чего ты хочешь, и идем с нами.
– Хочу спокойно навещать вас один раз в месяц, – шмыгнув носом, требует Ава.
– Договорились, – немного подумав, говорю я. – Собирайся. Ты идешь к Валериану.
***
– Почему у нас в замке живут волк и белка? – интересуется за обедом Валериан, бросая внимательный взгляд на животных.
Я оборачиваюсь и смотрю на Амарока и Чейзи. Они заняты своим обедом и не обращают на нас внимания.
– И я не понимаю, почему Амарок все еще не съел Чейзи, – добавляет брат.
Белка резко поднимает голову и буравит взглядом Валериана. Одна необдуманная фраза, брошенная им, и она уже записала его во враги.
– Они хорошо дружат между собой, – натянуто улыбаясь, отвечает Аурелия. – Зачем ему есть ее?
– Он ведь хищник. Такова его природа. – Валериан пожимает плечами и поворачивается к Аве, накладывающей ему в тарелку салат. Брат следит за ней, потому что ее забота для него непривычна. Она всегда его обделяла, а я не мог ничего с этим поделать. Возмещал холод матери своим вниманием. Просто чувствовал вину за неё.
– Будешь еще рыбы? – спрашивает у него женщина, играя роль хорошей матери.
– Нет, мам. Спасибо.
Я сжимаю в руке вилку и прикладываю все свои усилия, чтобы не согнуть её. Чувствую, как мой кулак накрывает нежная ладонь Релли, и смотрю на жену. Она показывает мне взглядом, что все хорошо. Это немного отвлекает и расслабляет.
– Возьми Сэмми, – шепчет, подталкивая ко мне стульчик для кормления, в котором сидит наш сын.
Взяв Самаэля на руки, я усаживаю его на свое колено. Он выглядит счастливым и широко улыбается мне. Я постоянно вижу в глазах Сэма столько доверия, что страх разочаровать сына очень сильно сказывается на моем внутреннем состоянии. Я боюсь оказаться плохим для него и для наших дочерей.
Совсем скоро я стану папой девочек. У нас с Релли родятся близняшки. Замок точно превратится в детский сад.
– Игнат тоже порой сажал тебя к себе за столом, – внезапно говорит Ава. – Ты тогда был совсем крохой.
Мне казалось, что я смогу не замечать её присутствия. Но не выходит. Каждое действие или слово этой женщины разрушает меня и моих братьев. Они с трудом терпят присутствие Авы. И если Валериан не разбирается в их эмоциях, то я отчетливо вижу боль в глазах каждого. Алану и вовсе приходится часто отворачиваться, потому что он пытается скрыть свои чувства.
