Текст книги "Наши запреты (СИ)"

Автор книги: Lina Mur

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 27 страниц)

Глава 25

Доминик

Никогда не стоит следовать одному плану. Всегда должно быть как минимум три или четыре варианта развития событий. Особенно внимательно стоит относиться к самым безумным. Обычно так и случается. Ты никогда бы не подумал, что при драке противник описается, и это рассмешит тебя настолько, что в следующую минуту ты окажешься окружённым дюжиной врагов. Или же когда ты приходишь на встречу, чтобы договориться о новых условиях ведения бизнеса, а тот, с кем ты должен был вести дела мёртв, члены его семьи, сидящие рядом с ним, мертвы, и в итоге твоим партнёром становится… о-о-о, нет, не любовница, не шофёр, и даже не горничная, а соседский мальчишка-вуайерист, которому пятнадцать лет. Сюрпризы поджидают на каждом шагу, и быть уверенным в том, что твой план сработает именно так, как ты и думаешь, очень глупо. Поэтому нужно быть готовым ко всему и к неожиданному убийству тоже. Но я знаю, что выживу. Обычно, когда тебя приглашают в гости, и ты знаешь, что это не дружеская встреча, а ловушка, то ты всё же волнуешься. Вырабатывается адреналин. В этот раз я абсолютно спокоен. Может быть, потому, что там будут мои дети. Может быть, потому, что я буду в кругу своей семьи, и это делает меня увереннее в своих силах. Может быть, что-то ещё. Но когда я въезжаю в ворота абсолютно один, то улыбаюсь, слушая «Радио ретро».

– Джеймс, приехал, как только смог. К сожалению, до Роко я не дозвонился, – произношу, пожимая его руку.

Это так смешно. Правда, это очень смешно, наблюдать за тем, как твой враг пытается не нервничать, но нервничает ещё сильнее. Джеймс – трус. Поэтому я и поставил его во главе семьи. Я думал, что смогу управлять им. Да, я тоже ошибаюсь. Порой цена слишком высока за такую ошибку, но думаю, что у меня хватит денег, чтобы расплатиться. Пока всё идёт хорошо.

– Да… ладно. Проходи, – Джеймс оглядывает подъездную дорожку, но там никого нет. Моих людей нет. Я один. Убедившись, что всё в порядке, и я выполнил условия его просьбы, он закрывает дверь.

– Ты встречаешь меня так торжественно, Джеймс, – хмыкаю я, заметив его людей, слоняющихся якобы без дела по дому. Конечно, вооружённые до зубов люди, просто вышли подышать роскошью.

– Сам понимаешь, дело непростое. Я хочу быть в безопасности, – отвечает Джеймс.

– Мне всё равно. Итак, когда начнётся шоу? – интересуюсь я.

Джеймс замирает и напряжённо смотрит на меня.

– Брось, – улыбаюсь ему, – ты же не думал, что я поверю во всю эту чушь про твоего психопата-подчинённого, который без твоего ведома творит дерьмо у тебя под носом? Джеймс, я в этом мире подольше твоего. Ты не представляешь, под какими ещё более нелепыми предлогами меня пытались выманить.

– Но… тогда какого хрена ты пришёл? Один? Ты совсем идиот? – удивляется Джеймс.

– Я просто люблю хорошие вечеринки, вот и всё, – пожимая плечами, достаю из кобуры сначала один пистолет, затем второй и протягиваю ему. – Это же следующее, что ты мне прикажешь. Я делаю всё заранее, чтобы ты не утруждался. А также я могу задницей почувствовать, что у меня за спиной стоит человек и держит меня на мушке. Он в метре от меня. В тени. Ты должен был приказать мне отдать тебе всё оружие, или ты меня убьёшь. Ой, я испортил шоу? Прости, больше не буду разрушать твою минуту славы.

– Ты больной, – шепчет Джеймс и показывает своим людям, чтобы они забрали у меня оружие.

– И это говорит мне человек, который собирается меня убить? Мило.

– Ничего личного, Доминик, – качает головой Джеймс. – Я не хотел делать этого, но у меня просто нет выбора. Я хочу жить. Думаю, ты меня понимаешь. И раз ты здесь, и знаешь, что больше не выйдешь отсюда живым, то думаю, стоит проводить тебя к нашим заложникам.

– Да, было бы вежливо с твоей стороны. Разве не по этой причине я здесь? – усмехаюсь я.

И вот, безоружный, я следую за Джеймсом. На меня направлены пушки, пока мы спускаемся ниже, в подвал. У всех есть повалы. Это просто клише, но это удобно. Мы долго идём по тёмному тоннелю, пока перед нами не открывают дверь, и мы не оказываемся в одном из кабинетов для убийств. Не знаю, почему старая школа обожала эту тему, то есть приводить людей в красиво обставленную комнату, угрожать им и убивать. По мне, так это глупо. Словно человек уже не понимает, пока прётся по этим жутким туннелям, что он идёт на смерть.

Внутри я вижу мужчину. Он молод и высок, щуплый, но жилистый. Его тёмные волосы в беспорядке падают на лоб, а тёмные глаза сверкают безумием.

– Рубен, – улыбаюсь я. – Наконец-то, я уж подумал, ты меня боишься.

– Я? Тебя? – смеётся он, качая головой. – Чувак, я взорвал больницу с Мигелем и стоял рядом с тобой, наблюдая за тем, как вытаскивают трупы. Ты реально думаешь, что я тебя боюсь? Я никого не боюсь.

Вот откуда у Лейк эта особенность. Она переняла его навык бесстрашия. Но Рубен психопат. Это просто очевидно. Один взгляд на него, и начинает тошнить.

– Идеальный злодей.

Рубен кривится.

– Тебе не нравится? Хм, антагонист?

Он шипит.

– Ладно, задрот.

– Я, блять, буду мучить тебя несколько лет, – рявкает он.

– Боже, кто же знал, что ты такой обидчивый. Ты врачам показывался? Что они говорят? – Я знаю, что издеваюсь над ним и злю его. Но я хочу увидеть всё безумие в его глазах. Хочу увидеть в них свою смерть. Рубен непредсказуем. Даже я не могу угадать варианты жестокости, которые прокручиваются сценариями в его голове.

Рубен дёргается в мою сторону, в его глазах вспыхивает огонь. Кровавое безумие. Чем больше рыданий, слёз, страданий тем лучше. Отлично.

– Ей-ей, да расслабься, я просто шучу. Джеймс, скажи своему пёсику расслабить яйца, – я вскидываю руки и делаю шаг назад.

– Роб, он просто выводит тебя из себя. Он специально это делает, не реагируй, – фыркает Джеймс.

– Мудак. Тебе пиздец, я обещаю, – Рубен указывает на меня пальцем.

Так и подмывает сказать: «Боюсь-боюсь». Но я предпочитаю промолчать.

– Ладно, вечеринка, конечно, весёлая. Но в чём суть? Что вам нужно от меня? У вас моя дочь, и вы собираетесь обменять её на что? – интересуюсь я.

– На тебя, – легко отвечает Джеймс.

– Ну, я догадался. Но что вам нужно от меня? Моя смерть? Моя сперма? Моя задница? Моя красота? – спрашиваю, широко улыбаясь.

– Ты не говорил мне, что он, блять, грёбаный тупой мудак, – выплёвывает Рубен.

– Как грубо, – цокаю я. – Так что? Я бы хотел знать, что конкретно вы от меня хотите. Это же несложно, ребята. Так обычно проходят переговоры и угрозы. Вы угрожаете убить мою дочь, взамен… хм, чему?

– Им нужен ты, Доминик, – раздражённо фыркает Джеймс. – Мы просто выполняем дружескую просьбу. Ты нужен им живым. Лучше, живым. Но мёртвым тоже подойдёшь. Сама суть в тебе.

– И кому я нужен?

– Последователям Грега.

– Не говори ему ничего. Он всё равно сдохнет, и я прослежу за этим. Пусть приведут нашу пищу, – приказывает Рубен.

– Это абсолютно невежливо, Джеймс, – я откидываю полы пиджака и сажусь в кресло. – Ты обманываешь меня после того, что я сделал для тебя. Похищаешь мою дочь, угрожаешь моей семье, и я только сейчас узнаю, что у тебя есть какие-то друзья, кому ты служишь. Это обидно. Поэтому я хочу понять суть. Ну, бросьте, я имею право знать, за что меня убьют.

– Ты убийца, дебил, – шипит Рубен.

– Как и ты. Но тебя же они не хотят. Значит, во мне есть нечто особенное, что отличает меня от дерьма, вроде вас. Ах да, Грег, – закатываю глаза и тихо смеюсь себе под нос. – Он мёртв, если вы не в курсе. Его последователи – это кучка психов, считающих, что мир должен принадлежать им. И они приказали вам передать меня им. Ладно. Но они хотя бы вам заплатили?

– Твоя семья будет моей. Ты передашь мне все права на неё, – произносит Рубен.

– Оу, – присвистываю я. – А ты знаешь, что есть другие боссы, и так просто всё не происходит? Даже если я подпишу согласие на передачу прав управления моими людьми, то это должен принять совет.

– Насрать на совет. Его скоро не будет, – рявкает Рубен.

– Я бы посмотрел на это. В Америке около пятидесяти боссов, и это крупные семьи. Они не примут тебя, Рубен. Во-первых, ты психопат. Во-вторых, ты страшненький. В-третьих, ты слишком… у тебя член какого размера? Просто это важно.

– Блять, – Рубен кидается на меня, но Джеймс перехватывает его под мой смех. – Ты, сука, сдохнешь в муках! Я, блять, урою тебя!

– Хорошо-хорошо. Исусе, ты такой нервный, – хихикая, я поднимаю руки.

– Успокойся ты. Он специально заводит тебя. Контролируй себя, – приказывает ему Джеймс, отпихивая в другой угол комнаты.

– Слушайте, тогда к чему это всё? Я уже у вас. Смысл мне показывать мою дочь? Она у вас в заложниках, я тоже здесь.

– Ты признаёшь, что убил Грега?

– Ещё чего, я его не убивал. И, вообще, не пора ли забыть о нём? Я забыл, двигаюсь дальше. Он мёртв, ребята. Он мёртв…

– Есть Мигель, – улыбается Рубен. – Грег хоть и мёртв, но у него есть последователь. Это Мигель. И именно ты заберёшь его из больницы, передашь его нам и тогда, может быть, я буду убивать тебя не пять лет, а четыре с половиной.

– Вот мы и дошли до сути. Вам нужен Мигель. Так пойдите и возьмите его. Он точно не будет сопротивляться, зуб даю.

– Доминик, мы не можем просто так вывезти Мигеля из больницы, которой управляешь ты, и там полно твоих людей. Нас убьют. Любого, кто сунется туда, убьют. Помимо этого, есть ещё его семья, которую тебе придётся убрать. Таковы условия выживания. И пока ты этого не сделаешь, заложники будут у нас. Не факт, что они выживут.

– А при чём здесь заложники? Нет, я понимаю, что вы их будете мучить, насиловать, избивать, удерживая меня под контролем ваших хозяев. Но всё же в чём суть их нахождения здесь? Точнее, как вы будете контролировать меня. Я босс и могу в любой момент позвать помощь, и вам пиздец.

– Всё просто, Доминик. Для начала ты передашь все права на семью мне. И мне насрать, кто будет против. Далее, ты постоянно будешь носить на себе бомбу, которую я для тебя уже подготовил. Помимо этого, я буду присылать тебе по кусочкам твою семью, если ты оступишься. Когда ты убьёшь всю семью Мигеля, а также любовника твоего сына, конечно, Лонни, этого ублюдка и тех, на кого я укажу, то перейдёшь в руки тех, кто тебя очень хочет увидеть. Я отпущу то, что осталось от твоей семьи, когда ты вернёшься ко мне. Так понятнее тебе, старик?

– Более чем, псих, – улыбаюсь я. – Когда начнём?

– Уже, – Джеймс отходит в сторону, и двери распахиваются. Маленькая комната наполняется вооружённым людьми. Двое их них тащат за волосы брыкающихся Лейк и Раэлию. Они швыряют их на пол. Я вижу Иду, она останавливается у двери, пытаясь спрятаться. Сука.

Моё сердце пропускает, кажется, каждый удар, когда я вижу избитое лицо Лейк, рану на её бедре и заляпанные кровью волосы. Раэлия практически не тронута. У неё только синяк на скуле. Встречаюсь со взглядом дочери и прошу её дать мне подсказку. Она сама пришла сюда для какой-то цели. Так для какой?

– А вот и мой мальчик, – Джеймс взъерошивает волосы Деклана. Но он не смотрит на меня, а в пол. – Приведи ещё одного гостя. Доминик будет рад с ним увидеться.

Лейк и Раэлию ставят на колени. Обеих хватают за волосы и заставляют поднять головы.

– Выглядите дерьмово, – замечаю я. – И от вас воняет.

– Какой ты привередливый, – цокает Джеймс. – Роб держал их в более чем приличных условиях. Но ты же понимаешь, что всё это не то, чем кажется. Шлюху к тебе подослал Роб.

– Да ладно? – перевожу взгляд на Лейк.

– Скажи ему, детка. Скажи, что ты следовала моему плану, – Рубен наклоняется к Лейк. Она кивает.

– Это так… так. Я соврала, – сипло отвечает она.

– Ты соврала мне? Ты использовала меня? – прищуриваясь, спрашиваю её.

Она кивает.

– Хочу знать как, – требую я.

– Это было легко. Ты, правда, решил, что моя женщина будет принадлежать тебе? Нет, Доминик. Всё было очень просто. Я всё подстроил. Поймал твою шлюху, которую ты поселил в том доме, и от её имени общался с Лейк, она знала об этом…

Нет. Это ложь.

– Она должна была приехать в дом и вести нормальный образ жизни до тех пор, пока я тебя туда не заманю. Я это сделал. Ты должен был прийти туда после того, как я устроил тебе ловушку на дороге. Мы тебя просто помяли, никто не собирался тебя убивать. Хотя признаю, что я бы этого хотел. Далее, ты добираешься до дома, встречаешь там Лейк. От неё все мужчины без ума, поэтому я и стал её защитником. Не было ни дня, когда кто-то не попадался на её обаяние и смекалку. Она приводила ко мне жертв, чтобы я был счастлив. Правда, любовь моя? – спрашивает он, поглаживая Лейк по волосам, и она кивает.

– Да… я так и делала. Тебе это очень нравилось.

– Вот, потом ты взял её с собой, и я знал, где вы находитесь. Я же контролировал её, она получала мои сообщения.

Только вот получал сообщения я. И в них были угрозы. Я ещё более внимательно смотрю на Лейк и замечаю, как она едва заметно шевелит губами.

Псих.

Это ложь. Рубен придумал в своей голове историю и заставляет верить в неё всех. Он психопат. Его голова думает иначе. Он видит то, чего никогда не было.

– А дальше уже было легко. Ты попался на крючок. И она проникла в твою семью. Она была близко к твоим детям.

– Подожди-подожди, – я поднимаю руку и качаю головой. – Окей, это всё интересно, но в чём суть-то? Попрыгать на моём члене? Боже, не стоило прикладывать столько усилий, я бы и так позволил. И тот факт, что ты её избил, порезал, и она выглядит… ну, как дерьмо сейчас, говорит лишь о том, что что-то пошло не так.

– Именно, – кивает Рубен. – Она не смогла залететь от тебя. Но я нашёл выход.

Он переводит взгляд на мою дочь. Да только через мой труп!

– А если…

Меня прерывает грохот дверей. Перевожу туда свой взгляд и вижу, как Деклан тащит кого-то…

– Роко, – выдыхаю я, когда моего сына швыряют на пол всего в крови и избитого. Он без сознания, и это тоже причиняет мне боль.

– А теперь, раз мы всех собрали здесь, за исключением Энзо, но это лишь благодаря помощи Иды. Она заберёт его потом себе, как мы и договорились. Давайте подпишем соглашение, Роб заберёт твою семью, и мы, наконец-то, перейдём к выполнению плана. Доминик, все твои дети у нас. Твоя шлюха у нас.

– И? – удивлённо приподнимаю брови. – И что? Да, они у вас, но как это должно убедить меня в том, что я обязан следовать вашим требованиям?

– Приведи моего брата, – требует Джеймс.

– Нет, ты обещал, – шепчет Деклан. – Ты обещал, что не тронешь его.

– Заткнись, иначе я его убью. Я лишь покажу, что сделает Роб с детьми Доминика, – фыркает Джеймс.

Через пару минут в комнату притаскивают мужчину, хотя я уже не уверен, что это мужчина. Это просто кусок практически мёртвой плоти. Перешитый, перебинтованный, с ужасными ожогами и абсолютно не в состоянии даже лежать. Кажется, что он вот-вот умрёт.

Рубен наставляет пистолет на брата Джеймса так быстро, что Деклан не успевает защитить его. Он стреляет, пуля попадает в голову, и всё.

– Боже мой, – до меня доносится шёпот Лейк.

– Нет… ты обещал! Ты обещал! – кричит Деклан. – Папа!

Рубен переводит пистолет на Деклана, и тот сглатывает.

– Заткнись на хрен, иначе будешь следующим, как показательное выступление для нашего гостя. Итак, ты уловил суть, Доминик? Каждое нет – смерть одного из заложников. С кого мне начать? С твоей дочери? – Он подходит к Раэлии и приставляет пистолет к её голове.

– Он её ненавидит, – произносит Лейк и вскидывает голову. – Ты же сам мне говорил, Доминик, что хочешь смерти Раэлии, потому что терпеть её не можешь. Она напоминает тебе твою жену. Так что это не самый выгодный вариант.

Какого хрена она это несёт?

– Это так, – кивает Раэлия. – Можешь убить меня, но он лишь будет ржать и благодарить тебя. Спроси Иду.

Рубен поворачивается к Иде.

– Она права. Раэлия не нужна Доминику. Он даже заплатит за её убийство. Это неразумно.

Рубен переходит к Лейк, и она смеётся.

– Ты серьёзно, что ли? Как моя смерть должна повлиять на него, идиот? Я шлюха. Ты подослал меня к нему, открыл ему все карты. И даже если он был влюблён в меня, то сейчас всё изменилось. Убей меня, но хрен ты от него что-то получишь, – быстро шепчет Лейк.

– Папочка сам убирает своих шлюх, когда они ему надоедают. Так что я более выгодный вариант. Она же шлюха, мать вашу. Вы здесь все тупые? Вы что, думаете, что он рыдать будет? Блять, да он поаплодирует вам.

Пистолет снова переходит к голове Раэлии.

Они путают их. Они путают Рубена, перекидывая между друг другом значимость. Они тянут время. Для чего?

– Убивай, – киваю я, доверившись и Лейк, и Раэлии. – Убивай её, но я пальцем не пошевелю, чтобы выполнить ваши требования. Но если…

Быстро бросаю взгляд на Лейк, а она смотрит на Роко. Она прямо настойчиво показывает мне подставить Роко. Он, блять, без сознания!

Рубен приставляет пистолет к голове Лейк, заметив мой взгляд.

– А можно перед тем, как ты убьёшь её, она мне отсосёт? Ну а что? Она хорошо сосёт, ты её отлично научил, Рубен. Мне нравилось. И это как бы последнее прощание между нами. Что скажешь? А потом ты её убьёшь, можешь даже убить, когда я буду кончать ей в рот. Она умрёт с моей спермой во рту.

Рубен рычит. Я замечаю, как он надавливает на курок и, была не была. Я смотрю на Роко и сглатываю. Прости, сынок. Прости.

– Значит, он, – Рубен подходит к Роко и закрывает мне обзор на Лейк. Чёрт. И что дальше? – Значит, первым будет твой любимый сын. Хотя я мог бы с ним отлично повеселиться. Я бы придумал для нас такое крутое развлечение, что он пищал бы от восторга.

– Подожди, – просит Раэлия. – Подожди… он мой брат. Подожди. Убей меня. Не трогай его.

– Ах, вот оно что. Любимчик семьи выявлен. Можно было оставить его напоследок, но…

– Рубен, – рявкает Лейк.

– Да, любовь моя? Ты хочешь что-то сказать? – спрашивает Рубен, даже не поворачиваясь к ней.

– Пап, подпиши соглашение! Пап! Он убьёт Роко! Подпиши его! – выкрикивает Раэлия.

– Это так мило, – смеётся Рубен. – Ещё! Давай, ещё!

– Пап, пожалуйста…

– Доминик, подписывай это грёбаное соглашение.

– Рыдайте! Громче!

Я не понимаю, какого хрена здесь происходит.

– Доминик, подписывай! Он убьёт его!

– Пап, пожалуйста! Подпиши!

– Сейчас!

Всё происходит так быстро. После криков Лейк, от которого аж зазвенело в ушах, она бросается вперёд и толкает Рубена. Он стреляет в Роко, но попадает в своего же человека. В его бедро. Роко подскакивает на ноги и бьёт Рубена по спине. Деклан свистит и кидает в руки Роко, Раэлии и Лейк по пистолету.

Если честно, то я бы так и стоял, наблюдая, как эти ребята сплочённо и быстро работают друг с другом. Да, я стар. И это моя минута сентиментальности, которой меня тоже лишили.

Я запрыгиваю за охранника, стоявшего сбоку от меня, и хватаю его за куртку на спине, закрываясь от пуль. А они летят.

– Под стол, Лейк, лезь под стол!

– Иди к чёрту, Роко!

Тело, которым я прикрываюсь, сотрясается, когда в него бьют пули.

– Не дайте им уйти! Убить всех! – ревёт Рубен.

Отшвыриваю от себя тело и забираю у него пистолет. На меня нападают трое, и мне приходится отбиваться.

– Раэлия! – Я вырываю картинку, как её бьют в живот. Ярость и лютая злость поднимается внутри меня, я стреляю раз, попадая в шею нападавшего. Второй наставляет на меня пистолет. Обхватываю его рукой и дёргаю в сторону. Пуля попадает в третьего.

– Я займусь Джеймсом! Он не уйдёт! – бросает Деклан, стирая кровь с лица. Он выскакивает из кабинета, когда я убиваю третьего и бегу к дочери. Хватаю ублюдка, ударившего её за шею, и тяну назад. Раэлия бьёт затылком второго.

– Не смей, мудак, трогать мою дочь! – рычу я, и его шея под моим захватом хрустит. Я улавливаю последний живой блеск в его глазах и надавливаю ногой на его спину. Его позвонки хрустят, а затем раздаётся выстрел. Парень падает вниз, и я смотрю на его простреленные яйца. Это должно быть больно. Стреляю ещё раз ему в лоб и поднимаю голову.

– У нас всё есть. На мне микрофоны, пап. Я всё записала. Буквально всё, что они говорили и делали, – быстро шепчет Раэлия.

– Ты умница. Уходи. Нужно вызвать Лонни…

– Дек, вызвал. У него был мой браслет. Он…

Наверху раздаётся взрыв, и на наши головы сыплется штукатурка с потолка. Лонни здесь.

– Роко, ты как? – спрашиваю сына.

– Теперь я буду обижен на тебя вдвое. Какого хрена у тебя такая тяжёлая рука? – отвечает он и сплёвывает кровь на пол.

– Ты сам попросил не сдерживаться. Хватит дуться.

Я отдал Роко Деклану. Я знал, что он будет там, а Деклану нужны были звёзды в его рейтинге в семье. Да, я избил своего сына. Он в порядке. Некоторые раны и синяки на нём – это просто грим, как и кровь. Но он попросил меня ударить его, я так и сделал.

– Где Лейк? – оглядываю пустую комнату с трупами.

– Она была здесь. Она выстрелила вот в того, он пытался меня задушить, – Роко указывает на труп, валяющийся в углу.

– Рубен, – выдыхаю я. – Она пошла за Рубеном. Это её цель. Она не уйдёт без него.

– Значит, мы…

– Нет, – качаю головой и выглядываю в пустой туннель. – Нет. Сейчас мы берём трупы и, прикрываясь ими, выходим отсюда. Туннель может быть отличным местом захоронения. Поэтому мы выходим, и потом вы немедленно убираетесь отсюда, понятно? Вы уходите, чтобы сохранить…

– Да с доказательствами ничего не будет. Они же уже записаны, – фыркает Раэлия.

– Я хотел сказать, чтобы сохранить своё будущее, – закатываю глаза.

– Ой, ну типа тоже пойдёт, – усмехается дочь.

– Пап, но как же Лейк? Мы не можем бросить её здесь.

– Я пойду за ней. Лейк в доме, и она точно не успокоится, пока не убьёт его. Поэтому я пойду, а вы свалите отсюда. Всем всё ясно?

– Но…

– Раэлия, мать твою, бери задницу в руки и вперёд. Давай. Без лишних разговоров. Вы должны выбраться отсюда и предупредить Алекса как можно быстрее. Мигель может быть в опасности. Теперь понятно?

– Да.

– Окей.

– Пошли.

Мы берём каждый по трупу и выходим. Я иду первым, но в нас никто не стреляет. Никто. Это так странно. Зато я отчётливо вижу трупы, валяющиеся на полу. Мы останавливаемся у развилки.

– Где она может быть? – шепчу я, обдумывая варианты.

Рубен трус. Он не хочет быть убитым. Он первым сбежал. Значит, прошло уже достаточно времени, чтобы он мог добежать до ворот. Но Рубен не пойдёт этим путём, там мои люди. Там до хрена людей.

– В клетках. Он не пойдёт наверх. Он должен был пойти через туннели на улицу. Но Деклан закрыл их, значит, он в тупике. Я бы на его месте спряталась именно там. Там много мусора, – быстро говорит Раэлия. – Это там. Они нас там держали.

Она указывает налево.

– Хорошо. Тогда я пойду туда, а вы наверх, – приказываю им. – И пожалуйста, без самодурства. Сразу к Алексу, вам всё понятно?

Дети переглядываются между собой и закатывают глаза.

– Он, вообще, в нас не верит, – бубнит Раэлия.

– Да брось, повеселимся наверху. Их же там полно. Пойдём постреляем, – весело предлагает Роко.

Идиоты. Мои дети идиоты, потому что они издают победный клич и несутся в темноту.

Покачав головой, поворачиваю туда, куда показала мне Раэлия, и здесь темно, как в заднице. Я медленно иду, наставляя пистолет, но никаких звуков не слышу. Вообще, никаких.

– Ублюдок! – доносится до меня приглушённый крик Лейк, а затем грохот. – Мразь! Рубен, мать твою!

Я иду быстрее на грохот, словно по чему-то бьют. Дверь. Она бьёт по двери.

Блять.

Резко разворачиваюсь, наставляя пистолет. Мой палец на курке, но мне в лоб прижимается дуло пистолета.

– Это тоже было слишком легко, – раздаётся в темноте голос Рубена. – Даже если я не выполню полностью заказ, то, по крайней мере, выполню его частично. Ты знал, что Лейк сошла с ума? Нет? Я тебе покажу.

Рубен вплотную подходит ко мне, выхватывая пистолет и отбрасывая от меня, а затем отпирает дверь. Лейк едва не падает на меня.

– Не так быстро, любовь моя. Смотри, какой подарок я тебе принёс, – шепчет Рубен, держа пистолет у моей головы.

Глаза Лейк распахиваются, и она облизывает израненные губы.

– Отходи назад и вниз, любовь моя. Отходи спиной назад к клеткам. Давай, иначе я твоему любовнику мозги вышибу.

– Хорошо, – кивает Лейк. Она, прыгая на одной ноге, а вторая уже слишком сильно окровавлена, спускается вниз, а мы за ней.

Да, я должен в такой ситуации что-то придумать, но сейчас время Рубена. Он хочет выместить на мне свою злость и обиду. Я дам ему этот шанс.

У меня внутри всё стягивает болью, когда я вижу клетки, в которых держали моих, мать его, девочек. Над ними издевались здесь. Их били здесь. И судя по разорванной одежде, вероятно, насиловали тоже здесь. Но я не могу ими не гордиться. Я не могу не чувствовать невероятную гордость за обеих. Они смогли вырваться из оков и действовали слаженно и чётко рядом друг с другом. Они спасли друг друга. Это достойно огромного восхищения.

– Чего ты хочешь, Рубен? Убить его? Он же тебе нужен, – говорит Лейк.

– Мне он не нужен. Он нужен моим заказчикам. И если план провалился, то я, по крайней мере, сделаю то, что делал всегда для тебя. Убью того, кто искушает тебя.

– Я искушаю? Надо же, ты сделал мне комплимент, – улыбаюсь я.

– Заткнись, блять, мудак! Заткнись, ты меня бесишь! – орёт Рубен.

Краем глаза смотрю на Лейк. Она тяжело дышит. Ей сложно стоять на месте. Перевожу взгляд на Рубена и теперь вижу красные полосы на его лице, кровь на плече и разорванную рубашку. Моя девочка его порезала.

– Хорошо, ты можешь убить меня. Окей, я не против. Но это неразумно. Ты не выйдешь отсюда, – спокойно отвечаю я.

– Выйду. Эта шлюха сошла с ума, она убила тебя, какая плохая шлюха. И я выйду отсюда вместе с ней. Я буду держать её на прицеле. Буду прикрываться ей, и меня выпустят. А затем я уйду с ней. Этого же ты хотела, Лейк, уйти вместе со мной? Я дам тебе такую возможность. У нас всё будет хорошо, но без него.

– Тогда должны быть мои отпечатки на пистолете, не так ли? Если ты хочешь обвинить меня в том, что собираешься сделать, то я должна стрелять в Доминика, верно? – прищуривается Лейк и делает шаг вперёд.

– Иди на хуй. Думаешь, я тупой? Вернись на место, блять. Ты будешь стоять там, где стоишь, бешеная сука, – шипит Рубен. – Я тебя воспитаю, тварь. Я, блять, из тебя шелковую сделаю. Ты хочешь быть со мной. Ты…

– Хотела, – заканчивает за него Лейк и делает шаг назад. – Да, хотела встретиться с тобой, посмотреть в твои глаза и вырвать их. Отомстить тебе за все те жертвы, которые ты оставил на моей памяти и в моём сердце. Да. Я так хотела пойти за тобой. И это было ошибкой. Я тоже учусь на своих ошибках. Я пошла за тобой, хотела изуродовать и уничтожить тебя, но всё, чего добилась, это то, что происходит сейчас. И мне очень жаль, что моя жизнь крутилась вокруг тебя. Я была дурой. Просто дурой, которая думала, что тебя больше нет. Но нет, ты был. Я сама тебя поставила на пьедестал своих целей и ошиблась. Так что я больше не хочу идти за тобой, просто хочу, чтобы ты сдох. Ведь никакая месть, никакие пытки не вернут мою бабушку, твоего брата, Себастьяна и других людей. Так что, стреляй, мне насрать, что ты там хочешь. Ты ничтожество, и тебя больше нет в моей жизни.

Это сильно ранит Рубена. Я вижу это. Его глаза сверкают болью и отчаянием, оттого что он потерял ту самую власть над Лейк. Это то, о чём я ей говорил. И она сделала выбор.

– Стреляй, ну же. Давай убей его, – шипит она.

Какого хрена?

Лейк бросает на меня взгляд и переводит его в сторону. Там оружие? Там что-то есть сбоку от меня. Она хочет отвлечь его.

– Давай стреляй, Рубен! Стреляй! Иначе я останусь с ним! Да-да, я это сделаю!

– Ты не посмеешь! Ты любишь меня! – орёт Рубен, делая шаг ближе.

– Нет, мне тебя просто жаль. Ты жалкое существо. Ничтожество. И да, я буду с Домиником. Вернусь к нему и, блять, выйду за него замуж! Я выдавлю из себя хотя бы одного ребёнка! Его ребёнка! Не твоего. Никогда не твоего. Только его. Только для него! Не с тобой! Никогда не с тобой! Мне плевать на тебя! Тебя больше нет! Ау? Рубен? Ты где? Нигде! Нет тебя! Больше нет! Никогда не будет! Ты прах! Ты мёртв! Я о тебе не думаю! Я тебя не люблю и никогда не любила! Это была ложь! Я не любила тебя! Я тобой играла, как и ты мной! Я никогда не хотела быть с тобой! Никогда! И я хотела сдать тебя! Я ждала, чтобы ты гнил в тюрьме! Я молилась об этом каждый раз, когда ты ко мне прикасался! Ты никому не нужен! Никому! Никто тебя не полюбит!

Господи, даже у меня голова идёт кругом от громкого голоса Лейк и быстроты её слов! Она всё говорит и говорит! Вены на шее Рубена вздуваются! Его лицо краснеет от ярости!

Готовлюсь к выстрелу. Я должен прыгнуть в сторону. Раз… два… выстрел. Я прыгаю, и пуля бьётся о решётку, отлетая в другую сторону. Рубен орёт и стреляет, а я уворачиваюсь от пуль. Лейк прыгает на него сзади и впивается пальцами в его глаза. Он орёт, пытаясь сбросить её. Я подскакиваю на ноги и бью его в живот. Они с Лейк падают. Я вижу то, о чём пыталась мне сказать Лейк. Нож. Пистолет до сих пор в руках Рубена. Я хватаю нож и поворачиваюсь. Рубен толкает Лейк вперёд и бьёт её кулаком в лицо. Лейк падает на пол, скуля от боли. Рубен вскидывает пистолет прямо на меня. Я переворачиваю нож, чтобы бросить в него. Он стреляет, я бросаю. Пуля летит прямо в меня, но меня сбивают с ног, и я падаю на землю. До меня доносится вой Рубена. Я хватаюсь за Лейк и сажусь. Кровь хлещет из её плеча. Она хрипит, быстро дыша.

– Лейк… Лейк, – быстро зажимаю рану рукой.

– Убей его… пожалуйста… убей…

Из уголков её глаз скатываются слёзы. Внутри меня всё настолько рвётся от страха за Лейк, когда я бросаю взгляд на корчащегося от боли Рубена на полу. Из его плеча торчит нож. Если я отпущу рану Лейк, то она истечёт кровью и умрёт, а Рубен будет мёртв. Если я буду держать Лейк и побегу с ней до машины скорой помощи, то Рубен будет жив. Она хочет, чтобы я убил его. Не могу. Я должен спасти её. Насрать на Рубена.

– Пап!

Я вскидываю голову.

Раэлия оглядывается и охает, глядя на Лейк.

– Скорая здесь. Беги с ней туда. Я…

– Убей его. Сейчас. Раэлия, для неё. Она должна знать, что он мёртв, – резко перебиваю дочь и хватаю на руки Лейк.

– Смотри, куколка. Смотри, это его конец, – шепчу, прижимая её к себе.

Раэлия подходит к Рубену и стреляет прямо в лоб.

Я срываюсь с места и бегу.

– Всё будет хорошо. Тебе помогут. Только оставайся в сознании, хорошо? – бормочу я, перескакивая через ступени.

– Доминик… прости…

– Всё в порядке, куколка, я не злюсь. Всё в порядке.

– Я такая дура… ты был… прав. Я… мне так… жаль, прости меня. Я…

– Тише, Лейк, тише. Сохраняй силы, ладно? Ещё немного, Лейк. Потерпи ещё немного.

– Мне не больно… я не боюсь… Доминик, мне не было страшно. Я…

– Мне страшно, чёрт возьми, понимаешь? Мне сейчас страшно, Лейк. Я не могу тебя потерять. Держись, хорошо? Просто держись.

Вылетаю на верхний этаж. Кругом полно трупов, мои люди расчищают территорию, когда Лонни бежит мне навстречу.