Текст книги "Наши запреты (СИ)"
Автор книги: Lina Mur
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)
– За что? За то, что ты предала меня? За то, что заигрывала со всеми вокруг? За то, что толкнула меня на убийства?
– Не перекладывай на меня свои решения. Тебе нравится убивать и насиловать людей. Ты тащишься от этого.
– А ты нет? – усмехается он и усиливает хватку на моей шее. – Ты нет? Или тебе напомнить, как ты разыгрывала сцену с этим мудаком Домиником? А?
Чёрт. Откуда он знает? Откуда? Там никого не было! Камеры! Чёрт, там, должно быть, работали камеры!
– Да-да, Лейк. Я знаю о тебе всё. Буквально всё. Думаешь, что Доминик в безопасности, раз ты пришла ко мне? Нет. Рядом с ним полно наших людей. Тех, кто помнит, как он предал Грега. Те, кто просто выжидают удобного момента, когда нужно будет напасть. И ты не сможешь ему ничего рассказать. Ничего. Ты не предупредишь его, как и ничего не расскажешь о нём мне, верно? Потому что ты предала меня. Ты разлюбила меня. Но ты снова будешь любить меня. И начну я с ребёнка, которого ты будешь воспитывать, как своего. Я найду нам суррогатную мать, она родит для нас много детей, и ты будешь растить и любить их. Ты станешь мамочкой, Лейк.
– Никогда, – выплёвываю я. – Лучше убей меня, потому что хрен что-то от меня получишь.
Он улыбается и качает головой.
– Скоро ты изменишь своё мнение, Лейк. Ты изменишь его.
Рубен отпускает мою шею, и я быстро дышу, глотая кислород.
– А пока, – он оборачивается, и я вижу ту самую жуткую улыбку, которая никогда не предвещала ничего хорошего, – я буду мстить тебе за то, что ты предала меня. Я буду воспитывать тебя заново. И ты полюбишь меня. Я стану для тебя Богом.
– И как же ты это сделаешь? – шёпотом спрашиваю его.
– Легко.
Грубый удар кулаком приходится прямо по боку головы. Во рту собирается кровь, и я захлёбываюсь от боли. Но я даже вздохнуть не успеваю, как проваливаюсь в темноту.
– Ты такой жалкий, – сквозь боль и громкий пульс в голове, я слышу язвительный смех. – Ты мерзкое, жалкое отродье. Тебя даже никто не воспринимает всерьёз. Знаешь, что о тебе говорят? Ты ничто. Ничтожество, которым можно только пользоваться. У нас таких, как ты, много. Очень много. Вы больные, и мы вас держим, как зверушек.
Я приоткрываю глаза, пытаясь прийти в себя. До меня доносятся звуки возни. Всё тело ломит, изо рта вытекает слюна, смешанная с кровью. Сначала я вижу только силуэты и снова слышу громкий стук в голове. Висок ноет, как и скула. Губы щиплет.
– Не стоит недооценивать нас, как видишь, это я поймал своих птичек. Я охотник. И вот одна наша птичка приходит в себя. Лейк, любовь моя, – зовёт меня Рубен.
Облизываю сухие губы и делаю только хуже, раны на них начинает драть от боли.
– Милая, ну же, давай, я хочу тебя кое с кем познакомить. Я нашёл для нас суррогатную мать.
Что?
Перевожу взгляд чуть дальше. Раньше там, где сейчас горит свет над камерой, было темно. Сейчас же там находится человек. Женщина… о господи.
– Ты узнаешь её, Лейк? – Рубен грубо хватает женщину за чёрные волосы и прижимает лицом к прутьям, специально сильно надавливая. Её рот заклеен скотчем, руки связаны за спиной. На скуле сверкает синяк.
– Это Раэлия. Ты узнала её? Она любезно согласилась предоставить нам свои услуги. Как только мы разберёмся с её папочкой, братом и теми, кто мне просто не нравится, то приступим к работе над нашим малышом. Ты рада, Лейк? Видишь, к чему приводит твоё упрямство? Но я не против. Так даже лучше. У Лопесов сильная кровь. И ты всегда хотела ребёночка, не правда ли? Только подумай, любовь моя, у нас будет ребёнок, по чьим венам течёт кровь Доминика. Того самого, кого ты клялась мне убить и не смогла, потому что влюбилась. Но ничего, я всё исправлю. Все мы совершаем ошибки. Я вылечу тебя и подарю тебе будущее, благодаря Раэлии Лопес.
Я с ужасом смотрю в тёмные глаза Раэлии. Какого чёрта она здесь делает? Как Рубену удалось притащить её сюда? Где Доминик? Он знает, что его дочь здесь? Это же улика!
Боже мой. Господи, да куда уже хуже-то?
Глава 23
Доминик
Когда начинается Армагеддон, кто-то ищет безопасное место, кто-то паникует и скупает товары в супермаркетах, кто-то собирает всю свою семью вместе, кто-то сдаётся и сходит с ума. А кто-то, просто наблюдает с самой высокой точки, чтобы определить, где безопасно, и как туда пройти, чтобы обеспечить себе будущее. Этот приём использую и я. Всегда. Я не рвусь первым в битву, не голосую против. Воздерживаюсь от мнения большинства. Не бью себя кулаком в грудь и не закрываю кого-то собой. Я просто не вижу во всём этом смысла. Нет, дело не в том, что у меня нет своего мнения. Я всегда предпочитаю факты. Им я верю. Слухи на меня не действуют. Я их даже не слышу. Но когда мне предоставляют факты, что кто-то угрожает моей семье уже физически и стоит на пороге моего дома, тогда я убиваю. У каждого из нас свои методы. Я не скажу, что легко наблюдать за тем, как рушится мир. Не скажу, что внутри нет желания дёрнуться и побежать в ту сторону, куда рванула толпа. Но во мне достаточно силы воли, когда меня припирают к стенке. Если бы кто-то из моих врагов знал, что я готов просто продать всё это дерьмо, кем я стал и чем занимаюсь, за безопасность своей семьи и свободу от этой жизни и смерти в нашем мире. Я бы это сделал.
– Босс, – Лонни врывается ко мне в кабинет.
Я даже не открываю глаз, слыша в его голосе напряжение.
– Кто-то умер? – лениво спрашиваю его.
– Это Раэлия. К ней пришёл Деклан, и она уходит из больницы. Их обоих задержала наша охрана. Они ждут вашего слова.
– Дай мне телефон, – протягиваю руку, продолжая медитировать.
Хотя медитация – такая хрень. Меня бесит сидеть и не двигаться, куда-то там в дерьмо вглядываться. Но сейчас у меня время отдыха. Лейк отсутствует уже двое суток. Я приказал своим людям не сметь следить за ней, куда она идёт и с кем идёт. Похуй. Просто похуй уже на всё. Армагеддон? Да похуй.
– Я слушаю, – сухо произношу в трубку.
Лейк кинула меня, ясно? Она променяла меня на грёбаного Рубена и свою месть ему. И она будет рыдать, если выживет. Да, меня это задевает до сих пор. Да, я злюсь, когда слышу, как мне сообщают о том, что она уехала и даже не оглянулась. Даже не так. Лейк не одумалась, потому что возомнила себя грёбаным Халком в юбке, который легко справится с психопатом. Она просто слишком высокого мнения о себе, что и доказывает, насколько ещё сильно плещется в ней юношеский максимализм. Я же с ней разговаривал уже на эту тему. И я, и Лонни объясняли ей, что психопатия у таких людей, как Рубен, прогрессирует. А также они никогда не оставляют за собой хвостов. То есть, Рубен поиграет с Лейк и убьёт её. Он не услышит ни её попыток образумить его, ни её мольбы остановиться, ничего. Он сначала сломает её психологически, а потом она ему уже не будет нужна. Вот, в чём их суть. Они действуют на психику, чтобы уравнять шансы выживания. Точнее, они делают людей подобными себе, чтобы оправдать своё сумасшествие. Но Лейк не захотела меня услышать, а я говорил ей об этом.
Пока мне чётко докладывают обстановку, я даже, кажется, дремлю, и это меня так чертовски утомляет.
– Всё хватит. Раэлия рядом?
– Да, босс.
– Дай ей трубку.
– Почему они не пропускают меня? Я хочу уйти! – возмущаясь, кричит в трубку Раэлия.
– Потому что таковы правила.
– Мне не нужна твоя грёбаная охрана. Где они были, когда ты, блять, притащил Иду в наш дом, и она едва не убила всех? Они даже не смогли остановить меня, когда я незамеченной пробралась к Мигелю. Твоя охрана – дерьмо, – выплёвывает она с отвращением.
– Ладно. Просто скажи мне, ты в порядке? – спокойно реагируя, интересуюсь я.
– Я… я… блять. Мне больше не нравятся ириски. Никогда их не покупай.
Распахиваю глаза и крепче сжимаю телефон. Раэлия вспомнила. Когда ей было четыре года, я первый раз пошёл с ней и Роко собирать конфеты. Роко попросил меня. И я обоим дал определённые фразы, через которые они сообщат мне, что им страшно, что что-то не так, и им нужна помощь. Они должны были это закричать. И я всегда в тот день спрашивал у них: «Ты в порядке?». И они никогда не использовали эти фразы. Роко должен был сказать, если его кто-то похитил или тоже причиняет боль: «Рождество дерьмо». Ему очень нравилось это слово, когда он был маленьким. Понимаю, что детям нельзя разрешать так выражаться, но это было очень мило. Он долго не выговаривал букву «р», так что это ещё было и смешно. Дельмо.
– Ты уверена? Ты любила ириски, – медленно произношу я.
– Они только и делают, что приносят их сюда. Они меня бесят. Я устала находиться здесь. Мы с Декланом прогуляемся, и всё. Я психую, – голос Раэлии становится тише.
Что в переводе значит, что есть огромная угроза для семьи, причём для всех. Там Деклан, он тоже попросил о помощи, и Раэлия согласилась пойти вместе с ним.
– Хорошо. Я скажу им, чтобы они больше не приносили тебе ириски. Что-то ещё? У тебя есть ещё пожелания?
– Хочу белый гроб.
Блять. Блять. Блять.
«Я заложница по своей воле».
– Ты уверена, что этот цвет тебе подойдёт?
– Да, он будет хорошо сочетаться с моей мёртвой кожей. А ещё не клади на мой гроб розы.
Ида там. Она замешана во всём этом.
– А как насчёт отпевания? Сколько тебе хочется людей, чтобы тебя отпели?
Я спрашиваю её, сколько вокруг неё предателей и врагов.
– Думаю, что трое. Да, троих хватит. Мы можем обсудить варианты моих похорон позже?
– Ладно. Последний вопрос: мне посадить сорняк?
Мне нужно вмешиваться? Ей нужна моя помощь?
– Нет. Только через три года или четыре, я дам тебе знать с того света.
Три-четыре дня. Хорошо.
– И да, папочка, помнишь, ты искал надувную куклу?
Что?
– Я не искал.
– Ты определённо искал её. И я подумала, что заберу её с собой на тот свет. Там будут и розы, и подснежники, и нарциссы. Так что хрен тебе, а не надувная кукла, мудак.
Раэлия сбрасывает звонок, а я хмурюсь.
– Прикажи пропустить, – быстро произношу, перебирая в памяти варианты, которые могли бы подходить под её сообщение. Роза – Ида, Лонни дал ей такое кодовое слово, которое просто прилипло. Подснежниками обычно мы называли киллеров, потому что они на самом ядовиты и опасны для человека. Нарциссы – заточенные своей красотой в клетки заложники. Кукла… надувная кукла, которую я искал. Секс-игрушка. Лейк! Раэлия знает, где Лейк, и она будет там с ней. Лейк в заложниках, как будет и Раэлия, когда Деклан отведёт её саморучно в семью. Деклан повязан по рукам и ногам, он не может не выполнить приказ, так как защищает отца, потому что он тоже заложник.
– Лонни, проверь тех, кто в момент моего разговора с Раэлией стоял к ней ближе всех. Их должно быть трое. Точнее, убей их, – приказываю я.
– Убить? Ты уверен?
– Да, абсолютно. Я уверен, раз Раэлия считает их крысами, значит, у неё есть причины. Моя дочь не ошибается в таких вопросах, – начинаю быстро пересказывать ему всё, что сказала мне Раэлия. Она ещё слаба и не сможет полноценно защитить себя. Поэтому я просто очень надеюсь на то, что она понимает, на что идёт.
– Найди мне Роко и попроси его приехать, так как дело срочное. Энзо нужно немедленно вывезти из страны. Не важно, как ты это сделаешь, но ты едешь с ним, – встаю из-за стола и указываю на парня.
– Босс…
– Лонни, я больше никому не могу доверять сейчас. Я не имею права просить Алекса, или членов его семьи стать сопровождающими Энзо. Больше никого нет.
– Дрон. Есть Дрон. Я здесь тебе нужен, Доминик. Я нужен тебе.
– Лонни, мой малыш, – улыбаюсь ему и треплю его по щеке. – Ты мне всегда нужен, но Раэлия у них, Лейк тоже, следующим будет Роко. И, конечно, они доберутся до Энзо в кратчайшие сроки. Убери всех из дома, даже охрану. Пусть будут за пределами. Это крайние меры предосторожности. Когда разберёмся с сутью требований Джеймса или же Рубена, я пока не совсем уверен, за какие заслуги Джеймса так держат за яйца, то будем действовать дальше. Они собирают всех дорогих мне людей там. Причём добровольно, как доказательство их безразличия ко мне. Если Раэлия сказала, что Лейк в заложниках, то это ей передал Деклан. Он точно объяснил ей суть всего, что её ждёт. Это будут пытки, вероятно, насилие и избиения. У нас есть три-четыре дня, чтобы атаковать, иначе их убьют. Поэтому я прошу тебя сопровождать Энзо. Дрон сейчас не в лучшей форме. Он не сможет быстро отреагировать и, если его убьют, Роко меня не простит.
– Я могу, – раздаётся голос Розы в коридоре.
Мы оба с Лонни оборачиваемся.
Она усмехается и показывает рукой на коридор.
– Вы обсуждаете угрозу на открытой местности, а это неразумно. И я всё слышала, потому что пришла сюда, чтобы доложить о том, что перехватила Энзо с его сиделкой в холле. Я убила её. Прости, я испачкала пол. Энзо без сознания, вероятно, ему вкололи снотворное, чтобы он не брыкался.
– Что? – недоумённо шепчу я. – Где была охрана?!
– Здесь же, только вот она посадила его в инвалидное кресло и сообщила им, что Энзо нужно на встречу с врачом. Я уже проверила запись, и да, такая есть. Я позвонила врачу и узнала, что сиделка Энзо попросила о срочной встрече, так как у Энзо жар. И врач сказал ей сидеть дома, так как выехал к нам. Но она воспользовалась этим и пыталась вывезти ребёнка.
Охренеть. Эта женщина опасна. И я восхищён её умом, смекалкой и чёткостью действий. Роко следовало бы влюбиться в неё.
– Мы не слышали выстрела, – хмурится Лонни.
– Пистолет с глушителем. Я боялась разбудить Энзо и напугать его обилием крови. У вас же здесь камеры, так посмотрите их, если мне не верите. Но я уже говорила, что намерена остаться здесь, и мне плевать, что должна буду делать, чтобы никто меня не отправил обратно.
– Хорошо. Лонни проверь камеры и выполняй задание. Где Энзо, Роза?
– У себя. Я положила его обратно в спальню и пошла сюда, когда услышала ваш разговор, – отвечает Роза, указывая рукой следовать за ней, и я это делаю.
– Насколько всё серьёзно? – тихо интересуется она.
– Настолько, что, вероятно, Лейк и Раэлия будут мертвы.
– Это вряд ли, – хмыкает Роза. – Лейк хитра и умна. Раэлия слишком резвая и агрессивная. Вместе они выживут.
Бросаю удивлённый взгляд на Розу.
– Да, я много знаю про Раэлию. Я изучала вас, прежде чем приехать сюда. Я же всегда собираю информацию, это моя работа, а также докладывать обо всём, защищать семью от журналистов и предоставить им идеальных членов общества.
– Ясно. Ты же понимаешь, что не выйдешь замуж за Роко, да?
– Я изначально знала это. Ты слишком любишь его, чтобы сломать ему жизнь. А Роко слишком любит Дрона, как и Дрон его, так что они точно сбежали бы. Но я не уеду отсюда, Доминик. Лучше убей меня, но я не уеду, – настаивает Роза.
– Никто тебя не выгоняет отсюда. Пока всё очень смутно. Да, мы устроили ужин в честь вашей помолвки, но помолвки разрываются. Я найду вариант, чтобы ты осталась с нами. Если нужно, то я найму тебя или женюсь на тебе.
– Ты не сделаешь этого, – качает головой Роза. – Я имею в виду, ты не женишься на мне. Ты любишь Лейк. И тебе лучше жениться на ней. Таким образом ты повысишь свой личный рейтинг среди боссов. Ты же знаешь, что когда семьи полные, а у босса есть жена, то в глазах других он уже член особого клуба. Вспомни Ромарисов. Лазаря чуть ли не боготворили, когда он женился на своей Белоснежке. Не важно, какое дерьмо он творил, его всегда оправдывают, ведь он семьянин. Это прекрасное оправдание для любого убийства. И если ты убьёшь Джеймса, а Лейк выйдет за тебя замуж до собрания, то тебе не нужны будут никакие доказательства его вины. Достаточно лишь фотографий её синяков после всего этого. Традиции, Доминик, я выросла на них. И если кто-то трогает жену босса, то это куда более весомей, чем те же дети босса. Это прямая дорога в ад.
– Знаешь, сейчас я готов прикончить своего сына за то, что он не собирается жениться на тебе. И я сожалею, что у меня нет других сыновей его возраста, чтобы ты вышла за них замуж. Ты просто кладезь уничтожения любых обвинений, – усмехаюсь я.
– Спасибо. Всегда любила фильм «Адвокат Дьявола» и мечтала стать адвокатом, но папа хотел иного для меня.
– Отцы порой… тупые, глупые и поступают дерьмово со своими детьми, считая их маленькими. Я тоже такой. Мне так страшно, как и любому отцу, признать, что дети уже взрослые и сами могут себя защитить и быть мне союзниками, а не грузом.
– Сложная работёнка, но я тебе не сочувствую, – улыбнувшись, Роза входит в комнату Энзо.
Моё сердце успокаивается, когда я вижу его спящим в своей кровати в форме машины. Он захотел её, и я купил. Подхожу к нему и ласково провожу своей ладонью по мягкой щеке сына.
– Я могу с ним уехать. Скажу, что это путешествие для нас двоих. И нам не нужно будет даже выезжать из страны. Они будут ждать, что ты вывезешь его, поэтому нужно просто переехать в другой город или же дом. У меня есть дом на границе с Канадой. Мой парень купил его для нас, когда мы собирались бежать с ним. Никто о нём не знает. Он записан на его имя. Никто не свяжет его со мной, а тем более никто не поверит, что ты доверил мне Энзо. Я могу переодеться сиделкой и забрать его. Те, кто следят, поймут, что я просто сиделка и везу его в больницу. Оттуда мы исчезнем. Я знаю, как исчезать. Этому меня тоже научили. А когда я получу сообщение о том, что у тебя закончились кубинские сигары, то вернусь вместе с Энзо. Доминик, тебе придётся довериться мне, Лонни тебе здесь нужен. Он глава твоей охраны, киллер и стратег. Он тебе понадобится.
– Откуда я могу знать, что ты не предашь? – спрашиваю, бросая на неё взгляд.
– Ты и не можешь. Ты никогда не узнаешь. Разве ты мог подумать, что Грег тебя предаст? Что восстанет против тебя? Нет. А Лейк? Вряд ли ты не поведал ей большую часть своих тайн и тоже не знаешь, предаст она тебя или нет. Понимаю, что ты не можешь мне доверять, но я знаю, что такое жестокость к детям. Знаю, как устроен наш мир, и что это такое терять любимых. Я больше никого не потеряю, поэтому и предложила свою помощь. Я тоже преследую свои цели, Доминик. Хочу, чтобы ты был мне должен. Это то, что будет гарантировать мою безопасность и нахождение здесь, а не возвращение на Кубу с позором, где меня просто отдадут, как игрушку для развлечения. Я защищаю себя. Энзо мой шанс, и я буду держаться за него.
– Ты коварна и хитра. Хорошо. Я доверю тебе своего сына. Я дам тебе карт-бланш, и если ты защитишь его, убережёшь от всего этого дерьма, то стану твоим должником. Ты сможешь попросить у меня всё что угодно, и я помогу тебе, даже если это будет противоречить моим правилам. Но я не женюсь на тебе. Никогда.
– По рукам, – Роза протягивает мне руку, и я пожимаю её.
В спальню стучатся, и я выхожу из комнаты, встречая Лонни. Он быстро рассказывает мне о том, что Роза не врала. Она убила сиделку и забрала Энзо. А также Роза, правда, звонила врачу, который вот-вот приедет сюда. Он в пяти минутах от нас, но Лонни сказал ему, что это ложная тревога, всё в порядке, и в нём не нуждаются.
Троих, кто стоял ближе к Раэлии, убьют в ближайшее время и очень тихо. Это сделает сам Лонни, чтобы слухи не распространились, и никто не понял, что Раэлия передала нам свои подозрения. Он позвонил Дрону и попросил его притащить сюда Роко, так как сам Роко игнорирует звонки от Лонни.
Мы расходимся, и я помогаю Розе собрать вещи Энзо. Я объясняю ему, что его ждёт небольшое приключение с Розой. Он, вообще, не высказывает никакого сопротивления. Кажется, этот парень готов на всё. Энзо никогда не путешествовал, поэтому он словно собирается вылететь в космос. Отправив их на машине убитой сиделки, делаю глубокий вдох и словно барахтаюсь в океане. Так легко я никогда не доверял. Все мои правила приходится перечеркнуть, и это страшно.
Звонит мой мобильный, лежащий на столе, и я отвечаю на звонок.
– Да, ребята, кто там?
– Босс, здесь Ида Лукас. Она просит встречи с вами.
– Шли её на хуй, – фыркаю я.
– Скажи ему, что я хочу договориться! Скажи ему! У меня есть к нему предложение! Скажи! – орёт Ида.
Усмехаюсь и играю авторучкой в руках. Помучить ещё или добыть то, что мне нужно? Ладно. Сегодня не то настроение.
– Пропусти. Я встречу её в комнате ада, – усмехнувшись, встаю из-за стола и спускаюсь вниз. Налив себе в бокал виски, я удобно устраиваюсь в кресле, чтобы услышать всё, что хочет рассказать мне Ида.
Через несколько минут раздаются торопливые шаги, и она входит в гостиную.
– Надо же, какие гости. Тебе что-то налить выпить или ты принесла с собой, вдруг мы переняли у тебя привычку травить всех людей, – хмыкаю я, сделав глоток виски.
– Очень остроумно, Доминик, – фыркает она, нервно поправив волосы.
Ида садится на диван, и я замечаю синяки у неё на шее, а также она уже потеряла несколько килограммов, и одежда просто висит на ней. Тёмные круги под глазами, изгрызенные ногти и то, как она дёргает ногой, даже не замечая этого.
– Итак, ты хотела мне что-то предложить, Ида. Давай перейдём сразу к сути, а то у меня другие планы, я уже должен ехать.
– Раньше ты мне больше нравился, – цокает она.
– Ты сама это сделала. Я могу быть самым верным другом и самым жутким врагом. Так зачем ты здесь?
– Из-за Энзо, конечно же. Я в этом дерьме только из-за него.
– Из-за себя. Не примешивай сюда моего сына. Он здесь ни при чём. Это ты выбрала такой путь. Никто тебя не толкал на него.
– Если бы ты нас не бросил, то я бы вела себя с тобой иначе! – выкрикивает она, указав на меня пальцем. – Ты знал о нас. Ты знал, что Энзо болеет. Я писала тебе миллион раз, но оказалось, что такого номера даже не существует. Ты сменил все телефоны, только бы ни за что не отвечать! И я не верю в то, что ты представил суду. Генетический тест – подделка. Моя мама не врала бы мне.
– Ида, я не твой отец. Мне незачем подделывать генетический тест на отцовство, ведь я был в нём заинтересован. И я уже говорил тебе, что о вас я ничего не знал. То, что наплела тебе твоя мать, только твои проблемы, а не мои. Энзо мой, и я добьюсь над ним опеки. А ввиду всего, что ты натворила, будешь сидеть в тюрьме. Джеймс не спасёт тебя. Он тобой пользуется. Хотя мне насрать, – безразлично пожимаю плечами.
– Ты вынудил меня стать… такой. Ты. Я заботилась об Энзо всю свою жизнь. Я пахала, чтобы он был в порядке. Я лишала себя всего, только бы накопить ему на лечение. А ты просто забрал его у меня!
– Ты серьёзно? Ты не считаешь, что виновата? Или тот факт, что Мигель в больнице тебе ни о чём не говорит? Ты хотела взорвать его родителей, Ида. Накачала наркотиками моих детей. Я могу долго перечислять.
– Мигель не должен был пострадать, только ты. Только ты, потому что не заслуживаешь счастья. Даже шлюхи от тебя бегут, – с отвращением выплёвывает Ида.
– Ты пришла сюда для того, чтобы делать мне комплименты, или поговорим по существу? Ты бы не решилась на это, если бы у тебя не было того, что ты можешь обменять на Энзо, верно?
– Ты откажешься от опеки над ним.
Ни хрена. Я уже практически выиграл.
Я просто молчу, потягивая виски. Нужно дать ложную надежду. Никаких резких движений, наоборот, расслабиться настолько, чтобы поймать грёбаный дзен.
– Если ты хочешь вернуть свою дочь, то откажешься от Энзо, Доминик. Она у Джеймса.
Я в курсе. Хотя я, блять, психую по этому поводу, но не подаю вида.
– Хорошо. Что-то ещё? Энзо стоит слишком дорого. Что ещё ты можешь мне предложить?
– Я могу помочь тебе утопить Джеймса. Я знаю уже достаточно. Ты же хочешь его убрать, верно? Я помогу.
Взмахнув рукой, предлагаю ей продолжить. Умный человек, вроде Мигеля или Лейк, или любого из моих детей и даже Розы потребовал бы сначала заключить сделку, а затем дал бы информацию. Но не Ида. Она действует минутным порывом, потому что напугана. Она ищет защиту, теперь прекрасно осознав, в какое дерьмо втянула себя. Она же думала, что обведёт вокруг пальца Джеймса, как меня, но нужно было просто подумать. Взять сутки и подумать, прежде чем совершать всё это дерьмо.
– У него твоя дочь.
Я молчу.
– И Лейк.
Я молчу.
– Над ними издевается Роб. Он психопат. Настоящий психопат, и твоя шлюха его знает. Он убьёт их и пришлёт тебе фотографии и видеозаписи с их мучениями, насилием и кусками плоти. Это его излюбленная фишка. В данный момент они сидят в клетках, импровизированная тюрьма в подвале. Твоя шлюха сама пришла, а вот Раэлию притащил Деклан.
– Да и похуй, – улыбаюсь я. – Он лишь поможет мне просто избавиться от них. Слушай, ты же понимаешь, что я не особо-то взволнован. Лейк была моей шлюхой, которую я просто интересно трахал. Я могу заменить её. Раэлия… хм, Роб или же Рубен мне только сделает одолжение, и я не буду марать руки. Никогда не хотел иметь дочь.
– Ты просто ублюдок, – в ужасе выдыхает Ида.
– Да.
– Но тебе нужен Джеймс и уж точно Роб. А ещё тебе захочется узнать, зачем им Мигель.
– Становится интереснее. Продолжай, – киваю я.
– Хорошо. В общем, Мигель нужен не тем, кто хочет его убрать, а тем, кто поддерживал Грега. Тот факт, что Мигель был с Раэлией, им не нравился, поэтому они наняли Роба, то есть Рубена. Это были его идеи преследования, использования фотографий и взрыва больницы. Роб работает на них, а не на Джеймса. Джеймс больше ничего не решает. Я не знаю, что Джеймс им должен, но видела, как он встречался с одним из них. Он думал, что я ещё в постели. Я проследила и подслушала, как он говорил с женщиной. Она пришла к нему с требованием покончить со всеми Лопесами, но оставить тебя им. Поэтому я здесь. Энзо тоже Лопес, и я не могу позволить, чтобы он пострадал. Он не виноват в том, что ты мудак и натворил всё это дерьмо, за которое теперь все расплачиваются. Ты предал Грега, и им это не нравится. Им не нравится, что ты жив, и не только им. Тебя никто не любит, так что отдай мне Энзо, я уеду с ним. Я спрячу его.
– Подожди, – поднимаю руку, останавливая её мольбы. – Мне насрать на то, что сделают с моими детьми. Мне откровенно похуй. Как они заманят меня? Вокруг меня полно вооружённых людей, они сильнее ирландцев и русских. Они просто уничтожат их.
– Джеймс позвонит тебе и попросит помощи, потому что один из его людей сошёл с ума, – с тяжёлым вздохом говорит Ида. – Он будет иметь в виду Роба. Что тот якобы посадил в клетку сначала свою бывшую, а затем твою дочь. Джеймс постарается убедить тебя, что он твой друг, но за помощь что-то попросит. Я не знаю, что именно захочет Джеймс, но он заманит тебя туда, Доминик, можешь не сомневаться. И Роб убьёт твою дочь, затем твоего сына и Энзо, а также Дрона и, вообще, всех остальных. Помимо этого, он убьёт и всю семью Мигеля. Потому что Роб не просто должен доставить тебя этим ублюдкам, но и убедить Мигеля в том, что он должен их возглавить.
– Почему балом руководит Рубен? Он же просто психопат, мясо, которое мы используем.
– Потому что он психопат. Он реально психопат, и я не шучу. Он любит все мерзкие игры с кровью и пьёт её, когда убивает людей. Считает, что так он становится ещё сильнее. Он слизывает её, это мерзко, – Иду передёргивает от отвращения. – Когда я пришла к Джеймсу, Роб уже был там и имел власть. Он идеальный киллер. Всегда находит свою жертву, умело их пытает и чисто убивает. Роб раньше работал на отца Джеймса, но тайно. Он был слишком молодым, да и отец Джеймса не хотел обнародовать то, что обладает таким экземпляром. Но Джеймс узнал, предложил ему более выгодные условия сотрудничества и сделал его частью своей семьи официально. Он убьёт Джеймса, это очевидно. Брат Джеймса является средством шантажа Деклана. Этого парня просто мутузят каждый день. Роб связывает его и бьёт кнутом, пока не появится кровь, шантажируя, что убьёт его отца. А тот едва дышит. Он уже труп. Так что Деклан тебе не поможет больше. Он сам в заднице. Тебе никто не поможет, Доминик, кроме меня. У них твоя дочь и твоя шлюха. Они выложат всё про тебя.
– А какой смысл? Ну, выложат они о моих страданиях, велика потеря, – усмехаюсь я.
– Ты что, не понял? Тебя не собираются убивать, идиот. Над тобой будут издеваться. Тебе душу выпотрошат, но я могу помочь. Я могу. Но сначала приведи сюда Энзо, и я его заберу.
А вот и финал.
– Нет, – легко произношу я.
– Что? – взвизгивает Ида, подскакивая на ноги. – Ты обещал! Я дала тебе информацию! Я рассказала тебе всё, что знаю!
– Ты ошибаешься. Я не соглашался на обмен. Ты сама всё выложила мне, Ида. Я как сидел на одном месте, так и сижу. Я просто позволил тебе поболтать со мной, чтобы использовать тебя. Тебе не привыкать, поэтому нет. Энзо останется со мной.
– Его убьют!
– Это тебя не касается. Можешь идти, мне стало скучно, – встаю на ноги и допиваю виски.
– Энзо! Энзо! – Ида начинает визжать и орать на весь дом.
Она вылетает в коридор, а я за ней. Но я прислоняюсь к косяку, когда она бежит к лестнице, и ей навстречу идут мои люди. Её хватают подмышки и тащат обратно, а она орёт во всю глотку.
– Энзо! Они убьют тебя! Энзо!
Иду швыряют на пол, но она подскакивает как раз в тот момент, когда в дверях появляется Роко. Ох, это будет ещё более интересно, чем я ожидал.
– Какого хрена ты, сука, забыла в нашем доме! – орёт он, хватая Иду за волосы и швыряя в сторону двери. – Пошла на хуй отсюда! Я тебя прирежу, тварь! Я тебя убью!
Когда мой сын хочет, он может быть очень устрашающим. Именно это и происходит. Ида с писком выскакивает за дверь, а Роко за ней. Закатив глаза, возвращаюсь в гостиную и наливаю себе ещё одну порцию виски. Дети. Мило, когда они резвятся.
– Какого хрена ты позволил ей прийти сюда? – Роко залетает в гостиную и испепеляет меня злым взглядом.
Делаю глоток виски.
– Твоя сестра и Лейк у психопата.
– Что? – шокировано шепчет Роко. – И ты допустил это?
– Это было их решением.
– Их? Ты должен был защищать их! Ты должен был…
– Дать им право выбора, – перебиваю его. – Теперь у нас двое свидетелей. Он забрал мою невесту и мою дочь.
– Чего?
– Роко, я знаю, что ты злишься на меня, но давай набьём морды друг другу в иной раз? Сейчас мы должны взять себя в руки и разнести ирландцев, понял? Уничтожить их, а особенно Рубена. Его оставь мне. Придётся немного помочь им и придвинуть их конец. Ты со мной или как?
– Я с тобой, но потом я с тобой снова не разговариваю, – бубнит он.
Широко улыбаюсь и киваю ему. Мне нравится такое соглашение, потому что я точно знаю, что потом Роко будет со мной разговаривать, если всё получится, и мы выиграем. А если нет… то какая разница?
