Текст книги "Наши запреты (СИ)"
Автор книги: Lina Mur
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц)
– Рад тебя видеть, – встаю и пожимаю ему руку.
– Я тоже рад, если учесть, что ещё несколько часов назад я находился на твоих похоронах, – хмыкает он.
– Босс, что вы будете пить: кофе, чай, виски?
– Ничего, Джеймс ненадолго, у меня встреча через двадцать минут, – отвечаю я. Возвращаюсь на место и спокойно жду, когда начнётся давление. А оно будет.
– Итак, ты что-то хотел? – интересуюсь я.
– Для начала сказать, что я рад твоему возвращению.
Киваю ему.
– И предложить свою помощь. На тебя напали. Тебя кто-то заказал. Я буду рад оказать тебе дружескую поддержку и уничтожить этих мудаков.
Мило, но так скучно.
– Спасибо, Джеймс, если будет нужно, то я обращусь. Пока всё в порядке.
– Ты собираешься их убить?
– Нет, – улыбаюсь я. – Зачем? Придут новые и новые. Попадутся, убью. Специально искать не буду. Тем более, я уверен, что заказчик уже избавился от них. Они сработали очень грязно. Так что не вижу смысла в бесполезной погоне.
– Но всё выглядело чисто, – хмурится Джеймс. – В машине было тело, твои вещи, кровь. По крови и вычислили, что это были твои сгоревшие кости.
– Как ты можешь видеть, это был не я. Но это было грязно. Если их не убили после заказа, то сделали это сегодня или избавятся от них в ближайшее время. Они свидетели. Я люблю пытать людей, и они знают об этом. Так что это уже решённое дело. Ты хотел что-то ещё? Мне нужно подготовить некоторые бумаги, – я отворачиваюсь, щёлкая мышкой.
– Меня беспокоит предстоящее ежегодное собрание глав семей Америки.
– Не беспокойся, я на них частый гость. Повеселимся, – улыбаюсь я.
– Нет. Я не об этом. Что ты будешь делать с Роко?
– А что с ним не так? – усмехаюсь я. – Роко в полном порядке. Я ещё жив, поэтому он возвращается на пост младшего Босса. А также могу отметить, что он прекрасно справился с управлением семьи, пока меня не было.
– Я имею в виду то, что он собирается нарушить традицию, Доминик. Он готовится жениться на мужчине, а это запрещено. И на собрании это будут обсуждать. Ты знаешь, как семьи ценят традиции и стараются придерживаться классической модели семьи, в которой фигурируют мужчина и женщина, а также их потомство в течение года после свадьбы.
– С чего ты взял, что Роко собирается жениться на мужчине? – смеюсь я.
– Мне сказали. И это была Филадельфия, Доминик. Об этом уже все знают, и я пришёл лишь предупредить тебя. У тебя за спиной Роко замышляет хреновое дело.
Конечно, Филадельфия сказала ему. Конечно.
– Джеймс, кто я?
– Доминик Лопес.
– Вот то-то же. Я знаю обо всём и уж точно знаю, что делают мои дети, что они собираются делать и что будут делать через пять лет. У нас строгая дисциплина, с которой я прекрасно справляюсь. А что до слухов, то это просто слухи.
– Но Роко гей, Доминик. Он открытый гей.
– Он бисексуал, как и ты, как и многие из нас. То, что он живёт с парнем и встречается с ним, не делает его ублюдком. Он мой сын. И если мой сын хочет трахать парней, то я, блять, предоставлю ему полную свободу выбора. Это не твоё дело, Джеймс, но могу тебе сказать, что Роко собирается жениться на женщине. Скоро мы объявим об этом. Ты портишь сюрприз.
– О-о-о, ладно. Хорошо. Я просто хотел предупредить тебя, вот и всё. И к слову, про Мигеля уже тоже многие знают. Они знают, что он племянник Грега, а Грега никто не любил. У него осталось куча врагов.
– Тогда им придётся воевать со мной, Мигель или же мой милый святой Михаил мой официальный консильери. Он часть моей семьи, и я урою любого, кто тронет его, это ясно?
– Кристально.
– Тогда неси весть, Джеймс, мне нужно работать.
– Хорошо… да, – он встаёт и прочищает горло. – Я ещё подумал о вечеринке в честь твоего возвращения. Почему бы нам завтра не устроить её? Я приглашаю вас к себе, чтобы показать остальным, что мы в дружеских отношениях и поддерживаем друг друга.
– Прекрасная идея, – улыбаюсь я. – Мы придём.
– Отлично. Тогда до завтра, Доминик, береги себя.
Ага.
Краем глаза смотрю, как он уходит, сохраняя лёгкую улыбку, но как только за ним закрывается дверь, то я поджимаю губы. Грёбаный Роко.
Беру личный мобильный и звоню Лонни.
– Да, босс.
– Найди Роко и притащи этого мудака домой. Пусть ждёт меня там. А также начинай проект «Колокольчик».
– Есть, босс. Считай, что уже сделано.
Вызвав свою секретаршу, перечисляю ей список задач до конца недели. А это связаться с нашим пиар-агентством, чтобы они держали готовой статью о Роко и его свадьбе. А также заказать ресторан для официального сообщения о помолвке, в декабре состоится самая запоминающаяся свадьба моего сына, и его свадебное путешествие.
Сука Джеймс. Он должен дать мне повод убить его. Просто должен.
Уже в сумерках я возвращаюсь домой, где меня встречает Лонни с сообщением о том, что Роко у себя и ждёт встречи. Прошу привести сына в кабинет.
Подвигав шеей, чтобы размять затёкшие мышцы, падаю в кресло и беру телефон.
«Как тебе первый день, куколка?», – пишу сообщение.
Из-за своей загруженности и срочных дел я просрал такую прекрасную возможность забрать Лейк и трахнуть её сегодня. Но это лишь подогревает интерес.
«Классный. Энзо потрясающий мальчик. Мы вместе с ним смотрели мультик и обсуждали всё, завтра принесу ему пудинг с шоколадом. Я нашла мужчину своей мечты».
Смеюсь и качаю головой.
«Это же я?»
«Ты слишком старый».
«Сука».
Она посылает мне средний палец, и я смеюсь. Ладно, может быть, меня уже не так задевает её упоминание моего возраста. Если учесть, что я зачастую трахаюсь с молодыми девушками двадцати, двадцати двух лет, то Лейк, по моим меркам, для меня уже старушка. Но, блять, её задница сводит меня с ума. Она вся такая мягкая, такая женственная, такая сука.
– Босс, ты хотел меня видеть.
Отвожу взгляд от экрана мобильного и откладываю его.
– Ты что, ещё обижаешься? – усмехаюсь, вскинув голову на сына.
– Пошёл ты. Я, блять, тебя похоронил, – рычит он.
– Брось, меня так просто не убить. Тем более, я передал тебе последние указания через Дрона.
– И это обидно! Дрон ничего мне не сказал, Алекс был первым. Ты позвонил им, а не мне. Я твой сын.
– Боже, ты ревнуешь меня к ним? Ты моя принцесса, – смеюсь я.
– Иди на хуй, – фыркает Роко, а я продолжаю смеяться.
– Не злись. Я же здесь. Я вернулся, и я в порядке. Всё хорошо.
– Ни хрена не хорошо! Ты притащил сюда эту суку, ты… ты заставил нас всех, принять Иду!
– И что? Убей меня, – мою весёлость быстро стирает с лица.
– Я был под наркотиками и едва не убил Дрона. Рэй… блять, пап, что делать-то? Что теперь делать? Это же конец. Думаешь, что когда Рэй очнётся, она не попытается снова умереть? Думаешь, что мы будем нормальной семьёй? Хрень это.
– Я разберусь.
– Ты уже разобрался.
– Что ты предлагаешь, Роко? У тебя есть разумные предложения, как исправить ситуацию, или ты можешь только ныть и винить меня? – выкрикиваю я.
Он молчит, глядя себе под ноги.
– Как жить с этим стыдом, пап? – тихо спрашивает он. – Как… как жить? Я натворил столько дерьма, я… понятия не имел, что всё было не так, как казалось. Дрон предупреждал меня. Он видел больше, а я не слышал. Мигель в коме. Врачи разводят руками. Я… это просто пиздец.
– Мы разберёмся, Роко. Разберёмся. Нужно решать проблемы по мере их поступления. Я уже изгнал Иду и усилил охрану. Я собираюсь забрать Энзо, он мой сын. Я угрожал Иде сегодня, что если она подойдёт к вам, если только узнаю, что она, блять, хоть пальцем, даже косвенно, тронет моих детей, закрою её за решётку. У меня достаточно доказательств её вины. Алекс тоже уже знает о том, что это она подложила бомбу в их дом. И твоё задание: узнать, с кем и на кого она работает. Тупая официантка не разбирается в сборке бомб, как и у неё не должно быть ресурсов, чтобы провернуть всё это дерьмо. Ты понял меня? Это твоя задача номер один, Роко.
– Я понял, – кивает он.
– Твоя задача номер два…
– Нет, я занят. У меня простуда, диарея, рак. У меня… у меня сифилис, – перебивает меня он.
– Ты уже знаешь, о чём я собираюсь с тобой поговорить.
Лицо Роко сразу же становится каменным и злым.
– Ты обещал, что потянешь с этим. Я не готов.
– А мне насрать, Роко. Твои грёбаные планы о прекрасном принце и его Золушке разошлись по всей стране. Меня прижмут на собрании. Ты хочешь, чтобы совет взялся за это дело?
– Но я не один такой! Я не один трахаю парня! – возмущается Роко.
– Ты один, кто заявил о своих намерениях послать в задницу традиции. Ты один. И это повлияет на нас.
– Это была шутка.
– Роко, мать твою, я видел выписки с твоих счетов. Ты купил грёбаный дом и записал его на Дрона. Ты нашёл суррогатную мать для вашего ребёнка. Ты меня совсем за идиота держишь? – спрашивая, встаю с кресла и подхожу к сыну.
Он поджимает губы, кипя от ярости.
– Ты женишься. На этой неделе мы объявим о помолвке. Сегодня тебе нужно выбрать, кто это будет, понял?
– Я не буду, – цедит он сквозь зубы.
– Роко, если бы был другой вариант, то я бы тебе его предложил. Ты хоть задумался, кого они уберут первым? Дрона, блять. Они его убьют или сделают шлюхой. Ты знаешь правила. Чего ты добиваешься? Хочешь обречь Дрона на это дерьмо?
– Нет, я…
– Сын, – хватаю его за шею, притягивая ближе к своему лицу, – ты знаешь, что должен сделать. Ты женишься. Тебе не нужно быть грёбаным мужем по-настоящему. Это будет фиктивный брак. Как только ты женишься, и твоя жена забеременеет, можешь покупать дома, заводить собак и жить с Дроном. Это не обсуждается. Иначе убьют всех, Роко. Нас не любят. У нас есть враги. И убивать они будут долго.
– Я не хочу, чтобы какая-то сука носила моего ребёнка. Я не хочу. Я не могу… это предательство Дрона. Я не могу, – жалобно бормочет Роко.
– Это будет твой ребёнок. Тебе не нужно с ней спать. Ты заберёшь этого ребёнка и будешь воспитывать его с Дроном. Это лучший вариант. Только так, Роко, ты меня понял? Мы с тобой договорились?
– Да, – выдавливает он из себя.
Отпускаю его и хлопаю ладонью по щеке.
– Я помогу тебе, как всегда, но и ты должен помогать мне, Роко. Я пытаюсь обезопасить тебя, сохранить ваши отношения с Дроном, но ты должен сыграть свою роль до ежегодного собрания. Я приеду туда с официальным подтверждением твоего брака, понял? Выбери сам себе женщину. Любую. Она будет просто дополнением к твоему образу на вечеринках и приёмах. Вы будете жить раздельно, это разрешено. Им нужна эта грёбаная бумажка с подтверждением твоего брака, но если ты решишь придумать что-то ещё, то будет хуже, Роко. Хуже. Джеймс сливает информацию и распускает слухи о нас, он ослабевает нашу власть. Вероятно, он состоит в сговоре с другими, чтобы уничтожить нас официально. И ты больше не дашь им поводов, Роко. Ты не подставишь нас.
– Сукин сын, – фыркает Роко. – Я понял. Хорошо. Но я буду жить с Дроном в нашем доме. Я буду трахаться только с ним. Я не притронусь к этой суке, найди того, кто трахнет её, пока я буду сидеть в этой грёбаной спальне.
– Я могу выбрать за тебя, если тебе настолько противно.
– О-о-о, нет, лучше я сам, у тебя хреновый вкус на женщин.
– С чего это?
– Ты женился на матери.
– Пошёл ты, это было вынуждено, – недовольно цокаю.
– Поэтому я тебе не доверяю в этом вопросе. И это мои условия, пап. Никто не тронет Дрона, и ты сделаешь его частью семьи, чтобы он был под нашей защитой.
– Хорошо.
– Так просто? – прищуривается Роко. – Ты же был против.
– Я против твоего идиотизма, а не против твоих отношений с Дроном. Я предполагал такие варианты, поэтому уже был готов. На самом деле я думал, ты попросишь больше.
– Я ещё подумаю, – усмехается сын.
– Есть чем?
– Иди на хуй, пап.
Смеюсь и сажусь обратно в кресло.
– Лонни кое-что мне рассказал про некую мисс «Пирог с вишней».
– Ты свободен, – указываю ему на дверь.
– Так кто она? Лонни сказал, что она надрала тебе зад, – довольно улыбается Роко. – Ты нас познакомишь?
– Когда я тебя знакомил со шлюхами? Тем более, ты не интересуешься женщинами.
– Ты сказал, что я могу выбрать любую. А если я захочу её?
– Роко, мать твою, – рычу я.
– Нет ведь никаких ограничений или требований к моей будущей жене, верно? Она просто должна быть женского пола. А по рассказам Лонни, она явно похожа на очень трахабельную женщину.
– Роко.
– А что? Она же просто тупая шлюха, пап. И как раз она будет у тебя под боком, чтобы ты с ней трахался в любое время, я поделюсь с тобой. Я не жадный, папочка. Разве я не умён? Я должен с ней познакомиться. Не хочу смотреть других кандидаток, я выберу её.
– Роко!
– До встречи, пап, – смеясь, этот гадёныш убегает из кабинета.
– Мудак! Я тебя прикончу, если ты её тронешь!
Этот козлина выглядывает из коридора и хихикает, как придурок.
– Знаешь, я подумал, что не прочь заключить официальный брак. Ну, знаешь там, зачать ребёнка традиционным способом, Дрон меня поймёт. У нас будет менаж. Как тебе такое?
– Ты труп, Роко, – хватаю пистолет и целюсь, подскакивая с места. Я вылетаю в коридор, слыша смех сына где-то уже внизу.
– Папочка влюбился! Папочка влюбился!
– Заткнись ты! – кричу, сбегая по лестнице, когда хлопает входная дверь. – Дебил, блять.
Лонни, широко улыбаясь, прислоняется к дверному косяку, ведущему в одну из гостиных смерти.
– Ты мудак, – указываю на него пистолетом. – Какого хрена ты всё растрепал?
– Я не знал, что это секрет. Ты вёл себя так, словно хотел, чтобы все знали о ней. Я лишь помог.
– Если он тронет её, то ты тоже труп. Я серьёзно, Лонни. Мой сын – мудак, и он решит чисто из принципа жениться на ней, а Лейк, блять, поможет ему, потому что она поверит в его историю и полную страданий жизнь. Это на твоей совести, Лонни.
– Да ладно тебе, мамочка, не обижайся. Зато у тебя будет огромная и весёлая семья. Разве не об этом ты мечтал?
– Иди на хуй.
Лонни ржёт, а я возвращаюсь в кабинет. Я готов убить своего сына, потому что знаю, он точно не упустит возможности извести меня. Блять. Он женится на Лейк только через мой труп. Три предложения о замужестве за сутки, чёрт возьми! Эта женщина творит просто невозможное, и она… может мне снова помочь.
Я улыбаюсь и беру мобильный.
«Куколка, тебя возбудит вечеринка в кругу законченных мудаков с завышенным эго, которое нужно бы сломать? Я подумал, что тебе здесь так скучно. Никакого адреналина, никаких эмоций. Я могу избавить тебя от скуки. Хочешь?»
Через пару минут приходит ответ.
«Хм, я слушаю тебя, засранец».
Отлично. У меня тоже есть оружие. Джеймс явно не ждёт такого финта вагиной. Ха.
Глава 12
Лейк
От ошибок никто не застрахован, ведь мы рискуем. Кто-то не рискует и тоже совершает ошибки. Так какой смысл сдерживать себя, если всё равно будет больно? Если всё равно тебя снова стукнут по лбу те же грабли? Да и дело даже не в страхе снова попасть в спираль зависимости, а в том, что без ошибок невозможно быть живым. Заперев себя в клетку, в которой всё идеально, никогда не узнать вкуса жизни. Никогда не ощутить эмоции на пике и на спаде. В клетке всё стабильно, всё идеально, всё… тихо. А людям нужны эмоции, страдания, счастливые моменты, влечение и игра. Нас не создали для того, чтобы мы запирались в клетках и ждали смерти, ведь вспомнить будет нечего. Я знаю, что совершаю ошибку. Знаю, что позволяю себе отпустить контроль своей зависимости, но я умею вовремя уходить. Пусть я и разрешаю себе слабости, но уловлю тот момент, когда дальше идти будет нельзя. Запрещено. Вероятно, это случится после первого оргазма или же разочарования в сексе с Домиником. Он будет. Он точно должен быть, потому что такой экземпляр просто обязан находиться в моей коллекции ошибок.
Оторвав обёртку от леденца, засовываю его в рот и закидываю на плечо сумку. Попрощавшись с охраной, стоящей возле палаты Энзо, подпевая себе под нос и посасывая свой леденец, захожу в лифт и прижимаюсь к стене. В лифт набиваются другие пациенты, с ними врачи и медицинский персонал. Ловлю заинтересованный взгляд на своих губах одного из врачей и усмехаюсь. Ладно, всего один разок. Леденец – самый простой способ привлечь внимание и отвлечь его. Я это проделывала сотню раз. И да, я соврала в тот раз Доминику, что это мой первый раз. Прокрутив леденец между губ, засасываю его в рот, немного прикрыв глаза. Мужчина сглатывает и облизывает свои губы, абсолютно не обращая внимания на то, что ему говорит другой врач. А там уж точно речь идёт о чём-то важном. Лифт останавливается на этаже, и кто-то выходит, этому врачу тоже нужно выйти, но он остаётся, продолжая смотреть на мой рот. Господи, да я уже трахаю этот леденец, сдерживая хохот. В лифте стало свободнее, поэтому мужчина делает шаг в сторону, затем ещё один и останавливается слева от меня, а я смотрю перёд собой, словно такая глупая девочка.
– Хм, – он прочищает горло, привлекая моё внимание.
Бросаю на него взгляд, с хлопком вытащив леденец изо рта.
– Привет. Что-то случилось? – невинно интересуюсь.
– Привет. Нет, я всего лишь… меня зовут…
Лифт останавливается, и я резко засовываю леденец в его приоткрытый рот, чтобы заткнуть. Время веселья вышло. Мужчина от шока отшатывается. Хлопаю его ладонью по щеке и привстаю на носочки, чтобы прошептать ему очень дерзкую фантазию. Улыбнувшись, подмигиваю ему и выхожу из лифта. Зато одного человека счастливее сделала. Я же такая…
– И что это было? – раздаётся рядом резкий голос Доминика, и я подпрыгиваю на месте.
– Боже, ты совсем рехнулся? Я едва не умерла от страха, – шиплю, пихнув его в плечо.
– Что ты ему сказала? – рявкает он.
– Сказала, чтобы он сосал этот леденец, пока будет дрочить, – равнодушно пожимаю плечами и выхожу из больницы. – Ты приехал к Энзо? Он лёг спать. Мы сегодня смотрели мультики, рисовали и даже пели караоке.
Остановившись, я закатываю глаза, замечая, что Доминик перешёл в образ ревнивого зверя, и признаю, это заводит. Говорят, что нельзя провоцировать мужчин. Зачем издеваться над ними таким образом? Да, это правильно. Так нельзя делать. Но я зависимая от эмоций. Я это делаю, и причём постоянно. Ревность – прекрасный двигатель взрывов, что я и люблю.
– Ты убьёшь его? – улыбаясь, склонив голову набок, спрашиваю его.
– А ты так этого хочешь?
– Может быть. Вообще, я не против увидеть, как ты убиваешь. Но только плохих парней. Если убьёшь невинного, то я сама тебя прибью. Я не против насилия и убийств, но если только есть веский повод. Нельзя трогать невинных людей.
– Таких, каким был Себастьян? – усмехается Доминик и подходит ко мне вплотную.
– Таких, какими были все они. Не только Себастьян, но и другие. У них были семьи и планы, они ничего плохого не сделали, но псих решил наказать их. Никто не имеет права на подобное, но и спускать угрозы нельзя. Так что убивай себе на здоровье плохих парней, я не против, – подмигнув ему, направляюсь к своей машине. Точнее, к месту, где я её припарковала, но машины нет.
– Доминик, чёрт возьми, – злясь, поворачиваю к нему голову. – Куда ты снова дел мою машину?
– Она стоит возле дома. Я решил тебя подвести. Прошу, куколка, – он указывает рукой на свою машину.
– А если я не хочу? – прищуриваясь, спрашиваю его. – Если сейчас я не в настроении, и мне нужно побыть одной? Если у меня понос, или я вонюче пукаю?
– Это все твои угрозы?
– Остальные не придумала.
– Значит, я справлюсь, – смеётся он и открывает дверь с пассажирской стороны.
– Ты просто больной, – кривлюсь я.
– И тебе это нравится. Надеюсь, что ты ещё и рыгаешь, это моя любимая часть.
– Фу, – с отвращением морщу нос и сажусь в машину.
Даже через закрытую дверь слышу громкий хохот Доминика. Идиот.
Он садится рядом и заводит машину.
– Итак, как мой сын?
– Прекрасен, – я расплываюсь в улыбке. – Он твоя самая милая копия. Такой внимательный, умный, постоянно что-то хочет изучать. Я его люблю. Это моя первая и единственная любовь всей жизни. Жаль, что ему всего десять, но я обещала его ждать.
Доминик вопросительно выгибает бровь.
– Энзо обещал на мне жениться, когда ему будет восемнадцать, – смеюсь я. – Это мило.
– Охренеть, ещё один. Мои сыновья просто идиоты, – фыркает Доминик. – Это постоянно происходит?
– Ага, – киваю я. – Но я привыкла. Я просто знаю, что нужно мужчинам. Энзо был в восторге от пудинга, как и твоя охрана. Я приготовила всем.
– А мне?
– Тебе рука в говне, – хохочу я.
– Сколько тебе лет, Лейк? – хмурится он.
– Ладно, брось, тебе нужно держать форму. После шестидесяти сложно уже выглядеть так, как выглядишь ты. Так что я лишь забочусь о тебе.
– Блять, – он закатывает глаза, и у него появляется именно то выражение лица, которое я обожаю. Обида и злость одновременно. Такой милый.
– У меня ещё кое-что для тебя есть, – открываю сумку и достаю листок. Раскрываю его и показываю Доминику. – Это нарисовал Энзо для тебя. Это ты и он в космосе. Вероятно, за это я пообещала ему, что ты купишь ракету для него.
– Охренеть, – цокает Доминик, но забирает рисунок.
– А также я узнала, что Энзо понятия не имеет, кто ты такой. Он считает тебя просто хорошим другом своей сестры, по которой очень скучает. Ты, вообще, собираешься сказать ему, что ты его отец, а не придурок-извращенец, который влюблён в ребёнка?
– Сейчас не время. Энзо только пережил операцию, я собираюсь судиться с его сестрой за опеку над ним, – Доминик бросает рисунок на заднее сиденье машины.
– Никогда не будет подходящего времени. Но ребёнок должен знать, что у него есть отец. Отец, который заботится о нём. Ты не понимаешь, что тебе дали ещё один шанс стать нормальным отцом, Доминик? Ты просрал это с двумя детьми, так не испогань всё с третьим. Вероятно, именно это тебе и нужно. Побыть отцом, вырастить сына, как отец, а не как человек, который только оплачивает его желания.
– Не трахай мой мозг, Лейк, это тебя не касается, – рявкает он.
Пожав плечами, я отворачиваюсь, хотя меня бесит, что Доминик избегает ответственности за принятые решения насчёт своих детей. Не сомневаюсь, что он как преступник просто идеален, как любовник тоже и как босс, но как отец он просто дерьмо.
В полном молчании мы подъезжаем к моему домику, и я первой выхожу из машины. Замечаю, что моя машина, и правда, стоит сбоку дома, поэтому спокойно вхожу и бросаю сумку на диван. Доминик входит за мной следом.
– Ты что-то ещё хотел? – не поворачиваясь, интересуюсь я.
– Ты обиделась на меня.
– Нет, меня, и правда, не касаются твои отношения с детьми. Поэтому на завтра ты ищешь новую сиделку, – толкаю дверь в ванную комнату и включаю воду в ванной, чтобы хотя бы немного насладиться своим чёртовым отпуском.
– Лейк…
– Не надо, – отрезаю я. – Не надо. Ты хочешь, чтобы я была безучастной и безразличной, но это не в моих правилах. Ты забыл, что я лезу во всё, в любые дыры и говорю о них в лицо. Меня не изменить, поэтому чтобы никому не причинить вреда, а особенно Энзо, я больше помогать тебе не буду.
– Лейк, я лишь прошу о времени. Мне нужно время.
– Это отмазка, и ты об этом знаешь, – говорю ему, указывая на него пальцем, и прохожу мимо. Открываю шкаф, рассматривая свою скудную одежду, и достаю свежий топ и джинсы.
– Я не могу вот так вывалить на него новости. Он знал другого отца. Это сложно. Мало того, я буду судиться с Идой и уж точно не хочу, чтобы он выбрал её, когда судья его об этом спросит. Я хочу сделать всё, чтобы ему было хорошо со мной.
– А что потом? Бросишь его, как бросил двух других своих детей? – спрашиваю, злобно глядя на Доминика.
– Я не бросал! Они живут вместе со мной! Я забочусь о них!
– Ни хрена подобного, Доминик. Ты делаешь вид, что они рядом, но сам признался, что убегаешь от них. Ты боишься их. То же самое будет и с Энзо. И ввиду обстоятельств, я думаю, что ему будет лучше с Идой, потому что он очень хорошо о ней отзывался. Я помню, что она сделала, но она его сестра. Тот человек, который заботился о нём, воспитывал его и любит. Любишь ли ты его? Да. Но ты никогда не покажешь этого, потому что боишься. Давай закончим этот разговор, я не хочу портить себе настроение. У меня сегодня планы.
Доминик хмурится, и явно ему неприятны мои слова. Но пусть терпит. Я не буду молчать и наблюдать, как он из-за своих чёртовых страхов ломает жизнь ещё одному ребёнку. Может быть, это для меня тоже слишком болезненно, потому что я сирота и побывала во многих приёмных семьях, меня полюбила лишь бабушка и убедила в том, что со мной всё в порядке. Порой с чужими людьми нам лучше, чем с родными, и в этом тоже нет ничего плохого. Не все созданы для семьи. Не все созданы для воспитания детей. Не все созданы для чего-то хорошего.
– Какие у тебя планы? Ты согласилась пойти со мной на вечеринку.
– Блин, я забыла тебе сказать, – тяну я. – У меня свидание.
Взгляд Доминика сразу же становится безумным, а я внутри пищу от восторга.
– Ты, блять, издеваешься? – рычит он.
– Нет. И я хочу, чтобы моё свидание прошло хорошо. А это значит, что кавалер должен быть вежливым, романтичным и очень сексуальным. А также я хочу видеть его в одном из шикарных классических костюмов и без нижнего белья. Это заводит. Я даже платье купила, но его увидит исключительно мой кавалер.
Так, главное – не смеяться. Главное… чёрт, я хохочу, откинув назад голову, Доминик сейчас взорвётся от ярости. Так сексуально.
– Боже, – хихикая, хлопаю его ладонью по плечу, – я говорила про тебя. Идиот.
– Про меня? Я не приглашал тебя на свидание. Я не хожу на свидания, и уж точно не пойду на них с тобой, – прищуривается он.
– А меня это должно волновать? Нет. Ты или идёшь со мной на свидание, или идёшь на хрен. Выбирай, пока я буду нежиться в ванной. Хотя я планирую ещё кончить, так что лучше решай за пределами моего дома. Я буду ждать тебя на нашем свидании в десять вечера, как мы и договаривались. Не приедешь, ничего, я переживу и пойду веселиться в клуб. Надоело сидеть дома. Ты правильно заметил, мне нужны адреналин и, вероятно, твёрдый, истекающий и молодой член. Не куксись, засранец, морщин больше появится, – продолжая хохотать, скрываюсь в ванной комнате и запираю её на замок.
Такой дурак. Боже.
Он приедет. И он будет без белья. Он будет выглядеть так, как я ему сказала. И уж точно мы повеселимся. Сегодня я планирую всё закончить и не шутила о том, что завтра уйду. Я уже нашла новый дом, вещей у меня немного, так что завтра перееду и закончу играть. Так что сегодня самый интересный вечер для нас с ним. Последний.
Когда я выхожу из ванной, конечно, не помастурбировав, это было бы слишком просто для Доминика увидеть меня, здесь же камеры, его нет. Он ушёл. Наверное, он бы вряд ли ждал меня два часа. Сбрасываю полотенце на пол и переступаю через него, зная, что он за мной наблюдает. Это безумно возбуждает. Именно знать, а не жить в неведении. Касаюсь ладонями своих бёдер и набрасываю на плечи халат. Поработав немного, я укладываю волосы в крупные локоны, наношу макияж и одеваюсь. Я, действительно, заказала платье для себя, которое привезли сегодня днём в больницу. Я оставила его в машине, поэтому и переживала из-за платья. Обычно я не ношу такую одежду, стараюсь быть незаметной. Но когда приходит время игры, то я ни в чём себе не отказываю. Я даже пару раз красила волосы тоником, чтобы было более правдоподобно.
В начале одиннадцатого абсолютно спокойная тем, что Доминик до сих пор не постучался в дверь или же просто не вошёл в неё, беру сумочку, обуваю туфли на высоких и тонких шпильках и выхожу из дома. Спустившись по лестнице, я замираю на пару секунд. А вот и он. Доминик стоит, облокотившись о машину в чёрном классическом костюме и белой сорочке. Он смотрит себе под ноги, видимо, не понимая, какого хрена делает, и это ему очень не нравится. Я бы объяснила, но не могу больше тонуть в его проблемах. Медленно подхожу к нему, а моё сердце бьётся очень часто от предвкушения этой ночи. Я знаю, что случится, а он нет. И это самое невероятное чувство ожидания вызывает приятные мурашки на коже.
Доминик вскидывает голову, услышав, как шуршит гравий под моими шагами, и я честно задыхаюсь от того, насколько же он шикарный мужчина. Действительно, шикарный для меня. От него веет огромной силой и властью. Его тёмные глаза блестят от похоти. Аромат его одеколона окутывает меня, когда я останавливаюсь напротив него.
– Отлично выглядишь, – улыбаюсь я.
– Охрененно, – выпрямляясь, шепчет он.
– Боже, ты такой самовлюблённый, – смеюсь я.
– Что? Я говорил о тебе. Ты охрененно выглядишь. Просто охрененно, Лейк. Платье не свалится? На чём оно, вообще, держится? – хмурится он, оглядывая мою грудь.
Хватаю верх платья и немного подтягиваю его, отчего моя грудь колышется, а Доминик облизывается.
– Всё в порядке. Оно тугое. Не свалится. Но если его снять, то я вряд ли в него снова влезу. Люблю, когда пожёстче, – ухмыльнувшись, подмигиваю ему и сажусь в машину. Доминик следом. Сегодня у нас шофёр, и это Лонни.
– Лейк, ты потрясающе выглядишь, – улыбается он.
– Спасибо, малыш, – радостно отвечаю ему.
– Малыш? Откуда это дерьмо, вообще, взялось? – фыркает Доминик.
– Это ирония. Слышал о таком? Лонни гора сексуальных мышц. Он явно далёк от малыша, от этого милее это звучит. Правда, Лонни?
– О-о-о, да, мне нравится. Спасибо за пудинг, мне ребята передали.
– Пожалуйста. Я рада, что вам всем понравилось.
– Так, почему ты кормишь их чёртовым пудингом, а меня нет? Это дискриминация, Лейк.
– Но зато у тебя есть это, – показываю на своё тело. – Ты не должен возмущаться.
– А я возмущён.
– Ты без белья? – спрашиваю, опуская свой взгляд на его пах, но мне ничего не видно в темноте машины.
– Проверь, – загадочно ухмыляется он и расставляет ноги.
– Ты без него, – киваю я. – Мне не нужно тебя трогать, чтобы проверить. Ты дышишь иначе, сидишь иначе, и похоть в твоих глазах тебя выдаёт.
– Так нечестно, – бубнит Доминик. – Ты даже форы мне не даёшь.
– У тебя её полно. Главное, не пропускай старты. Ты постоянно опаздываешь, – улыбнувшись, немного ёрзаю на сиденье и кладу ногу на ногу, оголяя большую часть бедра. – Итак, куда мы едем, и почему там должно быть реально весело?
– Мы едем на вечеринку в честь меня, такого прекрасного и живучего…
– Мудака, – вставляет Лонни.
– Спасибо, любовь моя, именно так, – широко улыбается Доминик. – Вечеринка будет проходить на территории ирландцев и в их доме. Это те, кто заказал меня. Там собраны самые жуткие мудаки штата. Убийцы, насильники, киллеры, наркоторговцы, но, конечно, все прикрываются благими делами.
– Миленько. Будет перестрелка, погоня, оргия?
Доминик вопросительно смотрит на меня.
– Ну а что? Хочу поучаствовать в этом. Почему нет? Мне нужны эмоции. Давай, убьём кого-нибудь.
– Ты хочешь, чтобы я подох прямо сейчас от сердечного приступа, куколка? Не возбуждай меня так. Ты не можешь быть настолько идеальной.
– Прости, что ты слишком стар для веселья.
– Стар? Ты сейчас назвала меня стариком?
– Не я, а ты это сделал. Меня всё устраивает, но тебе так хреново, когда я указываю на твой возраст. Поэтому я это делаю.
