Текст книги "Сложности (ЛП)"
Автор книги: Кристен Эшли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 35 страниц)
А затем она все это забрала. У Энди. У меня.
Теперь его великолепие было другого рода. Но оно было не тем, чего я хотела для своего Энди.
Я крепко зажмурилась, сдерживая слезы, когда засвистел чайник.
Мое время истекло.
Я открыла глаза, шмыгнула носом. Затем развернулась и заварила себе чай. Отнесла его на крыльцо и взяла свою книгу.
В эту ночь я не наслаждалась спокойствием своей улицы.
Я открыла книгу и, потратив какое-то время, чтобы заставить разум сосредоточиться, начала читать. Больше я не позволю себе думать о том, что потерял Энди.
Только не до следующего воскресенья.
Глава 9
Дело не в этом
Хиксон
Утром в понедельник Хикс вошел в управление и первым делом увидел Хэла, сидящего за своим столом.
– Привет, Хикс, – позвал Хэл, и его улыбка абсолютно не понравилась Хиксу. – Хорошо провел выходные?
Судя по ухмылке Хэла, уже распространилась новость о том, что Хикс наведался в «Каплю», а после ждал Грету на улице.
– Да, – хмыкнул он, двигаясь по проходу к своему коридору.
Когда он приблизился к столу Хэла, тот, что не удивительно (учитывая, что это был Хэл), набрался смелости и спросил:
– Это из-за парикмахерши Бетс вечно на взводе?
Хикс остановился и лишь немного повернул голову к своему помощнику.
Ему нравились все его помощники – как на работе, так и вне ее, включая и Бетс, когда она не была занозой в заднице.
Но Хэл был исключением.
Он был достаточно хорошим помощником. Но при этом настоящим мудаком. И когда Хикс решил все прояснить, его тон сказал лучше слов все то, что вначале он озвучивать не собирался:
– Как насчет того, чтобы я оставил твою личную жизнь тебе, а ты позволишь мне не обсуждать мою. И ты больше не станешь нести всякую подобную чушь насчет Бетс в местах, собственником которых является округ, например, в этом здании или в твоем рабочем автомобиле. В то время как выполняешь работу, за которую получаешь зарплату от округа. И не обсуждай ее ни с кем другим, стоящим на службе у округа.
Хикс не стал озвучивать информацию, что личная жизнь Хэла включала тот факт, что раньше он был полицейским в Канзас-Сити, пока его жене не надоело наблюдать, как он бегает за каждой юбкой. И она поставила ему ультиматум: или они меняют свою жизнь, чтобы помочь ему изменить поведение, или они разводятся.
Вместо того чтобы отпустить жену, как должен был, Хэл решил изменить их жизнь. Они переехали в Глоссоп, где он занял должность помощника шерифа. Но своего поведения он не изменил.
У него была постоянная любовница и еще несколько женщин, с которыми он встречался время от времени.
К сожалению, Хикс не мог освободить его от должности из-за того, с кем трахался Хэл, пусть эти женщины и не были его женой.
Хэл выполнял свою работу, занимался ею уже несколько лет, и был настолько хорош, насколько это вообще было возможно, учитывая, что здесь никогда ничего не случалось. Поэтому Хикс был в затруднении. И мирился с его присутствием.
Но Ларри едва терпел его. А Бетс избегала, потому что он издевался над ней из-за Хикса, а также из-за того, что она была новичком. И, наконец, она избегала его, потому что он был настоящим мудаком.
Донна терпеть его не могла, но была достаточно профессиональна, чтобы работать бок о бок с ним, не нарываясь, но на этом все и ограничивалось.
Последнее выяснилось, когда они разгадали страшную тайну фермера, у которого воровали кур (этим занимался парень дочери самого фермера, который выступил против этих отношений).
Тогда Донна и Хэл работали вместе и, сидя в его кабинете с отчетом, Донна повернулась к Хэлу и заявила:
– Если мне еще хоть раз придется сидеть в управлении и слушать твои грязные разговоры о сексе с одной из твоих шлюх, Хэл, я забуду о клятве служить и защищать. Я пойду к Эшли и поделюсь с ней тем фактом, что ты не можешь удержать свой член в штанах. Не испытывай меня. Это – единственное предупреждение.
После этого она встала и вышла.
Хэл повернулся к Хиксу, судя по всему, считая шерифа членом того братства, куда не входила Донна, потому что у нее не было члена. Он решил, что Хиксон посочувствует ему, но Хикс просто смотрел на него, пока Хэл не заговорил:
– Я просто…
Хикс поднял руку.
– Не мое дело. Но Донна права. Подобное дерьмо не должно происходить в рабочее время. Если у тебя возникли проблемы с семьей или друзьями, которыми тебе необходимо решить в рабочее время, я не возражаю. Если ты хочешь разговаривать подобным образом с одной из женщин в рабочее время, тогда у нас проблема. Мой совет – вытаскивай член из штанов только ради жены. Хочешь знать мое мнение, мне не нравится, как твое поведение отражается на нашем управлении. Но поскольку ты не спрашивал ни совета, ни мнения, я должен держать рот на замке. Но если я узнаю, что подобное дерьмо происходит на работе, молчать я не стану.
– Все отвечают на личные звонки на работе, – попытался защититься он.
– А сейчас я говорю тебе прямо – мои помощники не будут отвечать на подобные звонки в рабочее время, – ответил Хикс.
Хэл в ответ промолчал. Как и Хикс.
– Полагаю, мы все прояснили. Теперь на выход.
Хэл вышел, а Хикс старался не ставить Донну вместе с Хэлом на вызова и не поручать им совместные дела.
И это работало. До сих пор.
– Прости, босс, – пробормотал Хэл.
Хиксу, слава Богу, нечасто приходилось ставить Хэла на место, и сейчас тот выглядел одновременно наказанным и озлобленным.
Хэл прочистил горло и спросил:
– Ларри звонил насчет выходных?
– Авария на 28-й Улице, – ответил ему Хикс. – Серьезные повреждения у автомобилей, к счастью, минимальные повреждения у людей. Он сказал, что положил отчет мне на стол.
Хэл кивнул.
– Что-то произошло в «Аванпосте», но Бетти-Джин справилась, прежде чем Ларри и Донна доехали, – продолжал Хикс. – И на этом все.
– Верно.
– Хорошо, – сказал Хикс, опуская подбородок и проходя остаток пути до своего кабинета.
Он не смотрел на Хэла, когда устраивался, и не думал о нем.
Он провел ленивое воскресенье с детьми. И все прошло просто замечательно. Сейчас, конечно, не самая лучшая часть, поскольку после школы и дополнительных занятий они отправятся к Хоуп. Но теперь он мог переключить свои мысли на что-то другое, что-то, принадлежащее ему. И этим оказалась Грета.
Он должен был взять ее номер телефона перед уходом. Но он этого не сделал. Поэтому исправит этот недочет.
Сегодня утром, после того как Лу откроет салон и Грета появится на работе, он позвонит и пригласит ее встретиться в «Арлекине» за обедом.
Ему было все равно, что на это скажет кто угодно, кроме Греты. И он надеялся, что этот поступок донесет до Греты мысль, что он хочет проводить с ней время в месте, где они не смогут слиться в поцелуе и ситуация не выйдет из-под контроля.
Не то чтобы он не хотел этого. Грета, вышедшая из-под контроля – это очень хорошо. Но ему хотелось узнать ее получше.
Ему нравилось смотреть на нее. Она заставляла его смеяться. В ней было столько всего, что вызывало в нем интерес. И он хотел разгадать эти вещи.
Грета знала, что происходит в его жизни и в его голове, и это ее не волновало.
В ней не было никаких сложностей, единственная простая составляющая его жизни за достаточно долгий период времени. И она свободно делилась этим с ним, когда он не вел себя как мудак.
И ему это нравилось. И хотелось большего.
Хикс мог бы переосмыслить все, перестараться и все испортить. Но причин для этого не было.
Она была просто Гретой. Она заставляла его смеяться, и благодаря ей он чувствовал себя хорошо. Поэтому не собирался превращать что-то простое в нечто сложное.
Он просто собирался пообедать с женщиной, с которой ему нравилось проводить время.
О том, что будет потом, он так же не собирался размышлять.
Его сын был прав. Он так долго жил одним стремлением вернуть семью, что забыл о себе. А это не было хорошим примером для его детей.
Если его дочки узнают о Грете, он разберется с этим, если или когда придет время.
Коринн могла отчитывать брата, но все равно прислушивалась к нему. Мэми восхищалась им и последует его примеру.
Все может закончиться катастрофой. А может все пройдет замечательно. Пока это неважно. Он не собирался прямо сейчас вводить ее в жизнь своих детей.
Просто два человека вместе отправятся на обед. Вот, о чем думал Хикс.
И в первый раз за очень долгое время он с нетерпением чего-то ждал.
Так прошло не более десяти минут, потом в его кабинет проникло гнетущее молчание из общего пространства.
Хикс оторвался от отчета, который изучал, и посмотрел во внутреннее окно. Он увидел, что на работе появилась Бетс, которая избегала как Хэла, так и Хикса.
Обычно если он приезжал раньше, она заглядывала к нему и здоровалась.
В этот раз она сидела за столом, уставившись в монитор компьютера, будто произошло невозможное, и она увидела там нечто интересное. Она вела себя подобным образом всю неделю. И Хикс дал ей эту неделю. Потом он найдет способ вывести ее из этого состояния.
Он заканчивал читать отчет, когда другие флюиды поплыли из общего пространства.
Он просто втянул воздух через ноздри. Выдохнув, он поднялся и встал рядом со столом, облокотившись на него бедром. И стал наблюдать за тем, как его бывший тесть Джеп Шредер прошел мимо окна и исчез в дальнем коридоре.
Хикс посмотрел на дверь и увидел, как Джеп входит в нее.
У Джепа были редеющие седые волосы и густые усы над верхней губой, и единственное, что в них изменилось с тех пор, как Хикс познакомился с ним, – это цвет. А еще в нем было нечто такое, что говорило о том, что он был старым добрым парнем в прямом смысле этой фразы. Он действительно был не молод и был хорошим человеком.
– У тебя есть минутка, сынок? – спросил Джеп.
Скорей всего, как обычно, у Хикса будет свободен весь день.
И Хикс уже представлял, как это день станет хорош, если Грета согласится на обед.
А сейчас? Все не так уж и хорошо.
– Джеп, не уверен, что это хорошая идея, – сказал Хикс в ответ.
Джеп посмотрел на него несколько секунд, а затем проговорил:
– Это не отнимет у тебя много времени, Хикс. Обещаю. И я не стану занозой в твоей заднице. Обещаю.
Хикс вздохнул, наклонив голову.
Джеп закрыл дверь за собой и прошел в кабинет. Он встал позади стула, положив на него руку. Хикс же не двигался, облокотившись на стол.
– У нас ситуация с Хоуп, – заявил Джеп.
Что ж… Точно.
Он должен как можно лучше прояснить ситуацию, не задев чувств и не испортив отношений, которые для него многое значили. И он должен сделать это прямо сейчас.
Тогда Хикс покачал головой.
– Я люблю тебя как отца, это у тебя есть и всегда будет, и неважно какие бумаги я подписал. Надеюсь, ты и сам это прекрасно понимаешь. Я уважаю тебя, надеюсь, ты в курсе и этого, даже если я скажу тебе, что любая ситуация касательно Хоуп не имеет ко мне больше никакого отношения.
Джеп не отводил взгляд, медленно кивая.
– Именно про эту проблему с Хоуп, я и говорю, сынок, – тихо проговорил он.
Не удивительно. Она, вероятно, отправилась прямо на ранчо после разговора с Хиксом в этом же кабинете в прошлый вторник.
– Я знаю, что потребуется некоторое время, – ответил Хикс. – И понимаю, что придется нелегко. А в таком маленьком городке, будет еще трудней. Но это не отменяет того факта, что я пытаюсь двигаться дальше, и попрошу тебя помочь мне в этом, не принося подобные вещи в мой кабинет. И вообще никуда не приноси подобные вещи, Джеп.
– Ты покончил с ней, – прошептал он.
– Она развелась со мной, так что, да. Я покончил с ней, Джеп. Мне жаль, но дела обстоят именно так.
Джеп сглотнул, посмотрел в сторону, громко фыркнул, и Хикс дал ему время.
Мужчине было шестьдесят два года и у него было больше земли, чем, по мнению Хикса, занимал весь город Глоссоп.
Он был владельцем ранчо, а не фермером, так же, как и его отец (во втором поколении). Все они расширяли ранчо и поголовье скота до такой степени, что даже не замечали голодных лет, которые испытывали порой другие владельцы ранчо. Его сыновья работали вместе с ним, но помимо этого владели и своими собственными небольшими фермами. Его дочь тоже работала на него – вела бухгалтерию, занималась аукционами, продажами осеменительного материала, контролировала личные счета братьев, их фермерский бизнес и все остальное, что требовалось. А дел было предостаточно, учитывая огромный размер хозяйства.
Для мужчин работа была честной, но тяжелой и никогда не заканчивающейся.
Несмотря на все Джеп выглядел на свой возраст – ни на день младше, ни на день старше. За исключением сегодняшнего дня. Сейчас он выглядел на все сто лет.
– Джеп, – позвал его Хикс.
Бывший тесть посмотрел на него и спросил:
– Могу я спросить тебя об одной вещи, Хиксон?
– Мне не нравится это говорить, но я должен – это зависит от того, что это за вещь.
Джеп принял это кивком.
– Я знаю, что это не мое дело, оно не касалось меня, когда ты был с моей дочерью, а теперь в особенности. Но не могу не спросить, тебе пришлось использовать деньги, которые оставил тебе дядя, чтобы купить себе новое жилье?
Хикс отодвинулся от стола, удивленный тем, что Джеп хотел узнать именно это. Он, конечно, удивился, но не видел причин не отвечать.
– Выбора не было, – поделился он. – Пришлось потратить часть на адвоката и обустройство квартиры. А что?
Глаза Джепа стали еще печальней, и он покачал головой.
– Просто… предположил…
Он затаил дыхание, выглядя так, будто с чем-то борется. И Хикс ненавидел смотреть, как человек, который всегда был так уверен в себе, сейчас проходит через все это.
Наконец, определив нечто для себя, он заговорил:
– Хотел быть уверен, что у тебя все схвачено.
В этом не было ничего удивительного.
У Хикса был отличный отец. Но Джеп по-прежнему был для него как отец. И он всегда относился к нему, как к сыну, а не как к зятю.
Не говоря о том, что Хикс имел совместную опеку над внуками Джепа.
– Я в порядке, Джеп. Дети тоже в порядке. Мы ищем дом. И скоро все устроится.
– Ага, – пробормотал Джеп.
– Мы в порядке, и станет еще лучше со временем, – тихо заверил его Хикс.
Джеп кивнул. Затем он поднялся, посмотрел на Хикса и заявил:
– Мы испортили ее. Наша младшая. Девочка. Мэри так сильно хотела девочку. Я не признавался, но тоже хотел дочку. Позволяли ей все, пока не пришло время остановить это, но тогда она начала делать все по-своему. Но мы должны были пресечь это на корню. Мы этого не сделали, а теперь…
Хикс прервал его.
– Джеп, она взрослый человек и должна сама нести ответственность за свои действия, а не ты. Не Мэри. Виноват не ты, не Мэри. И не надо искать на кого можно свалить вину. Что сделано, то сделано. Все кончено. Мы просто должны найти способ пережить это и успокоиться.
– Полагаю, ты прав, – пробормотал Джеп.
– Других вариантов нет, – сказал ему Хикс.
Его плечи опустились, свет в глазах померк, и Хикс пожалел, что не нашел других слов или не сказал что-нибудь другое.
– Нам будет не хватать тебя за столом на День Благодарения, Хиксон, – сказал ему Джеп.
– И я буду скучать по этим посиделкам, Джеп, – ответил Хикс.
Джеп просветлел.
– Может однажды, когда вы все успокоитесь, мы все…
– Джеп, – осторожно проговорил Хикс.
– Да-да, – ответил Джеп, уловив его мысль и кивнув. – Ты прав, Хикс. – Он поднял свою большую мозолистую ладонь со стула и протянул ее в сторону Хикса, проговорив: – Лучше оставлю тебя в покое. Не провожай меня, я знаю дорогу.
Хикс стоял на своем месте и наблюдал, как медленно Джеп идет к двери. Возле нее тот остановился и обернулся.
– Закончу все единственно возможным способом, – заявил он. – И это сказать тебе всю правду. Мы с Мэри хотим, чтобы ты был счастлив. Кук и Джесси тоже. Рид балует свою сестру больше всех нас вместе взятых, и он не так хорошо справляется с ситуацией, как все остальные. Но он придет в себя. Его Молли уже все поняла. – Он ухмыльнулся, даже не пытаясь сделать улыбку настоящей. – Но она всегда была более сообразительной, чем он. Самое умное, что сделал Рид, это женился на ней. И знаешь, я сказал это ему прямо в глаза, поэтому тебе не надо помалкивать об этом. И Рид по большей части согласен со мной. Но мы все… замечу, что мы все… – он сжал губы, выдержал взгляд Хикса, затем закончил: – Не важно, что написано в бумагах. Ты всегда будешь моей семьей, сынок. Не отцом моих внуков. А семьей, Хиксон. Настоящей семьёй. Всегда.
Хиксону пришлось прочистить горло, прежде чем ответить:
– Я думаю также.
Джеп быстро кивнул, затем еще раз, и пробормотал:
– Позволю тебе вернуться к работе. – И на этом он открыл дверь и вышел.
Но в дверь вошла Бетс. Черт.
– Бетс… – начал он.
Но она перебила его.
– Звонили Мортимеры. Они только что вернулись домой, проводили выходные в Линкольне. Делали ставки на домашнюю игру и выиграли. Потратили свой выигрыш на номер в отеле «Бест Вестерн». Вернулись сегодня утром и обнаружили, что кто-то нарисовал граффити на их сарае. Они в ярости. И хотят увидеть там кого-нибудь из нас. Я бы сказала, что отправлюсь туда с Хэлом, но не злись, он ведет себя хуже, чем обычно, и я сыта по горло его дерьмом. Поэтому спрошу, можно ли поехать одной?
Бутч Мортимер уже родился в плохом настроении и был огромным как дом. А его жена Лауэлла была рождена не женщиной, а самим Сатаной. Ни за что на свете он не отправит Бетс в одиночку разбираться с этими двумя.
И это займет некоторое время. Чтобы выслушать крики Бутча, вопли Луэллы. Им необходимо будет задать вопросы, ответы на которые помогут им установить личность того, кто разрисовал сарай. Подозреваемые исчислялись десятками, поскольку эту парочку не любили настолько, что могли пойти на такое.
Черт.
Очевидно, ему придется пригласить Грету на обед завтра.
Он поднялся со своего места и проговорил:
– Мы поедем вдвоем.
Бетс запаниковала. Но должна была смириться с этим.
Он был ее начальником. Они вынуждены работать вместе, поэтому она должна найти способ, чтобы выполнять свою работу.
И неплохо было бы начать прямо сейчас.
***
В тот вечер, после того как им не удалось сузить круг подозреваемых в раскрашивании сарая, Хикс после работы отправился в спортзал, а сейчас сидел на стуле в баре «Аванпост» между двумя приятелями – Тостом и Томми, наблюдая за футбольным матчем по восьмидесятидюймовому телевизору Бетти-Джин.
Его желудок был полон крылышек и пива, а мысли заняты футболом и завтрашним обедом, который, как он надеялся, Грета разделит с ним.
В общем чувствовал он себя хорошо.
Пока не зазвонил телефон. Он поднял его с барной стойки и увидел на экране имя Хоуп.
Тост хмыкнул, но опять же у Тоста был горький опыт развода с женой два года назад. Томми просто подвинулся на своем стуле, наградив Хикса полу усмешкой. Таким образом, он оказывал сочувствие Хиксу, хотя и был закоренелым холостяком и даже примерно не мог представить, что именно ощущал Хикс.
Они видели телефон.
Что касается Хикса, то дети находились у жены, поэтому он обязан был ответить.
– Скоро вернусь, – пробормотал он, соскользнув со стула и позволив телефону звонить, пока не оказался на полпути к двери бара, где и принял звонок. – Хоуп.
– Хиксон, – коротко ответила она.
Он толкнул дверь.
– Дети в порядке?
– Да, – выдохнула она.
Он глубоко вздохнул и остановился на тротуаре, глядя невидящим взглядом на Центральную улицу.
Когда Хоуп не продолжила, он поторопил:
– Ты объяснишь, почему звонишь мне?
Она так и сделала, сразу приступив к делу.
– Знаю, ты не любишь, когда я повторяюсь, Хикс, однако, для меня это достаточно важно сделать последнюю попытку попросить тебя прекратить свои ленивые воскресенья. Похоже, ты не понимаешь, но я с самого их рождения пытаюсь привить им здоровые привычки. Им предстоит жить в своих телах, как мы оба надеемся, долгое время, поэтому важно, чтобы они заботились о них.
– Хоуп, я все понимаю. А еще я понимаю, что Шоу и Кор занимаются спортом, поэтому весь учебный год они тренируются и пребывают в форме. Мэми круглый год занимается танцами. Летом они все любят ездить и помогать твоему отцу на ранчо, а это тяжелая работа. Они не сидят без дела, постоянно играя в видеоигры. Это всего лишь один день в неделе, и они не едят до тошноты. У них просто есть один день, чтобы расслабиться и дать себе волю.
– Мне это не нравится, – ответила она.
– Ты ясно дала это понять.
– Им нужно показать, что правильно, Хиксон. Не показывать исключения из правил. Правильно – это правильно. Без исключений. Им нужен прочный фундамент для того времени, когда настанет их черед принимать верные решения.
– Хоуп, им не по пять лет, – проговорил Хикс. – Без обид, но это странно, когда мама говорит своему семнадцатилетнему сыну, что ему можно класть в рот. Или своей пятнадцатилетней дочери. Или даже Мэми. Мы должны ослабить хватку и позволить им делать выбор. Мы не можем относиться к ним как к первоклассникам, пока они не уедут в колледж.
– У Шоу мужской метаболизм, – возразила она. – Но девочкам не пойдет на пользу, если они начнут поправляться.
Хикс попытался сохранить самообладание.
– У наших дочерей нет проблем с лишним весом, нет соответствующей комплекции или привычек, способных привести к этой проблеме. Но мне не нравится, когда ты внушаешь им мысли о том, что они могут не быть идеальными.
– Общество не относится доброжелательно к толстым девушкам, – отрезала она.
– К сожалению, ты права. Но как насчет того, чтобы беспокоиться об этом, если появится хоть намек на данную проблему?
Она ничего не ответила, и поскольку они разговаривали по телефону, Хикс не мог понять, в чем дела – она сердится или продумывает свое поведение.
И понял, что второе.
– Значит, такова твоя игра.
Хикс снова выдохнул и ответил:
– Я ни во что не играю.
– Именно играешь. Делаешь так, чтобы им веселее было оставаться у папы, чем терпеть, когда мама ждет от них правильных решений по поводу важных вещей в их жизни.
– Я не позволяю устраивать им вечеринки у меня дома, Хоуп, – отрезал он. – Мы едим пончики, чипсы и соус, смотрим фильмы и футбол всего один день. Господи, это не такая уж большая проблема.
– Для меня – да.
– Хорошо, – сказал он ей. – И ты донесла эту информацию до меня. Я тебя выслушал. И не согласен. Поэтому сейчас обсуждать это больше не будем, как впрочем, потом тоже.
– Хикс…
– Созвонимся, Хоуп.
Он отключил звонок, но поскольку был на дежурстве, ему не только пришлось пить вместо пива газировку, но он и не мог совсем отключить телефон. Но мог выключить звук.
Именно так он и поступил, выкинув из головы бывшую жену, и вернулся в бар, чтобы продолжить общение с друзьями и наслаждаться футболом и нездоровой пищей.
Ему не пришло в голову, что впервые с того дня, как Хоуп его выгнала, он без труда выбросил ее из головы.
Ему так же не пришло в голову, что ему не придется идти к ней домой после футбола с приятелями и выслушивать ее придирки по поводу того, что он съел столько начос и крылышки.
Сев обратно на барный стул, он просто заказал еще тарелку начос и совсем не думал о Хоуп.
***
На следующее утро, первым делом отправившись к Мортимерам, чтобы выслушать их дерьмо по поводу того, что он до сих пор не выяснил, кто разрисовал их сарай, Хикс наконец вернулся в управление.
И войдя внутрь…
Нет, в ту минуту, как он увидел спину женщины, сидящей в кресле рядом со столом Ларри, Хикс насторожился.
Хэла не было видно. Донна, вероятно, уехала на патрульной машине (эта женщина любила стол, так же, как и Хикс, то есть терпеть не могла). Бетс же сидела на своем месте.
Хикс посмотрел на Риву в диспетчерской, кивнул ей, после чего подошел к Ларри.
Тот поднял на него глаза и выпрямился в кресле, пробормотав:
– Шериф. Это миссис Кэллоуэй. Миссис Кэллоуэй, это шериф Дрейк.
Хикс больше не смотрел на Ларри.
Один взгляд на молодую, красивую миссис Кэллоуэй, и вся его злость прошла. Его настрой изменился.
– Миссис Кэллоуэй, – пробормотал он.
– Шериф, – прошептала она.
– Она заявляет, что муж не вернулся домой вчера вечером, – добавил Ларри. – Последний раз она видела его вчера утром, перед тем как он ушел на работу. Я объяснил, что согласно протоколу, пропажа…
Хикс взглядом прервал Ларри.
– Помощник, можно вас на пару слов.
Ларри выглядел удивленным, но Хикс не стал тратить время, чтобы размышлять над этим. Его внимание вернулось к миссис Кэллоуэй.
– Мы скоро вернемся к вам.
Она кивнула.
Ларри поднялся, и Хикс проводил его на выход из помещения. Он остановился у входа в коридор, который вел в подсобные помещения.
Повернувшись так, чтобы Ларри стоял спиной к комнате, Хикс пытался сохранить выражение лица невыразительным.
– Прими ее показания, – еле слышно приказал он. – Выясни у нее, все что сможешь. Когда она видела его в последний раз, как он вел себя перед уходом. Его настроение и манера поведения накануне вечером. Где он работает, где отдыхает, с кем общается. Его обычный график. Казалось ли что-то необычным в его поведении или распорядке дня за последние несколько недель или месяцев. Узнай номер его сотового. Марку и модель его машины. Регистрационные номера автомобиля. Узнай все, что она сможет предоставить.
– Босс, – пропавший человек – это не…
Хикс поднял брови.
– У тебя есть дела важнее?
– Понял, – пробормотал Ларри.
– Дело не в этом.
Когда Хикс произнес это, Ларри посмотрел на него более пристально.
– Эта женщина ухаживает за собой, – объяснил Хикс. – Ногти накрашены. Что-то делает с волосами, они выглядят неплохо. У нее лишний вес, но она носит стильную одежду. Эта одежда была на ней и вчера, Ларри. Она, вероятно, не снимала ее, поскольку было не до этого. Она переживала из-за того, что ее муж не пришел вчера вечером. К утру она была напугана так сильно, что ее мужчина не появился дома, что сняла пижаму и подняла одежду прямо с пола, чтобы снова надеть ее и прийти к нам. На ней остатки вчерашнего макияжа. Она ничего не сделала с волосами, даже не расчесала их, просто собрала в хвост, перед тем как выйти из дома. И ее зрачки расширены, что является признаком паники или тревоги.
Он подошел ближе к своему помощнику и изложил суть дела:
– Ее муж приходит домой, Ларри. Она здесь не потому, что он в мотеле в Дансборо со своей очередной мадам. А ей надоело это терпеть, и она хочет донести свою точку зрения. Она здесь не потому, что у них серьезные проблемы, а он наплевал на все и свалил. Она здесь, потому что ее муж приходит домой каждый вечер, а прошлой ночью он не показался.
– Правильно, босс, – прошептал Ларри.
– Выясни у нее все, что сможешь.
– Понял, босс, – повторил Ларри, кивая, поворачиваясь и уходя.
Хикс наблюдал за ним, а затем подошел к столу Бетс, стоящему за столом Ларри. Он слегка наклонился к ней и тихо проговорил:
– Слушай. И записывай. Будь начеку. И не скрывай этого. Мы хотим, чтобы миссис Кэллоуэй знала, что мы серьезно относимся к ее опасениям. А потом будьте готовы. Нам нужно найти человека.
Она посмотрела на него расширенными глазами и кивнула, потом схватила ручку и блокнот.
Хикс не хотел этого. Он хотел слушать. Хотел убедиться, что будут заданы верные вопросы, что время не потрачено впустую, а опрос будет тщательным и быстрым. И он разрывался от принятого решения.
Но он не только должен был дать понять своим помощникам, что доверяет им в серьезных ситуациях. Граждане так же должны были понять, что он доверяет своим помощникам.
Поэтому он направился в свой кабинет. Включил компьютер, ввел пароль. А затем скрытно наблюдал, как Ларри разговаривает с миссис Кэллоуэй.
***
Он вызвал Донну обратно в участок к тому времени, как Ларри вывел миссис Кэллоуэй за дверь к ее машине. Хэл, находившийся в кофейне «Бэйбикекс» и заказывающий себе экспрессо (как обычно не поинтересовался у коллег, не хотят ли кофе и они), тоже вернулся до ее отъезда.
Таким образом, сейчас в кабинете Хикса прямо перед ним веером стояли все его помощники. Сам он занял место перед столом, слушая доклад Ларри о рассказанном Фэйт Кэллоуэй.
– Босс, ты был прав, – сказал Ларри. – Он приходит домой. Если опаздывает, всегда звонит. По словам миссис Кэллоуэй, он семейный человек. Он бригадир на ранчо старика Грейди в округе Грант, поэтому ему приходится далеко ездить, рано вставать, поздно возвращаться. Но он любит ужинать с ней и проводить время с детьми перед сном. По словам жены, он состоит в виртуальной футбольной лиге, согласно которой они меняют дома каждое воскресенье и смотрят игры. Но обычно это единственная причина, по которой он отсутствует дома. Он много работает и много времени проводит в дороге, поэтому, когда появляется время, то с удовольствием проводит его с семьей.
– Она рассказала о чем-нибудь странном за последние несколько недель? – спросил Хикс.
Ларри покачал головой.
– Она ничего такого не заметила.
– А их история? – поинтересовалась Донна.
Ларри посмотрел теперь на нее.
– Она забеременела в семнадцать, ему было девятнадцать. – Ларри повернулся к Хиксу и проговорил: – Она покраснела, когда рассказывала это. Выглядела смущенной.
Хикс кивнул.
Разговор вышел содержательным. Не дал им ничего необходимого, но помог составить представление о Фэйт Кэллоуэй.
Ларри повернулся обратно к Донне и продолжил:
– Он женился на ней, и, по словам миссис Кэллоуэй, люди думали, что у них ничего не выйдет, но все получилось. Первой родилась девочка, сейчас ей восемь. Три года спустя родился мальчик. Миссис Кэллоуэй работает в окружной канцелярии неполный рабочий день, а мать мужа присматривает за сыном, пока она сама на работе. – Ларри вновь посмотрел на Хикса. – Она говорит, что это ради дополнительных небольших средств. По словам жены, он начал работать на ранчо обычным рабочим еще до их знакомства. Но даже будучи очень молодым, работал очень хорошо, поэтому Грейди повысил его до бригадира. Они не купаются в деньгах, но и не нуждаются. Но, по ее словам, дети растут, и они хотят отправиться с ними в поездку до Диснейленда и тому подобное, поэтому откладывают деньги. Таковая ее идея касательно этих денег.
Еще один хороший факт. Дополнительные деньги нужны были не на одежду или новые машины. А для общих потребностей семьи.
– Никаких изменений в поведении, – Хикс озвучил свой вопрос в утвердительной форме.
– Она говорит, нет, – вновь отрицательное качание головой от Ларри.
– Что-нибудь в их финансах? – спросил Хикс.
Ларри наклонил голову в сторону Бетс и сказал:
– Про это спросила Бетс. Миссис Кэллоуэй занимается финансами сама, и нет, она не заметила ничего необычного.
– А что Грейди? Нат Кэллоуэй вышел вчера на работу? – продолжал Хикс.
Ларри кивнул.
– Когда муж не появился дома, жена позвонила Грейди. Он и сказал, что Нат приезжал, выполнил свою работу и уехал около шести, как обычно. Она звонила Грейди примерно в девять. Когда муж не появился дома к десяти, она стала обзванивать больницы. Сказала, что не стала делать этого раньше, поскольку не хотела верить, что с мужем случилось что-то плохое. Она до сих пор надеется, что он просто войдет в дверь.
