Текст книги "Сложности (ЛП)"

Автор книги: Кристен Эшли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 35 страниц)

– И вам, ребята! – крикнула Грета.

Мужчина помахал рукой, все еще таща за собой свою женщину и собаку.

– Хорошего вечера, Грета, – крикнула женщина.

Грета повернулась к Хиксону, и когда он почувствовал, что та смотрит на него, то оторвал свой раздраженный взгляд от уходящей пары.

– Что ж, это испортило весь настрой, – заметила Грета.

К сожалению, так оно и было.

– Что ты там говорила о хороших людях в маленьком городке? – спросил он.

Она разразилась смехом и быстро поцеловала его. Отсмеявшись, она посмотрела ему прямо в глаза и объявила:

– Завтра я расскажу Энди о тебе.

И он знал, что, по крайней мере, прошел один тест.

Блестяще.

– Это многое значит, детка, – мягко проговорил он.

– Да, – согласилась она.

– Когда ты будешь готова познакомить нас, я приду, – пообещал он.

Она счастливо улыбнулась ему.

– Я не могу дождаться. – Ее рука сжалась на его шее. – Он любит сериалы про полицейских. Ты ему понравишься.

Хикс улыбнулся ей.

Она придвинулась, прижалась губами к его подбородку и отодвинулась, пробормотав:

– Пей свое пиво, красавчик.

– Так точно, ангел.

Грета тихо засмеялась.

Он убрал руку с ее волос, устроился в кресле и отхлебнул пива.

А потом Хикс смотрел в темную ночь, пил пиво и с легкостью узнавал свою женщину, откладывая последнюю минуту свое возвращение домой, где ему нужно будет дождаться сына.

***

Поздним утром следующего дня в своем кабинете Хикс в очередной раз просмотрел досье Ната Кэллоуэя, как поступал каждый день с тех пор, как дела пошли на спад, в надежде, что какая-то мелочь бросится ему в глаза. После Хикс взялся за отчет Донны о потасовке, на которую они с Ларри выехали накануне вечером в «Лассо» – клуб кантри и вестерна недалеко от Юкки. Именно в этот момент он и услышал Хэла:

– Босс?

Хикс поднял голову и увидел помощника в дверях.

– Да?

Хэл вошел.

– Я просто…

Он замолчал, но не перестал двигаться, пока не оказался между стульями перед столом Хикса.

И выглядел он обеспокоенным.

Это могло значить что угодно, когда дело касалось Хэла.

Черт.

– Что случилось, Хэл? – поторопил Хикс.

Хэл неловко повел головой, потом, казалось, заставил себя посмотреть в глаза Хиксу и поспешно ответил:

– На субботу у меня нет планов.

– Прости? – переспросил Хикс.

– Я мог бы… – Хэл коротко кашлянул и начал заново: – Эшли сказала, что сделает сэндвичи и принесет их. И я мог бы, ну… помочь вам переехать в новый дом.

Хикс пристально посмотрел на помощника, после спросил:

– Ты добровольно вызываешься помочь мне с переездом?

– Не как подхалим или что-то подобное, – коротко ответил Хэл.

– Я так и не подумал, – немедленно ответил Хикс. – Я думал, возможно, мне стоит вызвать доктора и осмотреть твою голову, потому что ты явно забыл истории о том, как чертовски тяжело было занести диван в мою квартиру. Думаю, вынести его будет не менее сложно. – Он пожал плечами, его губы дернулись, и он заключил: – Если ты готов к этой пытке, я не собираюсь отказываться. Но после всего с меня пиво и пицца. Эшли может присоединиться к нам и ей нет необходимости делать сэндвичи.

– Ей нравится делать подобные вещи, – пробормотал Хэл.

– Думаю, в полдень, когда все будут замышлять мое убийство, бутерброды будут оценены по достоинству. – Хикс улыбнулся. – Мы начинаем в восемь, но в какое бы время ты ни подошел, меня устроит.

– Я буду в восемь, – Хэл улыбнулся в ответ.

– Хорошо.

Хэл выглядел так, будто не знал, что делать, поэтому его движения были неловкими, когда он повернулся, чтобы уйти.

Хикс позвал помощника по имени и тот обернулся.

– Просто хочу сказать, что сейчас собираюсь заняться написанием благодарностей для твоего и Бетс досье, и не потому что, вы помогаете мне переезжать. А потому что вы оба пошли дальше необходимого: она в поисках Ната, а ты в раскручивании догадки, что тот бродяга выбросит оружие, после чего нашел тот пистолет. Это была хорошая работа, Хэл. И не просто соблюдение протокола. Твой поступок был умным и продемонстрировал серьезную инициативу. Если мы когда-нибудь найдем его, именно ты поставишь точку. И я прослежу, чтобы это оказалось в твоем деле.

Голос Хэла прозвучал хрипло, когда он проговорил:

– Спасибо, Хикс.

– Не уверен, за что ты меня благодаришь, но не за что.

Хэл кивнул, вышел, выглядя еще более неловко, и это не изменилось, когда Донна прошла мимо него, входя в кабинет и одновременно улыбаясь ему.

Она прошла прямо к столу Хикса, и ее улыбка была странной, когда она заговорила:

– Отстойно, что мне придется погасить свет того, что ты сказал Хэлу, заставив того предпринять все усилия, чтобы доказать свою порядочность, но здесь Джеп.

Хикс посмотрел в окно и увидел отца Хоуп, стоящего у стойки регистрации.

– Вот черт, – пробормотал Хикс.

– Хочешь, чтобы я сказала, что ты занят? – предложила она.

Он очень хотел. Но это не поможет пресечь все на корню, как необходимо было сделать. Поэтому он покачал головой, поднимаясь со своего места.

– Я поговорю с ним.

Он вышел из кабинета вместе с Донной, но остановился в конце прохода между столов и позвал:

– Джеп, не против пройти в кабинет?

– Конечно, сынок, – ответил Джеп, а затем двинулся через распашную полудверь.

Хикс наблюдал за ним и понял, что Джеп, который всегда был более чем уверен в себе, выглядел еще более неловко, нежели Хэл.

Они пожали руки, когда Джеп подошел к нему, но никто не сказал ни слова, пока Хикс не проводил того в свой кабинет и не закрыл за ними дверь.

Он подошел к спинке одного из стульев, остановился, повернулся к мужчине и скрестил руки на груди.

– Чем могу помочь? – спросил он.

– У тебя есть время пообедать, Хиксон? – спросил в ответ Джеп.

– Не совсем, – солгал Хикс.

– Сынок…

– Джеп, у меня есть телефон. Если нам что-то нужно обсудить, ты можешь позвонить мне. Хочешь пообедать вместе, можешь позвонить и по этому поводу. Но то, что ты появляешься здесь, говорит о том, что это либо официальное дело, либо нечто другое. Если это деловой визит, можем поговорить здесь. Если это нечто иное, нам стоит говорить по-другому.

Рука Джепа начала подниматься к воротнику, но сразу же опустилась, и он выдохнул через сжатые губы, после чего заговорил:

– Извини, Хиксон, но я здесь, потому что должен настоятельно просить тебя… очень сильно… побеседовать с моей дочерью.

Хикс не пошевелился.

– Хорошо. Раз уж на то пошло, мне неприятно это говорить, но я вынужден. Джеп, я здесь работаю. Ты прекрасно знаешь, что можешь найти меня именно здесь, поэтому не стоит приходить по просьбе Хоуп или в попытках разобраться в ее дерьме. Это не правильно, не уместно, и закончу тем, что это просто не в твоем стиле.

– Это важно.

– Мне все равно.

– Она мать твоих детей, Хикс.

– У нас проблема? – спросил он.

Его бывший тесть пристально смотрел на него, прежде чем покачать головой.

– Нет. Нет. – Он поднял руку, протянув ладонь, и вновь почти сразу же уронил ее. – Я знаю, что ты двигаешься дальше. Слышал, она – прекрасная женщина. Но это не мое дело. Хоуп хочет объяснить тебе кое-что, но знает, что все испортила, поэтому не может приблизиться к тебе. Она послала меня как доверенное лицо. Я ее отец. – На этот раз он поднял на бедра обе руки. – Что я должен был сделать?

– Отказать ей, – Хикс дал тому очевидный ответ.

Джеп посмотрел на стену за головой Хикса.

Хикс подождал несколько мгновений, прежде чем тихо проговорить:

– Это не должно повториться, Джеп. Ты поступил неправильно, и неправильно, что Хоуп попросила тебя вмешаться. Если она хочет поговорить, пусть повзрослеет, успокоится и сама попросит меня об этом.

Глаза Джепа вернулись к нему, и на его лице появилось упрямое выражение.

– У тебя две дочери, ты поймешь. Они вырастут, но никогда не перестанут быть твоими малышками.

– Может, ты прав, – допустил он. – Может однажды у меня будет повод вспомнить об этом и почувствовать себя ослом. Но если подобное случится со мной, я скажу грубо, Джеп, то я буду чувствовать себя идиотом, поскольку позволил втянуть себя в ситуацию, которая в корне неправильная. И я не должен был оказаться в ней.

Джеп секунду казался раздраженным, но потом раздражение исчезло, и он пробормотал:

– Будь ты проклят, если не прав. Я понимал это еще до того, как вошел сюда, но… – он покачал головой и закончил в ту же секунду, как у Хикса зазвонил телефон. – Я поговорю с ней.

– Буду должен, – пробормотал Хикс, подойдя к своему телефону, который стоял на столе. – Надеюсь, ты понимаешь, что она поставила под сомнение те важные вещи, которые как я считал, важны для нас обоих.

– Нет, сынок, это сделал я, не имея силы воли сказать своей девочке поступить правильно.

Но Хикс не слышал ответ Джепа.

Потому что, взглянув на экран телефона, он понял, что звонит Грета.

В это время она должна была быть в «Саннидауне», чтобы отвезти брата на обед.

«С чего бы ей звонить?»

– Должен ответить, – пробормотал он, повернувшись боком к Джепу и поднимая трубку, прекрасно осознавая и с долей раздражения понимая, в какой компании находится.

– Привет.

– Хикс, она здесь!

Хикс почувствовал, как внутри все напряглось из-за ее тона.

– Кто? – спросил он.

Но черт. Он уже знал.

– Мама! – закричала она, давая ему ответ, который он уже знал. – Она устроила настоящий скандал. Она знает. Знает, что сегодня мой выходной, и я приеду повидаться с Энди, и она здесь. Кричит, носится, требует встречи с ним, говорит, что я не пускаю ее к ребенку и…

Он взял со стола ключи от служебной машины и перебил ее.

– Ты с Энди?

– Я не могу попасть к нему. Она кричит на меня, лезет ко мне и отпихивает. Я не могу ввязаться в драку с матерью в доме Энди, Хикс! – ее голос повысился, но затем упал в нарастающей панике. – Я знаю, что он слышит всё. Все слышат, но его комната находится недалеко от входа. И всё это, вероятно, его пугает.

Это было не хорошо.

Но нет. Нет, черт возьми.

«Эта сука не может поднять руку на Грету».

– Иди садись в машину, – приказал он, проходя мимо Джепа, кивая тому головой и приговаривая: – Должен отреагировать. – И на этом все.

Он вышел за дверь.

– Сесть в свою машину? – спросила она, ее голос звучал громче от растущего беспокойства.

– Сядь в свою машину, – потребовал он и остановился между столами Донны и Бетс. – Вы обе садитесь в патрульную машину и следуйте за мной.

– Хикс, – раздался в ухе голос Греты, когда он вновь возобновил движение, чувствуя, как Донна и Бетс следуют за ним.

– Я еду. И со мной помощники. Она либо успокоится и удалится из помещения, либо ее арестуют за незаконное проникновение и нарушение порядка. Но я предоставлю ей этот выбор. И пока я делаю это, ты будешь сидеть в своей машине.

– Вам понадобится двадцать минут, чтобы добраться сюда…

– Не с включенной сиреной.

– О, – пробормотала она.

– Садись в машину, детка.

– Хорошо, Хикс.

– Буду на месте через десять минут.

– Хорошо.

– А сейчас отпускаю тебя.

– Хорошо, дорогой. Ну… увидимся.

– Увидимся.

Он повесил трубку, стоя возле машины вместе с Бетс и Донной, которые смотрели на него.

– Мать Греты находится в интернате, где живет ее брат. Грета его опекун. Ее мать в числе всего остального является той, кто нанес ему травмы, из-за которых он оказался в интернате: она села за руль пьяной и попала в аварию, когда он был подростком.

Глаза Бетс расширились, а Донна наоборот сузила свои, но он проигнорировал их обеих и продолжил.

– Грета убрала ее из списка визитеров Энди. Но она там, устраивает сцену. Слышали, что я сказал Грете?

– Да, босс, – ответила Бетс.

– Да, Хиксон, – сказала Донна.

– Следуйте за мной, – скомандовал он, подходя к своей машине.

Сел внутрь и выехал, свет на приборной доске и проблесковые маяки не угасали, пока он мчался в Саннидаун. Донна сидела за рулем, следующей за ним патрульной машины, Бетс разместилась на пассажирском сиденье. По пути он успел принять звонок от Ривы, к которой поступил вызов из «Саннидауна» с сообщением о беспорядках.

Он свернул на желтые диагональные линии перед входом интерната и заметил Грету, выходящую из своего «Чероки». Донна припарковалась рядом с ним, когда Хиксон выходил из своего автомобиля.

Он поднял руку и приказал:

– Оставайся возле машины, Грета.

Она перестала идти к нему и начала пятиться назад.

Хикс быстро вошел в здание и увидел мужчину в форме охранника – крупный парень с большим животом, нависающим над ремнем. У того не было ни дубинки, ни пистолета, ни даже шокера. Он преграждал путь в широкий холл и недовольно смотрел на женщину перед собой, голос которой срывался от непрерывных криков.

– Вы не можете не пускать меня к моему мальчику! – Она перегнулась через охранника, который наклонился в ту же сторону, чтобы помешать ей, если она прорвется вперед, и прокричала: – Энди! Энди, малыш! Твоя мама здесь.

– Тихо! – рявкнул Хикс.

Она подпрыгнула и взвизгнула. Затем он увидел, как ее губы скривились.

– Ну, если это не… – начала она.

– Я сказал, тихо, – отрезал он.

– Ты не можешь надеть на меня намордник! – закричала она, затем взмахнула рукой, указывая пальцем. – Там мой ребенок!

– У вас есть два варианта, – объявил Хикс. – Вы успокаиваетесь, садитесь в машину и уезжаете, не возвращаясь до тех пор, пока не получите сообщение, что вновь внесены в лист посетителей Эндрю Дара. Или же мои помощники арестуют вас за незаконное проникновение и нарушение порядка.

– Мое появление там, где живет мой мальчик, не может быть незаконным проникновением, – прошипела она.

– Вы не являетесь законным опекуном своего мальчика, так что вы ошибаетесь.

– Только потому что ты трахаешь мою…

Хикс повернулся и кивнул головой в сторону Донны.

– Арестуйте ее.

– Ты не можешь арестовать меня! – закричала она и, снова взвизгнув, бросилась бежать по коридору и столкнулась с охранником, который загородил ей путь. При этом она не переставала кричать: – Энди! Энди! Твоя мамочка…

Донна схватила ее за предплечье, заявив:

– Вы имеет право…

Она взвизгнула еще раз и вывернулась из захвата Донны.

– Убери от меня свои чертовы руки!

– Мэм, успокойтесь, – вмешалась Бетс.

– Пошла ты. – Мать Греты попятилась назад.

– Мэм, успокойтесь, повернитесь и заведите руки за спину, – проинструктировала Донна.

– Поцелуй меня в задницу, – огрызнулась она, снова повернулась и крикнула: – Энди!

– Милый, нет. Нет, – услышал Хикс голос из коридора и, посмотрев в ту сторону, увидел высокого молодого человека с темными волосами и глубоким шрамом, уродующим красивые черты лица. Он боком пробирался по коридору. – Энди, милый… – женщина осторожно пыталась втолкнуть его обратно в комнату.

Черт.

Хикс начал пробираться туда, когда Тауни заметила своего сына и закричала:

– Энди! Мой мальчик!

Хикс остановился возле матери Греты, повернулся спиной к ее брату и прошептал:

– Если вы попытаетесь еще раз сопротивляться аресту, мы добавим к обвинениям еще и это. Мне совсем недавно пришлось сидеть перед судьей и, скажем так, в свете происходящих событий, он не в лучшем настроении. – Он наклонился ближе. – Но думаю, кое-кто еще будет недоволен тем, что вы разыгрываете тут сцену. И у меня такое ощущение, что вам стоит беспокоиться из-за его реакции. Так что закройте рот, мисс Дар. Успокойтесь. Выйдите с помощниками из здания, заведите руки за спину, чтобы они могли надеть на вас наручники и зачитать права без того, чтобы ваш мальчик наблюдал всю эту картину. А затем позвольте им отвезти вас в участок.

Внезапно, что-то заставило ее передернуться, она улыбнулась и продемонстрировала, что вся эта сцена была разыграна, чтобы расстроить Грету, когда пригрозила тихим голосом:

– Пристегнись, малыш. Я только начинаю.

– Как скажете, – пробормотал он и увидел, как замешательство появилось на ее лице, прежде чем он повел головой в сторону Донны, и та двинулась в его сторону.

Она положила ладонь на бицепс Тауни, но та одернула руку, отбросила назад волосы и даже не взглянув на сына вышла из здания. Бетс и Донна последовали за ней.

Хикс посмотрел на охранника.

– Не могли бы вы проследить за ними и убедиться, что там все в порядке, а потом, когда они посадят ее в патрульную машину, сказать Грете, что она может войти?

– Конечно, шериф, – ответил мужчина, затем перешел на неспешный бег, следуя за Донной и Бетс.

Хикс вздохнул, повернулся и пошел в сторону брата Греты, стоящего возле своей комнаты. Он поджал губы и смотрел в ту сторону, где исчезла его мать.

– Энди, – позвал он, и взгляд парня переместился с коридора на Хикса. Он ни капли не был похож на сестру. Но он был симпатичным ребенком.

Хикс протянул ему руку.

– Я Хиксон.

Энди перевел взгляд с Хикса на его руку, на значок и снова посмотрел в глаза.

– Вы полицейский.

– Да, Энди, я шериф.

– Полицейский, – повторил он.

Хикс опустил руку и посмотрел на женщину, стоящую рядом с Энди.

Она покачала головой, что Хикс не сумел истолковать, а потом Энди заявил:

– Полиция забрала маму.

– Прости, Энди, но да. Грета снаружи, и она…

– Та-Та?

Та-Та.

Мило. Но чертовски грустно слышать это от человека его роста и возраста. И все же мило.

– Да, приятель. Она снаружи и сейчас придет…

– Полиция не забирала мою мать.

– Мне жаль приятель, но мы должны были…

– Моя мать – Та-Та.

Хикс закрыл рот и снова посмотрел на женщину рядом с Энди. Она глядела на него широко раскрытыми глазами.

Абсолютно никакой помощи.

– Моя сестра, но моя мама, – проговорил Энди, и Хикс вновь посмотрел на брата Греты.

– Да, приятель. Я понял.

– На ту женщину мне все равно, – сказал ему Энди.

– Да, Энди, – тихо ответил Хикс. – Я понял.

– Мужик, – сказал Энди, и усмехнулся. – Я мог бы сказать ей, чтобы она убралась. Я не против сказать ей это. Она особо не навещает меня, и я не скучаю по ней, когда она уходит.

– Могу себе представить.

Энди вновь усмехнулся, его взгляд сместился, и все лицо засветилось.

И тогда Хикс стал свидетелем, как он бежит по коридору и обхватывает Грету обеими руками, при этом поворачивая голову так, чтобы положить ее на плечо сестры, как маленький ребенок.

У Хикса сжалось все внутри, когда он увидел, как Грета обняла брата и закрыла глаза, будто попала в рай.

Энди отпрыгнул назад, вырвавшись из ее объятий, и Хикс увидел, как напряглось его лицо.

– Твое лицо! – закричал он.

– Я упала, приятель, – быстро проговорила она. – Вот почему не смогла прийти в прошлое воскресенье. Моя рука соскользнула и, хрустя, разбила мой нос. – Она преподнесла все так, будто происшествие было пустяком, а затем не дала Энди возможности сосредоточиться на этом, поскольку схватила его руку, пожала ее и спросила:

– Ты в порядке? Все хорошо?

– Полицейские забрали мать, – сказал он ей.

– Я знаю, – осторожно проговорила она. – Я видела. Ты в порядке?

– Это было потрясающе.

Хикс почувствовал, что расслабился, даже просто наблюдая, как расслабляется Грета.

Ее губы скривились, когда она сказала:

– Не уверена, что нам стоит думать об аресте нашей матери как о нечто потрясающем, приятель.

– Может и нет. Но все равно это было круто.

Хикс наблюдал, как она сделала глубокий вздох, который пыталась скрыть, и выдохнула, прежде чем взглянуть на него и снова перевести взгляд на брата.

– Ты познакомился с Хиксом?

– Хикс? – спросил Энди, его голос звучал растерянно. Она сделала шаг в его сторону, и Энди повернулся вместе с ней, поймал взгляд Хикса и сказал: – Это шериф.

– Да, Энди, – подтвердила она. – Хикс. Хиксон Дрейк. Шериф округа.

Она подвела Энди за руку к Хиксону.

– Незаконное проникновение и нарушение порядка, – сказал Энди, когда они приблизились.

– Что? – переспросила Грета.

– Мама, – сказал он Хиксу, затем повернулся к сестре. – Незаконное проникновение и нарушение порядка. – Он вновь посмотрел на шерифа. – У нее очень хорошо выходит нарушать покой.

– У меня сложилось именно такое впечатление.

Энди широко улыбнулся и повторил:

– У меня сложилось именно такое впечатление.

А затем разразился смехом.

Но Грета тоже улыбалась, и тогда Хикс полностью расслабился.

– Может быть, ты… хочешь…, – заикнулась она, потом сглотнула и закончила: – Может попросить шерифа, не хочет ли он пообедать с нами?

Хикс почувствовал жжение внутри, будто отхлебнул крепкого бурбона.

– Да! – воскликнул Энди. – Да, шериф. Хотите поесть с нами? – спросил он.

– Можешь звать меня Хикс, Энди. И да. Было бы неплохо.

– Мы поедем в «Арлекин» за куриными крылышками, – поделился он.

Хикс уже несколько недель хотел сводить Грету в «Арлекин». Но в этот момент ему было совершенно наплевать, что в первый раз, когда они сядут в кабинке напротив друг друга, с ними будет еще и ее брат.

– Звучит неплохо, – сказал Хикс.

– Можно я поеду с вами в полицейской машине? – спросил Энди.

– Энди… – начала Грета.

– Это полицейский пикап и да, приятель, конечно. Если твоя сестра не против.

Энди повернул голову к Грете.

– Если Хикс не против, то и я тоже, – разрешила она.

Энди взглянул на нее, потом на Хикса.

Хикс усмехнулся ему, затем Грете.

– Встретимся на месте?

Она кивнула, прикусив губу, но это не помогло скрыть улыбку, которая сияла в ее больших глазах.

– Готов отправляться? – спросил он Энди.

– Едем, – сказал он, затем направился к своей комнате, но обернулся. – Куртка, – объяснил он и исчез.

Грета подошла ближе, и Хикс посмотрел на нее.

– Ты… Я поставила себя на твое место. Все хорошо? – спросила она.

– Да, черт возьми, – ответил он.

Тогда она направила на него всю силу своей улыбки. Хикс с трудом мог сдержаться и не моргнуть.

– Готов! – заявил Энди, выпрыгивая из своей комнаты.

– Отлично, поехали, парень, – пригласил Хикс, желая коснуться Греты, поцеловать ее, но лишь бросил на нее взгляд, после чего направился по коридору на выход. Энди шел рядом с ним, Грета устроилась рядом с братом.

– Вау! Это гораздо круче обычной полицейской машины! – заявил Энди, увидев его пикап.

Хикс щелкнул замком и Энди двинулся к пассажирской двери. Грета подошла ближе и провела пальцами по его руке. Он посмотрел на нее.

– Со мной он будет в порядке.

– Я знаю, – прошептала она.

Хикс вновь почувствовал жжение воображаемого бурбона.

Она улыбнулась, посмотрела на брата, махнула рукой и крикнула:

– Увидимся на месте!

– Да! – закричал он в ответ из машины.

Грета направилась к своему «Чероки». А Хикс сел за руль пикапа.

– Вы не можете этого сделать, потому что это не официально или нечто подобное, но позже, когда мы поедем, можете включить мигалку? – спросил Энди, когда Хикс завелся.

– Конечно, – он посмотрел на брата Греты.

– Круто, – прошептал Энди.

Хикс сдал назад и неторопливо поехал, делая знак Грете, который она заметила.

Она выехала перед ним, и Хикс вместе с Энди направились обратно в город, следуя за ней, направляясь прямо в «Арлекин».

***

По целому ряду причин Хикс был в гораздо лучшем настроении, когда вернулся в управление, чем когда покидал его.

И настроение было настолько лучше, что даже Тауни, окликнувшая его, когда он шел по коридору, не смогла ничуть его подпортить:

– Мы можем найти шторку, повесить ее, и наедине я обеспечу вам опыт, включающий дочь и мать.

Он едва взглянул на нее, когда Донна громко проговорила:

– Возможно, из-за жуткого сходства, они отдали Грету не той женщине в больнице.

Хикс усмехнулся своей помощнице.

– Может ты и мужеподобна, и не можешь заполучить член, если только не заплатишь за него, но тебе не обязательно быть мерзкой со мной, – усмехнулась Тауни, обращаясь к Донне.

Донна оглянулась на мать Греты.

– Я расскажу об этом своему мужу, после того как сделаю ему ежевечерний минет.

Хэл разразился громким смехом. Хикс едва сумел подавить свой.

– Скажи ему, что если он хочет попробовать что-то стоящее и правильное, пусть позвонит мне, – ответила Тауни.

– Милая, если у него когда-нибудь появится желание полакомиться стареющей шлюхой, я отправлю его прямо к тебе. И если у него появится это отвратительное желание, можешь сразу же забрать его, – ответила Донна.

Глаза Тауни наполнились ненавистью, но, к счастью, она замолчала.

Хикс направился в свой кабинет, чтобы сделать звонок, который, как он знал, доставит ему удовольствие, хотя и не в половину такое, которое он получил, наблюдая за отношениями Греты с братом во время обеда. Но все равно звонок будет приятным.

Позволить Энди включить мигалку возле «Арлекина» было хорошей идеей.

Но Хикс подозревал, что все это благодаря тому, что он любит сестру Энди. Поэтому после того, как Грета притянула Хикса в кабинку на место рядом с собой, тем самым давая знак, который не смог упустить даже поврежденный мозг Энди, с его губ частенько во время обеда не уходила ухмылка. Хикс чувствовал себя так, будто выпил двойную порцию самого лучшего бурбона.

– Привет, Хиксон, как дела, сынок? – поприветствовал Кавано Беккер, ответив на звонок Хикса.

– Звонок вежливости, Беккер, – ответил Хикс. – У нас тут твоя женщина, арестована за незаконное проникновение и нарушение общественного порядка в интернате сына.

– Кого?

О да.

Он так и подозревал.

В их предыдущих разговорах Беккер не упоминал сына Тауни. Вместо этого он сказал, что Грета – единственный ребенок Тауни. В то время Хикс не знал, что у Греты есть брат, поэтому не придал значение тому, что Беккер не знал об Энди.

А теперь он понимал, что это значит.

О да.

Определенно.

Он собирался получить удовольствие от беседы.

– Ее сына. В его интернате. «Саннидаун».

Беккер молчал.

Хикс не ответил той же любезностью.

– Она потеряла опекунство за то, что сын оказался в подобном месте из-за нее: она забрала его с вечеринки, сев пьяной за руль. Грета присматривает за ним. И она не испытывает особой любви к своей матери, поэтому исключила ее из списка посетителей. Тауни посчитала нормальным, устроить сцену в тот день, поскольку знала, что Грета придет провести с ним время. Все прошло не очень хорошо, не потому что Грета увидела меня, и я вмешался, а потому что Энди не особо волнует, что его мать арестовали. Но для тебя это ненужная информация. Мы не предъявим серьезных обвинений, просто внесем запись об аресте в ее личное дело. И я буду рад отпустить ее к тебе под подписку о невыезде и обещание, что она больше не будет заниматься подобным дерьмом.

Беккер по-прежнему молчал.

– Ты все еще здесь? – спросил Хикс.

– У нас проблемы из-за этого?

– Ты имеешь в виду более серьезную проблему, чем та, которую она создала в прошлый раз? – спросил Хикс для ясности.

– Да, – пробурчал Беккер, его голос ясно не излучал радость.

Вся радость исчезла из его голоса, когда голос Хикса приказал:

– Забери ее и внуши, что я не желаю ее видеть в своем управлении. Будь убедителен, Беккер. И за твои старания, я поделюсь с тобой информацией, что мне не нравится то, чем ты занимаешься. Но ты прекрасно понимаешь, что сдержал меня от того, чтобы я переступил через вашу с Блаттом сделку. Но полагаю, ты также прекрасно понимаешь, что на тебя у меня нет ничего, иначе я бы уже влез в твои дела после твоей прошлой неудачной шутки. Поэтому дела обстоят так. Если ты оступишься, я не упущу свой шанс. Если же ты будешь умным, у меня не останется выбора. А пока ты можешь помочь мне не проявлять сильное любопытство какое-то время, если заставишь эту женщину переключить внимание на что-то кроме дочери и сына.

– С чего ты вообще взял, что она так много значит для меня, – ответил Беккер.

– Тогда у нее проблема, как и у тебя, поскольку прямо сейчас я чувствую вашу связь куда сильней тебя. И все, что она выкинет, я буду считать, что исходит от тебя. И могу предположить, что ты поймешь, насколько мне не понравился ее визит в управление, где она предложила себя, чтобы я мог сравнить мать и дочь.

– Господи, – пробормотал Беккер.

– Наверное, сейчас минет не кажется таким уж потрясающим, я прав?

– Я пошлю за ней человека, – со вздохом заявил Беккер.

– Буду благодарен.

Тот выждал пауза, прежде чем сказать:

– Я не знал об ее мальчике, Хиксон. Эта информация – полное дерьмо.

Будто тот факт, что Беккер понимал, насколько ужасно, что мать испортила жизнь собственному сыну управлением машиной, мог заставить Хикса считать Беккера лучшим человеком.

– Ты прав, – лишь сказал он в ответ.

– Я разберусь с ней для тебя, а потом отделаюсь от нее. Слишком много неприятностей, – заявил Беккер.

– Меня это не касается. Просто забери ее, и пока все в порядке.

– Мой человек уже в пути.

– Превосходно, – пробормотал Хикс. – Удачи, – проговорил он и повесил трубку.

– Боже, пожалуйста, – взмолилась Бетс, войдя в кабинет в ту же секунду, как он закончил разговор. – Дай мне записать речь этой женщины хотя бы пять минут и после позволь застрелить ее. Судья Берефорд не предъявит мне обвинение, если послушает пять минут ее дерьма. Он даже вручит мне медаль.

– Беккер отправил человека за ней.

– Беккер? – спросила она.

– Мисс Дар нравится быть многогранной в своих отвратительных проявлениях.

– Могу я спрятаться здесь, пока он не появится? – спросила Бетс.

Он улыбнулся ей и пошутил:

– А куда подевалась крутая помощница шерифа Бетс?

– Крутая помощница Бетс достаточно крута, чтобы признать, что она не может больше ни минуты провести с той мразью в нашей камере. И меня все устраивает, поскольку эта мразь такая дрянная.

– Тогда отправься на патрулирование и не доставай меня.

Она усмехнулась.

– Хорошая идея. Я возьму с собой Донну. И Ларри. И Хэла.

– Захватите мне кофе из «Бейбикекс».

– Будет сделано, босс.

Он опустил взгляд на папку, которую так и не закончил читать, но вернулся к ней, когда она назвала его имя. Затем он напрягся, увидев выражение ее лица.

– Это было не круто, – сказала она нерешительно. – Я просто глупо себя вела. Ты хороший мужчина, и здесь не из кого было выбирать, но ты был…

– Все хорошо, Бетс, – тихо сказал он. – Забыли.

– Да?

Он кивнул.

Она улыбнулась ему с облегчением и исчезла.

Через пять минут он встал и подошел к двери, которую Бетс оставила открытой, услышав голос Тауни:

– Куда все ушли? Пошли вы все! Я ни черта не сделала. Выпустите меня!

Хикс закрыл дверь, заглушая ее голос. Размышляя о том, что предложение Донны не лишено смысла.

Их мысли были схожими.

У Хикса тоже были опасения, что когда в больнице врачи передали Грету матери, ее отдали не той женщине.

***

– Значит, ты ему нравишься.

– Да?

– И очень.

– Хорошо.

Хикс и Грета не сидели на крыльце этой ночью. Они целовались, растянувшись на диване. А еще, очевидно, говорили о ее брате.

Но Хикс не хотел говорить о ее брате.

– Сколько нам осталось? – спросил Хикс, чтобы сменить тему, скользя губами по ее шее.

– Сколько нам осталось? – с придыханием переспросила она, скользя руками по его спине.

Он добрался до ее рта и посмотрел ей в глаза.

– Часов.

Она точно знала, о чем он говорит.

– Двадцать два.

Он усмехнулся ей в губы. Она улыбнулась в ответ.

– Шоу скоро будет дома, – заметила она, но ее руки все еще обнимали ее.

– Да, – буркнул он, скатившись с Греты на бок и прижимая ее к себе.