Текст книги "Иной мир. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Кирилл Водинов

Соавторы: Никита Шарипов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 69 (всего у книги 194 страниц) [доступный отрывок для чтения: 69 страниц]

Фрагмент 15

Староста Николас и его помощник Матвей решили провернуть аферу без уведомления остальных жителей посёлка. Так сказать, собственную казну пополнить нашими силами удумали и заодно ближайший посёлок Степной к рукам прибрать. Видимо, не такой староста глупый, как думали. О будущем думает мужик. Власть укрепляет. Понимает, что банда под боком может играючи эту самую власть отобрать.

Выдвигаться к посёлку Степной решили в два ночи – в аккурат к утру приедем. Если банду не застанем, то все траты староста компенсирует. Я уверен – банда в посёлке и смене власти быть. Староста тоже в том уверен, судя по алчному блеску в глазах. Лишь бы все живы остались. План хорош, но не идеален. В любой момент ситуация может пойти наперекосяк.

Поехали малым составом: Николас и Матвей на своей машине, мы на трёх грузовиках: «Мерседес Унимог», КрАЗ и автозак на базе КамАЗа, на котором имеется пулемёт. Завтра этот пулемёт будет снят и установлен на КрАЗ, а КамАЗ будет отдан посёлку, потому что только при таком условии был отдан КрАЗ.

Перед выездом за какие-то полчаса федералы навесили на громадину Лаптёжника снегоуборочную лопату. Зима в степи бывает и машину эту держат в посёлке с одной целью: дороги чистить. Летом она не использовалась, пока мы к ней не присмотрелись.

Команда набралась интересная. Я, Боков и трезвеющий Стрелков поехали на КрАЗе. Ефименко, Бодров, Мусин, Серкова, Баркова и медведи Угрх и Ущхам – на «Мерседесе Унимог». Автозак отдали пятерым федералам и освобождённым рабам. Всего из рабов на предстоящую битву поехали одиннадцать человек. Самые злые, надо полагать. Итого нас двадцать шесть. Николас и Матвей не в счёт. Первый останется с нами, а второй поедет к бандитам.

Посёлок Речной на время остался под охраной оставшихся федералов, Адриана Лейна, его наёмниц Лили и Аньки с бравыми ребятами и медведиц. Поляков в расчёт не берём. Главное, чтобы опять чего-нибудь не учудили и к нашему возвращению остались живы.

Проехав сотню километров, заметили идущую перпендикулярно к степной дороге машину. Решили обождать и понять, кто едет. Через пятнадцать минут продолжили путь. Берсерков пересадили в тентованный кузов КрАЗа, а «Рено» отправили в посёлок Речной. Дедок Оливер, перед тем как уехать, успел рассказать, что охота была быстрой. Берсерки до рассказов не охочи. Харрор вновь стал молчаливым, как памятник. Всех саухов-пожирателей истребил, можно не сомневаться. Наверное, у берсерков на них нюх.

Место засады, которое просто прекрасно, по словам старосты посёлка Николаса, достигли под утро, когда рассвело. Огромный овраг делит степь на две части, и переехать его можно только в этом узком месте. Не зря дорога здесь проходит и нигде более. Весной овраг превращается в небольшую грязную реку, и кто-то предусмотрительный построил мост из швеллеров и брёвен. КрАЗ по мосту проедет без труда, но проезжать мы не станем. Маскируемся…

Помощник старосты Матвей в одиночку отправился до посёлка Степной и через несколько часов должен привести в наши руки бандитов. Легенду придумали простую: приехали бравые парни и перебили всех бойцов Мартиноса, включая его самого, а посёлок Речной взяли себе на правах сильных. Осталось бравых парней всего два десятка, поэтому Матвей решил, что Басир (предводитель банды, пакистанец) сможет добить их, ибо если не он, то посёлок Речной будет вырезан в ближайшие несколько дней. Я сомневаюсь, что Матвей задумывался о том, что в перестрелке он может погибнуть. Как от пуль своих, так и от пуль бандитов. Попав в засаду, те сразу поймут, что их, мягко сказать, обманули. Пристрелить обманщика – дело техники.

Почти полтора часа ушло на приготовление «тёплой» встречи бандитам. Когда нужда в моей помощи отпала, я решил вздремнуть. Поспать удалось, но недолго. Эх, такой сон снился. Эротический!

– Ты, Саня, убийца секса… – пробормотал я и посмотрел на рожу сидящего в свежевырытом окопе товарища. Повезло, что почва мягкая и грызть ломами камни не пришлось. Землю вывезли на транспорте в степь, а все следы подготовки засады тщательно потёрли. Если приглядеться, то можно кое-что и заметить, но кто станет приглядываться? Тем более мы отвлекающий манёвр подготовили.

– А я смотрю, ты во сне стонешь. – Саня ехидно улыбнулся. – Даже там успеваешь Машку чпокнуть?

Показав Борову средний палец, я выглянул из неглубокого окопа и, увидев поднимающийся в дали столб пыли, мгновенно проснулся. Негромко прозвучал пистолетный выстрел – Ефименко дал сигнал «всем приготовиться».

– Берсерки всё так же у моста? – спросил я. – Заряды установлены? Где Булат?

– Заряды установлены. – Голова Мусина показалась из травы в пяти метрах. Рядом возникла голова Бокова, и он сказал:

– Всё путём, Никита. Из оврага они точно не выйдут и окажутся под нашим приветливым огнём.

Рации, имеющиеся у всех, выдали голосом Максима Ефименко команду:

– Давай, Николас, твой выход.

Староста посёлка, как не слишком способный боец, будет отвлекать врага. Поедет сперва к мосту, а затем, сделав кое-что, рванёт обратно.

– Уже еду, – тихо ответил Николас, и наступила тишина.

А неплохо мы подготовились, если учитывать столь маленький временной промежуток. Мост, после того как весь транспорт банды его переедет, закроют берсерки. Дорогу на выходе из оврага, которую заминировал Булат, подорвёт кто-то из федералов. Вдоль оврага, неважно, в какую из сторон, банда уйти не сможет, потому что там мы. Серьёзная ловушка получилась. Не хотел бы в такой оказаться, потому что это верная погибель. Где-то на самой высокой точке оврага, в тщательно выбранной позиции, прячется Раиса. Наш единственный снайпер-профессионал. У Бори Стрелкова тоже был снайпер, но он погиб. И Владимир Росс был снайпером неплохим. Нет, не нужно сейчас этим голову грузить. А вот ещё тройка снайперов нам бы не помешала. Чтобы с четырёх сторон по врагу били, не оставляя шансов.

Пыль от едущей колонны бандитов мы видели, но саму колонну нет. Далеко в степи пыль видно, за много километров. Мы не на возвышенности, а в овраге, потому видимость так себе. А вот Раиса видит больше. Она же и начала докладывать:

– Гиены (так именовали банду, возглавляемую пакистанцем) примерно в паре километров. Пока не вижу их. Только пыль наблюдаю. Наживка в километре. Наживка, сбрось скорость.

Боков, издав смешок, потому что Николаса Рая назвал наживкой по собственной инициативе, сказал:

– Николас, сбрось скорость. Раечка, ты как там, не жарко тебе?

Стоило солнцу подняться в небо, и температура поползла вверх. Градусов под сорок уже. Жарким будет денёк.

– Привыкшая, не жалуюсь, – отозвалась снайпер.

– А вот у меня прохладно, – вклинилась в переговоры Ольга Баркова. Из всех нас у неё самая выгодная позиция – сидит в транспорте, который припрятан в семи километрах от места засады в небольшой ложбинке.

– А ты душу-то не трави, Пилюлькина, – попросил Максим. – Когда всё кончится, обратно на крыше КамАЗа поедешь. И пустим его в хвосте колонны, чтобы поняла, что такое пыль степная.

Ольга рассмеялась:

– Ты, Максимушка, никак наказать меня вздумал?

– А вот возьму и накажу! – сердито ответил Максим. – По-взрослому накажу!

Ольга развеселилась не на шутку:

– Максимушка, не смеши меня. Ты же только обещать можешь. Ни разу ещё не наказал. А я всё жду-жду, когда же уже решишься. Видимо, не судьба мне быть наказанной.

Максим не успел ответить, потому что рации зарычали голосом полковника Стрелкова:

– Кончаем базарить, бойцы. Наказывать друг друга будете ночью и не при людях. Сейчас проблема поинтереснее имеется. Лиса, докладывай!

– Вижу гиен, – доложила Раиса. – Три минуты, и подъедут к противоположной стороне оврага. Наживка ещё ближе. Пусть не спешит.

Я разложил на земле запасные магазины и гранаты к подствольнику, приготовил автомат к стрельбе и, положив его рядом с пулемётом Бодрова, спрятался в окопе. Маловато окопались, если честно. Поленились. Помню, во время армейской учебки нас долго учили копать окопы. Вот это было испытание. До конца жизни не забуду.

Николас подъехал к оврагу первым и приступил к выполнению отвлекающей задачи. Увы, но не подумали мы, что медлителен староста посёлка в сравнении с нами. С первой частью задачи он справился, а вот вторую запорол. Эх…

Фрагмент 16

Затормозив юзом и подняв много пыли, Николас почти на ходу выскочил из старого «Гранд Чероки» и побежал к багажнику. Говорили положить РПГ-7 на заднее сиденье, да не послушался. Через монокуляр отлично вижу, как трясутся руки старосты. И это только при открывании багажника. Должен выстрелить в сторону моста Николас, но намеренно промахнуться. Молиться можно начинать. Может не только по мосту зарядить, но и по берсеркам, укрывшимся совсем рядом с ним. Даже по нам есть вероятность попасть. С такой рукопляской-то.

– Кто выбрал этого бармалея для отвлекающего манёвра? – спросил я в эфир. – Его сейчас инфаркт хватит.

– Все выбрали, – ответил Максим. – Ты-то не выбирал. Сопел себе в ямке, пока все работали.

– Так себе кандидатура. – Я убрал монокуляр, потому что больше не могу смотреть на Николаса. – Если он по нам не попадёт, то это будет удачей. Ещё мост может взорвать. Всё продумали, а споткнулись на такой мелочи.

– Иногда приходится спотыкаться, – как философ со стажем, проговорил Стрелков. – Все мы люди, и все можем ошибаться.

Позже я узнаю, что окончательный выбор был сделан именно полковником. Не захотел он для столь плёвого дела отдавать кого-то из бойцов. В молоко выстрелить из гранатомёта и ребёнок может – так сказал Боря. Оказалось, что нет. Гранатомёт – не игрушечный пистолет.

– Гиены вышли на прямую видимость, – доложила Раиса. – В голове идут три внедорожника. Один с единым пулемётом на крыше. Далее два уродливых грузовика, до ужаса обшитые листовым железом. Без пулемётов. Замыкает колонну что-то мелкое. Внедорожник, наверное. Семьсот метров, и будут тут.

Оставив дымный след, реактивная граната ушла в небо. Где она приземлится, остаётся только гадать. Справился Николас и даже никого не угробил.

– Он вторую гранату заряжает, – с тоской сказал Максим. – Не успеет.

– Пятьсот метров. – Раиса само спокойствие. – Вижу бойца за пулемётом. Сейчас начнёт стрелять. Речной без старосты останется, скорее всего…

Саня начал тихо рассказывать мне анекдот. Слушать его не стал, потому что снова наблюдаю за Николасом. Заработал пулемёт. Внедорожник, на котором он установлен, пока не виден. Прицельного огня нет, потому что Николас всё ещё жив. В молоко бьёт пулемётчик.

– Триста метров. – Раиса вздохнула. – Могу снять пулемётчика, но не буду.

Бабах!

Никогда бы не подумал, что можно настолько сплоховать. Выстрелить их РПГ-7 в землю в нескольких метрах от себя – надо очень постараться. Николас постарался и получил результат – взрыв, огонь, разлетающаяся земля, смерть. Был в посёлке Речной староста – не стало. Может, его пулемётчик всё-таки зацепил? Догадку подтвердил один из федералов:

– Англичанина ранили в ногу. Со страху он стрельнул в землю. Отлично увидел это.

– Земля ему пухом, – прорычал Стрелков. – Лиса, что там?

Нужда в докладах Раисы отпала, потому что банда подъехала к оврагу и начала спуск к мосту. Первые три внедорожника – восьмидесятые «Крузаки». Что за грузовики – непонятно. Замыкает колонну тоже «Крузак», но поновее – злобного вида сто пятый. Хорошо подготовленный, ничем моей «Тойоте» не уступит, а может, и утрёт нос даже. Ух, какие колёсища!

– Если всё норм выгорит, то последняя тачка моя! – тут же забил вероятный трофей Боков. – Так что стараемся не портить машинку. И да, молчу и не мешаю…

– Грузовики белорусские, – внёс ясность Максим. – МАЗ в любом состоянии узнаю. Эх, досталось трудягам. Такие машины изуродовали.

Колонна, почти не снижая скорости, спустилась в овраг, чуть притормозила при проезде моста и устремилась на подъём. Стрелков скомандовал:

– Подрывай!

Первому «Крузаку» пришлось несладко. Но машина – железо. Не чувствует она боли. А вот люди, сидевшие внутри, боль почувствовали. Правда, недолго.

Первый заряд рванул под передней частью машины, и куски искорёженного металла и земли полетели в стороны. Следующие взрывы разошлись дугой, создавая внушительные воронки, которые преодолеть будет нереально – много взрывчатки использовал Булат и глубоко её зарыл. Почти на метр.

Увидев, что головная машина стала похожа на кусок стального фарша, колонна дала по тормозам. И тут же подверглась плотному обстрелу. Я выстрелил всего лишь раз – убил проворно выскочившего из второго «Крузака» бойца. Попадание в голову, и дверь машины забрызгана её содержимым. Больше стрелять не пришлось, потому что стрелков без меня хватает. В «Крузаках» восьмидесятых уже всех положили. Бодров вон, словно взбесившись, длинными очередями грузовики обрабатывает. И другие их тоже не жалеют. Такой грохот стоит, что впору беруши из рюкзака доставать. Но нет их. И рюкзака нет. Два следа реактивных гранат, и внутри грузовиков стало жарче, чем в кузнечном горне.

Последний «Крузак» по просьбе Бокова пожалели. Водила и трое пассажиров поняли, что по ним не стреляют, почти сразу и решили свалить. Развернули машину не слишком проворно, получили шок от взорвавшихся грузовиков и рванули к мосту. Там их и приняли берсерки. Просто вышли и встали стеной. Всё, дело сделано.

* * *

Многие ставили на то, что староста Николас останется без помощника. Вышло иначе – место старосты занял помощник. Белорус Матвей Гриневич не только выжил, но сумел остаться целым и невредимым. Пакистанец Басир и двое его ближних убивать предателя не стали. Не до того было им. Вот если бы смылись – тогда Матвею не поздоровилось бы. Всех троих допросили и узнали, что в посёлке Степной осталось ещё семеро бандитов. Оставлять троицу в живых не стали – отдали берсеркам. Бронированные медведи убили их почти безболезненно и бросили в степи – хищникам на радость.

Из всего транспорта бандитов уцелел только сто пятый «Крузак», и Боков быстро приватизировал его. Возмущения были, но не слишком активные. Кто первый забил, тому и радоваться. Машинка добротной оказалась и совсем не пострадала, если не считать лопнувшего от взрыва лобового стекла. Прав я был – моя «Тойота Сурф» похуже будет.

Враг в нас не стрелял, поэтому раненых нет. Погибшего старосту Николаса похоронили в степи, добрались до спрятанного транспорта, при помощи КрАЗа и висящей на нём лопаты более-менее восстановили дорогу, растолкали изувеченный транспорт по сторонам, и отправились в посёлок Степной. Ещё одному перевороту быть!

Врываться в посёлок, который почти в два раза больше размером стоящего на реке собрата, наскоком не стали. Да, стены по периметру тут нет, но это мало что меняет. Народ может испугаться и за оружие схватиться. Мягче нужно действовать, нежнее.

Переговоры со старшими длились час. Затем ещё час мы ждали, и по его прошествии нам вывели оставшихся бандитов. Те даже рыпаться не стали – поняли, что дело худо. Надеялись, что хотя бы рабами станут. Как бы не так – берсерки их умертвили и всё так же в степь бросили. Человечина тоже мясо, а хищники есть всегда хотят.

Начался самый интересный процесс – делёжка имущества, освобождение рабов, торги с населением. Морока, одним словом, в которой я решил не участвовать. Вместе с Боковым, Мусиным и Бодровым мы решили отправиться в посёлок Речной и устроить пирушку, а затем как следует выспаться. Следом за нами поехал КрАЗ, загруженный медведями, и «Мерседес Унимог» с недавно освобождёнными рабами, которые неплохо показали себя во время заварушки. Били бандитов не жалея и с яростью на лицах. Уверен, что часть рабов посёлка Степной, которых совсем скоро освободят, тоже примкнёт к нам. Больше народу – лучше и безопаснее.

По приезду выяснилось, что вовремя мы решили вернуться – посёлок Речной в осаде. Интересно, степных банд в этих краях так же много, как местных падальщиков-кодлаков?

Фрагмент 17

Нападающие появились с той стороны, откуда приехали мы. Возможно, они знали, куда и зачем едут. Не поверю, что такая массивная свора просто обшаривала степь в поисках лёгкой наживы. Семь УАЗов – три буханки и четыре 469-х – лёгкий транспорт банды. Из тяжёлого у них пять «Уралов» и один БТР-60. Знает главарь банды толк в технике: всё советское, не слишком надёжное, потому что старое, но ремонтопригодное.

БТР-60 не доехал до посёлка Речной метров шестьсот и так и остался стоять в открытом поле. Прямое попадание из РПГ-7 сделало своё дело – взрыв, огонь, смерть. По пятнам, что видны за следом БТР, видно – не с первого раза по нему попали. Успел экипаж как следует пройтись по посёлку пулемётом калибра 14.5 мм. Много там жертв, наверное. Маша… Нет, не нужно о плохом думать!

Ответная стрельба из гранатомётов велась, но с меньшим результатом: два попадание по стене, которой огорожен посёлок, и одно попадание в крышу чьего-то дома. Обошлось без пожара, потому что только в фильмах взрывы взметаются в небо огромным пламенем. Коротко: ситуация нехорошая, но решаемая. Завидев нас, нападающие засуетились и теперь решают, продолжать ли завязший на подходах к посёлку штурм или отступить. Стрелять прекратили с обеих сторон. Временное затишье.

– Вот же уроды, а! – Бодров в третий раз посмотрел в багажник через сиденье на трубу РПГ-7, выругался матом и сплюнул в окно. – Надо было забрать из джипа старосты оставшиеся два заряда к гранатомёту! Труба есть, а зарядов хрен!

– Задним умом все умные. – Боков остановил машину и скомандовал: – Выходим!

Прямо за нами встал громадина КрАЗ с медведями в кузове. «Унимог» с бывшими рабами, которые теперь в нашей команде, по дороге отстал, потому что не захотел нюхать пыль. Подъедет минут через пять, может, быстрее.

Местом остановки мы выбрали относительную возвышенность. Посёлок Речной от нас в полукилометре. Нападающие вдвое дальше. Пока не стреляют.

Стоило нам вылезти из машины, и заговорили рации, которые имеются у каждого. На связь вышел Лейн:

– Привет, бродяги! Вы вовремя, потому что нас тут малость обложили. Сами бы справились, но от помощи не откажемся.

– Адриан, и тебе не хворать, – ответил я. – Как давно они прикатили? Убитые с нашей стороны есть? Рассказывай.

– Прикатили минут двадцать назад, – быстро заговорил Лейн. – БТР ломанулся к посёлку, но мы его из гранатомёта с третьего раза остановили. Всё это время были под огнём пулемёта, поэтому двенадцать человек потеряли. Трое ранены. Не выживут, потому что крупным калибром досталось. Из наших погибших только один: Эдди, боец моих девчонок. Остальные все местные. Не успели по норам попрятаться. Кто нападавшие такие и откуда приехали, никто не знает. Медведицы нас о них предупредили, поэтому встретить удалось с минимальными потерями. Что ещё вас интересует? Можем общаться хоть сутки, потому что я в здании и рация на зарядке. А можем прекратить и дать отпор. Вам какой вариант по душе?

– Если вы их гостинцами попотчуете, то мы попробуем зайти с тыла, – ответил Андрюха. – Будь на связи, стратег. Нам пообщаться надо.

– Никуда не ухожу. – Адриан веселится. – Общайтесь, сколько вам угодно, но не забывайте, что совсем рядом враг.

– Задрал! – Боков отключил рацию, посмотрел на меня, затем на подбежавшего федерала, который управлял КрАЗом, и почему-то спросил именно его: – Что делать будем? Медведей в помощь зовём?

Федерал пожал плечами и ответил:

– Не знаю. Я с ними не вась-вась. – Кивок в мою сторону. – Берсерк с Никитой только общается. Все же видели, когда тварь поляка пожрала.

На горизонте показался «Мерседес Унимог». Андрюха первым заметил его и сказал:

– Свободные катят. Такой толпой можно и без медведей в бой попробовать. Увы, но без жертв точно не получится.

Впоследствии «свободные» привяжется к освобождённым рабам. Боков, сам того не ведая, только что дал название их будущему подразделению.

– Пойду пообщаюсь с Харрором, – буркнул я и пошёл к КрАЗу. – Через Угрха, конечно же.

Медведи, как и ожидал, дали отворот поворот. Сказали, что в открытом поле против такой банды они точно не попрут. Не боятся, но понимают, что ближний бой с теми, кто умеет убивать на расстоянии, точно не прокатит. Вмажут по берсеркам из гранатомёта, и станет их на неизвестное количество меньше. А может, и всех четырёх не стать. Своими силами придётся воевать, в общем.

Нападавшие вышли на связь, когда подъехали на «Унимоге» Свободные. Частоту нашу поймали и решили договориться. Оказалось, что воевать с нами приехала полностью русскоязычная банда.

– Мужики, говорит Иван Сорокин. Погорячились мы, но прошлого не воротишь. Договоримся? На время переговоров прошу не стрелять. Земляки же…

– Ух ты, русской речью напахнуло! – удивился Боков, взяв переговоры на себя. – Ну здорова, Ванёк! Как сам? Не слабо мы твой БТР поджарили, да?

Сорокин ответил секунд через десять:

– Есть такое… Мужик, я всё понимаю, враги мы, но выхода у нас не было. Вторую неделю степь топчем, топливо на исходе. Увидели посёлок, к которому шли, да и решили наскоком оприходовать. Кто их считает-то, эти посёлки степные. С виду невзрачный такой, да кусачий оказался. Извиняться не стану, потому что вины за собой и своими бойцами не вижу. Попрошу представиться. Интересно же, как земляка зовут. Ещё и москвича, судя по говору.

– Зовут меня Андрей. – Боков запрыгнул на подножку «Крузака», а с неё на крышу, чтобы его было лучше видно, и начал махать рукой. – Видишь меня, Ванёк?

На один из «Уралов» быстро залез человек и тоже начал махать. Рация сказала:

– Теперь и ты меня видишь, Андрюха. Что делать будем? Воевать продолжим или разойдёмся по мирному? Нас тот и тот вариант устраивает, но последний более по душе. Золотишко и кредиты имеются, кстати, потому можем топливо прикупить у вас. Продадите?

– Продали бы, если второй вариант выбрали. – Андрюха показал средний палец, но его с такого расстояния вряд ли увидели, поэтому он решил уточнить: – Ванёк, увидел, что я тебе фак показал? Если нет, то на словах ты и так уже всё понял. Идите в задницу со своим миром. Давай воевать.

– Как хочешь, зёма. – Иван спрыгнул с крыши «Урала». – Воевать мы тоже не против. Бой рассудит, кто сильнее…

– Мудак бородатый! – Бодров убрал монокуляр в карман и полез в салон за пулемётом.

– Ты это про себя, Сань? – спросил Булат.

– Про Сорокина, – буркнул Бодров, злобно зыркнув на товарища и инстинктивно потрогав солидно отросшую бороду. – Ты, Булатка, не стой давай. Думать надо, как земляков одолеть. Если бы кровь они не пролили, то можно и на мировую сыграть было, но кровь пролита. С обеих сторон.

– Тянуть время будем, – предложил я самый оптимальный вариант. – Едем в посёлок и ждём, когда враг решится наступать. Топлива у него маловато, поэтому отступать они точно не будут. Приедут наши – возьмём кольцом и попросим сдаться.

– Мне нравится! – Андрюха громко свистнул и закричал: – Двигаем в посёлок, народ! Позже повоюем…

Спустя десять минут мы въехали на территорию посёлка Речной…