Текст книги "Иной мир. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Кирилл Водинов

Соавторы: Никита Шарипов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 48 (всего у книги 194 страниц) [доступный отрывок для чтения: 69 страниц]

Фрагмент 22

Рывок и удар. Чёрный дьявол играючи пресёк мою неумелую атаку. Удар, в который я вложил всю силу, ушёл в никуда. Кончик меча высек из бетона искры. Это всё, на что я способен?

Гатана устремилась к правому бедру. Понял, что не успеваю. Поднимаю меч, но слишком медленно. Пытаюсь закрыть ноги щитом и тоже не успеваю. Прямое лезвие гатаны касается ткани костюма и пытается разрезать её. Запоздало прыгаю назад.

Словно торнадо Андрюха налетает на врага и осыпает его ударами. Бьёт и щитом, и мечом. Ниндзя в замешательстве и отступает, с трудом блокируя мощные удары. Андрюха сконцентрировался на нападении и плевать хотел на защиту. Вопреки всему его живот цел и невредим. Нано-ткань, из которой сделан костюм, защитила. Бонусы, полученные при разминке, дают плоды!

Убедившись, что бедро целое, я бросаюсь в атаку. Захожу сбоку и начинаю размахивать мечом, словно безобидной деревяшкой. Три секунды ниндзя блокировал шквал ударов, а затем одна из гатан просто сломалась, не сумев выдержать удара Андрюхинного меча.

Андрюха ударил со всей силы и с целью разрубить врага вертикально на две части. Ниндзя понял, что парировать столь мощный удар не получится, а отступить не выйдет, потому что я не позволю. Поставить блок – единственное, на что хватило скорости. Андрюхин пусть и одноручный, но всё же тяжёлый меч, сломал гатану и вошёл врагу в ключицу на добрых десять сантиметров. Спустя мгновение мой меч пробил тело врага в районе живота насквозь.

Освободив оружие и отступив от почти мёртвого ниндзя на несколько метров, мы поняли, что сильно устали. Быстрое дыхание тому свидетель.

– Чуть в штаны не наложил! – Андрюха бросил щит с мечом на бетон и начал быстро осматривать свой живот. – Реально ведь чуть в штаны не наложил, Никита! Всё ждал, когда кишки об бетон схлюпают…

Костюм на животе Андрюхи уцелел. Остро заточенный кончик гатаны оставил только царапину на сверхпрочной ткани. На моём бедре царапина более ощутима. Удар был сильнее и, скорее всего, останется гематома. Не страшно!

– Гатана… – Я вернулся к месту боя и осторожно поднял один из мечей врага. Зазубрин на нём минимум двадцать и все глубокие. Веса не более килограмма. Так себе оружие, если честно. Исподтишка убить – пожалуйста. Для реального боя никуда не годится. На что рассчитывал этот ниндзя?

– Правильно сказать синобигатана. – Андрюха забрал у меня оружие врага и принялся изучать его. – Ещё можно называть этот меч ниндзято. Сыромятина, а не сталь. В Китае что ли делали его?

Трибуны по-прежнему молчат. Молчит и ведущий. Я обвёл взглядом тысячи человек, глядящих на нас. Подняв руку к небу и сжав кулак, крикнул:

– Где наши овации?

«У-А-А-А-А-А-А!» – взрыв, покатившийся по трибунам, был мощнейшим. Его прервал ведущий:

– Требую тишины!

Как только зал успокоился, я снова поднял руку и крикнул:

– Ура победителям!

Зал не смог смолчать. Ведущий успокоил его. Я снова потребовал оваций. И требовал их пять раз, пока не надоело. Наконец-то наступила тишина. Андрюха, качнув головой, тихо сказал:

– Не зли дядьку-ведущего, Никита. Он, вроде, хороший.

– Точнее будет сказать нейтральный, – ответил я. – И он точно не злиться. Им ведь шоу нужно. Чего злиться-то? Шоу ведь есть.

– Наверное, пришло время заканчивать. – Ведущий спокоен и растягивает слова, словно резину. – Закончить второй раунд, узнать, победят ли Русские и, в случае победы, ждать третьего раунда. Вы ведь не против, друзья мои?

Трибуны загудели.

– Я так и думал. – В голосе ведущего послышалось разочарование. – Если вы не против, то пора заканчивать. Выпускайте зверя. Последнее сражение второго раунда. Кто окажется сильнее? Человек или зверь? Сталь или зубы? Выпускайте хищника! Встречаем кранга!

Зрители встали и завыли. Дружное «У-у-у-у!». Звуковое сопровождение выдало мощное «Бам!». Решётка, закрывающая ворота, начала медленно открываться.

– Кто такой кранг? – громко спросил я, стараясь перекричать рёв трибун.

– Опасный зверь! – крикнул Андрюха. Его лицо стало похоже не переваренный пельмень.

– Сильно опасный?

– Сейчас сам всё увидишь…

Трибуны успокоились. Тишина и спокойствие одолели их. Зрители смотрят и ждут. Мы тоже ждём. Стоим с оружием и смотрим в темноту ворот. Там, в тоннеле, идёт наша смерть. Или ползёт.

Я ошибся. Наша смерть не шла и не ползла. Она летела и показала себя. Серая громадина мелькнула и взмыла в небо. Из тоннеля, который скрывают ворота, потянулся тонкий трос.

Кранг летел к небу, получив долгожданную свободу, но трос натянулся и остановил его. Не ожидавшая удара, зверюга полетела на бетон и сумела остановить падение в последний момент. Я успел увидеть мощный стальной ошейник, к которому крепится трос, и который прицеплен к ноге зверя.

Кранг – мутант, если сравнивать его с земными созданиями. Наполовину волк, наполовину орёл. Громадина длинной четыре метра с туловищем и головой волка, острыми костяными наростами на спине, длинным хвостом и огромными крыльями. Оперение имеется только на крыльях и хвосте. Лапы украшены острыми загнутыми когтями. С волчьими они не имеют ни единого сходства. На огромные куриные похожи. Придётся пустить их на холодец. Если, конечно, на холодец не пустят нас.

Без мата не обошлось. Матерился я тихо, словно опасаясь быть услышанным. Зверюга на нас не обратила внимания. Увидев зрителей на трибунах, она взяла короткий разбег и взлетела.

– Сейчас ведь сожрёт кого-нибудь, – сказал я.

Та часть трибун, к которой полетел кранг, испуганно закричала. Зверь не долетел двадцати метров и, потеряв управление, рухнул на бетон.

– По тросу подают электричество. – Андрюха посмотрел на меч, а затем на кранга, который успел встать на лапы. – Улететь или сожрать зрителей он не сможет. Сейчас поймёт, что свободы не видать, и попытается сожрать нас. Тактики, которая поможет убить его, у меня нет. Только удача спасёт нас…

Кранг пару раз пытался улететь, но натяжка троса не позволяла. Затем он попытался вновь добраться до зрителей и каждый раз получал порцию тока, которая роняла его на бетон. Потеряв интерес к свободе и потенциальной еде, кранг наконец-то заметил нас. К этому времени мы успели переместить к дальней стене арены, у которой оставили запасное оружие.

– Сейчас взлетит и атакует, – сказал Андрюха и животное побежало. – Атакует всегда с воздуха. Резко пикирует в полёте и наносит удар сперва передними лапами, а затем задними. Раньше я его только на фото видел. И пару историй о стычках с ним слышал. Вранье, конечно…

Метров десять разбега и крылатый волк взмахнул крыльями, которые легко подняли его в воздух.

– Не больше ста пятидесяти килограмм он должен весить, чтобы так хорошо летать, – предположил я и решил заменить одноручный меч на полутораручный. Подумав, бросил щит и сказал: – Есть у меня одна идейка, друган. Если удача будет ко мне благосклонна – кранг примет смерть совсем скоро. Помолись за меня…

Я побежал. Была – не была. Конечно, глупо полагаться на удачу, но как иначе? Лучше сделать и пусть ничего не выйдет, чем не сделать и потом жалеть об этом. Шанс погибнуть велик при любом раскладе. По сути я ничего не теряю. Минутой раньше погибну, минутой позже, какая, к чёрту, разница?

Кранг летит, а я бегу. Он бесшумен и целеустремлён. Я громок и напуган. Ору так, что вот-вот выплюну связки. Адреналина в крови столько, что вот-вот взорвётся сердце. У меня будет один шанс.

План изменился в тот момент, когда птичка спикировала. Я понял, что нахожусь на волосок от смерти и упал на колени, но так и не ударил. Хотел распороть серо-розовое брюхо, но передумал. Острые и длинные когти передних лап прошли в опасной близости, а через мгновение прошли когти задних лап. Меч был выставлен в сторону троса и ударил по нему у самой лапы. Кисти обожгло от сильного удара. Упал я болезненно, но, главное, перед ударом затылком о бетон, успел увидеть, что трос отрублен. Далее пришла круговерть…

* * *

– Никита! – Андрюха сидит на коленях и внимательно смотрит на меня. Солнце за его головой создаёт эффект нимба.

– Ты прям ангел, друган… – пробормотал я, борясь с болью в затылке. – Где этот птеродактиль волкообразный? Улетел?

Андрюха кивнул глазами.

– Ну вот и славно. – Я закрыл глаза и расслабился. – Голову разбил вроде как… Мягкого подложить ничего не найдётся?

Мягкого не нашлось. Заговорил ведущий:

– Хитрость – важная черта. У нас тут не только хитрость. У нас ещё гуманность. Русский ведь мог убить кранга, но пожалел его. Кто ответит почему он это сделал? Мне, честно скажу, не интересно, почему он так поступил. Мне досадно. Досадно от того, что не увидел шоу. Увы, но спорить не имею права. На войне, как говорится, все средства хороши. Второй раунд Арены Жизни закончен. Безоговорочная победа! Все свободны. Спасибо за шоу!

* * *

– Это лёд. – Михаил протянул мне покрытый инеем серый целлофановый пакет. – Приложи его к голове, Никита.

– Под голову, – поправил я и положил пакет между подушкой и затылком. Повезло и голова осталась целой. Большая шишка не в счёт.

– Что дальше, Миш? – спросил сидящий в кресле Андрюха. Сок, который стоит на столе, его не интересует.

– Дальше двое суток отдыха, а затем третий раунд. – Михаил показал на дверь, ведущую в коридор, а затем на меня. – Пусть Никита отлежится, а затем я проведу вас в ваши новые апартаменты. Вы молодцы, парни. Удача ваше второе имя. Главное, чтобы она не отвернулась от вас в третьем раунде. Будет сложно. Чертовски сложно…

Глава 4

Фрагмент 1

– В этом мире я уже девять лет. – Михаил разлил водку по стопкам и отправил пустую бутылку под стол. Умению наливать ровно можно только позавидовать. По булькам он что ли считает?

– С двенадцатого получается? – спросил я и взял свою стопку.

– Ага. – Михаил кивнул, слегка коснулся моей и Андрюхиной стопок своей стопкой и выпил. Закусил он маринованной маслиной.

Выпив и закусив лимоном, я поинтересовался:

– Как угораздило попасть сюда? По своей воле, случайно, или обстоятельства заставили?

– Так я вам и рассказал всё, мужики. Увы, но разглашать некоторую информацию я не имею права. В целях безопасности. Своей безопасности. – Михаил посмотрел в сторону бара и решил сходить за новой бутылкой. Вернувшись, поставил её на стол и всё же рассказал немного прошлого:

– Попал сюда благодаря обстоятельствам. Не слишком хорошим, сами понимаете. На Светлое будущее уже около семи лет работаю. Не жалуюсь. Вы бы тоже могли на них работать, если бы не были столь правильными. Но, как видите, не срослось. Не будем о плохом.

Андрюха, как говорится, ударил вопросом в лоб:

– Что нас там ждёт?

– Где? – Михаил нахмурился. – Ты о третьем раунде, что ли?

Андрюха кивнул и указал на бутылку – мол, наливай.

Когда водка была разлита по стопкам, Михаил ответил:

– Третий раунд зовётся «кровавая деревня». Там вас ждёт много крови. Это всё, что могу сказать.

Андрюха тяжело вздохнул и выпил. Закусывать не стал. Решил поесть и отправился с тарелкой к плите.

– Мне тоже положи, – попросил я и протянул свою тарелку. Солянка, которую приготовил Андрюха, просто божественна. Точно такая, какую люблю.

Я выпил, закусил солененьким огурчиком и с удовольствием вдохнул аромат солянки, появившейся на столе благодаря Андрюхе. Задобрив её сметаной, начал с наслаждением поедать.

– Завтра начнётся третий раунд. Не забыли? – добродушный вид Михаила в мгновение улетучился и на лице проявилась суровость. – Вы первые, за кого я болею всей душой. Три года работаю на Арене Жизни, но ещё ни одна команда так не цепляла. Земляки, что тут сказать. Ещё и тёзка. – Он слегка ткнул кулаком в моё плечо и спросил: – Да, Ермак?

Я кивнул и ответил:

– Да, Ермак. Мы постараемся не ударить в грязь лицом и показать высший класс. Можешь не сомневаться: пять раундов будут пройдены. Единственное, так это хотелось бы уточнить: доброжелательный дяденька нам ничем не поможет?

Михаил, усмехнувшись, ответил:

– Может и поможет. Доброжелательный дяденька сделает всё, что в его силах. В этом не сомневайтесь. Главное, не подведите его в будущем…

Мы выпили вторую бутылку. Затем выпил третью и четвертую. Сильнее всех, что удивительно, опьянел Михаил. Я и Андрюха держимся, хотя это ненадолго. Чувствую, что совсем скоро стану пьяным.

– Вот хорошие же вы мужики. – Михаил хоть и пьян, но способности разливать водку по стопкам ровно не растерял. – Зачем вы во всё это ввязались? Не сиделось вам на попах ровно, да? Приключения, чёрт бы их побрал! Взгляните на меня! – Он резко встал и расправил и без того широкие плечи. – Живу как в сказке. Ни в чём не нуждаюсь. Красота!

– Шестерить на Светлое Будущее ты называешь красотой? – с вызовом спросил Андрюха. – Ты, Миша, шестёрка. Мы, в отличии от тебя, хотя бы свободны. Нас свободы не лишили. И плевать, что на Арену Жизни попали. Мы перед совестью своей свободны! Чисты!

Михаил плюхнулся на стул, от чего тот заскулил, но с достоинством стерпел неожиданную нагрузку и не развалился. Замахнув стопку, Михаил начал громко говорить:

– О свободе и совести говоришь, Андрюшка? Да вы по макушку в крови утонули, парни! Где ваша совесть? Где ваша мораль? Я пью с конченными убийцами. Я, в отличии от вас, не могу вспомнить, когда последний раз убивал человека. Лет пять назад это было, а кажется, что сто. Убийцы вы. Что бы не говорили и чем бы не оправдывали свои действия, но для меня вы убийцы. Этот мир дерьмовый и я его ненавижу. Менять его надо. И менять в лучшую сторону. Понимаете?

Я кивнул и сказал:

– Вот мы и меняем его.

– Да! – Андрюха хлопнул ладонью по столу. – Мы, в отличии от тебя, Миш, хоть что-то делаем. Светлое Будущее, твои работодатели, главное дерьмо этого мира. Дерьмо масштабное, имеющее власть и в мире прежнем. А ещё есть Единый банк. Разве он не дерьмо? Деньги и ещё раз деньги. Всё на них завязано. Мы ведь не идиоты. Наверняка не знаем, но догадываемся о многом.

Михаил словно протрезвел и злобно сказал:

– Ты не знаешь даже пяти процентов информации, Андрей. Есть такое дерьмо, которое никогда не разгрести. Авгиевы конюшни в сравнении с ними пустяк.

– Нужно просто найти Геракла. – Андрюха указал на бутылку с водкой. – Геракл почистил Авгиевы конюшни. Авось и с этим дерьмом справится.

Михаил, покачав головой, медленно встал и ответил:

– Нет Геракла способного разгрести это дерьмо. Даже десять Гераклов с ним не справятся… Я, парни, пошёл к себе. Много не пейте, потому что вам меньше чем через сутки третий раунд штурмовать. Хороших сновидений.

Ровно в шесть вечера я завалился спать. Завтра будет сложный день…

* * *

Мы едем на BMW X5M. За рулём Михаил. Спереди и сзади едет сопровождение из четырёх машин. Нас везут в ту самую кровавую деревню. На часах десять утра. Раунд три начнётся ровно в двенадцать.

– Не плохие у вас тут машинки ездят, – сказал я, любуясь интерьером баварца. – Сам на чём ездишь, Миш?

– Личная машина Гелендваген. Старенький, правда. Десятого года. Но шесть и три Брабус.

Я показал большой палец.

– Хорошо тебе платят, получается, – сказал с заднего сиденья Андрюха. – Уверен, что на Арене Жизни ты только подрабатываешь.

Справа потянулись огромные бетонные цеха, торчащие из-за обтянутого колючей проволокой железного забора.

– Промзона? – поинтересовался я.

– Она самая. – Михаил кивнул. – Промзона города Иерихон – это город в городе. Там делаю почти всё, что делают в мире прежнем. Я про вещи первой необходимости.

– Оружие делать уже начали? – спросил Андрюха. – Производство патронов, как помню, три года назад запустили. С оружием проблемы решили?

– Оружие делают, но пока только старое. Калашников огромными партиями производят. Старый добрый АКМ. Пистолеты и винтовки начала прошлого столетия собирают. Пулемёт Браунинга и ДШК. Пока ассортимент так себе, но через лет пять и до современного оружия руки дойдут. Иерихон – это центр развития этого мира. Не каждый земной город может похвастаться возможностями Иерихона. Я про города миллионеры. Иерихону до миллиона жителей ещё расти и расти. Думаю, что лет через двадцать-тридцать Иерихон станет первым миллионным городом этого мира.

– Если доживёт до этого… – шёпотом сказал Андрюха. Михаил его услышал, но промолчал.

Проехав промзону, мы попали на асфальтированную дорогу. Справа и слева теперь красивые коттеджи. Когда они закончились, мы упёрлись в огромный, метра четыре высотой, забор и не меньшего размера ворота. Заехав внутрь, оказались на большой стоянке.

Михаил показал на двухэтажное кирпичное здание и сказал:

– Мы на месте. Нам туда.

Я показал в сторону трёхметрового железного забора, который начинается от кирпичного здания и уходит вдоль основного забора, и спросил:

– Кровавая деревня там?

– Да, она там. Самый ненавистный для меня раунд…

Фрагмент 2

Разве могут не радовать душу красивые стеклянные стенды, на которых лежит новенькое оружие? С довольным видом я подошёл к стоящей на изящной зеркальной подставке штурмовой винтовке «Beretta ARX160». Оценив, как лежит в руках, сказал:

– Такую мы с Раисой взяли трофеем при захвате колонны. Помнишь?

Андрюха, оценивающий эргономику «FN F2000», кивнул.

– Где она сейчас? Надеюсь, что Раиса оставила её себе в коллекцию… – я вернул винтовку на место. – Интересно, как там поживают наши? Хоть какую-нибудь весточку получить. Как там добыча златия продвигается? Что с подразделением? Как Санька Бодров? Вылечил его берсерк Хорг или нет? Столько вопросов…

Раскиснув за несколько секунд, я сел на диван и закрыл глаза. Тоска надавила на плечи…

Андрюха сел рядом и тихо сказал:

– Нормально всё с нашими, Никита. Не забивай голову перед боем. Думай о хорошем. Нам нужно выйти и выиграть.

Посмотрев на товарища, я решил промолчать. Устало встав с дивана, пошёл к стенду, на котором покоятся Скары. Как ни крути, но от полюбившейся мне «FN SCAR-H» отказываться не готов. Теперь она будет моей постоянной спутницей. По крайней мере до тех пор, пока нам предоставляют оружие. О будущем, после победы на арене, стараюсь не думать. Для начала не мешает победить. Думать будем после победы.

Михаил, оставивший нас вооружаться, пришёл через тридцать минут и принёс три стакана кофе. Поставив их на столик, сказал:

– Отвлекитесь не на долго. Небольшой инструктаж проведу.

Мы сели на диван и разобрали стаканы. Миша, севший в кресло напротив нас, принялся вещать:

– Кровавая деревня – это чёртов квест. Его сложность зависит от того, куда вы направитесь и какое решение примете. Никаких подсказок извне и переговоров с ведущим. Вы будете предоставлены сами себе. Даже шлемов с видеонаблюдением не будет. За вами будут следить многочисленные камеры и квадрокоптеры. Выйти за забор не удастся. Даже не пытайтесь, мой вам совет. С безопасностью тут всё в порядке и обмануть разработчиков не получится. Сделает всё, что от вас требуется, и третий раунд закончится. Если говорить кратко: хороший расклад и вы переходите в четвёртый раунд. Плохой расклад – это ваша смерть. Большего рассказывать не вправе.

– Пару советов хотя бы дашь? – поинтересовался я, через силу глотая горький кофе. – Что брать с собой, а что не брать?

Миша, пожав плечами, ответил:

– Берите всё, что может убивать. Берите по максимуму. Третий раунд предусматривает таких тварей, валить которых лучше при помощи тяжёлой артиллерии. Далеко ходить вам не придётся, поэтому грузитесь под завязку. Патронов, как говорится, много не бывает!

* * *

Время без пятнадцати двенадцать. Я и Андрюха похожи на новогодние ёлки, только вместо гирлянд и игрушек нас украшают оружие и снаряжение. Общий вес «барахла» составил примерно сто килограммов на двоих. Не много, но и не мало. Нам разрешили броню и это радует.

– Точно готовы? – в третий раз спросил Михаил.

Мы кивнули.

– Тогда идём. – Миша пошёл к выходу. – Начинайте молится…

Коридор пройден. Осталась последняя дверь. Открываем её и попадаем в локацию «кровавая деревня». Стоим на асфальтированной дороге, которая начинается от неприступного, но изнутри покрашенного в розовый цвет мощного железного забора. По обе стороны от дороги домики. В семидесяти метрах впереди перекрёсток. Две улицы – это всё, что имеет локация.

Я тихо сказал:

– Прекрасное место. И не скажешь, что кровавая деревня…

Домики похожи друг на друга, словно близнецы. Сделаны они красиво. Внешне выглядят надёжно. Все двухэтажные, с крышами-шалашами, большими окнами и ярко-белыми фасадами. Каждый домик окружён метровым белым заборчиком из штакетника. Всего домиков двенадцать. По четыре с каждой стороны перекрёстка.

Помимо домиков кровавая деревня имеет детскую площадку, телефонную будку и продуктовый магазинчик. Если приглядится, то можно увидеть следы недавних восстановительных работ: свежую штукатурку, отличающуюся оттенком краску и не слишком аккуратно уложенный газон. Кто-то проходил этот раунд до нас. Прошёл или нет – остаётся только гадать.

– Идём? – спросил Андрюха.

Пожав плечами, я ответил:

– Выхода у нас нет, так что идём…

Мы дошли до перекрёстка и остановились. Наверное, здесь нам предстоит сделать первый выбор. Куда идти? Жаль, что нет указателя.

Андрюха пробормотал:

– Налево пойдешь – коня потеряешь. Направо пойдешь – жизнь потеряешь. Прямо пойдешь – жив будешь, да себя позабудешь…

– Пошли прямо, – сказал я и решительно зашагал вперёд.

Стоило нам пройти перекрёсток и на фронтоне дома справа загорелся красный индикатор. Тихий звук «дилинь-дилинь» и из скрытого динамика раздалась хриплая фраза:

– Первый выбор сделан. Враг наступает и готов убить.

Спустя несколько секунд в этом же доме послышался скрип несмазанного металла. Я приготовился и взял домик и прилегающую территорию на прицел.

– Отходим, – тихо сказал Андрюха и начал медленно отступать к домику, который находится позади нас.

Мы были у калитки, когда выходная деревянная дверь дома с треском открылась и на покрытый газоном двор выбежали трое. Увидев нас, они ломанулись обратно в дом. То, что люди безоружны, Андрюху не остановило и он выстрелил.

Я ожидал, что мужчина, чуть замешкавшийся и, кажется, раздумывающий куда ему бежать, упадёт с простреленной грудью, но он не упал. Развернувшись, мужчина ломанулся обратно в дом. Андрюха выстрелил в небо.

– Зачем стрелял? – резко спросил я, пытаясь найти укрытия. Идти в дом не хочется. Мало ли какие неприятности могут поджидать там.

– Потому что это враг, – ответил Андрюха и показал на входную дверь. – Идём внутрь, потому что иного укрытия нет. Не убил я их по одной причине – совесть в безоружных стрелять не позволяет.

Стоило нам открыть дверь и войти в просторную прихожую-кухню, как по дому был открыт огонь. В двери, которую я закрыл секунду назад, один за другим появились отверстия. Чудом не зацепило. Упав, мы поползли к массивному кухонному столу. За то, что столешница сделана из листа железа толщиной не менее пяти сантиметров, нужно поблагодарить разработчиков квеста. Всё-таки предусмотрели они хорошее укрытие. Главное, как можно быстрее добраться до стола и перевернуть его.

Оружие и снаряжение сильно мешают. Я первым дополз до стола, не обращая внимания на непрекращающийся обстрел дома. Тонкие щитовые стены почти не останавливают пули и с каждой секундой вероятность быть подстреленным увеличивается.

Оказавшись под столом, я избавился от рюкзака и перевернулся на спину. Упор ногами в стол, и он с грохотом упал. Мы в укрытии. Столешница шириной в метр и длинной в полтора – отличная защита от пуль.

Стрельба прекратилась. Упавшая на пол кастрюля перестала вращаться и наступила звенящая тишина.

– Минимум из пяти стволов стреляли, – сказал я и сел к столешнице спиной. Взглянув на Андрюху, поинтересовался: – Какие варианты будут, дружище?

Закрыв лицо ладонями, он ответил:

– Пока без вариантов. Надо узнать количество врага и попробовать…

Снова стрельба на улице, но теперь не по дому. Стреляют минимум семеро и патронов не жалеют. Жуткий вой, человеческий крик, снова жуткий вой и тишина. Почему не стреляют?

– Толкаем стол к окну! – скомандовал я и налёг на столешницу плечом.

Оказавшись у окна, я сорвал дырявые шторы и отбросил их в сторону. Осторожно выглянув на улицу, увидел пятерых парней с автоматами Калашникова на изготовку, стоящих возле заборчика из штакетника. Смотрят они не на нас. Взгляд каждого направлен в сторону перекрёстка. Что они там увидели?

– Говорю готов и стреляем… – тихо сказал Андрюха, взяв пятёрку на прицел своего «HK417». – Твои те, что слева…

Я кивнул и поймал голову крайнего азиата в прицеле. Андрюха отдал команду и палец плавно надавил на спусковой крючок. Толчок и забор позади азиата окрасился красным. Андрюхин выстрел свалил высокого блондина с неестественно белым лицом. Альбиносом был, наверное.

Оставшиеся трое среагировали после первых наших выстрелов и дружно упали. Заборчик, которым огорожен наш домик, частично сокрыл их. Я принялся стрелять, так сказать, на ощупь.

Что-то не очень большое, но чёрное, мелькнуло на дороге и пропало из виду. Троица превратилась в двойку. Я прекратил стрелять. Следом замолчала винтовка Андрюхи. Посмотрев на меня неестественно круглыми глазами, он спросил:

– Ты это видел?

Я кивнул. Оставшаяся в живых двойка, обрадовавшись тому, что по ним не стреляют, рванула к входной двери в дом.

– Добиваем? – спросил я, поймав неширокую спину в прицел.

Андрюха не успел ответить. Шквал пулемётного огня просто снёс двоих. До дома они так и не добежали. Стреляли со стороны перекрёстка, а это значит сбоку от нас.

– Разворачиваем стол! – заверещал я.

Мы успели. Неизвестные пулемётчики открыли огонь по нашему домику. Пули засвистели в огромном количестве. Звон и удары в столешницу известили о том, что укрытие надёжное. Я прикрыл уши и крикнул:

– Так они из домика за одну минуту дуршлаг сделают!

– Не страшно. – Андрюха перевернулся на спину и отцепил с пояса светошумовую гранату. – Меня не пулемётчики заботят, Никита. Черная быстрая тень пострашнее их будет, если это именно то, о чём я подумал…