Текст книги "Иной мир. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Кирилл Водинов

Соавторы: Никита Шарипов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 194 страниц) [доступный отрывок для чтения: 69 страниц]

– В Двойке, Модест.

– Всё с тобой понятно, – грозно-шутливо сказал он и показал на дверь: – Дела у нас. Больше не отвлекай.

Я дружески хлопнул нового главу посёлка по плечу и покинул администрацию.

Пушок, как обычно, маскируется. Сколько не ищи, не увидишь, пока сам не захочет. Загнав машину во двор, я направился в дом. Еще на крыльце услышал звуки музыки. В доме шумно. Играет композиция «Crawling» легендарной группы Linkin Park.

Кейли танцует. Она полностью оправилась от болезни. Порхает по залу в лёгком белом спортивном костюмчике, не замечая ничего вокруг. Как, спрашивается, можно танцевать под эту песню? Нет, мне этого не понять. А песня крутая. Мне нравится Linkin Park. Эх, Честер…

Моё появление было замечено минуты через две, когда музыка прекратила играть и стало тихо. Впрочем, ненадолго. Из мощной акустической системы начал раздаваться «Moscow calling» группы Gorky Park.

Несколько секунд ушло на то, чтобы остановить музыку, а затем я попал в радостные объятья. Дальше поцелуев, что радует, не дошло. Не в том я состоянии.

***

Собирались недолго. Я перетаскал все наши вещи в машину, выпил чаю и сказал, что можем ехать. Рассказывать подробно всё, что происходило за прошедшие несколько дней, не стал. Больше отмалчивался. Куда едем, тоже не сказал. Пусть будет сюрприз.

Остановив машину у ворот, посмотрел на свою рыжую подругу и, улыбнувшись, сказал:

– Мы на месте.

Кейли посёлок Двойка понравился, но она так и не поняла, зачем мы приехали сюда. Думает, что отдыхать на реке. Увы, но отдыхать мы будем вряд ли. Если только ночью и в кровати.

Мы вышли на улицу, подошли к воротам и вошли во двор. Я спокойно спросил:

– Нравится?

– Ник, ты купил дом? – с восторгом в глазах спросила Кейли.

Я кивнул. Улыбка не покидает моё помятое лицо с посёлка Заксенхаузен. Кейли взвизгнула и запрыгнула на меня, обхватив ногами за спину. Начала целовать и что-то быстро-быстро говорить. С трудом оторвав её от себя, поставил на землю, развернул к дому и, подтолкнув, сказал:

– Иди смотри и оценивай. Я машину загоню и вещи начну перетаскивать. Дел горы…

***

Остаток дня мы провели в уборке. Кейли хлопотала в доме, а я на улице. Всё, что не нужно, складировал у ворот с последующей целью вывоза на свалку. Работы много, и за день одному не справиться. Планы построены грандиозные.

Ближе к вечеру мы затарились в магазине продуктами, вместе сварили ужин, съели его и ближе к полночи переместились в кровать. Надежда на сладкий сон пропала, когда в ворота начал кто-то тарабанить. И кому, спрашивается, не спится в столь поздний час?

В одних трусах я вышел на улицу, но не забыл прихватить с собой пистолет. Посёлок Двойка спит, и на улице тихо, если не учитывать лёгкое тарахтение мотора и свет фар, пробивающийся под воротами.

Увидеть Булата Мусина, Сашу Бодрова и Раису Серкову я не ожидал. Приехали они на Саниной Ауди.

– Поздравляю с новосельем! – с ходу заговорил Бодров и начал трясти мою руку. – Извини, Никитос, но мы по срочному делу. Время не ждёт.

– Что за дело? – нахмурился я. – И, кстати, привет.

– Привет, – кивнула Раиса.

Булат хлопнул меня по руке, показал на мой внешний вид и сказал:

– Дело срочное, поэтому можешь идти одеваться. В двух словах: появилось несколько плохишей, и их нужно убить. Поторопись, Никит. Экипировка полная. Броню одолжим.

Я устало вздохнул:

– Не сидится вам на попе ровно. Ну почему не сидится?

Пришлось успокаивать Кейли. Порадовало, что она на появление неотложных дел отреагировала вполне нормально. Надо куда-то ехать, так поезжай. Сказала, что я главный, а значит, мне и решать. Она готова ждать хоть месяц, хоть год. И где Кейли была всё это время? Почему я её раньше не встретил?

Чтобы собраться, потребовалось двенадцать минут. Закинув разгрузку и оружие в багажник Ауди, я прыгнул на заднее сиденье к Булату. Саня тут же тронул машину с места и, не жалея подвеску, погнал в сторону парома. Раиса принялась рассказывать:

– Час назад приехал дальний патруль. Про тренировочную базу Пана в ста километрах ты знаешь. Этот патруль оттуда. Часа три-четыре назад в нескольких километрах от лагеря был зафиксирован переход. Не спонтанный. Стабильный переход, державшийся почти сорок минут. За это время из перехода выехало достаточное количество техники. Три автобуса, два из которых набиты молодыми девушками, а один детьми. Помимо автобуса в этот мир прибыло восемь армейских Хаммеров с пулемётами и малокалиберными пушками, три военных бронированных грузовика с бойцами и один Страйкер. Наш патруль в движуху не вмешивался и просто наблюдал. Прибывшая братия около получаса находилась на месте, а затем выдвинулась в противоположном от нас направлении. Скорее всего, они просто не знают, куда попали, и пока что будут плутать. Больше ничего неизвестно.

Мы подъехали к парому, который уже ждал, и Саня осторожно въехал на стальную громадину. Не совсем громадину, если сравнивать с паромами Земли. Вряд ли этот паром способен перетащить на ту сторону реки хотя бы грузовик. Пару-тройку легковушек легко.

Двое парней снаружи зафиксировали машину при помощи растяжек, и плав средство тронулось. Минут десять плыть, не меньше.

– Страйкер – это который американский БТР? – спросил я, когда мы вышли на улицу и подошли к краю парома.

– Он самый, – ответил Бодров. – Вживую я такой не встречал.

– А я встречал, – ответил я. – Машина серьёзная, и тягаться с ней мы не способны. Поэтому спрашиваю: какова цель поездки?

– Догоняем и наблюдаем, – ответил Булат. – Боков и все остальные уже в курсе. Светлый уведомлять не стали, но, скорее всего, там скоро узнают. Патрульные успели потрепаться. – Он показал на паромщиков. – Этим и то рассказали.

– Плохие патрульные… – пробормотал я. – Наши хоть?

– Один наш, но ты его не знаешь, – ответила Раиса. – Двое казахов, белорус и украинец. Пятёрка болтунов.

– Разглядеть эту компанию они хотя бы смогли? – спросил я.

Бодров покачал головой.

– Сами разглядим, – сказал я и пошёл к машине. – Раньше времени всё равно ничего понять не удастся. Догоним – увидим – будем думать. Я попытаюсь поспать. Колонна большая, и найти её по следам не проблема. Постарайтесь не будить, если крепко усну.

Бодров приглашающе показал на свою Ауди и сказал:

– Милости прошу. Переднее сиденье в вашем распоряжении.

Наполовину разложив сиденье, я устроился поудобнее, закрыл глаза и начал думать…

Глава 11

Мирное времяпрепровождение и поездка в город Светлый пока откладываются. Кейли придётся пожить одной, и это точно. Хорошо, что я оставил ей все деньги, которых не слишком много. Голодать не придётся. Учитывая цены в магазинах, все точно не потратит. Ладно, об этом можно на время забыть. Теперь о предстоящем.

Колона прибывших… Кто же вы такие? Семь пядей во лбу иметь не нужно: автобусы с детьми и девушками говорят, что налицо проявление работорговли. Ладно, девушки, но дети зачем? Кому, чёрт подери, понадобились дети? В то, что они отправились в этот мир добровольно, я не верю. Без Светлого Будущего тут никак не обошлось. Учитывая, что транспорт американский, можно с точностью до девяноста девяти процентов сказать: мы имеем дело с американцами.

Проблемы… Почему именно на наши плечи валятся эти проблемы? Почему вся эта муть закручивается рядом со мной? Я вроде не магнит. Одну проблему решили и появилась вторая. И эта посерьёзнее будет. Уверен в этом!

Уснул я, только когда мы продолжили ехать. О чем говорили Бодров, Мусин и Серкова, старался не слушать. Пытался уснуть и в конечном итоге смог. Пара часов отдыха нужны мне как воздух.

***

Поспать удалось час с небольшим. Спать – громко сказано. Трясло так, что хотелось выйти. Подвеска Ауди не может похвастаться мягкостью. Деревянная она.

Полудремотное состояние полноценным сном точно не назовёшь. Вроде даже снилось что-то.

– Где едем? – спросил я, стараясь прогнать остатки сна. Булат и Раиса взяли с меня пример и спят на заднем сиденье. Раисе намного комфортнее. Прижала Булата к двери, отобрав две трети пространства.

– Десяток километров, и будем в лагере, – ответил Саня. – Там двое наших сейчас. Сопроводят до места прибытия колонны и вернутся.

Я открыл окно и высунул голову. Ночной свежий воздух помог прогнать остатки сна.

– Думаешь, к утру нагоним? – поинтересовался я.

– Не знаю, – отозвался Саня. – Если недалеко уехали, то нагоним с рассветом.

– Такой толпой вряд ли далеко уедешь… – пробормотал я. – Километров тридцать за час проезжают, не более…

Спустя несколько минут небо начало затягивать тучами. Луна и звёзды пропали. Поднялся лёгкий ветерок. Местность по-прежнему холмистая, но, кажется, холмы снижаются. Больше кустарника становится, и редкие деревья встречаются. Либо по полям скоро поедем, либо по лесу. Главное, чтобы не по болоту. Хотя колонна с их тяжёлой техникой болото точно не пройдёт.

– Проблема, – сказал я. – Начнёт лить и потеряем колонну.

– Проблема, – согласился Саня, взглянув на небо через боковое стекло.

Ещё несколько минут, и на лобовом стекле появились мелкие капли. Моросящий дождь не страшен. Главное, чтобы не было ливня.

В лагерь заезжать не пришлось. Старый УАЗ выехал навстречу. После коротких переговоров с двумя уставшими бойцами мы продолжили поездку. Через час были на месте. Дождь по-прежнему моросит. Когда уже рассвет? Ни зги не видно.

Колонна, недавно прибывшая в этот мир, оставила после себя значительное количество следов. Одних банок и бутылок из-под пива два десятка наберётся. Упаковок из-под чипсов, сушёной рыбы, орешков и сухариков ещё больше. Использованные презервативы встречаются, что подтверждает мои догадки. Портят товар, суки! Тьфу ты, какой товар? Нельзя так о людях говорить. Терпите, девушки и дети. Мы работаем.

– Точно американцы, – сказал я, разглядывая пустую упаковку чипсов «FRITOS».

– Они-они, – кивнул Саня и показал в свете фонаря пустую бутылку пива Budweiser. – Только мне непонятно одно: почему они ведут себя настолько грязно? Военные же вроде… Или не военные?

– Может и не военные, – безразлично сказал я и направился к машине. Открыв дверь, позвал: – Поехали уже, Сань.

– Лёня и Макс, возвращайтесь в лагерь, – отдал Саня команду патрульным. – Ждите наших. Держите связь. Всё понятно?

Патрульные кивнули и направились к УАЗу. Минута, и мы продолжили ехать. Появляется нехорошее предчувствие. Колонна оставила слишком видимый след, и упустим мы её вряд ли. Повезёт, и правда с рассветом нагоним.

– Как обстоят дела с охраной периметра посёлков? – спросил я, устав молчать. – И какие границы для этой охраны отмерены?

– Границы? – нахмурился Саня. – Да нет никаких границ. Не государство же, а посёлки. Охраны, можно сказать, нет. В планах она у Пана была. Порой появлялись мелкие банды и начинали докучать населению. Желающих пострелять всегда собиралось достаточное количество, и банды исчезали. Всё шло самотёком.

– А такие варианты, как сейчас? – продолжил расспрашивать я. – Часто натыкались на перемещения столь мощных групп людей? Если эта маленькая армия пожелает взять власть в любом из посёлков, она это сделает. Крови прольётся много.

– При мне такое впервые, – ответил Саня. – Более мелкие перемещения бывали. Порой тихо по несколько месяцев, а порой прям валят. Сейчас именно последнее. Не знаю, с чем это связано, но, видимо, у пространства свои причуды. У порталов, точнее. Всё хаотично, но какая-то невыявленная закономерность имеется. По части захвата власти ты прав. Столь большую группировку остановить сложно, но возможно. Силами населения, сам понимаешь.

– Глупо полагаться на население, – начал рассуждать я. – Нужно менять прежний уклад, который нам оставил Пан. Не спорю, это потребует вливания больших сумм, но в конечном итоге принесёт много плюсов. Охрана посёлков – важный момент. Первое, над чем стоит задуматься и попытаться воплотить в жизнь, – создание мощной военизированной мобильной группы. Отряд стволов в тридцать-сорок. Вооружить и экипировать по максимуму. Транспорт быстрый. Багги, квадроциклы, мощные внедорожники. Беспилотники закупить в Светлом, если они там имеются. Благодаря беспилотникам можно увидеть больше. Для начала пара вылетов в сутки. Облетают прилегающую к посёлкам территорию утром и вечером. Периметр взять километров сорок-пятьдесят. Благодаря таким не слишком сложным мерам мы будем в большей безопасности. А безопасность люди ценят.

Саня начал тихо смеяться.

– Ты чего? – удивился я.

– Да ничего, Никит, честное слово, ничего… Думал, ты что-то серьёзное скажешь, а не эту чушь. Ладно, подразделение создать – это ещё реально. Но беспилотники! Додумался же, ей богу! Где ты видел настолько крутые беспилотники-то?

– А где ты их не видел? – вопросом ответил я. – Ты же вроде служил, Сань. Где ты служил?

– Контрактником был, – ответил Саша Бодров. – На Кавказе служил. В разведке. Пострелять в плохишей довелось малость. Моим местом обитания были горы.

– Есть хорошие американские беспилотники, – решил рассказать я. – RQ-7A Shadow, например. Неплохой аппарат. В Сирии пользовались таким. Трофейный он был, правда. Сотку километров легко летает. Даже больше может. Сколько точно не помню. Ещё сталкивался с RQ-2 «Pioneer», но он постарше будет и похуже. Первый, по сути, его модификация. Из наших Инспектор-402 хорош, потому что может летать на четыре сотни километров на аккумуляторах. Достать его сложно. Думаю, в этом мире их вообще нет. Есть ещё более новая модификация, работающая на бензине. Почти штуку километров может пролететь.

– Шаришь в беспилотниках? – поинтересовался Саня.

Я кивнул:

– Немного шарю. Интересовался в свободное время. Беспилотник Данэм лютый и может две тысячи километров пролететь. Смутно верится, конечно. Пока не увижу, не поверю. В общем, хватит о беспилотниках. Нет так нет. Надо об этом узнавать у тех, кто в городах крупных бывает. Может, найдутся беспилотники. Уверен, что найдутся.

– Мне идея с подразделением понравилась, – задумчиво сказал Саня. – Думаю, что это стоит обсудить. Но надо не одно подразделение делать, а пару минимум. Егеря и пограничники. В каждом подразделении должны быть малые группы по три-пять человек в каждой. Таких групп тридцать-сорок нужно. Это, считай, уже маленькая армия.

– Согласен, – ответил я, пристально глядя в темноту и продолжая раскручивать в голове идею. – Вот только минусы появятся сразу – хорошо обученных людей в таком количестве мы не найдём. Середнячок. Максимум одного профи в группу придётся заполучить, иначе никак. И всё равно нужда в третьем подразделении останется. Помимо егерей и погранцов потребуется спецподразделение, которое в случае серьёзного кипиша будет мгновенно выдвигаться в этот самый кипиш.

– Ну и болтуны же вы… – недовольно пробормотала Раиса с заднего сиденья. – Егеря, погранцы, спецы, беспилотники…Где едем-то? Дождь, что ли, пошёл?

– Дождь моросящий давно идёт, и он нам не страшен, – ответил я. – Ехать тоже ещё прилично. Продолжай спать. До рассвета точно не догоним.

– Мать твою, Бодров! – неожиданно крикнула Раиса так, что мне захотелось выпрыгнуть из машины прямо на ходу. – Фары туши, дурак!

Саня вдавил тормоз в пол и тут же потушил фары. Раиса сумела удержаться, а вот всё ещё спящий Булат неслабо приложился о моё сиденье и тут же застонал.

– Идиоты! – продолжила возмущаться Раиса, но уже не так громко. – Не видите? Скажете, что не видите? Ослепли совсем, да?

– Мать, чего орёшь? – недовольно забормотал Булат. – Саня, с тормозами полегче. Чуть шею не свернул…

– Да посмотрите же! – требовательно сказала Раиса и практически перелезла ко мне на переднее сиденье. Ткнув пальцем в центр лобового стекла, она добавила: – Внимательно смотрите!

Я начал смотреть. Кажется, что где-то вдалеке глаз улавливает огонёк. Кажется…

– Ничего не вижу… – пробормотал Саня. – Раиса, да что там?

– Ни хрена не видно, – сказал Булат, просунув голову между моим сиденьем и междверной стойкой. – Что там, Раиса?

– Вроде огонёк вижу… – с сомнением сказал я. – А вроде и не вижу…

– Всегда забываю, что у меня идеальное зрение, – сказала Раиса. – Впереди горят костры и светят фары машин. Далеко, и из-за мороси свет сложно увидеть. Глаза у вас плохие, ребятишки. Мы приехали. Дальше пешком, но сперва нужно убедиться, что нас не заметили.

Я первым вышел из машины и начал приглядываться. Пристально всматривался в темноту несколько секунд, но так ничего не увидел. Может, просто показалось? Нет, у Раисы и вправду феноменальное зрение.

– Ты поосторожнее, – посоветовал вставший рядом со мной Булат. – Про зверьё местное забыл? Мы не в посёлках и не рядом с ними. Там численность опасных тварей охотники часто убавляют. Здесь же их немерено. Хрясь, и нога долой. Сколопендру местную видел?

Я начал озираться по сторонам. Темно. Очень темно. Едва Булата различаю. Под ногами трава. Дождь всё так же моросит. Понять, какой ландшафт нас окружает, не представляется возможным. Как, спрашивается, я должен увидеть представителей местной фауны без фонаря?

– Я их вижу, – сказала Раиса. – И вижу достаточно хорошо. Дождь, правда, сильно мешает. Там он посерьёзнее. Километров семь до них, не больше. Вы вообще ничего не видите?

– Руки свои вижу, – отозвался Бодров и открыл багажник Ауди. – Ноги не вижу.

– Темно, как в заднице, – весело сказал Булат. – Впрочем, в заднице я не был. Там, возможно, потемнее будет.

– Всё потому, что в задницу без лампочки лезть не стоит, – так же весело подхватил Бодров. – Да и вообще в задницу лезть не стоит. С лампочкой или без. Какого хрена в неё лезем мы? Кто сможет ответить?

– Это не задница, а разведка, – ответил я. – В бой вступать не будем. Просто посмотрим. На вылазку лучше вдвоём идти. Или втроём. Кто-то должен остаться и караулить машину. Мало ли что может с ней случиться. Вдруг какой-нибудь хорёк-фетишист вздумает над покрышками надругаться?

– Хватит шутить, – требовательно сказала Раиса. – Мы не на прогулке. В разведку пойдём вдвоём. Я и Никита. Булат и Саша, вы остаётесь у машины.

Возражений не последовало. Мне захотелось справить малую нужду.

– По мелкому отойду, – сообщил я и, прихватив автомат, решил отойти. Всё-таки с нами женщина, и журчать возле неё я как-то стесняюсь. Вот такой вот стесняшка! Аж самому смешно.

– Я так однажды ночью отлить отошёл, и мне жаборезка чуть конец не оттяпала, – в спину сказал мне Булат. – Держи двумя руками лучше. Если кинется, пусть сперва пальцы на руках грызёт.

Кто такая жаборезка, я выяснять не стал. Подумаешь о плохом, и оно случится. Не буду думать.

Отойдя метров на тридцать, расстегнул штаны и занялся делом. Закончить не успел, потому что в метре от меня в траве что-то зашуршало. Ничего страшного в обычном шуршании нет, но почему-то именно в этот момент моё зрение стало супер-пупер крутым, и я увидел размер шуршания. Шуршание создаёт что-то достаточно длинное, метра полтора, плоское и неширокое. Похоже на змею, но это точно не змея. Ноги у причины шуршания имеются, и их слишком много! Вижу, как трава от передвижения этих ног движется.

Самое главное абсолютно бесшумно вернулось в штаны, а вместо него в руках оказался автомат. Глушитель к нему прицеплен, и патроны дозвуковые, но стрелять всё равно рискованно.

– Никит, ты там застрял? – позвала меня Раиса.

Я не стал отвечать и сделал осторожный шаг назад. Причина шуршания подалась на полметра ко мне и замерла. Ноги начинают трястись. Ну что за невезение?

– Никита, ты главное не шевелись, – снова заговорила Раиса, но на этот раз обеспокоенным тоном. – Я в тепловизор вижу тебя. Рядом с тобой приютилась сколопендра. Она опасна, но если сразу не напала, то, значит, выжидает. Лучше молчи. Бежать будешь по моему сигналу, хорошо? Кивни. Я увижу.

Дрожь усилилась до невозможности. Хорошо, что успел отлить, иначе штаны мог замочить. Решил осторожно кивнуть и продолжил ждать, готовый бежать в любую секунду. Ох и не люблю я насекомых. Ненавижу! Особенно больших и опасных! Ну почему это не обычный земной таракан?

– Сколопендра атакует вперёд и немного вбок, – продолжила Раиса. – Вверх, круто вбок и назад атаковать ей не позволяет тело. Мышцы у неё быстрые, и при атаке происходит выстрел и удлинение тела. Рванёшь назад и хапнет. Убить мы её успеем, но от яда всё равно загнёшься спустя несколько минут. Слишком много яда у неё. Твоя задача бежать вперёд. Прямо через неё. Это единственный выход, Никита. Стартуешь на пять. Услышал пять и беги. Понял – кивни.

Я кивнул. Хорошо, что не вижу сколопендру. Только очертания. Увижу и окаменею от страха.

Раиса начала считать:

– Раз… два… три… пять!

Я прыгнул вперёд. Прыгнул так, что стало больно ногам. Со страха мышцы способны на многое. Приземлившись, тут же побежал и услышал звуки «псык-псык». Раиса начала стрелять из Винтореза. Надеюсь, прицельно.

Бегу быстро, по дуге, не замечая ничего. Вижу очертания машины, продолжаю бежать и придерживаться заданной траектории. Винторез замолк.

– Всё, сайгак, можешь останавливаться, – негромко крикнула Раиса. – Завалила я твою сколопендру.

Останавливаться не стал. Подбежал к машине, открыл заднюю дверь и залез на сиденье с ногами. Темно, страшно, и воздуха не хватает.

Минут пять приходил в себя. Оклемавшись и устав слушать глупые шутки Бодрова и Мусина, снова рискнул выйти из машины. Меня с трудом уговорили на «посмотреть», и мы, взяв фонарь, отправились разглядывать убитую сколопендру. Саня немного переставил машину и тем самым закрыл ею нас от наблюдателей. Включить фонарь можно, но светить лучше без фанатизма. В небо и вдаль точно направлять не стоит.

Сколопендра страшна, и даже мёртвая заставляет дрожать. Расцветку имеет полосатую, жёлто-оранжевую, кричащую. Днём точно не замаскируется. Тело состоит минимум из четырёх десятков секций. На каждой секции по четыре ноги с шипами-жалами. Голова сколопендры украшена огромными клешнями всё с теми же шипами-жалами. Рот, спрятавшийся между клешней, достаточно большой и с огромным количеством мелких зубов, которыми она, подобно мясорубке, шинкует добычу в мелкий фарш. Верхняя часть головы разбита пулями, и глаз на ней не видно, но они точно были. Страшнее всего выглядит задняя часть. Последние четыре пары ног ногами зваться не могут. Больше всего они похожи на огромные загнутые клыки. Именно эти клыки сколопендра вонзает в жертву, когда захватывает её телом в кольцо.

– Ядом, говоришь, убивает? – оскалившись, спросил я у Раисы. – Что-то мало верится, что умер бы я от яда…

– Живой и хорошо, – отмахнулась Раиса. – Хватит глазеть на труп бедного насекомого. Собирайся и пошли. Скоро светать начнёт.

Собирался я минут пять. Собирался и бурчал о бедном насекомом. Бедное насекомое! Это же надо додуматься…

***

Пару километров преодолели одним махом. Второго тепловизора у нас нет. Прибора ночного видения тоже не прихватили. Пришлось идти за Раисой, полагаясь на её чутьё, зрение, опыт и, главное, везение. Лишь бы на зверьё не нарваться.

На третьем километре я наконец-то увидел свечение вдали. Понять, кто там, в каком количестве и что создаёт свет, не представляется возможным. К окулисту надо записаться и зрение проверить. Или к офтальмологу. Хотя это одно и то же. Зверьё не встретилось, и это радует. Или я его просто не заметил, или Раиса его умело обошла.

Спустя ещё километр дождь закончился, и начало светать. Я наконец-то прозрел. Сперва увидел, что находимся мы на плавно изгибающемся поле с редко встречающимся кустарником и удивительно низкой травой. Затем увидел, что далеко, километрах в десяти-пятнадцати от нас, на горизонте вырастают невысокие, поросшие редким лесом горы. И достаточно хорошо увидел лагерь американцев в трёх километрах впереди. Костров горит аж четыре, а вот фары они выключили. Используя бинокль, можно увидеть большее, но нам пока не до бинокля. Подойдём ближе, тогда и разглядим.

Когда расстояние сократилось до полутора километров, передвигаться в открытую стало слишком опасно. Добравшись до небольшого островка, поросшего плотным кустарником, похожего на земную смородину, но только без ягод, мы решили схорониться. Лагерь виден отлично, потому что местность продолжает понижаться. То место, откуда пришли и где остались Саня и Булат, не видно. Всю дорогу местность понижалась, и нам это на руку. Возвышенная позиция всегда заведомо выгоднее. Была бы она холмистой – вообще сказка. А ещё лучше горной.

– Путь назад отрезан, – сказала Раиса и начала устраивать себе лежанку. – Мы тут долго будем находиться: либо пока колонна не продолжит путь, либо пока не приедут наши. Первое, скорее всего, более вероятно.

Я поступил аналогично. Пара минут и улёгся на походный коврик из вспененного поролона. Незаменимая штука! Включив рацию, позвал:

– Саня, как слышишь?

– Слышу хорошо, – ответил Бодров. – Видеть – не вижу. Я и Булат сколько ни напрягали глазки, а увидеть ни вас, ни лагерь амеров не смогли. В монокуляр лагерь видим. Вас нет. Маскируетесь?

– Да залегли уже. Позиция не ахти, но заметят нас вряд ли. Они не шибко насчёт маскировки парятся. Как там Боков? На связь не выходили?

– Пока не выходили. С Двойкой связь вряд ли удастся установить. Чудес не бывает. Всё-таки больше сотни километров. Если они едут, то вскоре, может, и свяжемся. Пока вы там по кустам лазили, мы антенну самую мощную установили. Толку нет. Вас слышим отлично, и на этом всё. Думаю, что у моей радиостанции с этой точки потолок километров тридцать. Повыше бы забраться, да вот рискованно это. Как-то так.

– Понял-принял, – ответил я. – До связи.

Уже Раисе сказал:

– Хреново без нормальной связи.

– Связь – бич этого мира… – пробормотала она. – И он не единственен. Ты что-то там про беспилотники Бодрову рассказывал. Можешь забыть об этих сказках. Если беспилотники и есть в этом мире, то достать их просто невозможно. Мы в заднице, Никита.

Я не стал отвечать. Взялся за бинокль и приступил к изучению лагеря амеров.

Скажу сразу: вряд ли мы столкнулись с военными. Военные так глупо не работают. Позиция для лагеря выбрана не с точки зрения безопасности, а с точки зрения «остановились, и пусть оно так и будет». Лагерь просто отлично просматривается со всех сторон. Повторюсь: военные так не работают. Смею принять во внимание факт превосходства и чувства абсолютной защищённости столь большого отряда, но даже это не объясняет столь глупого подхода к выбору места для лагеря и ещё более глупых мер по его охране. Я пока не понял, с кем имеем дело, но попытаюсь досконально разобраться. Одно могу сказать смело: колонна ехала, получила от главного команду остановиться и встала. Технику немного подвигали, разбили палаточный лагерь и легли спать. Не все, конечно. Часовых поставить додумались.

Расстановкой техники занимались как попало. Три автобуса поставили вплотную друг к другу. Спереди их заперли бронированными грузовиками, которых также три. Один грузовик имеет на крыше крупнокалиберный пулемёт. С боков и сзади автобусы окружили грозными Хамви. Не Хаммерами, а именно Хамви. Новенькими, последнего поколения. Их в наличии восемь. Три с малокалиберными автоматическими пушками. Четыре с пулемётами. Один с ракетной установкой. ПТУР – серьёзное оружие. На войну они, что ли, собрались?

Построение завершает M1126 Infantry Carrier Vehicle, он же американский БТР Страйкер. Из вооружения на бронетранспортёре только пулемёт M2 «Браунинг». Только! Давно этот пулемёт служит человечеству. Сто лет скоро будет, а всё на покой не отправят. Модифицирован и сейчас называется M2A1. Модифицирован почему? Да хорош потому что! Вот и весь ответ.

Палаточный лагерь разбили справа от техники. Всего насчитал тринадцать палаток. Небольших. Самые малые – двухместные. Самая большая – восьмиместная. Костры горят между палатками на слишком малом расстоянии. В качестве топлива для костров использованы топливные брикеты, сложенные в стопки рядом с кострами. Часовых насчиталось девять. Шестеро охраняют транспорт. Оставшиеся трое слоняются по палаточному лагерю. С виду всё тихо и спокойно. Рожи часовых разглядел. Половина белых, половина негров. Афроамериканцев, если быть толерантным. К черту толерантность!

– Закончил? – поинтересовалась Раиса. Из оружия она взяла с собой пистолет и Винторез. Значит, стрелять мы не будем. В багажнике Ауди остался увесистый чёрный кейс, в котором вряд ли хранится СВД. Думаю, что там что-то серьёзное. Надеюсь узнать об этом в скором времени.

– Закончил, – кивнул я.

– Сколько насчитал?

– Многовато, – ответил я и начал перечислять: – Первое – автобусы. Девушек и детей не считаем. В каждом автобусе имеется водила и минимум один охранник. Считаем минимум. Итого шесть. Автобусы, кстати, называются Thomas Built Buses. Распространён в Америке. Популярен как школьный. Эти доработаны. Немного бронированные и полноприводные… Далее три грузовика, и тут сложнее. Называются они MRAP. Он же Кугуар. Кстати, наши Тайфуны намного позже появились и были спроектированы на основе ошибок США. Впрочем, у наших ошибок навалом осталось. Вернусь к Кугуарам. Экипаж два человека. Десантный отсек ещё восемь. Итого десять умножаем на три. Есть вероятность, что вместо людей там что-то загружено. Не факт. Общая сумма – тридцать шесть бойцов… Теперь о Хамви, и с ними всё просто. В каждом по четыре человека максимум. Итого во всех тридцать два… Последний Страйкер. Два человека – экипаж, девять – десантный отсек. Одиннадцать. Считаем общую сумму и получаем число семьдесят девять. Не ошибся?

– В любом случае ошибся, – ответила Раиса. – Но то, как ты разбираешься в технике, меня радует. Считаем, что бойцов восемьдесят. Рота, Никита.

– Да, – кивнул я. – Получается почти целая рота. Профессиональными военными я их назвать не могу. Сброд, и не более. Хорошо оснащённый сброд. Не тянут они на военных. Позиция не очень. Охрана стрёмная. Часовые бухают.

– Видела всё это, Никита, – тихо сказала Раиса. – Тоже согласна, что не военные. И не наёмники. Будем думать и ждать своих. Тягаться с ними мы не способны. Слишком сильны.

– Тягаться не способны, – согласился я. – Поэтому нужно выдумать чертовски сильный план и с минимальными потерями перебить всю эту шайку-лейку. При этом нам надо сохранить всю технику в рабочем состоянии. Это, по-другому не назовёшь, сокровище. Один Страйкер чего стоит! Про Хамви и Кугуары не говорю, потому что сама всё понимаешь. Автобусы тоже пригодятся. Будет смысл заняться перевозками людей. На крайняк в аренду сдадим. Добрые трофеи. Нужно только сделать их трофеями.

Прошёл час, и стало совершенно светло. Лёгкий ветерок разогнал тучи, и солнце быстро испарило влагу незначительного ночного дождя. Бодров и Мусин на связь не выходят. Ждут Бокова. В лагере американцев постепенно начинается движуха. Кто-то просыпается, а кто-то, наоборот, ложится спать. Понять, кто главный, пока не удаётся. Похоже, что он всё ещё спит. Автобусы не трогают, и это радует. Продолжаем наблюдать и ждать.