Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 28 страниц)

Глава 33

В холле гулял ветер. Я брела в задумчивости, держа руки в карманах брюк, и почти не смотрела вперёд. Внезапно захлопнулась дверь в обеденный зал, в тишине звук был резким, как выстрел.

Вздрогнула и обернулась. Адам закрыл? Или…

Я осторожно сглотнула и застыла. Впереди мелькнула тень и загородила обзор. В парадную дверь склепа проливался солнечный свет, но сейчас в холле заметно стемнело.

Задержав дыхание, я медленно повернула голову – в нескольких метрах от меня стоял Райан и, хмурясь, наблюдал.

Я боялась моргать, боялась смотреть, но не могла отвести от него взгляда. Сердце пустилось галопом, и стало больно глотать. Полоса света на полу позади вампира отсекла мне путь на улицу.

Отметив, что обратного пути нет, я вскинула голову, но не решилась посмотреть в упор. На Райане была голубая рубашка, её глубокий цвет подчёркивал выразительность его глаз. Серые брюки и белые спортивные ботинки – так нынче одевались старейшины Совета вампиров!?

Никаких тебе бархатных сюртуков с золотой вышивкой и оборками, жабо и чёрных плащей. Он был крепок, но не широк в плечах, под тонкой тканью рубашки угадывался рельеф мышц.

Я посмотрела на вампира внимательнее, стараясь не встречаться с его взглядом. Это оказалось трудно – глядеть на кого-то, кто хочет посмотреть тебе в глаза, и избегать этого. Довольно сложная игра.

Они пытаются поймать тебя, зачаровать, а ты стараешься этого не допустить. Но я хотела увидеть всю картинку целиком.

У Райана были короткие светлые волосы, он зачесал их набок, открыв линию лба. Мягкие плавные черты лица, на волевом подбородке ямочка, на щеках золотилась лёгкая щетина, она прибавляла ему лет пять-шесть.

Вчера за ужином я навскидку дала ему тридцать лет с хвостиком, но сейчас при свете дня он едва дотягивал до тридцати. Если бы не лучистые морщинки в уголках глаз, то и того моложе.

Райан часто смеялся, и это характеризовало его, как весёлого человека. Я мельком посмотрела ему в глаза – мазнула взглядом и уставилась за спину, нервно и прерывисто выдыхая.

Их небесная синева завораживала, но была велика вероятность утонуть. В зрачках темнел разум, мудрость прожитых лет. Или пережитого. Я прислушалась к своим ощущениям и вздрогнула. Сколько раз он умирал?

Эта мысль смыла страх, и я уставилась на него с нескрываемым негодованием. Он не был стар, как и Кира, переродился пару десятилетий назад, но успел набрать силу. Однако и после того, как стал дампиром, он оказывался за чертой жизни.

На ауре Райана остался отпечаток смерти, но она была светлой, переливающейся. Это ставило меня в тупик. Только это ли?

Он быстрым изучающим взглядом осмотрел меня с ног до головы и вернулся к глазам. Почему-то мне в голову не приходило, что Райан может разгуливать по дому и днём.

Засунув руки в карманы брюк, склонил голову набок и слегка повёл бровями. От него исходило потрясающее обаяние, ему достаточно было просто стоять и ничего не делать, природный магнетизм делал всё за него.

Снова я вспомнила о Бене, и, прикрыв глаза, тряхнула головой, отгоняя образ. К притягательной внешности вампира прилагались драгоценные человеческие качества и сильный характер.

Но импульсов силы я не почувствовала. Как же так?

Я посмотрела ему прямо в глаза, и в животе свернулся до боли тугой узел. Мне пришлось с силой выдохнуть, преодолевая вдруг зачастивший пульс.

Но ничего не происходило, сколько бы я не вглядывалась и не пыталась пробиться сквозь глухую стену, воздвигнутую Райаном.

За этими прекрасными глазами был только он – зло ушло или уснуло. Я склонялась к последнему варианту.

– Привет, – робко произнесла я и улыбнулась.

Он метнул мимолетный взгляд в сторону и снова посмотрел на меня. Я вспыхнула, ощутив волны его очарования. Проклятье, как он это делал? Если бы я не боялась, то стекла бы на пол от восторга.

– Привет, – голос у него был тёплый, бархатный, обволакивающий.

На мгновение лицо вампира озарилось, но вдруг брови сошлись на переносице, словно он пытался что-то вспомнить. Почему красивые люди даже хмурятся красиво?

– Мы вчера виделись за ужином, верно?

– Да, – мой голос звучал неуверенно, ох как неуверенно.

Он помнил меня, и это не вязалось с моей версией. Если Райан сосуществовал с тёмной материей, и она изредка отпускала поводок, то всё ясно. Но я не чувствовала самого Райана вчера, только его зловещую половинку.

– Меня зовут Эшли.

– Припоминаю, – усмехнулся он и слегка прищурился. – Я только что видел твоего друга – Коул, кажется?

– Коул? – я нахмурилась.

А, действительно, где носит Коула?! Я не видела его сегодня, хотя он должен был ошиваться около меня и охранять. Он же ради этого здесь?

Я состроила ироничную мину, стрельнув на Райана глазами, и спрятала руки в задние карманы брюк. Мне просто надо были их куда-то деть, чтобы не чесаться от нервоза.

– Я его не видела со вчерашнего вечера. Похоже, он заблудился.

Райан изогнул бровь.

– Наверно, стоило ему дорогу показать, а я бросил парня плутать по коридорам. Не вежливо с моей стороны.

– Проголодается – придёт.

Он усмехнулся, и напряжение отпустило меня. Я смогла вдохнуть полной грудью. Но мы стояли на приличном расстоянии друг от друга и не решались подойти ближе. Осторожность или паранойя?

Мне не хватало духу шагнуть вперёд, а он не торопился нарушать границы моего личного пространства. Если Райан не осознавал, то нечто, засевшее в недрах его сущности, чуяло меня и не подпускало ближе.

Я представляла для него опасность, и это что-то значило.

– Слышал, вы прибыли, чтобы вступить в наш клан? – Райан медленно прошёлся вдоль полоски света на полу, глядя под ноги. Но когда он остановился, то искоса поглядел на меня. – Вы действительно хотите этого? Я считал, что в Эгморре живётся не хуже, чем здесь.

– Да, там живётся…неплохо, – мой голос дрогнул.

Райан не был дураком, и провести его вокруг пальца не получится. Я не умела лгать, а легенду мы так и не проработали.

Что Кира поведала ему? И как мне теперь выкручиваться?

– Но? – протянул он и выпрямился. – Должно быть какое-то «но».

– Должно быть, – повторила я и нервно улыбнулась. – За мной охотятся. Вернее, за кулоном, доставшимся от наставницы, – в подтверждение своих слов я вытянула из-под блузки цепочку с искрящимся камнем в розовой оправе.

Райан внимательно посмотрел на него, и его лицо разгладилось, но я чувствовала, что он всё ещё сомневался.

– Он безумно ценен, в нём – мощь древних магов. Вещица доставляет кучу неудобств, два раза меня пытались убить из-за неё.

– А снять?

– Я бы и рада избавиться, но это невозможно, – я бесхитростно посмотрела на Райана, изобразив на лице испуг. – Это равноценно самоубийству. В наших краях кулон – часть сущности мага, его душа и сила. Расстаться с ним мы можем только после смерти.

– И ты приехала искать убежища от тех, кто за ним гоняется?

– Я не навлеку на вас беду, если ты об этом.

Райан покачал головой, едва заметно улыбнувшись.

– Разве что сама Верховная захочет вернуть тебя или твою побрякушку на родину, – и одарил меня долгим пронзительным взглядом. – А без её одобрения никто не покинет страну магов, я верно мыслю?

– Верно, – я коротко кивнула.

Почему меня никто не предупредил о том, что Райан наводил о нас справки? Как теперь быть? Он поймает меня на какой-нибудь мелочи, и пиши пропало.

В это мгновение я ощутила всю нелепость своего положения. Райан обладал незаурядным умом и сообразительностью, к тому же был вампиром, а они чуют ложь. Мы вздумали облапошить его? Как бы ни так!

Влипла ты, Эшли. Ой, как влипла. Райан догадался, что, раз мы здесь, то владычица отворила нам ворота и отпустила восвояси.

Наверняка он силился понять, за какие заслуги мы удостоились такой чести. И что я должна была ответить ему? Рассчитывать на то, что он не спросит, было бы крайне глупо и безответственно. Думай, Эшли, думай.

Он понимающе кивнул и посмотрел на миг в сторону.

– Тогда тебе нечего бояться. Ваша правительница дала добро на ваш переезд, а мы со своей стороны сделаем всё возможное, чтобы не допустить сюда чужаков. Мы дорожим своим домом, и в случае, если кого-то принимаем в семью, то защищаем всеми силами.

– Нисколько не сомневаюсь, – у меня язык онемел от волнения.

И я была рада, что Райан в это мгновение смотрел в распахнутую дверь и не видел того, что отразилось на моём лице. А на нём отразилось отчаяние.

И я почти признала поражение, но вдруг вампир повернул голову и одарил меня тёплым взглядом.

– Решение ещё не принято Советом, но я рад вас приветствовать в нашем доме, – он улыбнулся немного лениво, щурясь на солнце, но я покрылась мурашками.

– Спасибо, – прошелестела я, а Райан повернулся ко мне лицом и посмотрел прямо в глаза.

Куда бежать? Что делать? Сердце забилось пойманной птицей, и он наверняка слышал, но виду не подал.

– Ты общаешься с обитателями склепа. Знакомишься, – это был не вопрос, а утверждение – Райан знал, о чём говорил. – А меня как будто избегаешь.

– Неверно, – улыбнулась я. – Просто ещё не успела с вами пересечься.

– С вами? – он скривился и вызвал у меня идиотскую улыбку. – Ты ко всем на «вы» обращаешься?

– Нет, я… – не договорив, я тяжело выдохнула. – Мне неловко, только и всего.

– Бывает. Буду признателен, если ты больше не станешь так делать.

– Договорились.

– А то мне будет неловко.

Он улыбнулся и медленно двинулся по холлу, не сводя с меня взгляда. Я следила за ним, смотрела в упор, не шевелясь и почти не дыша. Когда он проходил мимо, и мы поравнялись, тело пронзило холодом.

Быстрый укол, будто сквозь меня протянули тончайшую струну. По спине заструился пот, и я сжалась. Повеяло злом, сила загремела, наполняя мне голову.

Я зажмурилась, но он этого уже не мог видеть. Перед глазами замелькали обрывки ночного кошмара.

В Райане нашло приют нечто, и оно просыпалось, подобно вампиру, с наступлением тьмы, а с рассветом впадало в мёртвый сон. Я ощутила только присутствие зла, ничего больше, но едва устояла перед ним.

Шаги Райана стихали, он свернул за угол, и ужасная сила отступила, уже не так дёргалась кожа. Я открыла глаза и обернулась Райану вслед. Теперь я начинала догадываться, что происходит.

Но, ехидны меня раздери, понятия не имела, что с этим делать!

Глава 34

Поиски Коула не увенчались успехом. Коридоры склепа путали меня, как сумрачные туннели из ночного кошмара. С каждым новым витком я теряла надежду выбраться, а про неуловимого мага и думать забыла.

Сам дом не хотел делиться со мной тайнами? Не думаю, что он обладал разумом, а вот силы, витавшие здесь, пропитавшие стены, вполне может быть. Но, когда меня почти охватило отчаяние, впереди забрезжил свет.

Ещё одна распахнутая дверь, и вела она в гостиную.

В просторном помещении было больше светлых красок и полутонов, чем в обеденном зале. Напротив двери располагался белый камин, перед ним изогнулся коричневый кожаный диван.

Рядом стоял стеклянный кофейный столик на кованых ножках. В углах вытянулись до потолка секретеры, набитые книгами и декоративными фигурками из бронзы и хрусталя.

В помещении витали ароматы благовоний. Почерк лесной ведьмы – Селена изгоняла с их помощью злых духов. Но здесь он смешивался с запахом ванили, который исходил от белых свечей, что стояли на каминной полке.

Шагнув в комнату, я ощутила, как меня опутывают чары ведьмы, и растерялась. Из-за этого я не сразу почуяла вампира. Мимо меня скользнул Джеймс, и двигался он текуче, бескостно, как и подобает хищнику.

Вампир повернул голову и едва заметно улыбнулся, следуя к бару. Я неловко махнула ему рукой и прошла к дивану. Распахнув дверцы бара, он извлёк бутылку рома и повернулся ко мне с двумя квадратными стаканами в руке.

Я качнула головой, отказываясь, он пожал безразлично плечами и убрал лишний обратно в бар.

Откупорил сосуд и наполнил свой стакан, на дне которого уже был лёд. Я откинулась на спинку дивана, вытянув под столом ноги, и сложила руки на груди.

Чуть подошвы не стёрла, пока искала засранца Коула, можно немного передохнуть.

– Скучаешь? – поинтересовался он, усаживаясь на диван напротив меня.

– Пока гуляла по склепу, чуть с ног не сбилась. Пыталась сосчитать комнаты, но пальцев не хватило. Вот, заглянула восполнить потраченную энергию. И скучаю, чуть-чуть. Но я не ради развлечений сюда приехала.

– Что – правда, то правда, – помрачнев, изрёк Джеймс и отпил из стакана с видом ценителя дорогого алкоголя. – Уже пообщалась с Райаном?

Кира не называла имён вампиров, посвящённых в тайну недуга её мужа, и меня застал врасплох вопрос Джеймса. Он нас встречал, а, значит, должен быть в курсе.

Я посмотрела ему в глаза, но ничего не увидела.

С тем же успехом я могла таращиться на стену и ждать от неё ответов. Джеймс повесил на лицо непроницаемую маску, но стальной взгляд служителя закона приберёг для более подходящего случая.

Он мог выведать у меня всё, что ему нужно, не прибегая к разговору, но решил играть честно. За это он заслужил в моих глазах несколько очков.

– Довелось, – кивнула я и задумчиво нахмурилась. – Впечатление неоднозначное от беседы. – Поёрзала на диване, усаживаясь удобнее. – Вы просите меня быть честной, но сами отгораживаетесь глухой стеной. В таких условиях моя работа несколько усложняется.

– Райан тоже? – ускользнул от ответа Джеймс.

Голос его был ровен, пуст, но в нём угадывалась какая-то струйка утомлённости, а сквозь неё просачивалась иная интонация. Он тщательно скрывал напряжение, но иногда оно выглядывало из-под идеальной маски.

Закинув ногу на ногу, вампир вертел стакан в руке. Я следила за каждым его действием, будто хотела поймать на чём-то. Он нервничал?

Поставив стакан, наконец, на колено, Джеймс внимательно смотрел мне в глаза, и я решительно встретила его взгляд. Было бы как нельзя кстати увидеть хоть какие-то эмоции на этом красивом лице, они бы мне помогли разобраться в его чувствах.

Но он остался непроницаем.

– У меня сложилось впечатление, что он не знает, что с ним происходит что-то странное.

– Это очевидно, но не объяснимо, – тихо проговорил Джеймс и задумчиво посмотрел в стакан. И вновь взглянул на меня исподлобья. – У тебя уже есть какие-то догадки?

– Смутные. И я бы предпочла обсуждать их с Кирой, извини.

– Не стоит. Ты правильно мыслишь, Эшли. Пока не ясна картина, мы все остаёмся подозреваемыми. Это я тебе как детектив говорю, – он усмехнулся и отпил из стакана.

– Я думала, ты служишь в полиции.

– Я держу руку на пульсе, – он достал из кармана брюк плоскую чёрную штуковину, которую они называли “телефоном” и показал его мне.

– И разминаешься с утра внушительной порцией рома? – улыбнулась я.

Джеймс изящно пожал плечами.

– Я давно потерялся во времени суток.

– Тебе не по душе жизнь вампира? – я расплела руки и подалась вперёд, сложила их на коленях.

Мне нравилось его разглядывать. Это как искать изъяны в картине, выполненной мастером, и находить лишь новые и новые поводы для восхищения. Когда Джеймс был простым смертным, его внешность можно было бы назвать приятной, но обычной, неприметной.

Вампирский ген словно стёр лишние штрихи, сгладил линии, придав чертам ощущение завершённости. Им можно было любоваться. Глаза его были настолько голубыми, чистыми, что казались нереальными.

И, глядя в них, я ничего не ощущала, кроме того, что он хотел мне показать. Прелестно. Как они это делают?

– Я её представлял себе немного иначе, – признался он и скривился. – Нет-нет, я всем доволен! Первые десять лет мне даже понравились, – он тихо рассмеялся и снова пригубил из стакана.

Посмаковал, перекатывая во рту вкус крепкого напитка, и проглотил с видимым удовольствием. Ему потребовалось время, чтобы подумать, а я никуда не спешила.

– Я во многом разделяю взгляды Киры и Райана, и мне, так же, как и им, до тошноты омерзительны слушания и казни. Но это часть нашей жизни и прямые обязанности. Мы должны держать марку и диктовать правила нежити, иначе всё полетит к чертям собачьим. Я бы с удовольствием разъезжал бы по вызовам, расследовал преступления, но вынужден вариться в этом котле. Мы поднялись на ступень выше, и членам Совета негоже ловить убийц и копаться в дерьме.

– Ты любишь свою работу, – отметила я, и мы встретились взглядами. – Но рискнул карьерой, став вампиром.

– Я считал, что перерождение поможет мне на службе. А ты свою работу любишь?

– У меня нет работы как таковой. Я на побегушках у Главного Фамильяра Эгморра.

– И тебе не нравится?

– Я нашла применение своим способностям, приношу пользу обществу, а разве не это самое важное?

– Важно то, чего ты действительно хочешь. Если разбираться в тёмных историях приносит тебе удовлетворение, то можешь расслабиться и наслаждаться процессом.

– Иногда приносит, – я неуверенно кивнула. – И я испытаю небывалое удовлетворение, когда изгоню из Райана потустороннюю дрянь.

– Если понадобится помощь, – тихо начал Джеймс и замолчал, взглянув на меня.

Он улыбнулся, и глаза его оттаяли, словно тронутые слабой теплотой.

– Я не смею просить, но она мне просто необходима, – сказала я и посмотрела на него долгим взглядом.

Вампир знал, зачем я пришла в гостиную на самом деле, и это его нисколько не смутило. Кому, как не детективу, знать о тонкостях подобной работы.

Джеймс грациозно выпрямился и, отставив стакан на стол, сложил руки на коленях. Он перебирал пальцами и хмурился, изучая моё лицо.

– Что ты хочешь знать?

– Не ощутил ли ты что-то новое, необычное в последнее время? Мне трудно объяснить….

– Я понял, – перебил он, кивая, и посмотрел мимо меня. – Слабость подойдёт? Последние несколько недель я испытываю лёгкое изнеможение, долгое пребывание на солнце тоже не лучшим образом действует на меня. Чувствую, как истончаюсь и теряю себя. Я никогда не был настоящим вампиром, поэтому мне чужда боязнь солнечного света. Моё сердце никогда не переставало биться, и жажда крови практически не беспокоила. Теперь же всё иначе.

– Поэтому ты прячешься под крышей беседки, большую часть дня проводишь в склепе и не выезжаешь на вызовы? – догадалась я.

– Да, – улыбнулся вампир и взглянул на свои руки. – Это что-то значит?

– Думаю, да. Но мы пока не будем делать поспешных выводов.

– Не будем, – согласился Джеймс и снова улыбнулся мне, посмотрев исподлобья.

– Как на счёт остальных вампиров?

– Мы – полукровки, – поправил он меня. – Но сути дела не меняет. Честно, я ни с кем не обменивался впечатлениями. Могу говорить лишь за себя и Хилари. Её энергичность всегда вызывала восхищение, она не умеет сидеть на месте, но я начал замечать, что моя девушка с недавних пор быстро выдыхается. Кира свободное время проводит на стрельбище, Хилари составляет ей компанию – наши девочки с первого дня знакомства конкурируют абсолютно во всём.

– А с виду не скажешь, что Хилари некомфортно при свете дня, – я прикусила язык и уставилась на Джеймса.

Он едва заметно ухмыльнулся.

– Твой парень назойлив, – протянул он тихим холодным голосом.

– Он мне не парень…

– Но нужно отдать ему должное – ведёт он себя деликатно. Хилари нашла себе временное развлечение.

– Ты не злишься?

Джеймс поморщился.

– А с чего бы мне злиться? Я в некоторой степени испытываю гордость.

Я непроизвольно рассмеялась, и Джеймс ответил мне ленивой улыбкой.

– Он меня не напрягает, не беспокойся. Куда занятнее наблюдать за Коулом. Та ещё тёмная лошадка.

Что-то отразилось у меня на лице – испуг ли? Но Джеймс склонил любопытно голову и всмотрелся в мои глаза.

– Его манера исчезать и появляться – это потрясающе! Он использует тени, как маскировку, они ему подчиняются, подстраиваются, и, если не знать, куда смотреть – не заметишь. Невидимок я ещё не встречал.

– Невидимок? – мне пришлось напрячься, чтобы не разинуть рот от изумления.

Что он имел в виду? Коул – невидимка?

Мой взгляд забегал по лицу Джеймса, а он отвечал мне непроницаемым выражением.

– Как ты узнал?

– Я весьма наблюдателен. Издержки профессии. А чем ценен Джош? Какая у него способность?

– Он маг-перевёртыш. Может принимать вид кого угодно и чего угодно. Но, как правило, живого существа, – я наморщила носик и обхватила колени руками. – Он живёт у меня дома под видом кота по имени Персик.

Глаза Джеймса вспыхнули, губы разъехались в чудесной улыбке. Медленно запрокинув голову, он рассмеялся, и звук был приятным, щекочущим, тёплым. У меня мурашки по плечам скользнули.

– Серьёзно?

Я кивнула.

– Только не говори ему, что я его раскрыла.

– Как же не скучно вы живёте, – смех вампира растаял в воздухе, и по его лицу промелькнула гримаса, которую я не успела понять. – Хилари была бы в восторге, узнав об этом.

– Они всё ещё на улице, – вспомнила я. – Как долго она продержится?

– Я вижу, что её изрядно изматывает долгое пребывание на солнце, – кивнул вампир, и снова его взгляд ускользнул от меня. Он с отсутствующим видом смотрел на свой стакан и о чём-то размышлял. – Ненароком вкрадывается мысль: не заканчивается ли действие чар Киры? Иссякает источник её силы?

– Я не спрашивала у неё, но, возможно, ты в курсе. Как Кира себя чувствует?

– Ведёт себя, как обычно, – он пожал плечами, заметно помрачнев. – Но разве она когда-нибудь признается?!

– А по своим наблюдениям, что можешь сказать?

Джеймс перевёл на меня стальной пронизывающий взгляд, тработанный за годы службы.

– Она держится лучше нас всех, но я её слишком хорошо знаю, Эшли. Не спеши делать выводы, на всех нас её мощь действует по-разному. И на неё в том числе. Кира испытывает боль. И она будет терпеть, стоять твёрдо на ногах, пока окончательно не выбьется из сил. Её непросто сломить, как бы ни было паршиво на душе, как бы ни ныли раны, и сколько бы крови не вытекло из них. Кира упадёт лишь тогда, когда она закончится.

– Это её очень точно характеризует, – тихо отметила я. – И мне кажется, что она так же, как и все, испытывает необъяснимое недомогание, но по привычке не обращает на него внимания.

– Звучит правдоподобно, – согласился Джеймс.

– Но я не вижу связи или какой-то закономерности, – нахмурившись, я оглядела комнату, чтобы не смотреть на вампира. – Почему ты чувствуешь слабость, а Адам, например, превосходно себя ощущает?

– Не забывай, что я могу оказаться заинтересованной стороной, – чуть слышно произнёс он. – Не следует рассуждать при мне вслух.

– Мне необходимо с кем-то советоваться. Раз ты так говоришь, то допускаешь возможность того, что с тобой тоже что-то не так? И я не о слабости говорю сейчас.

– Я вижу, что происходит с Райаном. По-моему, он не знает, когда его место занимает чужой. Я его называю «чужим», мне так легче отделять тёмную сущность от настоящего Райана. И когда он возвращается…. – Джеймс замолчал и облизал губы, его взгляд потемнел. – Когда я снова смотрю на Райана, меня одолевает страх. Что, если я тоже иногда исчезаю? Вот так растворяюсь в чём-то ужасном, поистине злом?

– Это уже кто-то заметил бы, – шёпотом возразила я, и Джеймс очень внимательно посмотрел на меня.

Он силился понять, действительно ли я чувствую зло или только притворяюсь. Судя по тому, как разгладилось его лицо, и на лбу пролегла морщинка усталости, он поверил.

Пауза затянулась, и я испытала неловкость. Чтобы как-то скрыть это, я огляделась.

– Это ты зажёг свечи?

Джеймс поднял голову и посмотрел на каминную полку. И кивнул.

– Не переношу благовоний. От запаха колдовских трав Селены у меня голова идёт кругом. Порой кажется, что она нас хочет извести.

Мы замолчали, глядя друг другу в глаза. Воздух задрожал, заискрился, мой кулон шевельнулся, и я коснулась его кончиками пальцев, посмотрела на темнеющий камень. Он тоже почуял.

Сила закружилась по комнате тёплым ветром, и я знала, что она не принадлежала вампиру, сидящему напротив. В нашу сторону что-то двигалось, неотмирная энергия летела впереди хозяина.

Мёртвая тишина окутала нас, точно туман, густой и холодный. Джеймс перестал моргать, краски ушли с его лица. Мгновение он смотрел на меня, и вдруг его губы едва заметно дрогнули – из открытой двери пахнуло силой, такой густой и сладкой, что у меня перехватило дыхание.

Это была игра, очередная проверка на вшивость. Вампиры дразнились, а я должна была чем-то ответить, не раскрыв при этом своих карт. Есть у меня козырь в рукаве на такой случай.

Хотите зрелища? Без проблем. Кажется, кто-то усомнился в моих возможностях.

Я покосилась на Джеймса, когда кулон вспыхнул под блузкой. Сила раздалась от меня, словно вода от брошенного камня. У вампира волосы шевельнулись, как от порыва ветра, и в его глазах небесной синевы промелькнул интерес.

Стены гостиной всколыхнулись, поползли к центру комнаты, обдавая нас бетонной пылью. Обои рвались, бумажные хлопья перьями сыпались на пол. Люстра так раскачивалась, что луч света чертил полосу между мной и Джеймсом.

Я не хотела выпускать тьму, но она высунула чёрную морду и принюхивалась, почуяв вампиров. Джеймс ощутил её и обвёл помещение взглядом, возвёл его к потолку, на губах вампира обозначилась улыбка.

Тот, кто шёл к нам, замер у двери. Я чувствовала, как и он улыбается, довольный моей выходкой. Я вскинула бровь и коснулась кулона – стены вернулись на место, лампа больше не раскачивалась, и вновь нас окутала мёртвая тишина.

Джеймс коротко кивнул и потянулся к бутылке, чтобы наполнить свой стакан. Мне удалось его поразить и позабавить, значит, день прожит не зря. Мы гастролируем в этом городе ещё несколько дней, не забывайте приобретать билеты на шоу.

Прерывисто выдохнув, я медленно повернула голову и уставилась в темноту распахнутой двери. Выходи же, возмутитель спокойствия.