Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 28 страниц)

Глава 63

Коридор покачнулся, по сводам пронеслась дрожь, стопы увязли в чёрной трясине, по которой стелился синий туман. Я смотрела вниз на вздрагивающую гладь пола, шевелящуюся и прилипающую к подошвам.

Пошатнувшись, едва не оперлась ладонью на сотрясающуюся стену, но вовремя одумалась. Лучше не трогать то, чего коснулась ЕГО магия.

Джош в два шага преодолел расстояние между нами и встал рядом, повернувшись лицом к ожившему коридору.

– Бывало и хуже, – выдохнул он. – Давай покончим с ним и вернёмся домой. Я смертельно устал. Мне здесь больше не нравится.

– Тебе начистили, вот и бесишься, – улыбнулась я. – Ты же понимаешь, что она не со зла?

– Ну, конечно! – язвительно отметил Джош и кивнул. – От большой любви и в знак признательности.

Мы переглянулись, и я снова улыбнулась ему – не удержалась. Иронично закатив глаза, он скорчил недовольную рожу и сдулся.

Покачав головой, Джош тихо рассмеялся. Моя рука нашла его руку, и мы сплели пальцы. Коул отлип от стены и подошёл к нам, Кира и Райан стояли сзади, глядя на чёрный дым, повисший в воздухе.

Он клубился, обретая форму, а у меня на коже шевелились волосы. Я не испытывала страха перед тем, во что Зло превратится, никто из нас больше не боялся.

Спящие на полу вампиры смущали немного, я подумала, как бы Зло не обратило их против нас. Сомнений не было – именно так он и поступит, а мне совершенно не хотелось бы калечить их.

Тем временем перед нами возник высокий мужчина в синем бархатном сюртуке с кружевным накрахмаленным жабо и в серых брюках из грубой ткани, заправленных в высокие кожаные сапоги.

Густые каштановые кудри до плеч блестели во тьме, тонкая бородка и усы на румяном треугольном лице с заострённым носом – всё приобретало краски, будто в тело Зла вдохнули жизнь.

Он напитался магией и походил на перезрелую ягоду, сладчайшая спелость граничила в нём с гнильцой. Почти как настоящий, вот только глаза по-прежнему казались мёртвыми.

Взмахнув рукой в кружевах, торчащих из-под рукава сюртука, он коснулся тонкими длинными пальцами своего лица, и бледные губы изогнулись в улыбке.

– Он такой довольный, аж противно, – скривился Джош.

– Согласен, – кивнул Райан. Гнев схлынул, и на его лице появилось любопытное выражение. – Мерзкий тип из сундука, провонявшего нафталином.

– Он жил много веков назад, – задумчиво проговорила Кира. – Граф по происхождению, вёл праздный образ жизни, и однажды ему попалась непростая девица в борделе – она его и порешила.

– Обратила? – решил уточнить Джош, не поворачиваясь к Кире.

– Можно и так сказать, – она холодно ухмыльнулась. – Он стал её игрушкой, но когда окреп и возрос, как вампир, жестоко убил её. С тех пор он орошал кровью города и изводил целые деревни, не жалел никого – ни стариков, ни женщин, ни детей. В еду шло всё.

– Меня уже мутит, – равнодушно произнёс Коул.

– Его отловили охотники и сожгли, после чего останки заключили под заговорённой могильной плитой. Он томился между жизнью и смертью в месте, куда стекаются души монстров. И я считаю, он легко отделался – люди не были настолько безжалостны и изобретательны.

– Откуда ты всё это узнала? – спросила я и посмотрела на Киру.

– Он долгое время был частью меня, – горько и придушено прозвучал её голос. Она пожала изящными плечами и вздохнула. – Я притащила его сюда из источника душ и не сумела удержать в темнице своего сознания.

– Ты же не винишь себя? – стараясь говорить без эмоций, я глядела в её печальное и одновременно холодное лицо – лицо женщины, привыкшей убивать.

Она мысленно уготовила для него кару и уже разбирала по косточкам, детально распланировала каждое своё действие. Не хотелось разочаровывать, Кира достаточно натерпелась, но у неё ничего не выйдет.

Поджав губы, она покосилась на меня из-под занавеса тёмных волос.

– Глядя на тела друзей, разбросанные по всему зданию? Что бы ты чувствовала, Эшли?

– Они живы, – возразила я. – Пребывают в глубоком сне. И мне не составит труда пробудить их, вот только…

Я не договорила – Зло вспомнил о нашем существовании и перестал разглядывать кружева и щупать физиономию.

Тёмный взор изучал нас, пронзал каждого и остановился на мне. Его тонкие губы изогнулись в улыбке, блеснули острые клыки. Меня передернуло.

Уж очень он был мне отвратителен, а после скупой истории жизни, рассказанной Кирой, перед глазами стояли жуткие картинки, окрашенные в красный цвет. Везде мерещились клыки и безжалостные, мёртвые глаза изверга и живодёра.

Они по-особенному блестят. В такие глаза посмотришь, и душа в пятки уходит. Тех, кто любит причинять боль и смотреть на мучения жертвы, по взгляду видно – он зрит прямо в тебя и уже мысленно выбирает, с чего начнёт.

И я была лично знакома с одним таким….

Подняв руку, он ткнул костлявым пальцем в меня. Я вопросительно склонила голову.

– Тебе больше не напугать меня, пыльное пугало. В этом мире у тебя нет власти.

– Не смей насмехаться надо мной! – свирепым взглядом он почти заставил меня поёжиться, но только из-за эффекта неожиданности.

– Ножкой забыл топнуть, – устало выдохнул Джош и искоса посмотрел на Киру.

Они с Райаном глядели друг на друга, и на её губах рисовалась улыбка. Эти двое что-то задумали, а мне это совсем не нравилось. Могли бы посвятить в свои планы!

Щёку обожгло внезапным порывом воздуха – резкая боль, как от пореза, и волосы взметнулись, закрыв обзор.

Размытая полоса силы и скорости пронеслась мимо, и я не сразу поняла, что это была Кира. Она взлетела на стену и на секунду соткалась из воздуха, чтобы нанести внезапный удар Злу.

Вскинулась над ним, запрыгнула сзади и обхватила голову руками, испещрёнными чёрной паутиной вен. Накрыла ладонью лицо… но ничего не произошло. На ней не было белых перчаток, и это не помогло.

Зло вертел головой, рыча сквозь пальцы Киры, клацал зубами, норовя отхватить ей руку. Кира обвила ногами его туловище и резким движением свернула шею.

Раздался характерный хруст, голова призрака склонилась под неестественным углом, но не была отвинчена до конца, и по моему позвоночнику скользнули мурашки.

Кожа под подбородком натянулась и порвалась, лопнула, как у помидора. Должна была бы пойти кровь, но из образовавшихся трещин проступила чёрная жидкость.

Издав бессвязный лающий звук, Зло схватил Киру за запястья и сдавил их. Она вскрикнула, но не разжала пальцы. Райан бросился смазанным пятном, налетел вспышкой на ублюдка в старинном тряпье и нанёс молниеносный удар в корпус.

Он был быстр, настолько, что я не могла уследить за ним глазами. В воздухе поднялось облако синего тумана, но Зло не прогнулся.

Рассвирепев, он взмахнул руками, стены тоннеля заколыхались, воздух вздрогнул, и Райана отбросило порывом магии назад.

Он пролетел дугой над нашими головами и с глухим звуком рухнул на пол. Киру же Зло стряхнул с огромным трудом, ему пришлось изрядно постараться и проявить чудеса изворотливости.

Вампирша ударилась спиной о стену и неуклюже сползла вниз.

Со щелчком голова призрака встала на место, кожа на шее мгновенно зажила, остались только чёрные подтеки от неизвестной жидкости на белом кружевном жабо.

Райан втянул воздух сквозь стиснутые зубы и пронёсся между мной и Джошем. Я зажмурилась, дыхание перехватило, а когда вновь открыла глаза, он со свистом пролетел в обратном направлении.

Я и Джош рефлекторно пригнулись. Кира рванула к призраку, но он силой мысли бросил её к порогу комнаты, как тряпичную куклу.

Она рухнула рядом с Райаном и быстро подтянула ноги к груди, намереваясь в очередной раз броситься на высокомерного гада. Я жестом остановила её.

– Не везёт вам сегодня, – позлорадствовал Джош.

– Пора прекратить это, – сказала я. Джош осклабился в ответ на гневные взгляды Киры и Райана. – Здесь другого рода сила нужна, не физическая.

– Хочешь сказать, он нам не по зубам? – прошипела она.

Райан нежно коснулся её руки, успокаивающе сжал в своей ладони. Кира заморгала и повернула голову, с удивлением посмотрела на него.

Он коротко кивнул и едва заметно улыбнулся, и Кира прерывисто выдохнула, отпуская напряжение. Я засмотрелась на них – на сердце как-то потеплело от такой незримой крепкой связи и понимания.

– Сегодня – не по зубам, – тихо сказала я. – Этот монстр по моей части, а не по вашей. Не зря же я сюда приехала, в конце концов.

– Хочешь испытать себя? – усмехнулась она, уже гораздо дружелюбнее.

Я вспомнила о пистолете – следовало вернуть его владелице, без оружия она чувствовала себя неуютно.

– Пожалуй, осмелюсь, – улыбнулась я и опустила взгляд на чёрную лужу.

Мои глаза блеснули в темноте, и края лужицы начали собираться к центру, скатываться крупными каплями. Из образовавшейся густеющей массы сформировался пистолет и с тихим звяканьем упал на пол.

– Думаю, с ним тебе будет спокойнее. Только одна просьба, Кира, – я наморщила носик, глядя на слегка поражённую королеву вампиров, – не направляй его больше на меня. Я не сахарная, но не люблю, когда в меня тычут оружием. Исцелить огнестрельные раны ничего не стоит, однако я не смогу справиться с собственными демонами. Они у меня, как бы сказать помягче – непредсказуемые. Никогда не знаешь, что выкинут в той или иной ситуации.

Кира улыбнулась, склонив любопытно голову.

– Такой ты мне больше нравишься, – отметила она. – Думаю, мне больше не придёт ничего подобного в голову.

– Надеюсь, – кивнула я.

Внезапно нахлынуло ощущение паники. Призрак дотянулся до моих страхов и надавил на болевые точки. Повеяло гарью и кровью, в голове прозвенел мой отчаянный вопль, и перед глазами возникло лицо Тома Шермана.

Я зажмурилась и тряхнула головой, будто это могло помочь прогнать образ. Силой воли вытеснила его из сознания, плечи стянуло от напряжения, но стало легче дышать.

Зло зашипело, от звука у меня заболело внутри черепа. Я распахнула глаза и уставилась на него. Его глаза были чёрные, как два кострища, и пламя разливалось по бледному лицу.

Струйка силы проплыла между нами, в ней чувствовалась примесь какого-то запаха: свежевскопанная земля, корни, вытащенные из почвы. И от неё сердце сжалось, как от прикосновения невидимой руки.

Зло смотрел на меня двумя сгустками тьмы, ничего в нём не изменилось, но у меня кожа попыталась уползти. Хлынул ужас, как если бы он был его силой – я неосознанно попятилась, мотая головой, рассыпая волосы по плечам, и очнулась, когда натолкнулась спиной на Джоша.

Он поддержал меня, помог устоять. Его ладони пробежались по моим предплечьям, растирая их, вселяя спокойствие. Я вздохнула и отпрянула от него, шагнув к Злу.

Кира не попыталась мне помочь, Райан и вовсе создавал впечатление разумного человека без претензий на мускульное превосходство. Они смотрели мне в спину, и каждого я чувствовала в сознании, как фантомный свет, далёкие огни гостеприимного дома.

Они были рядом, здесь со мной в темноте и тихом ужасе.

– Я слышу каждый ваш вдох, каждый удар сердца, – прогремел голос Зла, заставив меня вздрогнуть.

– Завидуешь, наверное, – прошептала я, доставая кулон из-под майки. – Я вдруг вспомнила…

Призрак нахмурил брови, на его лице мелькнуло изумление. Сила росла внутри меня, поднималась к горлу, мешая дышать. И заговорить получилось лишь со второй попытки.

– …ты же вылез из зеркала. И теперь я знаю, чего ты боишься больше всего. Не своей могилы под влажной каменной плитой в забытом небесами лесу. Твой самый лютый кошмар – вернуться в то место, где ты дожидался своего часа. В чистилище.

Я выхватила кулон и протянула его на цепочке Злу. Он посмотрел на него и беззвучно ахнул. Кулон превратился в маленькое зеркальце в резной сверкающей оправе, по стенам поползли зайчики, слепящие блики.

Призрак попятился, но я направила на него свет кулона – серебристая гладь всколыхнулась и потемнела. Поймав отражение Зла, зеркало загудело и вспыхнуло, в то же мгновение в меня ударила сила, заставила попятиться.

Но я не опустила кулон, только зажмурилась, превозмогая обжигающие волны магии. Я почувствовала, как Зло затягивает в зеркало, как он вопит, как содрогается воздух от его беспомощных попыток вырваться.

Его окутало синим дымом, и внезапно этот дым разлетелся стаей воронов. Коридор заполнили крики птиц, порыв силы трепетанием крыльев щекотал мне тело. Они колотились о кожу, сопротивляясь кулону, текли мимо меня и в меня, как сливаются воды ручьёв в одну большую реку.

Уши заложило от гула, сердце заколотилось у самого горла. И когда стало невозможно терпеть и противостоять пышущей магии, когда колени подкосились, меня окутала ласковая тьма.

Всё внезапно закончилось, но сила по-прежнему плескалась о меня бешеными крыльями, и птицы кричали, что они заперты во мраке и хотят обратно в свет и тепло.

Волосы взметнулись вверх, с губ слетел стон, и наступила тишина. Помню, как рухнула назад, сжимая в ладони потяжелевший кулон, но оказалась стоящей на коленях.

Я моргала, силясь прогнать мелькающие образы. Сзади подошёл Джош и поднял меня на ноги. Притянул к себе, крепко прижал спиной к груди.

Я слушала его беспокойно бьющееся сердце, ощущала его пульс кожей, и резко навалилась смертельная усталость.

Приятно было чувствовать, просто дышать.

Зашевелились вампиры на полу – они приходили в себя. Томас перекатился на бок и приподнялся на локтях, навис над Адамом. Тот неподвижно лежал на спине и смотрел в потолок, соображая, как очутился в таком скверном положении.

Наконец, он посмотрел на довольную физиономию Томаса.

– Доброе утро, милый, – ласково проворковал вампир и рассмеялся.

Смех отозвался в побитом теле ноющей болью и сменился на кряхтение. Хрипло застонав, Томас рухнул обратно и тяжело вздохнул.

Адам плавно поднялся и покрутил головой. Элайза села, обхватив колени руками, и озиралась по сторонам, будто спящая принцесса, пробудившаяся от многолетнего сна.

Увидев Адама, она поползла к нему, прильнула к груди, а он обнял её и уткнулся лицом в растрёпанные волосы.

Стюарт полулежал рядом с Терезой и умиротворённо разглядывал её лицо. Вампирша слегка смутилась, отвела глаза и невольно улыбнулась.

Джозеф появился из коридора и опустился на колени перед Селеной, невозмутимо оправляющей складки длинного платья. Наблюдая за ними, я прижалась к Джошу и вздохнула.

– Вы проспали всё самое интересное, – усмехнулся он.

– И я им завидую, – сказал Райан.

Держа за руку Киру, он направился к очнувшимся друзьям, а она остановилась и посмотрела мне в глаза.

– Спасибо, – вымученно улыбнулась. – Я была эгоисткой, но ты спасла положение, Эшли. Выходит, не такая уж я и сильная!

– Ты сильная, Кира, – осипшим голосом отозвалась я. – Вот только нежить всегда будет верить в обратное.

– Больше нет. И, опять же, благодаря тебе, – она подмигнула мне и направилась к остальным, обнимая себя за плечи.

Знакомый жест, но у Киры он не олицетворял беспомощность. Даже в разбитом состоянии она выглядела грациозной и могущественной, от ощущения её мощи у меня по-прежнему сосало под ложечкой.

Вампиры помогали друг другу подняться. Кто-то обнимался, кто-то отпускал колкие комментарии, кто-то постанывал и смеялся.

А мы смотрели на них и думали, как хорошо было бы вернуться домой и обнять своих близких. И как можно скорее.

Глава 64

Всех вампиров осмотрела Селена, а оправившаяся от ранения Вивиан помогала ей оказывать первую помощь, кому она требовалась.

На шее рыжей ведьмы белела марлевая повязка, цвет лица оставлял желать лучшего, но энергия в ней била ключом. Никто серьёзно не пострадал. Томас жаловался на ущемленное самолюбие, но в целом претензий не имел.

А, значит, дело, что привело нас в их дом, было успешно завершено, и мы могли паковать чемоданы. Три долгих и непростых дня, и в мире стало на одного монстра меньше.

Мне удалось поспать несколько часов, принять душ и переодеться. Чувствовала я себя разбитой, но мысль о родном доме придавала сил. Я без малейшего сожаления покинула спальню, ни разу не обернувшись.

Не хотелось оставлять в памяти деталей несчастья, произошедшего с Вивиан, и вообще всей этой тёмной истории. Но, к сожалению, забыть ничего нельзя, и могущественный кулон мне здесь ничем не поможет.

Так и стояла до сих пор перед глазами та кровавая картина….

Для Джоша и Коула наш отъезд означал возвращение в Библиотеку на ковёр к Стэнли. Разумеется, я тоже была обязана осчастливить его своим визитом, а заодно разрешить вопрос с освобождением Джоша из-под стражи.

Главный Фамильяр ещё ответит за то, что испытывал меня на прочность. О предстоящем разговоре я много думала, сердилась, но не давали покоя сомнения….

Стэнли что-то знал, как обычно, иначе бы не темнил, но как вывести его на чистую воду?

Романтическая история Вивиан и Томаса закончилась скупым прощанием на крыльце склепа. В душе каждого из них остался осадок – им не хватило времени узнать друг друга ближе и развить отношения.

Сожаление читалось на лице вампира, он и не думал его скрывать, был искренен с ведьмой. Их нежные объятия и почти целомудренный поцелуй заставили даже меня грустить о том, что у них ничего не вышло.

А какая могла бы быть замечательная пара!

Коул повёл себя, как истинный джентльмен, прощаясь с Терезой. Они не подавали виду, что между ними что-то было. Порыв чувств, минутное помутнение рассудка – иначе не назовёшь их интрижку.

Стюарт, казалось, не имел понятия о похождениях своей благоверной, или делал вид, что не знает. В конце концов, он её и толкнул в объятия другого мужчины.

Кира и Райан выразили безмерную благодарность за помощь, провожали нас до дверей и долго не отпускали. Кира взяла меня за руки и испытующе посмотрела в глаза.

Я впервые за всё время пребывания в склепе увидела её беззаботно улыбающейся. Не только взгляд королевы вампиров посветлел, но и в душе её ощущался подъём, тепло и свет.

Райан выразил сожаление о том, что мы не успели как следует познакомиться. Я ответила улыбкой – он оказался невероятно приятным парнем с потрясающими глазами, умеющими говорить красноречивее слов.

Джозеф был, как всегда, немногословен и сдержан, но его улыбка стала для меня наивысшей наградой. Адам и Элайза, не разрывая объятий, долго стояли на ступенях и требовали дать слово, что мы заглянем к ним в гости.

Так, просто повидаться, а не разгребать очередную мистическую историю.

Джеймс пожал мне руку, вручил скромный подарок в виде небольшого пистолета, созданного Адамом. Эксклюзивный презент! Моей радости не было границ….

Хилари восприняла наш отъезд эмоционально: заключила меня в объятия, обласкала Джоша, потрепав его по плечу и чмокнув в щёку, подарила Вивиан устройство, напоминающее электрошокер, а Коулу досталось от неё дружеское рукопожатие.

Селена же отделалась скромной улыбкой, приблизившись ко мне и легко коснувшись лица, и тут-то на мои глаза навернулись слёзы. Такими они мне и запомнились, эти невероятные создания.

В Хайенвилле заметно похолодало. Небо хмурилось, сквозь расползающиеся облака робко выглядывало солнце и снова пряталось. Сыпал колючий мелкий снег, путался в волосах, покрывал каменную дорожку и сухую землю, словно сахаром.

Холодный порывистый ветер щипал за щёки, и я куталась в ворот кожанки, пряча руки в карманах. Но никто не решался торопить момент расставания. Только когда Джозеф подогнал автомобиль к воротам, вампиры медленно потянулись в дом.

На пороге остались лишь Селена и Кира.

– Что вы собираетесь предпринять? – спросила я.

– Мы подумали и решили, – с таинственной улыбкой произнесла Кира, – что мне нет необходимости держать в себе столько тьмы.

Я нахмурилась.

– И как вы поступите с ней?

– Я создам некое подобие сосуда, – сказала Селена, и они переглянулись. – Наделю особыми свойствами и сверхпрочностью. Благо, в наших рядах имеется гений по части физики и химии. И мы извлечём из Киры силу, полученную из источника.

– То есть, – удивилась я и обратилась к Кире, – ты утратишь своё могущество? Так легко расстанешься с ним?

– А зачем оно мне? – усмехнулась она и пожала плечами. – Моя большая семья и есть то могущество, которого стоит бояться нашим врагам. Вместе мы непобедимы, и нет необходимости в магии, если от неё один лишь вред исходит.

– С этим я, пожалуй, соглашусь. В любом случае, вы всегда можете рассчитывать на помощь маленькой скромной ведьмы.

– Твоя скромность претерпела некоторые изменения, – изогнув бровь, протянула Кира. – Домой ты возвращаешься другим человеком.

– Да уж. Главное, чтобы дома узнали, – прошелестела я и опустила в задумчивости голову.

– Мы рады, что вы появились в нашей жизни, пускай и на очень короткий срок, – добавила Селена. – Извините, что так холодно встретили – у нас в крови отпугивать незнакомцев от своих проблем.

– Мы не обиде, – отсалютовав двумя пальцами, изрёк Джош.

– Ловко ты придумала с зеркалом, – сказала Кира. – Не представляю, что бы мы без вас делали….

Последние прощальные слова, скромные объятия, и мы были свободны. Нет, нас никто силой не держал, но и не прогонял. Мы много пережили вместе, и именно поэтому хотелось поскорее покинуть Хайенвилл.

Чтобы истёрлись воспоминания, и стало легче. Несколько дней промедления, и спасать было бы некого – я не могла избавиться от этой мысли.

Мы успели вовремя, хотя можно было бы гораздо раньше остановить чудовище и предотвратить некоторые события. Да, я всё ещё ощущала вину за случившееся с Вивиан и Коулом.

Стюарт наблюдал издалека, стоя в тени деревьев, окружавших беседку. Я видела его, чувствовала взгляд, и не могла не оборачиваться.

Невозможно испытывать столько тоски и пустоты, расставаясь с мужчиной, которого практически не знаешь!

Пожалуй, Стюарт оказался единственным вампиром, прощаясь с которым навсегда, я не могла отделаться банальным «до свидания» или «рада была познакомиться».

Немыслимо…. Подвластный зверь, коварное порождение ночи и смерти, притягивающее меня, словно мотылька. Ручной хищник, чья смертельная опасность сводила с ума и являлась моей слабостью.

Именно его мне не удастся забыть, никогда и ни под каким предлогом, буду искать встречи во сне и терзать сердце воспоминаниями.

Кира и Селена оставили нас, исчезнув за тяжёлыми дверьми своей неприступной крепости, и я прерывисто вздохнула. Настал момент посмотреть в глаза Стюарту, а это было болезненным испытанием.

Он вышел из тени деревьев, я кожей почувствовала движение вампира, и когда обернулась, то почти уткнулась лицом в его грудь.

Подавив рефлекс отступить назад, безропотно стояла и собиралась с мыслями, он же увидел моё замешательство, и от того печально усмехнулся. Подняла голову и посмотрела ему в глаза, чтобы запомнить или, наоборот, забыть, но сердце защемило.

Этот взгляд, эта печальная морщинка на лбу и невозможно красивые ямочки, когда он улыбался этой потрясающей улыбкой…. Между нами ничего не было и быть не могло, но, всё же, что-то связывало, словно незримые нити.

Благодаря Стюарту у меня получилось одолеть Зло, он научил меня ставить щиты и отражать ими чужую силу. В том, что я стала сильнее – его прямая заслуга. И я не могла расстаться, так ничего и не сделав.

Поэтому протянула ему руки, и он их принял, охватил своими ладонями. Точечным разрядом тока по коже скользнула его сила, заставила сердце затрепетать. Я поднялась на цыпочки и поцеловала Стюарта в щеку.

Он улыбнулся и отпустил меня, позволил отстраниться, провожая тёплым взглядом. Огромных усилий мне стоило отвернуться и пойти прочь, ни разу не обернувшись.

Безумно желая, чтобы он забыл меня, я коснулась кулона кончиками пальцев и прикрыла на миг веки. Да будет так.

В памяти вампира осталась юная ведьма по имени Эшли, сразившая Зло, но исчезли нежные чувства к ней.

Джош, Вивиан и Коул ждали меня в стороне, и когда я присоединилась к ним, никто не проронил ни слова. Мы двинулись к воротам и сохраняли тишину, пребывая каждый в своих мыслях.

У Вивиан на шее остался след от укуса вампира, Коул обзавёлся шрамом на лице, а в глазах Джоша появился новый таинственный свет – отражение пройденного пути и испытаний.

На языке вертелось слово «грусть», но он не грустил. Напротив, Джош будто повзрослел, стал твёрже, как бывает после пережитой потери или сердечной боли.

Каждый из нас что-то приобрёл в Вердландии, что-то потерял, все, как один ощущали необъяснимую пустоту в душе, но мы однозначно стали сильнее.

С каждым шагом эта история отдалялась, с каждым камешком под ногами, с шорохом гравия под колёсами машины, с новой промелькнувшей секундой, вдохом и отвлечённой мыслью, и вскоре воздух пах иначе, сухая трава шелестела на ноту выше и птицы заливались на другой мотив.

Ворота на границе Эгморра и Вердландии окончательно отрубили ту реальность от этой, чуждой в стране магов. Я шла от автомобиля Джозефа и слышала только своё дыхание, глубокое и ровное, сосредоточилась на нём, выталкивая из головы сентиментальное дерьмо.

Твою же мать, ну почему я такая чувствительная?!

Раз, два, три, десять – замки щёлкнули за спиной, я не обернулась. Коул спрятал ключ в карман плаща, а я продолжала идти, невольно прислушиваясь к звуку отъезжающего автомобиля Джозефа.

Время остановилось, все движения казались тяжёлыми и заторможенными, будто я пыталась идти под водой. Я больше не слабая, наивная дурочка со смазливым личиком, умеющая из воздуха цветы колдовать.

Карман плаща приятно оттягивал пистолет, тело саднило от затягивающихся царапин, а волосы до сих пор пахли кровью Вивиан, как бы ни пыталась их отмыть.

Из меня словно ложкой вычерпали часть души, отсеяли лишнее, но нечто важное, вот только что именно – я не могла вспомнить.

Я потеряла кусочек сердца, похоронила прежнюю Эшли, оставила её навечно в Вердландии среди вампиров. Она умерла в памяти Стюарта, значит, и мне не стоит её вспоминать.

– Ты со мной? – спросила я, обернувшись к Джошу.

Он как-то странно покосился на меня – отрешённым, тёмным взглядом. И голос его прозвучал угрюмее, чем я ожидала.

– Мне не нравится пустота в твоём взгляде, Эш, – ответил он и задумчиво посмотрел под ноги.

Джоша не заботило возвращение под стражу, а куда больше волновала встреча с Мишель. Мы отсутствовали три дня, а казалось, что целую вечность.

Коул остановился рядом с каретой, Вивиан забилась на заднее сиденье, пряча слёзы и кутаясь в меховом воротнике пальто. Ей понадобится время, чтобы забыть вампира по имени Томас.

Я посмотрела на Коула. Он терпеливо ждал, когда мы определимся с маршрутом.

– Можно и завтра заявиться к Стэнли, – предположила я, глядя на Невидимку.

Он устало пожал плечами и спрятал руки в карманы плаща. Я расценила этот жест, как положительный ответ.

Можно же отсрочить ругань с Главным Фамильяром и отчёт о проделанной работе!? Странно, но мне показалось, что Коулу не хотелось со мной спорить.

– Ты не отреагировала на мои слова, – напомнил Джош бесцветным голосом.

Я вновь посмотрела ему в глаза, пристально и красноречиво.

– Мне пришлось оглянуться назад и посмотреть на себя со стороны, чтобы вырасти, Джош, – сухо произнесла вслух. – Я жила в какой-то ванильно-зефирной сказке, в коробке с мармеладом, где всё так радужно и пёстро… Что-то во мне надорвалось, – я поморщилась и вскользь коснулась рукой груди. – Краски поблёкли, которые так сильно слепили глаза и мешали рассмотреть истину. И я больше не могу размышлять и чувствовать, как раньше. Извини, если новая Эшли не раздаёт идиотские улыбочки налево и направо и не скулит по каждой ссадине.

– Не даёт покоя суровость вампирского края?

– Ага, – лаконично бросила я и небрежно пожала плечами.

Джош непроизвольно рассмеялся.

– Прежняя Эшли не скулила, – спокойно возразил он и, щурясь, посмотрел на небо.

Облака размазались по нему воздушной пеной, и, казалось, стояли на месте. Ветерок затрепетал в волосах запутавшейся бабочкой.

Даже пейзаж за воротами смотрел на нас иначе – нереальнее, словно с картины. Я опустила голову, перебирая пальцами выбившуюся прядь, и тихо вздохнула.

– Правда? – чуть слышно произнесла и сглотнула нахлынувшую тоску.

Джош шаркнул ботинком по гравию – мне под ноги покатились камешки, и в повисшей тишине звук был звонким, щекочущим, ранящим глубоко внутри.

– Она с удовольствием набивала шишки, но пугалась взвешенных решений и ответственности. Влезть в мёртвый дом – безобидные детские шалости по сравнению с тем, что тебя теперь ждёт с этой проклятой побрякушкой на шее, – он пренебрежительно щёлкнул пальцами по моему кулону. Поджав губы, посмотрел в сторону, будто искал подходящие слова в шуме сухих ветвей и тихом свисте ветра. Цыкнув, горько рассмеялся. – И я не против оставить ту малохольную Эш в прошлом.

– Вот и я про что, – улыбнувшись, я взяла Джоша под руку, и мы направились к карете.

Нас ожидало головокружительное, можно сказать, триумфальное возвращение домой после – не побоюсь этого слова – эпического подвига. Вот так поездочка выдалась!